# Выдыхай

Nemo

Жизнь скупа на подарки, и редко даёт второй шанс. Но если он тебе выпал, ты обязан его использовать!

## День 1

Дома и улицы утопали в белой магме, создавая сказочную атмосферу. Декабрь выдался особенно снежным. Да и какой новый год без снега? Ледяные скульптуры, что стали частым украшением многих парков, отражали яркую иллюминацию города, подобно диско-шару в ночном клубе.

Во многих кафе и магазинчиках можно было встретить пушистые ёлки – долгожданных гостей этого года. В воздухе витал яркий запах мандарин и горячего шоколада. Всё вокруг дышало наступающим праздником.

Стоило городским часам пробить десять, как раздался пресловутый сигнал мобильного.

Потянувшись к нему, Дэн попытался выключить звук, полагая, что это будильник, но, как только до него дошло, ответил на звонок:

– Гендиректор "Роснефти" слушает.

– Очень остроумно, – с иронией хмыкнул голос на том конце провода, – ты когда думаешь причалить?

– Если назовёшь пристань, я построю маршрут, – улыбнулся парень, вновь укладываясь в кровать.

– Пристань, под названием "зачет", тебе о чем-нибудь говорит?

Дэн мигом подскочил с нагретого места:

– Вот черт! Когда?

– Уже полчаса как.

– И ты звонишь мне только сейчас?! – возмущался тот, судорожно натягивая джинсы.

– Скажи "спасибо", что вообще позвонил. Ладно, не паникуй. Только первая группа зашла. У тебя ещё есть время.

– Я лечу, – коротко бросил Дэн, скидывая вызов.

Проходя полосу препятствий из смятых пивных банок и одежды недельной давности, парень отыскал наиболее свежую футболку и покинул квартиру.

В университете его встретил Артём:

– Ну что, спящая красавица, хорошо вчера повеселился?

– Хорошо – это слабо сказано, Тёмыч. У меня дикий похмелоз.

Увидев фонтанчик в холле, парень сразу припал к нему, начав жадно поглощать воду. Вдоволь напившись, посмотрел на одногруппника.

Взгляд его несколько прояснился:

– Я вчера с такой тёлочкой отжигал, закачаешься.

– Главное, чтобы на зачете не подкачал, – назидательно произнёс приятель.

– Не будь занудой, чувак. Я что-нибудь придумаю. А знаешь, я встретил ту чику в "Элиоте", – продолжал делиться подробностями бурной ночи Дэн.

– Где?

– Ты чё, не слышал об "Элиоте"?

– Разумеется, слышал. Но думаю, это другой Элиот.

– Для дремучих поясняю: "Элиот" – новый клубешник в центре.

– И как я жил без этой информации? – наигранно изумился Артём.

– Даже не представляю. Походу, тебя, кроме твоей зубрежки, ничё не волнует.

– Может, и тебе попробовать учиться. Говорят, исцеляет не хуже клубов.

– А я не жалуюсь. Кстати, насчет зачета, – Дэн на секунду замялся, – какой хоть предмет?

– Ты, верно, шутишь, – отозвался друг, но уловив смятение парня, всё понял, – история.

– Сэнкью, бро.

Из аудитории один за другим выплывали довольные студенты. Сегодняшний день стал явно удачным для многих.

– Думал, ты пойдешь в первой десятке, – кинул Дэн, – ты часом не захворал?

– У меня автомат.

– Вот ты жук! Хотя я в тебе и не сомневался.

Внезапно его осенило:

– Постой. Если у тебя автомат, зачем тогда припёрся? Мог бы передать зачётку Старухе.

– Об этом я и хотел поговорить, – несколько растерянно выдал Артём, – я тебя подожду, а потом… Может, сходим куда-нибудь?

– Окей, старичок, всё будет! И разговоры, и выпивка, и девочки. Как только, так сразу. А после рвану к своим "пращурам".

– Поедешь домой?

– Ну да, семейный же праздник. Оливье, куранты, все дела.

– Семейный, – глухо повторил одногруппник, подтягивая ворот синего свитера, – выходит, ты даже не рассматриваешь неудачный исход?

– О чём ты? Я любимчик фортуны! И вероятность того, что я сдам – 100 %. По-другому и быть не может.

