Мия Петрос
Бывший. Игра в любовь

Глава 1

Собралась спать, переделав все домашние дела. Сил совсем не осталось.

Мне звонил незнакомый номер. Я не привыкла брать трубку в такое время, но сердце вдруг странно дернулось.

– Привет, малышка! – раздался в телефоне голос бывшего.

От неожиданности я вздрогнула и замерла. В груди вспыхнуло что-то давно забытое: смесь обиды, раздражения и странного тепла.

– Михайлов, ты охренел?! Сейчас три часа ночи! – выпалила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Он хрипло рассмеялся:

– Пятница и ты уже спишь?

– Уже суббота… – ответила я, на глаза навернулись слезы. – Сейчас отключусь.

– Детка, не злись, – он говорил так, будто имел на это право. – Тебе это не идет. Давай встретимся, посидим, вспомним старое…

Я сжала телефон так сильно, что побелели костяшки пальцев. Пять лет прошло с тех пор, как он ушел. Пять лет я пыталась забыть его голос, его прикосновения, его взгляд. И вот он снова здесь, словно ничего не изменилось.

– Шел бы ты, – процедила я сквозь зубы, чувствуя, как внутри все кипит. – Пять лет прошло, как ты вдруг вспомнил старое и решил позвонить?

Он замолчал, будто обдумывая мои слова. А потом тихо сказал:

– Прости.

Я замерла. Его голос звучал так искренне, что я не смогла удержаться от усмешки.

– Простить? За что? За то, что ты оставил меня одну? За то, что разрушил мою жизнь?

– Нет, – ответил он, и в его голосе проскользнула боль. – Прости, что не смог быть рядом. Прости, что не понял, как сильно тебе нужна была моя поддержка.

От этих слов у меня защемило сердце. Я не хотела, чтобы он видел меня такой. Слабой, уязвимой.

– Не надо, – прошептала я, слезы все же покатились по щекам. – Просто забудь.

– Не могу, – сказал он тихо. – Я не могу забыть тебя.

Его слова ранили меня сильнее, чем я ожидала. Я не хотела слышать его голос, не хотела вспоминать прошлое. Но он был прав. Я тоже не могла его забыть. Бросила телефон на кровать и уткнулась лицом в подушку. Слезы продолжали течь, но на этот раз я не пыталась их остановить.

Посмотрела на календарь, и мое сердце вдруг замерло. Сегодня действительно выходной. Выходной, который я так долго ждала, но теперь не знала, как его провести.

Откинувшись на подушку, я облегченно вздохнула. Выходные – это время, которое я могу посвятить себе и дочери. Время, когда я могу забыть обо всем, что случилось, и просто быть счастливой. Но в глубине души, я знала, что это будет не так просто.

Последняя мысль перед тем, как я уснула, была о том, зачем звонил Кирилл. С тех пор, как я ушла, он ни разу не пытался связаться со мной. Я, конечно, заблокировала его номера, но первое время ждала его звонка, как манны небесной. Его голос, его слов: «Хай, малышка, я соскучился!» – они были как бальзам на душу. Но теперь это все в прошлом.

По щеке скатилась слеза, и я отерла ее, словно пытаясь скрыть свою слабость. Гад он и подлец! Даже не представляет, как мне было тяжело. Как я училась жить снова, без него. Как я думала, что моя жизнь закончилась, и я никогда не выберусь из омута слез и страданий.

Но маленькая крошечная жизнь на фото УЗИ стала моим спасением. Она заставила меня думать не только о своих обидах, но и о будущем. О том, что у меня есть дочь, которая нуждается во мне. О том, что я должна быть сильной ради нее.

Я закрыла глаза и попыталась уснуть, надеясь, что завтрашний день принесет мне немного облегчения.

Первое, что я услышала, проснувшись утром:

– Мамулечка, ты спишь? – Леночка заглянула мне в глаза с тревогой и нежностью.

Я приоткрыла глаза и слабо улыбнулась.

– Сплю, – прошептала в ответ, чувствуя, как усталость окутывает меня мягким покрывалом.

