Юлия Ермакова
Последствия

Сладко потянувшись и открыв один глаз, Оля посмотрела на часы. Обе стрелки были на цифре одиннадцать. Ольга поняла, что мать уже на работе, и решилась открыть второй глаз. На всякий случай тихо спустилась с кровати и выглянула в коридор – плаща матери не было.

– Фух, – выдохнула Ольга, до вечера спокойствие было обеспечено. Поставила чайник на плиту, влезла с ногами на стул и задумалась. Мысли путались в ее голове: «Что же на этот раз матери соврать?»

В прошлый раз она сказала, что ее подругу бросил парень, а та хотела повеситься. Ольге пришлось с ней остаться, пока подруга не успокоилась – не бросать же человека в беде! На самом деле, до полуночи она сидела в баре и цедила бутылку дешевого пива, ожидая, что кто-нибудь угостит ее чем-нибудь подороже или просто захочет с ней познакомиться. Но все ожидания были напрасны.

А ей хотелось романтики. И поесть. Открыв холодильник и обнаружив там только борщ, девушка подумала о том, что мать могла бы найти еще одну работу, дабы пополнить запас провизии. Мать ее, сорокалетняя женщина с болезненным лицом, работала уборщицей на неизвестной миру фирме.

Ольга с силой хлопнула дверцей старенького холодильника и разрыдалась: «Двухтысячный год на дворе, а у нас один борщ! Ну чем я хуже Лильки Орловой, этой курицы из группы! У нее тоже нет отца, а мать ее вообще не работает, а получает какое-то пособие, но в то же время Лилька приходит в училище, как картинка – шмотки, косметика – все самое дорогое. И уж верно в ее холодильнике не борщ трехдневный стоит, а что-нибудь покруче!» Наревевшись и увидев, что вода в чайнике почти вся выкипела, она выключила газ. Затем напилась чаю и стала собираться в училище.

По дороге Ольга встретила Маляшу. Они вместе ходили на курсы, реклама которых гласила: «Вы хотите иметь образование, с которым всегда найдете работу?» При этом слово «всегда» было написано такими огромными буквами, что девчонки разом поверили этой рекламе и побежали по указанному адресу. После недолгого собеседования их приняли в группу с незамысловатым названием «СМ», что переводилось еще проще: «Секретарь-машинистка».

– Маль, – лениво произнесла Ольга, – курить есть? – это у нее было вместо приветствия.

– Гонишь, не курю, – привычно поздоровалась Маляша.

На самом деле, звали ее Алина. Фамилия у нее была Малина, с ударением на первый слог, поэтому, не удивительно, что к ней приклеилось такое прозвище. А Алина и не была против, Маляша так Маляша.

– Прикинь, Маляш, мы вчера потусовались, – начала Ольга… при этом Алина тяжело вздохнула, зная, что дальше последует рассказ о несуществующем принце, которого Ольга якобы вчера встретила и с которым провела весь вечер. А потом он захотел на ней жениться – это раз. И ребенка в срочном порядке – это два. Точно такие же истории только с разными именами Ольга рассказывала ей каждый день по дороге в училище. Правда надо отдать ей должное – Ольга никогда не повторялась в именах… – и он хочет от меня ребенка, – вывел Алину из раздумий голос Ольги.

«Дальше должно последовать: а я не хочу по расчету, я хочу по любви. Но я его не люблю».

И в тон мыслям Алины эхом отозвалась Ольга: «Я не хочу по расчету, я хочу по любви, но, увы, я его не люблю». Ольга пытливо посмотрела на подругу- поверила?

Алина, предвидев этот взгляд, уже сделала большие глаза: «Вот это круто! Но ты права подруга! Только по любви!»

«Боже, как мне это надоело», – подумала Алина.

Ей, как и Ольге, было девятнадцать лет. Но в отличии от худосочной Ольги, Алина была крепкого телосложения, была достаточно симпатичной и с вполне развитыми мозгами. Несколько лет она посещала секцию дзюдо, где добилась неплохих результатов и звания КМС. Но до «мастера спорта» ей не дали дойти недвусмысленные приставания тренера. Секцию она бросила, но будучи искренне влюбленной в спорт, своими соорудила небольшой спортзал в своей комнате. На попытку матери поднять восстание против железа в доме, Алина твердо ответила: «Начну курить и бухать по подворотням». Матери ничего не оставалось, кроме как сдаться. Алина могла найти весомый аргумент в критической, казалось бы, ситуации. Но аргументы – аргументами, мозги – мозгами, а вот денег все равно не было. Конечно, были карманные, мать давала. Но это – не то. Алина мечтала о настоящем фирменном спортивном костюме, о фирменных кроссовках. Пиком ее желаний были тренажеры. Чтобы все показывали, скорость движения, метраж и все такое. Что там было еще – Алина не знала. Однажды в фильме она увидела такой тренажер, на котором занималась какая-то звезда, настолько далекая от спорта, что Алина чуть не расплакалась от такого святотатства и стала мечтать еще сильнее.

В училище, входя в свой кабинет, Алина с Ольгой услышали разговор двух «королев» группы.

– А ты с кем приедешь?

– Да ну, еще не знаю. Может, с Седым, а может, с Димой – у него тачка круче.

– Интересно, кто еще будет?

Судя по их разговору, в училище намечалась дискотека. Потому что только на дискотеку в училище Лилька приводила с собой Седого или Диму. В других местах она с ними не появлялась, для других мест были поклонники покруче. Алина с Ольгой хоть и не были в этих «других» местах, но Лилька с упоением рассказывала, как она проводит там вечера.

