Diana Panamis
Позови меня

Пролог

– Ты должна ему всё рассказать, – Лина не называла имени, но этого и не требовалось, Джоанна понимала, о ком именно говорит служанка.

Нервно выхаживала по комнате, – Нет, – замотала она головой, – это исключено.

Преданная подруга пыталась достучаться до хозяйки.

– Джоанна послушай…

– Нет, Лина, – она жестом заставила её замолчать…

«Пять лет назад Джоанна была замужем, за неким Эндрю Уоллесом, этот брак, был не только по принуждению, тёти девушки, которая в тот момент исполняла роль опекуна, но и, являлся олицетворением боли и сексуального насилия. За год совместной жизни Джоанна не знала ничего, кроме боли и унижения, она боялась ослушаться или хоть как-то выказать протест, чтобы не быть избитой, тем, кто с определённого момента, как она считала, должен оберегать и заботиться. В жизни девушки не было места радости или мечтам. И так как, ко всему прочему, её супруг был не способен дать девушке желаемое, Джоанна набралась смелости попросить помощи у маркиза Ровендейла. Просьба заключалась, не в защите или ограждении от тирана супруга, нет, Джоанна больше всего мечтала стать матерью. Отчаявшись совсем, девушка просила маркиза, помочь ей забеременеть, чтобы дальнейшая её жизнь была наделена смыслом.

Глупый план, но именно он стал катализатором огромной и безумной любви, благодаря которой, Ноэль был полон сил и желания вырвать Джоанну из лап изверга, намереваясь убить негодяя если понадобится. Именно последнего, Джоанна и страшилась, она боялась, что Ноэль совершит ошибку, за которую будет потом расплачиваться, возможно, ценой своей собственной жизни.

Девушка сбежала, оставив прощальное письмо, ошибочно пологая, если Ноэль поверит в её смерть, то совсем скоро забудет и начнёт новую жизнь. Только, маркиз так и не смог забыть, ту, что полюбил…

Сколько шансов, встретиться где-нибудь случайно, один на миллион, или тысячу, а может один к ста? Один к одному, именно так решила судьба, потому что, вчера вечером, Ноэль Ронвелл, Маркиз Ровендейл, единственная любовь Джоанны и отец её дочери Шарлин, был одним из приглашённых гостей».

– Но, – не сдавалась служанка, – ты же понимаешь, он так просто не отступит, – говорила она негромко, чтобы кто не услышал их разговор, – Он знает о дочери и ни за что не отступиться.

– О Господи, Лина, – взмолилась Джоанна, – зачем мы приехали?

– Кто же знал, что твой супруг, входит в круг знакомств маркиза.

В комнату вбежала девочка, она радостно подпрыгивала, держа под рукой огромного зайца, который был немногим меньше её самой, белокурые кудряшки пружинили при каждом её прыжке.

– Мамочка, можно мы с Полом поиграем в саду? – (Пол – это её новая игрушка, подаренная отцом, по крайней мере, девочка считала Роберта таковым).

На самом деле, Роберт Фарли являлся приёмным отцом девочки, но это ни в коем случае не сказывалось на его любви к Шарлин. Казалось, Фарли души в ней не чает, балуя и заваливая игрушками с головы до ног.

– Ну, разумеется, моя дорогая, – Джоанна обняла дочь, и коснулась лба, проверяя температуру, ещё вчера девочка лихорадила.

Как только Шарлин выбежала, Джоанна подошла и стала у окна, – Я скажу, что это дочь Роберта, – заговорила она, наблюдая, как девочка довольная выбежала из дома и побежала по тропинке в сад, всё-также подпрыгивая.

– Он не поверит, – служанка поднялась и стала рядом с хозяйкой.

– Ему придётся, – Джоанна говорила, а перед глазами стояло лицо Ноэля, когда он увидел её вчера. Удивление, на смену которому пришло разочарование, а после, наверху в комнате Шарлин, не было ничего, кроме презрения. «Это правильно, так и должно быть», думала она, а вслух произнесла, – Мне всего лишь, требуется убедить Роберта, при случае, сообщить о нашем «знакомстве», до, его отъезда в Ирландию, а лучше, – Джоанна задумчиво смотрела в даль, – если Роберт подтвердит, что я уехала именно к нему. Объясню это тем, что не хочу, чтобы на Шарлин пала хоть малейшая тень позора.