– Но я видела, ты открывала глаза, значит, не спишь! – дочь взяла мое лицо своими крошечными теплыми ручками и повернула его к себе. В ее взгляде читалась смесь любви и заботы.

Я вздохнула, пытаясь сдержать улыбку.

– Сегодня выходной, – простонала я, закрывая глаза.

– Да, мы не пошли в садик, – продолжила Леночка, устраиваясь поудобнее. – Но ты обещала, что мы пойдем в парк!

Она забралась на меня, устроилась верхом и сложила руки на груди, глядя на меня с вызовом, в ее глазах светилась детская наивность и искренняя радость.

Я не смогла сдержать улыбку.

– Не раньше двенадцати дня, – я все же открыла глаза, стараясь не напугать дочь своей внезапной бодростью.

Она нахмурилась, но в ее взгляде промелькнуло понимание.

– Я еще маленькая, чтобы знать, сколько времени, – призналась она, прижимаясь ко мне. – Но одна стрелка точно стоит вверху!

Она указала пальчиком на настенные часы, и я не смогла сдержать смех.

– Время две минуты одиннадцатого, – пояснила я. – Но хорошо, мы встаем, умываемся и собираемся…

– Завтракаем и едем гулять! – радостно захлопала в ладошки Леночка, ее лицо озарилось улыбкой.

Я села на кровати, обняла малышку и почувствовала, как тепло разливается по моему сердцу.

– Как же я тебя люблю, – прошептала я, прижимая ее к себе.

– Я знаю! – важно ответила она, подняв голову. – Ты говорила!

Выбравшись из моих объятий, она побежала в ванную, а я, вытащив себя из-под одеяла, пошлепала тапочками по полу за ней следом.

Каждый день с Леночкой был наполнен простыми, но такими важными моментами. В ее глазах я видела отражение своей любви и заботы, и это давало мне силы вставать каждое утро, несмотря на усталость.

Все прошло по плану: ванная, завтрак. Я помыла посуду, пока Леночка выбирала костюмчик. Посмотрела в окно – погода радовала, а ведь уже конец лета. Яркие лучи солнца проникали сквозь занавески, создавая уютную атмосферу в доме.

Дочь выбрала трикотажные бриджи, тунику, гольфики. Уже сама все натянула на себя, протягивая мне расческу. Я заплела две косички, перетянула кончики резинками и нежно поцеловала ее в макушку.

– Ищи панамку, – погладила дочь по спинке. – И кофточку. А я пойду приведу себя в порядок!

– Ты еще в пижаме! – возмутилась малышка, нахмурив маленькие бровки.

– Так надо было помыть посуду за маленькой девочкой! – улыбнулась я, стараясь скрыть грусть.

– Мама! – Леночка сдвинула брови, ее глаза наполнились обидой.

Я поспешила переодеться и замерла перед зеркалом в прихожей. Я опять в джинсах, кроссовках и футболке… С появлением дочери забыла о платьях, да и вообще не покупала их после ее рождения. Отдала предпочтение удобной одежде, ведь дочь приходилось много носить на руках.

Да она и сейчас не откажется от этого, когда устает!

Кирилл бы не одобрил такой стиль…

Вздохнув, расчесала волосы, оставив их распущенными. Подкрасила ресницы, добавила немного блеска на губы и каплю любимых духов за мочки ушей.

Поправила цепочку, смещая кулончик в виде половинки сердца… Вторая осталась у Кирилла… Я дарила его перед самым расставанием, на День Святого Валентина. Надеялась порадовать его, но он только хмыкнул и отставил коробочку на комод.

Почему до сих пор так больно вспоминать? Боль, словно старая рана, никогда не заживает до конца. Иногда она просыпается, особенно когда вижу что-то, что может напомнить о прошлом. Но я стараюсь не зацикливаться на этом. Ведь у меня есть дочь, и ради нее я готова на все.

Поправив макияж, посмотрела на Леночку. Она уже стояла в прихожей, держа в руках панамку и кофточку. Ее глаза светились радостью, и мое сердце наполнилось теплом. Помогла ей застегнуть сандалики, подхватила сумку.

– Все готово? – спросила я, стараясь скрыть свои переживания.

