Валерий Антонов
Наука логики Гегеля. Том 1

Адаптивное изложение Гегеля: Трамплин к "Науке логики", но не замена оригинала.

Адаптивное изложение "Науки логики" Гегеля полезно для новичков исключительно как предварительная ориентировка, снижающая психологический барьер перед сложнейшим оригиналом. Оно дает схематичный остов системы – структурную карту основных категорий (Бытие, Ничто, Становление и т.д. вплоть до Абсолютной Идеи) и формирует первичную интуицию о движении диалектики через противоречие и снятие (Aufhebung), показывая общее направление мысли от абстрактного к конкретному. Это создает опорные точки для дальнейшего глубокого изучения, помогая не потеряться в деталях текста. Однако такая адаптация – лишь трамплин, а не замена подлинного понимания. Ее главный риск – иллюзия освоения предмета, так как она неизбежно теряет живую плоть диалектического метода, где каждая категория логически выводится и развивается из предыдущей через имманентное противоречие. Истинное понимание Гегеля достигается только погружением в оригинальный текст и кропотливой работой с его диалектикой.

ВАЖНО ПОНИМАТЬ ОГРАНИЧЕНИЯ:

Не Замена, а Подготовка: Это НЕ понимание Гегеля. Это лишь предварительная ориентировка, "разведка боем".

Риск Иллюзии Понимания: Самая большая опасность – удовлетвориться схемой и решить, что "теперь я знаю Гегеля". Это заблуждение. Схема мертва без живой диалектики.

Отсутствие Диалектической Плоти: В адаптации теряется главное – сам процесс логического выведения, напряженная работа мысли, борьба и разрешение противоречий, тонкости Aufhebung. Без этого категории остаются пустыми ярлыками.

Упрощение Нюансов: Многие категории имеют сложную внутреннюю структуру и развитие, которые в схеме неизбежно редуцируются.

За основу взята "Наука логики" Гегеля. Том 1: Объективная логика. Учение о бытии (1812). Том 2: Объективная логика. Учение о сущности (1813 – Книга 1; 1816 – Книга 2). Том 3: "Субъективная логика"(1841). Опубликованных на немецком языке.

Иногда "Объективную логику" (Тома 1 и 2) считают первой частью, а "Субъективную логику" (Том 3) – второй частью "Науки логики". Но физически это три отдельных тома, выпущенных Гегелем в период с 1812 по 1816 годы. Весь труд является первой частью его системы (после "Феноменологии духа" и перед "Философией природы" и "Философией духа").

Введение в "Науку логики" Гегеля: Первые Шаги.

Представьте, что вы начинаете изучать какую-нибудь науку – физику, биологию, историю. У вас есть предмет (атомы, живые организмы, события прошлого) и метод его изучения (эксперимент, наблюдение, анализ документов). Предмет и метод – разные вещи. Вы можете просто начать: взять какой-то факт или явление и исследовать его, опираясь на уже известные понятия и общепринятые способы рассуждения. Наука здесь как бы стоит на готовой почве.

Чем же уникальна Логика?

1. Проблема Начала: В отличие от других наук, логика не может просто "начать". Почему? Потому что ее предмет – само мышление и его законы. Но все те формы, правила и методы, которые мы обычно предполагаем известными для рассуждений (понятия, суждения, умозаключения, законы тождества, противоречия и т.д.), – это как раз и есть то, что сама логика должна исследовать и обосновать! Она не может брать их "на веру" извне – они сами становятся ее содержанием. Более того, само понятие науки и научного метода – это то, что логика должна выработать внутри себя и представить лишь как свой конечный результат, а не как исходную предпосылку.

2. Старая Логика: Форма без Содержания? Традиционно логику понимали как науку о формах правильного мышления, абстрагирующуюся от любого конкретного содержания. Считалось, что содержание (знания о мире) приходит извне (от ощущений, опыта), а логика лишь обеспечивает правильную форму для его обработки. Истина при таком подходе – это соответствие наших мыслей (форм) внешним предметам (содержанию). Логика сама по себе не дает реальной истины, она лишь формальна.

3. Критика Гегеля: Гегель считает такой взгляд глубоко ошибочным и ограниченным.

– Во-первых: Если предмет логики – мышление и его законы, то это и есть ее собственное содержание. Здесь уже нет разделения на форму и чужеродную "материю". Мышление само является содержательной реальностью для логики.

– Во-вторых: Представление о мышлении как о "пустой форме", которая лишь приспосабливается к готовому внешнему миру, устарело. Гегель утверждает: мышление активно и творчески, оно не просто отражает мир, а участвует в его "конструировании" на уровне его сущностных связей.

– В-третьих: Разделение на субъект (мыслящего) и объект (мысль о чем-то) в традиционном понимании создает непреодолимую пропасть. Мир "вещей в себе" остается непознаваемым, а мышление замкнуто в себе. Это, по Гегелю, тупик обыденного сознания и некоторых философских систем (особенно Канта с его "вещью в себе"), который нужно преодолеть, чтобы войти в истинную философию.

4. Новый Взгляд: Логика как Сущность Реальности: Гегель предлагает радикально иное понимание:

– Мышление = Бытие: Подлинная сущность вещей (их "истина") раскрывается только в мышлении, через понятия. Вещь в ее непосредственной данности (например, просто как предмет чувств) – неполна, ее действительность – в ее понятии. Мысль и предмет не чужды друг другу, их сущность едина. (Это восходит к старой метафизике, но Гегель развивает это диалектически).

– Логика – это не "правила", а Сама Действительность: "Наука логики" Гегеля – это не учебник формальных правил. Это система чистого разума, исследование фундаментальных структур и категорий (Бытие, Ничто, Становление; Качество, Количество, Мера; Сущность, Явление, Действительность; Понятие, Объект, Идея), которые лежат в основе всей реальности – и природы, и духа. Это "царство чистой мысли", изображение Бога (или Абсолютной Идеи) в его вечной сущности до сотворения мира. Логика изучает не мышление о чем-то, а само мышление как объективную, творческую силу, конституирующую действительность. Ее определения – это и есть высшая истина и содержание.

– Живое Единство Формы и Содержания: Поэтому логика Гегеля отнюдь не бессодержательна и не формальна в обычном смысле. Ее "бессодержательность" – лишь следствие неправильного, мертвого подхода, который рассматривает формы мысли как застывшие, изолированные схемы. На самом деле, логические формы – это живое, саморазвивающееся единство, сама субстанция реальности. Их содержание – в них самих, в их взаимосвязи и движении.

5. Диалектический Метод: Ключ к пониманию этой логики – диалектический метод. Это не искусство спора или создания иллюзий (как часто считали раньше), а имманентное движение самой мысли, раскрывающееся через противоречия:

– Любое понятие (тезис) содержит в себе свою собственную ограниченность, свое отрицание (антитезис).

– Это противоречие не уничтожает мысль, а ведет к "определенному отрицанию" – к возникновению нового, более высокого понятия (синтез), которое снимает (сохраняет и преодолевает) предыдущие моменты.

– Этот процесс саморазвития понятий через отрицание и снятие противоречий и есть "душа" логики, принцип всякой жизни и развития. Метод изложения логики должен следовать этому внутреннему саморазвитию ее содержания.

6. Трудность и Значение: Гегель признает, что его логика – "царство теней", мир предельно абстрактных сущностей. Изучать ее трудно, она требует отрыва от чувственной конкретности и привычки к рассудочному мышлению. Однако это абсолютное образование духа:

– Она освобождает мысль от случайности и произвола.

– Она дает мысли самостоятельность и силу работать в чистой стихии понятий.

– Лишь освоив эту абстрактную высоту, дух обретает ключ к пониманию богатства всех других наук и самой реальности. Логика становится не одной из наук, а сущностью и основой всего.

Итог для Первого Знакомства: Гегель предлагает не просто новую логику, а революцию в понимании мышления и реальности. Его "Наука логики" – это попытка показать, как фундаментальные категории мысли (Бытие, Ничто, Качество, Количество, Сущность, Понятие и т.д.) не являются пустыми формами или субъективными схемами, а представляют собой живое, саморазвивающееся единство, которое и есть сама структура и двигатель объективной реальности и абсолютной истины. Это путь в самое сердце разума, требующий от читателя готовности к трудной, но уникальной работе мысли. Понять его логику до конца можно только пройдя весь ее путь. Это введение – лишь указатель на вход в это "царство чистого разума".

Ключевые идеи раздела "Общее деление логики" (Гегель):

Многие нюансы, терминологическая строгость и диалектические ходы оригинала здесь ослаблены.

1. Деление должно вытекать из самого понятия: Гегель подчеркивает, что структура Логики (ее деление на части) не может быть произвольной или взятой извне (как, например, классификация треугольников по углам или животных по видам, основанная на внешних признаках). Деление должно быть внутренним развитием самого Понятия (центральной категории его философии), раскрытием его собственных, имманентных различий. Это не суждение о чем-то внешнем, а "самоопределение" Понятия.

2. Логика как наука о чистом мышлении (конкретном единстве): Логика определяется как наука о чистом мышлении, основанная на чистом знании. Это знание – не абстрактная пустота, а конкретное, живое единство. В этом единстве преодолен (снят) главный дуализм сознания: противоположность между субъективным "Я" и объективным миром. Здесь Бытие понимается как сам Понятный принцип (Понятие), а Понятие – как истинное Бытие. Это две неразделимые стороны одного целого.

3. Три части Логики (Бытие – Сущность – Понятие): Исходя из единства и внутреннего различия Понятия, Гегель выстраивает структуру своей Логики:

– I. Логика Бытия (Объективная Логика): Рассматривает Понятие в его непосредственности, как простое "наличествующее" Бытие. Это начальная, самая абстрактная ступень, где категории (качество, количество, мера) выступают как непосредственные определения самого бытия.

– II. Логика Сущности (Объективная Логика): Представляет собой "сферу опосредствования". Здесь Понятие раскрывается через свои рефлективные определения – категории, выражающие отношения (сущность и явление, основание, действительность, причинность, взаимодействие). Бытие здесь уже не непосредственное, а "снятое", предстающее как видимость (Schein) или проявление внутренней Сущности. Сущность – это переходное звено от Бытия к Понятию.

– III. Логика Понятия (Субъективная Логика): Высшая ступень. Здесь Понятие постигается в своей свободной, самоопределяющейся субъективности, как активное начало, снявшее внешнюю противоположность Бытия. Это не "субъективное" в смысле произвола или личного мнения, а самодвижущаяся Идея (включающая в себя учение о субъекте, объекте и идее как таковой – жизни, познании, абсолютной идее). Понятие здесь полностью раскрывает свою мощь как тождество бытия и мышления.

4. Критика традиционной логики и метафизики, связь с Кантом:

– Гегель утверждает, что его Объективная Логика (Бытие + Сущность) фактически заменяет прежнюю метафизику (особенно онтологию – учение о бытии как таковом) и является ее "истинной критикой", так как исследует категории не догматически, а в их собственном развитии и взаимосвязи.

– Он соотносит свою Объективную Логику с трансцендентальной логикой Канта, но критикует Канта за то, что тот:

– - Остановился на субъективности категорий (выводя их из "Я"), оставив непознаваемую "вещь-в-себе" (которую Гегель считает пустой абстракцией самого мышления).

– - Не исследовал содержательную природу категорий самих по себе, их внутренние связи и развитие.

– - Его философия стала "подушкой для лености мысли", утверждая непознаваемость истинного содержания и отсылая к вере.

– Субъективная Логика Гегеля (учение о Понятии) идет дальше Канта, снимая ограниченность субъект-объектной противоположности и достигая уровня абсолютного, саморазвивающегося мышления.

Итоговая структура "Науки логики":

1. Учение о Бытии (Логика Бытия)

2. Учение о Сущности (Логика Сущности)

3. Учение о Понятии (Логика Понятия)

(Первые две части составляют Объективную Логику, третья – Субъективную Логику)

Важно помнить: Это лишь схематичный остов. Настоящее понимание Гегеля требует погружения в сам оригинальный текст и его диалектический метод, где каждая категория логически вытекает из предыдущей и переходит в последующую через противоречие и снятие (Aufhebung). Данное изложение призвано лишь дать первичную ориентировку в этой грандиозной философской системе.

Глава 1: Бытие

Некоторые формулировки упрощены, структура немного изменена для ясности, при сохранении сути диалектического движения мысли Гегеля.

A. Чистое Бытие (Seyn)

– Чистое Бытие – это бытие без каких-либо конкретных признаков, определений или содержания. Оно есть просто бытие как таковое.

– В своей непосредственности и неопределенности оно равно только самому себе. Оно не противопоставляется чему-то иному, не содержит внутри себя различий и не имеет отличий вовне.

– Любая попытка обнаружить в нем какое-то конкретное свойство, содержание или отличительный признак (который позволил бы противопоставить его чему-то другому) разрушила бы его чистоту.

– Чистое Бытие – это полная неопределенность и пустота.

– В нем нечего созерцать (если здесь вообще уместно говорить о созерцании) – это само по себе пустое созерцание.

– В нем нечего мыслить – это само по себе пустое мышление.

– Таким образом, неопределенное, непосредственное Бытие на самом деле есть Ничто, и оно ничем не больше и не меньше, чем Ничто.

B. Ничто (Nichts)

– Чистое Ничто – это полная пустота, отсутствие всякого определения и содержания. Оно так же равно самому себе и внутри себя неразличимо.

– Если мы говорим о созерцании или мышлении, то очевидна разница между созерцанием "чего-то" и созерцанием "ничего". То же самое для мышления.

– Созерцать или мыслить "Ничто" "имеет смысл": это означает, что в нашем созерцании или мышлении нет никакого предмета или содержания. Или, точнее, это само по себе пустое созерцание и пустое мышление.

– Пустое созерцание и пустое мышление – это как раз то, чем является Чистое Бытие.

– Следовательно, Ничто обладает той же самой характеристикой (а точнее, отсутствием характеристики), что и Чистое Бытие, и по сути тождественно ему.

C. Становление (Werden)

1. Единство Бытия и Нищиты

– Итак, Чистое Бытие и Чистое Ничто – это одно и то же.

– Однако истина заключается не в том, что есть только Бытие или только Ничто, и не в их неразличимости. Истина в том, что Бытие "переходит" в Ничто, а Ничто "переходит" в Бытие.

– - Важно: это не просто возможность перехода, а уже совершившийся факт перехода.

– Но истина также и в том, что они абсолютно различны, однако нераздельны и неразделимы.

– Они настолько нераздельны, что каждое из них немедленно исчезает (переходит) в свое противоположность.

– Истина Бытия и Ничто – это, таким образом, движение этого непосредственного исчезновения одного в другом: СТАНОВЛЕНИЕ.

– Это движение, в котором оба момента (Бытие и Ничто) различимы, но их различие столь же непосредственно снимается в этом движении перехода.