– Нет, Джоанна, – Лина не верила своим ушам, – ты разобьёшь ему сердце.

– Я уже разбила Лина, разве ты не понимаешь? Нет, всё правильно, Ноэль должен, ненавидеть меня, я это заслужила.

– А если, всё-таки, – не сдавалась служанка, – ты всё ему расскажешь? Он же не знает причины по которой ты уехала, не знает сколько всего тебе пришлось пережить, чтобы выжить и выносить его дочь…

– И что? – Джоанна повернулась и посмотрела на Лину, – Ты хочешь, чтобы он меня пожалел? Опять? – слеза скатилась по щеке, – А что потом? – она отвернулась и глядя в окно, тихо произнесла, – ты, наверное, забыла, я, замужем…

Глава 1

Солнце только-только показалось из-за горизонта, даря свой свет окружающему миру, пробуждая и готовя к новому дню. Казалось бы, такая рань, только, многие уже давно не спят, например, слуги в имении Роберта Фарли, во всю трудились, кто-то занимался уборкой и полировкой серебра, кто-то чисткой полов, ковров и всего остального, другие и их большее количество, занимались приготовлением праздничного обеда. Семейство Фарли ожидало гостей и не просто дружеский визит, а своего рода сватовство. Вчера утром, маркиз Ровендейл просил у Роберта руки и сердца, его дорогой и горячо любимой сестры Грейс, по такому случаю Фарли и устраивают тот самый праздничный обед.

В то время, как одни готовились в радостном предвкушении, другие, в имении по соседству, сохраняли тишину, не было ни радости, ни восторга, а скорее напряжение и недосказанность, именно это испытывала Кэтрин, графиня Ливингстон, младшая сестра маркиза Ровендейл, находясь в одной комнате с братом.

Вот уже около получаса, Ноэль молча сидел у камина, потягивая виски, он просто смотрел на огонь. Сначала, Кэтрин пыталась вывести брата на непринуждённую беседу, надеясь таким образом разрядить обстановку, и по возможности, понять, что он чувствует. Стараясь не затрагивать произошедшее позавчера, она переговорила обо всём возможном, от погоды до лошадей в конюшне, но брат неизбежно молчал, было ощущение что его нет в этой комнате. Вероятнее всего так оно и было, возможно физически он там и находился, но мысли его витали совсем в другом месте…

– Ноэль, я больше так не могу! – Не выдержав, Кэтрин поднялась и подойдя к брату опустилась перед ним на колени, только так она могла привлечь к себе его внимание, – Поговори со мной, – она взяла Ноэля за руку, её сердце обливалось кровью, видя боль что стояла в его глазах, Кэтрин не могла сдержать слезу.

– Ну что вы, ваше сиятельство, – Ноэль коснулся щеки сестры вытирая ползущую капельку. – Это не стоит ваших слёз.

– А как ты хочешь, чтобы я себя вела? Когда мой брат… – она замолчала, не желая говорить страдает, вряд ли он примет именно такую формулировку происходящего. – Совершает глупость, – договорила она.

– Глупость? – усмехнулся Ноэль, – Разве не вы, постоянно твердили мне, о замужестве?

– Да, но это другое, ты так поступаешь назло…

– Я так поступаю, чтобы быть ближе к дочери, – не дал ей договорить он.

– А Джоанна? – Вот она и произнесла, её имя.

– А Джоанна умерла, – ответил бесчувственно Ноэль и Кэтрин ощутила всю боль, которую её брат научился, умело скрывать. – Той девушки больше нет, – Ноэль поднялся и подойдя стал у окна, устремив свой взор, в бескрайние горизонты матушки природы, Кэтрин осталась сидеть на полу, – она умерла, – проговорил он задумчиво, – а вместе с ней, и все воспоминания. Нет, ваше сиятельство, я всё делаю правильно, вы можете не сомневаться…

– Джоанна дорогая! – от счастья Роберт буквально светился, это было невозможно скрыть, казалось, гордость разорвёт его изнутри. – Они приехали! – Восторженно произнёс он и быстро направился к двери, – посмотри готова ли Грейс, – проговорил он находу и скрылся за дверью.

