Владислав Жуков
Песок времени. Пролог

Глава 1: Наследие Пыльных Дюн

Сцена 1: Край мира

Песок здесь был другим.

Он не просто скрипел под ногами – он шептал. Каждое дуновение ветра, каждый вздох пустыни казался мне посланием. Я стоял на краю Опустошенного Края, глядя в зияющую бездну, над которой висел мутный закат. Ни звёзд, ни луны. Только медленно танцующие песчинки в воздухе и багровое небо, выгоревшее от времени.

В груди – напряжение. В кулаке – Хроноскоп, артефакт, который я должен был спрятать… или понять. В нём не было песка, как в обычных часах. Только золотые искры, дрожащие, как живые. Они стекали сквозь пространство, как будто время само ломалось под их тяжестью. Иногда мне казалось, что он дышит. Или… наблюдает.

Я сжал его крепче.

«Найди Хранителей Песков. Они знают правду о Падении», – гласила записка, оставленная отцом.

Отец… Он исчез три года назад. Ушёл за границу Пустошей, туда, где магия путается в руинах старых цивилизаций, и больше не вернулся. Только записка и Хроноскоп. Тогда я был ребёнком. Сейчас… тоже ребёнок, но с другой тенью в глазах.

Я поднял взгляд. На горизонте появились они.

Сначала – как точки. Потом – как демоны из песка.

Сандаловеры. Их тяжёлые, дышащие магией машины прорезали пейзаж, оставляя за собой шлейф жара. На флагах – чёрно-оранжевые символы. «Гелиос». Корпорация, что собирает остатки древних технологий. Они давно искали такие артефакты, как мой. Они знали, что я его ношу. Кто-то меня сдал.

Я побежал. Песок хлестал в лицо, заполнял обувь, царапал кожу. Позади – гул магомоторов. Ускорение. Мне не убежать. Но я знал, что у меня есть шанс, один-единственный: Хроноскоп.

Я сорвал мешочек с шеи, вытащил артефакт. Он снова засиял – ярче, чем раньше. Внезапно всё замедлилось. Шаги, дыхание, звук – как будто я оказался в другом ритме. Мир застыл. Я почувствовал, что вижу.

Сквозь скалу, что возвышалась сбоку от тропы, я различил… проход. Не дверь, не тоннель. Воронка из искр, нарисованная прямо на камне. Она пульсировала в такт Хроноскопу. Я шагнул вперёд, и на последнем вдохе – провалился внутрь.

Сцена 2: Глубже песка

Я упал тяжело – больно, но жив. Песок оказался глубже, чем я думал. Он проглатывал меня, как будто ждал. Сначала была только темнота. Потом – пульсирующий свет от Хроноскопа, выхватывающий из мрака куски пола, странные механизмы, потрескавшиеся арки и… воздух.

Да. Он здесь был. Чистый, сухой, пахнущий медью и старой магией. Не пылью, не гнилью. Живой воздух.

Я медленно поднялся. Колени дрожали, голова звенела. Гудение в ушах сменилось тишиной, в которой каждый шаг отзывался эхом. Пространство было неестественным – углы казались неправильными, как будто их рисовали не человеческие руки. Линии плавно сходились, потолок стекал в стены, а пол был усеян символами, светящимися мягким бирюзовым светом.

Хроноскоп в моей руке стал тяжелее. Теплее. Он как будто вёл меня – я чувствовал лёгкое натяжение в пальцах, когда поворачивал не туда.

– Что это за место?.. – прошептал я. Внутри было слишком тихо, чтобы говорить громко. Даже сердце билось осторожно.

Впереди открылся зал. Или храм. Полукруглый, с высоким потолком, на котором плавали голографические изображения – неба, которого я не знал. Я видел созвездия, которых нет на наших небесах. Схемы. Символы. Магия – не такая, какую я учил у старого Мадера в деревне. Другая. Холодная. Геометрическая.

И в центре зала – пьедестал. Над ним парил кристалл, окружённый кольцами света. Когда я сделал шаг ближе, кристалл дрогнул – и кольца распались в воздухе, как дым.

В этот момент я почувствовал шаги за спиной.

Я обернулся резко, инстинктивно сжимая Хроноскоп. Свет начал гаснуть. Символы на полу поблекли. Воздух сгустился, будто в зал вошла сама ночь.

И тогда я увидел его.

Высокий. В плаще из ткани, переливающейся, как вода под лунным светом. Лицо скрыто капюшоном. В руках – клинок, не из металла. Он был… светом. Или магией, принявшей форму стали.

Он не нападал. Просто смотрел. Или чувствовал?