Оказалось, что может. На протяжении всех злосчастных 40 минут преподаватель сверлил взглядом именно Дэна. Так что списать тому не удалось.

Когда аудитория опустела, экзаменатор заговорил:

– Ну что, молодой человек, времени было предостаточно. Вы готовы отвечать?

На ватных ногах Дэн подошел к профессору и неуверенно начал:

– Эм, эпоха дворцовых переворотов… Переворот – это… какое-то изменение или что-то типа того, – парень уставился в билет, по-детски надеясь разглядеть в нём ответы.

Но в глубине души сознавал, что всё кончено. Буквы плясали перед глазами, а не совсем трезвый мозг едва мог выудить какую-то информацию. Тем более, ту, которой не было.

– Я так понимаю, спрашивать следующий вопрос бессмысленно? – мрачно вздохнул мужчина.

Повисло молчание, что давило на Дэна, не позволяя двигаться. Он постыдно тонул в своём невежестве.

– Вы правы, я не учил, – откровенно заявил студент, – Но, возможно, у нас получится договориться, – красная купюра с замечательным видом Хабаровска скользнула по столу.

Дэн подозревал, что этот ход не прокатит. Но отчаяние толкнуло его на крайние меры.

– Не закапывайте себя ещё глубже, приятель.

– Мало?

– Настоящие знания бесценны. Уберите деньги! – грозно рявкнул профессор, – я жду вас завтра на пересдаче. В это же время.

– Как? Но я же, – парень чуть со стула не рухнул, – завтра ведь тридцать первое. Я должен быть дома к новому году.

– Это уже не мои проблемы. Вы сделали свой выбор, когда не стали готовиться к зачету. А теперь ёлочка замаячила перед глазами? Знаю вас таких.

– И что плохого в этом празднике?

– Да праздник тут, в сущности, ни при чём, – серые глаза мужчины смотрели устало, – дело ведь в другом: в отношении к учебе, людям, к жизни, в конце концов. А ваша неподготовленность говорит о неуважении к себе.

– Но другим вы ставили просто так, даже не спрашивая.

– Они посещали занятия. А вас я вижу второй раз в жизни. Первый был в сентябре. Уверен, вы даже имени моего не знаете.

Хотя признаться, – заметил профессор, – я закрыл бы на это глаза, будь вы по-настоящему готовы.

– Выходит, я один такой бездарь, – хмуро улыбнулся Дэн, – что ж, тогда до завтра.

Он вышел из аудитории, тяжело выдыхая.

– Ну что?

– Не сейчас, Тём. Я не настроен отмечать. Наберу тебя позже, – студент пулей вылетел из вуза, мечтая забыть о своём провале.

Алкоголь помогал ему забыться. Правда, сейчас Дэну хотелось другого. Чего-то более настоящего. К тому же в тот момент, когда снежинки танцевали безумное танго.

Неожиданно он вспомнил, как в детстве ловил их ртом. Казалось, коснись они земли, и вся магия исчезнет. Словно чистота этих мерцающих звёзд растворится в угрюмости мира.

На языке ещё остался вкус мёрзлого неба с мякотью облаков. Вкус далёкого прошлого, когда всё было окутано светом и наивной лёгкостью.

"Прогуляться, что ли?" – размышлял парень, – "забавно, а я ведь тысячу лет не ходил пешком".

Дэн неторопливо потопал по городу, наблюдая предновогоднюю суету. Хруст снега погружал в своеобразный транс. Очень похоже хрустело имбирное печенье, которым мама так любила баловать его в новогодние праздники.

Именно тогда, в преддверии наступающего года, всё менялось. Голоса родителей звучали мягче, крики стихали. Его собственный замкнутый мир значительно преображался. Он оттаивал во времена сильнейших заморозков.

Спустя час бесцельного блуждания Дэн наткнулся на маленькую кофейню с интригующим названием "В гостях у совы". На её двери висел рождественский венок с двумя белыми совятами.

Зайдя внутрь, парень невольно улыбнулся. Обстановка кофейни напоминала канцелярию Санты. За столиками сидело несколько людей, между которыми кружили официанты в костюмах эльфов. А бариста в новогоднем колпаке усердно натирала стойку.

Плюхнувшись на высокий стул, Дэн начал изучать меню.

– Добрый день, могу вам что-нибудь предложить? – приветливо улыбнулась бариста.