Джоанна вздохнула, она стояла перед зеркалом репетируя улыбку, которую уже совсем скоро, должна приклеить к своему лицу, в комнату вошла Лина, Джоанна обернулась.

– Ты уверена? – спросила преданная подруга.

– Ну конечно, – нацепив на лицо ту самую улыбку, девушка поправила перчатки, – Помнишь, сегодня особенный день? Пойдём скорее, встречать гостей! – и выплыла из комнаты.

– Господи помоги, – прошептала Лина и вышла следом.

Грейс в нетерпении выхаживала взад-вперёд, а когда вошла Джоанна, она остановилась, на лице девушки читалась паника.

– Дай догадаюсь, – успокаивающе улыбнулась Джоанна, – ты думаешь о бегстве? – она прикрыла за собой дверь и подойдя взяла Грейс за руки, – не волнуйся, маркиз очень хороший человек, – Джоанна понимала, это дитя ни в чем не виновато, она действительно заслуживает счастья, – ты безусловно, будешь очень счастлива с ним.

– Откуда ты знаешь…? – не успела договорить, в комнату вошла Лина.

– Мистер Роберт, нервничает, где вы подевались, – и придержала дверь, чтобы две девушки могли выйти, одна которая любит маркиза, а другая, собирается за него замуж.

– Верь мне, – тихонько прошептала Джоанна, отвечая на ранее заданный вопрос.

Джоанна вышла из комнаты вслед за Грейс. Проходя около Лины, девушка улыбнулась и коснулась руки, давая понять «Не переживай, всё будет хорошо», она и себе внушала то же самое, идя по недлинному коридору ведущему к лестнице. Только, чем ближе они подходили, тем сильнее билось сердце, а находясь на самой площадке у края лестницы, где можно беспрепятственно наблюдать находящихся внизу, Джоанна осознала, насколько сложно, сделать всего лишь один шаг, не говоря уже об остальном общении, которое ей предстоит.

Из всех собравшихся внизу, улыбался только Роберт и это была настолько искренняя радость, именно она и придавала Джоанне сил, «Этому человеку я обязана жизнью дочери», мысленно повторяла она, медленно спускаясь вниз.

По выражению лица Кэтрин, можно было понять, она не питает особой радости от этой встречи, и в этом Джоанна не могла её винить, Ричард Ливингстон, супруг Кэтрин не выражал открытой неприязни и это могло бы, наверное, радовать, если бы не, Ноэль…

На него Джоанна избегала смотреть, ей казалось один только взгляд в эти глаза разорвёт её сердце на миллиарды осколков.

– Грейс, милая, поприветствуй наших гостей, – Роберт подошёл к сестре и предложив руку подвёл к стоящим внизу.

Пока Грейс приседала в реверансе, а Роберт рассыпался в восторженных высказываниях, Джоанна продолжала стоять, на лестнице, не в силах сделать последний шаг. Огромный соблазн развернуться и уйти, был слишком велик, Джоанне стоило не малых усилий чтобы не сбежать, как того требовало её израненное сердце.

– Джоанна дорогая, что же ты там стоишь?! – Не унимался слишком взволнованный Роберт, – проводи гостей, в гостиную, извините её, наша дочь приболела и несколько ночей…

Роберт объяснял возможную причину растерянности своей супруги, но уже после фразы «наша дочь», Джоанна закрыла глаза. Всю дорогу девушка твердила себе, что справиться, только сейчас, она уже не была в этом уверенна.

– Вы хорошо себя чувствуете?

Этот голос, он заставил сердце, остановиться, а после, забиться с удвоенной силой. Джоанна открыла глаза, Ноэль стоял у подножия лестницы, он улыбался.

– Вы бледны, – продолжал говорить он словно видит её впервые, Джоанна, не смогла вымолвить ни слова, всё на что она была способна, это на вымученную улыбку. – Позвольте, я провожу вас, – Ноэль поднялся на ступеньку и протянул руку, Джоанне ничего не оставалось как принять его предложение.

– Вот и прекрасно, все по парам, – проговорил радостно Фарли и жестом пригласил пройти в гостиную.

