Келси Рей
Не дай мне влюбиться

Моим любимый подписчикам

Это для вас:)

Серия «Разбей мое сердце»

Rae Kelsie

Don’t Let Me Fall

© Copyright © Rae Kelsie

© E. Гончарова, перевод на русский язык

© В оформлении макета использованы материалы по лицензии shutterstock.com

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Пролог
Эшлин

Я качаю головой в такт музыке, пока жду зеленого света на светофоре, и вожусь с обогревателем. Несмотря на то что время уже давно перевалило за полдень, температура все равно опускается, и я знаю, что, когда солнце скользнет за горизонт, похолодает еще сильнее. Тем более сегодня последнее занятие у профессора Уильямс, а она любит, чтобы в аудитории было холоднее, чем в Антарктиде. От холода по спине бегут мурашки, поэтому я выкручиваю обогреватель на максимум. Зато это будет последнее занятие на неделе. Я уже готова принять горячую ванну с пеной и полакомиться мороженым. После этой недельки мне просто необходимо время для себя.

И пока я мысленно составляю список предстоящих заданий на занятиях, постукивая пальцем по рулю, ко мне подъезжает большая тачка.

Краем глаза я улавливаю перевязанную руку, лежащую на руле, и точеный подбородок.

Ну… привет.

Стараюсь незаметно вытянуть шею.

Ну ничего себе.

Прочищаю горло и перевожу взгляд на светофор, потому что пялиться грубо, знаете ли.

До сих пор горит красный.

Я несколько раз цокаю языком и возвращаюсь к своим планам, но незнакомец испытывает мое любопытство на прочность, несмотря на усерднейшие попытки не обращать на него внимания. Не в силах ничего поделать с собой, я снова бросаю взгляд на парня. У меня чуть ли слюнки не текут, когда я вижу его силуэт.

На нем темные очки, пухлые губы повторяют слова песни, которую он сейчас слушает. Черные, слегка волнистые волосы убраны от лица, они демонстрируют его загорелую кожу и щетинистый подбородок. Парень смотрит на светофор перед нами и, к счастью, понятия не имеет, что я разглядываю его, хотя и не должна это делать. Я сглатываю.

Кто он? Вроде не встречала его раньше.

Но это и неудивительно. Кампус университета Лос-Анджелеса немаленький, но, когда твой парень в хоккейной команде, да и вообще золотой мальчик всея университета, волей-неволей знакомишься с людьми. Со многими людьми. Особенно с симпатичными. Клянусь, они сбиваются в отдельные группы.

Но этот парень?

Я склоняю голову, продолжая внимательно разглядывать его. Нет, я точно его не знаю.

Если бы я видела его в кампусе или в доме Тейлора на одной из вечеринок Тео, я бы точно запомнила этого парня. Уверена, что запомнила бы. Он же симпатичный. Очень симпатичный.

Его губы растягиваются в улыбке, будто он читает мои мысли, а потом парень смотрит вниз, на свои бедра. Я перевожу взгляд на светофор, на котором все еще горит красный, и вновь сосредотачиваю внимание на незнакомце.

Он пишет кому-то?

Телефон пищит, оповещая об уведомлении, от этого назойливого звука я вздрагиваю, а сердце начинает биться быстрее, словно меня поймали на чем-то постыдном. И, в общем-то, это недалеко от правды. Я достаю телефон из сумки и читаю уведомление. Мои щеки заливаются краской, я тихо ахаю.

Срань господня. Это уведомление от Аирдропа[1]. От пользователя, кого я, скорее всего, не знаю.

Кольт Торн хочет поделиться с вами заметкой.

Кольт Торн?

Кольт Торн – это он?

Я впиваюсь зубами в нижнюю губу, снова переводя взгляд на тачку, но на том месте уже пусто, а на светофоре горит зеленый.

Дерьмово.

Кто-то сзади громко сигналит, отчего мне становится так стыдно, что, по-моему, я никогда этого не забуду. Давлю на газ и проезжаю перекресток, уставившись на конкретную тачку перед собой, пока нерешительность съедает меня изнутри.

Потому что если прислушаться к интуиции, и Кольт Торн действительно тот высокий, симпатичный, темноволосый незнакомец в машине, и он решил отправить мне что-то по Аирдропу, поведу ли я себя безрассудно и прочитаю сообщение? Что, если там дикпик? Или список жертв его недавних убийств? Я ведь совсем не знаю этого парня, а Тед Банди тоже был симпатичным, так что…

Я качаю головой.

«Черт возьми, Эш, успокойся», – упрекаю себя.

Но если я все-таки решусь загрузить это сообщение, то время явно не на моей стороне. Ведь такая функция работает только на определенном расстоянии. Я смотрю на задние фары его тачки, когда парень врубает поворотник, собираясь повернуть направо. Мой палец зависает над кнопкой «Принять» на долгие три секунды. Но любопытство берет верх, и я нажимаю. Открываются заметки и высвечивается текст от незнакомца.

Это сообщение для милой девушки на развалюхе, которая пялилась на меня перед светофором. Надеюсь, это ты.

Ты просто обязана написать мне.

547–555–4119

У меня отвисает челюсть, я устремляю взгляд на дорогу, но машины уже не видно. Наверное, он повернул, пока я читала записку.

А парень-то напористый. Отплачу ему тем же. Я вновь смотрю в телефон, перечитывая текст, и телефон оповещает меня о входящем сообщении. Это от Логана, моего парня.

Я кидаю телефон на пассажирское сиденье так, будто он обжег меня, и выключаю музыку, испытывая слишком много ощущений в этот момент. Мне нужно побыть в тишине. Пока еду домой и паркуюсь на подъездной дорожке, пытаюсь стереть из памяти последние десять минут с тем же усилием, с каким оттирают почерневшую затирку в ванной.

К сожалению, это пустая трата времени.

Потому что, даже несмотря на то, что у меня отношения, я не могу игнорировать то, что это приятно. Когда ты желанна. Когда тобой восхищаются.

Уже несколько лет парни не давали мне свой номер. Возможно, из-за того, что многие из них знают, что я встречаюсь с Логаном, поэтому они просто зря потратят время. И все же.

Парень только что дал мне свой номер. Симпатичный парень.

Действительно симпатичный парень.

От воспоминания мои губы расплываются в нервной улыбке, но я встряхиваю головой и оттесняю это чувство в сторону.

Соберись, Эш.

Неважно, насколько тот парень симпатичный или насколько приятно, что он связался со мной. Я в отношениях. И я не собираюсь рисковать ими ради незнакомца, каким бы привлекательным он ни был.

Я открываю на телефоне сообщение от Логана, а сама нервничаю, не в силах выбросить из головы того незнакомца и продолжать заниматься своими обычными делами.

Логан: Привет! Придешь сегодня?

Нахмурившись, закрываю глаза. Желание продолжать разговор испаряется быстрее, чем я успеваю вообще начать его. Мне даже не нужно спрашивать, о чем говорит мой парень. Я уже знаю.

Я: В следующий раз, ладно? У меня был долгий день, я просто хочу сегодня отдохнуть дома.

Логан: Ну же, детка. Поживи нормальной жизнью хоть немного. Будет весело.

Я: Логан, ты же понимаешь, вечеринки Тео – это не мое.

Логан: А что насчет нас? Я хочу увидеться.

Я: У меня правда была тяжелая неделя. Девушка, которой я помогала с предметом Бьюкенена, отчислилась, поэтому мне нужно найти нового ученика для репетиторства. Уже не говоря о Мие, которая с ума сходит из-за своей половины денег за аренду. Серьезно. Все как-то сумбурно, и у меня болит голова. Я буду рада, если ты придешь и мы посмотрим Нетфликс, но сегодня я бы выбрала вечер попроще.

Логан: Я уже пообещал парням потусить с ними, и не хочу их подводить. Давай. Ты обязана прийти.

Я закатываю глаза и откидываюсь на сиденье, пытаясь сдержать недовольное рычание.

На вечеринках Тео слишком много… всего. Много выпивки.

Много петтинга. Много громкой музыки.

И много головной боли наутро после них.

Я слишком долго избегала вечеринок, и это не очень честно по отношению к Логану. Он продолжает приглашать меня, а я продолжаю отказываться.

И все-таки в отношениях принято отдавать и принимать, так ведь?

Шумно вздыхая, я включаю телефон и быстро печатаю ответ.

Я: В следующий раз, обещаю. Повеселитесь с ребятами. Мы поделаем что-нибудь завтра. Люблю тебя.

Логан: Люблю тебя, детка.

Со вздохом я открываю сообщение от Кольта Торна и удаляю его, и неважно, насколько оно мне льстит.

Я в отношениях. И точка.

1. Кольт

– Как же классно, что ты вернулся, – говорит Тео. – Все будет прямо как в старшей школе. Вечеринки. Девчонки. Выпивка. Хоккей…

Я злобно смотрю на него, и тот оборонительно поднимает руки.

– Ладно. Только вечеринки, девчонки и выпивка. Теперь ты доволен?

– Спасибо, что позволил пожить здесь, – удовлетворенно отвечаю я.

Мы провели весь день за разбиранием моего хлама в свободной спальне на втором этаже дома Тео. Когда мы закончили, вечеринка внизу уже была в самом разгаре. И Тео не очень-то хочет туда спускаться.

– Да ладно, приятель, – друг похлопывает меня по спине и подводит к лестнице, ведущей вниз. – Не благодари. Все мое – твое. Как и всегда.

И он прав. У нас всегда было именно так. Или по крайней мере, до несчастного случая. Мы с Тео и Логаном получили хоккейные гранты на обучение в университете Лос-Анджелеса сразу после старшей школы. Они тут же воспользовались представившимся шансом, а я захотел убраться как можно дальше от этого места.

Когда меня отчислили из колледжа Дикси Текникал, моя мама позвонила своим знакомым из деканата университета Лос-Анджелеса. Оказывается, если рассказать мою слезливую историю нужным людям, они закроют глаза почти на все. Даже на секс-скандал с женой твоего преподавателя.

Но университет Лос-Анджелеса не сравнится с каким-то колледжем. У них и кампус настоящий, и студенты, которыми гордятся, и спортивные сборные, способные победить в соревнованиях. Но я сюда не за спортом пришел, нет.

Ничто не вернет меня на лед. Тем более тонко завуалированные обещания, которые мама дала тренеру Сандерсону.

Пока мы спускаемся, я оглядываю набитый людьми импровизированный танцпол в центре гостиной. Меньшего и ожидать не стоило. Семья Тео купила дом, а этот бог хоккея никогда не отказывался от вечеринок. Для Теодора Тейлора алкоголь, сиськи и хоккей являются таким же топливом, как для ребенка соска, «Дисней+» и сон-час.

Заберите у него что-то одно, и он начнет капризничать. Вот почему сейчас от басов трясется пол, а две блондинки, стоящие в углу, сверлят его взглядами. Люди набились в дом, как селедки в бочке. И почти каждый человек держит красный стаканчик Одиночки, который на местном языке означает, что он свободен, и криво усмехается.

Конечно, пока это не дом Братства, но очень скоро команда сможет его превратить в таковой. И вновь спасибо Тео за это. Он, будучи капитаном команды и одним из лучших игроков на льду, пригласил половину стартового состава поселиться у него. Тренеры дали свое согласие, сказав, что такое сплочение поможет команде. А это значит, что теперь я еще больше напоминаю белую ворону, чем в том колледже.

Сокомандники Тео наблюдают за мной с другого конца комнаты. Они говорят слишком тихо, я не слышу их из-за громкого рэпа, льющегося из колонок. Но мне и не нужно их слышать, ведь я и так знаю: они пришли к такому же выводу, что и все остальные.

Они думают, я конченый человек. Трус.

Считают, что у меня был нервный срыв или что-то типа этого. Что я поступаю эгоистично, пропивая свой талант.

Что я дурак, раз отказался от гранта, который дают раз в жизни, лишь ради того, чтобы спустить свое будущее в унитаз.

Херня это все.

Я не идиот. Даже после стольких лет, проведенных в тени, понятно, что они знают, кто я такой. Однако теперь я не могу оставаться в тени, и неважно, сколько времени прошло. Уверен, что единственная причина, по которой мама сумела уговорить руководство университета принять меня с моими дерьмовыми оценками, в том, что декан понадеялся на то, что я снова выйду на лед.

Как жаль, что его ждет разочарование.

Кстати, неплохая вырисовывалась картина. У меня было бы все. Я ушел бы в профессиональную лигу, если бы отец не посоветовал сначала поиграть за университет. Досадно, что сейчас он сможет заставить меня довести дело до конца. Я был легендой на льду. И это не высокомерие говорит во мне. Это факт. Но я отказался от всего.

– Простите, что не представил вас друг другу до начала вечеринки, – продолжает Тео, поправляя поношенную черную бейсболку на голове и отпивая из красного стаканчика Одиночки.

Он выскользнул из моей комнаты, пока я собирал кровать, вернулся уже со стаканчиком и помог мне уложить матрас.

– Краткая сводка – вон там Депп, Коротыш и Грэйвз, – Тео указывает на кожаный диван в другом конце комнаты, окруженный большой толпой. – Депп занимается петтингом на диване, гигант Коротыш сидит на подлокотнике в свитере с логотипом университета, а Грэйвз – это вон та злобная скотина, что ругается с Салли, его девушкой.

Тео оглядывает открытую гостиную, а затем поворачивается к кухне и к лестнице.

– Логан тоже где-то здесь. Правда, не знаю где.

– Занят парень, – подмечаю я.

– Тебе ли не знать. У него всегда есть чем заняться.

– Получается, он совсем не изменился со старшей школы?

– Не особо, – Тео пожимает плечами и, чуть подумав, добавляет: – Его комната рядом с твоей, а еще у вас общий туалет.

– У него все так же хреново с уборкой? – спрашиваю я.

– Это же старый добрый Логан, – усмехается друг, прижимая стаканчик к губам.

Он отпивает что-то и меняется в лице. Это явно дает понять, что в стаканчике нечто крепкое. Однако Тео все равно отпивает еще.

– Вопросы есть?

– Получается, нас шестеро? – хочу убедиться я.

– Семеро, включая Бэрроуза, но он дома, восстанавливается после операции на колене. Уверен, он заявится позже. Он живет в цоколе вместе с Деппом и Коротышом. Я, ты, Грэйвз и Логан – на втором. Холодильник всегда забит едой. Можно брать все, только если нет бумажки с именем. Некоторые придурки обычно нарушают это правило, так что, если переживаешь за свои объедки, советую завести мини-бар. Домашние дела мы делим между собой. Моя мама сделала для этого таблицу. Она висит на холодильнике, и я уже добавил тебя в нее. Там уборка пылесосом, мытье посуды и все такое.

– Таблица домашних дел? – Уголки моих губ подпрыгивают вверх. Звучит так, что Мама Тейлор сделала бы на самом деле.