Примечание 1 (К § Бытие-Ничто-Становление)

(Изложение ключевых идей для первого знакомства)

Важное предупреждение: "Следующий текст не является буквальным переводом Гегеля, а представляет собой попытку изложить его основные идеи в данном фрагменте ("Anmerkung 1") в более доступной форме, акцентируя внимание на ключевых моментах для первоначального понимания диалектики Бытия и Ничто в "Науке логики"."

1. Бытие и Ничто как чистые абстракции: Обычно "ничто" противопоставляют "чему-то" ("Etwas"). Но "что-то" – это уже "определенное" сущее, отличающееся от другого "чего-то". Такое "ничто" было бы "ничто "относительно" чего-то конкретного", то есть тоже чем-то "определенным". Гегель же говорит о "Ничто" в его предельно абстрактной, неопределенной простоте, лишенной всякой конкретности и отношения к чему-либо. Это чистая, абсолютная негация, которую можно выразить просто словом "не" ("Nicht").

2. Тождество Бытия и Ничто: На первый взгляд парадоксально, но чистое Бытие и чистое Ничтo – одно и то же. Почему?

Чистое Бытие – это полная неопределенность, отсутствие всяких качеств, признаков, содержания. Оно пусто, лишено всякого "чего".

Чистое Ничто – это точно такая же полная неопределенность, пустота, отсутствие всякого содержания.

У них "нет никакого различия по содержанию". Их различие – лишь в "нашем представлении" (мы "думаем" о "бытии" или о "ничто"), но по сути, как абсолютные абстракции, они неразличимы. Это первая фундаментальная истина логики Гегеля.

3. Историко-философский контекст:

Элеаты (Парменид): Первыми поднялись до этой абстракции. Они утверждали: "Только Бытие есть, Ничто вовсе не есть" – абсолютизировали Бытие.

Буддизм: Абсолютизировал Ничто (Пустоту) как первоначало.

Гераклит: Выдвинул более высокое понятие – Становление (Werden). Он понял, что ни чистое Бытие, ни чистое Ничто не истинны сами по себе; истина – в их "единстве", в процессе перехода одного в другое: "Всё течет". Популярные изречения о том, что рождение содержит семя смерти, а смерть – начало новой жизни, выражают ту же идею единства Бытия и Ничто, но привязанную к конкретным вещам во времени, а не к чистой абстракции.

4. "Из ничего не возникает ничего" (Ex nihilo nihil fit): Этот старый метафизический принцип либо тавтологичен ("ничто есть ничто"), либо, если вкладывать в него смысл становления, ошибочен. Если бы из Ничто возникало только Ничто, становления бы не было! Становление как раз и есть переход Ничто в Бытие (и Бытия в Ничто). Христианская идея творения "из ничего" ("creatio ex nihilo") интуитивно схватила этот момент перехода, точку единства, где различие между Бытием и Ничто исчезает.

5. Парадокс и критика "здравого смысла": Тождество Бытия и Нища кажется парадоксальным лишь "здравому смыслу" ("gemeinen Menschenverstand"), привыкшему к конкретным вещам. Философия же оперирует более высокими абстракциями. Во всякой реальной вещи, во всякой мысли уже содержится единство Бытия и Ничто. Например:

"Качество:" Быть чем-то (Бытие) означает "не" быть другим (Ничто).

"Изменение, деятельность, творение:" Включают в себя момент отрицания (Ничто) старого состояния для возникновения нового (Бытие). Даже в понятии Бога творение мира есть переход от Ничто (небытия мира) к Бытию (его существованию).

6. Ошибка "здравого смысла": Когда возражают: "Но ведь не всё равно, "есть" ли этот дом или "нет", "есть" ли у меня 100 талеров или "нет"!", – происходит подмена понятий. Гегель говорит о чистых абстракциях Бытия и Ничто. Возражения же апеллируют к определенному бытию (Dasein) – конкретным вещам, которые связаны с другими вещами в мире. Для "конкретной" вещи (дома, денег) небезразлично, существует она или нет, не из-за абстрактного Бытия или Небытия, а из-за ее "конкретного содержания" и ее "связей" с другим. Ее существование или несуществование меняет ее отношения с миром. "Здравый смысл" подменяет чистые абстракции (Бытие/Ничто) конкретными примерами (определенное бытие/небытие) и наоборот.

7. Пример Канта (100 талеров) и его значение: Кант критиковал "онтологическое доказательство" бытия Бога, используя пример: 100 "реальных" талеров отличаются от 100 "мыслимых" талеров не по "понятию" (содержанию), а тем, что реальные талеры влияют на мое имущественное положение. Кант прав, что существование (Бытие) не является предикатом (свойством), добавляющим что-то к "понятию" вещи. С точки зрения "чистого содержания понятия" "100 талеров", безразлично, существуют они или нет. Различие возникает, когда мы помещаем их в контекст реального, определенного бытия (Dasein), в связи с другими вещами (включая мое состояние). Ключевой вывод Гегеля: Кантовский пример показывает разницу не между чистым Бытием и чистым Ничто, а между "абстрактным понятием" (где Бытие и Ничто тождественны как лишенные содержания) и "конкретным существованием" (Dasein), где Бытие и Ничто (теперь как Присутствие и Отсутствие, Позитивное и Негативное) реально различаются и взаимодействуют. Кант же смешал эти уровни.

8. Философское значение абстракции (возвращение к Пармениду): Умение отвлечься от конкретного, конечного бытия (вроде тех же 100 талеров или даже собственного существования) и возвыситься до чистой мысли о Бытии как таковом – это фундаментальный шаг, который сделал Парменид, создав "элемент науки" (философии). Это требование и теоретическое (для познания), и даже практическое (для духа, стремящегося к свободе от конечного). Человек "способен" достичь уровня абстрактной всеобщности, где существование или несуществование конкретных конечных вещей (включая его самого "как конечного существа") становится относительно безразличным (как в стоическом или христианском идеале невозмутимости перед лицом судьбы).

9. Критика Канта в вопросе о Боге: Ошибка кантовской критики онтологического доказательства в том, что он применяет к Богу (бесконечному, абсолютному) категории, пригодные только для "конечных" вещей. Определение конечного – как раз в том, что его понятие и его существование разделимы (оно возникает и гибнет). Определение же Бога (Абсолюта) – в неразрывном единстве его понятия (сущности) и существования. Истинная критика разума должна научить нас "не" применять определения конечного к бесконечному.

Краткий итог для первого знакомства: Гегель начинает логику с самых пустых, неопределенных категорий – Чистого Бытия и Чистого Ничто. Он утверждает их тождество (так как оба лишены какого-либо содержания и различия). Их диалектическое единство и взаимопереход есть Становление – первая конкретная и истинная категория. Понимание этого тождества требует отрешиться от привычки мыслить только конкретными вещами ("определенным бытием") и подняться до уровня чистой абстракции. Критика "здравого смысла" и разбор примера Канта с талерами нужны Гегелю, чтобы защитить этот парадоксальный на первый взгляд тезис и показать разницу между уровнями абстракции. Этот шаг – отправная точка всей его диалектической системы.

Вот переработанный текст с предупреждением о характере изложения, предназначенный для первоначального знакомства с ключевыми идеями Гегеля в "Науке логики" (Anmerkung 2):

Важное предупреждение: Это не дословный перевод, а попытка передать суть и логику рассуждения Гегеля для первого знакомства с его диалектическим методом. Некоторые формулировки упрощены или перефразированы для ясности, но ключевые идеи сохранены.

Anmerkung 2 (Переложение для знакомства):

1. Проблема выражения: Почему утверждение "Бытие и Ничто суть одно и то же" вызывает такое сопротивление? Отчасти потому, что "сама форма" этого утверждения (простое суждение "S есть P") неадекватна для выражения спекулятивной (диалектической) истины.

2. Недостаток суждения:

В суждении акцент падает на "тождество" ("одно и то же"), как будто предикат просто описывает неизменное свойство субъекта.

Однако в этом суждении "одновременно" присутствуют "разные" термины: "Бытие" и "Ничто". Их различие не исчезает!

Получается парадокс: суждение утверждает тождество, но само содержит различие. Оно внутренне противоречиво и как бы "самоуничтожается" при внимательном рассмотрении.

Ключевой момент: Это "самоуничтожение" суждения как раз и демонстрирует то, что оно пыталось выразить – Становление (Werden). Становление – это и есть истинное содержание, живой процесс, который здесь лишь неудачно "схвачен" формой суждения.

3. Почему суждение не подходит для спекулятивной истины?

Обычное суждение предполагает статичную, внешнюю связь между субъектом (который всегда богаче) и предикатом (который выделяет лишь одно свойство). Оно "забывает" о других определениях.

Спекулятивная истина (диалектическая) по своей сути включает нетождественность субъекта и предиката как необходимый момент. Но в форме суждения "S есть P" этот момент "различия и движения" не выражен, он скрыт.

Именно поэтому многие глубокие идеи философии (особенно спекулятивные) кажутся парадоксальными или странными при попытке втиснуть их в форму простого суждения ("А есть Б"). Это вызывает непонимание.

4. Попытка исправить и новая проблема:

Чтобы выразить истину полнее, можно добавить противоположное суждение: "Бытие и Ничто "не" суть одно и то же" (что тоже верно).

Но теперь возникают два не связанных между собой утверждения, представляющие лишь антиномию (противоречие). Между тем, их содержание относится к "одному и тому же" – к диалектике Бытия и Ничто.

Истинное единство этих противоположных моментов (тождества "и" различия) не может быть выражено двумя статичными суждениями. Оно может быть понято только как движение, как "беспокойство" одновременно несовместимых и связанных моментов – то есть, опять же, как Становление.

5. Опасность односторонности: Самая распространенная ошибка – выхватывать "только одну" сторону спекулятивной истины (например, "только" "Бытие и Ничто тождественны" или "только" "Бытие и Ничто различны"). Оба утверждения по отдельности верны, но "вместе" они выражают лишь абстрактные моменты целого, которое есть Становление.

6. Проблема слова "Единство": Слово "единство" (Einheit) тоже не идеально. Оно часто подразумевает внешнее соединение (например, через сравнение) двух изначально "безразличных" друг другу вещей. Оно выражает абстрактную одинаковость, а не внутреннюю, живую связь. Лучше говорить о нераздельности (Untrennbarkeit), но и это не передает всей полноты положительной связи целого.

7. Истинный результат – Становление:

Итог рассмотрения – не простая, абстрактная "единица" Бытия и Ничто, а Становление.

Становление – это "движение", в котором:

–Чистое Бытие оказывается столь же непосредственным и пустым, что и Чистое Ничто.

–Их различие "есть", но оно "снимается" (не исчезает, но преодолевается в высшем единстве).

–Результат "одновременно" утверждает различие Бытия и Нища "и" показывает, что это различие существует лишь как "момент" в движении Становления, а не как нечто абсолютно самостоятельное ("лишь как мыслимое").

8. Почему невозможно указать "чистое" различие?

Кажется очевидным, что Бытие и Ничто абсолютно различны. Но попробуйте "указать", "в чем" состоит это различие, если мы говорим именно о "чистом" Бытии и "чистом" Ничто?

Любая попытка дать им определение ("Бытие – это Х, Ничто – это Y") тут же превращает их в "определенное" бытие (Dasein) и "определенное" ничто, а не в чистые абстракции.

Их различие в чистом виде абсолютно пусто. Оба – неопределенность. Самостоятельно, "в себе", этого различия нет. Оно существует лишь "для нас" (в нашем мышлении) или, точнее, в третьем – в Становлении. Именно в Становлении они "различны". Без Становления они не имеют самостоятельного "пребывания".

9. Вызов скептикам и пример (Свет/Тьма):

Тот, кто настаивает на абсолютном различии Бытия и Нища, должен ответить на вопрос: "Что "есть" Бытие?" и "Что "есть" Ничто?". Дать им определение.

Без выполнения этого (логически необходимого) требования все их утверждения – лишь пустые уверения.

Популярный образ: Чистый Свет (Бытие) vs. Чистая Тьма (Ничто). Кажется, различие очевидно.

Но: В "чистом", абсолютном свете мы видим "ровно столько же", сколько и в "чистой", абсолютной тьме – ничего! И то, и другое – пустота зрения. Они тождественны в своей неразличимости.

Различие возникает только в "определенном" свете (который уже содержит момент тьмы – "затемненный свет") или в "определенной" тьме (освещенной – "освещенная тьма"). Только здесь появляется определенное бытие (Dasein), где есть контраст, различение. Чистые же Бытие и Ничто – это абстракции, которые обретают смысл и различие лишь в движении Становления и далее в определенном бытии.

Резюме для знакомства: Гегель показывает, что понять отношение чистого Бытия и чистого Нища невозможно через статичные утверждения ("А равно Б" или "А не равно Б"). Их "тождество" – не простая одинаковость, а указание на их взаимопревращение в процессе Становления. Их "различие" не абсолютно и самостоятельно, а существует лишь как момент этого динамического процесса. Форма обычного логического суждения не способна адекватно выразить эту диалектическую истину, требующую мыслить единство противоположностей в движении. Истинным результатом анализа является Становление как фундаментальный принцип.

Anmerkung 3 (Переложение для первого знакомства)

1. Единство Бытия и Ничто и Становление: Бытие и Ничто неразделимы. Их единство "отлично" от них самих и предстает как некое "третье". Наиболее адекватной формой этого "третьего" является Становление (Werden). Переход (Übergehen) от одного к другому – это и есть Становление, хотя часто его представляют как нечто внешнее, происходящее между двумя уже отдельно существующими моментами. Однако Бытие и Ничто "не существуют сами по себе", они существуют "только" внутри Становления, в этом "третьем".

2. Абстракция и ее иллюзии: Рассудочное мышление (Reflexion) часто пытается зафиксировать Бытие и Ничто как отдельные, самостоятельные абсолюты, отбросив (абстрагировавшись) от их перехода и множества конкретных форм Становления в опыте (например, рождение, гибель, изменение). Оно хочет показать их как устойчивые и защищенные от перехода. Против такого упрощения Гегель предлагает простое напоминание: сама эта абстракция (например, мысль о "чистом Бытии") существует эмпирически, как акт нашего мышления, и не может претендовать на абсолютную независимость.

3. Критика "внешней рефлексии": Попытки рассудка жестко разделить неразделимое (Бытие и Ничто) с помощью фиксированных понятий (Reflexionsformen) обречены. В самом определении такого "чистого" Бытия уже заложена его противоположность (Ничто). Рассудок постоянно запутывается в противоречиях, пытаясь избежать неизбежного перехода. Бесполезно разбирать все его уловки; истинное понимание приходит только через критическое осознание ограниченности самих рассудочных форм (Verstandesformen) в ходе изучения всей Логики.