– Да! – радостно ответила она. – Пойдем гулять!

Мы вышли из дома, и я вдохнула свежий воздух. Пусть прошлое остается позади, а настоящее и будущее будут наполнены радостью и любовью.

Глава 2

Дверь в магазин открылась, и колокольчик звякнул, впуская посетителя. Я подняла голову, собираясь дежурно улыбнуться и поприветствовать покупателя. Улыбка моментально сползла с лица…

– Да брось, вот так неприятно видеть? – Кирилл счастливо и даже вроде бы искренне улыбался, увидев меня. В его глазах мелькнула знакомая искра, от которой хотелось отвернуться.

– Что-то желаете? – решила не поддаваться его «очарованию».

– Кажется, моя дама любит красные розы? – Он обвел взглядом салон, словно оценивая обстановку.

– Я не знаю вашу даму… – Мне не нравилась эта странная игра.

– Может, у нее изменились вкусы? – Он снова улыбнулся, но теперь в его взгляде мелькнула насмешка.

– Михайлов, ты чего приперся… – Я растянула губы в улыбке, стараясь не выдать раздражение. В салоне стояла камера, хозяйка строго следила за нашим поведением во время работы. Зарплата и график были подходящими, поэтому мне приходилось это терпеть.

– Хотел тебя увидеть, ты же не берешь трубку. – Он пожал плечами, как будто это было самое естественное объяснение его визита. – Давайте-ка мне вот этих мелких роз, на букет, чтобы приятно выглядел и весил внушительно.

Я быстро собрала букет, добавив несколько зеленых веточек для свежести. Обернула прозрачной пленкой, делая окончательный штрих.

– С вас двенадцать тысяч девятьсот рублей, – произнесла я, протягивая букет.

– Запросто, – Михайлов вытащил из кармана портмоне с небрежной легкостью. Приложил карту к терминалу, и на экране появилась сумма. – Это тебе! – И, взяв букет обратно, вернул его мне, слегка подтолкнув.

– Что? – Я удивленно посмотрела на него.

– Подарок, – Он улыбнулся, но в его глазах мелькнула тень, которую я не смогла разгадать. – Считай его авансом.

Я нахмурилась, но не успела ничего ответить. Михайлов развернулся и вышел из магазина, оставив меня стоять с букетом в руках и с недоумением на лице. Его внезапный уход заставил меня застыть на месте, словно я превратилась в статую.

Букет, который он мне вручил, был прекрасен. Красные розы с белой гипсофилой, перевязанные бархатной лентой, источали тонкий аромат, который напоминал о лете. Я смотрела на него, пытаясь понять, что это значит, но бесполезно.

– Авансом чего? Проблем? – буркнула себе под нос, разглядывая цветы. В голове проносились мысли о том, стоит ли его оставить или вернуть. Я не хотела показаться неблагодарной, но и принимать такие подарки без объяснений было не в моем стиле.

Оставить букет или нет? Я сомневалась. Хозяйка магазина вряд ли согласится вернуть деньги. Ей важно продать как можно больше, а не думать о чувствах клиентов.

«Кирилл всегда любил такие широкие жесты,» – подумала, вспоминая его прошлые подарки. Он умел быть щедрым, но за этой щедростью всегда скрывался какой-то расчет. Это была его «игра в любовь», где каждый шаг был продуман и имел свою цель.

Но для меня все было иначе. Я не играла в любовь, я жила ею. С Кириллом все началось внезапно, и я сразу поняла, что это нечто большее, чем просто увлечение. Это было всерьез, навсегда.

Поставив букет в изящную вазу, я почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза. Воспоминания о наших встречах, о его взглядах и словах, о том, как он обещал, что мы будем вместе, нахлынули на меня волной. Я закрыла глаза, пытаясь удержать слезы, но они все равно потекли по щекам.

Как же я могла так ошибиться? Как поверила, что его чувства настоящие? Его слова звучали так убедительно, глаза светились, когда он смотрел на меня.

Зачем он снова вернулся? Его появление, как солнечный луч в пасмурный день, согрело сердце, но вместе с тем разбередило старые раны.

