Кассил Этрен
«Плоть небес»

Пролог

Когда небеса еще не знали телесного зова, свет был беззвучным. Он скользил по тканям времени как дыхание, не сталкиваясь ни с чем, кроме своей собственной чистоты. Но среди этих искр света возникло одно – иное. Оно не стремилось к покою, а жаждало прикосновения, трепета, нежности, которая оставляет след на коже и на душе.

Так родились они – дети зова, ангелы из трепета, из боли, из желания быть не идеальными, а живыми. Их крылья – не эмблема возвышенности, а знамя протеста. Их тела – не сосуды для духа, а алтарь для исканий.

И каждый из них шёл своим путём.

– Один падал, чтобы властвовать, насытившись поклонением через плоть.

– Другой отдавал себя без остатка, превращая покорность в песнь о свободе.

– Третий менялся, становясь и чудом, и монстром – жертвой страсти.

– Четвёртый сгорал ради прощения, где ласка была исповедью.

– Пятый возносился – через сотни прикосновений, где каждое было шагом к божественному.

Их истории – это хроника тела, ставшего мифом.

Они не живут среди нас – они звучат в нас.

В каждом взгляде, жаждущем близости.

В каждом прикосновении, обещающем больше, чем просто плоть.

В каждом порыве – диком, нежном, разрушительном.

Ты читаешь эти строки не глазами. Ты чувствуешь их кожей.

И если дрожь прошла по твоему телу – ты уже один из них.

Глава I – «Кровь Сандала»

В безмолвной пустоте, где песок похож на пепел, а ветер шепчет старые имена, он появился – обнажённый и богоподобный. Его крылья были из чёрного золота, не сияющие, а поглощающие свет. Доспехи – символ силы – были разбросаны на земле, будто отброшенные догмы. Тело его жило: мускулы дрожали не от боя, а от внутреннего жара, от желания быть узнанным, не как ангел, а как воплощённое влечение.

Его имя забыто, но звали его Сандал – не в честь растения, а в честь духа страсти, древнего, как сама плоть. Он был не посланцем небес – он был последствием их ошибок.

Храм Плоти.

Каждую ночь в его шатёр приходили паломницы – не с просьбами, а с телами, разогретыми тоской и дерзким поиском чего-то большего, чем молитва. И он принимал их, не как мужчина, а как алтарь. Его прикосновения были ритуалом, его взгляд – исповедью.

Он не говорил – он ощущал. Пальцы его изучали изгибы бедер, губы – раскрытые секреты, а дыхание – страхи, замерзшие между рёбер. И каждая из них теряла себя, чтобы стать частью его силы. Он не любил – он брал, не насильно, но безвозвратно.

Поединок желания.

Однажды пришла она – не паломница, а призрак прошлого. Она носила знаки небес на коже, как шрамы, и в её глазах было то, что Сандал забыл: боль, любовь, угроза.

– Ты построил себе храм из тел, – сказала она.

– Я построил себе дом из истины, – ответил он.

И тогда началось: их тела столкнулись как стихии, её сопротивление – как клинок, его страсть – как пламя. Это было не соитие, а борьба. Каждый их акт – вызов. Каждое проникновение – утверждение власти. Она кусала его губы, он царапал её бедра, и между их телами рождались новые законы.

Апофеоз.

На рассвете он лежал рядом с ней, не как победитель, а как обречённый. Она спала, её ладонь – на его груди, будто пыталась удержать сердце, которое давно билось не во имя небес.

Он знал: власть через плоть – опасна. Она требует не тела, а души. И он уже начал отдавать больше, чем хотел.

Глава II – «Шепот перьев»

Он когда-то носил имя Аларион, и оно звучало как свет, пока не стало эхом изгнания. Его крылья – белоснежные, тонкие, почти прозрачные – были его гордостью, пока не стали бременем. Не за предательство, не за мятеж – за то, что позволил себе чувствовать нежность к смертной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.