«Интересно, кого пригласят?»– подумала Ольга. Так уж повелось в их группе, на дискотеку приходили те, кого приглашали Валя и Лиля. Неизбранным там места не было. Один раз пошла туда девчонка из их группы без приглашения, так ее там так засмеяли, что она потом две недели в училище не приходила. «В шарагу», – как говорила Ольга. Слово «училище» ей не нравилось. Впрочем, ей не нравилось многое. И многие. Например, те же Валя и Лиля. Она завидовала им. И не червячок зависти, а целый удав поселился в ее душе и душил ее, душил.

– Ты че, оглохла? – услышала она рассерженный голос Вали, а потом уже капризный голосок Лили:

– Так ты идешь?

– Куда? – Ольга, увидела удивленные глаза одногруппниц – переспрашивать у Вали и Лили не смел никто. Все должны были слышать и понимать их с полуслова. А не услышала – догадайся.

– На дискарь с нами, – чуть топнув ногой, повторила Лиля.

«Сивка-Бурка», – отметила про себя Алина, которая тоже не любила эту парочку, но разумно их игнорировала.

Глаза Ольги расширились: она стала избранной! И не важно, что она с ними не очень, так сказать, дружила. Может, они нормальные, просто надо пообщаться. И дрожащим голосом девушка ответила: «Иду».

– Вот и классно. Оттянемся на славу. Кстати, – подозрительно прищурилась Лилька, – у тебя бабки есть?

Ну вот. Прощай дискотека. Прощай дружба с «избранными», и, еле услышав свой голос, Ольга произнесла:

– Н-нет.

– Ну блин! А как ты собралась на дискотеку? – спросила на всю группу эта чума, а ведь могла и потише. А та еще громче спросила:

– Или ты туда танцевать собралась?

«Могла бы и просто потанцевать, – грустно подумала Ольга, – вот кобыла, как будто всей группе обязательно знать, что у неё нет денег. А эти дуры-одногруппницы глаза выпучили, шушукаются. Ну как же! Не успела вылезти в княгини, как опять по уши в грязь засунули».

– Ну ладно, пошли выйдем, – неожиданно смилостивилась Лиля и, взяв Ольгу под белы рученьки, вывела из кабинета.

– Девочки, урок, – пред ними предстала преподавательница этики.

– А мы на минутку, – отозвалась Лилька. В коридоре она прижала Ольгу к стенке:

– Деньги нужны?

– Спрашиваешь.

– Ты ещё девочка?

– Ну… не совсем. – Ольга окончательно стушевалась.

– Ясно. Короче, ничего не теряя, ты получишь две тысячи за час работы. Поверь для начала это немало, поняла?

Ольга поняла, всё поняла. И откуда у Орлуши дорогие шмотки, и кто её по вечерам на иномарках по городу катал. И осознав то, что ей предложили, Ольга толкнула «избранницу», крикнув на ходу: «Конченая!», побежала в кабинет.

В центре города стоял высоченный дом. Выглядел он как замок, с красивыми башнями и здоровенными входными дверьми. И конечно жили в этом доме не обыкновенные работники, потому что месячная квартплата была на порядок выше зарплаты простого трудяги.

К подъезду дома подъехал «Лексус», из которого вышли мужчины в чёрных костюмах. Водитель остался у машины, второй вошел в подъезд. Парень постучал в дверь квартиры, из нее вышел молодой человек. Это был бизнесмен Светлов Константин Вадимович, имеющий прозвище Банкир. Ему было двадцать семь лет, выдержанный, немногословный, с приятной внешностью.

– Вы меня как президента охраняете, – пошутил Костя.

«Если б мы тебя не охраняли, хрен бы ты сейчас здесь стоял и улыбался», – подумал про себя охранник, а вслух сказал:

– Мы лишь обеспечиваем Вашу безопасность. – В реальности он понимал, что полную безопасность они, даже если будут очень хотеть, обеспечить не смогут.

Уже в машине один из парней поинтересовался

– Константин Вадимович, я слышал, Вы отдохнуть собираетесь?

«Интересно, от кого ты это слышал?» – почему-то подумал Владимир, водитель и правая рука Светлова. Он был предан Константину, считал его своим другом и готов был защищать его всегда и везде. Поэтому порой, даже в невинных вопросах, ему слышались подвох и измена. Однажды Константин выручил его из нелёгкой ситуации и с тех пор Владимир стал его второй тенью. Вероятно, чувствуя что-то шестым чувством, он не доверял Юрию. Тому самому, который спросил Константина об отъезде. Владимир решил присмотреться к этому парню повнимательнее. Что-то ему не нравилось. Но что?

– Так Вы едете отдыхать? – повторил вопрос парень, не дождавшись ответа.

– Еду, Юрий, еду! Вот только решу несколько вопросов и сразу же поеду.

Да, повод радоваться был: впереди сделка, сулившая хорошую сумму. А после неё не грех было бы и отдохнуть, как следует. А вот где – Светлов пока ещё не решил.

– Гуляева, что там у вас произошло? – спросила этичка.

– Ничего, – сказала Ольга, но, встретив откровенно ухмыляющийся взгляд Вальки, она схватила сумку и выскочила из кабинета, опять сбив с ног юную сутенёршу.

– Да что с ней происходит, – возмутилась преподаватель.

– Наталья Степановна, можно я пойду проверю? – вскочила Алина

– Иди, Малина, иди, – вздохнула женщина. Однозначно, она не могла понять нынешнюю молодежь. Ведь можно было досидеть до конца урока, а затем уже куда-то бежать. Но Гуляева – это Гуляева. Одна фамилия чего стоит.

– Олька! Гулька! Подожди! – кричала на весь коридор Алина. Гулькой Ольгу называли лишь очень близкие подруги, то есть только Алина. – Да подожди ты! Догнала! Ты умом тронулась или как? Какого чёрта бегаешь как сайгак по прерии? Устроила мне тут внеплановую тренировку! Степановна в панике! – наконец догнав на улице подругу, выпалила Алина. Увидав, что та вот-вот разрыдается, Алина подскочила к первому попавшемуся курильщику и крикнула: «Сигарету! Быстро!» Как ни странно – подействовало. Парень испуганно передал ей сигарету, которую Алина поспешно вставила Ольге в рот.