Первыми проследовали графиня с супругом, затем Джоанна под руку с Нолем, а завершающими шли Роберт с сестрой.

Казалось, Джоанна боялась даже дышать, он был рядом, это настолько невероятно, что у неё в голове промелькнула мысль, «Ни сон ли это?».

– Вы действительно бледны, – слегка наклонясь, тихонько проговорил Ноэль, Джоанна удивилась, она не ожидала, что он заговорит с ней, тем более с толикой сочувствия, но даже не успела отреагировать, как услышала, – Ваш супруг, случайно не бьёт вас?

«Вот оно, наказание», от услышанного она повернула голову, его взгляд, в некогда любимых глазах читалось презрение, а на устах играла ухмылка и никакого сочувствия. Обескураженная девушка не нашлась что ответить, Ноэль же, тем временем подвёл Джоанну к софе, и когда она собиралась сесть, произнёс так чтобы услышала лишь она:

– Или, вы беременны?

Уже второй раз за несколько минут, он намеренно задел её чувства, и вновь она промолчала, всё на что была способна Джоанна в тот момент, это, взгляд. Только в нём не было ни капли презрения или обиды, а скорее удивление, смешанное с разочарованием.

Она никогда не отрицала своей вины, и вероятно всё это заслужила, причинив ему столько страданий, но чёрт возьми, сама Джоанна пережила не меньше, а возможно даже и больше. Только, он никогда не узнает об этом…

***

– Господи, и как ты всё это выдержала!?

– Тсс, – успокаивала разгневанную подругу Джоанна, она укладывала спать дочь, а Лина нервно выхаживала взад-вперёд казалось её негодованию нет предела.

– Прости, – остановилась та, – Не разбудила? – Джоанна отрицательно покачала головой, – хорошо, – выдохнула Лина и приблизившись, аккуратно присела на край кровати, – А что дальше? – уже шепотом спросила служанка.

– Это всё, – тихонько ответила Джоанна, она не стала рассказывать всего происходящего, чтобы ещё больше не злить, подругу, того и гляди, Лина может сотворить глупость.

– Бедная моя девочка, – вздохнула преданная подруга.

Вскоре, Джоанна осталась одна, за исключением спящей Шарлин. Лина отправилась к себе, Роберт вероятно несмотря ни на что продолжает развлекать гостей.

Джоанна же не собиралась возвращаться в гостиную, откуда с таким трудом сбежала, сейчас, она надеялась побыть подольше в спокойствии, если его можно было назвать таковым, потому что, как ни пыталась она выкинуть из головы, всё происходящее с самого появления Ноэля, так и не смогла, мысли словно наводнение, прорывали её бедный рассудок, раз за разом прокручивая в памяти, сегодняшний вечер:

«– Если честно, возвращаясь в Англию, мы с супругой не питали особых надежд, – казалось от радости Роберта прорвало, и вместо приёма пищи, он постоянно говорил и говорил.

Джоанне стоило немалых усилий, делать вид будто всё прекрасно, а догадавшись о чём, именно Роберт собирается всем поведать, Джоанна замерла, она и так старалась ни на кого не смотреть, чтобы лишний раз не наблюдать презрение, во взглядах присутствующих, особенно на сидящего перед ней маркиза, а сейчас и вовсе уставилась на салфетку.

– Джоанна вообще считала, что глупо возвращаться только ради бала, но, я так счастлив, что настоял.

– А я как счастлив, – раздался голос напротив, – вы даже представить себе не можете как, – Ноэль говорил, а Джоанна сидела натянута как струна, пришлось даже отложить вилку чтобы не показывать, как дрожат руки, но следующие слова Ноэля выбили и ту малую, неустойчивую землю у неё из-под ног. – Вероятно, это судьба.

В тот момент Джоанна не удержалась и всё же подняла глаза, «– А вдруг это судьба?», когда-то, эти слова предназначались именно ей и, если маркиз хотел снова побольнее уколоть, у него это получилось.

– Могу лишь сказать, что крайне благодарен вам, – Продолжал свою речь Ноэль, только глядел совсем не на Грейс. – Теперь в моей жизни появился смысл.

Естественно, Джоанна догадывалась о каком смысле говорит Ноэль, маркиз имеет в виду дочь. И молила небеса чтобы Роберт поскорее поведал оговоренную заранее историю.