В старшей школе мы часто прогуливали уроки, сидя дома у Тео. Когда она заставала нас в подвале, то отказывалась делать нам печенье с шоколадной крошкой до тех пор, пока не закончатся уроки. Но как только часы показывали три, его мама доставала фартук и начинала ругать нас за прогулы, а в это время запах домашнего печенья заполнял кухню. Последствиями прогулов были домашние печеньки и пустые обещания стукнуть лопаткой, если нас застукают еще раз.

Я улыбаюсь, вспоминая это.

Пусть она не могла постоять за себя, но у нее было самое большое сердце из всех, кого я встречал. Удивлен, как сильно я по ней скучаю.

– Ты знаешь, какая она, – закатывает глаза Тео.

Он прав. Я знаю.

– Как у нее дела? – спрашиваю я.

– Ты знаешь Маму Тейлор, – бормочет друг, называя ее по прозвищу, которое мы с Логаном дали ей в средней школе. – Она, кстати, просила передать тебе привет.

– Ей тоже привет, и передай, что я буду придерживаться ее таблицы.

Тео усмехается.

– Хорошо. Потому что я уверен, что ты будешь единственным. А еще не думаю, что вообще должен говорить об этом, но мне все равно, если ты будешь устраивать ночевки, все равно, если станешь курить у себя в комнате, и все равно, если планируешь лежать в джакузи. Одно правило – не делай это в зале. Я не собираюсь быть ничьим папочкой. Они – исключение, – шутит Тео, усмехаясь тем блондинкам, что пялятся на него с другого конца комнаты, и похлопывает меня по плечу. – Рад, что ты здесь, Кольт. Будет весело.

– Спасибо, приятель. Мне приятно.

– Как я и говорил. Все мое – твое. Еще вопросы?

Я отрицательно мотаю головой и потираю шею, осваиваясь на новом месте. Повсюду люди, они забились во все углы первого этажа. И даже несмотря на то, что кухня совмещена с гостиной, свет все же приглушен, мебель сдвинута в сторону таким образом, что создает укромные зоны по краям комнаты. И когда я говорю, что они укромные, то имею в виду, как они идеально подходят тем, кто устал заниматься петтингом на танцполе и решил, что тереться друг о друга на диване намного удобнее.

Мне здесь явно понравится.

Милая рыжая девушка отодвигает миксеры и бутылки и создает пространство на белом гранитном кухонном острове. Как только ее все устраивает, она забирается на него и ложится. Она поднимает футболку, когда рядом с ней появляется знакомое лицо.

– А во‑о-от и человек часа, – бормочет Тео, указывая на Логана.

Логан наливает текилу в пупок рыжей девчонки и выпивает все за раз, прижимая ее бедра к острову, пока та хихикает под ним.

– Кажется, немногое изменилось со старшей школы, – шучу я, разворачиваясь и кивая в сторону компании девушек, танцующих в середине зала. – И так каждую ночь?

– Обычно только по выходным или после игры. Кстати об играх…

– И не мечтай, – перебиваю я.

– Кольт, ты знаешь, я должен спросить.

– И не мечтай, – повторяю я.

– Просто потренируйся с нами. Подумай, какие чувства испытываешь. Тренер Сандерсон…

– Тео, – предупреждаю я сквозь зубы.

– Ладно. Поговорим об этом позже, – вздыхает он.

– Думаю, с меня хватит, – бормочу я.

– Возьми выпить. Ты заслужил, занимался переездом весь день, – Тео снова хлопает меня по плечу, тем самым закончив лекцию, которую он, скорее всего, готовил с того момента, когда я спросил, могу ли пожить у него.

Тео оставляет меня наедине с собой, растворяясь в толпе, но я вижу, как он обнимает тех двух блондинок и ведет их наверх.

Старый добрый Логан. Старый добрый Тео.

Я тихо усмехаюсь, наблюдая за ними, а потом иду на кухню и беру из холодильника пиво. Тео прав. Мне нужно выпить. Но не из-за переезда. Из-за моего возвращения. Окруженный воспоминаниями, я сдаюсь.

– Ну привет, незнакомец, – раздается позади меня женский голос.

Холодильник из нержавеющей стали закрывается с мягким стуком, и я разворачиваюсь, чтобы найти обладательницу голоса. У нее темная кожа, густые кудрявые волосы и красные губы, как раз под цвет ее платья. Она потрясающая.

– Привет, – отвечаю я.

– Приветик, – она протягивает мне свою изящную ручку, пока я одновременно поражаюсь уверенностью этой девушки и наслаждаюсь ее парфюмом. – Я Гвин.

– Кольт, – пожимаю руку, чувствуя ее бархатную кожу.

– Приятно познакомиться.

– Взаимно.

– Первый раз здесь? – Гвин чуть высовывает язык, облизывая накрашенные красные губы, и бесстыдно осматривает меня сверху донизу.

– Как ты поняла?

– Ощущение, что я бы запомнила такое лицо. – Она проводит рукой по моей щеке и улыбается. – На кого учишься?

Только я открываю рот, чтобы ответить, как Логан заваливается в комнату и закидывает руку Гвин на плечо.

– Гвиндолен, Гвиндолен, Гвиндолен, – цокает языком он. – Зачем ты достаешь моего друга?

– Друга? – Девчонка вновь осматривает меня, но уже удивленно. – Вы знакомы?

– Да, и уже давно. Так ведь, Кольт? – Логан протягивает руку и увлекает в короткие объятия, хлопая меня по спине.

– Рад видеть тебя, приятель, – отвечаю я.

– Взаимно. Здорово, что ты вернулся. Ты же не заберешь мое место в команде, да?

– Мы оба знаем, что я больше не играю, – смеюсь и мотаю головой.

– Погоди. Ты Кольт… Кольт Торн? – Гвин глядит на меня еще пристальнее, склоняя голову набок.

– Он самый, – ухмыляясь, отвечает за меня Логан. – Увидимся позже, ладно? Я украду Гвин ненадолго. У нас с ней… предварительная договоренность.

– Думаешь, я буду сосать тебе после того, как ты кинул меня в прошлый раз? – фыркает она и перекидывает свои темные густые волосы через плечо. – И не мечтай, Логан.

Гвин делает шаг мне навстречу и ведет пальцем по моей груди.

– А вот у тебя… у тебя есть потенциал.

– Нет, его не интересуют хоккейные зайки, – снова отвечает за меня Логан.

– До того как ты нас прервал, будто бы интересовали, – Гвин облизывает губы.

– Он не такой, – спорит Логан и смотрит на меня. – Братишка, разве я не прав?

– Гвин, ты хоккейная зайка? – Я почесываю подбородок и окидываю Гвин взглядом сверху донизу, сдерживая смешок.

– Мне нравится и хоккей, и хоккеисты.

– И ничего такого в этом нет, – перебивает Логан, кладя ладонь на спину Гвин и придвигаясь к ней поближе.

– Ничего такого, – соглашаюсь с ним. – Наверное, оставлю-ка я тебя хоккеисту. Приятно было познакомиться, Гвин. Еще как-нибудь встретимся.

Сквозь толпу в зале тяжело протиснуться, но, когда я наконец дохожу до лестницы, среди людей вижу Гвин. Она трется о Логана, который прижимает ее бедра ближе к себе.

Видимо, эти двое времени зря не теряют.

И да. Она стопроцентная хоккейная зайка. Когда в следующий раз увижу Логана, обязательно поблагодарю его за предупреждение. С девушками, которые одинаково любят ходить на игры и сексуально удовлетворять всех хоккеистов, все нормально. Это я уже не вписываюсь в такую жизнь. И чем больше дистанция между мной и хоккеем, тем лучше.

Тео прав.

Старый добрый Логан.

2. Кольт

Кофейня «Сцена с бобами» – одно из моих любимых мест в кампусе. Ну, она и «Морская птица». Но бар находится не на территории кампуса, так что не уверен, можно ли его считать.

В этой кофейне делают прекрасный кофе, он не стоит как почка, а само место находится прямо рядом со спортзалом, что делает кофейню просто идеальной для короткого отдыха сразу после того, как Тео надрал мне зад.

– У тебя получается все лучше. – Он падает на металлический стул напротив меня и вытягивает ноги.

– Рад, что помогаю тебе оттачивать твои тренерские способности.

– Врать не буду. Приятно снова иметь возможность надрать тебе зад. Мы тебя натаскаем и подготовим к командной игре, ты даже глазом моргнуть не успеешь.

– Ага, потому что именно этого я и хочу, – фыркаю я и отпиваю кофе.

– Эй, девчонки любят такое.

– Думаешь, мне нужен хоккей, чтобы заняться с кем-то сексом? – с вызовом бросаю я.

Он смеется и пьет холодный мокко со взбитыми сливками. Клянусь, этот парень так же жаден до сладкого, как его член до девушек.

– Нет, но это тоже не повредит. Приятель, повсюду хоккейные зайки, – Тео мычит и прикрывает усмешку ладонью, когда одна из таких игриво машет ему из-за стойки.

– Я заметил, – хмыкаю я, игнорируя девушку. – Сколько прошло с моего переезда? Месяц?

Он переключает свое внимание с бариста и кивает мне.

– И с тех пор у меня не было ни одной ночи без подслушивания того, как Логан занимается сексом в своей комнате. Мне было бы все равно, если бы звуки издавали девушки, но ведь Логан сам звучит, как умирающий лось. – Меня передергивает, а Тео смеется.

– Ага. Почему, думаешь, комната была свободна до того, как ты въехал?

– Спасибо за предупреждение. – Я вновь отпиваю кофе с сахарозаменителем и качаю головой.

– Виноват. Думаю, он пользуется каждым случаем, раз уж его девушка сильно занята в последнее время.

– У Логана есть девушка? – Я замираю, а потом ставлю чашку на стол.

– У Логана всегда есть девушка, – напоминает Тео. – Ты же знаешь, какой он.

– Верно, – уступаю я. – Наверное, я просто предполагал, что он перерос это.

– Даже не собирался. И даже то, что его девушка просто святая, ничем не помогает. Вспомнишь солнышко, – бормочет Тео, кивая в сторону двери.

Логан входит, его ладонь покоится на спине милой блондинки. К черту. Милая – это еще мягко сказано.

Дерьмо. Это та девушка с улицы.

Она похожа на куклу. У нее большие голубые глаза и надутые губки. Она чертовски красивая.

Невинная.

Неприкасаемая.

– Это она? – спрашиваю я, игнорируя то, как сердце заходится в груди.

– Ага, это Эшлин, – подтверждает Тео.

Склонив голову, я медленно перевожу взгляд от ее длинных стройных ног на почти серебряную кожу, которую видно между рубашкой и джинсами, когда она одергивает края темной куртки и прикрывается ей.

– Почему я не видел ее в доме?

– Потому что она ненавидит вечеринки. Они появляются вместе только у нее дома, в SeaBird или в кампусе. Зайки знают, что там клеится нельзя.

– Очень удобно, – усмехаюсь я и устраиваюсь поудобнее на стуле.

Закидывая локоть на спинку, я изучаю свою влажную мечту, стоящую передо мной. Она заправляет волосы за ухо и улыбается Логану, пока тот расплачивается перед бариста, которую я видел прошлой ночью, когда та выходила из его комнаты.

– Ты правда считаешь, что она не знает, как он каждую ночь занимается сексом с разными девушками? – спрашиваю я.

– Ты ведь знаешь, он золотой мальчик.

– И все же, – спорю я. – Она и правда такая наивная?

– Логан умеет заметать следы. Он показывает людям только то, что хочет.

– Выходит, она точно наивная, – бормочу я, удивленный собственным разочарованием.

– Может, не наивная. Просто слишком доверяет ему, – гримасничает Тео.

Я подавляю смешок и отпиваю еще глоток кофе, пока Тео продолжает защищать ее.

– Ее вины в этом нет. Девчонки знают, что если проболтаются, то никогда больше не получат своего хоккеиста. А парни знают, что лезть им не стоит, иначе на льду он будет тем еще мудаком. К тому же это не наше дело, какой бы милой она ни была, – поясняет Тео. – Эшлин другая. Она рада дать Логану личное пространство. Она не навязчивая, умеет держать себя в руках, за исключением того, что касается самого Логана. И она не хоккейная зайка, потому что даже на игры его не ходит.

– Опять же удобно, – указываю я.

Тео кивает, трубочкой перемешивая взбитые сливки с остатками кофе.

– Опять же… другая, – повторяет друг и отпивает. – Эшлин с ним не потому, что он талантлив в хоккее.

– Тогда почему? – шучу я. – Я-то думал, это единственный его козырь.

– Сам ее спроси, но будь осторожен. Как я и говорил. Другая, – сухо смеется Тео, качая головой.

– Насколько другая?

– Потрясающе красивая, пусть сама об этом и не подозревает. Умная. Она отводит время, чтобы репетиторствовать для студентов и не заставлять их чувствовать себя тупыми. И чертовски верная. Логану может быть все равно, если ты заговоришь с ней, потому как он знает, что ты ничего не сделаешь, хоть ты и любишь вести себя как мудак. Но Эш? Нет, она даст тебе знать, что ты не на ту напал, если ей не понравится твое внимание.

– Кому может не понравиться мое внимание? – с улыбкой спорю я.

– Я не говорю, что ей точно не понравится. А лишь утверждаю, что она верная. К тому же Эшлин уже распланировала свое будущее с нашим приятелем. На первом курсе он чуть ли не пометил ее как пес.

– И они так долго вместе? – Мои глаза широко распахиваются.

– Ага. Но связываться с другими девчонками он начал только пару месяцев назад. И на вечеринках так безбашенно себя не вел до недавнего времени. Неважно. Парни не настолько тупые, чтобы даже подойти к ней. Они в курсе, что Логан отобьет у них все желание, да и в целом они только время потратят. Как я и говорил, она по уши влюблена в него.

– Вызов принят, – я вновь смотрю на девушку и почесываю щетину.

– Не будь мудилой, – предупреждает Тео.

– Ты знаешь, я просто дурачусь.

– Ага. В этом и проблема. Логан тебе зад надерет, – ухмыляется он и вытягивает ноги.

– Нет, переживет.

– Надерет, – настаивает, прикрываясь кружкой.

– Если Логан такой бесстрашный, что открыто изменяет ей на вечеринке, он заслуживает того, чтобы я связался с ней, – я смеюсь вместе с Тео.

– Ты все еще мудила, – снова возражает он.

Я улыбаюсь уголками губ и допиваю остатки кофе.

Он прав.

3. Эшлин

Мне не стоило приходить.

Это плохая идея.

– Это плохая идея, – бормочет стоящая рядом Мия, будто читая мои мысли.

Мы пялимся на знаменитый дом Тейлора, но не двигаемся. Он из красного кирпича, с цветными ставнями, совсем как в фильме «Один дома», и все в нем кричит о том, что это обычный для окраины города дом. Иронично, ведь он похож на холостяцкую берлогу больше, чем любой из домов братства.