– Ну? – спросила она.

И тут Ольгу понесло. Прерываясь на рыдания, она выдавила: -Только о тренировках способна думать!

– Рассказывай! – разозлилась Алина.

– Она предложила мне стать проституткой.

– Кто она? Лилька, что ли? – озадаченно спросила Алина.

– Да-а.

– Ладно, она дура, а ты чего рыдаешь?

Тут Ольга, перестав плакать, задумалась, а потом сказала:

– Не знаю, все нормальные девушки плачут после такого предложения.

– Слушай, кончай ты не те книжки читать, а то ты скоро совсем свихнешься.

Что-то вспомнив, Ольга вновь расплакалась.

– Что опять? – сжала кулаки Алина, чувствуя, что скоро сигарета понадобится ей, хотя она не курила. Разве что баловалась иногда.

– Дискотека, – простонала Ольга.

– Слушай, если я назову хотя бы три причины, по которым тебе не стоило идти, ты, наконец, заткнёшься?

– Ну, назови, назови! – обиженно выкрикнула Ольга

– Хорошо! Первое – ты хотела кинуть меня и пойти с этими каракатицами. Второе, ты забыла, что сегодня ты объясняешься с матерью, и возвращение домой в час ночи не отразится положительно на вашем общении. Третье – я приглашаю тебя, как главную страдалицу, в кафе. У меня есть немного денег – на перчатки копила. Да ладно уж, – махнула рукой Алина.

– Правда, правда? Класс! – обрадовалась Ольга, но, спохватившись и вспомнив о необходимом такте, спросила:

– А как же перчатки, холодно ведь? – С ужасом думая о том, что вдруг Алина действительно передумает идти. Но Алина вздохнула и сказала:

– Для бокса, дура.

За кафе Ольга была готова простить не только «дуру».

– Урод! – выкрикнул Владимир, едва успев выкрутить руль, чтобы не врезаться в вылетевшую навстречу «восьмёрку». Они с Юрием выскочили из «Лексуса».

– Ты что, скотина, охренел! – прорычал Владимир, готовый броситься на водителя. Вокруг собралась толпа зевак.

Увидав ребят спортивного телосложения, водитель "восьмёрки" приуныл.

– Попал! – вздохнул он, видя приближающихся амбалов и втянул в себя голову, пытаясь таким образом стать невидимым. Спасла бы его такая уловка – осталось неизвестным, потому что из толпы прозвучал грозный бас:

– Разошлись.

Один из амбалов подошёл к невесть откуда взявшемуся капитану, показал тому документы и что-то стал говорить, грозно размахивая руками. Капитан кивал, качал головой, и, нахмурившись, подошёл к водителю "восьмерки".

– Ваши документы, – пророкотал он, даже не представившись.

–Да, да. Минуточку, – пролепетал мужик, хлопая себя по карманам и пытаясь найти права. В голове его крутилась мысль: "Отпустит или нет?" В правах лежала тысячная купюра. "Лексус" уже отъезжал, и водитель немного успокоился.

– Граждане, расходимся, – басил сержант в толпу. Недовольная толпа начала расходиться. Люди жаждали зрелищ. Но в этот раз зрелища не получилось. Зато был хлеб. Лихач облегчённо вздохнул.

У кафе девчонки договорились встретиться в восемь, а сейчас надо было идти домой для того, чтобы переделать ту массу дел, которая может быть в девятнадцать лет.

Дома, не пообедав, Алина направилась к тренажёрам.

– Дочь, ну что ты делаешь, совсем себя не бережешь, иди поешь, – мать Алины тяжело вздохнула. Она никогда не одобряла увлечения дочери, но куда было деваться. Та хоть дома сидела, а не скиталась до полуночи неизвестно где и неизвестно с кем

– Ну, мама! Сейчас, подожди, – выдохнула Алина, выполняя "жим лёжа". При этом упражнении сердце матери уходило в пятки.

– Мам, я сегодня приду поздно, часов в одиннадцать, – с набитым ртом сказала Алина.

– Куда собралась? – поинтересовалась женщина. Она вполне доверяла дочери, но всё равно старалась знать всё: куда и с кем? А Алина никогда не делала из этого секрет и всегда отвечала честно. Почти всегда.

– С Олькой в кафе.

– Что ты связалась с этой воблой? – вздохнула женщина. Однажды она услышала, как Ольга отборнейшим матом ругала какого-то мужчину. С тех пор мать Алины никогда не называла её по имени. Алина молча мыла посуду.

Ольга пришла домой и сразу же решила переодеться в "кафешную" одежду. Был у неё такой чёрный облегающий костюм с удлинёнными рукавами и штанинами. "Костюм Пьеро", называла его Маляша. Потом, подумав, Ольга решила поесть. Хлеба не было, а переодеваться, для того чтобы сходить за хлебом, не хотелось. Девушка наелась и вспомнила о матери. Она решила сделать доброе дело, приготовить для мамы шикарный ужин из оставшихся продуктов, навести порядок в квартире, вымыть пол и посуду. Но ограничилась лишь тем, что пожарила картошку. С удовлетворением осмотрела шедевр своего кулинарного искусства.

– Я буду королевой в кафе, – решила Ольга. Накрасилась и расчесала волосы, она хмыкнула своему отражению в зеркале и посмотрела на часы. В кафе она должна была быть только через три часа. Несмотря на это Ольга надушилась, села на диван и стала ждать. Через десять минут бесполезного сидения она взяла один из своих любимых детективов и углубилась в чтение. "Какие же они крутые», – думала она с восхищением. Ей тоже хотелось быть такой же умной и сильной. В своих мечтах она помогала слабым, была строгой, но справедливой. И все боялись её и уважали. Оторвавшись от книги, она вскрикнула:

– Ой, блин, опаздываю!