– Я бы предпочел коньяк, но думаю, кофе тоже сойдет. Поэтому полагаюсь на ваш вкус.

– У нас есть замечательный…

– Нет, не говорите. Просто сделайте мне что-то особенное, а я притворюсь счастливым.

Девушка озадаченно кивнула. И вскоре по кафе стал растекаться тягучий и густой запах с нотками карамели. А через пару минут все было готово. Перед студентом стояла кружка кофейного напитка с совой из пенки.

– Стало быть, вы несчастны? – подала голос бариста.

– Только сегодня, – Дэн оторвался от созерцания совы в чашке, не решаясь испортить рисунок.

– Неудачный день? – с пониманием уточнила девушка.

– Худший из возможных, – молодой человек всё же сделал осторожный глоток.

– У всех бывают плохие дни. Но знаете, за что я их люблю?

Дэн с искренним интересом посмотрел на бариста.

– Они заканчиваются. В этом очарование пасмурных дней. Они не длятся вечно. Этот день тоже закончится. А завтра наверняка станет лучше.

– Хотелось бы верить.

– А вы не сомневайтесь.

– Давай лучше на "ты", не то чувствую себя дряхлым пенсионером.

– Как скажешь, – улыбнулась девушка.

– Я Дэн, кстати.

– Лера.

Молодой человек не спеша попивал кофе, растягивая удовольствие и тайком наблюдая за новой знакомой.

– Всегда было интересно, почему, у многих бариста забит рукав? – указывая на цветное тату на руке Леры, спросил Дэн, – это часть политики подобных заведений?

– Ты угадал. Так помечают людей из низшей касты, весь этот убогий персонал, – с серьезным видом выдала бариста, но тут же усмехнулась, – я её сделала ещё до того, как стала работать здесь. Никогда не хотела торчать в офисе.

– Что же тебя заставило выбрать профессию "кофевара"? – съязвил парень, – Не поступила?

– Я и не поступала. А по-твоему, лишь при таком раскладе можно пойти в данную сферу?

– Да нет, я не имел в виду ничего… Просто неблагодарное занятие, учитывая всю вашу клиентоориентированность, доброжелательность и прочую фигню. Быть милым со всеми, кто приходит, и улыбаться тем, кто тебя раздражает. Все это… Я бы так не смог.

– Иногда и вправду бывает непросто, – согласилась девушка, – Клиенты попадаются разные. Однако найти подход можно к каждому. Главное – проявить терпение, быть вежливым и внимательным.

Знаешь, что обычно говорит наша управляющая, принимая на работу? "Меня не волнуют ваши комплексы, страхи и неуверенность. Засуньте свою интроверсию себе в задницу и улыбайтесь".

Дэн искренне расхохотался. Они смеялись вместе. Порой смех объединяет лучше слов.

Отдышавшись, Лера продолжила:

– Не поверишь, но несмотря на все трудности и подводные камни, я действительно люблю свою работу. Это та тихая гавань, где не страшны никакие штормы.

– Неужели тебе не хотелось большего?

– Большего? – пожала плечами Лера, – в рамках своей профессии я развиваюсь, а ловить журавлей в небе и получать вышку – это не моё.

Ты, наверное, удивишься, но не все хотят быть юристами, архитекторами или врачами. Кто-то ведь должен варить кофе.

Дэн кивнул, посмотрев в окно. Снег закончился, но люди так и продолжали нестись в этой бесконечной нелепой гонке.

– Просто я знаю, что нахожусь на своем месте, – раздался следом голос Леры.

– Мечтал бы и я знать.

Телефон, что покоился на барной стойке, разрезал тишину знакомой рождественской мелодией. Какое-то время студент безмолвно пялился на мигающее имя друга.

– Не собираешься отвечать? – полюбопытствовала бариста.

– Не так уж и важно, – в следующую секунду молодой человек сбросил вызов, – спасибо за кофе.

Захватив в соседнем магазине бутылку Джина, парень отправился домой. Невозможно ведь учить на трезвую голову!


## День 2

Следующим утром Дэн проснулся от того же звонка:

– Слушаю.

– Ты когда думаешь причалить? -донёсся по-прежнему оживленный голос.

– Повторяешься, бро, – усмехнулся парень.

– О чём ты?