Где лучшие вечеринки?

У Тейлора дома.

Где лучший алкоголь?

У Тейлора дома.

Где самые сексуальные хоккеисты?

У Тейлора дома.

От неприязни я морщу нос. И все же Логан живет здесь почти полгода. Он настаивает: это потому, что его тренерам нравится объединять команду совместным проживанием, и совсем не потому, что хоккейные зайки любят проскальзывать сюда в любое чертово время суток. Но что я в этом понимаю?

Логан не виноват. Он хоккеист. А девчонки-поклонницы идут в комплекте. Но это не значит, что мне все должно нравиться.

«Доверие, – напоминаю себе. – В каждых хороших отношениях есть доверие».

И я доверяю Логану. Он всегда был прекрасным парнем. Приходил ко мне с цветами. Приносил шоколад и мороженое, когда у меня были месячные. Всегда планировал особые свидания на наши годовщины и мои дни рождения.

Он буквально золотой мальчик университета Лос-Анджелеса.

Который живет в борделе.

Я глубоко вздыхаю, беру Мию за руку, и мы идем внутрь.

– Серьезно. Нам стоит уйти, – бормочет Мия, но все равно идет рядом.

– Он уже месяц просит меня прийти, – бросаю я через плечо. – Это меньшее, что я могу сделать, ведь он пропустил так много вечеринок, чтобы потусоваться у нас. К тому же все будет хорошо.

Бас, льющийся из колонок, практически заглушает мой голос, когда мы переступаем порог.

– Нет, не будет, потому что он может просить тебя прийти, хотя на самом деле не ждет твоего появления.

– Он говорит, что скучает по мне.

– Если бы скучал, то пришел бы к нам домой, вместо того чтобы зависать в борделе Тейлора.

– Первое. Он всегда приходит к нам.

– Не в последнее время, – бормочет Мия.

– И два, – продолжаю я, игнорируя ее, – он член команды.

– Это означает, что он должен участвовать во всех их тусовках? – с вызовом бросает она, уперев руку в бедро.

– Это означает, что нет ничего такого в том, что Логан хочет провести выходные с друзьями вместо того, чтобы постоянно прятаться у нас дома. И ты это знаешь.

– Я знаю, что в конце концов ты останешься ночевать здесь, а мне придется вызывать такси до дома, – спорит она. – Вот что я знаю.

Я кидаю ей свои ключи.

– Можешь поехать на моей машине. Уверена, Логан согласится утром подбросить меня до дома. Если я, конечно, останусь, – поясняю я, поворачиваясь боком, когда две блондинки чуть не сбивают меня с ног прямо в коридоре.

– Если, – фыркает Мия. – Ага, конечно. Если ты останешься. Врать не буду, Эш. Понятия не имею, как ты убедила меня прийти сюда, если мы могли остаться дома и посмотреть буквально любой сериал вместе с Кейт.

Я раздуваю ноздри, когда она описывает вечер мечты с участием еще одной нашей соседки, Кейт.

– Слушай. Ты прекрасная подруга, и я тебя обожаю. Но, пожалуйста, давай сегодня без лекций. Особенно если ее будешь читать ты, – негромко говорю я, оттягивая Мию в темный угол.

Она хмурится и переводит взгляд на толпу в гостиной, выискивая глазами своего бывшего, которого она избегала, как чуму, с тех пор, как бросила его.

Мия познакомилась с Коротышом, также известным под именем Брэдли Аккерман, через Логана. Было весело ходить на двойные свидания. Но сказать, что их расставание было сумбурным, значит ничего не сказать. Тот факт, что она удосужилась прийти сегодня со мной, доказывал то, какая она отличная подруга. Я сжимаю руку Мии в благодарность за ее присутствие и помогаю найти признаки присутствия Коротыша, чтобы держаться от него подальше. Это меньшее, что я могу для нее сделать.

Всю мебель отодвинули к стенам, чтобы оставить пространство для танцев. Или петтинга. Одно и то же.

К счастью, Коротыша нигде не видно.

Я ненавижу вечеринки Тео. Логан тоже, но раз уж все его друзья собираются здесь, вечно избегать их не получится.

– Я хорошая подруга, и я люблю тебя, – еле слышно бормочет Мия.

– И я никогда этого не забуду, – обещаю ей. – Пойдем. Давай найдем Логана.

– Логан! К тебе твоя девушка пришла! – кричит знакомый голос, когда я веду Мию сквозь толпу.

Коротыш сидит на диване и обнимается с девушкой, с которой мы вместе ходим на химию. Увидев Мию, он фальшиво улыбается, встает с дивана и машет ей.

– Пойду найду Логана. А потом мы поговорим.

– Не хочу я говорить, – мотает головой она.

– Мия, – начинает Коротыш, но я прерываю его, поднимая голову, чтобы посмотреть ему в глаза, и встаю между ним и Мией.

– Эй, Коротыш. Я обещала подруге вечер без драмы. Прошли месяцы, каждому ясно, что ты стал двигаться дальше… – Я указываю на девицу на диване. – Так что будет прекрасно, если ты позволишь Мие сделать то же самое.

Он злобно смотрит на меня, сбрасывая свою маску непринужденности и обнажая истинное лицо мудака, который разбил сердце моей лучшей подруги. Он протискивается мимо нас и уходит наверх.

– Спасибо, – Мия расслабляет плечи и указывает на кухню. – Пойду возьму выпить.

Белый гранитный остров заставлен стаканчиками, бутылками ликера и банками газировки. Мия берет «Спрайт» и дрожащими руками щедро плескает себе джина.

Я хмурюсь, злясь на то, как присутствие Коротыша повлияло на нее.

– Ты в порядке? – спрашиваю я.

– Ты сказала, его здесь не будет.

– Я не знала. Логан сказал…

– Логан мудак.

– Он не мудак, – я вздыхаю, потирая переносицу.

По крайней мере, обычно он не мудак. Я не настолько наивная, чтобы задаваться вопросом, соврал ли он насчет Коротыша только для того, чтобы я пришла, или нет. А что, если это действительно так? Уже хочется влепить ему пощечину.

Все раздражает. И разочаровывает. И заставляет упереть руки в бока. Я беру джин со «Спрайтом» у Мии из рук, отпиваю большой глоток и отплевываюсь, когда жидкость обжигает горло.

– Черт, Мия, – задыхаюсь я, отдавая ей стаканчик.

– Прости, – она смеется и немного отпивает.

– Я в ванную. Встретимся через пару минут.

Она кивает, и я иду к темному коридору, где находится ванная первого этажа.

Я с визгом останавливаюсь.

Девушка прижалась спиной к двери ванной, голова откинута назад. Она стоит прямо у меня на пути. Ее глаза закрыты, волосы, собранные в свободный хвост, растрепались, она хныкает, пальцами зарываясь в черные, волнистые волосы парня, который кусает ее шею. Он поворачивает голову, пальцами забираясь под ее черную маечку. Он лапает ее. На людях. Ладно, не совсем на людях, просто в темном коридоре первого этажа. Но он точно массирует ее грудь, а я точно пялюсь.

Мое дыхание прерывается, я чуть отступаю назад. Я слишком удивлена, чтобы отвернуться, хотя знаю, что должна. Мне привычно видеть, как люди увлекаются друг с другом в доме Тейлора. Это одна из причин, почему я редко прихожу на вечеринки. Но это? Что-то совсем другое. Более горячее. Более похотливое. Будто ничего больше не существует. Они слишком увлечены, чтобы замечать кого-то еще.

И это странно, но я скучаю по такому.

Желание, что дополняет секс. Но думаю, когда у тебя был только один партнер, не стоит удивляться, когда желание превращается в комфортную рутину.

Мягко простонав и зажмурившись, девушка давит на грудь парня и разворачивает его, прижав спиной к двери. И теперь я вижу его лицо.

Дерьмо.

Это тот парень в тачке. Тот, что отправил мне свой номер.

Его ухмылка словно делает со мной что-то невероятное, пока он осматривает меня сверху донизу, а его партнерша, которая не знает о моем присутствии, поднимает его футболку и гладит убийственно накачанный пресс парня. Серьезно. Он в ударе. Он, наверное, в команде. Зубы у него, конечно, все на месте, но все в нем кричит об уверенности и высокомерии. Все как у всех хоккеистов, которых я когда-либо встречала. Любопытство берет верх, и я оглядываю каждый сантиметр мужского тела. Во всяком случае, это его распаляет.

Кто этот парень?

Руки девушки кажутся такими бледными на фоне его загорелой кожи и тонкой дорожки волос, ведущей к его…

– Присоединишься? – спрашивает он.

Его приглашение – насмешливый рык, который он издает, наблюдая за мной.

Моргнув, я прочищаю горло и мотаю головой.

– Я просто… – Облизываю губы и избегаю его взгляда.

Ох ты ж черт.

Он подловил меня на том, что я пялилась на его пах?

Мне надо убираться отсюда на хрен.

– Ты просто что? – с вызовом спрашивает он, пока девушка продолжает целовать его шею.

Она либо слишком пьяна, чтобы осознать, что я здесь и ее парень говорит с кем-то, либо слишком возбуждена, чтобы это ее волновало.

Ставлю на второе.

С таким-то парнем? Его руки на ее талии. Его высокомерная ухмылка. Я вижу, насколько он привлекателен.

Когда я понимаю, что он все еще ждет от меня ответа, то возвращаюсь в реальность.

О чем он спросил меня?

Ох. Точно.

– Я просто хотела зайти в ванную, – заканчиваю я, заставляя себя посмотреть ему в глаза, о чем тут же жалею.

Темные глаза. Сильная, щетинистая челюсть. И все та же высокомерная ухмылка, отчего в моей голове звенят маленькие тревожные колокольчики.

Он смеется, и от этого звука у меня в животе все сжимается. Он берет девушку за талию и оттягивает ее на пару сантиметров вправо, оставляя небольшое пространство для того, чтобы я протиснулась в ванную мимо них.

– Миледи, – говорит он, его тон пропитан сарказмом.

Я обращаю внимание на его руки, что все еще находятся под майкой девушки. Я надуваю губы, будто съела что-то кислое.

– Ну что за джентльмен.

Но когда я пытаюсь протиснуться мимо него, он хватает меня за предплечье свободной рукой и удерживает, его прожигающий взгляд не дает отвести глаза, воспламеняя все внутри меня.

– Ты и представить себе не можешь, – шепчет он, приближаясь.

Только тогда он отпускает меня, и я прячусь в ванной, как напуганная мышка. Я покраснела, все лицо горит. Чувствую это, когда дотрагиваюсь до него, и прислоняюсь к двери, ощутив слабость в коленях.

Что за херня только что произошла?

4. Эшлин

После туалета я плескаю холодную воду себе на лицо. Меня разрывает от любопытства: я хочу узнать, вдруг он все еще там. Все еще ждет.

До сих пор лапает девушку в коридоре. Тот самый сексуальный незнакомец, с которым мы вместе стояли на светофоре. Тот, что отправил мне свой номер.

По всей видимости, он не очень-то обиделся, когда я не написала ему. Ему все равно.

Вот почему я не прихожу в дом Тейлора. Почему не люблю знаменитые вечеринки Тейлора. Поздние ночи. Случайные оргии, которые, конечно же, не происходят за закрытыми дверями.

«А твой парень живет здесь», – напоминает мне голосок.

Я убираю волосы от лица и распахиваю дверь с полной готовностью принять что угодно, что находится по ту сторону. Но коридор пуст.

Стряхивая с себя осознание, я возвращаюсь на кухню с ужасным желанием выпить чего-нибудь в надежде, что это сотрет из моей памяти произошедшее в коридоре, потому что я не хочу вновь переживать это.

Мне стоит уйти.

Но я обещала Логану, что приду.

А я всегда держу свое обещание.

– Эй, детка. Ты в порядке? – спрашивает знакомый голос, когда его обладатель замечает, как я пялюсь на шведский стол с алкоголем прямо передо мной.

– Привет, – я смотрю на Логана и улыбаюсь.

Его светлые волосы растрепались, вызывая в памяти образ незнакомца в холле и то, как его подружка проводила по ним руками. Понимая, что я пристально разглядываю его, Логан зарывается пальцами в шевелюру и приглаживает ее, тут же хватает меня за бедра и притягивает к себе.

– Детка, я так скучал.

– И я по тебе скучала, – я целую его в губы. – Где ты был?

– Играл в бильярд в комнате отдыха.

– Ты же ненавидишь бильярд.

– Парни уговорили сыграть партию. Принести тебе выпить?

– Ну давай, – говорю я, окинув взглядом множество вариантов, расставленных по всему кухонному острову.

Когда Логан начинает готовить напиток, от которого утром точно будет болеть голова, меня охватывает странное чувство, отчего по спине бегут мурашки. Я осматриваю переполненную гостиную в поисках того, кто так влияет на меня. И сразу встречаю взгляд тех же темных, гипнотизирующих глаз, что и в коридоре. Ту же сильная челюсть. А вот девушки нет. Я мрачнею, заставляя его скривить губы, будто он может читать мои мысли.

И это только подогревает мое раздражение.

Парень – ходячий секс в футболке и джинсах. И он пялится на меня. Бесстыдно. Во всяком случае, мои короткие взгляды только распаляют его. Внизу живота все скручивает от предвкушения. Я испытываю ужасное чувство вины, когда Логан протягивает мне напиток, разрушая ту связь, что установилась между мной и незнакомцем.

– Все в порядке? – спрашивает Логан. – Ты покраснела.

– Я в норме. – Я беру стаканчик и выпиваю половину содержимого, кивая на нового парня и не глядя на него. – Кто это?

– Кто? – Логан осматривает комнату.

– Новый парень.

– Кто? Кольт? – Он вновь оборачивается.

Кольт.

Ага.

Это точно тот самый парень, что отправил мне свой номер.

Я слежу за незнакомцем поверх стаканчика и ловлю его на том, что он все еще не сводит с меня взгляда с той же язвительной ухмылкой.

Логан понимает, кого я имею в виду, смеется и обнимает меня за плечи, целует в щеку, явно показывая незнакомцу, что я занята.

– Ага. Это Кольт. В старшей школе мы с Тео дружили с ним. Он только перевелся.

– Оу. – Я вновь кидаю на него взгляд.

Кольт все еще наблюдает за мной. Любопытный. Уверенный. Непоколебимый.

– А почему он пялится? – Громко сглотнув, я поворачиваюсь в объятиях Логана, оказываясь спиной к Кольту, но все еще ощущаю на себе его пристальное внимание.

– Видимо, ему нравится то, что он видит.

– И тебя это не смущает? – смеюсь я.

– Детка, ты красивая. – Он целует меня в висок. – Я не единственный, кто может насладиться этим. А Кольт – это Кольт.

– О чем ты?

– О том, что он любит забираться людям в голову. Давай. – Логан берет меня за запястье и тянет к лестнице. – Пойдем в мою комнату.