На часах было пятнадцать минут восьмого, а дорога к кафе заняла бы всего десять минут. Путаясь в длинных штанинах, Ольга обулась, при этом, чуть не шлёпнувшись на пол. Она схватила плащ и выскочила из квартиры. Через восемь минут уже стояла у витрины кафе, а ещё через пять минут жалела, что не надела берет и перчатки. Дул холодный мартовский ветер, да ещё и дождь начинался. Оля представила, как она выглядит с покрасневшими ушами и носом, и вздохнула:

– Королева унитаза.

Войти в кафе она постыдилась. Денег у неё не было, а сидеть в помещении, не делая заказ, было стыдно. Да и вдруг Маляша не придет, тогда вообще облом будет, посидела, погрелась и пошла. Что люди скажут. Уже начав переживать по поводу отсутствия подруги, Ольга наконец рассмотрела в темноте приближающуюся спортивной походкой Алину.

"Рэмбо комнатный", – обозвала её про себя Ольга.

–Чего так долго? – недовольно спросила она.

– Как долго? Без десяти восемь. Я и так раньше пришла, – обиделась Алина.

– Ну ладно, ладно, я пошутила, – разочароваться второй раз за день Ольга не хотела.

– Идём уже, – предложила Алина

Вечером, когда Константина доставили домой, Владимир попросил у него минуту для разговора.

– Что ж, входи коли так, – гостеприимно кивнул бизнесмен.

– Мне не нравится Юрий, – сразу выпалил Владимир.

– А тебя никто с ним спать не заставляет, – усмехнулся Костя.

– Нет, не в том смысле, – смутился мужчина

– Так что тебе не нравится?

– Поведение Юрия, – Владимир был краток.

– Почему?

– Слишком многим он интересуется.

– Володя, ты слишком придираешься, ничего страшного нет в том, что охранник хочет знать, куда его потом пошлют.

– Послать его могут только в одно место, – возразил Владимир.

– Предполагаю, что наша беседа окончена. Если ты мне понадобишься, я позвоню, – голос Светлова стал твёрдым. – Иди.

Нахмурившись, Владимир вышел. Что-то его настораживало. Знать бы что. Так часто бывает, когда чувствуешь какую-то опасность и не понимаешь, откуда она может прийти. Владимир решил пройти пешком. Почувствовав, что начал замерзать, он зашел в кафе. За столиком заказал молоденькой официантке крепкий кофе. Увидев приближающуюся официантку с заказом, он непроизвольно улыбнулся, вспомнив свою первую любовь, которая тоже работала в кафе. Девушка, увидев улыбку, решила, что она адресована ей. Лихо виляя бёдрами, она подошла к столику. Владимир поблагодарил её и попробовал кофе. Поняв, что ловить здесь нечего девушка обиженно развернулась:

"Какого хрена улыбаться, если знакомиться не собираешься, – думала она, – попробуй ещё без чаевых оставь".

Владимир обратил внимание на двух девиц, сидящих напротив. Одна беспрерывно курила, а вторая попивала сок и пыталась увернуться от сигаретного дыма, который пускала подруга. "Клиентов ловят", – решил Владимир и уделил всё внимание кофе. Вскоре его привлек шум, исходивший от столика девушек. С ними решил познакомиться подвыпивший мужичок средних лет. Но, видимо, это знакомство в планы девчонок не входило, потому что Владимир услышал:

– Слушай, исчезни отсюда, я тебя как женщина прошу.

Владимир удивился. Хотя мужчина и не блистал красотой, но всё же. Девчонка так странно себя вела. Его заинтересовала эта пара.

– Ты что, не хочешь со мной общаться? – хмуро спросил отшитый кавалер.

– У нас девичник. Если ты не понимаешь по-хорошему, будем разговаривать иначе, – храбро произнесла любительница сока и чуть привстала. Видимо, мужчине не понравился тон девушки, потому что он отвесил ей пощечину. Удар в пах и четко выполненная подсечка заставила его склонить перед девушками не только голову, но и колени и издать тот звук при падении, который издает падающий мешок, набитый чем-то вроде пластилина. Подошедший к девушкам бармен наклонился и что-то грозно сказал. Расплатившись, те встали и вышли. Бармен же, шаркая ножкой, подошёл к стонущему мужчине. Владимир, удивленный поведением девушек, быстро расплатился и выбежал вслед за ними.

– Этот козёл всё испортил, – сказала Алина.

– Ну а чего ты на него наехала? Не хотела – не знакомилась бы, а меня ты даже не спросила, хочу ли я, – нервно ответила Ольга.

– А ты не забыла, что тебя угощала я. Я – хозяйка стола и я решаю, кому с нами садиться, а кому – нет, – Алина не на шутку разозлилась.

– Да подавись ты своим угощением!

– Девчонки – вдруг прервал их ссору чей-то голос. Обернувшись, они обе раскрыли рты. Перед ними стоял парень, словно сошедший с обложки журнала – высокий, красивый и достаточно прилично одет. Ольга машинально поправила причёску. – Девчонки, давайте познакомимся?

– А давай не будем, – ответила Алина, сама удивляясь своему ответу. Но Ольга спасла положение, взяв всё под свой контроль.

– Ты опять? – еле слышно прошипела она и громко произнесла: – Ольга, можно Оля, а это, – она бросила уничтожающий взгляд на Алину, – Алина. А ты кто? Дункан Маклауд?

– Нет, просто Владимир, – улыбнулась обложка. Я стал свидетелем вашей беседы и тоже решил попытать счастья, – при этих словах он посмотрел Алине в глаза, которая, не выдержав столь прямого взгляда, сказала: "Беседа как беседа, вполне мирная", – и, скривившись, потерла щеку. Рассмотрев её ответ как согласие на знакомство, Владимир пригласил девушек в кафе.

