Влад Шустов
Четыре континента Лемурии

Глава 1. Крушение Лемурии

– Мы уже на месте, – сказал Атум своему одиннадцатилетнему сыну Шу, слезая с коня.

Они подъехали к огромной возвышенности, с которой открывался вид на Южное Царство. Вдали у самого горизонта земля сливалась с океаном. На вершине стоял огромный Сфинкс – памятник, возведённый прошлыми поколениями в память первых Богов земли.

– Я часто сюда приезжаю, – произнёс Атум, – это моё тайное место. Я люблю оставаться здесь один и о чем-нибудь размышлять. Я привёз тебя сюда, чтобы рассказать об истоках, о том, как зародилась наша цивилизация. Скоро эти знания тебе пригодятся. Я хочу подготовить тебя к обряду: с восходом солнца оракулы определят, готов ты к нему или нет. Если готов, эти знания помогут тебе в путешествии. С их помощью ты станешь настоящим мужчиной, обретёшь своего Сфинкса и Лемуров четырёх стихий, которые помогут тебе найти себя.

– Хорошо, папа, я постараюсь запомнить всё, что ты мне скажешь, – сказал Шу, внимательно слушая отца.

– Садись поудобнее. Для начала я расскажу тебе, откуда мы произошли и кто были наши истинные Боги.

Атум и Шу сели на краю пропасти и некоторое время молча смотрели на океан, который уходил далеко за горизонт.

– Я хочу тебе рассказать про те далёкие времена, – начал Атум, – когда земля представляла собой один большой протоконтинент, который первые жители земли прозвали Лемурия. Берега этого континента омывал один большой праокеан. Это был тот самый Эдем, в котором жили сфинксы, – создания, вмещающие в себя Божью искру и состоящие из четырёх священных животных. Им поклонялись как высшим существам, благодаря им на земле зародилась жизнь. Сфинксы вмещали в себя четыре духа, четыре души, четыре стихии. Это были четыре священных существа, четыре Лемура. Появление Сфинксов на земле – сокровенная тайна, разгадку которой знают лишь звёзды. Никто не знал, откуда и сколько веков назад они появились на земле. Сфинксы использовали отталкивающую и притягивающую силу земли и, преобразовывая её в жизненную силу, могли практически вечно находиться в своём великом безвременье. Сфинксы трансформировали силу земли в психо-поле, тем самым порождая магию и законы мироздания, в которых они существовали. Это поле они называли Престолом Богов. Оно позволяло им летать между звёзд, контролируя силу притяжения земли. В те времена Сфинксы были нашими Богами. Первая протоцивилизация зародилась задолго до появления людей, животных и птиц. Всё сущее поклонялось этим Божествам, жившим будто вне времени и пространства. Первые люди и животные существовали в едином союзе благодаря силе и магии Сфинксов. Они понимали друг друга с помощью Мембраны души и вселенны, которая была в каждом живом существе. По её вибрациям определялся характер каждого человека и каждого живого существа, в котором Сфинксы видели воплощение самой природы. Эта Мембрана души и вселенны по сути была великим даром Богов, она соединяла всех и вся, через неё звёзды говорили со Сфинксами. Это был бесконечный портал, связывающий всё живое.

– И у меня есть такая Мембрана? – спросил Шу.

– Да, сын, это дар самой природы всем живущим. Всем, у кого есть душа. Только теперь мы её называем иначе. Время стирает всё на своём пути, но мы храним истины на скрижалях, которые переживут время.

– А как теперь её называют?

– Теперь это сердце. Уже давно Мембрану души и вселенны стали называть сердцем, так как все колебания Мембраны проходят через него.

– Так значит, Мембрана по-прежнему есть в каждом из нас?

– Да, мы и есть Мембрана. Мы состоим из неё, а наше тело, наш облик – это лишь материя, накинутая природой. Вскоре ты всё поймёшь. Тогда Лемурия находилась на пике своего развития. Это была протоцивилизация, у которой было абсолютно всё. Сфинксы устроили жизнь так, что сама природа заботилась о нас: мягкий климат согревал и дарил прохладу, а сочные плоды и бесчисленные источники воды наполняли наши тела гармонией и безмятежностью. Наш Эдем процветал, Лемурия ширилась и крепла, люди со Сфинксами и животными создавали цивилизацию, которой, казалось, завидовали даже Боги. Мы строили огромные дворцы, остроконечные крыши которых возносились в облака, наши храмы были из кристаллов и драгоценных камней. Земля была наполнена силой, а деревья были нашими святынями. На земле царила гармония, но многие понимали, что так не будет продолжаться вечно. Видимо, так было предначертано свыше.

– А что случилось, папа?

– Настали бренные времена, которые несли с собой смерть… Времена, которые были безжалостны ко всему живому.

– Но разве Сфинксы не могли помешать наступлению смерти?

– По всей видимости, нет. Как и люди, они были не готовы к смене времён. Сфинксы любили всех превыше собственной жизни.

– И что же произошло?

– Настал день, когда на земле поменялась полярность. Этот день оборвал наше беззаботное существование. В тот день Сфинксы покинули нас, и Лемурия стала распадаться на части. Огромные фрагменты земли отходили от протоконтиента и уносились на тысячи километров. Это была невероятная по своим масштабам катастрофа, во время которой разломилась земля Лемурии. Так образовались четыре континента, которые мы в дальнейшем назвали Юг, Север, Запад и Восток. Вместе с сушей по земле разбросало всех выживших. Лемурия осталась центром всего, центром розы мира.

С того момента началось зарождение первых цивилизаций, но Лемурия всегда оставалась прародиной человечества, память о которой сохранялась ещё очень долго. Мы, те, кто остался на южном континенте, никогда её не забудем. Посмотри, этого Сфинкса возвели наши праотцы. Они видели Сфинксов своими глазами, а потом стали свидетелями краха священной Лемурии. На всех континентах были воздвигнуты памятники этим удивительным существам, но время беспощадно ко всему, так что памятники разрушались и исчезали в вечно изменчивых волнах песчаных дюн.

– Папа, а что делали те, кто остался в живых после той великой катастрофы?

– Люди не умели управлять магнитным полем земли, тем более тем, что разрушало всё вокруг и отдаляло нас от наших Богов. Люди начали приспосабливаться и выживать. Никто до конца не понимал, что происходит, никто не знал, почему поменялась полярность земли, но все понимали, что жизнь теперь будет совершенно иной. Многие погибли в первые дни катастрофы, а те, кто выжил, заложили фундамент первых культур, взяв за основу знания прошлого. Мембрана сердца перестала чувствовать живую природу, люди разучились понимать стихию, животных, а порой и друг друга. Мембрана очерствела, мы не могли больше наладить связь с землёй. Быть может, лишь отчасти.

– Почему отчасти?

– Потому что нам, жителям Юга, через какое-то время вновь удалось почувствовать нечто подобное. Мы вновь начали обретать утерянную связь.

– А что стало с другими?

– Северный народ быстро потерял связь с прошлым. Они стали воображать себя Сфинксами, возводили себе огромные памятники и сопоставляли себя с вечно живыми существами. Все это породило массу противоречий. Они стали очень большого мнения о себе, требовали почестей и преклонения перед ними. Так на их земле разгорелись первые войны, началась череда захватнических походов, они отбирали друг у друга территории. Их целями стали богатства и престол, только уже не тот Престол Богов, а совершенно пустой, вымышленный ими… они назвали его Престол Эго. Поэтому они быстро утратили человеческий облик и начали порождать чудовищ, бездушных монстров. Они гордились безжалостностью этих тварей, которые были прямой противоположностью Сфинксов. Вскоре они начисто забыли о Лемурии, о протоконтиненте и Богах, они переиначили всё, переписав свои истинную историю. Теперь единственно верной историей считалась та, что написана ими. Созданная с чистого листа такой, какой она им представлялась, эта история покорила их души. Теперь свои природные аватары они называли телами, плотью, независимой от природы, ведь они считали себя царями природы. Они поклонились стихии земли, поэтому их дух быстро окаменел. Теперь они мало что чувствуют. Северный континент стал самым жутким местом на земле. Местом, где поклоняются чудовищам. Они решили, что их временные природные аватары – это и есть их истинная сущность, от которой они отсекли душу и дух.

При этом у Южного народа всё было совершенно иначе. Мы помнили о наших Богах и воздвигали им памятники, и один из них высится за нашими спинами. Мы помним каждую деталь, мы сохранили все рукописи о жизни Сфинксов среди нас. Мы создали гигантские библиотеки, где до сих пор храним их наследие. Южная цивилизация развивалась с опорой на знания и традиции, а поклонение истинным Богам стало нашей культурой. Мы сохранили культ огня, эта стихия управляет нами и всем нашим континентом. Мы сохранили нашу связь с природой и заново научились управлять полярностью, мы поняли, как работает новое магнитное поле земли. Мы сохранили свою Мембрану души и вселенны, поэтому наши природные аватары для нас не настолько важны. Мы думаем о душе и живём ею, поэтому наша плоть заполнена огнём, а душа тонкая и чуткая, как у ангелов. Нас мало что связывает с землёй, поэтому нас назвали атлантами, высшими духами земли. Мы первыми вновь почувствовали связь с природой и обрели своих Лемуров.