– О том, что данный сценарий ты отыгрывал только вчера. Ещё скажи, что у нас зачёт.

– У нас и правда зачёт. Уже полчаса как.

– Сейчас первая группа зашла, верно?

– Откуда ты…

– Крутой пранк, Тёмыч. Я оценил. Ладно, не занимай линию. Сегодня мне нельзя опаздывать.

Дэн скинул вызов и огляделся. Вчерашней бутылки Джина нигде не было.

"Странно", – подумал парень и, преодолев неизменную полосу препятствий, вышел из дома.

В университете его встретил Артём:

– Ну что, спящая красавица, хорошо вчера повеселился?

– Я гляжу, ты находишь это забавным.

Друг непонимающе уставился на него.

– Нравится надо мной глумиться? – продолжил тираду Дэн, – думаешь, мне и невдомёк, что бухать – плохо?

– Я ведь…

– Завязывай, Тём. Шутка затянулась. Мне ещё пересдавать этот дурацкий зачёт. Не всем же дано получать автоматы.

Студент направился к аудитории, слегка задев друга плечом. Каково же было его удивление, когда он застал одногруппников почти в полном составе.

– Какого хрена? – не сдержался Дэн и в следующее мгновение подошёл к старосте, – хай, Ксю. Что за столпотворение? Неужто мы коллективно завалили историю?

Девушка окинула его презрительным взглядом.

– Не каркай мне тут, – сплюнула Ксюша, – пока ни одного провала.

– Чего тогда все явились на пересдачу?

– Какая ещё пересдача?

– Та, что сегодня. Профессор сам назначил мне на тридцать первое.

Староста высокомерно цокнула языком:

– Ты последние мозги пропил, Дэн? Сегодня тридцатое.

– Тридцатое было вчера, – сконфуженно промямлил парень.

– Может, ты в своём алкомарофоне и живёшь в будущем, вот только для всех остальных тридцатое сегодня!

Дэн окончательно растерялся. Как такое возможно? Что если он и впрямь допился до "белочки"?

Студент уныло побрёл по коридору, тщетно пытаясь найти логическое объяснение происходящему.

Приблизившись к лестнице, он поймал взгляд вечно пытливых глаз.

– Ты был прав, Тём. Походу, надо завязывать с бухлом, – и вдруг его пронзила идея, – учебник с собой?

Артём кивнул.

– Ты меня очень выручишь, – просяще улыбнулся парень.

Без лишних слов одногруппник протянул помятую книгу, побывавшую не в одной паре рук:

– Надеешься за полчаса выучить то, что мы проходили полгода.

– При всей своей безмозглости даже я понимаю, что это нереально, – ища нужную страницу, откликнулся Дэн, – но вот один вопрос я точно успею выучить.

Открыв ту самую тему, парень увидел поблекшее свадебное фото.

– А у тебя папины глаза, – усмехнулся Дэн.

Его друг торопливо спрятал фотографию:

– Не представляю, как она здесь оказалась.

Артём в одночасье переменился. Стал каким-то отстранённым и далёким. Ещё более тихим, чем прежде.

– Значит, ты даже не рассматриваешь неудачный исход? – растерянно произнёс он.

– Ну нет, Тёмыч. Теперь всё будет иначе. И вероятность того, что я сдам – 90 %. Кстати, как зовут препода?

– Константин Георгиевич.

Зайдя в аудиторию, Дэн вытянул тот же злополучный билет и, дождавшись, пока все уйдут, уверенно подошёл к профессору:

– Эпоха дворцовых переворотов – это период с 1725 по 1762 гг., когда после смерти Петра 1 сменилось несколько правителей в результате государственных заговоров, – на сей раз он не сомневался и бил непрерывной дробью зазубренных слов, – таким образом, с 1762 года с приходом к власти Екатерины 2 началась новая эпоха русской истории, – подытожил парень, медленно выдыхая.

– Замечательно, – кивнул преподаватель, – можете приступать к следующему вопросу.

"К следующему?" – пронеслось в голове у студента, – "Ну конечно, ещё же второй".

Он внимательно стал разглядывать билет.

"Холодная война" значилось во втором вопросе.

– "Холодная война", – произнёс мужчина, – причины и предпосылки противостояния. Что вы об этом знаете?

"Ни черта я не знаю", – подумал парень и прогундел:

– Затрудняюсь ответить.