– Только не в это, – томно сказала Ольга.

– Тебе хорошо было? – спросила обнаженная девица лежавшего рядом с ней парня.

– М-м, – ему не хотелось отвечать. Потому что хорошо не было.

– Ну? – она внимательно посмотрела ему в глаза. Но "допрос" прервала трель телефона. Парень быстро схватил трубку, подумав: "Вовремя".

– Смольный на проводе, – пошутил он.

– Ты узнал? – голос собеседника к шуткам не располагал.

– Да. Нет. То есть да! Ну… в общем, нет.

– Так да или нет? – голос в трубке стал похож на рев разъяренного тигра.

– Он едет. Когда и куда – ещё не решил.

– Ты знаешь, что делать, верно? – голос стал почти мягким. Именно эта мягкость была пугающей.

– Да, да, конечно, – но на другом конце провода его ответ не ждали. Из трубки доносились короткие гудки. Несмотря на то, что в комнате было прохладно, парень вытер со лба пот и нервно закурил. Подумав, девушка решила не донимать его вопросами.

Мать не скандалила. Она вообще молчала, словно Ольги не было. Мельком взглянув на кухню, Оля убедилась, что картошки в сковороде стало меньше. Она удовлетворенно вздохнула. Раз мать поела, значит, почти не сердится. Почти. Все-таки, надо на глаза меньше попадаться. Хотя бы сегодня. Тем более, что сигаретный дух был слышен за версту. Пробравшись в свою комнату, она включила телевизор, наверное, единственную стоящую вещь в их квартире. Девушка залезла под одеяло. – Всё-таки в следующий раз надо будет одеться потеплее, – решила она и улыбнулась, вспомнив о том парне. Хотя он почти весь вечер смотрел на Алину, Ольга решила его добиться. Как – придумать не успела, так как её размышления прервала журналистка, которая брала интервью у того самого мужчины, подошедшего к их столику. Из интервью Ольга поняла, что он имеет какое-то отношение к директору кафе, брат или сват. – А по виду лох натуральный, – подумала Ольга. Осознав, какой шанс упустила, она расстроилась, но, вспомнив о Владимире, успокоилась и уснула.

– Вот зараза, снова накурилась, – мать выключила телевизор.

Утром, проснувшись от стука хлопнувшей двери, Ольга решила еще поваляться, и перекатилась на другой бок, но, вспомнив вчерашние события, вскочила с кровати. Наскоро умылась и стала одеваться.

Сегодня для Константина был особенно важный день. Ведь именно сегодня он должен был подписать контракт, суливший ему "три копейки", как любил говорить Костя. Так он называл особенно крупные суммы. В точности повторились вчерашние действия и, спустя десять минут, Банкир сидел в "Лексусе".

– Как настроение, шеф? – спросил Юрий.

– Как перед экзаменом.

– Ну ничего. После экзаменов почти всегда наступают каникулы, – пошутил Юрий, пытаясь втянуть Костю в разговор. Что ему и удалось.

– Думаю провести их в Крыму. Давно там не был. Всё по курортам заморским, а мне крымским воздухом подышать хочется.

– Так ведь не престижно, – вставил слово Юрий.

– А мне плевать на это, – Банкир посмотрел ему в глаза.

"С такими бабками можно на что угодно плевать и на кого угодно", – с завистью подумал Юрий.

Всё прошло без сучка и задоринки. «Как в плохом кино», – подумал Светлов. Контракт был подписан, деньги перечислены на счёт в банке. – Это надо отметить, – решил он. Позвонив нескольким друзьям и пригласив их, Костя расслабился и удовлетворенно вздохнул. Подъехав к дому, он поручил Владимиру сделать необходимые покупки. Уже выходя из машины, бросил взгляд на окно, которое находилось этажом выше его окон. Как он и ожидал, занавеска там еле колыхнулась, и кто-то отпрянул от окна. Вот уже несколько дней Владимир замечал чей-то повышенный интерес к персоне Банкира. Он решил выяснить, кто же так заинтересовался его шефом и другом. Поделившись своим решением с Костей, Владимир получил непонятный, с его точки зрения, ответ.

– Никаких действий не принимать. Ты понял меня? – Светлов вдруг улыбнулся. И хотя улыбка длилась не больше секунды, Владимира она успокоила. После того как Банкир оказался в квартире, охранник удалился. По распоряжению Светлова они только сопровождали его, дома же Костя предпочитал оставаться один, неразумно, как считал Владимир, рассчитывая на своё мастерство в кулачном бою.

Не дождавшись необходимого времени для "похода" в училище, Ольга помчалась к Маляше. Еле дыша, она чуть не сбила с ног мать Алины, выходящую из подъезда. Округлив глаза, Ольга бросила: "Ой, извините", но женщина ей ничего не ответила, лишь грозно наморщила лоб.

Впрочем, Ольга прощения и не ждала, а уже покоряла ступеньки второго этажа. Лифт, как всегда, не работал. Когда она добежала, а вернее доползла до двери Алининой квартиры, ей показалось, что отключили не только лифт, но и прекратили подачу воздуха. Когда на её стук открылась дверь, Ольга, даже ещё не увидев Алину, выкрикнула: "Звонил?"

– Привет, ты чего вся такая красная? – спросила Алина, пропуская подругу в квартиру.

– Звонил? – ещё громче крикнула Ольга. Вчера Владимир попросил телефон у Алины, пообещав позвонить. Ольга бы свой дала, если бы он у неё был.

– Да не ори ты, – Алина зевнула, – когда бы он звонил? В час ночи или в семь утра?

– Какие "семь утра"! Уже почти одиннадцать! Но Алина уже на слушала её, а спустя несколько секунд её голос донесся из кухни: – Чай будешь?

– Да не хочу я ничего! У тебя курить можно? – спросила Ольга, и, заранее зная ответ, направилась к выходу. Покурив, она вернулась и прямо спросила Алину:

– Он тебе нужен?