– Ты носишь Часы Судеб, – сказал он. Его голос был ровный. Без враждебности. – Это не твоя ноша. Но она тебя выбрала.

Я сжал кулак.

– Кто ты?

– Талос, – ответил он. – Страж древнего. Последний из тех, кто помнит, почему этот мир рассыпался.

– Ты Хранитель Песков?

– Уже нет. Но, возможно, ты – будешь.

Сзади послышался грохот. Магический скрежет, звук рвущейся энергии. Талос повернулся к одной из арок.

– Они нашли вход.

Я бросился к нему.

– Гелиос?

– И хуже. Они идут за Хроноскопом. Если они доберутся до Первичного Кристалла… всё повторится.

Он поднёс клинок к кристаллу, и тот мигом исчез, растворившись в воздухе.

– Время у нас только здесь, Каэль. Пошли.

– Подожди… откуда ты знаешь моё имя?

Он посмотрел на меня. И впервые в голосе появилась тень усталости:

– Потому что ты сын своего отца. А он знал, что однажды ты придёшь.

Сцена 3: Песчаный бег и Зов Часов

Мы неслись по коридорам, освещённым вспышками далеких боёв. Пульсации Хроноскопа становились всё быстрее, и каждый удар его света отзывался в груди. Я не знал, что делает эта штука – только чувствовал: она проснулась. И чем ближе мы были к выходу, тем больше она напрягалась. Будто… боялась.

Талос бежал бесшумно, как ветер в пустыне. Его клинок уже не светился – спрятан. Но в пальцах читалась готовность: он был воином. Не просто солдатом. Человеком, который слишком долго выживал там, где давно никто не жил.

Мы выбежали в ангар – или, возможно, зал взлёта. Огромные створки напоминали пасть существа, застывшего в мёртвом рыке. Сквозь трещины пробивался свет заходящего солнца. Надо было спешить.

И тогда они пришли.

Четверо. В плащах, темнее ночи, без лиц. Вместо глаз – алые нити, будто магия сама сжалась в зрачки. У каждого – по жезлу. Не оружие. Инструмент. Они несли не смерть – стирание. В них не было страха. Только голод. Старый, вечный, древнее слов.

Их жезлы загудели. Один из них поднял руку и направил её в сторону Талоса. Пространство дрогнуло. Пульсация – и тишина. Мёртвая, звенящая.

Я не думал. Не успел бы. Я просто крикнул. Но не ртом.

Мыслью. Изнутри.

Хроноскоп вспыхнул у меня на груди. В этот миг я ощутил, как время… дрогнуло. Как нити, что соединяют всё: воздух, шаг, мысль – разъехались. Искатель замер. Его жезл задрожал, расплылся, исчез – или впал в другой ритм. Талос воспользовался этим. Один прыжок – и тьма сжалась, исчезла.

Но другие остались.

– Беги! – крикнул он. – К шлюзу! Я их задержу!

– Нет! – Я шагнул к нему, но он оттолкнул меня. Его клинок зажёгся вновь.

– Ты нужен больше, чем я. Они не охотятся за мной. Они хотят ключ.

Я знал. Он был прав.

Я рванул к шлюзу. Кровь гудела. Мир опять искажался. Хроноскоп светился всё ярче, и… я слышал голоса. Шёпоты, где-то внутри черепа. Не мои. Древние. Далекие. Они не просили. Они ждали.

– Найди Кристалл…

– Хранители мертвы…

– Ветер несёт ложь…

Я ворвался в пилотный отсек, старый маголет скрипнул под весом времени, но панели ожили, будто узнали меня. Вставил Хроноскоп в круглый разъём, не зная зачем – и почувствовал, как всё вокруг вспомнило себя. Силовые кристаллы засветились. Створки открылись. Ветер влетел внутрь, сбивая пыль столетий.

Талос вбежал последним. Его плащ был порван, а клинок – тусклый. Но он улыбался.

– Ты слышал их, да?

– Голоса? – кивнул я.

– Это только начало.

Мы поднялись в воздух. Пески закружились под нами, как волны. Сандаловеры Гелиоса уже шли к руинам. Поздно. Мы ускользнули.

И пока летели к далёким Лесным Шпилям, я впервые понял: я больше не просто мальчик из пустыни. Я стал частью чего-то, что простиралось за пределы времени.

Глава 2: Бегство и Клинок Рассвета

Сцена 1: Воспоминание о ветре и голосе отца

Между сном и явью мир теряет очертания. Звук становится мягче, свет – теплее. В этом месте, где время колышется, как вода, ко мне возвращаются обрывки того, что я пытался забыть… или сохранить.