– Пап, а у меня будут свои Лемуры?

– Конечно, сынок! Ты чистая душа, Лемуры сами к тебе придут, ты их почувствуешь, и они тебя услышат. Твоя связь с ними будет неразрывна. Они обитают в глубинах священного Иб, в Мембране твоего сердца. Каждая душа выбирает себе Лемура в качестве посредника и хранителя, с которым роднится и с которым проводит всю жизнь в священном союзе, разорвать который могут только Боги. У наших огненных Лемуров алмазное тело, они само воплощение божественного света.

Благодаря нашей верности традициям нам стали открываться тайны. Во снах мы стали видеть Сфинксов, теперь Боги являются нам намного чаще. Они помогают нам вновь почувствовать Мембрану сердца, резонирующую теперь уже с новой полярностью земли. Поэтому Южный континент сейчас переживает невероятный подъем. Наша цивилизация названа Атлантида, мы – истинные дети Лемурии. Нам единственным удалось восстановить связь с природой. Хотя в какой-то мере это удалось и жителям восточного континента.

– А что случилось с восточным и западным континентами? Есть ли с ними какая-то связь?

– Да, конечно, есть. Хоть расстояние между континентами и очень большое, мы всё же сумели создать корабли, управляемые силами природы. Великая Роза ветров позволяет нам перемещаться между материками, но это с каждым разом становится всё опаснее: западные и северные народы одержимы жаждой завоевания новых земель. Они создают свои суда, быстрые и надёжные, которые вскоре позволят им добраться до всех континентов. Тогда может произойти нечто ужасное – первая межконтинентальная война.

– А разве жители восточного и западного континентов нам не помогут защититься от северного народа?

– Едва ли. С восточным народом мы сейчас ведём переговоры. Они наши братья по духу, поэтому я думаю, что переговоры пройдут успешно. Но люди запада, скорее, похожи на северян, у них схожие интересы.

– А что там, в западном царстве? Ты там был?

– Да, мне доводилось бывать в тех землях. Люди, живущие на западном континенте, поклоняются стихиям воды. Высшими творениями они считают Левиафанов, но поклоняются им уже не так, как Сфинксам. Большинство из них называют свои природные аватары телами, хотя, к счастью, и не все. Они одомашнивают морских млекопитающих и чувствуют с ними особое душевное родство, их Мембрана ещё отчасти понимает морских обитателей, в этом их основная магическая сила. Но не все им подчиняются. Например, Дельфинидаэ и Левиафаны существовали на протоконтинете задолго до появления там людей. Их история такая же загадочная и таинственная, как и у Сфинксов. Ходят легенды, что Сфинксы эволюционировали в этих древних и разумных животных. Западные верят, что эти млекопитающие заглатывают вечернее солнце и доставляют его утром на восточные земли, чтобы зародился новый цикл временного витка жизни на земле. Хотя на самом деле всё обстоит иначе. Солнце и Луна поделили землю на две части, Южный и Восточный континенты относятся к Солнцу и его стихиям огня и ветра, в то время как Северный и Западный континенты относятся к стихиям земли и воды. Вся земля – это Роза мира, разделённая на четыре части, в центре которой находится Роза ветров, чьи духи и ветра пронизывают всё живое на планете. Эти духи и ветра порождают вьюги и ураганы, кружат по земле воздушные массы, создают приливы и отливы. Каждому континенту присуща своя стихия. Мы, жители Юга, научились управлять своими стихиями. Наши оракулы извлекают из них магию, которая помогает нам жить и чувствовать связь с природой. Это огромная сила, которую мы постепенно возрождаем, и пока природа к нам благосклонна.

Атум взглянул на сына.

– Скоро тебе предстоит увидеть всё это своими глазами. Нас ждёт удивительное путешествие, и я хочу подготовить тебя к нему. Я расскажу тебе всё, что знаю о других землях. Эти знания помогут тебе достойно выдержать испытание. А пока идём отдыхать, мы уже засиделись, завтра рано утром оракулы решат, готов ли ты к испытанию.

– Пап, ты же знаешь, что я готов, – ответил Шу.

Он был уверен в себе и хотел поскорее стать настоящим мужчиной. Ему хотелось совершить подвиг, чтобы стать взрослым и независимым. Шу день ото дня становился все более ответственным и самостоятельным, при этом оставаясь в душе беззаботным ребёнком. Это единство качеств наделяло атлантов огромной и безмерной душой с открытой всем ветрам Розы мира Мембраной. Шу ещё не знал, насколько опасное испытание его ждёт, но был уверен, что готов к нему как никогда.

– Я вижу, какой ты у меня смелый, и горжусь тобой, – произнёс Атум, – но это испытание опасно и для тебя, и для меня. Ты должен понять, что пройти его будет очень непросто. Тебя и всех, кто отправится с нами в путь, будет подстерегать смертельная опасность. Возможно, кому-то не суждено вернуться в родные края. Но я буду с тобой до самого конца, чем бы ни обернулось наше путешествие.

– Не беспокойся за маня, отец, я выполню всё, что от меня требуется, – храбро ответил Шу, которому на тот момент исполнилось одиннадцать земных лет.

– Я в этом не сомневаюсь, я лишь хочу сказать, что нужно реально оценивать свои силы и помнить, что от нас самих иногда мало что зависит. Порой обстоятельства решают исход событий, поэтому от них и нужно отталкиваться, сохраняя холодный ум и горячую веру, которая умеет творить чудеса. Веру, в которой живут наши Боги и через которую они нам помогают. Запомни это.

– Хорошо пап, идём.

Атум помог сыну подняться и залезть на лошадь. Они взглянули на солнце, уходящее за горизонт, и отправились в обратный путь, домой, в главный дворец Атлантиды, где их уже ждали.

Глава 2. Церемония

У входа во дворец их уже ждала Иусат, мама Шу и жена Атума, главного атланта и правителя тех земель. Их город находился вдали от центрального мегаполиса Атлантиды, прямо у океана, поэтому его называли Эдемом прежней Лемурии. Крыши домов блестели на солнце, переливаясь золотом и отражая сияние солнечных лучей. Цветущий город наполняли растения и цветы, которые обвивали хрустальные дворцы, мосты, колонны и улицы. Только огромные пирамиды переливались на солнце, не затронутые дивными растениями. Они возносились так высоко в небо, что казалось, на той высоте нет ни притяжения, ни воздуха.

Иусат встречала своих любимых у главных врат дворца. Она знала о предстоящем испытании, и материнская Мембрана души и вселенны переполняла её переживаниями. У неё было странное предчувствие, но она гнала его прочь, заставляя себя верить в то, что всё пройдёт хорошо. Увидев мать, Шу на ходу спрыгнул с коня и побежал к ней навстречу. «Как же быстро пронеслись одиннадцать лет», – подумала Иусат. Ее мальчик уже вот-вот станет мужчиной. Казалось, ещё совсем недавно она поднимала его и кружила на вытянутых руках.

– Мама! Мама! Папа мне сегодня показал своё тайное место, мы были у Западного Сфинкса. Вблизи этот Сфинкс как живой, мне показалось что он на меня смотрит.

Шу подошёл ближе к матери, встал на одно колено и поцеловал её руку, то же самое сделал и Атум. Иусат положила руки на плечи своих любимых и обняла их.

– Пойдёмте, мои герои, сегодня у нас особый ужин, вся семья уже в сборе.

– Пойдём, Шу, пойдём, – сказал Атум сыну. – Ты первый, а мы с мамой за тобой.

Шу пошёл быстрым шагом в перёд. У ворот гостиного зала стояли члены их семьи, они приветствовали Шу перед завтрашним испытанием. Ужин удался на славу: такого обилия блюд на столе не было давно. Этот вечер Шу и вся семья запомнят надолго, особенно танцы, в которых захотел поучаствовать каждый без исключения. Наконец, когда все стали расходится, Шу пошёл спать первым. Завтра с восходом солнца его ожидала церемония омовения, после которой его должны были повести к оракулам в главный храм города. Там произойдёт судьбоносный обряд, называемый Ах-Сах-Сехем-Иб-Рен-Ба.

***

–Шу, мальчик мой, просыпайся, – нежно произнесла Иусат. – Она не хотела будить сына. По своему обыкновению она хотела лечь с ним рядом, обнять его и смотреть, как он спит. Но время неумолимо шло. Понимая, что, возможно, больше никогда не сможет этого сделать, Иусат положила руку на спящего сына и произнесла вновь:

–Шу, просыпайся.