4. Ошибка изоляции: Парменид и другие: Что происходит, если настаивать на абсолютной изоляции Бытия и Ничто, отрицая переход?

Парменид: Последовательно утверждал только Бытие: "Только Бытие есть, Ничто не есть вовсе". Его Бытие – чистое, неопределенное, лишенное связи с иным. Из такого начала "само по себе" невозможно вывести дальнейшее развитие (движение к иному). Любой "прогресс" (например, признание, что Бытие = Ничто) выглядит как нечто внешнее, как "второй", абсолютно новый и искусственный шаг (как у Фихте: первый принцип "Я = Я", второй – противоположение). Но для Гегеля подлинное развитие должно быть имманентным, вытекать из самого начала. Абсолютное начало (чистое Бытие) именно потому, что оно абсолютно неопределенно, не дает точки опоры для перехода к чему-то другому – оно одновременно и начало, и тупик (конец).

Якоби: Ярко показал невозможность вывести многообразие (Синтез) из абстрактных единств ("чистого сознания", "чистого пространства", "чистого времени"). Он описывал, как усиленная абстракция, пытающаяся достичь "чистого пространства" (забыв все ощущения, движение, даже себя), приводит в состояние, подобное медитации на "Ом" или созерцанию кончика носа, где исчезает всякое различие и многообразие. Это тусклое, пустое сознание и есть Бытие для Гегеля. Якоби спрашивал: как из этого чистого "Я" (чистого гласного звука) возникает согласный (определенность)? Как в неопределенность приходит определенность? Гегель считает, что Якоби верно показал мертвенность абстракции, но ошибался, настаивая на "невозможности" синтеза. Вопрос "Как?" ("На каком основании?") сам принадлежит рассудочной манере мышления, которая уже предполагает свои категории и не способна понять имманентный синтез, которым является Становление (единство Бытия и Ничто). Термин "синтез" (synthetische Einheit) здесь неуместен, так как предполагает внешнее соединение уже готовых элементов.

5. Эмпирическая несостоятельность и диалектика в действии:

Эмпирически "пустых" пространства, времени или сознания не существует. Они всегда наполнены определенным содержанием, границами, изменениями. Сознание легко "выходит" из пустоты абстрактного Бытия к конкретному содержанию (даже самому скудному), которое уже есть синтез (единство). Это показывает "неистинность" изолированных абстракций Бытия и Ничто: они не абсолютны, а относительны, существуют только в единстве с другим (в Становлении, в конкретном содержании).

Однако дело не только в эмпирической невозможности. Сама "мысль" о чистом Бытии (чистом пространстве и т.д.) должна быть показана как несостоятельная изнутри. Бытие определено как неопределенное. Но эта неопределенность сама есть его "определенность"! Неопределенность – это отрицание определенности, значит, Бытие определено как чистое отрицание, как отрицательность. Именно это рассудок и выражает, когда приравнивает чистое Бытие к Ничто, называет его пустой мыслью. Бытие, поскольку оно лишено определений, "не" есть утвердительная определенность (бытие), оно "есть" Ничто. Диалектика Бытия и Ничто скрыта в их абстрактности, но в последующих, более конкретных категориях (например, Наличное бытие – Dasein) она развертывается явно.

6. Простое "объяснение" и его недостатки: Попытка "объяснить" переход от Бытия к Ничто тем, что "если от всего абстрагироваться, остается Ничто" – поверхностна.

Результат абстракции от всего "сущего" – сначала абстрактное Бытие (как в космологическом доказательстве Бога: от случайного бытия мира восходят к бытию вообще, затем к бесконечному бытию).

Если абстрагироваться и от этого чистого Бытия (приравняв его ко "всему", от чего уже абстрагировались), то получится Ничто.

Но если абстрагироваться "от самого Ничто" (как в акте творения "из ничего"), то мы снова приходим к Бытию!

Это "могущество" абстрагирования – лишь внешняя игра рассудка, где Бытие и Ничто попеременно исчезают и возникают. Рассудок относится к ним с равнодушием, не видя их внутренней связи и перехода. Но само действие абстрагирования (отрицания) столь же неистинно (абстрактно), как и чистое Ничто.

7. Диалектика у Парменида (Платон) и эмпирическое подтверждение:

Диалектика Платона в "Пармениде" (где "Единое" лишается бытия) тоже основана на внешней рефлексии, на сопоставлении предпосылок ("Единое есть" содержит два момента: "Единое" и "есть", которые различны, что вносит отрицание).

Самая простая критика изоляции Бытия: любая попытка "высказать", "представить" или "эмпирически указать" на "чистое Бытие" немедленно помещает его в связь с иным (в предложение, в акт мышления, в конкретный контекст), т.е. в сферу определенности, границы и отрицания. То самое "непосредственное бытие", на которое хочет опереться рассудок, отвергающий единство с Ничто, "всегда" оказывается "определенным" бытием, в котором это единство уже присутствует!

То же самое с Ничто. Оно "мыслится", "представляется", "говорится" – значит, оно "есть" (в мышлении, представлении, речи). Это бытие Ничто отлично от него самого, но "связь" с бытием, "единство" с ним в каком-то наличном бытии (Dasein) – несомненны. Даже когда говорят "Тьма – это "отсутствие" света", "Холод – это "отсутствие" тепла", признается, что эти "отрицания" имеют значение "только в отношении" к своему положительному (свету, теплу, бытию). Более того, тьма (отсутствие света) активно определяет видимость (цвет), а холод ощущается нами и воздействует на воду. Их "отрицательность" не делает их менее реальными в своем контексте. Но главное: такие "определенные ничто" (тьма, холод) – это уже не чистое Ничто, а Ничто "чего-то конкретного". Они сами содержат момент утвердительности (определенности), и отрицание отрицания (отрицание света "есть" тьма как нечто утвердительное для зрения в контрасте) ведет к положительному. Это фундаментальный закон диалектики, который рассудок часто отвергает как тривиальный, хотя он имеет всеобщее значение.

8. Суть перехода: Переход Бытия в Ничто и обратно нужно понимать непосредственно и абстрактно, без привлечения более сложных категорий (причины, основания, условия).

В самих моментах Бытия и Ничто в их начальной чистоте еще не положена определенность другого, опосредствующая переход (хотя по сути Бытие "есть" Ничто, и наоборот). Поэтому некорректно говорить: "Ничто – основание Бытия" или "Бытие возникает при условии Небытия". Категории "основания", "условия" предполагают уже более определенные стороны, чем чистое Бытие и чистое Ничто. Их связь на этом уровне – это само непосредственное исчезновение одного в другом, которое мы называем Становлением.

Ключевой вывод для знакомства: Гегель показывает, что рассудочные попытки мыслить Бытие и Ничто как абсолютно отдельные и устойчивые категории терпят крах. Их истина раскрывается только в их неразрывном единстве и взаимопереходе, который называется Становлением. Это фундаментальный пример диалектического движения мысли, где противоречие (Бытие = Ничто?) не ошибка, а двигатель развития к более конкретным и истинным определениям. Дальнейшая "Наука логики" будет развертывать это движение через все более сложные категории.

1. Критика обыденного взгляда на Начало и Конец (Становление)

Из предыдущего рассмотрения ясно, как диалектика подходит к вопросам о начале или конце мира (или любого нечто), которыми часто пытались доказать вечность материи. Речь идет о диалектике становления – возникновения (Entstehen) и исчезновения (Vergehen).

Обыденная (рассудочная) диалектика, критикующая саму возможность начала, исходит из жесткого противопоставления Бытия (Sein) и Ничто (Nichts). Она рассуждает так:

Нечто не может начаться "из Бытия" (ибо если оно уже "есть", то оно не "начинается").

Нечто не может начаться "из Ничто" (ибо Ничто – это "чистое Ничто", в нем нет Бытия, а начало "предполагает" наличие бытия).

Следовательно, начало невозможно. Аналогично доказывается невозможность конца (превращения в Ничто), ибо Бытие – это "только" Бытие, в нем нет Ничто.

Проблема этого взгляда: Рассудок сначала категорически разделяет Бытие и Ничто как абсолютные противоположности, объявляя их истиной только по отдельности. Но затем он принимает как данность становление (начало и конец), в котором Бытие и Ничто "нераздельно связаны"! Это противоречие, которое рассудок сам создает и не может разрешить, он называет "непостижимым".

2. Диалектика Становления (Werden) как единства Бытия и Ничто

Становление – это и есть нераздельное единство Бытия и Ничто. Это не абстрактное единство, а конкретное, в котором "и Бытие, и Ничто присутствуют как моменты". Но они присутствуют не как самостоятельные сущности, а как исчезающие (aufgehobene) моменты внутри этого единства.

Два аспекта Становления:

–1. Возникновение (Entstehen): Начало "от Ничто", которое "переходит в Бытие" (Ничто -> Бытие).

–2. Исчезновение (Vergehen): Начало "от Бытия", которое "переходит в Ничто" (Бытие -> Ничто).

Взаимосвязь: Возникновение и Исчезновение – это "одно и то же" движение Становления. Они проникают друг в друга и взаимно "парализуют":

Исчезновение (Бытие -> Ничто) "уже содержит в себе" Возникновение, ибо Ничто "не абсолютно", оно "переходит" в Бытие.

Возникновение (Ничто -> Бытие) "уже содержит в себе" Исчезновение, ибо Бытие, переходя в Ничто, "снимает само себя".

Они не уничтожают друг друга внешне; каждый "в себе самом" содержит свое противоположное и снимает себя.

3. Результат Становления: Наличное Бытие (Dasein)

Неустойчивое равновесие Возникновения и Исчезновения – это и есть само Становление. Однако это беспокойство успокаивается в устойчивое единство.

Бытие и Ничто "исчезли" как отдельные моменты внутри Становления. Но само Становление "существует только благодаря их различию". Поэтому исчезновение самих моментов (Бытия и Ничто) означает исчезновение Становления как такового.

Результат – не Ничто (это был бы шаг назад). Это Наличное Бытие (Dasein) – спокойное, простое единство Бытия и Ничто, которое теперь "есть", но уже не как абстрактное чистое Бытие, а как "определенное" целое. Становление "сняло" себя в этом новом качестве.

Ключевое понятие: Снятие (Aufheben)

"Снятие" (Aufheben) – фундаментальное понятие философии Гегеля. Оно имеет двойной смысл в языке:

–1. Уничтожить, прекратить, положить конец.

–2. Сохранить, удержать.

В диалектике: Когда нечто "снимается" (aufgehoben), оно не превращается в Ничто. Оно прекращает свое самостоятельное, непосредственное существование, но при этом сохраняется как момент (Moment) внутри более высокой, опосредованной целостности. Оно лишено независимости, но не уничтожено; его определенность сохранена в преобразованном виде внутри нового единства (как "идеальное").

Пример (Механика): Вес и расстояние от точки опоры в рычаге – его "моменты". Вес – реальная вещь, расстояние – пространственная (идеальная) определенность. Они "различны", но "едины" в своем действии на рычаг. Каждый момент "снят" в этом единстве.

Итог движения:

Бытие и Ничто, став моментами в Становлении и затем в Наличном Бытии, теряют свою абстрактную самостоятельность. Их "истина" – в их единстве (которое сначала было Становлением, а теперь стало Наличным Бытием). Они больше не существуют как чистое Бытие и чистое Ничто; они получили новую, конкретную определенность внутри целого, из которого уже не вырвутся в свою прежнюю абстрактность.

Глава 2. Наличное бытие (Dasein)

Наличное бытие (Dasein) – это определенное бытие (bestimmtes Seyn). Его определенность – это сущая определенность, качество (Qualität). Благодаря своему качеству, нечто (Etwas) противопоставляется иному (Anderes), оказывается изменчивым и конечным (endlich). Эта конечность означает не просто отношение к иному, но и внутреннюю негативную определенность самого нечто. Непосредственная противоположность этой негативности конечного нечто – это бесконечное (Unendliche). Этот изначально абстрактный дуализм (конечное vs. бесконечное) в ходе развития разрешается в бесконечность, лишенную противоположности, в бытие-для-себя (Fürsichseyn).

Таким образом, рассмотрение Наличного бытия включает три раздела:

A. Наличное бытие как таковое (Dasein als solches)

B. Нечто и Иное, Конечность (Etwas und Anderes, die Endlichkeit)

C. Качественная бесконечность (die qualitative Unendlichkeit)

A. Наличное бытие как таковое (Dasein als solches)

Рассматривая Наличное бытие в его непосредственности, мы должны различать:

a. Его определенность как таковую.

b. Эту определенность как качество (Qualität). Однако качество нужно понимать двояко: и как реальность (Realität), и как негацию (Negation). Эти определения отражаются внутрь самого Наличного бытия, и, будучи положенными таким образом, оно становится:

c. Нечто (Etwas), наличным сущим (Daseyendes).

a. Наличное бытие вообще (Dasein überhaupt)

Наличное бытие возникает из становления (Werden). Оно представляет собой простое единство бытия (Seyn) и ничто (Nichts). Благодаря этой простоте, оно кажется нам непосредственным (Unmittelbares). Его опосредование – становление – осталось "позади", оно снято (aufgehoben), и поэтому Наличное бытие предстает как некая первая, исходная точка. Первоначально оно выступает в односторонней определенности бытия, но содержащееся в нем ничто также проявит себя в нем, противопоставляясь бытию.

Наличное бытие – не просто абстрактное бытие, а бытие "здесь", "наличное" (хотя пространственные представления тут не при чем). После становления Наличное бытие – это бытие, содержащее в себе момент небытия (Nichtseyn), причем это небытие неразрывно слито с бытием в простое единство. Именно это небытие, включенное в бытие, причем так, что все целое имеет "форму бытия" (форму непосредственности), и составляет определенность как таковую.

"[Пояснение для первого чтения: Гегель здесь тонко различает то, что "положено" в самом понятии (и подлежит развитию), и то, что видит лишь наша рефлексия. Он предупреждает, что его замечания о "целом в форме бытия" – это пока лишь наблюдение со стороны, а не внутренний момент самого Наличного бытия. Эта внутренняя определенность проявится позже, в негации, в нечто и ином. Мы опускаем эти сложные методологические разграничения для ясности первого знакомства.]"

Наличное бытие соответствует бытию из предыдущей сферы (Логики Бытия). Однако Бытие было неопределенным, в нем не возникало различий. Наличное же бытие – определенное бытие, конкретное. Поэтому в нем сразу же проявляются множество определений и различные отношения его моментов.

b. Качество (Qualität)

Из-за непосредственности, с которой в Наличном бытии слиты бытие и ничто, они не выходят друг за друга. Насколько нечто "есть" (обладает бытием), настолько же оно "не есть" (обладает небытием), то есть определено. Бытие здесь – не всеобщее, а определенность – не особенное. Определенность еще не отделилась от бытия (и больше уже не отделится, так как истинной основой теперь является единство небытия и бытия). Однако отношение между определенностью и бытием здесь – это их непосредственное единство, в котором еще нет положенного различия между ними.