Отец стоял у костра. За ним – сумерки, тёплый ветер и песок, ещё не успевший остыть после дневного жара. Я помню, как сидел, обхватив колени, глядя на огонь. Мне тогда было лет восемь. Пустыня казалась бесконечной, а он – вечным.

– Слушай, Каэль, – говорил он, не глядя на меня, ковыряя палкой в углях. – Есть вещи, которые нельзя объяснить, пока ты не вырастешь. И есть вещи, которые нельзя объяснить вообще. Их можно только… передать.

Он протянул руку – и в ней лежал Хроноскоп.

– Это не просто артефакт, – продолжал он. – Это якорь. Он связывает время. Старые маги называли его "Песочные Сердца". Потому что он чувствует, чьё сердце способно сдерживать течение песка.

Я дотронулся до него. Внутри мерцали искры. Они казались живыми. Как будто знали, что я смотрю.

– Почему он у нас? – спросил я.

Отец усмехнулся. Грусть в глазах была глубже, чем пустыня.

– Потому что однажды я нашёл то, что не должен был. Руины… голос… И теперь мы бежим не от смерти, Каэль. Мы бежим от тех, кто боится того, что можно узнать, если этот артефакт попадёт в правильные руки.

Я тогда не понял. Только запомнил, как он положил Хроноскоп мне на грудь, и сказал:

– Если со мной что-то случится – спрячь его. Или… используй. Он найдёт тебя, когда придёт время.

Я хотел спросить, что значит "используй", но он уже поднялся, глядя в темноту. Что-то в его лице изменилось. Он больше не был отцом у костра. Он был странником. Беглецом. И… носителем тайны.

Я очнулся в кресле транспортного модуля. Ткань подо мной дрожала, лязгала где-то внизу обшивка. За окном – серо-зелёные пики Лесных Шпилей, как клыки вымершего зверя. Хроноскоп снова лежал у меня на груди – тёплый, тихий.

– Твой отец был смелым, – сказал Талос. Он стоял у противоположной переборки, глядя на приближающийся шторм. – Не многие из Хранителей решались нарушить Клятву Знания. Тем более ради семьи.

Я не стал спрашивать, откуда он знал, что мне снилось.

– Почему он ушёл? – спросил я вместо этого. – Почему не остался со мной?

– Потому что он думал, что ещё успеет всё закончить до того, как тебя втянет в это.

Талос повернулся ко мне, его лицо – усталое, обожжённое солнцем и сном. – Он ошибся. Как и я. Теперь уже слишком поздно.

Он подошёл ближе и положил ладонь на панель. Магический круг вспыхнул, показывая карту.

– Мы летим к Шпилю. К Игле Рассвета. Там прячутся последние Хранители. Или их кости. И, возможно, ответы.

Я посмотрел на карту. Она переливалась голубыми линиями, соединяя горы, долины, шторма и… пустоты. Я видел одну линию, пульсирующую, как вену – от нас к центру Шпиля. Она исходила из меня. Из Хроноскопа.

– Это он тебя ведёт, – произнёс Талос. – Не ты его. Прими это. Ты не герой. Ты… звено. Ключ.

Я отвернулся к окну.

Значит, всё действительно началось.

Сцена 2: Шпили, что шепчут

Лесные Шпили встретили нас стеной тумана.

Судно дергалось, словно боялось заходить внутрь. Я чувствовал, как магия снаружи сжимается, будто что-то тянет её внутрь себя. Здесь воздух был другим. Не тёплым и сухим, как в пустыне, а влажным, колючим. Каждый вдох отдавался лёгким жжением в горле, словно в нём жили тысячи крошечных искр.

Мы спустились на маленькую террасу – остаток древнего каменного причала, скрытого среди скал и гигантских грибов, чьи шляпки перекрывали часть неба. Некоторые из них были выше башен, которые я видел в городах – живые шпили, дышащие и пульсирующие в глубине.

Я шагнул на землю, и Хроноскоп дрогнул. Искры внутри него не просто светились – они тянулись вперёд. В одну сторону. Как компас, но живой.

– Он чувствует сигналы, – сказал Талос, глядя вперёд. – Значит, они ещё живы. Или что-то осталось от них.

– Хранители?

Он молча кивнул. Но я почувствовал в его взгляде сомнение.

Мы двинулись вперёд, пробираясь между мшистыми стволами. Под ногами – плотный ковер из корней и спор. Каждое наше движение вызывало ответную волну – шорох в кустах, жужжание насекомых, иногда даже лёгкое биение света в воздухе. Магия здесь была живая. Не как у нас в деревне, где она спрятана в амулетах и рунах. Здесь она гуляла сама по себе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.