– Я уже не сплю, – ответил Шу, повернувшись к матери. – Полежи со мной?

Иусат улыбнулась сквозь слёзы, которые сдерживала изо всех сил. Шу увидел мокрые глаза матери, он понимал её боль и переживания. Иусат прилегла с ним, как обычно она это делала, когда Шу был ещё маленький. Сейчас ей ужасно этого не хватало.

– Не плачь, мам, мне тоже будет тебя не хватать, – сказал Шу, целуя руку матери. Ты только верь в меня и в папу, и твоя вера будут оберегать нас в дороге. Мы всегда будем чувствовать твою заботу, твои переживания и молитвы. Твоя любовь и вера – это щит, который нас всегда оберегал, надёжнее его ничего нет. Доверься Богам, и Сфинксы нам помогут, они приведут нас домой.

– Ты говоришь как зрелый мужчина! Ты вобрал в себя всю мудрость своего отца, не зря священное Древо избрало тебя. Я буду неустанно молиться Богам, чтобы ты скорее обрёл своих четырёх Лемуров, и чтобы они помогли тебе стать Сфинксом.

Шу с улыбкой посмотрел на мать. Мгновенье спустя он поднялся и помог встать матери, после чего они вместе направились в зал омовения. Это была обязательная церемония очищения перед тем, как зайти в священный храм Эдема. В центре зала омовения располагалась огромная ванна, по размерам больше похожая на бассейн. Сёстры устилали лепестками цветов зал и бросали их в ванну омовения, в которой Иусат должна была лично омыть сына перед древним обрядом. Сёстры подошли к брату Шу и стали снимать с него одежду. Шу не чувствовал никакого смущения, это чувство не было присуще их расе. Физическое желание появлялось у них только во время священного таинства зарождения новых душ и только в определённые моменты жизни. Нагой Шу медленно вошёл в воду огромной ванны, где его ждала мать в священных одеждах обряда, которые, казалось, были сотканы из хрусталя, кристаллов и драгоценных камней.

– Эта вода есть живой проводник духа, который соединит тебя с природой Сфинксов и пробудит твоих внутренних священных животных, Лемуров, – произнесла Иусат, начав церемонию. – Четыре животных, четыре души, четыре духа, четыре стороны света. Священная Роза мира, пройди через его дух, стань его живой Мембраной души и вселенны, стань его вечным Престолом души. Пусть Роза ветров облачит их дух в единый священный союз, который порождает живого и вечного Сфинкса.

Постепенно сёстры стали заходить в воду, неся графины с маслами для омовения Шу. Атланты верили, что тело есть лишь аватар души и духа, это природная оболочка, созданная самой природой из грубой материи, словно скафандр.

Иусат растёрла тело Шу маслами и четырежды окунула его под воду. Обряд был завершён. Когда Шу вышел из ванны, сёстры тут же укрыли его одеждой. Иусат также вышла из ванны и наблюдала, как Атум взял сына под руку и повёл его в главный храм сердца города.

Все жители города вышли на улицу, чтобы поприветствовать и поддержать Шу. В храме уже многие годы не проводили подобных церемоний: не было избранных, на которых указало бы Древо жизни. Последний, кого выбрало Древо несколько сот циклов тому назад, не вернулся из путешествия. Избранный и его свита пропали бесследно. Внутри храма сердца города находилось священное Древо, соединявшее всех людей мира с душой земли. Его корни сплетались с Мембраной души земли и вселенны, пронизывая и объединяя всех жителей континента. В этом году священное Древо принесло свой плод, первый за долгие годы. Плод расцвёл на фамильной ветви семьи Атума и Иусат и предназначался именно для Шу. Оракулы храма подвели Шу к ветви, на которой висел плод. Прежде чем сорвать его, Шу должен был съесть листок священного древа, чтобы установить с ним связь и пропитаться его духом. В храме находились только жрецы, которые постоянно молились, создавая вибрационный фон, и оракулы, проводящие священный обряд. Отец и все атланты Эдема оставались на улице до конца церемонии. Молитвы утихли, и в храме воцарилась полная тишина. Оракулы попросили Шу подойти к Древу и вкусить его листок. Шу медленно подошёл с Древу и, попросив у него прощения, сорвал самый маленький листок. Шу положил его в рот, лёг на алтарь храма и закрыл глаза. Внутри храма поднялся слабый ветер, он шевелил ветви древа и, покружив над алтарём, вошёл в грудь лежащего Шу. Мальчик вздрогнул и моментально уснул. Во сне он стоял перед огромным Деревом, которое, как ему казалось, светится изнутри. Он чувствовал, что это Дерево – сердце всей планеты, и оно звало его к себе: «Подойди ко мне, сын человеческий. Я дарю тебе этот плод, чтобы ты вкусил его. Он раскроет тебе глубины твоей души, твоё интуитивное начало, твою память и подарит тебе твоего Лемура огня, священное животное, которое свяжет тебя со мной крепкими узами. С его помощью я буду с тобой везде, на какой стороне Розы мира ты бы ни очутился».

Вокруг алтаря вновь закружился ветер и плавно вошёл в Древо. Всё стихло, и Шу стал постепенно просыпаться. Мальчик увидел перед собой двух оракулов, которые уже знали о его избранности. Они сопроводили Шу к плоду Древа. Шу сорвал плод, надкусил его и тут же в конвульсиях упал на землю. Оракулы быстро подошли к мальчику и стали держать его. Они знали, что судороги скоро должны закончиться. Шу стал понемногу успокаиваться и через некоторое время уже лежал неподвижно. Оракулы знали: если мальчик жив, то ему суждено отправиться в путешествие по всем континентам в поисках своих четырёх Лемуров, священных животных души, обретя которых он найдёт свою истинную суть, как это было раньше на протоконтиненте Лемурии задолго до её краха. Обретя четырёх священных животных, люди становились подобны Сфинксам, восседавшим на Престоле Богов.

Через несколько секунд Древо жизни засветилось, исходящее от него сияние постепенно отделилось и зависло в воздухе. Понемногу свет стал обретать форму и обратился в ангела огня, первого Лемура Шу, дарованного ему Древом жизни. Этот ангел поведёт Шу по жизни и станет его внутренним голосом, интуицией, формируя прочный мост между душой Шу и священным Древом. Ангел приблизился к мальчику и вошёл в его дух. Лежащее тело Шу всколыхнулось. Теперь они были одним целым. Шу начал приходить в себя. Оракулы были по-настоящему счастливы: обряд прошёл как нельзя лучше. Через несколько секунд Шу уже стоял на ногах. Поддерживая, оракулы повели его к выходу из храма. За дверью стояла полная тишина, всё атланты Эдема замерли в ожидании. Наконец ворота открылись, и все увидели живого Шу, после чего один оракул поднял вверх руку мальчика и громко произнёс:

– С нами избранный! Древо жизни благословило его.

Собравшиеся перед храмом атланты радостно закричали и зааплодировали. «Избранный! С нами избранный! Слава Древу жизни! Слава первому Лемуру! Да пребудет с нами живой Сфинкс!» – кричали они.

Шу с улыбкой шёл по аллее, ведущей к центральному входу в храм. Он направлялся домой. Отец и мать Шу были безгранично счастливы, они подошли и крепко его обняли. А тем временем на улицах Эдема начался праздник, ликующие атланты провожали Шу. Они понимали, что впереди его ждёт подвиг, на который он решился во имя обретения себя, своей целостности, во имя обретения всех своих Лемуров души, которые помогут ему уподобиться Сфинксам.

Через этот ритуал проходили многие, и практически у каждого был свой ангел хранитель, свой Лемур огня, но только одной стихии, стихии Южного царства. Лишь Шу посчастливилось вкусить плод Древа жизни, это говорило о том, что ему даётся шанс на обретение всех Лемуров души. Но чтобы обрести этих четырёх животных, ему нужно было посетить три других континента. В такое путешествие отваживались отправиться очень немногие, и ещё никто из них не вернулся домой. Но надежда всегда жила в сердцах атлантов.

У отца Шу всё уже было готово к отплытию, он заранее готовился к этому путешествию. Двадцать четыре гружёные ладьи стояли у причала. Помимо вещей, которые могли понадобиться путникам во время долгого странствия, на ладьях их ждали шестьсот воинов, светловолосых голубоглазых атлантов, готовых не раздумывая отдать свои жизни за Атума и Шу. Атум был главой огромного родового клана атлантов Эдемских земель Южного царства, которые своими корнями уходили в древнюю Лемурию. Атум понимал, что путешествие будет нелёгким: месяцы уйдут только на то, чтобы достичь ближайшего континента. Всё зависело от попутного ветра и погодных условий. Огромные ладьи атлантов были созданы специально для долгих путешествий, их паруса парили в небе, возвышаясь над судами на десять метров, что позволяло точно управлять тягой ветра. Паруса были сшиты из лёгких и прочных материалов. При сильных порывах ветра раскрывался небольшой парус, удерживаемый короткими тросами, при слабом ветре парус менялся на более крупный. Его удерживали длинные тросы, позволяющие поднимать паруса в небо, чтобы продолжать путь даже в практически безветренные дни. При полном штиле атланты садились на вёсла. Атум предчувствовал, что Шу получит благословение Древа жизни, и подготовил корабли к отплытию.

