Лина Юрченко
Тайна старого города

Глава 1.

Город, стертый с карт

Запах старых книг в городском архиве был ее любимым ароматом – сухим, пыльным, с легкой примесью тлена и тайн. Шестнадцатилетняя Кира сгорбилась над своим ноутбуком, затерявшись между высокими стеллажами, словно очередной забытый фолиант. Пальцы быстро бегали по клавиатуре, на экране мелькали тщательно отобранные фотографии: ржавые водосточные трубы, увитые плющом оконные рамы, осыпающиеся фрески в заброшенной больнице. Каждый пиксель был признанием в любви к тому, что другие давно списали со счетов. Она вела свой блог «Forgotten Frames» – «Забытые Кадры», где публиковала снимки и короткие эссе о своих вылазках. Это был ее голос, ее шепот в цифровой тишине, который, она знала, мало кто слышит, но для нее он значил все.

Сегодняшняя вылазка была давнишней мечтой – старый стекольный завод на окраине, где солнечный свет проникал сквозь разбитые окна, превращая пыль в танцующие золотые искры. Кира умела видеть красоту там, где другие видели лишь разрушение. Она чувствовала себя частью этих мест – забытой, немного потрепанной, но хранящей внутри нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Возможно, потому что она сама чувствовала себя такой же – невидимой для большинства, вечно где-то на периферии общего внимания.

Мышиная возня по клавиатуре внезапно прекратилась. Кира откинулась на спинку скрипучего стула, потирая глаза. Ей нужно было найти хоть что-то для школьного проекта по истории родного города – что-то скучное, официальное, но хотя бы связанное с ее увлечением. Она просматривала оцифрованные архивы местной газеты 50-х годов, ища упоминания о развитии промышленности.

И тут наткнулась на абзац, который заставил ее сердце пропустить удар. Мельчайший шрифт, почти незаметная заметка о «Проекте развития городской инфраструктуры» и в скобках, будто стесняясь собственного существования: «…включая планы по сносу и перепрофилированию территории Старого Города в связи с его полным опустением и утратой экономического значения…»

Старый Город. Кира нахмурилась. Она знала этот город как свои пять пальцев, исходила его вдоль и поперек. Никогда не слышала о Старом Городе. На современных картах там был лишь большой, зеленый, ничем не примечательный пустырь, пересеченный шоссе. Никаких руин, никаких упоминаний. Просто… ничего.

Она попробовала искать дальше, но словно столкнулась с невидимой стеной. В более поздних архивах о Старом Городе не было ни слова. Он просто исчез. Будто его никогда не существовало. Поиск по старым картам, доступным в цифровом виде, привел к таким же результатам: где-то на месте нынешнего пустыря был обозначен небольшой район, но без названия. Или с названием, которое было аккуратно стерто.

Мурашки пробежали по рукам Киры. Это было не просто очередное заброшенное место. Это было… стертое место. Город-призрак, который кто-то очень тщательно попытался вычеркнуть из истории. Зов, знакомый и неотразимый, отозвался глубоко внутри. Это было именно то, что она любила больше всего – разгадывать тайны, искать следы прошлого, которые не хотят быть найденными.

Дома было шумно и душно, несмотря на открытые окна. За столом снова висела привычная тяжесть, которую Кира чувствовала всем телом, проходя мимо кухни. Отец, обычно такой жизнерадостный и громкий, молча ковырял вилкой макароны. Мама, с натянутой улыбкой, пыталась поддерживать видимость нормальности, рассказывая о соседской кошке. После того как отец потерял работу на заводе, их жизнь превратилась в нескончаемую череду недосказанностей и тихих вздохов. Кира чувствовала, как это давит на них всех, как пыльная пелена оседает на стенах их квартиры.

– Как школа, Кирочка? – спросила мама, ее голос был чуть громче обычного.

– Нормально, – выдавила Кира. – Проект по истории делаю.

– Умница! – Мама кивнула, но ее взгляд уже метался к отцу.

Кира поспешно доела свой ужин и, сославшись на усталость, сбежала в свою комнату. Здесь, среди обшарпанных обоев и завалов книг, она чувствовала себя в безопасности. Здесь был ее мир, который она никому не показывала.