Профессор криво усмехнулся:

– Полагали, запомните одну тему, и этого будет достаточно? Нет, приятель, так не работает. К тому же, я вижу вас второй раз в жизни. Первый был…

– В сентябре, – закончил за него Дэн.

– Именно так. Поэтому жду вас завтра на пересдаче. В это же время.

– Не могу сказать, что сильно удивлён, Константин Георгиевич.

В коридоре его поджидал Артём:

– Ну что?

– То же, что и вчера. Может, отметим мой провал?

– Я не любитель, – отмахнулся друг.

– Но ты же хотел…

– Что?

– Тёмыч, не делай из меня большего идиота, чем я есть. Ты же хотел о чём-то поговорить. Ещё вчера.

– Вчера?

– В смысле сегодня, – Дэн напряжённо потёр переносицу, – Иначе бы не пришёл.

Какое-то время его друг глядел абсолютно бессмысленно, а потом выдал:

– Я просто хотел… Правда, такая безделица. Может, смотаемся на каток? А то динамишь меня три года.

– Ты серьёзно, старик? Нашёл время, – парень схватился за перила, начиная медленно спускаться, – и главное, бухать со мной запладло, а морозить задницу в беспорядочной толчее людей – это пожалуйста. Давай без меня, ок? Счастливо!

Дэн стремительно выскочил из универа и отправился в место, где желал подтвердить свою догадку. Или, возможно, её опровергнуть.

Кофейня ему не приснилась. Она была всё той же: с рождественским венком на двери, официантами в эльфийской форме и подозрительно приветливой бариста.

– Добрый день, могу вам что-нибудь предложить? – дежурно улыбнулась девушка.

– Полагаюсь на ваш вкус.

Через пару минут всё было готово, и перед парнем стояла кружка ароматного напитка с растительным узором из пенки.

– Почему не сова? – усмехнулся Дэн.

– Что?

– Вчера была сова.

– Вчера? Простите, мы знакомы?

– Ну разумеется. Думаешь, я забыл, как ты убегала утром, – вкрадчиво прошептал парень, делая глоток.

Бариста застыла в непонимании.

– Согласен, не самая удачная шутка. Давай включим обратную перемотку и начнём заново. Меня зовут Дэн.

– Лера.

– Я знаю, – усмехнулся студент, но заметив недоверчивый взгляд девушки, добавил, – бейджик выдаёт.

Он обернулся, неловко улыбаясь. В этот раз ему представилась возможность рассмотреть кофейню более подробно.

Светлое помещение, гирлянды над окнами, и неповторимый уют. Тот самый, что чувствуешь по возвращении домой.

Стены украшали декорации из кофейных зёрен: кружки и чайник, ветвистые деревья, сова, которая теперь стала часами. Студент вспомнил, что в его любимом баре, завсегдатаем которого он являлся, максимум, на что хватило человеческой смекалки, – это наполнить решётчатые ящики винными пробками. И кстати, подобное дизайнерское решение считалось весьма успешным.

За столиками с медовым отливом сидели разношёрстные посетители. Были семьи и одиночки, те, что заразительно смеялись в компании, и те, что молчаливо уткнулись в окна.

На фоне играла инструментальная музыка, а запах свежесмолотого кофе сливался с ароматом корицы и ванили.

"Давай наперегонки!" – услышал он звонкий голосок, а, обернувшись, увидел девочку с рыжими косами. Она предлагала мальчику помладше побыстрее умять вафли.

"Может, об этом и говорила, Лера? – размышлял парень, – тут и вправду чувствуешь себя в безопасности."

Здесь будто сосредоточилась аура домашнего тепла. Она мягко и ненавязчиво обволакивала каждого, кто заходил. Аура, которая так не вязалась с клубной жизнью Дэна.

Тут не звучали тяжёлые басы, не бил в глаза ослепляющий свет стробоскопа, люди не тряслись, как эпилептики в агонии, прижимаясь друг к другу ближе.

Техно заменял лёгкий джаз, вместо рваных и хаотичных движений – спокойные и обдуманные. И всё в целом казалось каким-то правильным.

– У вас очень мило, – заметил студент, – так по-домашнему.

– Спасибо, – отозвалась бариста.

– Наверное, работать здесь – несравненное удовольствие.