Тем временем жители Эдема провожали Шу во дворец. Ликование продолжалось целый день. Подойдя к дому, Шу остановился у центральных врат дворца, развернулся к провожавшим его людям и с улыбкой помахал им рукой. Атум и Иусат тоже подошли к Шу и все вместе попрощались с жителями города.

Солнце клонилось к закату. В этот вечер ужин был особенно торжественным: стол ломился от изысканных блюд, которых Шу раньше даже не видел. Это были щедрые угощения от всех жителей города. В отличие от жителей других континентов, атланты никогда не ели мяса. Растительная пища была привычной для их организмов, они почитали природу и жили в гармонии с ней. Атланты знали, что природа есть часть живого мира, и они образовывали с ней вечный союз. Так было заведено с начала времён, так жили в древней Лемурии, когда люди ходили среди Богов. Стихия огня была у них в крови, в той субстанции, что зарождалась из Мембраны их души и вселенны и которая вливалась в их сердца. Это была та самая живая магия, позволяющая им чувствовать незыблемую связь с их огненными Лемурами. Каждый атлант вёл внутренний диалог со своим Лемуром, а Лемур всегда и во всём помогал своему атланту. В эту ночь Лемур Шу первый раз пришёл к нему во сне. Это был огненный крылатый ангел, который был на него очень похож.

– Как тебя зовут? – спросил Шу.

– Зови меня Ба, – ответил Лемур.

Так у Шу появился друг, с которым ему суждено было провести всю жизнь. Шу вдруг понял, что ему всегда не доставало этой дружбы. Он почувствовал, что Ба – та первая и самая важная четверть его души, от которой зависела его жизнь. Это было неоспоримо: Древо жизни знало, что нужно душе, ибо видело души насквозь. Утром Шу проснулся в отличном настроении, полный сил и энергии. Он подошёл к окну и стал смотреть, как вдалеке в порту завершалась погрузка двадцати четырёх кораблей. Взглянув вниз, Шу увидел, что в саду в их семейной беседке стояли отец и мать. Они держали друг друга за руки и о чём-то говорили. Шу понимал, что они прощались, он видел, как переживает мать. Отец вытирал слёзы с её глаз, и ему тоже было нелегко. На его плечах лежала огромная ответственность, но такова была их судьба. Нельзя было ничего изменить, через этот путь нужно было пройти достойно, как велели звёзды и Боги. Атум в последний раз посмотрел в глаза Иусат. В её взгляде было всё: и горечь разлуки, и гордость за своих любимых, и вера в их благополучное возвращение, и, конечно, любовь.

– Попрощайся с мамой, она ждёт тебя, вдруг услышал Шу голос своего Лемура Ба.

– Да, конечно, я просто хочу, чтобы они побыли с папой наедине, она его так сильно любит.

Через несколько минут Шу спустился в сад и направился к беседке, где стояли родители. Они увидели сына и с улыбкой помахали ему.

– Ну вот, теперь вся семья в сборе – произнесла Иусат.

Шу подошёл к родителям и обнял их. Они стояли молча, пока через некоторое время не послышался гонг. Атум посмотрел на корабли, стоящие наготове у причала, и сказал:

– Что ж, нам пора.

– Да, в добрый путь, – сказала Иусат. – Берегите себя. Шу, я буду молиться, чтобы ты нашёл всех своих Лемуров и чтобы вам сопутствовала удача. Возвращайтесь скорее, я буду вас ждать.

Они в последний раз обнялись и вместе пошли к ожидавшим их кораблям. Атум и Шу взошли на борт ладьи и в последний раз помахали Иусат, которая ещё долго стояла у причала, провожая взглядом уходящие за горизонт корабли.

Шу стоял у борта и смотрел, как вдали таял его родной Южный континент. Вокруг был только сплошной бездонный океан. В это время Атум собрал на капитанском мостике всех руководителей экспедиции и разложил на столе карту Розы мира, поверх положив карту Розы ветров, карту неба неподвижных звёзд и карту стихий. Перед путниками лежала полная карта всех существующих Роз, которую называли Крест жизни.

– Мы будем ориентироваться по Кресту жизни, – сказал Атум. – Эта карта не даст нам сбиться с пути. Даже там, где не будет работать компас, мы всё равно сможем понять своё местонахождение и определить маршрут. Командир Онурис, проследите, пожалуйста, чтобы на всех кораблях эти карты были разложены именно в этом порядке. Мы не должны отклоняться от курса, пусть все корабли ориентируются на нас.

– Будет сделано, Атум, – ответил Онурис. – Жрецы также будут сверять наш путь по звёздам.

– На какой континент держим путь сначала? – спросил командир Собек.

– Идём на Восточный континент, – ответил Атум. – Сколько нужно времени, чтобы до него добраться?

– По моим расчётам, приблизительно девяносто дневных циклов, – сказала командир Хатор. – На некоторых участках пути нас ждёт полный штиль.

– Это нормально, – кивнул Атум, – держим курс на восточные земли. У кого на нашем корабле есть летающий Лемур? У кого есть связь с Лемуром восточных земель?

– Я позову Харрума,– сказал Собек и через минуту вернулся в сопровождении атланта, на плече которого сидел орёл.

– Как зовут твоего Лемура? – спросил Атум.

– Птах, – ответил Харрум.

– Попроси его, пожалуйста, отправиться на Восточный континент к царю Амону, повелевающего этими землями, чтобы сообщить о нашем скором прибытии. Скажи ему, сколько нас и что нам понадобится для продолжения экспедиции.

Не успел он договорить это, как Лемур вспорхнул с плеча Харрума и вылетел в открытое окно.

– Я хочу чтобы три корабля шли впереди на приличном отдалении и докладывали нам обо всем, что встретится на пути.

– Будет сделано, Атум, – сказал Собек и посмотрел на своего помощника, которой тут же отправился исполнять поручение.

– Сегодня дует попутный ветер, – произнёс Атум. – Уверен, это хороший знак. В добрый путь, друзья!

Время шло, недели сменяли недели, а берегов далёкого континента по-прежнему не было видно. Изучив каждую деталь оснастки, обойдя все помещения на борту и заглянув в каждый закоулок ладьи, Шу заскучал. Он попросил отца помочь ему в освоении карт и обучить владению мечом. Каждый день Шу изучал карты Роз, их преломления и сочетания. Довольно быстро он научился различать ветра, теперь Роза ветров не казалось ему такой сложной. Руководствуясь новыми знаниями, Шу научился управлять ладьёй. Ему нравилось стоять у руля, который представлял собой огромную закреплённую балку, направление которой определяло курс корабля. Спустя месяц плавания Шу уже умел ставить паруса и регулировать их в соответствии с силой и направлением ветра.

Глава 3. Обучение

Каждое утро Атум обучал сына боевым искусствам и был очень доволен результатами: Шу учился с большим интересом и не жалел сил. Мальчик был ловким, смелым и сообразительным.

Однажды, после очередного занятия, когда отец и сын уставшие сидели на корме, Шу спросил:

– Пап, а когда ты бывал на других континентах, тебе… приходилось кого-нибудь убивать?

– Я бывал на Восточном и Западном континентах, но, слава Сфинксам, убить мне никого не довелось. Мы не имеем на это права, наша тактика – защита. Нам нужно уметь обезвредить противника, не причиняя ему увечий.

– Но это же тяжело.

– Согласен, убить иногда легче, чем сохранить жизнь. Но убийство не свойственно нашей природе. Мы не вправе отнимать чужие жизни, хотя там, куда мы направляемся, люди давно об этом забыли. Потому на этих землях очень опасно.

– А если бы тебе понадобилось кого-то убить, чтобы, например, защитить меня, ты бы сделал это?

– Нет сын. Никогда.

– Но ведь тогда бы не стало меня?

– Да, я знаю… Были времена, когда на свете не существовало вообще никакого оружия.

– Ты говоришь о Лемурии?

– Да, Шу. Человеку не свойственны ни желание убивать, ни стремление причинять кому-то боль и страдания, этого противоречит нашей природе. Мы понятия не имели, что значит выживать. Инстинктов не существовало, в них просто не было надобности.

– А теперь есть?