"А что, тебе отдать?" – подумала Алина, но вслух сказала: "Он не вещь", и вышла из комнаты.

Тяжело опустившись в кресло, Константин задумался. Он уже жалел, что созвал гостей, он устал. Устал выглядеть "вечным оптимистом". Многие завидовали ему, но никто и не предполагал, насколько тяжело ему было. Никто не знал о его постоянных ночных кошмарах и о необходимости натягивать маску счастливого человека, чтобы никто ни о чем не догадался, чтобы никто ничего не понял. Только Владимир смутно понимал, что с Костей что-то происходит. Однажды они вдвоём так набрались, что Банкир чуть не рассказал о том кошмаре, который произошел три года назад. Вовремя спохватился. И кошмар остался с ним. Так ему и надо. Ведь именно он, Светлов, был виной трагедии, случившейся тогда, весной 1997 года. От невесёлых мыслей его отвлекла мелодичная трель телефона. Это Владимир сообщил, что он уже у двери.

– Шикуешь, Володя, – пошутил Светлов, – так совсем меня разоришь – одними звонками.

– Все входящие звонки бесплатны, – голосом оператора ответил Владимир, оба рассмеялись.

Вот уже почти две недели пролетели после первой встречи с Владимиром, а он всё не звонил. Несмотря на то, что Алина, в отличие от Ольги, в разговоре с Владимиром принимала равнодушный вид, надо признаться, что у нее в душе он оставил след. Но Алина не хотела "пережёвывать свои чувства с подругой, пусть даже и близкой. Поэтому и молчала. Откуда ей было знать, что Владимир потерял листочек с её номером телефона и винил себя за то, что толком и не расспросил девушек, где их можно найти. Они темнили о месте учебы (ну кто признается, что учится на секретаршу). Они темнили о месте жительства. Ольга не хотела, чтобы парень узнал о её финансовых возможностях, вернее невозможностях, а Алина просто не привыкла давать адрес первому встречному.

Как и в прошлый раз на диване лежала обнажённая девица, в этот раз уже другая. А парень был тот же. И звонок, опять же, перебил её вопрос и его мысль: "Всегда одно и то же спрашивают! Сговорились они все, что ли". Как и в прошлый раз, собеседник напугал его. Вот только диалог отличался от предыдущего.

– Узнал?

– Да.

– Говори.

– Он едет в Крым. На дачу к одному из своих знакомых. Греку, кажется.

– Адрес? Когда? – вопросы были краткими.

Называя адрес, парень слышал, как его собеседник пощелкивает пальцами.

– Неплохо, – сказал голос. В трубке запищали гудки.

Вот уже вторую неделю Константин проводил в Крыму. С ним был Андрей – новый охранник. Владимир остался в городе по распоряжению шефа и выполнял его поручения. Владимир был недоволен своей участью и, в конце-концов, надоел Светлову своими звонками и вопросами о работе Андрея. Так что спустя ещё пару дней, Владимир занял его место.

Как-то заехав в небольшой ресторан, больше смахивающий на кафе из-за своих размеров, Костя увидел девушку. Когда их взгляды пересеклись, ему показалось, что он утонул в ней. Ее взгляд был холодным. Огромные ресницы, как опахала, то скрывали, то открывали зрителю зелень её глаз. Пухлые губки выглядели эффектно. Длинные светлые волосы обрамляли её личико, а высокая грудь вздымалась как волна при каждом вздохе. Чем ещё обладала девушка, Константин не видел. Она сидела, а длинная скатерть не позволяла увидеть то, что было ниже. Пригнувшись к Владимиру, Костя попросил пригласить незнакомку к их столику!

Владимир легко поднялся и направился к девушке. Как ни странно, но она отказалась присоединиться к ним, сославшись на занятость. Оплатив свой счёт, она удалилась, дав возможность полюбоваться восхитительными стройными ногами. Владимир, проводив её взглядом, заметил забытый на столе ключ с биркой. Он взял его в руки, на бирке был выгравирован адрес.

– Девушка, вы забыли… Медленно повернувшись, она вопросительно взглянула на Володю. Тут же сообразив в чём дело, так же медленно подошла к нему и, обнажив жемчужные зубки, улыбнулась: – Спасибо. Грациозной походкой лани она удалилась. Увидав, что Владимир потерпел фиаско, Костя вздохнул.

– Не переживай шеф, – успокоил его охранник. – Мне кукушка её адресок накуковала. И, действительно, даже внутри ресторана было слышно, как кукушка отсчитывала чьи-то года. Выйдя из ресторана, девушка села в машину, ожидающую её у входа и сказала сидящему в ней мужчине: "Рыбка клюнула, Иван Борисович, но из-за ваших олухов всё могло сорваться, и мне пришлось бы ждать следующего раза. Как Вы понимаете, я – не горный олень, и по горам за ними бегать не собираюсь".

– Успокойтесь, Инночка, Вы же сами сказали, что всё прошло удачно. К чему все эти сложности в виде ваших капризов? Я уверен, что мои ребята в следующий раз не оплошают и точно доставят Вас по нужному адресу.

– Я надеюсь, следующего раза не будет. Даром что ли я сломала ноготь, мастеря эту чертову бирку!

– Примите это, как компенсацию, – и через несколько секунд в ее руках была роскошная бархатная коробочка. Придирчиво осмотрев содержимое, девушка томно вздохнула: "Ну, только как компенсацию ".

"Улитка обморочная", – подумал Иван Борисович.

Сегодня идти в училище не хотелось, и Ольга решила "заболеть". Интенсивно попрыгав, она постучала к соседке, а когда та открыла дверь Оля испуганно сказала: – Тётя Люда, что делать, у меня, кажется, сердце выпрыгивает.