Я помню, как с ним было красиво: цветы, внимание, подарки, пусть недорогие, но такие памятные. Я чувствовала себя особенной, как будто мир вокруг остановился, чтобы мы могли наслаждаться друг другом.

Влюбленность закружила меня с головой. Я не замечала ничего вокруг, забывала о своих обязанностях, о друзьях, о том, что жизнь продолжается. Смотрела на его вечеринки сквозь пальцы, надеясь, что он вернется ко мне, как всегда.

Он говорил, что хорошие девушки, как я, ждут дома своих мужчин. А ему нужно еще немного погулять, он клялся, что там он один, без подруг. Я верила каждому его слову, как мантру, повторяла их про себя, словно это могло удержать его рядом.

Но как же я была наивна, влюбленная до безумия. Его обещания оказались ложью, а клятвы – пустыми. Теперь я стою здесь, разбитая, и думаю: как могла так ошибиться?

Он был красивым, широкоплечим, спортивного телосложения. Его светлые, слегка волнистые волосы были аккуратно подстрижены, а голубые глаза светились добротой и интересом. На нем была белая рубашка, которая выгодно подчеркивала его фигуру, и темные брюки, идеально сидящие на его стройных ногах. Его движения были уверенными и грациозными, как у танцора.

Когда он выбрал меня из толпы студенток, мое сердце забилось быстрее. Я была обычной, хоть и милой и скромной девушкой, но в тот момент я почувствовала себя особенной. Он пригласил меня на танец, и его голос, глубокий и мелодичный, обволакивал меня. Он сказал, что я живой огонь среди ночных бабочек, и в его словах было столько искренности и восхищения, что я не могла ему не поверить.

Год, он дал нам всего год. Потом резко потерял ко мне интерес. Я пыталась понять, что произошло, но он избегал разговоров, и его молчание было хуже всего. Я чувствовала, как надежда угасает, как будто кто-то выключил свет.

Я бегала за ним, плакала, умоляла дать нам еще шанс. Но каждый раз он отвечал одно и то же: «Я не знаю, что с нами не так. Я не могу это объяснить». Эти слова ранили меня сильнее, чем я могла себе представить.

Отправной точкой стала вечеринка, на которую я попала в надежде увидеть его. Это был мой последний шанс. Я знала, что если не поговорю с ним, то больше не смогу жить как раньше.

Глава 3

Когда я вошла в зал, Кирилл стоял у бара, окруженный друзьями. Он увидел меня и замер. Его взгляд был холодным, отстраненным, как будто он забыл, кто я такая. Я подошла ближе, чувствуя, как сердце сжимается в груди.

– Привет, – сказала я максимально спокойно.

– Привет, – ответил он, не глядя мне в глаза.

Я сделала шаг вперед, но он отступил.

– Нам нужно поговорить, – начала я, чувствуя, как дрожит голос.

Он поднял руки, словно защищаясь.

– Не сейчас, – сказал он. – Не здесь.

Мне стало больно. Я поняла, что он не хочет меня видеть, не хочет ничего обсуждать. Но я не могла просто уйти. Я должна была узнать правду.

– Пожалуйста, – прошептала я. – Я не могу больше жить в неведении.

Его взгляд стал жестче, словно сталь. На нем моментально повисла красивая девушка модельной внешности с безупречной улыбкой и холодным блеском в глазах, которая смотрела на меня свысока, будто я была букашкой под ее ногами.

– Ты сама знаешь ответ, – процедил Кирилл, его голос звучал равнодушно, как будто он говорил о чем-то обыденном. – И это не то, что ты хочешь услышать. Я больше не люблю тебя. Ты слишком простая, и мне стало скучно играть в «хорошего парня».

Каждое слово ранило меня, как острый нож. Слезы предательски подступили к глазам, но я изо всех сил пыталась сдержать их. Я развернулась, чувствуя, как земля уходит из-под ног, и выбежала из зала, оставив его позади.

Когда я вышла на улицу, свежий воздух не принес облегчения. Ветер трепал мои волосы, но внутри было пусто и холодно. Я шла, не разбирая дороги, пока не оказалась в каком-то безлюдном переулке. Там, среди теней и мусора, я наконец позволила себе разрыдаться.