Глаза девушки моментально загорелись:

– Вы правы. Несмотря на все трудности и подводные камни, я действительно люблю свою работу. Это та тихая гавань, где не страшны никакие штормы.

– Кто бы мог подумать? – усмехнулся Дэн.

Внезапно его взгляд зацепила картина справа. Это была репродукция Дали "Постоянство памяти".

– Как я не заметил её вчера? – выдал парень, но тут же спохватился, – в смысле сразу. Как я сразу её не увидел?

– Так часто бывает. Смотришь и не видишь.

Молодой человек стал пристально изучать произведение искусства. Однако спустя полминуты оставил попытки осознать его суть.

– Никогда не понимал этих сдутых часов, – заключил Дэн, и Лера рассмеялась.

– Это символизм.

– Ну и? Ясности не добавляет. Что он хотел этим сказать?

– Очевидно, что-то хотел, – протянула девушка, глядя на картину, – правда, бытует мнение, словно на эту работу его вдохновил вид расплавленного сыра.

– Серьёзно? – прыснул парень, – а я уж подумал, в ней скрыт глубокий смысл.

– Это не значит, что его нет. Каждый находит своё, хотя…

Я читала про эти часы. Они олицетворяют прошлое, настоящее и будущее.

Существуют одновременно, что намекает на нелинейность времени. А их форма говорит о его скоротечности.

– Да ты тонкий знаток искусства, – присвистнул студент.

– Всего лишь цитирую статьи из интернета, – усмехнулась бариста, – но, по-моему, не всё требует анализа.

Иногда не стоит искать тайный смысл и какой-то подтекст. Иногда достаточно просто чувствовать.

– Чувствовать? – задумчиво повторил Дэн, возвращаясь взором к "Мягким часам", – а у тебя бывало чувство, будто всё происходящее с тобой уже случалось?

– Звучит, как дежавю.

– Может, и дежавю. Но в таком случае весь этот день для меня – сплошное дежавю.

– У всех бывают плохие дни. Но знаешь, за что я их люблю?

– За то, что они заканчиваются, – договорил парень, прекрасно зная, что последует дальше.

– Верно, – нахмурившись, продолжила девушка, – В этом очарование пасмурных дней. Они не длятся вечно. Этот день тоже закончится. А завтра наверняка станет лучше.

– Я лишь надеюсь, что завтра всё встанет на свои места, – проронил студент, хотя сам в это не верил.

Как и вчера, телефон парня разразился той же мелодией. Но сейчас совершенно безобидная музыка показалась Дэну зловещей.

– Не сегодня, приятель, – выдохнул он, сбрасывая вызов.

Расплатившись, парень вышел из кофейни, и также, не изменяя привычке, взял Джин в ближайшем магазине. На сей раз бутылка ощущалась тяжелее.

"Завтра всё встанет на свои места", – настойчиво повторял Дэн.

Растворяясь в снежном потоке, он глотал обжигающую жидкость прямо из горла. Её температура резко диссонировала с прохладным воздухом.

Империя снега, мамино печенье, зачёт и давний развод родителей. Всё путалось, сплавляясь в единый ком разрозненных мыслей.

"Плавленый сыр Сальвадора Дали, – пьяно улыбнулся студент и икнул, – завтра будет завтра, а не сегодня".

Последняя мысль, и темнота, сквозь которую едва пробивается звонок мобильного.

## День 3

Всё повторилось. Но на этот раз Дэн не стал отвечать на звонок, а сразу отправился в универ. Забрав у друга учебник, отыскал "Холодную войну" и бегло прочёл параграф.

Всё пошло по новой: зачет, насмешливый взгляд профессора и указание явиться завтра.

Конечно, парень ответил, но оказался не готов к дополнительным вопросам.

– Получается, что бы я ни делал, как бы ни старался, ничего не изменится? Я всё равно не сдам?

– А вы уверены, что старались? – заметил преподаватель.

Вопрос больно резанул по самолюбию Дэна, и он вышел из аудитории.

– Куда ты? – окликнул его приятель.

– Готовиться к зачёту. Только по-нормальному.

– Но… как ты собираешься успеть?

– Не беспокойся, Тём. У меня в запасе вечность.

## День 18

Вечность длиною в 15 дней. Столько оказалось вполне достаточно.