– И сейчас нет, инстинкты есть отражение низменных побуждений падших людей. Это злые Лемуры души, с которыми мы скоро встретимся. На других континентах их очень много, нашему же народу удалось обезопасить себя от них и тем самым сохранить свои души нетронутыми. Мы истинные сыновья Лемурии, и потому наша стихия огня так близка к Богам. Сфинксы всегда с нами, они живут в нас. Ты должен понять, Шу, что нельзя уподобляться людям, способным на убийство. Тот, кто хоть раз взял в руки оружие, обязательно им воспользуется, а те, кто сделал оружие, равносильны убийцам. Оружие – это проклятье, так было всегда. Наши воины обучены тактике защиты, им оружие нужно лишь для обороны, они умеют сражаться, не причиняя увечий.

– Ты научишь меня этой технике?

– Постараюсь, Шу, завтра и начнём.

Теперь каждое утро начиналось с того, что Атум учил Шу владеть мечом так, чтобы не наносить противнику серьёзных увечий. Шу моментально усваивал всё, что показывал ему отец. Порой Атум едва поспевал за резкими движениями сына. Отец был доволен: Шу научился сражаться как настоящий воин. Иногда он даже просил, чтобы на него нападали двое или трое, и с лёгкостью отражал их атаки. После занятий с отцом Шу забирал верховный Жрец Ур-Маа. Он был толкователем небесных предзнаменований, а ещё его называли великим провидцем и открывателем небесных врат. Верховный жрец земель Эдема был духовным наставником Шу. Ур-Маа обучал мальчика пониманию природы вещей, учил его оценивать смысл и их структуру явлений. Это была философская наука, уходившая корнями во времена древней Лемурии, ею владели только атланты. Ур-Маа был не единственным жрецом на корабле, его часто сопровождал жрец Хери, которого также называли летописцем таинств. Он вёл постоянную хронологию событий. Жрецы Мер и Ами были астрономами, они умели толковать движение небесных тел и временных потоков, а жрецы Сену и Гермес были лекарями, которые исцеляли больных и помогали атлантам восстанавливать силы. Последним жрецом, отправившимся в экспедицию, был Ур-Хеку, хранитель божественной силы. От жрецов зависело многое, в том числе и успех всего путешествия. Ур-Маа посвящал юного Шу в тайны древних рукописей первых атлантов, основателей Южного царства, а также помогал в изучении законов, правителей, традиций и поверий Восточного царства. Шу быстро учился: он уже хорошо умел ориентироваться по звёздам, знал, как пользоваться картами Роз при составлении маршрута, мастерски владел мечом и умел управлять ладьёй. Но всё же обучение постепенно стало утомлять мальчика. Он скучал по маме, по своим сверстникам и по детским играм, которыми раньше была наполнена его жизнь.

Прошло ещё пятнадцать дневных циклов. Скучая, Шу сидел на палубе уже несколько часов напролёт и смотрел вдаль. Вдруг на горизонте он заметил какую-то тень, которая быстро к ним приближалась. Шу достал из кармана складную подзорную трубу, подаренную ему матерью перед отплытием, и стал всматриваться в горизонт. Похоже, им навстречу неслось какое-то морское животное, которое то погружалось под воду, то снова всплывало к поверхности. Шу поднялся и быстро побежал на корму, чтобы получше его рассмотреть. Только мальчик решил, что потерял животное из виду, как вдруг оно полностью выпрыгнуло из воды на большой скорости и через мгновенье вновь исчезло в волнах. Это был Дельфинидаэ, в живую Шу ещё никогда не видел этих диковинных существ. Дельфинидаэ то и дело выныривал из воды и тут же в ней исчезал, стремительно приближаясь к кораблю. Шу подошёл к краю ладьи и увидел, что Дельфинидаэ направляется прямо к нему. Подплыв ближе, он стал выпрыгивать из воды то в одну, то в другую сторону, Шу казалось, что Дельфинидаэ зовёт его за собой. Не зная, как поступить, Шу решил позвать кого-то из взрослых. Шу казалось, что Дельфинидаэ нужна помощь, он чувствовал встревоженность этого огромного и красивого существа. На верхней палубе стоял командир Собек и тоже наблюдал за подплывшим к кораблю Дельфинидаэ.

– Мне кажется, этому животному нужна помощь, – встревоженно сказал Шу, – он зовёт нас за собой. На палубу корабля вышел отец Шу и другие атланты. Все наблюдали за встревоженным Дельфинидаэ, который то и дело выпрыгивал из воды и пищал тонко и жалобно.

– Папа, он зовёт нас за собой, – встревоженно сказал Шу, подойдя к Атуму. – Он хочет, чтобы мы плыли за ним!

– Что скажешь, Собек, – спросил Атум, – у нас есть на это время? Мы не собьёмся с курса?

– Попутный ветер помогал нам все дни пути, так что времени у нас с запасом, можем немного отклониться от курса и проследовать за ним.

– Тогда предупредите все корабли, что они должны следовать за нами.

На головном корабле тут же подняли сигнальный флаг, и вся экспедиция устремилась за Дельфинидаэ. Спустя несколько часов на горизонте показалась земля – это был остров, настолько маленький, что его даже не было на картах. Подплыв ближе, атланты увидели огромное количество выброшенных на берег Дельфинидаэ, которым нужна была помощь.

– Вчера в этих краях был шторм, возможно, они сбились с курса, и их выбросило сюда волнами, – предположил Собек.

– Приготовить шлюпки, будем сходить на берег, – скомандовал Атум.

– Папа, я тоже хочу им помочь, можно я тоже сойду на берег?

– Хорошо, Шу, идём с нами.

Воодушевлённый Шу побежал помогать команде спускать шлюпки на воду. Через несколько минут они уже плыли к берегу. Шу сидел сбоку и водил рукой по воде. Неожиданно он прикоснулся к чему-то холодному и скользкому: это был тот самый Дельфинидаэ, он незаметно подплыл к шлюпке и, высунув мордочку из воды, пристально смотрел на Шу. В его взгляде было столько благодарности, что казалось, будто Дельфинидаэ плачет от счастья. Шу осторожно погладил его. Дельфинидаэ это явно понравилось. Шу показалось, что они подружились, и он засмеялся. Раньше Шу ещё никогда не доводилось оказываться так близко с настолько крупными морскими животными. Он заглянул в умные и добрые глаза Дельфинидаэ и подумал, что такой душой могут обладать только создания высшей расы, той, что жила в древней Лемурии. Шу задумался, есть ли у этого Дельфинидаэ имя, и если нет, то как можно было бы его назвать. Слушая звуки, которые издавало животное, Шу решил назвать его Чи.

– Да, точно, Чи! – произнёс вслух Шу, глядя на своего нового друга. – Я буду звать тебя Чи, если ты не возражаешь.

Шу смотрел в глаза Чи, и ему казалось, что Дельфинидаэ всё понимает. Наконец шлюпки пристали к берегу, и Шу первым подбежал к выброшенным на берег Дельфинидаэ. Он подошёл к самому большому животному – возможно, это была мама Чи, в её глазах читалась боль. Шу попытался подтолкнуть её ближе к воде, но она была очень тяжёлой, и в одиночку сдвинуть её с места не представлялось возможным. На помощь Шу пришли члены команды. Шаг за шагом они передвигали Дельфинидаэ всё ближе к воде, пока наконец огромное тело животного полностью не погрузилось в воду. Словно ожив, мама Чи зашевелила хвостом. Она тут же поплыла к Чи и нежно прижалась к нему. Через некоторое время все Дельфинидаэ уже были в воде, все кроме одного, которому повезло меньше всех. Он умер на берегу, но его также перетащили в воду, после чего Дельфинидаэ окружили его кольцом и начали пищать. Атланты поняли, что так они прощаются с погибшим другом, провожая его в последний путь.

Поскольку у команды было в запасе несколько дней, Атум предложил атлантам исследовать остров. С виду он казался небольшим, но на нём мог быть источник пресной воды, запасы которой не мешало бы пополнить. С кораблей на берег сошли три десятка солдат и два Жреца.

–Шу, мы идём обследовать остров, – сказал Атум, – пойдём с нами, думаю, тебе это будет полезно.

– Я и сам хотел об этом попросить, – ответил Шу, в глазах которого блестел неподдельный интерес.

– Все готовы, можем отправляться в путь, – сказал подошедший к Атуму Собек.

Остров оказался значительно больше, чем казалось на первый взгляд. Продвигаться вглубь острова становилось все сложнее – путников окружали труднопроходимые джунгли.

Глава 4. Таинственный храм

Атланты несколько часов пробивались сквозь непролазные заросли и вдруг увидели вдали остроконечную крышу какого-то огромного сооружения. Они подошли ближе и поняли, что это была обвитая лианами гигантская пирамида, перед которой на земле лежали два больших Сфинкса. Путникам показалось, что возраст этих сооружений исчисляется тысячами лет, и созданы они были погибшей протоцивилизацией. Между Сфинксами протекала река, уходящая в саму пирамиду, а перед Сфинксами раскинулось небольшое заброшенное село, в котором виднелись странные сооружения.