В тот момент я поняла, что наш год был ошибкой. Ошибкой, которая разрушила все, что я строила. Ошибкой, за которую я уже никогда не смогу простить ни его, ни себя.

Слезы стекали по щекам, но я старалась не всхлипывать, чтобы не привлекать внимания. Я знала, что мне нужно что-то изменить, но не могла найти в себе сил.

Дверь салона снова звякнула, пропуская посетителей, и выпуская меня из объятий памяти. Я поспешила стереть слезы с лица и натянула на него дежурную улыбку. Покупатели улыбались в ответ, не подозревая о буре эмоций, бушующей внутри меня. Даже обрадовалась, что есть возможность отвлечься. Я почти перестала думать о Кирилле, вспоминая его, только когда смотрела в глаза дочери. В его глаза, которые теперь казались мне чужими.

Леночка была маленькой копией папы, только с моими рыжими волосами. Ее смех звенел, как колокольчик, и я старалась запомнить каждую деталь, чтобы потом не забыть, каким был мой мир до того, как все рухнуло. Я видела в ней отражение его улыбки, но это только усиливало боль.

Когда магазин опустел, я медленно поднялась и начала убирать. Мои руки двигались механически. Убрав последние вещи, закрыла магазин и поставила его на сигнализацию. Выйдя на улицу, я глубоко вдохнула холодный воздух, пытаясь успокоить сердце. Впереди был долгий вечер, но я знала, что должна держаться. Ради себя и ради Леночки.

До садика было не слишком далеко, всего несколько минут пешком. Я работала только с понедельника по пятницу, а в выходные меня заменяла девушка с плавающим графиком. Это было удобно для всех: я могла быть с дочерью, не нанимая нянечек.

Пришла за дочерью, которая оставалась в дежурной группе. Малышка всегда встречала меня визгом радости. Я улыбнулась, глядя на ее довольное личико. Она быстро обула сандалики и натянула кофту, даже не дожидаясь моей помощи.

Я поблагодарила воспитательницу, которая тепло улыбнулась в ответ. Затем мы с дочкой вышли из садика и направились домой.

– Мама, зачем ты несешь домой цветочки? – спросила она, с любопытством трогая нежные бутоны.

– Решила украсить наш дом, – ответила я, улыбнувшись.

– А хочешь, я тебе помогу? – предложила она, ее глаза загорелись энтузиазмом. – Мама, а можно я сама поставлю их дома в вазу? – спросила она, поднимая на меня глаза.

– Конечно, милая, – я погладила ее по голове.

– Ура! – крикнула она.

Дома мы сразу же занялись украшением. Дочка расставляла цветы в вазах, распотрошив букет, а я помогала ей, добавляя свежие листья и веточки.

Когда все было готово, мы уселись на диван с чашками горячего чая. Малышка с гордостью показывала мне свои творения.

– Видишь, мама, какой у нас теперь красивый дом! – сказала она.

– Ты молодец, – похвалила я ее. – Спасибо, что помогла.

– Это же наш дом, – ответила она с улыбкой. – Мы должны заботиться о нем вместе.

Я обняла ее, чувствуя, как тепло разливается в сердце. Ее маленькие ручки обвились вокруг моей талии, а я вдохнула аромат ее волос, смешанный с запахом свежего воздуха и роз. В такие моменты время словно замирало, и я могла забыть обо всем, что тревожило меня в этом мире.

Но этот момент счастья был омрачен тенью прошлого. Блудный отец не должен узнать о дочери. Его присутствие могло разрушить все, что я так старательно строила: нашу семью, нашу любовь.

Он был человеком, которого я когда-то любила, но его поступки и слова давно разорвали нашу связь. Он исчез из нашей жизни, оставив после себя лишь боль и разочарование. И теперь он снова появился, как призрак из прошлого, готовый разрушить наше настоящее.

Я понимала, что мне нужен план. Мне нужно было защитить свою дочь от его внимания. Я не могла позволить ему разрушить ее детство, ее веру в семью.