– А как же вечеринка? – спрашиваю я.

– Я предпочту завершить ее с тобой, в спальне. Пойдем, – повторяет он.

Но когда я иду за ним на второй этаж, меня охватывает все то же предвкушение. Оглянувшись через плечо, я вижу, что Кольт наблюдает за каждым моим шагом.

И я ненавижу то, что заметила это.

5. Эшлин

Тихо зевнув, я прикрываю рот и перекатываюсь по кровати Логана поближе к будильнику. Я щурюсь, различая красные цифры на часах, что отчетливо выделяются в темной комнате. Три часа утра, несмотря на то, что я сказала Мие, что хотела бы провести эту ночь в своей кровати. Но пока мы занимались с Логаном любовью, она уже смылась, а мой парень слишком устал, чтобы отвезти меня домой. Он был занят учебой и тренировками, поэтому я не могу его винить.

Иногда я все еще чувствую, что странно все это. Быть здесь. Представлять наше совместное будущее. Как на первом курсе мы пообещали друг другу быть вместе навечно и как мы действительно воплощаем это в жизнь, даже несмотря на его статус звезды хоккея и мой не-очень-то-популярной девушки.

Бывает, мне все еще сносит крышу от осознания, что он выбрал меня. Меня. Из всех. Всех девчонок в университете. Всех хоккейных заек, которые ходят на его игры. Это нереалистично. Невероятно. Но иногда это парализует меня, заставляет ждать чего-то будто бы неизбежного. Момента, когда Логан устанет встречаться с соседкой и захочет променять ее на модель из «Виктория Сикрет».

И он может.

Ему суждено быть великим. И проблема в том, что… он знает об этом.

Логан изменился с нашей первой встречи. А я не настолько наивная, чтобы отрицать это. Он не стал хуже, но теперь он… другой. Более уверенный, что ли. Он все еще прекрасный принц для меня. Но теперь более занятой, особенно в последнее время. Ощущение, что мы почти не видимся. Надеюсь, с окончанием хоккейного сезона все уляжется, но не скажу, что я жду этого, затаив дыхание. Между тренировками, играми, университетом и работой его жизнь буквально кипела. Как и моя.

Поэтому то, что я осталась, только к лучшему. Вот бы еще поспать хоть немного.

Со вздохом я выбираюсь из-под одеяла Логана и встаю с кровати.

Мне нужно поспать.

Но я не могу выключить свой мозг.

Потирая свои не-такие-уж-и-уставшие глаза, я беру футболку из стопки свежих вещей в изножье кровати, надеваю ее и, стараясь не издавать ни звука, спускаюсь на кухню.

В доме наконец-то тихо. Все уснули либо в своих комнатах, либо на диванах, либо наконец разошлись по домам после долгой ночи на вечеринке.

Пожевывая нижнюю губу, я разглядываю захламленную кухню так, будто это другая планета.

Не знаю, почему в доме Тейлора я до сих пор чувствую себя чужой. Неважно, что Логан живет здесь уже полгода. Неважно, что я бывала здесь кучу раз. Но сейчас? Посреди ночи? Когда в доме тихо и почти мирно? Ощущения совсем другие. Будто я попала не на ту территорию. Будто здесь мне не место.

Шумно выдыхая, я открываю холодильник из нержавеющей стали и ищу что-нибудь попить, когда какой-то тихий скрип заставляет меня подпрыгнуть от удивления.

Спина холодеет, но я поворачиваюсь ко входу на кухню и вижу, как симпатичный парень, одетый лишь в серые штаны, пристально смотрит на меня.

Это он.

Новый сосед.

Кольт.

Свет из открытого холодильника освещает черты его лица, отбрасывая тени на сильную челюсть и выгнутую бровь, пока он глядит на меня. Его, кажется, это забавляет, как и раньше, и я понятия не имею, почему.

Я сглатываю и натянуто улыбаюсь ему.

– Привет. Прости. Не думала, что кто-то еще не спит. У парней обычно очень крепкий сон, так что… я, эм. – Я тычу большим пальцем через плечо на открытый холодильник. – Я, эм, захотела пить и…

Он молчит, скрестив руки на груди, играя мышцами и наслаждаясь наблюдением за тем, как я поеживаюсь.

Он же уже наблюдает, как она это делает. Очень странно.

Я никогда так не отзывалась на человека. Особенно телом. Словно каждый сантиметр моей кожи знает все о парне в паре метров от меня. Словно я чувствую его. Его внимательный взгляд. Ощущение его кожи под пальцами, если бы я осмелилась его тронуть. Он выдохнул бы, и почему-то именно сейчас я представила все это.

Это нервирует меня.

Это так неприлично.

Вслепую я залезаю в холодильник и берусь за первую же ручку, какую нахожу, доставая графин апельсинового сока.

– Я, эм… – Мой голос снова затихает, пока я пытаюсь сохранять спокойствие, в то время как чертовы бабочки атакуют мой живот изнутри.

Я разворачиваюсь и открываю темные шкафчики, выискивая стакан, пока держу графин сока другой рукой.

Стаканчик. Стаканчик. Где сраный стаканчик?

Мне не нужно нервничать. Я уже находилась рядом с полуобнаженными парнями раньше. Ладно. Я была рядом с полностью обнаженным Логаном, и что с того? Мужчины и я? Мы никогда особо не дружили.

Вот почему я рада, что нашла Логана. Он был звездой хоккея. Сексуальный парень, который ходил по разным местам и предложил водить с собой хорошенькую и правильную девушку, еще и книжного червя в придачу.

Вот почему я точно не должна пускать слюни на его соседа. Я смотрю через плечо и вижу, что он все еще наблюдает за мной.

Просто прекрасно.

– Стаканы, – спрашиваю я, устав искать. – У вас есть еще стаканы?

– Ой, потому что ты хочешь пить? – повторяет Кольт, его голос пропитан сарказмом.

Я бросаю на него короткий злобный взгляд, но продолжаю искать. В тихой кухне деревянные шкафчики гремят как цимбалы, когда я открываю и закрываю ближайшие к раковине дверцы. Вся нижняя полка пуста, а из-за того, что я чуть выше ста шестидесяти сантиметров, максимум, что я могу, – это всего лишь взглянуть на верхнюю полку. Встав на носочки, я вслепую дотягиваюсь до нее с острым желанием скорее убраться отсюда, когда тепло вдруг растекается по спине.

– Ты так и не написала мне, – хрипло шепчет он.

Он стоит позади меня, не касаясь. Но я все равно чувствую его… его тепло. Черт, я чувствую его запах. Он растворяется в воздухе. Он пахнет мускусом, как мужчина, и… я задерживаю дыхание, подавляя желание обнюхать его как собака. Мужская сильная рука достает стакан с верхней полки.

Стекло тихо звякает о гранит, когда он ставит стакан на остров и ведет ладонью по моей руке. Его пальцы щекочут мою чувствительную кожу, колени подкашиваются, пока он берет сок из моих рук и снимает зеленую крышку. И пока я стою, затаив дыхание, он плескает мне сока в стакан.

На коже выступают мурашки, я сосредотачиваюсь на его сильных руках, когда он подает мне стакан. Все мои чувства отзываются на симпатичного парня, стоящего позади меня, который буквально прижимает меня к острову. Руки чуть дрожат, когда я забираю стакан и подношу его к губам. Сок сладкий и терпкий, в нем немного мякоти, но я почти ничего не ощущаю. Мои мысли заняты незнакомцем, чье тепло обжигает мою спину. Тем, как его дыхание щекочет мою макушку, его еле уловимый запах дразнит мои ноздри.

Будто понимая, как я близка к срыву, Кольт отступает, давая мне немного личного пространства. Я вновь разворачиваюсь лицом к нему. Прямо сейчас я должна быть расстроена. Или раздражена его присутствием.

Но я уж точно не должна быть любопытна. Но мне любопытно. Ничего не могу с этим поделать. Я никем так не интересовалась. Даже Логану приходилось бегать за мной, чтобы позвать на свидание, и согласилась я не сразу.

Но парень передо мной? Он отвлекает меня.

И это все, что я о нем знаю.

Может, это потому, что он полная противоположность Логана. Там, где Логан кажется прекрасным принцем, там же Кольт кажется плохишом. Логан – блондин, Кольт – брюнет. Логан ниже и коренастее. Кольт – высокий и худой. Но все еще идеально сложен для хоккея. Логан – джентльмен, в то время как его друг…

Я сглатываю и облизываю губы.

Он переключает свое внимание на них, уголки его губ чуть подергиваются.

Он играет со мной, мои пересохшие губы и потные ладони тому доказательство. И он знает это.

Мне нужно убраться отсюда.

– Спасибо, – шепчу я, покачивая стакан в руках, чтобы показать, о чем я говорю.

Он молчит.

Не в силах выдержать его тяжелый взгляд, я смотрю вниз, рассматривая дорожку светлых волос под его пупком.

Нет. Плохая идея, Эшлин.

Я отпиваю еще немного, чтобы смочить пересохшее горло, и натянуто улыбаюсь парню.

– Все еще чувствуешь жажду? – спрашивает Кольт.

Я мотаю головой, тихо и неровно дыша.

Что этот парень со мной делает?

Развеселившись, он забирает стакан у меня из рук, его теплые, но грубые пальцы касаются моих, и допивает его содержимое. Я наблюдаю за тем, как двигается его горло, когда он глотает остатки сока и игнорирует тянущее чувство предвкушения в моем животе.

Потому что это нелепо. Нечего тут предвкушать.

– У меня есть парень, – выпаливаю я, чуть мотая головой.

Не знаю, зачем я говорю это. Оно вырывается само по себе. Сказать честно? Я не уверена, для кого предназначено это напоминание. Неважно, кому я напоминаю, потому что так и есть. У меня и правда есть парень. И сейчас я в его футболке. А он сейчас спит в комнате над нами. Что означает, что я не должна стоять здесь с незнакомцем. Я должна быть наверху. С Логаном.

– Я знаю. Логан, – говорит мне Кольт. – Хороший парень.

Кидаю на него быстрый взгляд, удивляясь тому, что он признал это. Не потому что Логан не хороший парень, а потому что я не привыкла к тому, что его сокомандники говорят об этом вслух.

– И правда, – соглашаюсь я.

– Ага. Иногда ведет себя как мудак, но, эй, разве мы не все такие?

– Ты, кажется, говорил, что ты джентльмен, – спорю я, намекая на нашу встречу в коридоре, но он вдруг зажимает мне рот рукой, чтобы я не сболтнула лишнего.

– Я и есть джентльмен. Особенно по отношению к девушкам в моей спальне, – смеется он и подходит ближе.

– Или в коридоре, – замечаю я.

– Или на кухне, – добавляет он, удивляя меня.

Я открываю рот, чтобы сказать что-то другое, но он останавливает меня.

– Тебе пора, Солнышко.

Солнышко.

Либо он не знает моего имени, либо он даже не удосужился спросить. Хотя ему известно, что я встречаюсь с Логаном, так что…

– Почему? – спрашиваю я, останавливая поток мыслей.

Как же бесит то, насколько интересен парень напротив меня. Но я ничего не могу с этим сделать. Есть в нем что-то. То, что я не могу понять. Я заметила это еще на светофоре, но сейчас, в его присутствии, оно усилилось. Конечно, это потому, что он дерзкий, но мне кажется, это защитный механизм, и я не могу понять, почему.

– Потому как шутить с девушкой моего друга – это одно, а взять ее на кухне – противоречит соседскому соглашению, как думаешь?

– Кто сказал, что я разрешу взять себя? – я сглатываю и спорю, складывая руки на груди и не обращая внимания на то, как футболка Логана скользит вверх по моим бедрам.

– Вот видишь, от этого даже веселее. – Кольт подходит ближе, прижимая мои бедра к острову, берет графин с соком и вновь отступает. – Спокойной ночи, Солнышко.

Он ставит сок обратно в холодильник и уходит, глупые ямочки, что видны над поясом его серых штанов, отвлекают меня.

Что, черт возьми, со мной не так?

6. Кольт

Я загружаю последнюю грязную кружку в посудомойку, включаю ее и ополаскиваю руки. Клянусь, Логан – самый ленивый мудак из всех, кого я встречал. Он будет ждать до тех пор, пока не испачкается каждый прибор, чашка или тарелка. Он знает, что меня это выводит из себя, и я помою посуду за него, если он протянет достаточно долго. Потому как именно это он и сделал вчера, даже несмотря на то, что была его очередь мыть посуду.

Мудак.

Я сбрасываю раздражение и наливаю кофе в последнюю чистую кружку, когда позади меня открывается дверь в гараж.

– Привет, приятель, – я здороваюсь с Тео. – Как зал?

– Хорошо. Тебе стоило прийти. – Дверь в гараж с мягким стуком захлопывается за ним, пока он идет к холодильнику и берет протеиновый напиток.

Я киваю, когда он залпом выпивает густую шоколадную смесь.

Мне стоило. Но я дерьмово спал. Я не мог перестать думать об Эшлин после нашей маленькой перепалки на кухне. Ее мягкая как шелк кожа. Придыхание в ее голосе. Как она выглядела только в одной моей футболке. Я все еще не знаю, как она нашла ее, но жаловаться не собираюсь. Это почти перебивает ощущения от дерьмового оргазма, который мне пришлось подарить самому себе, когда я вернулся в комнату, представляя ее руки.

Почти.

Мне стоило пригласить Софи к себе вчера. Это предотвратило бы многие проблемы, которые возникли после того, как я отшил ее в коридоре. Но я этого не сделал. У меня не было настроения. На самом же деле, у меня не было настроения для нее, и я до сих пор не до конца понимаю, почему.

– Как твоя сестренка? – спрашивает Тео, возвращая меня в реальность.

– Блэйкли? – Я медленно моргаю, ощущая себя так, будто меня ударили кнутом.

– У тебя есть другие сестры?

– У нее все хорошо. А что? – я смеюсь и качаю головой.

– Просто спросил, – Тео прислоняется к кухонному гарнитуру, пытаясь вести себя непринужденно, но этим он только настораживает меня.

– Она скоро поступит к нам, – я сужаю глаза.

– Да?

– Да. Она попросила помочь найти, где ей жить. Блэйкли предложили обучение со спортивной программой, университет ждет ее до осени, так что с соседскими договорами и прочим дерьмом будут накладки, – объясняю я.

– У нас есть свободная комната, – предлагает он, улыбаясь уголком губ.

– Думаешь, я позволю своей младшей сестре переехать в этот дом?

– Вот он, тот брат-защитник, к которому я привык, – Тео от души хохочет.

– Ты винишь меня за это?

– Она та еще заноза в заднице, – напоминает он.

Я смеюсь и еще отпиваю кофе. Он прав.