Телефон завибрировал. Сообщение от Лизы, ее лучшей подруги: «Кирааа, ты готова к сегодняшней пати у Лео? Он позвал только самых-самых! Будет весело!»

Кира вздохнула. Лиза была полной ее противоположностью – яркая, общительная, душа любой компании. Она жила в другом мире, где главным были лайки, новые кроссовки и сплетни о парнях. Кира любила Лизу, но иногда казалось, что они говорят на разных языках.

«Не знаю, Лиза. У меня завтра много дел. И с проектом…» – напечатала Кира, прекрасно зная, что "дела" – это ее тайное расследование. Она давно научилась мастерски лгать, чтобы скрыть свое настоящее увлечение. Лиза бы просто не поняла. «Зачем тебе эти старые руины? Там же скучно и пыльно!» – сказала бы она, и Кира не смогла бы объяснить ей магию полуразрушенных стен и шепот прошлого.

Отложив телефон, Кира снова уткнулась в экран. Теперь ее целью был только Старый Город. Она искала старые спутниковые снимки, карты метрополитена, любые, даже самые незначительные упоминания в городских хрониках. И, наконец, нашла несколько черно-белых фотографий из городского архива.

На них был изображен процветающий промышленный район 60-х годов. Аккуратные дома, небольшие заводы, школы, парки. Люди на улицах, детские площадки. А потом… пустота. На снимках 80-х годов на этом же месте – ни души. Только ветер гонял пыль по пустым улицам. Никаких видимых разрушений. Просто… исчезновение.

Пользовательские форумы на заброшенных сайтах хранили обрывки слухов: "Аномальная зона", "Проклятое место", "Местные власти что-то скрывают". Одна из веток содержала выдержку из старой брошюры о «Проекте Атлас», который должен был «модернизировать» город. Но что это был за проект? Информации не было.

«Почему его стерли с карт? Что там произошло?» – шептала Кира, чувствуя, как внутри нарастает волнение. Это было не просто любопытство, это было что-то глубоко личное. Словно этот город, так же как и она, был забыт и проигнорирован. Возможно, найдя его историю, она сможет найти и свою.

Она провела следующие несколько часов, тщательно прокладывая маршрут, сверяя старые карты с современными спутниковыми снимками. Нашла несколько возможных путей подхода к "пустырю", зная, что, скорее всего, придется преодолевать заросли и неогороженные участки. Опыт урбан-экплоринга подсказывал ей быть осторожной. Она тщательно собрала рюкзак: камера, несколько объективов, термос с чаем, фонарик, аптечка, перчатки и пара крепких ботинок.

В голове Киры уже рисовались картины: тени, танцующие на стенах, свет, пробивающийся сквозь дыры в крыше, эхо ее шагов в пустых комнатах. Она чувствовала, как невидимая нить тянет ее к этому месту. Притяжение было почти физическим.

Завтра. Завтра она увидит Старый Город.

Глава 2.

Шепот забытых стен

Утренний воздух был прохладным, с тонким ароматом осени, что пахла опавшими листьями и обещаниями скорых дождей. Кира проснулась рано, задолго до будильника, с ощущением электрического предвкушения, пробегающего по венам. Сегодня был тот самый день. Никакая вечеринка, никакой тест по математике, даже никакие семейные разборки не могли отвлечь ее от главной цели – Старого Города, стертого с карт.

Она спустилась на кухню, стараясь двигаться бесшумно, как тень. Родители еще спали, и эта тишина была такой хрупкой, что Кира боялась ее нарушить. Она быстро налила себе чай, схватила пару заранее приготовленных бутербродов и сунула их в рюкзак. Ее снаряжение уже ждало у двери: рюкзак с камерой, объективами, фонариком, аптечкой, запасом воды и парой перчаток. На ней были старые джинсы, прочная толстовка и разношенные ботинки, которым не страшны были ни грязь, ни пыль, ни осколки стекла. Ее волосы были заплетены в тугую косу, чтобы не мешали.

Выскользнув из квартиры, Кира вдохнула полной грудью. Город только просыпался. Редкие машины проезжали по пустым улицам, дворники начинали свою неспешную работу. Она шла к автобусной остановке, которая увезет ее на самую окраину. В кармане вибрировал телефон – Лиза.