Атланты зашли в село и стали с удивлением рассматривать находящиеся там строения. Одни дома были сделаны из панцирей гигантских черепах, другие – из остовов огромных рыб, скорее всего Левиафанов. Костяные каркасы были туго обтянуты кожей. Некоторые дома были перевёрнуты и напоминали корабли, с помощью которых местные жители, скорее всего, перемещались по реке.

Атланты взяли один из таких костяных домов, перенесли его к реке и, перевернув, погрузили крышей в воду. Не сговариваясь, атланты сели в лодку плавно поплыли по течению, которое неспешно несло их к пирамиде.

Проплыв между сфинксов, напоминавших величественных стражей, атланты оказались под сводами пирамиды. Это был древний храм колоссальных размеров, возведённый прямо над рекой. Атланты плыли внутри храма по огромному туннелю, покрытому множеством кристаллов, которые переливались своими бесчисленными гранями и наполняли пространство фантастическим сиянием. Вода под ними тоже светилась: кристаллы под водой отражали и преломляли свет. Несколько минут спустя лодка атлантов коснулась гранитного причала – здесь река уходила под землю. Путники оказались в огромном зале, на стенах которого светились надписи. Взглянув на них, верховный жрец сказал, что это могут быть утерянные письмена древней Лемурии. Ур-Маа подошёл к закрытым вратам и стал их рассматривать, пристально вглядываясь в древние иероглифы:

– Это древнейший храм Лемуров. Я не знаю, сколько ему лет, но он стоит здесь со времён, когда материки были ещё вместе. Это самое древнее сооружение, в котором мне доводилось бывать, – сказал верховный жрец атлантам.

– Вы можете разобрать эти надписи? – спросил Атум

– Только некоторые… Эти иероглифы намного древнее тех, с которыми я знаком. В чём-то они похожи, но во многом и различаются. Я попробую прочитать, что здесь написано.

Ур-Маа вглядывается в символы на стенах, трогает их рукой и осматривает надписи на потолке огромного зала:

– Тут написано, что это Купель жизни, этот храм был построен Богами для проведения священных таинств. Те, кто обрёл своих четырёх Лемуров, здесь обретали плоть Сфинкса. Купель жизни раскрывала суть Престола души и объединяла четыре духа в священный союз – так первые люди Лемурии становились Богами. Храм был создан именно для этого.

– Нам нужно открыть эти врата и попасть внутрь, – сказал Атум.

– Да, за этой дверью что-то есть, я чувствую, – ответил верховный жрец.

Подойдя поближе к двери, жрец заметил на ней выемки. Подняв с земли один кристалл, жрец вставил его в выемку. Кристалл тут же засветился, и в дверях задвигались засовы, но дверь по-прежнему не открывалась. Тогда жрец принялся перебирать разбросанные на земле кристаллы, время от времени вставляя их в подходящие выемки. Ур- Маа отошёл от ворот на несколько шагов назад и стал рассматривать получившийся мозаичный рисунок. К нему подбежал Шу:

– Ур-Маа, посмотрите, мне кажется, это кольцо знаков зодиака, а вот крест, и на его концах выемки, там чего-то не хватает.

– Ты прав Шу, эти выемки предназначены для Лемуров, – ответил жрец и после небольшой паузы продолжил, обращаясь к атлантам: – Мне нужно четыре Лемура.

Атланты со своими Лемурами подошли к верховному жрецу. С плеча одного из них вспорхнул сокол и сел на руку жреца.

– Это Лемур ветра, – сказал жрец и жестом указал ему на нужную выемку. После того как сокол сел на предназначенное для него место, врата дрогнули и с них осыпалась пыль.

– Мне нужен Лемур огня, – произнёс жрец, и к нему подошёл другой Атлант. Ур-Маа возложил на него свои руки и, погрузив атланта в сон, извлёк из него Лемура ангела души. Жрец направил его на предназначенное для него место. Как только Лемур огня коснулся выемки, врата стали подниматься. Они на несколько сантиметров поднялись над землёй и застыли. Зазор между дверью и полом был настолько мал, что ни пролезть, ни заглянуть в него было невозможно.

– Нам не достаёт Лемуров двух стихий, – констатировал жрец.

– Но их ни у кого из нас нет, – ответили атланты.

Шу в задумчивости стоял у ворот, трогая их руками и рассматривая собранную мозаику. Вдруг врата вздрогнули и продолжили открываться. Дверь поднялась почти наполовину и вновь замерла. Теперь можно было проникнуть внутрь. Всем показалось странным, что врата почувствовали Шу. Атланты осторожно прошли под дверью и оказались в зале невероятных размеров. На его стенах и потолке светилась карта звёздного неба, это было кольцо зодиака, которое отражалось на земле и преломлялось. Половина кольца зодиака погружалась под землю, отражаясь в водах огромного бассейна, который располагался в центре зала. Таким образом можно было видеть всё кольцо зодиака целиком, невидимую часть звёздного неба можно было легко рассмотреть в воде. Жрец понял, что перед ними тринадцать созвездий купола неподвижного неба, под которым располагалась изначальная Роза мира, крест, делящий землю на четыре части. Вода огромного бассейна светилась, освещая собой всё пространство Купели жизни. В середине бассейна росло высокое раскидистое дерево, излучающее завораживающее синее сияние, переливавшееся разными оттенками. Купель жизни была выстлана гранитом, а вокруг неё, охраняя древо, сидели четыре сфинкса.

– Это сакральное место построили не люди и не атланты. Ему сотни тысяч лет. Это Купель жизни, сердце земли и великой богини Хатхор. Этот храм возвели сами Сфинксы, это был их храм, их очаг времени.

И действительно, все заметили, что время здесь шло совершенно иначе: капли воды, которые должны были упасть с потолка, замерли в воздухе и практически не двигались. Времени здесь будто не существовало. Атланты с изумлением рассматривали Купель жизни и огромных сфинксов, охранявших древо. Они понимали, что их глазам открылось чудо: почти все ростки Древа жизни были утрачены после крушения протоконтинента Лемурии. Атум и Шу сидели рядом у бассейна, Шу с удивлением трогал светящуюся воду и восхищался её мягкостью.

– Мы наберём этой воды с собой в дорогу и пополним ею наши запасы, – сказал Атум. —Ур-Маа, а что это за древо? Я такого раньше не встречал.

– Об этом древе сложено много легенд. Самые древние из них гласят, что наши Боги, Сфинксы, на каждой планете сажали первородное Древо, которое оживляло планету. Это Древо жизни наделяло землю душой. Таким образом, Древо жизни – это основа всего и священный исток, порождающий всё сущее на земле. Это Древо – Мать прародительница, богиня судьбы Хатхор. Она питается из источников бесконечного и первозданного океана Нун из начала времён, из которого вышел первый Бог. Сложно представить всю важность и таинственность этого места… Странно, что о нём никто ничего не знает, и мы стали его первооткрывателями.

– Сохраним это место в тайне, – сказал Атум. – А пока нам нужно отправляться в путь. Сюда мы ещё непременно вернёмся.

– Я бы хотел здесь остаться, – неожиданно произнёс Ур-Маа.

– Ты нужен нам в путешествии, без тебя мы не справимся.

– Я понимаю. Что ж, в путь.

– Обещаю: когда мы вернёмся сюда, ты сможешь остаться здесь на столько, на сколько пожелаешь. Этот остров станет главной святыней Лемурии и всех четырёх континентов.

Атум обнял Шу за плечо, и они направились к выходу. Выйдя за врата, все заметили, как время вновь ожило, остановившая свой бег вода реки начала покрываться мелкой рябью и постепенно набирать ход. А ещё атланты заметили, что река повернулась вспять, теперь она вытекала из пирамиды и несла их лодку в сторону сфинксов и океана.

За считанные часы путники добрались до океанского побережья, влекомые мощным течением. Миновав джунгли, они попали в дельту реки, откуда на расстоянии нескольких километров уже виднелись их ладьи. Шу также заметил и всю семью Дельфинидаэ, животные дожидались их неподалёку от кораблей. Почувствовав приближение атлантов, они подплыли к ним и стали приветственно выпрыгивать из воды, радостно пища. Атланты чувствовали их благодарность и восхищались красотой их душ. Подплыв к берегу, Атланты вытащили на песок свою необычную лодку, после чего пересели в шлюпки и отплыли от острова. День клонился к закату. Вернувшись на ладьи, Атланты подняли паруса и отправились в путь. Семья Дельфинидаэ сопровождала их, даже не думая прощаться.

Глава 5. Восточные земли

Прошло ещё двадцать дневных циклов. Погода заметно менялась, ветер усиливался, время от времени переходя в штормовой. Каждый день Шу учился владению мечом. Он отрабатывал технику защиты и мог сражаться наравне с опытными войнами, которые, впрочем, часто побеждали Шу в учебных поединках. Но даже проиграв, Шу не расстраивался: он анализировал свои ошибки и в дальнейшем старался их исправить. Вокруг кораблей то с одной, то с другой стороны появлялись Дельфинидаэ, постоянно сопровождавшие путников. Чи часто подплывал к ладье, на которой был Шу. Они чувствовали друг друга и по-настоящему подружились.