Блэйкли ругается как сапожник и дерется как боксер, но я бы не ждал ничего другого от девчонки, выросшей с тремя старшими братьями. Мама всегда говорила, что они продолжали заводить детей в надежде, что у них будет девочка, которую можно будет воспитывать как принцессу. А вместо этого получили Блэйк, которая среди парней всегда своя.

Когда мы были маленькими, она просила маму отдать ее на американский футбол, но та записала ее на обычный. Сестра бы тоже ушла в профессиональную лигу, если бы не раздробила колено на второй год старшей школы. Сейчас она учится на физиотерапевта в области спортивной медицины, и, поскольку у университета Лос-Анджелеса одна из лучших программ в США, она разберется с колледжем, который находится рядом с домом нашей мамы, и переведется к нам.

– И правда, – соглашаюсь я. – Заноза, которая скоро будет учиться в университете Лос-Анджелеса, так что я жду, что ты будешь помогать мне отгонять от нее пускающих слюни парней. Как думаешь, справишься?

– Посмотрим. Говоря о занозах в заднице, та девушка, которую я привел вчера. Она уже ушла? Я сказал ей, что мы можем вместе сходить в душ, когда вернусь из зала.

– Нет, я никого утром не видел, – отвечаю я, удивленный собственным разочарованием. – Только ночью.

– Не знал, что она просыпалась, – хмурится он.

– Я об Эшлин.

– Серьезно? – Его глаза распахиваются.

– Ага, – я сдерживаю смех и добавляю: – Она была в моей футболке.

– Что?

Я киваю.

– Как, на хрен, ты это провернул?

– Может, карма, может, еще какое дерьмо, но точно не я. По-твоему, Логан заметил? – отвечаю я, оборонительно подняв руки.

– Сомневаюсь. Он, скорее всего, был слишком занят поиском девушки на ночь.

– Скорее всего, – бормочу я, мое веселье превращается в раздражение.

– Ты поосторожнее там. Понимаю, что ты просто дурачишься, но ты знаешь Логана. Ты не хочешь видеть его плохую сторону.

– Первое: ты прав. Я просто дурачусь. И два: да, я знаю Логана, но и он меня знает. И ему известно, что я не перейду черту.

– Ладно, – сдается Тео, выбрасывая пустую упаковку из-под напитка в контейнер для переработки под раковиной. – Много воды утекло. И как все получилось в выпускной год…

– Знаю.

– Я просто говорю…

– Знаю, – повторяю я, сдерживая нахлынувшие на меня эмоции, ставлю свой кофе на стойку и складываю руки на груди.

– Ты же помнишь, что мы всегда рядом, да? Я, Логан.

Я тупо смотрю в стену за спиной Тео, радуясь, что все, кто спали на диванах, уже ушли.

– Да, знаю. – Я наклоняю голову.

– Хорошо. И если захочешь поговорить…

– Не захочу.

– Хорошо, – повторяет он, чувствуя, насколько я близок к тому, чтобы нагрубить. – Оставлю эту тему, ладно?

Тео замирает до тех пор, пока я не перевожу на него взгляд и не киваю.

– Супер. Пойду найду Энджелу, – добавляет он, довольный тем, что не задел мои чувства.

– А, так зовут твою подружку на ночь? – интересуюсь я, радуясь, что мы сменили тему.

– Может быть.

– Вы официально вместе? – не знаю, почему я удосуживаюсь спросить об этом.

В то время, когда у меня была лишь одна настоящая девушка, и та в старшей школе, Тео было все равно на отношения. Всегда. Он настаивал на том, что он один такой в мире и он ранит чувства слишком многих женщин, если найдет себе кого-нибудь.

Я настаиваю на том, что он придурок.

– Нет. Ты знаешь меня. Один раз, и все. Ну, после тренировок делаю исключение, – он качает головой и подмигивает.

– Мило. Раз уж она в курсе, что спит с плейбоем… – фыркаю я.

– Поверь мне, – он с ухмылкой перебивает меня. – Она точно знала, что получит от сделки, и я даже заплатил вперед. Дважды.

Он вытягивает руки над головой и идет к коридору, но вдруг останавливается, оглядываясь на меня.

– Мы могли бы сделать что-нибудь. Ты, я, Логан. Как в старые добрые.

– Ладно. Я в деле.

– Супер, – он стучит костяшками по стене в коридоре. – Приду через пару минут.

7. Эшлин

Свет из окна Логана просачивается сквозь жалюзи, отбрасывая темные и светлые полосы на его спящее лицо. Он так изменился за годы. Но когда он такой, как сейчас, я практически могу вернуться назад в то время, когда мы только познакомились. Когда все было не так сложно. Когда он не был так занят. Когда мы ходили на настоящие свидания, а не составляли расписание пятиминуток между занятиями.

Я скучаю по тем временам.

Будто почувствовав мой пристальный взгляд, он открывает глаза и сонно улыбается мне.

– Доброе утро, – бурчит Логан.

– Привет.

– Сколько времени?

– Восемь с небольшим.

Закрывая глаза рукой, он протяжно зевает и перекатывается на спину.

– Как спалось? – спрашиваю я, садясь на кровати и потягиваясь.

– Хорошо, – он берет меня за шею и тянет вниз, чтобы украсть поцелуй.

Логан целует мою шею, его рука забирается под футболку и ложится на мою голую грудь. Его глаза полузакрыты, показывая, что он много выпил вчера и так и не отдохнул, даже с утренним светом, просачивающимся через окно.

Я мягко постанываю, перекидываю волосы через плечо и седлаю его, когда ему приходит сообщение. Логан убирает от меня руки и берет телефон с прикроватной тумбочки. Читая сообщение, он улыбается. Его внимание переключается на меня, и он кладет телефон экраном вниз себе на грудь, опускает ладони на мои бедра и мягко отодвигает их с него.

– Эй, детка, – говорит он, целуя меня, но тут же поджимает губы. – Дай мне пару секунд.

– Оу, – я дергаю подол его футболки, которую надела еще ночью, и натянуто улыбаюсь, удивленная тем, что он поставил наше утреннее сексуальное время на паузу. – Ладно.

– Это по работе. Можешь, пожалуйста, спуститься на кухню и сделать нам кофе? Я скоро спущусь. – Отвлеченный, Логан включает телефон, перечитывает сообщение и смотрит на меня, прочищая горло.

– Хорошо. – Я начинаю выбираться из кровати, но он берет меня за руку и притягивает к себе, медленно целуя.

– Люблю тебя, – шепчет он, и я улыбаюсь ему в губы.

– И я тебя люблю.

Когда парень отпускает меня, я встаю босыми ногами на холодный деревянный пол. Я выбираюсь из постели, иду к двери и останавливаюсь возле коридора, вновь оборачиваясь к Логану.

– Сливки и сахар, как всегда?

– Сегодня просто черный. Нужно оставаться в форме ради команды, – он отвечает, не отрываясь от телефона.

Что ж, ладно.

Я открываю дверь спальни, и она захлопывается за мной с тихим скрипом. Сейчас еще относительно рано, по крайней мере для студентов, поэтому я не утруждаю себя поиском одежды. Я спускаюсь по лестнице и иду на кухню.

Забавно, насколько по-разному дом Тейлора ощущается днем и ночью. Сейчас здесь мило. Почти по-домашнему. Голые кирпичные стены, темные деревянные полы, гладкие хромированные акценты и украшения в разных оттенках серого. Лестница идет по левой стороне от входной двери, на второй расположилась гигантская комната отдыха с широкоэкранным телевизором, игровой приставкой и потертым кожаным диваном, который видал времена и получше. Кухня находится напротив двери, за лестницей.

Тихо. Не слышно ничего, кроме мягкого скрипа ступеней, пока я спускаюсь на первый этаж. Запах кофе ведет меня до тех пор, пока я с визгом не останавливаюсь.

Кольт смотрит в окно над раковиной. Мышцы на его спине рельефно выделяются на идеальном торсе и напрягаются, когда он подносит чашку к губам.

– Снова ты, – выпаливаю я и закрываю рот.

Осознав, что он в комнате не один, Кольт поворачивается ко мне.

– Снова ты, – произносит он в ответ.

Те же серые штаны висят на его бедрах, пока он усмехается поверх белого края своей чашки кофе. Наблюдает за мной. Одним взглядом срывает с меня все остатки одежды и приличий, которыми я себя прикрывала, до тех пор, пока я не остаюсь обнаженной. Мой пульс учащается, ладони потеют, но я сжимаю их в кулаки и упираю в бока.

– Ты всегда ходишь по дому полуголый? – спрашиваю я, фыркая.

Его взгляд скользит от моей головы до голых ног и до нежно-голубого педикюра.

– Сказала девушка в одной футболке, – он вновь взглянул мне в лицо. – Мне нравится. Тебе идет.

– Спасибо, – я дергаю подол, радуясь, что Логан высокий, иначе было бы видно мою задницу и я бы очень этого стеснялась.

Соберись, Эш.

– Кстати, я Эшлин, – объявляю я. – Формально мы еще не знакомы.

– Кольт Торн, – кивает он. – Приятно познакомиться, Эшлин.

– Взаимно.

Я перекатываюсь с пятки на носок и складываю руки на груди, думая о том, насколько умно будет сбежать в комнату к Логану. В очередной раз я натянуто улыбаюсь и прохожу в кухню.

– Не против, если я украду немного кофе?

– Все еще чувствуешь жажду? – с вызовом бросает он, прикусывая щеку изнутри, чтобы сдержать свое веселье.

И-и-и мне нужно убираться отсюда.

Но вернуться в комнату к Логану не вариант. Не когда Кольт так смотрит на меня. Будто бросает вызов, чтобы я подошла ближе. Будто он видит, как сильно я хочу сбежать. Будто я чем-то заинтриговала его, и не хочется этого признавать, но я не готова сдаться. Пока что.

Я закатываю глаза, разочаровываясь в себе так же, как и парень напротив, и иду к тому же шкафчику, что и прошлой ночью. К тому, где стоял стакан для апельсинового сока. К несчастью, шкафчик оказался за мускулистым телом Кольта, и этот ублюдок не двигается с места, когда я подхожу к нему.

Он ждет, склонив голову. Ему интересно, что я буду делать дальше.

– Ты не против? – Отказываясь сдаваться, я толкаю его плечом в плечо, чувствуя, как ускоряется мой пульс.

Он отодвигается на пару сантиметров, оставляя мне немного пространства, чтобы я могла открыть шкафчик. Я поднимаюсь на носочки и вслепую шарю рукой по верхней полке в поисках кружки, игнорируя чувство дежавю, немедленно охватившее меня.

Тот же кружащий голову запах. Та же нахальная ухмылка. Те же серые штаны, оставляющие мало места для воображения. Или много, если брать в расчет выпирающий бугорок.

– Не хочешь помочь девушке? – сопя, я указываю на верхнюю полку.

Этот ублюдок даже не пытается скрыть свой злобный смешок от любых намеков, которые я могу ему подкинуть, поднимая кружку и молча протягивая ее мне.

– Думаю, обмена слюной с апельсиновым соком хватит для одного дня, – огрызаюсь я.

– Тогда, похоже, тебе придется подождать своего приема кофеина. – Кольт наклоняет голову в сторону работающей посудомойки рядом с раковиной. – Твой парень вчера забыл помыть посуду.

Я злобно смотрю на него в ответ, не в силах решить, раздражена ли я из-за того, что я не могу выпить кофе, или из-за того, что он явно не одобряет Логана, хотя, да, в чем-то он прав. Логан всегда был беспорядочным парнем, который вместо того, чтобы убираться самому, предпочитал, чтобы за ним убирала мама или его девушка, то есть я.

Не поймите меня неправильно. Логан прекрасный парень, но у всех есть недостатки, и у него это недостаток чистоплотности. Свежее белье, разбросанное по его кровати, служит не самым приятным напоминанием.

Видимо, что-то никогда не меняется.

Мило.

Я не осознаю, насколько близко мы стоим, пока Кольт не смотрит на меня сверху вниз. То же высокомерное веселье трогает черты его лица, видимые над краем его обычной белой кружки, когда он отпивает глоток.

Я явно развлекаю его.

И меня это до ужаса бесит.

Я раздуваю ноздри, когда кто-то на входе прочищает горло, и я резко поворачиваюсь к источнику звука.

– Почему ты в футболке моего соседа? – Логан смотрит на меня, сложив руки на груди, выражение его лица становится жестче.

8. Эшлин

У меня горит лицо, когда я гляжу на белую футболку с красно-черным логотипом университета Лос-Анджелеса. Ну, знаете, ту, что прикрывает мое голое тело. Я поворачиваюсь к соседу с вопросом.

Этот ублюдок прячет ухмылку за кружкой, обводя свободной рукой комнату, будто говоря: «Весь этаж в вашем распоряжении».

– Я не… – окинув его злобным взглядом, я поворачиваюсь к Логану.

– Знаешь что? – обрывает меня Логан. – Я не хочу злиться на тебя. Поговорим позже.

Развернувшись, он идет к входной двери.

Я бегу за ним, боясь объясниться, пока разочарование кипит в моих жилах. Почему Кольт не сказал мне? Почему Логан не дает мне объясниться? Почему я сразу не поняла, что не видела, чтобы Логан носил эту футболку? Я предположила, что это его футболка, раз уж она лежала у него в комнате. Я же не сумасшедшая, если сразу перехожу к такому выводу, так ведь? Я так не думала, но, основываясь на том, как Логан игнорирует меня, надо, видимо, было объясниться.

– Логан, стой!

Он мотает головой и снимает куртку с вешалки возле входной двери.

– Серьезно, постой – Я трогаю его за руку, но он отдергивает ее. – Куда ты?

Я знаю Логана. Я знаю, что он раздражен. Ревнует. Злится. И когда эмоции захлестывают его, он перестает слушать. Ему нужно личное пространство, чтобы успокоиться, в противном случае он не запомнит ни единого моего слова. Но это не останавливает меня от того, чтобы вновь взять его за руку.

– Серьезно, Логан. Я не знала, что это его футболка!

– И что? Она магическим образом сама наделась на твое голое тело? Что за херня, Эш? Ты серьезно? – выплевывает он, злобно глядя на меня.

Его ноздри раздуваются, и он глубоко вздыхает.

– Черт. Прости. Не могу разговаривать сейчас. Голова не на месте.

– Пожалуйста, мы можем поговорить наедине? Давай в твоей комнате? – я оглядываюсь в сторону кухни и понижаю голос.

– Мне надо на работу, – отказывается он.

– Я думала, ты не работаешь сегодня.

– Да? Ну, теперь работаю. Заменяю Кендалл на утренней смене. Я собирался отвезти тебя домой, но сейчас я расстроен и не хочу сказать что-то, о чем потом пожалею. Мне нужно остыть. Сможешь вызвать такси?

– Логан, – выдавливаю я, отчаянно желая объясниться. – Она была у тебя в комнате. Я взяла ее из кучи белья на твоей кровати.