– Мама, ты слышишь меня? – спросила Леночка, прервав мои мысли.

Я улыбнулась и посмотрела на нее, стараясь не показывать свои тревоги.

– Конечно, дорогая. Что ты хотела сказать?

– Я хочу пойти на пикник в субботу. Мы можем взять с собой бутерброды и мяч.

Я кивнула, чувствуя, как тепло возвращается в мое сердце.

– Отличная идея, – ответила я, стараясь скрыть напряжение в голосе. – Мы обязательно пойдем.

Я обязательно найду выход из этой ситуации…

Михайлов пожалеет о том, что снова появился в моей жизни!

Глава 4

Выходные пролетели, как одно мгновение. Я наконец-то почувствовала себя немного спокойнее. Подумала, что Кирилл, возможно, отстал и забыл обо мне, найдя новую жертву. Но, увы… Он ждал меня после работы, и я совершенно не могла с ним мило болтать. Меня ждала дочь в садике!

– Привет! Давай поговорим? – догнал меня Кирилл и попытался идти в ногу.

– О чем нам говорить? – резко остановилась я, с неприязнью глядя на него. – Ты пять лет назад сказал мне все, что хотел, и теперь возвращаешься? Зачем?

– Сказать, что ты похорошела за это время. Стала выглядеть еще красивее… – он протянул руку, чтобы дотронуться до моей щеки. – Наверняка такая же милая, как и прежде?

Я отшатнулась, страшась его прикосновения. Внутри меня все сжалось от злости на себя за то, что желала этого, на него.

– Ты постарел. Выглядишь немного потрепанным… – сказала я, глядя ему в глаза. – И мне ты неинтересен. Если не оставишь меня в покое, напишу заявление в полицию. О преследовании.

– Повзрослела, не вижу той наивности, что была в тебе тогда. Но мне это даже нравится! – он будто не слышал меня.

– Мне некогда. Отвали! – я поспешила скрыться в дверях магазина.

Быстро купила все необходимое для ужина и, оглядываясь, оплатила на кассе. Мне только мании преследования не хватало!

Но на улице Кирилла не оказалось. Я расслабилась и поспешила к садику. Перед калиткой все же не удержалась и оглянулась. Нет, все тихо…

На мгновение мне показалось, что за мной кто-то следит. По спине пробежал холодок. Но нет, это просто мое воображение. Я глубоко вздохнула и открыла калитку.

В садике меня встретила дочь, радостно бросившись ко мне. Ее смех и тепло заставили мое сердце забиться быстрее. Я обняла ее, стараясь забыть этот неприятный разговор.

Но слова Кирилла все еще звучали в моей голове. Я знала, что он не оставит меня в покое, и это вызывало во мне смесь страха и злости. Как он посмел появиться после всех этих лет? Как он смеет думать, что он мне все еще интересен?

Я посмотрела на дочь, как же сильно я ее люблю. Она – мое спасение, мой свет в этом темном мире. Я должна быть сильной ради нее.

– Мам, я хочу сегодня поиграть в куклы! – сказала Леночка, глядя на меня с надеждой.

– Конечно, милая, – улыбнулась я, стараясь скрыть свои переживания. – Пойдем домой.

Вышла из садика, снова оглядываясь, и быстрым шагом направилась к дому. Малышка, весело размахивая руками, побежала за мной, смеясь и что-то рассказывая. Мы вместе зашли в подъезд, и я, крепко держа ее за руку, поднялась на третий этаж. В квартире было тихо и уютно. Леночка, как только мы переступили порог, сразу побежала в свою комнату, чтобы переодеться. Я услышала, как она весело прыгает на кровати, сбрасывая одежду, а через минуту уже появилась на кухне, держа в руках плюшевого медведя.

Я быстро готовила ужин, попутно слушая ее болтовню. Малышка рассказывала о том, как сегодня в садике они лепили из пластилина, и как она сделала самую красивую кошку. Я улыбалась, слушая ее звонкий голос, и иногда кивала, чтобы показать, что слушаю. В такие моменты я чувствовала, как сильно люблю эту маленькую девочку, которая стала для меня смыслом жизни.