– Как я вас понимаю, сам обрёл таковой шесть лет назад, – не заставил себя долго ждать Фарли.

– Вы ничего не путаете? – в беседу вступила Кэтрин, – Разве, шесть лет назад Джоанна не была…

– Ваше сиятельство! – перебил её граф, понимая о чём именно собирается сообщить его супруга и одарил взглядом призывающим остановиться.

– Да, – взгляд Фарли стал ещё нежнее, он отлично играл свою роль, – но, мы предпочитаем не вспоминать тот период, – продолжил он, – Всё произошло слишком неожиданно, мы и предположить не могли что миссис Кэррингтон, это тётя Джоанны, – уточнил он.

– Мы прекрасно знаем кто это, – проговорил Ноэль, холодно, – виделись.

– Так вот, – продолжил Роберт, – мы и предположить не могли, что она так поступит.

Роберт говорил, а Джоанна понимала пути назад нет. Но если, есть хоть малюсенький шанс, что после сегодняшнего разговора Ноэль, поверит будто Шарлин не его дочь, и отступит, то ей больше не о чем и мечтать. Тем более, что через месяц, они уже покинут Англию, и это будет навсегда.

– То есть, вы хотите сказать, что знали Джоанну до, её первого замужества? – в удивлении спросила Кэтрин.

– Да, – ответил Роберт кратко.

В ту секунду, Джоанне было ужасно стыдно, что она практически принудила его лгать.

– И где же вы были, всё это время? – Ноэль злился, это прослушивалось в нотках его голоса, только видели это не все, Роберт, например даже не заметил перемен в интонации маркиза и казалось, был абсолютно спокоен.

– Искал родителей Джоанны, – ответил Фарли и улыбнулся жене.

Мысленно Джоанна благодарила его и надеялась, Боже как она надеялась, что скоро всё закончится.

– И почему не приехал, забрать её из лап изверга? – голос Ноэля источал ненависть.

Сердце в очередной раз всколыхнулось, Джоанна не выдержала, посмотрела на него, Ноэль естественно не видел этого, его взгляд был прикован исключительно к Фарли. В тот момент ей хотелось плакать и радоваться одновременно, ведь несмотря ни на что, он злится, Ноэль злится что её не защитили, позволили истязать заставляя страдать, в ту секунду, это был её Ноэль, любовь и мечта всей жизни. И от этого, хотелось умереть. Отводя глаза в сторону, Джоанна встретилась взглядом с Кэтрин, и пожалела о своей минутной слабости, ведь графиню так просто не проведёшь.

– Почта, знаете ли, – ответил Роберт, и замолчал какое-то время они молча глядели друг на друга, а потом Фарли произнёс: – И, кто вам сказал, что я не приехал?

«Вот и всё», подумала Джоанна, она понимала, это именно то, чего жаждал её разум, «Но, тогда, отчего так больно?».

– Думаю, если бы это было не так, мы бы с вами не сидели сейчас за одним столом. – Договорил Роберт и улыбнулся.

Что творилось в голове Ноэля Джоанна не знала, и теперь даже не рискнула поднять глаза. Наступила тишина, лишь редкое позвякивание приборов свидетельствовало, что обед продолжается. Джоанна понимала, после услышанного и Ноэль, и Кэтрин ещё больше возненавидят её, ведь это означало одно, в тот день, она сбежала именно к Роберту.

– Осмелюсь предположить, – нарушила тишину графиня Ливингстон, – что и о скандале, который разразился после исчезновения вашей ныне супруги, вы тоже не в курсе?

– Как я уже говорил, мы предпочитаем не вспоминать те времена. – Роберт в очередной раз улыбнулся.

– Дорогая! – Ричард на полтона повысил голос, – Роберт ясно дал понять…

– Я понимаю, – перебила его Кэтрин, – но возможно они до сих пор не знают, что Уоллес был казнён! – Графиня Ливингстон всегда стояла на стороне справедливости, и теперь было сложно остановить её разбушевавшееся негодование. – Посмотри на них, – она указала рукой на застывшую Джоанну, в глазах которой читался ужас. – Они ничего не знают!