Её уловка удалась. После прыжков появилась одышка, лицо покраснело, а сердце, действительно, казалось, выскочит.

– А ты часом не беременна? – задала "дежурный" вопрос женщина.

– Вы что? Нет конечно!

– Значит, давление, – кивнула соседка.

– Ой, дайте мне что-нибудь, а то сейчас умру, – почувствовав, что отдышалась, заверещала Ольга. Как только женщина испуганно побежала искать это "что-нибудь", Ольга запрыгала еще интенсивней. Когда соседка вышла, держа в руках стакан воды и таблетку, симулянтка была вся в поту.

– Выпей, это поможет – уверенно произнесла тетя Люда. На самом деле, она не знала: поможет ли, так как это был обыкновенный анальгин. Но тетя Люда свято верила в психологическую установку, а, следовательно верила, что поможет. – Сейчас станет легче, пойду на учебу, – отдышалась "больная".

– Ты что! Сиди дома! Не хватало ещё по дороге помрёшь.

– Меня мама убьет, – скромно опустила глаза Ольга.

– Ничего не убьет. Я скажу. Иди полежи и не напрягайся.

– А вы на работу пойдете?

Истолковав вопрос по-своему, соседка ответила: – Не переживай. Если опять приступ будет – сходишь на верхний этаж. Тетя Маша поможет.

"Ура! Алиби обеспечено! Можно двигаться к Маляше. Дождаться только ухода тети Люды и идти. Главное, чтобы Маляша никуда не ускакала. Вот только интересно, что за дерьмо она дала мне съесть? – размышляла Ольга. В училище ей не хотелось, так как Валька с Лилькой откровенно ухмылялись ей в лицо.

– Ну, что ты придумала сегодня? – спросила Алина подругу.

– Я решила организовать поиски Владимира, – удобно расположившись в кресле, ошарашила Ольга ответом.

– Ну, ты вообще ненормальная, Шерлок Холмс хренов, – хмуро ответила Алина. Слова подруги невольно задели её.

– А что? – оживилась Ольга, – будем ходить по городу и найдем его.

– По городу? У него есть мой телефон. Если он не связался с нами до сих пор, то значит, он о нас и не вспоминает! – Алина хотела сказать "обо мне", но вовремя спохватилась. В чём-то Алина была права, сейчас все мысли Владимира были заняты светловолосой красавицей из ресторана. Узнав, кто проживает по адресу, указанному на бирке, Владимир удовлетворенно вздохнул. Девушка здесь была одна. Она снимала комнату в доме. Звали её Инна. Это вся информация, которую ему удалось выудить у не очень словоохотливого соседа. Инна увидела в окно того молодого человека, друга которого ей было приказано закадрить. Естественно, приказ был оплачен, Правда, пока авансом. Бесплатно Инна не подчинялась ничьим приказам. Единственной страстью в её жизни были деньги. Прошли те времена, когда она была доброй наивной дурочкой, теперь никаких розовых очков. Вытянув свои длинные ноги на мягком диване, девушка решила немного поспать. Её разбудил стук в дверь. Выглянув в окно, она с удивлением отметила, что уже вечер. – Ничего себе проспала.

Стук усиливался, Инна открыла дверь – перед ней стояла хозяйка дома.

– К тебе приехали, – недовольным голосом сообщила женщина и удалилась. Несмотря на то, что проживание девушки было хорошо оплачено, хозяйка все равно смотрела на нее волком, рискуя тем самым потерять одну из немногих квартиранток. Её сердитый нрав был практически невыносимым. Инна смело вышла во двор, ожидая увидеть Ивана Борисовича или его шестерок, но, выглянув за калитку, растерялась. Конечно, она ожидала, что те два парня из ресторана посетят её. Но всё же это оказалось для нее неожиданностью. Перед ней с огромным букетом роз стоял улыбающийся Константин. "Но почему эти придурки не предупредили?" – со злостью подумала Инна о парнях Ивана Борисовича, злая гримаса на секунду исказила ее милое личико, но, спохватившись, она улыбнулась: "Вы?"

– А Вы не ждали? – поинтересовался Костя. Интуиция ему подсказывала, что ключ с биркой был забыт не случайно. Ведь женщины обычно такие вещи кладут в сумочку, а не носят в руках.

– Константин, – представился он.

– Я жду только тогда, когда приглашаю, – не удержалась и выпустила коготки красавица, но тут же мягко добавила: "Инна".

"Лицо, наверное, опухло от сна", – терзала её мысль, поэтому она кокетливо добавила:

– Я отдыхала, и у меня, наверняка, припухло лицо, – ожидая услышать что-то вроде: "Вы всегда прекрасны", – но услыхала:

– Есть немного, поэтому предлагаю это исправить с помощью прогулки по вечернему побережью, а после отдохнуть в любом приглянувшемся Вам месте.

"Хам", – подумала про себя Инна, а вслух сказала: – Тогда Вам прийдется меня подождать.

–Желание дамы – закон для кавалера, – галантно ответил Константин, не заметив раздражения девушки.

– Сейчас как пожелаю! – рассмеялась Инна и на её щеках появились милые ямочки. Она многообещающе посмотрела на Костю. Сидевший в машине Владимир ошалело смотрел на эту живую куклу.

– Где же эти идиоты? – уже в доме прошептала Инна. Двое её почти охранников должны были предупредить о приезде Кости. Откуда ей было знать, что Иван Борисович велел им исчезнуть оттуда, дабы встреча Инны с Костей выглядела естественно.

– Вот, зараза, – удивленно пробормотала Алина, – а ведь уговорила, где мы будем его искать? Что за идиотская идея! И я, дура, пошла как овца на веревочке, – всё больше злилась она на себя. Девчонки шли по городу, Ольга крутила головой во все стороны, и это ещё больше злило Алину.

– Не крутись ты, как флюгер, – не выдержала она.