Определенность, взятая сама по себе, как "сущая" определенность, и есть качество. Это нечто совершенно простое, непосредственное. (Определенность вообще – более широкое понятие, оно может относиться и к количественным определениям). Из-за этой простоты о качестве "как таковом" больше нечего сказать.

Но само Наличное бытие, содержащее в себе и ничто, и бытие, служит мерой для односторонности понимания качества "лишь" как непосредственной или "сущей" определенности. Качество равным образом должно быть положено и в определении "ничто". Тогда непосредственная (сущая) определенность предстает как отличная, рефлектированная (осознанная), а ничто, выступающее как определенность некоей определенности, само становится рефлектированным, отрицанием (Verneinung).

Качество, рассматриваемое как сущее, как обладающее бытием, – это реальность (Realität).

Качество, отягощенное отрицанием, – это негация (Negation) вообще, тоже качество, но воспринимаемое как недостаток (Mangel), которое далее определится как граница (Grenze), ограничение (Schranke).

"[Ключевой момент для понимания:]" Оба (Реальность и Негация) суть формы Наличного бытия. Однако в Реальности, где акцент делается на "бытии", скрыто, что она содержит в себе определенность, а значит, и отрицание. Поэтому Реальность часто ошибочно воспринимается как нечто чисто позитивное (Positives), из чего исключены отрицание, ограниченность, недостаток. Негация, если ее понимать как "простой недостаток", казалась бы ничем. Но она – тоже Наличное бытие, качество, определенное через свое небытие.

Резюме для первого знакомства:

1. Наличное бытие (Dasein) – это первый шаг после чистого Становления. Оно – простое единство Бытия и Ничто, но теперь это определенное бытие ("здесь-бытие").

2. Эта определенность и есть Качество (Qualität). Качество делает вещь "этой" конкретной вещью и отличает ее от другой.

3. Само Качество двойственно:

Реальность (Realität): Акцент на "бытии", на позитивном наличии качества. (Кажется чистым "плюсом").

Негация (Negation): Акцент на "небытии", на "отсутствии" иного, на ограниченности этим качеством. Это "минус", недостаток, граница.

4. Важно: Даже "чистая" Реальность "неявно содержит в себе Негацию (отрицание)", потому что быть "этим" – значит "не быть другим". Негация – не абсолютное ничто, а реальное качество, определенное через свое отличие. Эта двойственность (бытие + небытие) внутри качества – источник его изменчивости и конечности.

5. Эта внутренняя негативность качества ведет нас дальше – к противостоянию Нечто (Etwas) и Иного (Anderes), к проблеме Конечности (Endlichkeit) и поиску Бесконечности (Unendlichkeit).

Это переложение фокусируется на основной диалектической "игре" бытия, ничто, определенности и качества внутри категории "Наличное бытие", опуская некоторые сложные рефлексии Гегеля о методе для облегчения первоначального понимания.

Вот переработанный текст с предупреждением о характере изложения, адаптированный для первого знакомства с "Наукой логики" Гегеля:

Примечание (Anmerkung)

"(Важно: Это не дословный перевод, а интерпретация и переложение ключевых идей Гегеля из "Науки логики". Цель – познакомить с его ходом мысли и основными понятиями, а не передать текст буквально.)"

О понятии "Реальность" (Realität)

Слово "реальность" может показаться многозначным. В философии его используют по-разному, порой в противоположных смыслах. Иногда говорят о "просто эмпирической реальности" как о чем-то не имеющем ценности. Но когда говорят, что мысли, понятиям или теориям "не хватает реальности", это значит, что им не хватает "действительности" (Wirklichkeit). Сама по себе, в своем понятии, идея (например, платоновского государства) может быть истинной. Здесь идее не отказывают в ценности, она сохраняется "наряду" с реальностью. Однако, по контрасту с "просто идеями" или "просто понятиями", "реальное" (das Reelle) часто считается единственно истинным.

Гегель указывает на односторонность двух подходов:

1. Когда истинность содержания решается исключительно внешним существованием.

2. Когда идея, сущность или внутреннее чувство представляются безразличными к внешнему существованию и даже считаются "тем более" совершенными, "чем дальше" они от реальности.

Реальность и понятие Бога.

Выражение "реальность" связывают с метафизическим понятием Бога, лежащим в основе так называемого "онтологического доказательства" Его бытия. Бог определялся как "совокупность всех реальностей" (Inbegriff aller Realitäten). Утверждалось, что эта совокупность не содержит противоречия, что реальности не отменяют друг друга, так как каждая реальность понималась только как "совершенство", как "положительное" (Affirmatives), лишенное отрицания (Negation). Следовательно, реальности не противоположны и не противоречат друг другу.

Критика "совокупности реальностей".

Гегель критикует это понимание. Если представить "реальность" как нечто сохраняющееся, когда "все отрицание мысленно отброшено", то при этом снимается "всякая определенность" (Bestimmtheit). Реальность же – это "качество" (Qualität), "наличное бытие" (Daseyn). А это значит, что она содержит в себе "момент отрицательного". Именно через это отрицание она становится "определенной", тем, что она есть. Если же "реальность" понимать в "возвышенном смысле" (eminenten Sinne) или как "бесконечную" (в обычном значении), она расширяется до "неопределенности" и теряет свой смысл.

"Пример:" Доброта Божья должна быть добротой не в обычном, а в "возвышенном" смысле, не отличной от справедливости, а "смягченной" (темперированной) ею (как выражался Лейбниц), и наоборот. Но тогда доброта перестает быть добротой, а справедливость – справедливостью. Могущество, "смягченное" мудростью, перестает быть могуществом "как таковым" (оно подчиняется ей). Мудрость, "расширенная" до могущества, перестает быть мудростью, определяющей цель и меру. Истинное понятие бесконечного и его абсолютное единство (которое Гегель раскроет позже) – это "не" "смягчение", взаимное ограничение или смешение. Такое представление – поверхностно и пребывает в неопределенной мгле, оно удовлетворяет лишь без-"понятийному" (begrifflos) представлению.

Реальность, взятая в ее определенности как качество, но "выведенная за пределы этой определенности" (как в определении Бога), перестает быть реальностью. Она превращается в "абстрактное бытие" (abstraktes Seyn). Бог как "чисто реальное во всем реальном" или как "совокупность всех реальностей" оказывается столь же "лишенным определенности и содержания", как и пустое Абсолютное, в котором "все едино".

Определенность как отрицание. Роль отрицания.

Если же брать реальность в ее "определенности", то, поскольку она по сути содержит момент отрицательного, "совокупность всех реальностей" неизбежно становится и "совокупностью всех отрицаний", "совокупностью всех противоречий". Она может предстать, например, как "абсолютная мощь", поглощающая все определенное. Но сама эта мощь существует лишь постольку, поскольку ей "противостоит" нечто ею еще не снятое. Если же представить ее осуществленной, "безграничной" мощью, она превращается в "абстрактное ничто" (abstraktes Nichts). То "реальное во всем реальном", то "бытие во всяком наличном бытии", которое должно выражать понятие Бога, оказывается не чем иным, как "абстрактным бытием", тем же самым, что и ничто.

Фундаментальный тезис: "Всякое определение есть отрицание".

Ключевой момент: "Определенность есть положенное как утвердительное отрицание". Это выражено в тезисе Спинозы: "Omnis determinatio est negatio" (Всякое определение есть отрицание). Гегель подчеркивает бесконечную важность этого тезиса. Само по себе отрицание – это бесформенная абстракция. Однако спекулятивной философии (философии Гегеля) нельзя приписывать, что для нее отрицание или ничто есть нечто "окончательное" (Letztes). Для нее это так же мало последнее, как и реальность – истинное.

Следствия для Спинозы и понятия "индивидуума".

Из тезиса "определенность есть отрицание" с "необходимостью" вытекает единство Спинозовой "субстанции" (только "одна" субстанция). Мысль и бытие (или протяжение) – две определенности, которые рассматривал Спиноза, – он "должен" был объединить в этом единстве. Будучи определенными реальностями, они суть отрицания, и их "бесконечность" есть их единство (по определению Спинозы, бесконечность чего-то есть его утверждение). Поэтому Спиноза понимал их как "атрибуты" – то есть как не имеющие особого самостоятельного бытия (An-und-für-sich-Seyn), а существующие лишь как "снятые", как "моменты". Вернее, для него они даже не моменты, так как субстанция сама по себе совершенно неопределенна, а атрибуты (как и модусы) – это различения, производимые "внешним рассудком".

Точно так же несостоятельна против этого тезиса и "субстанциальность индивидуумов". Индивидуум есть "отношение к себе самому" лишь потому, что он "полагает границы" для другого. Но эти границы суть одновременно и границы "его самого", отношения "к другому". Его наличное бытие (Daseyn) не заключено в нем самом. Конечно, индивидуум – больше, чем просто ограниченное со всех сторон, но это "больше" относится к другой сфере понятия (у Гегеля). В метафизике бытия (Seinsmetaphysik) индивидуум есть "нечто безусловно определенное". Однако против представления, что конечное (Endliche) "как таковое" существует "в себе и для себя", сама "определенность" заявляет о себе как "отрицание" и втягивает его в ту же "отрицательную движение рассудка", которая растворяет все в абстрактном единстве субстанции.

Дальнейшее развитие понятий: Реальность, Отрицание, Положительное

Отрицание "непосредственно" противостоит реальности. Позже, в собственной сфере "рефлектированных определений" (reflektirten Bestimmungen), отрицание будет противопоставлено "положительному" (das Positive). Положительное – это "реальность, рефлектированная в отрицание", реальность, на которой "является" отрицательное, которое в реальности как таковой еще "скрыто".

Качество, Свойство (Eigenschaft) и "Качествование" (Qualirung).

Качество выступает преимущественно как "свойство" (Eigenschaft), когда в "внешнем отношении" оно проявляется как "имманентная определенность". Свойствами трав, например, называют такие определения, которые не просто вообще присущи некоему "нечто" (Etwas), а благодаря которым оно "сохраняет себя" в отношении к другому "своеобразным образом": оно "не допускает" в себя чуждых воздействий, а "утверждает" свои собственные определения в другом (хотя и не может полностью предотвратить воздействия). Более "покойные" определенности, например, форма, очертание, обычно не называют свойствами, да и качествами (Qualitäten) – если их представляют изменчивыми, не тождественными бытию.

Термин "Качествование" или "Инквалирование" (Qualirung oder Inqualirung), заимствованный у Якоба Бёме (философия глубокая, но погруженная в темную глубину), означает "движение качества" (кислого, терпкого, огненного и т.д.) "в себе самом", поскольку оно "утверждает и укрепляет себя" в своей "отрицательной природе" (в своей "муке" – Qual), "исходя из другого". Это, вообще говоря, "беспокойство", присущее качеству "самому по себе", благодаря которому оно "производит и сохраняет себя лишь в борьбе".

Переложение для первого знакомства: От Определенности (Dasein) к Нечто (Etwas) и Конечности (Endlichkeit)

1. От Бытия к Определенности и ее Внутреннему Противоречию: Мы начали с чистого, неопределенного Бытия (Sein), которое оказалось пустым и неотличимым от Ничто (Nichts). Их нестабильное единство дало нам Определенное Бытие, Наличное Бытие (Dasein) – бытие, которое "есть" и которое "определено" своей Качественной определенностью (Qualität). Эта определенность изначально двойственна: она содержит в себе момент "Реальности" (то, что "есть" в этой определенности) и "Негации" (то, чем это "не является", его граница или отрицание). Но эти моменты нераздельны: Реальность уже несет в себе Негацию (иначе она была бы чистым неопределенным Бытием), а Негация сама "есть" (она не чистое Ничто, а отрицание, принадлежащее "этому" конкретному Dasein). Качество неотделимо от Определенного Бытия – само Dasein "есть" качественно определенное бытие.

2. Снятие Различия и Возникновение Нечто (Etwas): Однако Гегель подчеркивает, что "снятие" (Aufheben) этого различия (Реальности и Негации внутри Качества) – не простое их отбрасывание или возврат к исходному Dasein. Различие "есть", оно реально присутствует. Фактически мы имеем: само Dasein, различие внутри него (Реальность/Негация) и "снятие" этого различия. Результат этого снятия – не безразличное бытие, а бытие, которое "сохраняет себя" через это снятие различия, становится "тождественным себе" в этом процессе. Эта определенность через снятие различия и есть Нечто (Etwas). Нечто – это первое "отрицание отрицания": оно возникает как отрицание простой негации (различия внутри Dasein), утверждая себя как простую, устойчивую сущность, относящуюся к самой себе. "Любое" конкретное бытие (вещь, жизнь, мысль, Бог) есть прежде всего "Нечто", некая определенная реальность, а не абстрактная всеобщность. Однако "Нечто" – это еще очень абстрактная, поверхностная определенность.

3. Нечто и Иное (Anderes): Нечто существует не в вакууме. Его определенность "подразумевает" отличие от чего-то другого – Иного (Anderes). Первоначально Нечто и Иное кажутся просто разными, безразличными друг к другу сущностями ("А" и "не-А"). Каждое есть "Нечто", и каждое есть "Иное" для другого. Однако диалектика сразу показывает их взаимозависимость: "А" есть "А" только "противопоставляясь" "не-А" (Иному), и наоборот. Иное не просто внешне Нечто; оно "конститутивно" для Нечто. Нечто "сохраняет себя" в отношении к своему Иному, но не растворяется в нем. Это отношение к Иному Гегель называет Бытием-для-иного (Sein-für-Anderes). Одновременно, Нечто имеет в себе свое собственное внутреннее определение, свою сущность, которая сохраняется "несмотря" на отношение к Иному – это Бытие-в-себе (Ansichsein). Эти два момента (Бытие-для-иного и Бытие-в-себе) – две стороны одного Нечто, неразрывно связанные. Внутренняя сущность (Ansichsein) проявляется вовне (как-то соотносится с другим), а внешнее отношение (Sein-für-Anderes) отсылает к внутренней сущности.

4. Определение, Свойство, Граница: Внутренняя определенность Нечто, его Бытие-в-себе, в единстве с его внешними проявлениями (Бытием-для-иного) образует его Определение (Bestimmung) – его подлинную, утвердительную сущность (например, определение человека – мыслящий разум). Однако Нечто также обладает внешними, изменчивыми характеристиками, зависящими от его отношений с Иным – это его Свойства (Beschaffenheit) (например, цвет, температура – они могут меняться, не затрагивая саму сущность вещи, пока она остается "этой" вещью). Там, где внутреннее Определение сталкивается с внешним Иным и утверждает себя "против" него, полагается Граница (Grenze). Граница – это не просто внешняя черта; это "имманентное" определение самого Нечто. Она есть то, чем Нечто "есть" (его качество), и одновременно то, чем оно "не является" (его конец в этом качестве). Граница – это точка, где Нечто "есть", только будучи "не-Иным", и где оно "перестает быть собой", становясь Иным. Она принадлежит самому Нечто как момент его определенности.