Однажды к Шу, сидевшему у борта и любовавшемуся грациозными движениями Дельфинидаэ, подошёл Ур-Маа. Их занятие давно должно было начаться, но Шу совершенно об этом забыл. Он смотрел на морских животных и время от времени вглядывался в горизонт, за которым их ожидал материк стихии ветра. Жрец присел рядом и тоже стал любоваться пейзажем.

– Восточные земли отличаются от наших. Континент стихии ветра особый, и он очень важен для нас. Люди, живущие на этом материке, поклоняются духам Дэвас, удивительным созданиям, заполняющим эти земли.

– Дэвас? – Переспросил Шу.

– Именно так. Дэвас – это духи, которые обитают среди нас и помогают нам из своего параллельного мира, который мы не в состоянии увидеть. Этот мир называют Дэвалока, чертог счастья и гармонии, утопающий в чувственных наслаждениях.

Шу не мог себе представить дивный мир, о котором ему поведал Ур-Ма, но он ему однозначно понравился. Шу с интересом продолжал слушать и фантазировать.

– Дэвас – небесные существа, которые управляют разными силами природы. Это духи, повелевающие всеми стихиями, такими как огонь, воздух, ветер, вода. Хотя легенды, что стихий, которыми они повелевают, на самом деле гораздо больше, но в этих четырёх сосредоточена их основная магическая сила. Дэвас – творения Единого Всевышнего Бога, который находится за пределами всем миров и границ. Многие считают, что это божества, которые отказались от духовного развития в пользу наслаждения, поэтому у Дэвас нет какой-то определённой миссии. Они живут в своё удовольствие на лоне природы, питающей и вдохновляющей их. Природа есть их муза, подвластная лишь великой богине Хатхор. Впрочем, это только легенда. Единственное, что мы знаем наверняка, так это то, что люди, тысячелетия назад жившие на протоконтиненте, тоже обладали многими силами и возможностями Дэвас: они могли месяцами обходиться без пищи, могли излучать свет, умели летать. Но всё это было утрачено, от постоянного потребления плотной пищи их тела стали грубее, а силы иссякли. Поэтому мы сегодня так осторожно относимся к пище.

– Ур-Маа, так значит, Дэвас не живут в своих природных аватарах, как мы?

– Скорее нет, чем да. Дэвас – это летучие духи леса, воздуха, неба. Говорят, что они очень похожи на наших ангелов, на Лемуров огня, только они прозрачны и подобны ветру. Их сложно увидеть, они скрываются под покровом леса, под тонкой и невидимой для человеческого глаза завесой. При этом они видят нас хорошо, но обнаруживают себя очень редко. Грань между нашими мирами очень тонкая, но все же для нас непроницаемая. Они могут принимать иллюзорные формы, сбивая людей с толку. Порой они подшучивают над людьми, считая нас существами низшего мира. Дэвас стали основными Лемурами жителей этих земель, поэтому они видят их, а мы нет, в этом наша основная разница.

– А какие они, эти Дэвас? Они все умеют летать?

– Да, на этом континенте Дэвас – летучие создания. Они не ходят по земле, их стихия – ветер, они его чувствуют лучше всего, у них с ним особая связь. Дэвас живут в своём мире, их природа нематериальна, и они с ней тесно связаны. Хотя есть и воплощённые Дэвас, те, что полностью перешли в наш мир. В основном они приобрели форму птиц, связав свои аватары с землёй. Жители восточных земель с самого рождения образуют союз с Дэвас, стихия ветра у них в крови. Ты должен будешь найти там своего духа, своего Лемура ветра. Тебе нужно будет почувствовать его и образовать с ним священный и вечный союз. Только тогда мы сможем продолжить наш путь. Выбирай его не разумом, но душой. Выбирай искренне, ведь этот Лемур станет частью твоей души.

– Спасибо, Ур-Маа, я понимаю…

«Земля! Земля! – вдруг послышались крики на корабле. – Материк перед нами!»

Все бросились к переднему борту и стали всматриваться в даль, разглядывая очертания приближающейся земли. В небе появилась огромная стая птиц, клином летевшая к ним. Поравнявшись с ладьями, они будто застыли в воздухе и затем стали кружить над путниками, приветствую гостей с соседнего континента. С неба спустился Лемур орёл и сел на плечо своего атланта.

– Птах говорит, что доставил весть, и нас здесь давно ждут, – сказал Атуму Харрум, атлант Птаха. – Они направили к нам своих Лемуров, духов Дэвас, чтобы те сопроводили нас к главному царству Восточного континента.

– Отлично, спасибо, следуем за ними, – ответил Атум и приказал ладьям следовать к берегу за стаей птиц.

Атланты оказались в порту, наполненном сотнями кораблей. Одни стояли на якоре, другие отплывали, третьи пришвартовывались. Ещё с борта ладьи Шу заметил, что внешне жители этих земель несколько отличались от них: их кожа имела чуть желтоватый оттенок, ростом они были пониже, а волосы были в основном тёмные. Больше всего Шу заинтересовали стоявшие в порту повозки: многие из них были запряжены не волами или лошадьми, а огромными птицами, кроме того были и повозки с парусами. Поскольку ветер здесь, похоже, никогда не стихал, паруса были очень действенным решением. Но самым удивительным было то, что некоторые повозки перемещались по воздуху, вообще не касаясь земли – атланты смотрели на них, как заворожённые.

Да, атланты ещё не ступили на берег, а цивилизация восточных земель уже удивляла. Они видели, что были желанными гостями: их вышло встречать огромное количество народа. Над атлантами кружили тысячи птиц всех мыслимых цветов и размеров. Они то образовывали гигантское облако, то стремительно разлетались, после чего вновь сходились, формируя в небе узоры фантастической красоты. А несколько минут спустя атланты оказались в центре поистине великолепного представления: над ними вспыхнул салют, заполнивший собой всё небо. Конфетти падали на головы зрителей, их подхватывал ветер и кружил, создавая удивительные картины: перед изумлёнными атлантами возникали птицы, гигантские драконы и фениксы, которые возгорались и осыпались пеплом. Вокруг звучала музыка, торжественная, но настолько изящная, что будто была соткана из ветра, при этом в ней было столько глубины и восторга, что у атлантов захватило дух.

Такого шикарного приветствия атланты не ожидали. Они увидели, какими силами повелевают жители Восточного континента. После того как музыка утихла и птицы разлетелись, небо вновь стало чистым и безмятежным. Атланты заметили, что их вышли встречать правители восточных земель и множество людей, которые никогда в жизни не видели атлантов. Одеяния восточных жителей поражали: их одежды были лёгкими и невесомыми, как сам ветер, у некоторых одежда была соткана из птичьих перьев. Они отождествляли себя с Дэвас и почитали их как Богов. Даже дома местных жителей заметно отличались от строений Южного царства: большинство местных жителей возводили дома над землёй, это позволяло им перемещаться на своих летучих повозках, не опасаясь, что кто-то или что-то помешает полёту. Как только атланты сошли на берег, к ним навстречу вышли трое старейшин и четыре жреца. Атум, Шу, два командира и верховный жрец пошли к ним навстречу.

– Приветствуем вас, жителей Южного царства и всех Южных земель, атлантов стихии огня. Добро пожаловать в Восточные земли, царство стихии ветра.

Из-за спины приветствующего старейшины показалась девочка лет девяти, которой было ужасно интересно посмотреть на атлантов.

– Подожди, Амаунет, твоё любопытство бежит впереди тебя – сказал старейшина.

Учтиво поприветствовав жителей Восточных земель, атланты стали разгружать ладьи и переносить поклажу на повозки, запряжённые гигантскими грифами, соколами и орлами. Закончив работу, атланты сели на повозки, и птицы плавно подняли их в небо. Шу и Амаунет оказались в одной повозке, Шу наблюдал за ней: она была очень смешная и жизнерадостная, с неизменной улыбкой на лице. Она постоянно что-то придумывала и, казалось, не могла сидеть на месте. Шу редко играл с девочками, но Амаунет ему очень понравилась, в ней было что-то очень необычное. А ещё Шу заметил, что его симпатия взаимна: Амаунет понравилась благородная грация и серьёзность Шу, его сдержанность и уверенность. Они время от времени посматривали друг на друга, не зная, как познакомиться ближе.