Приготовив суп, я налила его в тарелки, чтобы он успел остыть. Второе блюдо, которое я готовила, было любимым – картофельное пюре с сосисками. Я разложила нарезанные овощи на красивой тарелочке, стараясь сделать ужин еще более аппетитным. Малышка сидела за столом, нетерпеливо постукивая ложкой по тарелке, и с нетерпением ждала, когда можно будет приступить к еде.

Пока мы ужинали, я рассказывала ей о том, как прошел мой день на работе. Леночка внимательно слушала, иногда задавая вопросы, и я с радостью отвечала. После ужина мы искупались, и я почувствовала, как напряжение дня спадает. Вечер прошел быстро, и я, сидя у ее кроватки, с нежностью смотрела на спящую дочь.

Тихо вздохнула, чувствуя легкую грусть. Скоро отпуск, и я наконец-то смогу исполнить свою мечту – свозить Леночку куда-то дальше города. Мысль о море, о теплых волнах и солнце согревала мое сердце. Но в то же время я понимала, что денег всегда было впритык, и я не уверена, что смогла накопить достаточно на путевку.

Ночь была бессонной. Я снова и снова вспоминала дни, проведенные с Кириллом. Зачем я ему через пять долгих лет? Этот вопрос не давал мне покоя, и я снова и снова прокручивала в голове наши последние встречи, пытаясь понять, что происходит.

Слезы наворачивались на глаза, и я, уткнувшись в подушку, тихо всхлипывала. Завтра новый день, и я должна найти в себе силы, чтобы снова быть сильной и любящей матерью для своей дочери.

Утро было как обычно суматошным, и Леночка капризничала. «Как бы не заболела,» – подумала я, беря ее на руки и неся в садик. Больничный лист оплачивался по минимуму, и мысль о том, что снова придется сидеть дома, выбивала из колеи.

Отдав дочь нянечке, я поцеловала ее в щечку и убежала на работу. В голове звучали слова Кирилла, который не давали мне покоя. Он был настойчив, но я твердо решила не слушать его. Однако, когда я увидела его возле дверей с кофе и контейнером, мое сердце сжалось от противоречивых чувств.

– Михайлов! – возмутилась я. – Да ты издеваешься? Что не ясно в моих словах, что я не хочу тебя видеть?

Он дождался, когда я открою двери, и вошел следом. Я быстро сняла магазин с охраны.

– Говори быстрее и проваливай! – сказала я, начиная заниматься своими рутинными обязанностями.

– Выходи за меня замуж? – он поставил кофе и контейнер со свежей выпечкой на стол и подвинул ко мне.

Я замерла, не веря своим ушам. Усталость навалилась с новой силой, и я отпила кофе, чтобы хоть немного прийти в себя.

– Ты точно охренел! – сделала вывод я.

– Так, пардон, не с того начал! – он дурашливо хлопнул себя по лбу.

Достал из кармана бархатную коробочку, встал на колени и открыл крышечку.

– Инна, я прошу тебя стать моей женой! Я готов замаливать все свои ошибки любыми доступными способами!

Глава 5

Внутри все замерло. Его слова, искренность в голосе и этот жест – все это было слишком для меня. Я не знала, как реагировать. Горечь и разочарование накрыли меня с головой, словно волна, уносящая прочь все мои надежды и мечты.

– Ты не поумнел, к сожалению, с годами… Нет, можешь уходить и не возвращаться. Купи себе очередную модель с длинными ногами и наслаждайся беззаботной жизнью без меня…

Мои глаза жгли слезы, но я старалась не показывать слабость. В груди что-то разрывалось, будто я держала в руках свое сердце, и оно готово было выскочить наружу.

Мне сейчас было горько от этих слов. Моя душа кричала, требуя, чтобы я воспользовалась ситуацией. Получить все то, что так хотела иметь пять лет назад. Но внезапно все стало безразлично, словно я переболела Кириллом. Как будто внутри меня что-то умерло, оставив лишь пустоту.

– Ты все играешь чужими судьбами, как мальчишка машинками? Уходи, – сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал холодно и равнодушно.