5. Конечность (Endlichkeit): Когда мы понимаем, что Граница не внешняя, а "внутренне присуща" самому Нечто как момент его определения (Bestimmung), мы приходим к Конечности. Быть конечным – значит иметь свою Границу (Grenze) как Ограничение (Schranke) и одновременно Долженствование (Sollen).

Ограничение (Schranke): Это Граница, осознанная Нечто как его "собственное отрицание", как то, что его "сдерживает", мешает ему быть всем. Ограничение – это негативный момент.

Долженствование (Sollen): Это внутренняя сущность Нечто (его Определение), которая "восстает" против Ограничения. "Долженствование" – это то, чем Нечто "должно" быть по своей сути, "несмотря" на свое текущее ограниченное состояние. Оно указывает "за пределы" наличного бытия Нечто к его полной реализации. Долженствование – это позитивный, утвердительный момент, устремленный вперед.

Диалектика Конечного: Конечное (Нечто) существует в напряжении между своим Ограничением (тем, что оно "есть здесь и сейчас", со своими границами) и своим Долженствованием (тем, чем оно "должно" и "может" быть по своей сути). Оно "есть", но его бытие содержит в себе семя собственного преодоления, отрицания ("час его рождения – час его смерти"). Однако Гегель подчеркивает, что истина конечного – "не" в его простом исчезновении (это было бы возвратом к Ничто), а в "снятии" своей конечности через переход в свою истинную сущность, которая оказывается связана с Бесконечным. Конечное "отрицает само себя" как чисто конечное, выходя за свои пределы (это и есть его "долженствование"). Ключевой вывод: Конечное не просто "кончается"; оно "снимает" свою конечность через имманентное стремление (Долженствование) превзойти свое Ограничение. Его конец – не последнее слово, а момент перехода.

Резюме для первого знакомства: Гегель показывает, как простое "есть" (Dasein) через внутреннее различение и снятие этого различия становится устойчивым "Нечто" (Etwas). Но Нечто немыслимо без "Иного", что вводит отношения (Бытие-для-иного и Бытие-в-себе). Внутренняя определенность (Определение) сталкивается с внешним миром (Свойства), и на их стыке возникает Граница как имманентный предел. Осознание этой Границы как собственного Ограничения (Schranke) и одновременно как призыва к своей полной реализации (Долженствование / Sollen) и есть суть Конечности. Истина конечного – не в исчезновении, а в имманентном движении "преодоления" своей конечности через это противоречие между наличным ограничением и внутренним долженствованием. Это движение ведет к понятию Бесконечного.

Примечание (Anmerkung): Попытка адаптации ключевых идей Гегеля о "Долженствовании", Конечном и Бесконечном для первого знакомства.

"(Важное предупреждение: Это НЕ буквальный перевод и НЕ точное изложение Гегеля. Гегель в "Науке логики" строит сложнейшую диалектическую систему понятий, где каждое определение вытекает из предыдущего с абсолютной необходимостью. Данный текст – это попытка переложения "основных идей" и "диалектического движения мысли", содержащихся в отрывке, на более доступный язык, с неизбежными упрощениями и акцентами, призванными помочь в "первичном ориентировании" в этой глубокой теме. Многие нюансы, строгость терминологии и сама логическая ткань оригинала сознательно ослаблены ради ясности изложения сути.)"

Основные идеи отрывка:

1. "Долженствование" (Sollen) и его Двойственность:

"Ты можешь, потому что должен": В самой идее "долженствования" заложено преодоление границы (Schranke). Оно указывает на возможность ("можешь"), выходящую за пределы наличного ограниченного состояния. "Долженствование" содержит в себе отрицание границы и утверждение внутренней способности ("Ан-себя-бытие" как возможность).

"Ты не можешь, именно потому что должен": Но одновременно "долженствование" "утверждает" существование самой границы как реального препятствия. Оно сталкивает идеальную возможность ("Ан-себя-бытие") с наличной ограниченностью ("бытие-определенное", Daseyn). Это противоречие между "должным" (выходящим за пределы) и "сущим" (ограниченным) делает непосредственное осуществление ("можешь") "невозможным" в рамках простого "долженствования". "Долженствование" само по себе – это начало движения "за пределы конечности", к бесконечности, но движение это оказывается "бесконечным прогрессом", где цель постоянно отодвигается.

2. Критика Предрассудков о Пределах (Schranke):

Часто говорят, что мысль, разум не могут выйти за свои пределы. Гегель считает это заблуждением. Уже само определение чего-либо как "предела" означает, что мысль "уже вышла" за его рамки! Предел имеет смысл "только в отношении" к тому, что за ним, к безграничному (Unbeschränktes). Камень не выходит за свои пределы, потому что для него "нет" "предела" в нашем смысле – у него нет сознания, чтобы осознать ограниченность.

Даже неживая природа "выходит за пределы": Кислота или щелочь стремятся нейтрализоваться, выходя за предел быть "только" кислотой или "только" щелочью. Их "долженствование" – вступить в реакцию, преодолеть свою изолированность.

Живое и Сознающее – активно преодолевает пределы: Растение преодолевает предел быть семенем, становясь ростком, затем цветком и т.д. Животное, чувствуя голод (предел), стремится его преодолеть. Оно чувствует "боль" от ограничения именно потому, что обладает "целостностью" (самостью), которая "уже превышает" это конкретное ограничение. Если бы оно не было "больше" своей ограниченности, оно не ощущало бы ее как "свою" негативность и боль.

Разум "есть" выход за пределы: Утверждать, что разум (мышление), будучи "всеобщим" (выходящим за любую частность), не может выйти за пределы конечного – абсурдно. Выход за пределы – сама суть разума! Указывать на абстрактную всеобщность или саму идею бесконечности уже достаточно, чтобы опровергнуть тезис о невозможности выйти за пределы конечного.

3. "Дурная Бесконечность" (Schlecht-Unendliche) vs. "Истинная Бесконечность" (wahrhafte Unendlichkeit):

Конечное (Endliche) стремится к Бесконечному: Природа конечного – выходить за свои пределы, отрицать свою ограниченность и становиться бесконечным. Бесконечное – не нечто готовое и отдельное "над" конечным. Оно – истинное бытие конечного, его собственная имманентная цель.

Опасность Противопоставления: Если мы просто противопоставляем Конечное и Бесконечное как две разные "вещи" (например, "наш мир" и "потусторонний" бесконечный Бог), мы попадаем в ловушку "Дурной Бесконечности".

Что такое "Дурная Бесконечность"? Это бесконечный прогресс (Progreß ins Unendliche): мы выходим за конечное к бесконечному (1), но в этом "бесконечном" обнаруживается "новая граница" (2), тогда мы выходим за "нее" (3), и так до бесконечности (4…). Бесконечное здесь – всегда "потустороннее" (Jenseits), "недостижимое", простое отрицание конечного. Оно само оказывается "конечным" (так как имеет своим пределом конечное, от которого зависит). Это бег по прямой линии, уходящей в никуда. Гегель связывает эту модель с кантовским и фихтевским пониманием "долженствования" как высшего пункта.

Что такое "Истинная Бесконечность"? Это не предмет "там", а процесс и результат диалектического снятия (Aufheben) противоположности. Конечное и Бесконечное неразделимы:

–Бесконечное "содержит" конечное как свой момент (как преодоленное ограничение).

–Конечное "содержит" бесконечное как свою истинную сущность (как свое "Ан-себя-бытие").

Диалектическое движение: Конечное, выходя за свои пределы, приходит не к чему-то внешнему, а к самому себе, но в своем истинном, бесконечном качестве. Бесконечное, чтобы быть истинным, не абстрактным, должно "снизойти", включить в себя конечное как снятый момент, и через это отрицание своей абстрактности "вернуться к себе" как конкретной тотальности. Это не статичное "единство", а живое движение. Истинная Бесконечность – это не "потустороннее", а "настоящее" (gegenwärtig), подобно замкнутому кругу (в отличие от бесконечной прямой "дурной" бесконечности).

Идеальность (Idealität): В истинной бесконечности конечное не уничтожается, а сохраняется как "идеальное" – как момент, лишенный абсолютной самостоятельности, но необходимый в составе целого.

4. Итог:

Простое "долженствование" и "дурная бесконечность" – это ступени на пути понимания, но они застревают в конечности и противоречии.

Истина – в диалектическом процессе, где конечное, отрицая свою ограниченность, приходит к бесконечному, а бесконечное, включая в себя (как снятый момент) конечное, обретает конкретность и действительность. Истинная Бесконечность есть снятие (преодоление с сохранением) противоположности конечного и бесконечного в их живом единстве и взаимопереходе.

Отлично, вот переписанный текст с предупреждением о характере изложения. Я постарался передать суть гегелевской мысли о переходе, идеальности, истинной и дурной бесконечности, используя более доступный язык и структуру, подходящую для первого знакомства, но сохраняя философскую точность:

Переход и Идеальность.

Идеальность – это, по сути, "качество бесконечности". Но бесконечность у Гегеля – это не статичное состояние, а процесс, становление. Поэтому идеальность – это и есть сам процесс перехода (как, например, переход становления в наличное бытие, который нам сейчас важен).

Как снятие конечности (то есть преодоление конечности как таковой "и" одновременно преодоление той ложной, «дурной» бесконечности, которая лишь "противопоставлена" конечному и потому сама конечна), идеальность есть возвращение в себя, отношение к себе самому – то есть бытие.

Поскольку в этом бытии присутствует отрицание (оно возникло через снятие), оно есть наличное бытие (Dasein).

Но так как это отрицание по своей сути есть отрицание отрицания (снятие снятого) и относящееся к себе отрицание, то это наличное бытие есть то, что называется бытием-для-себя (Fürsichseyn).

Примечание 1: Проблема «Дурной Бесконечности» и Истинное Бесконечное.

«Дурная бесконечность» (то, что обычно понимают под бесконечностью) и связанные с ней бесконечный прогресс (как в причинно-следственных цепях) или «долженствование» (Sollen) – это выражение неразрешимого противоречия, которое само себя выдает за решение и окончательный ответ.

Эта «бесконечность» – первая попытка мысли подняться над конечным, но она остается пустой (содержит лишь «ничто», отрицание). Это бегство от ограниченного, которое не способно "вернуться к себе", не может преобразовать отрицательное в положительное.

Эта несовершенная рефлексия (понимание) "видит" оба момента истинной бесконечности: 1) противоположность конечного и бесконечного и 2) их единство. Но она не может их соединить! Они неразрывно связаны, но для рефлексии они лишь бесконечно чередуются (Конечное -> Бесконечное -> новое Конечное -> новое Бесконечное…). Это и есть бесконечный прогресс.

Пример (Причинность): Причина и следствие неразрывны. Причина без следствия – не причина, следствие без причины – не следствие. Но если мы берем "конкретную" причину (которая конечна именно потому, что мы ее "отделили" от следствия), то у "нее самой" должна быть причина (значит, она и следствие тоже!). То, что назвали причиной, оказывается и следствием (единство). Но это следствие опять требует своей причины (разделение). И так до бесконечности. Противоречие не снимается, а лишь воспроизводится.

Проблема формулировок: Попытки утверждать то «Единство!», то «Абсолютное Различие!», требуя их постоянной «поправки», – это тот же бесконечный прогресс в другой форме.

Ключевое понимание: Чтобы постичь природу истинного бесконечного, нужно осознать, что бесконечный прогресс – это бесконечное чередование моментов единства и разделения конечного и бесконечного, и что само это единство и это разделение неразделимы.

Разрешение Противоречия: Идеальность

Решение – не в признании «одинаковой правоты» обеих сторон противоречия (это лишь продлевает его). Решение – в идеальности обоих моментов (конечного и бесконечного в их дурной форме).

Идеальность означает, что в истинном бесконечном конечное и бесконечное, сохраняя свое различие и будучи взаимными отрицаниями, суть лишь снятые моменты, подчиненные моменты целого. Они не имеют самостоятельной, абсолютной реальности.

В монотонном чередовании (прогрессе) "уже фактически содержится" отрицание как абстрактного единства, так и абстрактного разделения. Фактически происходит:

Конечное, выходя за свои пределы, «падает» в бесконечное.

Но бесконечное, будучи лишь "противоположным" конечному, само оказывается ограниченным (конечным), и мы снова находим конечное.

Выходит, конечное, «выходя» в бесконечное, возвращается к себе, соединяется с собой (ибо находит себя же в этом «бесконечном»). То же самое происходит и с бесконечным.

Результат: Это отрицание отрицания (снятие снятия) приводит к утверждению – к истинному бесконечному. Это утверждение и есть истина и первооснова процесса. В этом бытии (идеальности различий) противоречие не просто исчезает, а снято и примирено.

Спекулятивное мышление: Так проявляется природа истинного философского (спекулятивного) мышления: оно состоит именно в постижении противоположных моментов в их единстве. Истина – это самодвижущееся единство, охватывающее оба момента (конечное и бесконечное), их истинная бесконечность – отношение к себе самому, но не непосредственное, а "опосредованное" этим процессом, бесконечное.

Вопрос «Как Бесконечное становится Конечным?»

Часто ставят вопрос: «Как бесконечное "выходит из себя" и становится конечным?» Считается, что это непостижимо.

Ответ Гегеля радикален:

–1. Нет такого «бесконечного»! То абстрактное бесконечное, которое "противопоставлено" конечному (дурная бесконечность), само ограничено этим своим противопоставлением, оно само конечно!

–2. Истинное бесконечное "изначально" и "нераздельно" содержит в себе момент конечности. Оно уже столь же конечно, сколь и бесконечно (но не в смысле дурной бесконечности, а в смысле снятого момента).

–3. Сам вопрос ложен, так как предполагает: а) существование некоего чистого, отдельного бесконечного «до» конечного; б) реальность конечного, отделенного от бесконечного. Ни то, ни другое не обладает истинностью. Ложное – непостижимо. Но постижимо как раз то, что они нераздельны!

–4. Правильно спросить не «как?», а «почему?»: Бесконечное (дурное) «выходит» в конечное потому, что оно неистинно, не имеет устойчивости "само по себе" в своей абстрактной изолированности. Точно так же конечное «уходит» в бесконечное из-за своей неистинности (своей «ничтожности» в абсолюте).

–5. Итог: Истинное бесконечное вечно «выходит» в конечное, потому что оно не существует как чистое, изолированное бытие без своего «другого» (конечного) "в себе самом". Так же, как чистое бытие не существует без небытия. Конечное и бесконечное взаимно проникают и снимаются в истинной бесконечности – идеальности.