Нет, Дэн не стал Ключевским и, тем более, Карамзиным, но уже мог намного свободнее ориентироваться в материале. Он нашёл в сети спасительное видео и с готовностью обречённого кинулся в запутанные дебри русской истории.

Раскладывать всё по полочкам, проводить аналогии, запоминать даты и события было для парня в новинку. Но он старался, записывая и анализируя всю информацию. Хотя каждый день ему приходилось составлять конспект заново.

Дэн упорно игнорировал телефонные звонки и бардак в комнате. Не выходил из дома, довольствуюсь услугами доставки.

Он максимально оградил себя от внешнего мира, сосредоточившись на главной задаче. Той задаче, которая, как он верил, способна остановить этот нелепый кошмар.

Дэн явился в университет с новыми чувствами. Он знал, что сегодня удача и провидение на его стороне.

– Ну что, спящая красавица, хорошо вчера повеселился? – встретил его обычный вопрос друга.

– Я учил, Тём. В самом деле, учил.

– Серьёзно?

– Стал бы я с этим шутить. Подобное признание даже вредит моей репутации, – прошептал Дэн, на что одногруппник рассмеялся.

– Значит, сегодня – тот редкий день, когда ты готов.

– Я бы сказал: первый.

– И каково оно? Учиться?

– Ты знаешь, не так страшно, как я себе представлял.

Они подошли к аудитории в молчаливом спокойствии. Счастливые лица студентов, сдавших зачёт, больше не вызывали у Дэна зависти и раздражения. Молодой человек верил, что вскоре может пополнить их ряды.

– Выходит, ты даже не рассматриваешь неудачный исход? – хмыкнул Артём.

– Я бы мог рассчитать вероятность своего успеха, – усмехнулся Дэн, – но не стану. Не люблю загадывать.

Прогнозы, которые тайно строил парень, полностью оправдались. Он ответил. Его не напугали и дополнительные вопросы.

– Ну вот, теперь вы действительно готовы, – многозначительно улыбнулся профессор.

Не будь Дэн так опьянен своей победой, он бы наверняка обратил на это внимание. Но ему было не до того.

Студент скомканно буркнул "спасибо" и выскользнул в коридор.

– Я сдал, Тёмыч! Прикинь, сам. Зацени, – путался в словах Дэн.

Раскрыв зачётку, его друг округлил глаза:

– Стоит отлично.

– В смысле? За зачёт ставят оценку?

– Он дифференцированный, – пояснил одногруппник.

– А, ясно, – усмехнулся студент, – блин, я пятёрок не получал с третьего класса. Эх, видела бы мама. Точно бы разрыдалась.

Артём мягко улыбнулся:

– Я рад за тебя, правда.

– Ну всё, братан, мы обязаны это отметить.

– Не знаю, я…

– Возражения не принимаются, – оборвал его Дэн, – а насчёт бухла не волнуйся. Напою тебя кофейком.


***


Поддавшись уговорам, Артём составил ему компанию, но за всю дорогу не проронил ни слова. Парень никогда не отличался разговорчивостью, но сейчас сильно контрастировал рядом с неумолкающим другом.

Как и в прежние дни, снег валил огромными хлопьями, что искрились в лучах зимнего светила. Они ослепляли пронзительной белизной. И оседая, погружали город в царство безупречной чистоты. Словно за этим и были призваны.

Когда парни дошли, Артём замер перед крыльцом кофейни. Он недоверчиво поглядывал на её вывеску.

– Чего завис? Погнали, – окликнул его Дэн, открывая дверь.

В нос ударил уже знакомый запах жжёных кофейных зерен.

"Как бы к этому не привыкнуть?" – сам себе улыбнулся студент и потянул друга к барной стойке.

– Добрый день, могу вам что-нибудь…

– Можете, – парень решил не затягивать с прелюдией, – два капучино, пожалуйста.

Бариста кивнула, приготовившись разливать "жидкую магию" по чашкам. Дэн повернулся в сторону приятеля, и его улыбка мгновенно угасла. По спине пробежал непонятный холодок.

– Тёмыч, ты в порядке? – за своей радостью он не сразу заметил потерянный вид друга.

Тот сидел бледный, будто увидел ожившего мертвеца.

– Всё прекрасно, – Артём улыбнулся, но как-то механически, словно через силу, – я тут вспомнил, что должен помочь тёте.