– Детка…

– Наверное, она случайно попала туда, но на что бы ты ни намекал, все это вранье.

– Я не намекаю… – Он раздувает ноздри, но старается не повышать голос в споре.

– В таком случае ты не имеешь права злиться на меня.

– Ты в футболке моего соседа, – огрызается Логан. – Что я должен был подумать, Эш?

– Ты знаешь меня, помнишь? – умоляю я. – Что? Думаешь, я бы упала в чью-то кровать, пусть и была верна только тебе с первого курса? Ты серьезно поверишь…

Меня прерывает звук сообщения на его телефоне.

Сжав зубы, он вырывается из моей хватки и достает телефон, читая сообщение.

– Поговорим позже. Мне пора на работу. Твоя одежда все еще в моей комнате, если захочешь переодеться, – бормочет он, засовывая телефон обратно в карман.

– Логан, – я вновь пытаюсь.

– Позвоню позже, – говорит он, открывая дверь.

А потом он захлопывает ее прямо перед моим лицом.

Что. За. Черт?

Кипя от злости, я возвращаюсь на кухню, где все еще довольный Кольт стоит, прислонившись к дурацкой столешнице, и продолжает потягивать свою утреннюю чашку кофе, словно жизнь чертовски прекрасна. Это бесит меня еще больше.

Я подхожу ближе и с силой толкаю его в грудь, но он не сдвигается ни на сантиметр.

– Что с тобой, на хрен, не так? – злюсь я.

Он рассматривает меня сверху донизу, заставляя почувствовать себя обнаженной, пусть я и знаю, что полностью прикрыта его футболкой.

Его. Чертовой. Футболкой.

Я скриплю зубами и складываю руки на груди, готовясь пощечиной стереть ухмылку с его лица.

– Все со мной так, – говорит он в ответ, закончив рассматривать меня в своей одежде.

– Почему ты не сказал мне, что я надела твою футболку? Ты мог бы сказать прошлой ночью или утром, черт возьми, – выплевываю я.

– Не мое дело говорить тебе, что ты носишь мои вещи. Это обязанность твоего парня. – Его веселье растворяется, когда он ставит кружку кофе на гарнитур позади него.

– Он заметил, что я надела твою футболку. Как думаешь, почему он разозлился на меня? Мы с тобой незнакомы. Зачем ты… – смеюсь я, но в моем смехе нет веселья.

– Раньше не были знакомы, – рычит он, отталкиваясь от гарнитура. Он наклоняется надо мной, его дыхание обдувает мои щеки, а верхняя губа кривится в отвращении. – Ему стоило заметить прежде, чем ты вышла из комнаты. Прежде, чем ты спустилась. Прежде, чем он понял, что другой парень заметил тебя и ему это не понравилось. Так что скажи мне, Солнышко, почему он не заметил, что ты в моей футболке прежде, чем ты вышла?

Ответ застревает в горле. Я не знаю, что сказать. И даже если я не хочу это признавать, я знаю, почему он ничего не сказал. Он был отвлечен. Он писал кому-то с работы. Он был слишком занят, чтобы заметить.

У меня нет возможности признать правду вслух, потому что Кольт приближается ко мне, одним только знакомым взглядом держа меня в заложниках.

– Рассказать секрет, Солнышко? – Язык показывается между его губ, взгляд останавливается на моих губах, а потом возвращается к глазам. – Я бы заметил.

Он уходит, но останавливается возле лестницы.

– И ты права. Мы с тобой незнакомы. Но я разрешу тебе оставить футболку себе. Она тебе идет.

Кольт исчезает за углом и скрывается из поля моего зрения, уходя на второй этаж.

9. Кольт

– Давай, приятель. Еще раз. Все получится, – говорю я, видя Логана, тягающего штангу в зале.

Он лежит на скамье, его грудь тяжело вздымается, когда он вновь сгибает руки, подчиняя себе 136 килограмм.

На его лбу проступает пот, но он выпрямляет руки, надувает щеки и со звоном металла опускает штангу на свое место.

– Черт, ненавижу день рук, – стонет он.

Я подаю ему руку и помогаю сесть.

– У тебя хорошо получается. Ты теперь тягаешь на сорок пять кило больше, чем в старшей школе, – произношу я, пока он пытается отдышаться, упершись локтями в колени.

– Да, потому что в старшей школе я был тем еще задохликом, – смеется он, кладя руки на голову и все еще рвано дыша.

– Больше не задохлик. Ты мне наваляешь, если я буду неосторожен.

– Видел бы ты меня на льду, – шутит он. – Придешь на какую-нибудь игру?

– Не. Скорее всего, нет, – отвечаю я, качая головой, и добавляю на штангу еще пару килограмм, чтобы понаблюдать за тем, как опускаются плечи Логана.

– Тебе стоит, – спорит он, пока мы меняемся местами.

Я ложусь на скамью, а он встает у моей головы, подстраховывая.

– Я больше не увлекаюсь таким, – цежу я, стискиваю в руках штангу, сгибая локти, и поднимая ее вверх.

– Приходи хотя бы потусоваться с нами на льду. Просто повеселиться, – уточняет Логан. – Ты должен побыть там со мной и с Тео.

Я поднимаю штангу несколько раз и опускаю ее на место, садясь и упираясь локтями в колени.

– Ты имеешь в виду, что я должен надрать вам задницы?

– Думаю, я теперь могу за себя постоять, – смеется он.

– Ой, правда?

– Ага. Ты должен прийти к нам на тренировку. Посмотрим, не растерял ли ты навыки.

– Я так не думаю, – встаю и потягиваюсь, качая головой.

– Как у тебя дела? Помимо хоккея, – хмуро подкалывает Логан.

Я знаю, почему он спрашивает. Знаю, что у него хорошие намерения. Знаю, что перестал выходить на связь после несчастного случая и оттолкнул всех. Но это не делает вопрос легче.

– Все нормально, – вру я.

– Да?

– Да.

– Приезжал к семье?

– Ну так, бывало, – я пожимаю плечом.

– Ну, хоть это хорошо, – заключает приятель, приглаживая мокрые от пота волосы.

Мы еще немного тренируемся, подгоняя вес штанги под себя.

– Поговорим о твоей девушке в моей футболке или нет? – наконец спрашиваю я.

– Черт, приятель. Зачем ты так? – Логан злобно смотрит на меня и закатывает глаза.

– Я ничего не сделал, – сухо смеюсь я и оборонительно поднимаю руки. – Наверное, пара моих вещей попала в твои, когда я перекладывал их в сушилку. Если хочешь винить кого-то в этой путанице, то вини себя.

– Ты мог сказать ей, что это твоя футболка, – тот же самый злобный взгляд никуда не делся, когда он вздыхает и ворчит.

– Ты мог сказать ей, что это моя футболка, – спорю я.

– Я… отвлекся.

– На что?

– На другие вещи, – уклоняется он, и у меня ощущение, что я знаю, о чем он говорит.

– Без обид, но я не знаю ни одной девушки, которая выглядела бы в одной футболке лучше, чем твоя, – я прикусываю губу и мотаю головой. – Черт, Логан. Везучий ты ублюдок.

– Смотри у меня, – рычит он, но я понимаю, что это не всерьез.

– Я просто сказал, – сдаюсь я, отступая, но улыбку не прячу.

– Ты должен был заметить, что это не моя футболка.

– Ты должен был заметить, что это не твоя футболка, – повторяю я. – И ты не должен был так срываться. Поступил как мудак.

– Да, приятель. Я знаю. Я повел себя мерзко. – Он роняет голову и потирает переносицу.

– Именно, – соглашаюсь я. – Но, уверен, ты найдешь способ загладить свою вину.

– Я все еще думаю, что извиняться должна она, – он улыбается уголком губ.

– А я думаю, что тебе пора вытащить голову из задницы и молиться на свою девушку, потому что лучшей ты уже не найдешь, мы оба это знаем.

– Эй! – Обиженный, он толкает меня в плечо.

– Я просто сказал.

Но Логан не спорит. Потому что знает, что я прав.

10. Эшлин

– Спасибо, профессор, – говорю я профессору Бьюкенену после занятия, поправляя на плече нейлоновую лямку рюкзака, и иду к выходу.

– Эшлин, подождите минутку, – окликает меня он.

Я останавливаюсь и отступаю в сторону, чтобы дать остальным студентам выйти из аудитории. Легко могу сказать, что профессор Бьюкенен – один из самых привлекательных мужчин в кампусе. Конечно же, для студенток он недосягаем: но при этом он один из самых завидных холостяков США, все благодаря его работе вне университета на должности генерального директора одной из самых прибыльных компаний в мире. Чтобы не выгореть на своей основной работе в компании по разработке программного обеспечения, он решил почитать парочку лекций. Когда открылась регистрация на его курсы, места разобрали за полчаса, и почти все записавшиеся оказались девушками.

Мне же эти лекции нужны для диплома.

Это не означает, что я не наслаждаюсь видом.

Но я и не пялюсь на него в открытую, наверное, поэтому он ко мне более благосклонен. Не то чтобы я хвасталась, не подумайте.

Когда студенты выходят, профессор опирается задницей на стол, расставляя руки по обе стороны от себя. Рукава его белой рубашки закатаны до локтя, открывая взору его шикарные руки, но я лишь мельком смотрю на них и отвлекаюсь на последнюю выходящую из аудитории студентку.

– Что-то не так, профессор? – спрашиваю я, когда мы остаемся наедине.

– Вовсе нет. Просто хотел сказать вам, что у меня есть студент, которому нужен репетитор. Мне показалось, что вам могло бы быть интересно. Те часы, что вы отзанимаетесь, зачтутся для вашей преподавательской программы, и вам заплатят за занятия.

– Хм?

– Студент недавно перевелся к нам, ему нужна помощь по некоторым предметам. Его мать спрашивала, знаю ли я кого-нибудь достаточно терпеливого для того, чтобы помочь ему. Вы сразу пришли мне на ум. Мне показалось, что это могло бы стать хорошей возможностью, чтобы вы освежили свои преподавательские навыки.

– Его мать? – удивленно спрашиваю я.

– Она дружит с нашим деканом. Послушайте, я не должен вам этого рассказывать, но, думаю, важно, чтобы вы понимали всю ситуацию. – Он кидает взгляд на дверь, чтобы убедиться, что мы одни.

– Продолжайте, – прошу я, подходя ближе к его столу.

– У него были проблемы на старом месте, и она попросила об услуге. Но, к сожалению, с самого перевода парень испытывает трудности.

– И по всей видимости, нуждается в няньке? – я не могу удержаться от саркастического ответа.

Но серьезно… Это же университет. Если у тебя нет того, что для него нужно, найди себе другое занятие. А что до университета Лос-Анджелеса? Он ведь недешевый. И мой кредит на учебу это только подтверждает. Так почему мать сует нос в дела сына? И почему ее сын все еще здесь, если ему неинтересно вкладываться в учебу? Бессмыслица какая-то.

– Ему нужен тот, кто поможет ему сконцентрироваться, – продолжает профессор Бьюкенен. – Его мать думает, что репетитор может направить его в нужное русло. А раз уж вы одна из самых терпеливых людей, что я встречал, я думаю, вы прекрасно подойдете для этого. Вам будет интересно такое?

Ну, нет. И в то же время да. Я жую щеку изнутри и закидываю рюкзак повыше на плечо.

– Я могу использовать часы, отведенные на преподавательскую программу?

Он кивает.

– И мне заплатят? – уточняю я.

– Да.

– Ладно. Я займусь этим, – объявляю я, игнорируя ноющий голос в голове, говорящий мне, что я пожалею об этом.

– Прекрасно. – Он встает со стола, обходит его и шевелит мышкой, подключенной к компьютеру. Когда экран загорается, профессор Бьюкенен добавляет: – Его зовут Кольт Торн. Вся информация о нем у меня…

Его длинные пальцы стучат по клавиатуре, пока он изучает экран компьютера.

– Ага. Вот здесь.

Звон в ушах заглушает цифры, когда я слышу имя. Кольт Торн. Новый сосед Логана и его друг со старшей школы.

И ему нужен репетитор?

И я уже согласилась быть им?

Этого не может быть. По огромному количеству причин. Но, что самое важное, потому что Логан закатит истерику, когда узнает. Особенно после вчерашнего утреннего инцидента.

Все плохо.

Все очень плохо.

Я четыре раза пересекалась с этим парнем, и каждый новый раз он запутывает и доводит меня сильнее, чем в предыдущий.

Но деньги лишними не бывают.

Как и часы для диплома.

И мы оба взрослые люди. Я же репетиторствовала для парней раньше.

Все будет хорошо.

Полностью. Абсолютно. Хорошо.

– Эшлин, что-то не так? – спрашивает профессор Бьюкенен.

– Нет. Все так. – Я медленно моргаю и прочищаю горло.

– Вы уверены? Вы будто слегка покраснели.

– Все в порядке. Можете, пожалуйста, продиктовать номер Кольта еще раз? – я заправляю прядь волос за ухо и натянуто улыбаюсь.

11. Эшлин

Я набираю номер Кольта, когда профессор Бьюкенен быстро проговаривает его, обещаю позвонить ему и иду в «Сцену с бобами». Я до смерти хочу выпить кофе, даже несмотря на то, что уже почти два часа дня. Мне нужно что-то, чтобы прояснить мысли, учитывая информационную бомбу, что профессор Бьюкенен сбросил на меня. И ничто лучше кофе их не прояснит.

– Будьте добры холодный ванильный латте, – заказываю я, передавая кредитку бариста. – Для Эшлин.

– Сейчас будет, – она рассчитывает меня и возвращает кредитку.

Я поправляю рюкзак на спине и, достав телефон, отправляю сообщение Кольту, абсолютно игнорируя то, как мое сердцебиение учащается от одной только мысли о нем.

Держись, девочка.

Я: Привет. Это Эшлин. Профессор Бьюкенен дал мне твой телефон и сказал, что тебе нужен репетитор.

– Эшлин? – зовет бариста.

Я забираю у нее холодный кофе и набираю маме, пока жду ответа от Кольта. Я не звонила ей несколько недель.

Телефон издает пару гудков и отправляет меня в голосовую почту. Я вздыхаю, водя пальцем по экрану, пока моя история звонков высвечивает все исходящие звонки моим родителям и то, как редко они отвечают. Наверное, в том, что они редко держат телефон рядом, нет моей вины. Честно признаться, у моего отца вообще нет телефона. Они предпочитают быть едины с Землей и проводить большую часть времени босиком, полируя свои кристаллы.

Было бы хорошо… если бы они хотя бы изредка вспоминали, что у них есть дочь.

Я подавляю разочарование и уже собираюсь убрать телефон в карман, но тот вдруг звонит. Я подпрыгиваю от неожиданности, когда вижу имя Кольта на экране.

Дерьмо.