О Единстве и Различии.

Если вопрос предполагает, что бесконечное "уже" содержит конечное в себе как единство, то трудность сводится к «разделению». Но и здесь проблема: единство и различение берутся как "раздельные".

Истинное положение: В определенном единстве истинного бесконечного (единстве "с" различием) различие (конечного и бесконечного) уже присутствует. Но это различие не отпускает их в отдельное самостоятельное существование, а удерживает их как идеальные моменты (снятые) внутри единства.

Эта единство бесконечного и конечного и их различие – столь же нераздельны, как конечность и бесконечность сами по себе.

Это переложение фокусируется на основной диалектической динамике: критике дурной бесконечности и бесконечного прогресса, объяснении идеальности как снятия моментов, и радикальном ответе Гегеля на вопрос о соотношении конечного и бесконечного через понятие истинного, конкретного, содержащего в себе различие бесконечного.

Ключевая идея: Идеальность Конечного и Суть Идеализма.

1. Сердцевина идеализма: Философский идеализм Гегеля (и, по его мнению, "всякой" подлинной философии) заключается в одном фундаментальном положении: конечное (всё ограниченное, преходящее, конкретное) не обладает истинным, абсолютным, самостоятельным бытием. Оно "идеально". Это не значит, что его нет; это значит, что его существование "обусловлено", оно не является последней и независимой реальностью.

2. Все философии – идеалистичны по сути: Любая настоящая философия, даже если она говорит о "материи" или "атомах", на самом деле основывается на идеализме. Почему? Потому что её основные принципы (вода у Фалеса, атомы, материя) – это всегда "мысли", "общие понятия", "идеи", а не просто чувственно данные вещи. Даже "вода" Фалеса – это не просто эмпирическая вода, а "сущность" всего сущего, то, из чего всё происходит. Конкретные вещи "идеальны" по отношению к этому принципу, то есть их бытие "зависит" от него, "снято" в нем.

3. Религия – тоже идеализм: Религия, как и философия, не признает конечное (мир, вещи) за истинно сущее, абсолютное, вечное. Она указывает на нечто высшее, безусловное.

4. Противопоставление идеализма и реализма бессмысленно: Спор между "идеализмом" и "реализмом" в философии теряет смысл. Философия, которая "действительно" считала бы конечные вещи абсолютной и независимой реальностью, не заслуживала бы имени философии. Всякая философия ищет всеобщее, идеальное основание.

5. Двойной смысл "идеального": Гегель обращает внимание на важную двойственность:

А) Идеальное (Принцип, Понятие, Идея, Дух) – это "конкретная", "истинно сущая" реальность, целостность.

Б) "В то же время", отдельные моменты внутри этой целостности (например, конечные вещи по отношению к Духу) являются "идеальными" в том смысле, что они "сняты" (aufgehoben) в ней – то есть одновременно и упразднены как самостоятельные, и сохранены как часть целого. Главное – это единое, конкретное целое, от которого его моменты неотделимы.

6. Обыденное понимание vs. Философское понимание: Часто под "идеальным" понимают просто содержание нашего сознания (представления, понятия, воображение), противопоставляя его "реальному" внешнему миру. Иногда "идеальное" даже сводят к "выдумкам" (Einbildungen). Гегель согласен: Дух – истинный идеалист. В чувстве, представлении, а особенно в мышлении и понятии, любое содержание (даже о внешнем мире) существует "для меня", в "моем" сознании. Внутри простого "Я" внешнее бытие "снято" и присутствует как идеальное.

7. Критика "формального" (субъективного) идеализма: Однако Гегель резко критикует тот "субъективный идеализм" (например, типа берклианского), который:

Видит идеальность "только" в том, что содержание есть "мое" представление ("форма субъективности").

Утверждает, что "только" внутренний мир сознания истинен, а внешняя реальность – иллюзия или не существует.

Почему он плох? Этот идеализм "формален" – он сосредоточен "только" на "форме" сознания ("это "мое" представление"), но совершенно "игнорирует само содержание" этого представления или мысли. Это содержание может оставаться совершенно "конечным", ограниченным (например, представление о конкретном стуле).

Что он дает? Такой идеализм ничего не теряет (ведь "реальность" конечного стула для него сохраняется как представление), но и ничего не выигрывает! Сознание ("Я", дух) просто остается заполненным тем же самым конечным, ограниченным содержанием, только теперь названным "идеальным". Противопоставление субъективного и объективного – само есть форма конечности.

Главная проблема: Он "не преодолевает конечность содержания." Даже если мы объявим весь мир "моим представлением", само это представление может быть (и обычно является) наполнено бесконечным множеством конечных, ограниченных определений (этот стул, этот цвет, эта мысль о числе…). Простое перемещение конечного содержания в сферу "идеального" (в смысле "субъективного") не избавляет его от его собственной внутренней конечности и ограниченности. Конечность "содержания" остается нетронутой.

Резюме для первого знакомства: Гегель утверждает, что суть "его" идеализма (и всей истинной философии) – не в том, что мир существует только в нашей голове (это "формальный" идеализм, который он критикует), а в том, что всё конечное и ограниченное в мире (вещи, явления) не обладает абсолютной, независимой реальностью. Его бытие "обусловлено", "снято" во всеобъемлющей, истинно сущей, конкретной целостности – Абсолютной Идее или Духе, которые и являются единственной абсолютной реальностью. Конечное "идеально" именно в этом смысле – его самостоятельность иллюзорна, оно существует лишь как момент внутри бесконечного целого.

Вот переработанный текст с предупреждением об адаптивном характере изложения. Это "не буквальный перевод", а попытка сделать сложные идеи Гегеля о "Бытии-для-себя" (Fürsichseyn) более доступными для первого знакомства с "Наукой логики":

Глава 3: Бытие-для-себя (Fürsichseyn).

Суть Бытия-для-себя:

1. Завершение Качества и Бесконечность: Бытие-для-себя – это высшая точка развития "качественного" бытия. Оно представляет собой бесконечное бытие. В отличие от неопределенного бытия начала и ограниченного наличного бытия (Daseyn) с его простой отрицательностью ("не-это"), бытие-для-себя преодолевает эту ограниченность. Оно снимает различие между чистым бытием и его определением (отрицанием). Предыдущие понятия (качество, инаковость, граница, реальность, "в-себе-бытие", долженствование) были лишь несовершенными попытками понять, как отрицание присутствует в бытии, но в них сохранялся дуализм. Бытие-для-себя – это абсолютная определенность, где отрицание (как отрицание отрицания, то есть как бесконечность) полностью примирено с бытием и есть простое отношение к самому себе.

Диалектическое Развитие Бытия-для-себя:

1. Непосредственное Бытие-для-себя: Единое (Eins): Изначально бытие-для-себя предстает как простое, неделимое "Одно".

2. От Одного ко Многому: Отталкивание (Repulsion) и Притяжение (Attraktion): "Одно" не может оставаться единственным. Оно "отталкивается" от себя, порождая множество "Одних". Однако это "иное" (другие "Одни") не абсолютно чуждо. В силу своей идеальности (т.е., будучи моментами единого бытия-для-себя), множественность "притягивается" обратно. Отталкивание снимается в притяжении, где инаковость растворяется в единстве.

3. Переход в Количество: Взаимодействие (Wechselbestimmung) отталкивания и притяжения приходит к равновесию. Качество, достигнув своей вершины в бытии-для-себя, снимается и переходит в количество (Quantität).

Бытие-для-себя как таковое (Более детально):

Идея Идеальности: Мы говорим, что нечто "для себя", когда оно отталкивает от себя иное, абстрагируется от связи с другим, делает это иное своим "моментом" (подчиненным, снятым элементом). Оно "бесконечно возвращается в себя", преодолевая свои границы. Пример: Сознание (Bewußtseyn) уже содержит идею "для-себя". Оно "идеализирует" объект (представляет его внутри себя), оставаясь "у себя" даже в отношении к иному (объекту). Однако сознание двойственно (дуализм): оно знает о внешнем объекте "и" знает этот объект внутри себя, будучи "для себя".

Самосознание как Пример: Самосознание (Selbstbewußtseyn) – это завершенное и установленное бытие-для-себя. Здесь устранена сторона отношения к внешнему объекту. Самосознание – ближайший пример бесконечности: "Я" есть для себя, находясь в отношении только к самому себе (хотя это пока абстрактная бесконечность).

Отличие от Наличного Бытия (Daseyn): Бытие-для-себя содержит в себе снятое наличное бытие как свой момент. Определенность, которая в наличном бытии означала зависимость от другого ("бытие-для-иного"), в бытии-для-себя "подвернута" в бесконечное единство и существует как "бытие-для-одного" (Seyn-für-eines).

Ключ: "Бытие-для-одного" и "Бытие-для-себя": Это не разные вещи, а нераздельные моменты одной идеальности:

Идеальное (как момент бесконечного) необходимо существует "для одного".

Но это "одно", "для которого" оно существует, есть оно само (само бытие-для-себя). Нет внешнего "одного", для которого бытие-для-себя было бы моментом.

Пример: "Я" (дух, Бог) идеально и бесконечно. Оно существует "для себя" именно потому, что оно само и есть то, "для которого" оно существует. "Бытие-для-себя" и "бытие-для-одного" суть две нераздельные стороны идеальности и бесконечности.

Важно помнить: Это адаптация. Чтобы по-настоящему понять диалектику Гегеля (особенно тонкие переходы между Daseyn, Fürsichseyn, Eins, Repulsion/Attraktion и Seyn-für-eines), необходимо обращаться к самому тексту "Науки логики", где каждый шаг аргументирован и выведен с предельной строгостью. Данный пересказ лишь намечает основные вехи и концепции главы.

Пояснение к понятию "Идеальность" (Anmerkung – Переложение)

Наш язык иногда довольно странно выражает суть вопроса о качестве вещи – вопрос "что это за вещь?" (was für ein Ding etwas sey). Но в этой формулировке как раз схватывается важный момент: рефлексия вещи на самое себя. Этот вопрос по своей сути идеалистичен. Он спрашивает не о том, чем вещь А является "для другой" вещи В, или чем человек А является "для другого" человека В. Он спрашивает: что это за вещь "сама по себе"? Что это за человек "в себе"? Это значит, что ее "бытие-для-одного" (Seyn-für-Eines) одновременно включено обратно в саму эту вещь, в самого этого человека. То, "что" есть (сама вещь), и то, "для чего" она есть (тоже сама вещь) – это одно и то же, это тождество. Именно эту тождественность и можно понимать как идеальность.

Что же такое идеальность?

1. Первоначально: Идеальными кажутся снятые (aufgehoben) определения – то, что преодолено и включено в нечто высшее. Их противопоставляют тому, в чем они сняты, что тогда можно считать "реальным". Но в таком случае "идеальное" и "реальное" становятся просто двумя разными моментами (сторонами).

2. Суть идеальности: Настоящая идеальность – это когда оба момента (и "идеальное", и "реальное" в их условном разделении) существуют имеют силу только ""для одного"". Это "одно" (единое) и есть сама идеальность, которая, будучи такой "единой", уже неотличима от реальности. Она и есть подлинная реальность как целое.

Примеры: Самосознание, Дух, Бог – это идеальное в высшем смысле. Почему? Потому что это бесконечное отношение к самому себе. "Я есть для Я" – оба "Я" тождественны. Каждое из них существует "только для этого единого "Я"", то есть идеально. Дух существует только для Духа, Бог только для Бога. И именно это единство (Бог как Дух) и есть Бог.

3. Но в нашем обычном сознании: Самосознание выступает как сознание, которое "различает":

Себя и нечто Иное (Другое).

Свою идеальность (где оно просто представляет, мыслит).

Свою реальность (где его представления имеют определенное содержание, которое воспринимается как существующее, как "наличное бытие" (Daseyn), еще не до конца "снятое").

4. Ошибка ограниченного взгляда: Называть мысль, дух или Бога "просто" "идеальным" – это признак позиции, где конечное наличное бытие считается "настоящей" реальностью, а "идеальное" или "бытие-для-одного" понимается лишь в урезанном, одностороннем смысле (как нечто лишь в голове, не настоящее).

Сравнение разных философских систем с точки зрения "идеальности" (Принцип идеализма и его проведение).

Ранее говорилось, что суть идеализма – в признании, что истинное бытие есть мысль, понятие. Важно не только провозгласить этот принцип, но и последовательно его провести. На стадии "Для-себя-бытия" можно уточнить, что значит "последовательно провести".

Главный критерий: Сохраняется ли конечное наличное бытие как нечто самостоятельное и независимое "рядом" с "Для-себя-бытием"? И главное – заложено ли в само понятие "бесконечного" (идеального) момент "для-одного", то есть "отношение идеального к самому себе как к идеальному"?

Спиноза (Субстанция): Его "Бытие" (как у элеатов) или "Субстанция" – это лишь абстрактное отрицание всякой определенности. В ней саму идеальность не заложили. Бесконечность у Спинозы – это просто "абсолютное утверждение" вещи, неподвижное единство. Его Субстанция не достигает даже ступени "Для-себя-бытия", не говоря уже о Субъекте или Духе. Идеальность не развита.

Мальбранш: Его благородный идеализм глубже. Основная мысль: Бог содержит в себе все вечные истины, идеи (сущности) и совершенства вещей; они принадлежат только Ему. Мы видим вещи только "в Боге". Бог вызывает в нас ощущения предметов действием, не имеющим ничего чувственного. Нам лишь "кажется", что мы получаем от предмета не только его идею (сущность), но и ощущение его "существования". Вывод Мальбранша: Как вечные истины и сущности вещей, так и их "существование" пребывает в Боге идеально, а не как реальное наличное бытие. Хотя они наши объекты, они существуют только "для одного" (для Бога).

Сила: Здесь появляется тот ключевой момент развитого, конкретного идеализма, которого не хватало Спинозе: абсолютная идеальность определена как "знание". Бог знает и содержит в себе все.

Слабость: Хотя идеализм Мальбранша чист и глубок, его построения: 1) Содержат много неопределенного для мысли; 2) Слишком быстро наполняются совершенно конкретным, "житейским" содержанием (грех, искупление и т.д.). Логическое определение бесконечности, которое должно быть основой, само не проработано. Его идеализм – плод чистого спекулятивного "духа", но еще не чистого спекулятивного "мышления", которое все обосновывает.

Лейбниц (Монады): Его идеализм больше ограничен сферой абстрактного понятия.

Монада = Идеальное: Представляющая монада по сути идеальна. Представление – это "Для-себя-бытие", в котором определения – не внешние границы (и значит, не "наличное бытие"), а лишь моменты внутри него. "Представление" здесь означает прежде всего идеальность (даже бессознательное у Лейбница представляет, воспринимает).