Вдруг к Амаунет подлетела ласточка и села ей на плечо – это был её Лемур, она с ним о чём-то поговорила, и он улетел. Амаунет и сама была как ласточка, вольная, подвижная и жизнерадостная. Они были словно две грани одного целого. «Это удача, обрести такого Лемура», – думал про себя Шу. Внезапно ласточка села на плечо Шу, он повернул голову и увидел в птичьем клюве маленькую веточку: она явно предназначалась ему. Шу бережно взял её и посмотрел на Амаунет, девочка смотрела на него и улыбалась. Вдруг ласточка выхватила веточку из рук Шу, положила её ему на голову и улетела. Шу понял, что Амаунет так играет с ним, она смеялась и пряталась за людьми. Тем временем они поднимались всё выше и выше. Шу вцепился руками в повозку, боясь дышать – казалось, что любое движение может нарушить равновесие и перевернуть повозку. Шу посмотрел вниз, и его сердце ушло в пятки, но он изо всех сил старался не подавать виду, что ему страшно. Лемур Амаунет то и дело подлетал к нему и кружил перед глазами, садясь то на его плечо, то на борт корабля. Через некоторое время вдали показался огромный город. Под воздушной повозкой стали проплывать многочисленные воздушные змеи, которые перевозили людей и грузы. В небе парило огромное количество птиц. «Удивительно, как они не сталкиваются друг с другом, – думал Шу. – Такая точная и отлаженная система передвижения, это же просто невероятно!» Наконец корабли стали снижаться, подлетая к огромному дворцу, окружённому многочисленными флагами. Внизу атлантов с почестями встречали правители Восточного царства. Роскошные одеяния, развевающиеся на ветру, и головные уборы из перьев символизировали их прочную связь со стихией ветра. Навстречу атлантам вышел царь Амон со своей женой Мут.

– Добро пожаловать в Восточные земли, мы очень рады встрече! Проходите и располагайтесь, будьте как дома. К прибытию почётных гостей мы подготовили особые торжества.

Атум заметил, что окружавшие их люди были очень гостеприимны. Казалось, что для восточных людей они были кем-то вроде богов. В этот день они видели и потрясающие фейерверки, и завораживающие танцы, и всевозможные представления, торжество длилось до самой ночи.

Атланты заметили, что ветер здесь не затихает ни на секунду, даже ночью он гудел в трубах и хлопал незакрытыми ставнями. Утро наступало в Восточных землях с восходом солнца. По традиции жители Восточного континента встречали рассвет, чтобы Бог ветра одарил всех священным дыханием жизни, попутным потоками и крыльями, несущими душу к вершине Божественного вихря. Восточные верили, что дух ветра может обитать везде, его вездесущность – это и есть истинная свобода, к которой все стремились.

Проснувшись рано утром, атланты направились к повелителю Восточных земель. Пройдя по длинным и широким коридорам роскошного дворца, атланты во главе с Атумом и Шу вышли к главным вратам, за которыми их уже ждали правитель Амон, его супруга Мут и их дочка Амаунет. Четыре широких колоны зала и четыре пера на головном уборе правителя Амона символизировали четыре великих столпа, которые держали небо. Сказания Восточного континента гласили, что Роза мира покоится на четырёх основах, четырёх сторонах света.

– Доброе утро, дорогие гости, мы очень рады вашему прибытию и надеемся, что вам здесь понравится, – поприветствовал вошедших царь Амон, склонившись в лёгком поклоне.

– Благодарим тебя, царь Амон, повелитель Восточных земель и этого бескрайнего континента, – с поклоном ответил Атум.

– Проходите же, друзья мои. Что вас привело к нам?

– Мой сын Шу прошёл обряд посвящения Ах-Сах-Сехем-Иб-Рен-Ба, который определил его судьбу. Он должен найти Лемуров четырёх стихий, чтобы обрести целостность души и духа, чтобы обрести своего Сфинкса. Сами Боги указали ему путь, поэтому мы здесь. Нам нужна ваша помощь в обретении Лемура стихии ветра.

– Это очень опасный путь для молодой души, такого ещё никто не делал. Мы наслышаны о Сфинксах, обитавших в древней Лемурии, и польщены возможностью помочь вам. Можете на нас рассчитывать… Я хочу познакомить вас с моей дочерью Амаунет, она поможет вашему сыну открыть мир Дэвас и обрести Лемура ветра. Наши дети заложат основу наших долгих и крепких отношений, союза двух континентов, двух великих материков, которые объединят две светлые стихии. Подойди, Амаунет, и протяни свою руку Шу. Пусть этот священный союз укрепит наши стихии и наши царства.

Амаунет подошла к Шу и, глядя ему в глаза, протянула руку. Шу также протянул ей свою. Амон подошёл к детям и опоясал их синей лентой.

– Теперь вы друзья, и ваши Лемуры будут вам во всём помогать. Теперь восточные ветра, вошедшие в ваши сердца, откроют вам мир Дэвас.

К детям подошла Мут и, развязывав ленту, поцеловала обоих в макушку.

– Что ж, прошу всех к столу, – сказал Амон, указывая на соседний зал, в котором уже был накрыт роскошный стол.

Амаунет и не думала есть, она взяла Шу за руку и потащила вперёд. Она хотела ему показать их прекрасную страну, край ветра и Дэвас. Ей не хотелось терять ни минуты, она мчалась со всех ног к самой высокой башне дворца и тянула за собой Шу:

– Ну же, быстрее, Шу, не отставай, – кричала Амаунет, смеясь.

Шу с улыбкой и изумлением смотрел на свою новую подругу: она казалось ему очень необычной и даже странной. Она порхала, как птица, и была словно бы отражением своего Лемура – такой же подвижной, живой и непоседливой. Она очень нравилась Шу своей лёгкостью, непосредственностью и безмерно чистой душой. Минуту спустя они оказались на самом верху башни. Перед ними простиралось Восточное царство во всём его великолепии. Пики многочисленных дворцов касались самого неба, в котором порывы ветра, словно огромные змеи, носились между куполов, задевая их своим длинными хвостами. Ветер на той вышине был такой силы, что Шу еле держался на ногах. Чтобы не упасть, он ухватился за огромное древко флага с гербом Восточного царства, а Амаунет тем временем запрыгнула на бортик стены и стала ходить по самому краю башни. Она закрыла глаза и ловила ветер, кажется, совсем не боясь упасть. Амаунет танцевала с ветром и своим лемуром, который радостно порхал вокруг неё. Шу понял, что ветер не только не представлял для неё опасности, он держал и направлял Амаунет. На мгновенье Шу даже показалось, что девочка сама стала ветром, её плавные движения стали лёгкими и невесомыми как он сам. Это была гармония, которой Шу ещё никогда не видел, в этом была некая завораживающая магия.

Вдруг Амаунет сорвалась со стены и камнем полетела вниз. Перепуганный Шу опрометью бросился к краю башни и с ужасом смотрел на летящую вниз девочку. Она падала вниз, закрыв глаза и раскинув руки – она доверилась ветру. Мгновенье спустя её подхватил поток ветра и понёс вверх. Несколько раз облетев башню, Амаунет оказалась на том же месте, где только что танцевала. Застыв в воздухе, она плавно опустилась на край башни и открыла глаза. Восхищённый Шу протянул ей руку. Он был поражён увиденным и не мог вымолвить ни слова. Эта девочка в миг стала его богиней, такой маленькой и такой родной.

– Теперь я понимаю, что значит чувствовать ветер… Раньше я даже представить не мог, что такое возможно. Теперь я будто породнился с этой стихией и сам начал её чувствовать.

– Ещё нет, – ответила Амаунет. – Ты должен стать ветром, пропустить его через себя. Тебе нужно его видеть, как ты видишь воздушных змеев, парящих в небе.

– Но что для этого нужно сделать?

– Смотри, воздушный змей вновь приближается, тебе нужно поймать его за хвост. Давай вместе? – сказала Амаунет и подняла руки. – Подходи, Шу, не бойся. Доверься ветру.

– Я не боюсь, – ответил Шу и подошёл к Амаунет.

– Теперь закрой глаза и открой душу, – сказала Амаунет, взяв его за руку. – Позволь ветру прикоснуться к твоему сердцу.

Шу закрыл глаза и вдруг услышал пение – дивное, тонкое и проникновенное, это пела Амаунет. Её голос был ветром, колебания воздуха возносились всё выше и выше. Шу казалось, что у него за спиной выросли крылья, которые могут легко перенести его на край света и обратно. Это было настоящей магией.

– Да, я верю! – промолвил Шу, не открывая глаз.

Амаунет и Шу стояли на самой краю башни с закрытыми глазами. Шу почувствовал, как мягкие волны ветра обняли и подхватили его, тогда он сделал шаг вперёд и прыгнул вниз вместе с Амаунет. Он держал её за руку, и они вместе с огромной скоростью устремились вниз. Чувство свободного падения было потрясающим, Шу впервые ощутил радость полёта. Он расправил руки и открыл глаза, Амаунет смеялась, глядя на него, и удивлялась его смелости. Услышав её заразительный смех, Шу рассмеялся в ответ.