«Привет, соня! Ты в курсе, что вечеринка у Лео была просто ОГОНЬ?! Тебя не хватало! Он тебя спрашивал, кстати ;) Может, сегодня встретимся, я расскажу все подробности?»

Кира чувствовала укол вины. Лиза была ее лучшей подругой, и она лгала ей, лгала постоянно. Но как объяснить Лизе, что она предпочитает грязные руины общению с живыми, дышащими людьми? Лиза бы посмотрела на нее, как на сумасшедшую, и попыталась бы «вылечить» ее от этого странного хобби. Кира быстро напечатала ответ: «Прости, Лиза, я засиделась над проектом, совсем никакая. Сегодня тоже куча дел. Но как-нибудь обязательно!» Это была полуправда, что делало ее чуть менее виноватой. Проект действительно был, просто совсем не тот, о котором Лиза могла догадаться.

Автобус был почти пуст. Кира села у окна, наблюдая, как городские пейзажи постепенно сменяются более редкой застройкой, а затем и вовсе безлюдными промзонами. Сердце билось сильнее с каждой остановкой, каждый километр приближал ее к неизведанному. Она сверилась с картой на телефоне, на которой старые контуры Старого Города были наложены на современные спутниковые снимки. Точка высадки была в нескольких километрах от искомого места – дальше автобусы не ходили, и нужно было идти пешком.

Выйдя из автобуса, Кира оказалась на границе цивилизации. Асфальт сменился разбитой грунтовкой, по бокам которой росли редкие кусты и сухостои. Впереди виднелся густой лесопарк, который, по ее расчетам, скрывал первые следы Старого Города. За ним – тот самый пустырь, который на старых картах был застроенными кварталами.

Шла она быстро, обходя лужи и уклоняясь от низких веток. Воздух становился другим – более влажным, тяжелым, с запахом земли и разложения. Лес был густым, а тропа, по которой она шла, вскоре превратилась в еле заметную звериную стежку. Она слышала щебет птиц и далекий шум шоссе, но чем глубже она заходила, тем сильнее становилась тишина.

И вот, наконец, сквозь густую листву пробились первые очертания. Не четкие здания, а скорее тени, проступающие из густых зарослей. Заброшенный забор из колючей проволоки, частично заросший мхом, был первым предвестником. Кира осторожно обошла его, стараясь не зацепиться одеждой. Перед ней расстилалось зрелище, от которого перехватило дыхание.

Это был не просто пустырь. Это был лес, выросший внутри города. Деревья пробивались сквозь фундаменты домов, их корни ломали асфальт, ветви оплетали остатки стен. Дома здесь были не снесены, а поглощены природой. Они стояли, будто скелеты, выбеленные временем, одетые в зеленый плющ и мох.

Первым, что Кира увидела, был остаток жилого дома – двухэтажный, с пустыми глазницами окон, за которыми виднелись провалы в крыше. Краска на стенах облупилась, обнажая кирпичную кладку, но кое-где еще сохранились фрагменты пожелтевших обоев, на которых проступали узоры из роз. Она прошла внутрь. Повсюду были обломки мебели, рассыпанные кирпичи, и странное ощущение, что время здесь остановилось. Кира не просто видела руины, она чувствовала их историю. Она представила, как здесь жили люди, как смеялись дети, как кипела жизнь. И все это исчезло.

На одной из стен, частично обвалившейся, Кира заметила необычное граффити. Не обычная уличная надпись, а что-то вроде схематичного изображения дерева, уходящего корнями глубоко в землю, и над ним – абстрактные символы, похожие на химические формулы или старые руны. Она сфотографировала его крупным планом.

Чем глубже она продвигалась, тем более масштабными становились руины. Кира вышла на подобие главной улицы – она была едва различима под слоем листьев и земли, но по обеим сторонам угадывались контуры магазинов, небольшой школы, и даже что-то вроде кинотеатра. Повсюду валялись обломки – куски детских игрушек, ржавые части механизмов, обрывки одежды. Ничего ценного, просто мусор, но для Киры каждый предмет был фрагментом пазла.