Снятие Иного: В этой системе "Иное" снято. Монады (дух, тело) не являются "иным" друг для друга. Они не ограничивают друг друга, не взаимодействуют. Отношения, основанные на внешнем наличном бытии, исчезают. Многообразие – только идеальное, внутреннее. Монада относится только к самой себе, ее изменения развиваются внутри нее, это не отношения "с другими". То, что кажется реальным отношением монад (например, согласованность), – это лишь независимое, одновременное изменение, замкнутое в "Для-себя-бытии" каждой монады. Само множество монад, их "иновость" – это не их собственная характеристика, а результат внешней рефлексии (Бога или наблюдателя). Монады сами по себе не суть "иное" друг для друга. "Для-себя-бытие" сохраняется чистым, без внешнего наличного бытия рядом.

Незавершенность: Но в этом же кроется незавершенность системы Лейбница:

–-1. Монады суть монады (представляющие) только в себе, или в Боге (как "Монаде монад"), или в системе как целом.

–-2. "Иное" все равно присутствует! Оно либо вносится в само представление, либо зависит от того "третьего" (Бога), который рассматривает их как "многие" и "разные". Их множественность лишь "исключена" (и то лишь на время), монады лишь "абстрактно" полагаются как "не-иные". Если "третье" полагает их иновость, то оно же должно было бы и снимать ее. Но вся эта работа мысли, делающая их идеальными, происходит вовне, не в них самих.

–-3. Хотя можно сказать, что эта работа мысли происходит внутри "представляющей" монады (Бога), то сам "содержание" этого мышления (множественность монад) оказывается для него внешним. Происходит скачок: от единства абсолютной идеальности (Бога) сразу, без осмысления перехода (через представление "творения"), к категории абстрактной (бессвязной) множественности наличного бытия (монад), и столь же абстрактно – обратно к единству.

Идеальность как форма: В итоге идеальность (представление) у Лейбница остается чем-то формальным, внешним по отношению к множественности. Она должна быть имманентна монадам (их природа – представлять), но:

–Их "отношение" – лишь предустановленная гармония, не принадлежащая их собственному бытию.

–Их наличное бытие понимается не как "бытие-для-иного" и уж тем более не как идеальность, а лишь как абстрактная множественность.

–Идеальность множества и его дальнейшее определение как гармонии не имманентны самой этой множественности, не принадлежат ей по сути. (Как в примере Лейбница: если бы магнитная стрелка обладала сознанием, она считала бы свое направление на север проявлением своей свободы. Сознание здесь – лишь внешняя форма, безразличная к ее реальному определению и содержанию. Так и идеальность монад у Лейбница – форма, внешняя их множественности).

Кант и Фихте: Их идеализм не выходит за пределы "долженствования" (Sollen) или "дурной бесконечности" (бесконечного прогресса). Они остаются в дуализме:

С одной стороны – наличное бытие (Daseyn) или "вещь-в-себе" / "бесконечный толчок".

С другой стороны – "Для-себя-бытие" (Я).

Хотя "вещь-в-себе" полагается "в" Я и становится лишь чем-то "для него", она исходит из свободного, независимого "Иного", которое сохраняется как негативное "в-себе-бытие", как некое постоянное "потустороннее" (Jenseits).

Я понимается как идеальное, как "Для-себя-бытие", как бесконечное отношение к себе. НО: Его "бытие-для-одного" не завершено до такой степени, чтобы то "потустороннее" (вещь-в-себе) полностью "исчезло" или чтобы устремленность к нему (в бесконечном прогрессе) прекратилась. Идеальность не достигает абсолютного единства, растворяющего в себе всякое инобытие.

Ключевые моменты, на которые обращено внимание в этом переложении для первого знакомства:

1. Идеальность как тождество: Суть идеальности – в снятии различия между "бытием" и "бытием-для", в их единстве внутри самого предмета/субъекта.

2. Идеальность vs. Реальность: На высшем уровне (Дух, Бог) идеальность "и есть" подлинная реальность как целое, а не одна из двух сторон.

3. Критерий "последовательного идеализма": Полное преодоление самостоятельности конечного наличного бытия и включение момента самоотношения ("для-одного") в саму суть бесконечного.

4. Критика систем:

Спиноза: Нет идеальности, только абстрактное единство.

Мальбранш: Есть шаг к идеальности как знанию в Боге, но не хватает логической проработки бесконечности, слишком рано вводится конкретное содержание.

Лейбниц: Монады идеальны "формально", но их множественность остается внешней, незавершенной абстракцией; идеальность не имманентна системе как гармонии; переходы не осмыслены.

Кант/Фихте: Застревают в дуализме наличного бытия ("вещи-в-себе") и Я, в бесконечном "долженствовании"; "Иное" не снято окончательно.

Для глубокого понимания необходимо обращение к самому тексту Гегеля.

С. Одно (Eins)

1. От Бытия-для-себя к Одному: Бытие-для-себя достигло точки, где оно – это простая, непосредственная единственность себя самого. Все его внутренние различия и моменты (например, отношение к "иному" и отрицание этого "иного") как бы "схлопнулись", слились в неразличимое единство. Это единство обладает формой "непосредственного бытия" (Seyn), но это не простое бытие начала логики. Оно "основано на отрицании" – на всем предшествующем процессе отрицания и снятия, который теперь стал его "определяющей чертой". Это "непосредственное единство", возникшее из отрицания и снятия всех различий внутри Бытия-для-себя, и есть Одно (Eins). Одно – это самая абстрактная граница самого себя.

2. Трудность понимания Одного: Прежде чем двигаться дальше, нужно предупредить о трудности последующего изложения развития понятия "Одно". Эта трудность возникает из-за его природы. Понятие "Одно" содержит в себе несколько ключевых моментов (например: 1) отрицание вообще, 2) два отрицания, 3) эти два отрицания тождественны, 4) но они же абсолютно противоположны, 5) отношение к себе как к тождеству, 6) но это отношение – отрицательное, направленное на себя). Проблема в том, что из-за "непосредственной формы бытия", которую теперь имеет Одно (оно просто "есть"), эти моменты "выступают наружу" как отдельные, самостоятельные определения. Каждый момент кажется чем-то "самостоятельно существующим". Однако на самом деле они "неразделимы" внутри понятия "Одно". Поэтому анализ будет вынужден говорить о каждой характеристике Одного, но тут же – из-за их диалектической связи – показывать и ее "противоположность". Эта неизбежная противоречивость, присущая абстрактным моментам Одного, и составляет главную трудность.

B. Одно и Многое (Eins und Vieles)

1. Одно как исходная точка: Одно – это результат "схлопывания" Бытия-для-себя в простую, "непосредственную" форму. Оно обладает бытием ("есть"). Но по своей сути Одно – это "самоопределение через отрицание". Как чистое отрицание, направленное только на себя (отношение негативного к самому себе), Одно есть акт "различения", "определения" (Bestimmen). А как чистое отношение к себе – это "бесконечное самоопределение".

2. Противоречие внутри Одного: Однако из-за своей "непосредственности" ("оно просто есть") это внутреннее самоопределение и различение обретает новое качество. Различия внутри Одного больше не просто "моменты" его единого самоопределения. Теперь они "одновременно" предстают как нечто "сущее", как самостоятельные "вещи". Идеальная тотальность Бытия-для-себя превращается здесь в свою противоположность – в самую жесткую, самую абстрактную реальность, реальность Одного.

С одной стороны, Одно – это установленное единство бытия и наличного бытия (Daseyn), абсолютное соединение отношения к иному и отношения к себе. Оно "в себе" содержит это идеальное единство.

С другой стороны, его определенность как "простого бытия" (просто "есть") вступает в противоречие с его "сущностным определением" как бесконечного отрицания (самоопределения). Это значит, что то, что Одно есть "в себе" (идеальное единство), "не реализовано полностью в его наличном бытии". Оно теперь лишь "присуще" ему как его свойство. Отрицание, которое является его сутью, предстает теперь как нечто "отличное от него самого", как "Другое" по отношению к нему.

Это "Другое", которое проявляется как отличное от Одного, на самом деле есть его же "собственное самоопределение". Единство Одного с самим собой оказывается "отделенным" от себя и низведенным до уровня "отношения". Будучи "отрицательным единством", Одно теперь "отрицает само себя как Другое": оно исключает из себя это Другое, которое есть тоже Одно. Одно начинает "отталкивать" другое Одно от себя.

а. Одно в себе (Das Eins an ihm selbst)

1. Абсолютная простота и неизменность: Рассматриваемое "само по себе" ("в себе"), Одно есть абсолютная простота. Его бытие – это не наличное бытие (которое всегда связано с другим). Оно не имеет качеств, определенностей через отношение к иному. Одно – это результат "отрицания" всех предыдущих категорий (качества, количества, изменения и т.д.). Поэтому Одно не способно изменяться (Anderswerden) – оно неизменно (unveränderlich).

2. Неопределенность как определенность: Оно неопределенно, но не так, как первое Бытие в начале логики. Его неопределенность – это сама его "определенность", которая заключается в чистом "отношении к себе самому". Это абсолютная определенность, установленная "в-себе-бытием" (Insichseyn).

3. Пустота внутри Одного: Будучи отношением негативного к самому себе, Одно "внутри себя" содержит различение – как бы "направленность вовне", к Другому. Но поскольку "по определению" вне Одного (на этой стадии) "ничего нет" (никакого истинно иного Другого), эта направленность немедленно "обращается назад", внутрь себя, и возвращается к себе. В этой простой непосредственности исчезает всякое опосредование (Vermittelung), всякое различие и многообразие.

Внутри Одного нет ничего. Это "Ничто" (Nichts) – результат абстракции его чистого отношения к самому себе.

Это "Ничто" теперь "отличается" от самого "в-себе-бытия" Одного. Почему? Потому что "в-себе-бытие" Одного – это уже не простое "в-себе" нечто (как в начале логики), а нечто "конкретное", содержащее в себе момент опосредования (историю своего становления через отрицание). Как абстрактное "Ничто", оно хотя и тождественно Одному (поскольку Одно и есть это чистое самоотношение), но "отлично" от его "определенности" как Одного.

Итак, это "Ничто" установлено "внутри Одного". Это "Ничто" внутри Одного и есть Пустота (Leeres). Пустота, таким образом, становится "качеством" Одного в его непосредственности.

b. Одно и Пустота (Das Eins und das Leere)

1. Два аспекта: Одно "есть" Пустота, понимаемая как абстрактное "отношение отрицания к самому себе". Но с точки зрения простой "непосредственности", "утвердительного бытия" Одного (того, что оно "есть"), Пустота – это "абсолютно иное", это чистое Ничто.

2. Разделение и связь: Поскольку Одно и Пустота находятся в "одном отношении" (отношении самого Одного), их различие "установлено". Будучи отличным от "сущего" Одного, Пустота (как Ничто) оказывается вне сущего Одного. Она – его внешняя противоположность.

3. Возврат к Наличному Бытию: Бытие-для-себя, определившее себя таким образом как Одно (утвердительное бытие) и Пустоту (внешнее Ничто), снова обретает форму Наличного Бытия (Daseyn). У них есть общая основа – отрицательное отношение к себе. Но моменты Бытия-для-себя (Одно и Пустота) теперь выходят из этого единства, становятся внешними друг другу. Почему? Потому что через простоту единства моментов сюда проникает "определенность бытия". Это заставляет само единство стать "одной стороной" отношения (Одно) и тем самым низводит его до уровня Наличного Бытия. А другая его существенная характеристика – отрицание вообще – теперь также предстает как "наличное бытие Ничто", как Пустота, противостоящая Одному.

Краткий комментарий к адаптации:

Термины: Ключевые термины Гегеля (Fürsichseyn, Eins, Seyn, Daseyn, Nichts, Leeres, Anders, Negation, Bestimmen, Vermittelung, Insichseyn, Idealität, Realität) сохранены и выделены, но их смысл раскрывается через контекст и пояснения.

Структура: Сохранена общая структура гегелевского текста (переход от Fürsichseyn к Eins, затем Eins an sich, Eins und Leere).

Упрощения:

Сложные фразы вроде "Momente des Fürsichseyns sind in Unterschiedslosigkeit zusammengesunken" переданы как "моменты… как бы 'схлопнулись', слились в неразличимое единство".

Диалектика моментов внутри Eins ("сваливание", "вступление" формы бытия) объяснена через идею "выступания наружу" моментов из-за непосредственности.

Трудность параграфа объяснена через неизбежную противоречивость анализа Одного.

Возникновение Пустоты показано как следствие внутреннего различения и возврата отрицания в себя.

Противоречие между "идеальным единством в себе" и "реальностью непосредственного бытия" Одного выражено яснее.

Возврат к Daseyn показан как результат разделения Одного и Пустоты.

Акцент на движении: Подчеркивается, как одно состояние/определение логически переходит в другое (Fürsichseyn -> Eins -> Eins/Leere -> Daseyn).

Атомизм как ступень мысли (По Гегелю):

Гегель рассматривает древнегреческий атомизм (учение о том, что все состоит из атомов и пустоты) как важную, но ограниченную ступень в развитии логической мысли. Он признает, что атомизм – более развитая категория, чем просто "бытие" у Парменида или "становление" у Гераклита. Его сила – в простоте: он сводит бесконечное многообразие мира к двум началам ("Одно" (атом) и "Пустота").

Сила и слабость атомизма:

Сила: Эта простота делает атомизм очень понятным и устойчивым. Легко представить себе неделимые частички и пустое пространство между ними. Также легко понять идею "составления" вещей из этих атомов.

Слабость: Именно в этой простоте и кроется его ограниченность. Атомизм описывает чистую внешность:

–Атом ("Одно") мыслится как абсолютно неделимая, неизменная и изолированная единица. Его суть – отрицание всего другого ("не-я").

–Все определения (свойства), многообразие и связи между вещами оказываются для атома лишь внешними, навязанными отношениями (типа "составления"). Сами по себе атомы лишены внутренней связи и развития.

Глубинный момент атомизма (по Гегелю):

–Гегель отмечает, что у древних атомистов была глубокая догадка, выходящая за рамки простой механической картины: они видели в Пустоте источник движения. Это важнее, чем просто понимание, что движение "возможно" лишь в пустом пространстве (как условие).

Философский смысл: Гегель усматривает здесь интуицию, что движение и саморазвитие коренятся в отрицании (которое символизирует Пустота). Пустота – это не просто "ничто", а принцип отрицания, создающий "напряжение" и отношение между атомами (каждое "Одно" относится к пустоте как к своему "не-я", но и к другим атомам, которые тоже суть "Одно").

Однако, по Гегелю, древние не смогли развить эту спекулятивную (диалектическую) идею до конца, не поняв истинную природу отрицательности как движущей силы бесконечного.