Улыбка Кирилла исчезла, и в его взгляде мелькнуло что-то, похожее на одобрение. Мне показалось, он просто понял, что выбрал не ту тактику. «Значит, вернется,» – подумала я с тоской, но в глубине души знала, что это лишь иллюзия.

– Ты ошибаешься, мальчишка вырос и переосмыслил свою жизнь, – сказал он серьезно, поднимаясь с колен. Он положил коробочку с кольцом на стойку.

Я не могла сдержать презрения.

– Проваливай, – бросила я, указывая на дверь. – За завтрак спасибо!

Кольцо, не глядя, смахнула в мусорное ведро сама, смотря на Кирилла и ожидая реакции. Он кивнул, соглашаясь, и вышел, оставляя после себя ощущение пустоты и боли. Я закрыла глаза, пытаясь унять дрожь в руках. Но сердце все еще колотилось, как безумное, напоминая мне о том, что я только что потеряла.

Мне повезло, что посетителей в столь ранний час просто не было. Я тихо и спокойно занималась работой, украдкой вытирая набежавшую слезу.

День прошел в обычном режиме, но я чувствовала себя разбитой. Казалось, что каждый звук вокруг усиливался, каждый шорох отзывался болью в сердце. Конечно же, я вынула кольцо из ведра и собиралась его вернуть. Просто хотела задеть Кирилла этим жестом, надеясь причинить туже боль, что и он мне.

Вышла с работы, оглянулась, и, не заметив ничего подозрительного, пошла в сторону садика, оттуда привычным путем домой. Мысли о Кирилле не оставляли меня. Почему он такой? Почему не может просто уйти?

Быстро разогрела ужин, накормив дочь. Но Леночка вяло поковыряла в тарелке и попросилась спать. Ее глаза были такими же уставшими, как и мои. Потрогав ее лоб, я убедилась, что у нее начинает подниматься температура. Помогла ей умыться, переодела в теплую пижамку и уложила в кровать.

Написала сообщение начальству, что мы обе заболели, получив в ответ недовольное ок и «выздоравливайте». На госуслугах оставила заявку на вызов врача на дом. Убрав кухню, поставила стирку и легла в комнате дочери, отключив телефон.

Малышка почувствовала мое состояние. Она прижалась ко мне, ища защиты, словно маленький огонек в бурю. Ее тепло, невинное и доверчивое, проникало сквозь меня, заставляя сердце сжиматься от боли и нежности. Я обняла ее крепче, стараясь передать всю свою любовь и ту бездну тепла, которую могла дать. В такие моменты, когда мир рушился, она становилась моим якорем, моим спасением.

«Мы обязательно все преодолеем, – прошептала я, прижимая ее к себе еще сильнее. – Вот только избавимся от этого папаши».

Но в глубине души я понимала, что мои действия, возможно, были неправильными. Что-то внутри меня шептало, что я могла бы поступить иначе. Может быть, не стоило отталкивать его, а попробовать договориться? Ведь иногда люди меняются, если дать им шанс.

«Может, стоит попробовать не прогонять его, а, наоборот, согласиться?» – думала я, глядя на ее спокойное лицо. Дыхание дочери было ровным, и я чувствовала, как мое сердце замирает от мысли, что это может сработать.

«Может быть, это отпугнет его? – размышляла я. – Если я выдвину ему какие-то условия? Что-то, что он не сможет выполнить, или что-то, что ему будет неприятно?»

Я пыталась найти в себе силы, чтобы сделать этот шаг. Возможно, это было не самое мудрое решение, но в этот раз мне нужно было рискнуть. Ради нее, ради нас обеих.

Утром встретила врача, которая поставила диагноз ОРВИ и выписала список лекарств. Она сказала, что через три дня, если станет лучше, нужно будет сдать анализы и прийти на повторный прием. Надеюсь, обойдемся без осложнений, и все пройдет за неделю.

Леночке действительно стало легче, и я решила отвезти ее в поликлинику. Поехать на такси было дорого, поэтому мы отправились на троллейбусе. Для Леночки это стало настоящим приключением: она с интересом разглядывала город через окно, а я держала ее за руку, чтобы она не упала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.