Она направилась к самому большому строению, которое возвышалось над деревьями, словно древний титан – здание, явно бывшее частью промышленного комплекса. Это был старый завод. Его огромные цеха были полностью разрушены: крыша обвалилась, открывая небу ржавые балки, а стены были пробиты во многих местах. Внутри царил хаос: груды битого стекла, обломки станков, гигантские, ржавые шестерни, на которых повисли лианы.

Кира шла медленно, тщательно выбирая каждый шаг, чтобы не провалиться и не пораниться. Ей нравилось это чувство опасности, контролируемое, но достаточно сильное, чтобы заставить сердце биться чаще. Она ощущала себя археологом, исследующим забытую цивилизацию.

В одном из цехов, где, видимо, когда-то располагалась лаборатория или офисы, она наткнулась на нечто совершенно неожиданное. Под слоем пыли и мусора, частично придавленная упавшей балкой, лежала железная коробка. Она была запечатана, но ржавчина разъела крепления. С большим трудом, Кира открыла ее.

Внутри лежали пожелтевшие документы. Папки с надписями «Секретно», «Проект Атлас», «Отчеты по радиации» и «Анализ почвы». Кира надела перчатки и дрожащими руками достала один из документов. Это был отчет о химическом загрязнении. Даты на документах – конец 70-х, начало 80-х. Там были графики, таблицы, и много непонятных ей терминов, но одно слово повторялось снова и снова: «аномальное превышение».

«Вот оно…» – прошептала Кира. Экологическая катастрофа. Не просто экономический упадок. Это объясняло, почему город был «стерт».

Она сидела на корточках, пытаясь осознать масштаб находки. Это было намного серьезнее, чем она могла себе представить. Ее сердце колотилось не от страха, а от осознания значимости этого открытия.

И тут она услышала шорох.

Кира резко подняла голову. В глубине цеха, метрах в двадцати от нее, показалась фигура. Невысокий парень, на вид лет восемнадцати-девятнадцати, с русыми, чуть растрепанными волосами и очками на носу. В руках у него был толстый блокнот и карандаш. Он был одет в поношенную куртку и джинсы. Тоже исследователь?

Они замерли, глядя друг на друга, как два лесных зверя, случайно столкнувшиеся на одной тропе. Первым нарушил тишину парень.

– Эй! Ты что здесь делаешь? – Его голос был низким, но без агрессии, скорее с удивлением.

Кира быстро спрятала документы обратно в коробку и закрыла ее.

– А ты? – Ее голос прозвучал суше, чем она хотела. Она не любила, когда ее застают врасплох. И уж тем более не любила делить свои находки.

Парень подошел ближе, его глаза за очками изучали ее с любопытством.

– Я Стас. Студент исторического факультета. Пишу курсовую по истории промышленных объектов региона. Я слышал слухи об этом месте, но не ожидал, что оно сохранилось. И уж тем более не ожидал встретить здесь кого-то. Тем более… школьницу. – Он окинул ее взглядом, в котором промелькнуло легкое недоверие.

Кира сжала губы. «Школьница». Этот тон ее всегда раздражал.

– Кира. Я тоже здесь по делам. Увлекаюсь… урбан-экплорингом. И историей. – Она говорила настороженно, но Стас, кажется, не заметил ее нервозности. Он был слишком поглощен увиденным.

– Ух ты! Ты… ты серьезно? Фотографируешь? – Он кивнул на ее камеру, висящую на шее. – Это потрясающе! Я столько раз пытался найти хоть какие-то снимки этого места. Оно же… оно просто исчезло со всех карт.

Кира почувствовала легкое замешательство. Он был другим. Не просто любопытствующим, а явно осведомленным.

– Ты что то знаешь о Старом Городе? – спросила она, ее тон смягчился.

– Знаю то, что пишут в старых справочниках – ничего. И то, что шепчутся в кулуарах исторического факультета – что здесь было что-то нечисто. Я пытался найти официальные документы, но все, что касается этого района, засекречено или просто… отсутствует. А это значит, что здесь произошло что-то очень серьезное, что пытались скрыть. Я ищу свидетельства, хоть что-то.

Он подошел ближе к железной коробке, которую Кира только что закрыла.