Проблемы и аналогии:

Другие характеристики атомов (форма, положение, направление движения), вводимые древними, Гегель считает произвольными и внешними, противоречащими самой сути атома как простой, неизменной единицы.

Гегель проводит параллель: Атомизм в природе (с его частицами, лишенными внутренней связи) страдает от той же проблемы крайней внешности и отсутствия понятийного единства, что и некоторые подходы в науках об обществе (например, теории, исходящие "только" из изолированных индивидуальных воль и игнорирующие внутренние связи целого).

Ключевые мысли Гегеля, которые стоит вынести:

1. Атомизм – важный, но не высший этап мышления.

2. Его сила – в простоте (атом + пустота), но это же его слабость: он описывает мир как набор внешних связей между изолированными, неизменными элементами.

3. Глубокая (но не развитая до конца) идея древних: Пустота как источник движения указывает на роль отрицания как движущей силы (ключевая мысль диалектики Гегеля!).

4. Гегель критикует крайнюю внешность и отсутствие внутренней связи/развития в атомистической картине мира, находя аналогичные проблемы в подходах, исходящих только из индивидуального (в обществе).

Тема: От "Единого" к "Многому" через "Отталкивание" (c. Viele Eins. Repulsion)

1. Исходный пункт: Мы рассматриваем "Единое" (Eins) и "Пустоту" (Leere) как две стороны "Бытия-для-себя" (Fürsichsein) на этом этапе. Оба момента связаны с отрицанием, но по-разному: "Единое" – отрицание в форме бытия, "Пустота" – отрицание в форме небытия.

2. Парадокс "Единого": "Единое" по своей сути – это "отношение к себе самому через отрицание". Оно утверждает себя "как" "Единое", отделяя себя от всего иного, которое мыслится как "Пустота". Однако, пытаясь зафиксировать "Единое" как нечто просто "существующее" (непосредственно данное), мы сталкиваемся с проблемой: его отрицательное отношение к себе "неизбежно" становится отношением к чему-то "иному", к другому "бытию".

3. Рождение "Многого": Поскольку "Единое" по своей сути есть "отрицание иного" (идеальность другого), это иное не может оставаться неопределенной "Пустотой". Ключевой вывод: То иное, от которого "Единое" себя отделяет (отрицает), чтобы быть собой, само оказывается таким же "Единым"! "Единое" порождает "Многое", состоящее из таких же "Единых". Оно "становится многими едиными" (Eins wird zu vielen Eins). Но это не "становление" в обычном смысле (переход бытия в ничто), а именно "порождение себе подобных".

4. Механизм: Отталкивание (Repulsion): Как же это происходит? Внутри самого "Единого" заложено отрицательное отношение к себе (как к чему-то, что нужно утвердить). Поскольку это "Единое" "есть" (оно сущее), это внутреннее отрицание проявляется вовне как Отталкивание. "Единое" отталкивает от себя само себя. Это не действие на что-то внешнее, а его "собственный" способ быть. Результат этого самоотталкивания – появление "множества" таких же "Единых".

5. Два взгляда на Отталкивание:

Сущностное (истинное) Отталкивание: Это активное самоотталкивание "самого" "Единого", "порождающее" другие "Единые" как результат "своего собственного" движения. (Это то, что раскрывает саму природу "Единого").

Внешнее Отталкивание (представление): Это то, что нам "кажется" сначала – просто взаимное отталкивание "уже существующих", "предположенных" "Единых". (Гегель указывает, что нужно понять, как первое переходит во второе).

6. Характер "Многого": Получившиеся "многие Единые":

"Не порождены друг для друга" и не существуют "для" других. Каждое – абсолютно самостоятельно, бесконечно относится только к себе самому.

Они "предположены" друг против друга "через" акт самоотталкивания первого "Единого". Их "со-положенность" (множественность) снята в их бытии; они просто "есть" друг "против" друга как независимые сущие.

Их множественность – это не их внутреннее свойство, а внешнее определение, результат исходного акта отталкивания. Они не "ограничивают" друг друга активно (это было бы отношением), их граница – это та самая "Пустота" (чистое небытие), которая теперь лежит "между" ними как абсолютная разделительная черта, где они "не существуют" друг для друга.

7. Диалектический итог: Отталкивание – это раскрытие (экспликация) того, что "уже заключено в понятии "Единого"": его бесконечность (отношение к себе через отрицание). Но здесь эта бесконечность "вышла из себя", проявилась внешне из-за того, что "Единое" было взято как нечто "непосредственное" и "данное". Множество "Единых" – это и есть проявленная бесконечность, но представленная как абсолютное противоречие:

С одной стороны, это "отношение" (ведь они порождены из одного источника через отталкивание).

С другой стороны, это "полное отсутствие отношения" (ведь каждое "Единое" совершенно самостоятельно и отделено от других "Пустотой").

Множество "порождено самим "Единым"" как результат его самоутверждения.

Но одновременно множественность "абсолютно внешня" "Единому", поскольку его суть – быть "одним", отрицающим всякое иное.

Резюме для первого знакомства: Гегель показывает, как логика простого "Единого" (чего-то абсолютно самостоятельного и отделенного) неизбежно ведет к понятию "Многого". Механизм этого перехода – "Отталкивание", понимаемое не как внешняя сила, а как "внутреннее движение самого "Единого"", его потребность "отделить себя от себя", чтобы утвердиться. Результат – множество таких же самостоятельных "Единых", связанных лишь "Пустотой" (абсолютным отрицанием отношения). Это порождает фундаментальное противоречие между их общим происхождением (отношение) и их абсолютной обособленностью (отсутствие отношения). Этот парадокс и есть движущая сила дальнейшей диалектики.

Примечание: Это не дословный перевод, а адаптивное изложение, цель которого – помочь впервые познакомиться с ходом мысли Гегеля в "Науке логики".

Ранее упоминался идеализм Лейбница. Здесь можно добавить следующее:

1. Ограниченность Лейбница: Лейбниц начинает с монады как представляющей себя сущности ("для-себя-бытия"). Однако его идеализм продвинулся только до понятия отталкивания, и притом лишь до множественности как таковой. В его системе каждая монада-единица ("Одно") существует "только для себя", совершенно безразличная к существованию и самостоятельности других монад. Для каждой монады другие монады "вообще не существуют" как самостоятельные "Одни".

2. Замкнутый мир монады: Монада у Лейбница – это замкнутый, самодостаточный мир. Ей не нужны другие монады. Даже внутреннее многообразие, которое она содержит в своем представлении (восприятии мира), "ничего не меняет" в ее фундаментальном определении как "для-себя-бытия".

3. Проблема множественности: Таким образом, лейбницевский идеализм просто "принимает множественность как данность", не выводя ее из сущности монады через понятие отталкивания. Он понимает множественность лишь как абстрактную внешность, не как необходимый результат внутреннего развития самого "Одного".

4. Сравнение с атомизмом: Атомизм (например, Демокрита) вообще не имеет понятия идеальности. Он не понимает "Одно" (атом) как нечто, содержащее в себе "оба момента": и "для-себя-бытия" (самостоятельность), и "бытия-для-иного" (отнесенность к другому), то есть как идеальное. Атомизм видит "Одно" лишь как простое, сухое "для-себя-сущее".

5. Преимущество атомизма (ирония Гегеля): Однако атомизм все же выходит за пределы чисто безразличной множественности! Атомы вступают между собой в дальнейшие определения (например, движение, соединение), пусть даже и "непоследовательно" с точки зрения их исходного определения как абсолютно простых и независимых.

6. Тупик Лейбница: Напротив, в системе Лейбница с его безразличной независимостью монад, множественность остается застывшим, основополагающим определением. Единственная возможная "связь" между монадами происходит лишь в "монадологии монад" (Боге, высшей монаде) или… в голове созерцающего философа (то есть самого Лейбница, конструирующего систему).

C. Отталкивание и Притяжение (Repulsion und Attraktion)

а. Отталкивание Одного (Ausschließen des Eins)

1. Многое как Бытие и Пустота: Гегель начинает с "Многого Одних" (die vielen Eins). Каждое "Одно" просто "есть" (Seyende). Но их "бытие-вместе" (Daseyn) или отношение друг к другу оказывается… "отсутствием" отношения (Nicht-Beziehung)! Они чужды друг другу, а разделяет их абстрактная Пустота (das abstrakte Leere). Представьте множество абсолютно независимых точек.

2. Отталкивание как противоречие: Однако, будучи "Одними", каждое "отрицает" все другие "Одни". Это отрицательное отношение к другим (как к таким же сущим) – и есть Отталкивание. Оно оказывается воплощением противоречия и бесконечности (Unendlichkeit), перенесенной в сферу простого Бытия. Каждое "Одно" отталкивает "все" другие "Одни" от себя. Но это отталкивание взаимно и ограничено самим фактом существования этих "Одних". Они не могут уничтожить друг друга, только оттолкнуть.

3. Отталкивание создает Многое и их связь: Казалось бы, "Многое" просто дано. Но Гегель утверждает: именно Отталкивание "полагает" (устанавливает) существование многих "Одних" как множества. Это не просто наше различение их в уме, а их "собственное действие" по сохранению себя через различение и отрицание других: "Я – Одно, а вы – нет". Каждое отрицает другие, утверждая себя как единственное "для себя" (für-Eines). Но тут же возникает обратное: отрицая других, каждое "не может" быть абсолютно "только для себя", иначе оно не могло бы их отрицать! Оно вынуждено признать их существование (пусть как то, что нужно оттолкнуть). Пустота, разделяющая их, становится их "общей связью" – местом, где происходит это взаимное отталкивание.

4. Саморазрушение Отталкивания (Ключевой момент!): "Одни" пытаются сохранить себя именно через взаимное отталкивание: "Я отталкиваю других, значит, я существую сам по себе". Они ставят других как несамостоятельных (nur für-Anderes). Однако, отталкивая других, они одновременно должны отталкивать свою собственную "идеальность" (Idealität) – то есть свою зависимость от этого акта отталкивания и свою потенциальную "снимаемость" другими. Пытаясь утвердиться "только" через отрицание других, они приходят к парадоксу:

Их основа ("быть Одним") одинакова для всех. Все они – "Одно". Вместо точки различия это становится точкой тождества.

Их действие (взаимное отрицание) тоже одинаково для всех. Отрицая друг друга, они фактически совершают одно и то же действие, снова проявляя тождество.

Пытаясь сохранить себя "разными" через отталкивание, они, на самом деле, демонстрируют свою неразличимость и единую сущность. Их "самосохранение" через отталкивание оборачивается их растворением (Auflösung) в этой единой тождественности. Их борьба за независимость приводит их к единству.

b. Единое Одно Притяжения (Das Eine Eins der Attraktion)

5. Переход к Притяжению: Отталкивание показало свою несостоятельность как абсолютный принцип. Оно лишь "долженствовало" идеальности (единства), но не могло ее достичь. Притяжение (Attraktion) – это реализация этой идеальности, этой единственности. Многое "Одних" через диалектику отталкивания схлопывается в Единое Одно. Отталкивание (как реальность множества) и Притяжение (как установленная идеальность/единство) теперь выступают как противоположные, но неразрывно связанные моменты. Притяжение "предполагает" отталкивание (чтобы было что притягивать!), а отталкивание "предоставляет материал" для притяжения.

6. Притяжение не уничтожает Многое: Это Единое Одно Притяжения не поглощает притянутые "Одни" как в безразличную точку. Поскольку оно содержит в себе момент отталкивания (как свою собственную определенность), оно сохраняет "Многое" внутри себя. Притяжение создает не точку, а наполненную сферу, "объем" или "заполнение" (Umfang oder Erfüllung). Внутри этого Единого сохраняется напряжение и различие элементов. Притяжение – это единство Отталкивания и Притяжения.

c. Взаимосвязь Отталкивания и Притяжения (Die Beziehung der Repulsion und Attraktion)

7. Неразрывное единство противоположностей: Хотя сначала кажется, что Отталкивание (создающее Многое) и Притяжение (создающее Единое) независимы, анализ показывает их глубинную связь:

Отталкивание "уже содержит в себе Притяжение": Взаимно отталкиваясь, "Одни" находятся в "отношении" друг с другом. Это отношение – уже зародыш связи, Притяжения. Абсолютное отталкивание без связи невозможно.

Притяжение "уже содержит в себе Отталкивание": Притягивая "Многое" в Единое, оно сохраняет их различие и "отталкивающий" момент внутри себя. Без этого внутреннего различия (отталкивания) Притяжение превратилось бы в мертвую точку.

8. Взаимное опосредование: Каждое (Отталкивание и Притяжение):

Предполагает себя: Отталкивание "само" создает многое, которое отталкивает. Притяжение "само" полагает единство, к которому все притягивается.

Предполагает другое: Отталкивание предполагает Притяжение как свою истину (единство). Притяжение предполагает Отталкивание как материал (многое).

Содержит другое в себе как момент: Отталкивание содержит связь (Притяжение). Притяжение содержит различие (Отталкивание).

Переходит в другое: Чрезмерное отталкивание ведет к единству (Притяжению). Чрезмерное притяжение (без внутреннего различия) ведет к распаду (Отталкиванию).

9. Результат: Качество завершено, рождается Количество (Quantität): Движение "Одного" через Отталкивание и Притяжение к Единому Одно завершает развитие категории "Для-себя-бытия" (Fürsichseyn). "Одно" больше не является просто непосредственным, исключающим началом. Оно прошло через процесс самоотрицания (становление Многим) и возвращения к себе (Притяжение в Единое). В этом результате граница (Grenze), столь важная для Качества (Qualität), теряет свою абсолютную власть. Она становится чем-то безразличным (gleichgültig) к самому Бытию. Это безразличие границы, это единство, сохраняющее в себе многообразие через их взаимное опосредование (Отталкивание/Притяжение), и есть рождение новой фундаментальной категории: Количества (Quantität). Качество было неразрывно связано с определенностью вещи (изменение качества = изменение вещи). Количество же – это определенность, изменение которой (пока оно остается в определенных пределах) "не" меняет саму вещь по сути.

Аннотация (Anmerkung) – Ключевые пояснения и критика Канта

1. Силы или Моменты? Обычно Отталкивание и Притяжение понимают как самостоятельные силы (например, в физике). Гегель же показывает, что это не независимые силы, а диалектические моменты одного понятия, переходящие друг в друга. Они не существуют отдельно, а являются сторонами единого процесса.

2. Ошибка Абсолютного "Одного": Абсолютизация "Для-себя-бытия" Одного (его полной независимости) – это высшая и самая упорная иллюзия, выдающая себя за истину. В более конкретных формах это проявляется как абстрактная свобода (отрицающая всякую связь), чистое "Я" или даже Зло. Это свобода, разрушающая себя, так как отрицает то (отношение, единство), что составляет ее собственную сущность. Примирение (Versöhnung) – в признании того, что отрицалось, как своего собственного основания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.