Общаться текстом – это одно. А разговаривать с ним снова, когда со вчерашнего дня он находится в моем списке придурков – абсолютно другое и намного более тревожащее меня дело. Я залпом выпиваю четверть стакана кофе и провожу пальцем по экрану, медленно выдыхая.

– П-привет? – отвечаю я.

– Привет, прости. Я ненавижу переписываться, только если дело не касается интрижки на ночь. А раз уж интрижки у нас с тобой не выйдет, я подумал, что звонка будет достаточно.

– Ладненько. Запомню это на случай, если получу от тебя сообщение. – Я раздраженно прислоняю телефон к другому уху.

– Это будет зависеть от того, как пройдет наш первый урок, – смеется Кольт.

– Не знаю, помнишь ли ты, но у меня есть парень, так что мы с тобой сконцентрируемся на книгах. Но спасибо, – закатываю глаза я.

– Я запомню это, – снова негромко смеется он.

– Итак, по каким предметам тебе нужна помощь? – Я отпиваю кофе и прочищаю горло.

– Зависит от того, кого ты спросишь, – шутит он.

– Ладно. Представим, что я спрашиваю твою мать. Как она считает, с чем тебе помочь?

– А, так ты знаешь о моей маме, да? – В его голосе не слышно злости, но я не должна была проболтаться.

Дерьмо.

– Смею предположить, что с парами Бьюкенена по статистике? – Я впиваюсь зубами в щеку изнутри, сожаление комком собирается внизу живота.

– Ага, – его тон более резкий, но в то же время почти отстраненный, что заставляет меня нервничать и хотеть поскорее закончить этот разговор.

– Ладно, – негромко бормочу я. – Что, если начать с этого предмета?

– Как хочешь, Солнышко.

Снова это прозвище.

– Когда сможем встретиться? – спрашиваю я.

– Сегодня вечером я не занят.

– Хорошо.

– Хочешь, я приду к тебе домой?

От мысли о том, что Кольт придет ко мне, по спине рассыпаются мурашки, но я оттесняю все чувства в сторону. К тому же, если мы будем у Логана, это докажет, что мне нечего от него скрывать, а я уже достаточно чувствую себя виноватой, спасибо большое.

– Давай лучше я к тебе, – предлагаю я.

– Тогда до встречи, – слышится резкий голос Кольта после небольшой паузы.

Вызов завершается, и я пялюсь на свою историю звонков, а затем нажимаю на мамин номер. Снова. Телефон вновь издает пару гудков и отправляет меня в голосовую почту.

Ну конечно.

– Привет, мам. Это я. Просто хотела узнать, как у вас с папой дела. Перезвони мне. Люблю тебя, – надорванным голосом говорю я после звукового сигнала.

Убрав телефон, я выхожу на улицу. Трава после зимы все еще желтая, но воздух на удивление теплый. Я ощущаю это, пока иду к парковке.

Можно было бы пойти пешком, и, наверное, в будущем я так и буду делать. Но с такой погодой, что в последнее время сильно бушует, решаю быть поосторожнее. К студенческой парковке ведет темная дорожка, окруженная травой, высокими кленами и парой скамеек по краям.

Я останавливаюсь на дорожке и поднимаю лицо к теплому солнцу, позволяя теплу расплыться по моим щекам. Молюсь, чтобы это придало мне сил, чтобы выяснить, что, черт возьми, я собираюсь делать с Логаном. И Кольтом. И с моей вчерашней ошибкой, которую я так избегала. Ой, и давайте не будем забывать о моих родителях и их недостаток общения. Ничего необычного, но все же.

Вопросы роятся в моей голове, отказываясь уходить, и я вновь отпиваю кофе.

Когда я открываю глаза, я вижу знакомое со вчерашнего утра лицо.

Раздражение зашкаливает.

– Вижу, ты нашла свой кофеин, – замечает Кольт, указывая на мой холодный латте.

– И в этом нет твоей заслуги, – говорю я в ответ.

– Ай. Кажется, кое-кто все еще бесится после вчерашнего. – Он хватается за сердце.

– Кажется, кое-кто все еще не извинился, – отвечаю я.

– И за что мне извиняться? – Склонив голову, он убирает руки в передние карманы.

– За то, что поссорил меня с моим парнем.

– Мы уже уладили этот вопрос, – бормочет он, доставая и включая свой телефон.

Я раздражаюсь еще сильнее, глядя на то, как он печатает что-то, эффективно избегая меня.

– Знаешь, не очень-то вежливо утыкаться в телефон, когда ты разговариваешь с кем-то, – хмыкаю я.

Он кидает на меня быстрый взгляд и улыбается, а мой телефон вдруг начинает звонить.

– Серьезно? – спрашиваю я, когда достаю телефон из сумки и вижу имя Кольта на экране.

– По телефону ты гораздо милее, – объясняет он, прикладывая телефон к уху.

– А ты такой же бесячий. – Я игнорирую звонок, убираю телефон и скидываю с плеча рюкзак, чтобы покопаться в нем. – И это напомнило мне…

Чувствую, как он смотрит за тем, как я копаюсь в рюкзаке, но я игнорирую его. Как игнорирую пересохшие губы и участившийся пульс. Будто он знает, как удивить мои ощущения одним лишь взглядом или нахальной ухмылкой.

Это… нервирует.

И раздражает.

Мне не нравится.

– Знаешь, не очень-то вежливо рыться в рюкзаке, когда ты разговариваешь с кем-то, – замечает он, его голос пропитан весельем, но я игнорирую и это, выстраивая свою защиту, словно боец, готовящийся к битве.

– У меня для тебя кое-что есть, – тихо бормочу я, вытаскивая его свежепостиранную футболку и протягивая ее ему. – Вот, держи.

– Я сказал, ты можешь оставить ее себе, – он долго смотрит на футболку и отходит подальше.

– Не стоит. Но спасибо.

– Уверена? Не пойми меня неправильно. Мне нравятся свитер с джинсами, но… – Он проходит взглядом по моему телу, уголок его губ вздергивается вверх.

– Будь уверен, я дам знать, если поменяю свое мнение.

Он открывает рот, чтобы сказать еще что-нибудь, но отвлекается на что-то позади меня. Затем закрывает рот и берет футболку из моих рук, пусть и неохотно.

– Увидимся вечером, Солнышко.

Кольт проходит мимо меня, а я разворачиваюсь и наблюдаю за тем, как он уходит, но вдруг мое внимание привлекает еще одно знакомое лицо.

Логан стоит на дорожке рядом с какой-то девушкой, но смотрит он на своего соседа. Они пристально глядят друг на друга все время, что Кольт подходит ближе. А я, затаив дыхание, смотрю на них. Не знаю, чего я жду. Чего ожидаю. Но ничего не могу с этим поделать.

Когда Кольт подходит к Логану, я, к несчастью, не слышу их, потому что они слишком далеко от меня. Логан смеется и мотает головой, а Кольт идет дальше по дорожке, засунув руки в передние карманы, как будто он прогуливается по парку, а не идет на следующее занятие.

Я снова отпиваю кофе, и теперь я заинтересована в происходящем, хоть и не могу этого полностью признать. Логан смотрит на меня, что-то говорит девушке рядом и направляется ко мне.

– Привет, – здороваюсь я, пытаясь разрядить обстановку, пусть я все еще не уверена, в каком состоянии наши отношения после той ссоры.

– Привет. – Он не смотрит мне в глаза, а наблюдает за парнями слева от нас, играющими во фрисби.

– Ты все еще злишься на меня? – спрашиваю я.

– Почему ты говорила с Кольтом?

– Мы случайно столкнулись.

Он качает головой так, словно не верит мне. Как будто ему снова больно, хотя ему ничего не сделали.

– Почему секунду назад ты говорил с другой девушкой? – противопоставляю я, указывая на место, откуда он пришел.

Логан кидает быстрый взгляд на то место, где стоял, разговаривая с какой-то девчонкой. И он знает, что я в чем-то права.

– Ты права. Если я могу невинно болтать, то ты тоже можешь. – Он со вздохом поворачивается ко мне.

– Спасибо.

– Пожалуйста, – кряхтит парень, все еще не глядя мне в глаза.

Он чувствительный. Все еще неуверенный. Я вижу это. Чувствую. Это витает в воздухе, из-за этого каждая наша реплика натянутая и напряженная.

Чушь все это.

– Послушай, мне жаль, – я медленно выдыхаю и касаюсь его руки, ведя по его загорелой коже и переплетая наши пальцы.

На нем красная футболка, я благодарна ему за это. За то, что у меня есть возможность коснуться его. Кожа к коже. Потому что ему нужна невинная интимность так же, как и мне.

Под моим прикосновением он расслабляет мышцы, но все еще молчит, ожидая моих объяснений.

– Я знаю, что это звучит нелепо, – начинаю я. – Но я клянусь, я нашла футболку в твоей комнате, и решила, что это твоя.

– Детка, я верю тебе, – он выдыхает и наконец одаряет меня своим вниманием, при этом выглядя почти смущенно, сокращая дистанцию между нами.

– Наконец-то, – язвительно замечаю я, напряжение медленно спадает с моих плеч, и я делаю еще один глоток кофе. – Хочу накормить тебя ужином. Есть ощущение, что последние две недели были просто сумасшедшими. Я хочу наладить контакт. Когда ты свободен?

– Ты действительно красивая, – Логан поднимает руку и кладет ее мне на щеку, поглаживая ее большим пальцем.

– Это не ответ, – я закатываю глаза.

– Давай поужинаем сегодня.

– Сегодня? – Меня передергивает.

– Что? У тебя уже есть планы?

– Бьюкенен нашел мне нового ученика. Вообще, это Кольт. Мы встречаемся сегодня вечером.

– Кольт? – задыхается он, на его лице отражается вся гамма эмоций от разочарования до злости.

Точно он не может в это поверить. Точно он не желает в это верить.

– Слушай, между нами ничего нет. Так что, пожалуйста, не изображай, что есть.

– Сначала я вижу тебя в футболке моего соседа, потом я вижу, как ты говоришь с ним во дворе, а теперь ты его репетитор?

– Логан…

– Эш, ты же не серьезно, – он мотает головой, потирая переносицу.

– Ты не имеешь права ревновать.

– Не имею права? – усмехается он. – Мне снова перечислить все это дерьмо?

– Нет. Не перечисляй, – потерпев поражение, я опускаю плечи и тру лицо руками. – Но я не буду отказываться от возможности репетиторствовать просто потому, что ты мне не доверяешь.

– Думаешь, я не доверяю тебе? – он удивленно отшатывается.

– Думаю, что ты должен использовать эту возможность, чтобы доказать, что ты мне доверяешь. Логан, это просто репетиторство.

Я осторожно тяну его за воротник рубашки, сжимая ее в руках и надеясь, что он посмотрит на меня. И когда он смотрит, я улыбаюсь.

– Позволь мне загладить свою вину. За прокол с рубашкой и за репетиторство. Как насчет завтра вечером? Я сделаю спагетти. Твои любимые.

– Я не могу. Тусуюсь с ребятами, – хмурится Логан.

– Тогда послезавтра? – предлагаю я. – Можешь прийти ко мне, пусть даже с бутылочкой вина. Попрошу соседок держаться подальше от нас. Было бы весело.

– Без соседок, говоришь? – он кладет ладони на мои бедра и притягивает к себе. – Получается, у нас будет приватная обстановка?

– Да. Отсутствие приватности не смущало тебя раньше, но… – Я хлопаю ресницами и стреляю глазками, а парень смеется. – Позволь мне загладить свою вину.

– И как же именно ты планируешь ее загладить? – спрашивает он, в его глазах танцуют искорки интереса.

– Думаю, мы оба знаем, насколько изобретательной я могу быть, когда это нужно. – Я прикусываю нижнюю губу и пожимаю плечами.

Он негромко смеется и, приближаясь, целует меня. Поцелуй выходит горячим, жадным и таким неподходящим для середины кампуса, но я наклоняю голову и позволяю ему сделать это. Потому что ему это нужно. Это подтверждение тому, что у нас все хорошо.

Мне тоже это необходимо.

Необходимо, чтобы у нас все было хорошо.

Телефон Логана вибрирует в кармане, возвращая его в реальность.

– Увидимся позже. Мне пора на пару, – он смягчает поцелуй и бормочет в мои губы.

– Само собой, – я улыбаюсь ему в ответ.

12. Кольт

В доме пусто. Не уверен, хорошо это или плохо. Эш вот-вот должна прийти. И даже несмотря на мои правила о том, что я не должен трогать то, что мне не принадлежит, она соблазняет меня.

Я слышу мягкий стук от входной двери и не глядя знаю, что за ней Эш.

Я знал бы, что пришла именно она, даже если бы у нас не было планов на вечер. Она стучит тихо. Ненавязчиво. Почти смущенно, если так вообще возможно стучать.

Улыбаюсь уголком губ и открываю дверь, готовясь к еще одному вечеру подшучиваний. Я хочу этого, и ничего не могу с собой сделать. Она – самое интересное из всего, что я встречал с тех пор, как моя жизнь превратилась в дерьмо, и я жду наших разговоров, хоть и не могу полностью себе в этом признаться.

– Эм, привет, – здоровается она, когда я открываю дверь.

Большим пальцем Эш придерживает на плече темную нейлоновую лямку рюкзака, а ее волосы собраны в высокий неряшливый хвостик. Так непринужденно сексуально.

Тот факт, что она и не подозревает об этом, взрывает мой мозг.

– Привет. Давай, заходи. – Я почесываю подбородок и отхожу в сторону.

– Спасибо.

Когда она проскальзывает мимо меня и я закрываю за ней дверь, запах ванили щекочет мои ноздри, от него у меня чуть ли не текут слюни.

Она уже не такая дерганная, как до этого во дворе. Более застенчивая, совсем как ее стук. Голубые глаза девушки обводят комнату взглядом, отказываясь задерживаться на мне или чем-то еще дольше, чем на секунду, прежде чем метнуться к другому предмету. Я не должен наблюдать за тем, как она ежится… но все же наблюдаю.

– Здесь тихо, – подмечает она, оглядывая пустую гостиную и кухню.

– Ага. Почти все ребята на катке снова тренируются, – киваю я.

– Поняла, – кивает она и смотрит на меня. – Ты катаешься на коньках? Или играешь, или…?

– Нет.

– Правда? – Она удивленно осматривает меня с ног до головы.

– Что-то не так?

– Наверное, я предполагала… – ее голос обрывается, она прикусывает нижнюю губу.

– Что предполагала? Что я играю в хоккей?

– Наверное, ты просто похож на того, кто мог бы.

– И чем это я похож?

– Ну, знаешь, тем, что ты нахальный, горячий, любящий посоревноваться хоккеист альфа-самец. Вы, ребята, все такие.

– Горячий, да?

– Ты прав. Не знаю, о чем я думала. Итак, где ты хочешь позаниматься? – ее губы растягиваются в одну тонкую линию.