– Ты что-то нашла? – Его глаза блеснули.

Кира колебалась. С одной стороны, это была ее находка, ее тайна. С другой – он был историком. Ему могли быть знакомы термины, он мог помочь расшифровать то, что она не понимала. К тому же, его появление было слишком своевременным, чтобы быть случайным.

– Может быть, – она встала. – А ты что-нибудь нашел?

Стас показал на свой блокнот. – Только предварительные зарисовки и наблюдения. Этот завод, похоже, был одним из ведущих в городе, производил что-то для химической промышленности. А судя по тому, как быстро все опустело, здесь явно что-то пошло не так. Какие-то… аномалии. Некоторые документы в университетской библиотеке упоминают странные показатели проб воздуха и воды в 70-х, но без указания точного места. Я почти уверен, что это оно.

Кира наконец решилась. Медленно, она снова открыла коробку.

– Я нашла это. – Она достала папку с надписью «Проект Атлас». – И вот это. – Показала отчеты о радиации.

Глаза Стаса расширились. Он осторожно взял папку, его пальцы слегка дрожали.

– «Проект Атлас»… Я об этом слышал! Есть легенда, что это был некий проект по реновации города, но так и не был завершен. Но радиация… Это совсем другой уровень.

Он быстро пролистал документы, его взгляд скользил по строкам, выхватывая знакомые слова.

– «Изотопы», «распад», «предельно допустимые нормы превышены в 120 раз»… Кира, это очень серьезно. Это не просто заброшка. Это место экологической катастрофы, которую просто замолчали!

Он поднял на нее глаза.

– Послушай, я понимаю, что ты, вероятно, хочешь сохранить это в тайне, но это… это информация, которая должна быть раскрыта. Это может быть преступление, сокрытое десятилетиями.

Кира кивнула. Она тоже это понимала. Ее личная тайна переставала быть таковой, когда речь заходила о таких вещах.

– Мне нужна помощь, чтобы понять это все. Я просто… фотограф.

– А я историк. – Стас улыбнулся, и в его глазах появилось что-то, что Кира сразу распознала: такая же жажда правды, такая же одержимость, как у нее самой. – Кажется, мы нашли друг друга.

Они провели следующие несколько часов вместе, исследуя завод, а затем и другие здания. Стас, хоть и был более академичным, проявлял удивительную наблюдательность. Он замечал детали, на которые Кира, поглощенная атмосферой и композицией для снимков, не обращала внимания: особые метки на стенах, необычные конструкции, которые могли быть частью какой-то системы очистки или защиты. Кира, в свою очередь, была проводником по лабиринту руин, ее интуиция вела их к самым интересным и нетронутым местам.

Они нашли бывшую школу. Внутри все было перевернуто вверх дном, но на одной из стен сохранилась нарисованная мелом карта мира, с уже неактуальными границами стран. На полу валялись порванные тетради и учебники, некоторые из них до сих пор имели детские каракули на полях. Стас нашел обрывок дневника – всего лишь несколько строк о погоде и неких «странных головных болях», которые «участились у всех соседей».

В одном из дворов, где, вероятно, была детская площадка, они обнаружили странный колодец. Он был завален камнями, но от него исходил едва уловимый, но отчетливый запах, похожий на что-то химическое и горькое. Стас, осмотрев его, предположил, что это мог быть сброс отходов. И тогда «Проект Атлас» приобретал еще более зловещий смысл.

– Похоже, «Атлас» – это не реновация. Это была попытка что-то скрыть, – предположил Стас, сидя на поваленном дереве, пока Кира фотографировала остатки старого фонтана. – Вывести людей, а потом стереть с лица земли все доказательства.

– А что потом? – спросила Кира. – Почему так много зданий до сих пор стоят?

– Вероятно, они не успели. Или что-то пошло не так. Может, просто бросили, потому что подумали, что люди забудут. Но мы не забудем, – Стас посмотрел на нее с решимостью.

Они обменялись телефонами и договорились встретиться на следующий день в библиотеке, чтобы проработать документы, которые Кира нашла. У Стаса был доступ к закрытым базам данных университета, что могло очень помочь. Кира чувствовала невероятное облегчение – теперь она не была одна в своем расследовании. И это было удивительное чувство.