– А ты что думаешь, что он, как в сказке, нам навстречу будет идти? – нервно ответила подруга. – Свою судьбу нужно искать под каждым камнем, под каждый листочек заглядывать.

– Владимир – под листочком? – уточнила Алина.

– Не ходи отдыхать, матери горе найдешь, – вдруг обратилась к ним молодая цыганка.

– Чего-о? – протянула Ольга.

– Дай денег – больше скажу.

– Нет у нас денег, – Алина с силой потянула Ольгу за собой.

– Чего ты опять влезла! Может она нам что-нибудь и скажет. Пошли, вернемся. У меня есть двадцать рублей. Пошли, – ныла Ольга.

– Заткнись! – не выдержала Алина. – Не устраивай здесь цирк, они все одно и то же всегда говорят.

– Заткнись? Хорошо! Я заткнусь, – и развернувшись Ольга побежала, но отбежав метров тридцать, остановилась и дальше пошла пешком. Увидав, как тяжело поднимаются и опускаются Ольгины плечи, Алина злорадно подумала: "Тоже мне… покорительница дальних дистанций", – и ухмыльнувшись, повернула в сторону своего дома..

Константин, Инна и Владимир замечательно провели вечер. Узнав парней ближе, Инна приложила все усилия чтобы выглядеть милой. Впрочем, к этому располагало все: прекрасный ужин, крымские вина, и, как отметила девушка, довольно приятные кавалеры.

Вечер для Инны и Константина завершился в его номере.

Девушка изумленно смотрела на спящего Константина. Он то вскрикивал во сне, то ворочался. Всю ночь его преследовал кошмар. Та девушка, выпрыгнувшая из окна седьмого этажа, вдруг поднималась и шла к нему. На её длинных светлых волосах была кровь. Кровь была везде – на лице девушки, на ее одежде. И, почему-то, на руках Константина.

– Видишь, моя кровь на твоих руках, – печально улыбнулась девушка. – Ты не переживай, мой отец вытрет их, – добавила она, заметив, что Костя не знает куда деть испачканные руки. – Идем, – мягко сказала она, протягивая ему руку.

– Но, но ты не можешь… ты умерла, – он побежал, бежать было трудно, словно он это делал в воде. Обернувшись, Костя увидел, что девушка приближается к нему, он упал. Девушка склонилась над ним. Её окровавленные волосы прикоснулись к его щеке, разбитые губы прикоснулись к его губам.

Инна поняла, что Константину снится страшный сон. -Всё же он милашка, – улыбнулась она и прикоснулась губами к его губам.

Костя закричал, влажные от крови губы целовали его наяву. Он чувствовал кровь на своих руках, Константин резко оттолкнул девушку и вскочил с кровати.

– Да что с тобой случилось! – вернул его в реальный мир голос Инны. Его ладони были мокрые от пота.

– Мы завтра возвращаемся. – сказал утром Костя Владимиру. – Инна едет с нами. Она хочет походить по магазинам, дай ей в помощь кого-нибудь из ребят. Владимир попытался что-то сказать, но Костя перебил его: – Ты что, думаешь, я тебе поверю, что ты никого не взял довеском?

Хорошо, – вздохнул Владимир, явно расстроившись, что шеф так просто его раскусил. Он действительно взял парочку ребят из охраны предприятия, но надеялся, что для Кости это останется неизвестным.

И больше никакой самодеятельности, -добавил Светлов.

– Благодарю Вас, сударь, – в дверях появилась Инна, – если Вы не против, я прогуляюсь одна, а вообще, меня всегда смущали мужчины, помогающие мне приобретать трусики, – она скромно улыбнулась, в душе умирая от хохота. Её всегда забавляло смущение мужчин – консультантов в магазинах женского белья в тот момент, когда она, якобы случайно приоткрывала ширму в примерочной, нагибаясь при этом. О том, какой им открывался вид, говорили смущенные, а чаще похотливые взгляды мужчин. Но никому из них ничего не светило – девушка не растрачивала себя на продавцов и им подобных.

– Вот даже как, – задумчиво произнес Иван Борисович. – Вам холодно? Девушка ежилась не от холода. Ей вдруг стало страшно находиться рядом с этим человеком. Он всегда был в черной одежде, и несмотря на то, что был ещё довольно молодым – его волосы были седыми, а в глазах была какая-то стариковская мудрость, а может быть, печаль. На его лице словно была печать какого-то горя. Во всяком случае, Инна никогда не видела, чтобы он когда-нибудь смеялся или хотя бы улыбался. Почему-то девушка подумала о том, что стоит этому человеку захотеть, чтобы её не стало – и никакая красота, никакие слезы не заставят его изменить своего решения.

– Хорошо, идите, но будьте осторожны. Не вызовите у него подозрения, -хотя это можно было и не говорить.

– Надо кончать с этим Светловым. Мне надоело гоняться за ним. Девочка моя, что ты наделала. Ради кого! – по щеке мужчины прокатилась слеза, но он не стеснялся её. Он стоял на глухом пляже, его люди сидели недалеко в машине. У него было многое – созданная им империя, авторитет, понимающие друзья. Но он был один. Вернее, он остался один. И виноват в этом только Светлов. Мужчина снял с шеи медальон и раскрыл его. Это был простенький медальончик в форме сердца. На одной половинке сердца была фотография дочери, а в другую половину была вставлена записка со словами: "Вот теперь я всегда с тобой". Этот медальон дочь подарила ему на день рождения. Отец часто сетовал, дескать, я постоянно в разъездах, дочь вырастет, а я и не замечу. Вот она и сделала ему такой подарок. Ей тогда только четырнадцать исполнилось. Она, как почти все девочки в её возрасте, писала стихи, Мужчина вспомнил один из её стихов, и губы его зашептали слова, которые навсегда врезались в его сердце. Дочь посвятила их парню, которого любила, а вышло, что посвятила отцу:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.