Я чуть не предлагаю ей свою спальню, чтобы увидеть ее реакцию, но взамен указываю на кухню в другой стороне дома.

– Как насчет стола на кухне?

– Звучит неплохо. – Ее кроссовки тихо скрипят по деревянному полу, пока она идет на кухню, снимает рюкзак и достает ноутбук, папку и пару учебников, раскладывая их на столе. – Итак… статистика, верно?

– Наверное.

– Что значит «наверное»? – Она недоуменно смотрит на меня. – Разве нам надо учить что-то другое? Мне казалось, ты сказал…

– Статистика подойдет, – я сажусь на стул рядом с ней и жду.

Эш выглядит как самая настоящая сексуальная библиотекарша, и я здесь за этим.

– Хорошо-о-о-о. – Она открывает учебник по статистике, хлопает им, закрывая, и поворачивается ко мне, будто ничего не может с этим сделать. – Можно я спрошу кое-что?

– Конечно.

– На кого ты собираешься учиться?

– Я пока не выбрал, – отвечаю я, закидывая руки за голову и откидываясь на стуле.

Ее глаза тускнеют от разочарования, и это выстреливает мне почти в самое сердце, пусть я и отказываюсь понимать, почему. Наклонившись вперед, я упираюсь локтями в стол, чтобы отвлечь внимание от себя, и, потирая руки, спрашиваю:

– А ты?

– Вообще, на учителя начальных классов. – Ее голубые глаза становятся чуть ярче.

– Вот почему ты репетиторствуешь, – предполагаю я.

– Именно. Ты удивишься, узнав, сколько студентов любят вести себя как детсадовцы.

– Уверен, сходства просто жуткие, – смеюсь я, удивляя этим нас обоих.

– Ты и представить себе не можешь. – Эш берет ручку и нажимает большим пальцем на верхушку. – Так что же привело тебя в университет Лос-Анджелеса? Особенно, когда кристально очевидно, что ты не хочешь учиться там.

– Думаешь, я не хочу учиться там?

Она открывает рот, но закрывает его, прикусывая нижнюю губу, и ерзает на стуле так, словно наступила в собачье дерьмо. И, думаю, я знаю причину этому.

– А, ты имеешь в виду, это из-за того, что я сказал, будто еще не выбрал специальность, и ты знаешь, что моя мама позвонила декану, с кем она давно дружит, и запихнула меня в этот университет после того, как меня отчислили из прошлого? Ты об этом?

– Я не имела в виду…

– Знаю я, что ты имела в виду.

– Наверное, я удивлена. Ты похож на того, кто не боится идти за желаемым, но ты все-таки здесь. Не определился со специальностью и не заинтересован в учебе. – Она замолкает, несколько раз щелкая ручкой.

– Ты права, – говорю я, откидываясь обратно на спинку стула и складывая руки на груди.

– Ты только что признал мою правоту? – Хлопает ресницами она, пораженная моим признанием.

– А ты обычно неправа? – парирую я.

– Нет, я почти всегда права, но ты не похож на того, кто готов быстро сдаться.

– Я не боюсь называть вещи своими именами.

– Ну, если дело в этом, и ты полностью осознаешь, что тебе неинтересна учеба, тогда что ты здесь делаешь?

Хороший вопрос. Именно его я неделями задавал себе. На самом деле, годами. Не с тех пор, как меня отчислили из колледжа Дикси Тех, еще раньше. До того, как все скатилось в дерьмо.

Когда мне были открыты все дороги. Когда я знал, чем хочу заниматься и кем хочу быть.

Если бы только ответ был такой простой. Но нет. Он запутанный. Как мысли в моей голове. Как мое прошлое.

– Ты правда не знаешь, кто я такой? – спрашиваю я более резким тоном, чем подразумевалось.

– С чего бы? – Она мотает головой.

– Ты же встречаешься с Логаном.

– И что?

– Я думал, что он мог рассказать тебе.

– О чем рассказать? – шепчет она.

Я вновь выпрямляюсь и опираюсь локтями на стол, я не могу удобно устроиться на этом глупом стуле. А может, это просто разговор меня доводит.

– О моем отце и о том, почему я больше не играю в хоккей, – уточняю я, отгоняя мысль подальше.

– Так ты играл?

– Нахальный, горячий, люблю посоревноваться. Твои слова, не мои, – с ухмылкой напоминаю я. – И я был хорошим игроком.

– Верю, – признает она с той же смущенной улыбкой, что манит меня, как морковь манит лошадь. – Почему ты перестал?

– Думаю, я понял, что все не такое, каким казалось на первый взгляд.

– А твои родители? Как они отнеслись к этому?

Это невинный вопрос, но ответ на него не так прост.

– Мой отец умер, когда я был в выпускном классе, – в оцепенении отвечаю я.

Ее губы приоткрываются, она тихо ахает, когда ручка выскальзывает у нее из пальцев и с легким стуком падает на стол. Она быстро приходит в себя и смотрит на свой закрытый ноутбук, пытаясь подобрать правильные слова.

Это даже забавно. Правильных слов не существует. Если бы они были, я бы их уже слышал. Но никакие «мне жаль», «мои соболезнования», «он сейчас в лучшем месте» или «скоро тебе станет легче» ни хрена не сделали для того, чтобы мне стало лучше.

– Мне жаль, – бормочет она через пару секунд.

О, она выбрала классический вариант. Интересно. Я ожидал чего-то более необычного, но, наверное, мне не стоит винить ее, раз уж я застал ее врасплох и все такое.

– Ты не виновата, – отвечаю я, чувствуя, как тело вновь знакомо цепенеет.

– Это не означает, что я не могу сожалеть о произошедшем.

Я молча киваю.

– Серьезно. Херня из-под коня это все. – Она пальцем вытирает под носом и тихо шмыгает.

– Да, Эш. Полная херня из-под коня, – я смеюсь, а сам удивляюсь. Вот он, тот необычный ответ, которого я ждал.

– А твоя мама? Она как?

– В порядке, наверное. Думаю, было бы лучше, если бы я вытащил голову из задницы, но у моих родственников все хорошо, так что хотя бы так.

Эшлин улыбается и кладет руку поверх моей, мягко сжимая ее. Ее прикосновение удивляет меня, но я старюсь не показывать этого.

– Кольт, я не думаю, что у тебя все плохо, – бормочет она.

Я смотрю вниз, туда, где мы касаемся друг друга. В мире есть так много вещей, которые я мог бы сделать, если бы она касалась меня. Я бы водил ее в разные места, если бы она не встречалась с Логаном. Так много я мог бы сделать сейчас, если бы только…

Я отбрасываю эту мысль и отнимаю руку.

С той же смущенной улыбкой она заправляет несколько прядей, выбившихся из хвостика, за ухо.

– Так… а где твои родственники?

– Старший брат учится на врача, а средний сейчас в армии.

– Команда парней, получается? Должно быть, маме было весело с вами.

– У меня еще есть младшая сестра, Блэйкли, – уточняю я. – Осенью она приедет в наш университет поступать на спортивную медицину.

Ее улыбка становится ярче. Наверное, она рада, что мы сменили тему. Я тоже этому рад. Кому захочется говорить о мертвом родителе во время учебы?

– Потрясающе, – отвечает она.

– Ага.

– Звучит так, будто у вас очень дружная семья.

– Наверное, так и есть. Пожалуй, стоит заехать к ним как-нибудь в воскресенье на завтрак, раз уж я теперь живу ближе, но посмотрим. А что насчет тебя? У тебя есть родня? – спрашиваю я.

– Не-а, – она пожимает плечами. – Только я.

– О, получается, единственный ребенок?

– Ага. Как будто я золотой ребенок и паршивая овца в одном человеке. Просто потрясающе.

– Звучит именно так. У тебя хорошие отношения с родителями? – смеюсь я.

На секунду ее улыбка меркнет, но она тут же надевает новую. Эта улыбка не такая настоящая. Больше натянутая.

– Ты не обязана…

– Они свободные духом, понимаешь? – перебивает она. – Ну… у нас все хорошо. Они любят меня, а я люблю их. Но они, вообще-то, не подписывались быть родителями, если ты понимаешь, о чем я. Думаю, они были рады, когда я наконец закончила школу, и им не нужно было больше играть в родителей двадцать четыре часа в сутки.

Дерьмо. Ну и херня. Но я не могу сказать ей этого.

Я хочу коснуться ее руки. Чтобы поддержать ее, потому что у нее дерьмовые родители, пусть я и не обязан этого делать. Но тот крошечный проблеск разочарования, когда я упомянул о них? Это чертовски задело.

– Ты местная? – спрашиваю я, придвигаясь на стуле чуть ближе.

– Вообще, нет. Родители живут в Мэне, – она качает головой.

– Ты выросла там?

– Ага. Ты знал, что там можно выращивать марихуану? – Мои глаза расширяются, и я сдерживаю смешок, когда она продолжает. – Ага. Когда я говорю, что они свободные духом, я имею в виду, что они свободные духом.

– Тогда почему ты выбрала университет Лос-Анджелеса? – смеюсь я, удивленный ее открытостью.

– Моя любимая учительница в начальной школы, миссис Мок, окончила этот университет и была воплощением школьного духа. Ее класс был увешан черными, красными и белыми памятными вещами университета, они висели на каждой стене. Она даже ставила оценки маркером с логотипом университета и раздавала наклейки с изображением талисмана. Думаю, это как-то прижилось.

– Получается, ты проехала полстраны, уехала от всего, что ты знала, просто потому что ты брала в пример свою учительницу?

– Именно так я и поступила, – отвечает она. – И это было лучшее решение, которое я только могла сделать. Я правда люблю наш университет.

– Серьезно?

– Эм, да, – она толкает меня плечом в плечо. – Это самый лучший университет. Не пойми меня неправильно. Переезжать было тяжело, но я так долго была одна, что подготовила себя к новому началу. К шансу сделать что-то самостоятельно, – добавляет она, теряясь в воспоминаниях, и пожимает плечами. – Потом я встретила своих соседок, они очень крутые, а потом познакомилась с Логаном на одном из занятий. Он пригласил меня на свидание и этим сбил меня с ног. Все остальное, как говорится, ты уже знаешь.

– Логан сбил тебя с ног?

– Почему ты удивляешься? – бормочет она, рисуя цветочек на полях тетради и избегая моего взгляда.

– Не знал, что он так может. Он все еще злится на тебя? За всю ситуацию с футболкой?

– Больше нет. Я пообещала загладить свою вину позже, так что… – Она исподтишка смотрит на меня, на ее щеках появляется легкий румянец, когда девушка бросает взгляд на темно-синюю ручку в руке.

– Тогда мне нужно купить шумоподавляющие наушники. Понял, – шучу я, игнорируя комок ревности, взявшийся из ниоткуда.

– Кольт! – Она шлепает меня по плечу, ее лицо горит от смущения.

– Это из-за Логана, – спорю я. – Парень во время секса звучит как умирающий лось. Пожалуйста, не говори, что тебя это возбуждает.

Ее челюсть опускается, в уголках глаз появляются морщинки, и она роняет голову в ладони, хохоча сильнее, чем я когда-либо слышал. И мне это нравится. То, что я смог заставить ее улыбнуться. Перевернул грустную улыбку на веселую. Мне очень это нравится. Эш краснеет все сильнее и сильнее, подглядывая за мной сквозь пальцы, слишком пораженная, чтобы просто перевести дыхание.

– Поверить. Не. Могу. Что ты сказал это!

– Разве я неправ? – с вызовом говорю я.

Вновь она качает головой, не глядя на меня. Она бормочет: «Без комментариев», что еле слышно из-за ладоней на ее лице. Затем вытирает слезы после сильного смеха и поднимает на меня взгляд.

Мне нравится ее смех. Он милый. И легкий. И каким-то образом смягчает боль в груди от нашего разговора чуть раньше. Я хочу удержать этот смех обеими руками. Может даже записать его и оставить на плохой день. На годовщину смерти отца или что-то подобное.

– Итак. Как давно ты знаешь Логана? – спрашивает она, успокаиваясь.

– Целую вечность. В детстве мы жили рядом. Играли в одной хоккейной команде. Все делали вместе.

– Как вышло, что я никогда о тебе не слышала?

– Ровно перед выпускным кое-что пошло по одному месту, и я будто исчез с лица земли.

– Ох. Мне жаль.

– Все нормально, – вру я. – Но да. Большую часть времени Логан хороший парень.

– Так и есть, – соглашается она. – Большую часть времени.

И по какой-то причине это не дает мне покоя. Потому что, когда дело доходит до нее, он не хороший парень. И это только основываясь на том, что я видел. Он гуляет за ее спиной, а она и не подозревает об этом. Эта девушка не такая, как другие. Она слишком милая. Слишком невинная для того, чтобы понять, с каким парнем в лице Логана она встречается. Может, это из-за ее дерьмовых родителей и потребности увязываться за каждым, кто окажет ей хоть немного внимания. Несмотря на все, это злит меня.

– Иногда мне приходится сбивать с него спесь парой ударов, – добавляю я, борясь с разочарованием. – А с тех пор, как мы пошли в разные университеты, Тео, кажется, забыл делать это, пока меня не было.

– О чем ты? Побьешь Логана, потому что ты вернулся?

– Может быть.

– И как же ты сделаешь это? – улыбается она, прижимая ручку к краю губ и с любопытством разглядывая меня.

– Зависит от настроения, – мое внимание переключается на ее губы.

– А сейчас? – шепчет она, прикусывая кончик ручки. – Что твое настроение подсказывает тебе сейчас?

Херня.

– Оно подсказывает мне, что нам, наверное, пора начать делать задания, – я отстраняюсь от нее, увеличивая расстояние между нами, и открываю ноутбук.

– Ты прав. Уверена, когда закончится тренировка и ребята придут домой, тебе будет сложнее уделять внимание бедной несчастной мне, – цыкнув, девушка кивает, кладет ручку на тетрадь и тянется к своему ноутбуку так, будто от него зависит ее жизнь.

«Сомневаюсь», – думаю я, но вслух не отвечаю.

– С каким заданием тебе нужна помощь? Если ты не уверен, я всегда могу помочь тебе повысить успеваемость. Бьюкенен не стесняется выставлять оценки за задания на студенческом портале. Я могу показать тебе, если хочешь.

– Давай, я понятия не имею, как войти в портал.

– Серьезно?

Я пожимаю плечами.

– Давай покажу. – Поджав губы, она придвигается ближе.

Ее грудь потирается о мою руку, когда Эшлин берет на себя роль руководителя и ведет для меня экскурсию по онлайн-порталу на моем ноутбуке.

Я вновь смотрю на нее, наблюдая за тем, как ее ровные белые зубы впиваются в нижнюю губу. Она закатывает глаза и смотрит на меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

AirDrop – технология беспроводной передачи данных между устройствами Apple, позволяет отправлять фотографии, видео, документы и другие данные на находящиеся поблизости iPhone, iPad и Mac.

Вернуться