Солнце клонилось к закату, раскрашивая небо в оранжевые и фиолетовые тона. Останки Старого Города выглядели особенно таинственно в предзакатном свете. Кира сделала несколько последних снимков, пытаясь запечатлеть это ощущение древней, угасающей красоты.

Когда она шла обратно к автобусной остановке, в голове у нее крутились обрывки информации: «радиация», «Проект Атлас», «головные боли». И образ Стаса, его умные глаза за очками, его энтузиазм.

Дома ее снова ждала привычная атмосфера. Ужин, тишина, легкое напряжение в воздухе. Отец смотрел телевизор, мама читала газету.

– Как прошел день? – спросила мама, не отрываясь от статьи.

– Хорошо, – ответила Кира. – Много материала для проекта.

Она поднялась в свою комнату, чувствуя себя опустошенной, но в то же время невероятно наполненной. Ее рюкзак был тяжел не только от техники, но и от груза новых знаний. Она выгрузила фотографии на ноутбук, просматривая их. Каждое изображение было новой подсказкой, новым фрагментом истории.

Телефон завибрировал. Это было сообщение от Лео.

«Привет, Кира. Ты была на вечеринке? Жаль, что нет. Но я хотел спросить… может, завтра после школы сходим куда-нибудь? Кофе, мороженое? Просто поболтать?»

Кира посмотрела на сообщение, и на ее лице появилась легкая улыбка. Лео. Он был таким обычным. Таким ярким. Он был из того мира, где не было пыли веков и стертых городов. Мира, где люди просто встречались, разговаривали о ерунде и смеялись. Этот мир казался таким далеким после сегодняшней вылазки.

С одной стороны, ей хотелось отдохнуть от тайн, окунуться в эту легкость. С другой, она чувствовала, как ее мозг уже переваривает обрывки информации, пытается соединить точки. Завтра ей нужно было встретиться со Стасом.

Она напечатала ответ: «Привет, Лео. Спасибо за приглашение, это очень мило. Но завтра я точно не могу, у меня… очень важные дела по проекту. Извини.»

Она сделала паузу, затем добавила: «Но, может, на выходных?»

Ответ пришел почти мгновенно: «Отлично! Пиши, как освободишься! Удачи с проектом!»

Кира отложила телефон. Ей нравился Лео, нравилась его легкость, его искренняя улыбка, его попытки заговорить с ней. Но сегодня его приглашение казалось… неважным. Ее мысли были в Старом Городе, среди заброшенных стен, с этим странным, но таким умным Стасом.

Она открыла свой блог «Forgotten Frames». Ей нужно было что-то написать. Что-то, что могло бы хотя бы намекнуть на то, что она обнаружила. Но она не могла написать всю правду. Пока.

«Сегодня я побывала в месте, где время остановилось. Где природа поглотила то, что когда-то было живым. Место, которое было стерто из истории, но продолжает шептать о себе. Стены хранят свои тайны, и иногда, если прислушаться, можно услышать их эхо. Это не просто разрушение. Это – забытая память. И я думаю, я начинаю ее понимать.»

Она прикрепила несколько своих новых, тщательно отобранных фотографий: заросшую дорогу, ржавый станок, стену с граффити. Никаких людей, никаких документов. Просто красота разрушения.

Затем она закрыла ноутбук. Завтра будет новый день. И новая глава в ее собственном расследовании. И возможно, в ее собственной жизни. Тайна Старого Города только начинала раскрываться, и Кира чувствовала, что она стоит на пороге чего-то по-настоящему большого. И эта мысль, даже несмотря на страх, наполняла ее силой.

Глава 3.

Под слоем пыли и лжи

Утро после дня, проведенного в объятиях Стертого Города, было таким же серым и прохладным, как и его руины. Кира проснулась с ощущением, будто все ее тело отбито. Не от физической усталости, а от ментальной перегрузки. Информация о «Проекте Атлас», о радиации, о замолчанном преступлении – все это крутилось в голове, словно на карусели, не давая сосредоточиться. Она уже не была просто подростком, одержимым старыми зданиями. Она была… чем-то большим. Следователем. Археологом правды.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.