– Как казнили? – спросила Джоанна и это были первые её слова за всё время. Она смотрела на Кэтрин.

– Да, – ответила та, негодующе вздёрнув подбородок, Кэтрин злилась на Джоанну, по вине которой, её брат столько лет страдал, поэтому, и не собиралась жалеть, – нашлась третья жена и дала показания, так что, – она замолчала, будто для пущей трагичности ситуации, – как оказалось, ваш брак был недействителен.

Ощущение будто весь мир рухнул, лишило Джоанну последних сил сопротивляться боли, слезам, да и просто дрожи в руках. Ясно понимая, что если, прямо сейчас она не покинет столовую, то рискует расплакаться у всех на глазах.

– Прошу меня извинить, – Джоанна быстро поднялась и спешно, практически выбежала из столовой.

Повисла неприятная тишина, Роберт явно волновался за супругу, поэтому смотрел вслед только что ушедшей Джоанны.

– Прошу прощения, я никого не хотела обидеть, я лишь хотела сказать, что негодяй получил по заслугам, – прикинулась невинной Кэтрин, а сама не забывала следить за братом, – думаю будет лучше, – она поднялась, – если я извинюсь…

– Думаю будет лучше, – перебил её Ноэль, – если мы покончим с этим, – он поднялся, бросил салфетку на стол и спешно вышел.

Джоанна выбежала в сад, надеясь, что свежий воздух поможет ей справиться с грозившейся вырваться наружу истерикой, но воздуха будто мало, она шла вперёд, жадно хватая его лёгкими, пока не скрылась за цветочным забором. Там в тени густых насаждений она дала волю слезам, не сдерживая больше этот горький поток. Боль и обида терзали, сознание бедной девушки, разрывая её изнутри. Если бы она доверилась ему, если бы не сбежала, всё могло бы быть по-другому…».

Далеко за полночь, Джоанна вышла из комнаты Шарлин и тихонько побрела в свою. Весь дом вероятнее всего уже спал, слуги в том числе, и только половицы слегка поскрипывали под тихими шагами Джоанны. Это был тяжелый день, но она выстояла и пусть осознание сотворённой некогда глупости, разбило сердце и уничтожило, возможно единственную надежду на прощение, зато теперь, она беспрепятственно сможет покинуть Англию, навсегда.

«Ничего, я выдержу, я смогу быть сильной», рассуждала Джоанна, войдя в свою комнату и замерла, у окна стоял Ноэль, пусть в комнате и царила тьма, но Джоанна сразу узнала его и это не удивительно, сколько ночей находясь в кромешном мраке её сердце трепетало, вспоминая о нём. Было время, когда Джоанна нарочно оставляла гореть несколько свечей, не позволяя призраку прошлого, врываться в её, новую жизнь.

А сейчас, это не призрак, Ноэль и вправду здесь, сердце обдало жаром, ноги сделались ватными, руки вновь затряслись, всё настолько болезненно знакомо, будто было лишь вчера. На долю секунды Джоанна потеряла контроль позволив своему сердцу возрадоваться, после чего вспомнила о дочери.

– Роберт, дорогой, ты ещё не спишь? – Она нарочно сделала вид будто не узнала его, – я уснула, извини, – говорила и мысленно молилась об одном, чтобы голос не выдал волнения, сердце стучало где-то в висках, и умом Джоанна понимала, для убедительности нужно что-то делать, создать непринуждённость, вот только её тело отказывалось повиноваться.

– Ловко придумано, – Ноэль говорил тихо, и пусть его глаз она не могла видеть, но взгляд ощущала в полной мере, он прожигал насквозь. – Браво, – несколько раз негромко похлопав Ноэль подошёл, – Браво, – повторил он и медленно обошел Джоанну, словно разглядывая со всех сторон. – Вы же не думали, что я клюнул на ваш мастерски разыгранный спектакль. – Договорил он и стал близко, слишком близко. – Я вас заждался…

«Приросшая к полу», Джоанна не могла здраво мыслить, его присутствие лишало её такой возможности, она зажмурила глаза, пытаясь избавиться от наваждения.

– Неужели, за столько лет, вы ни капли не скучали по мне, что даже, не желаете заглянуть в глаза? – говорил он тихим завораживающим голосом.

«Скучала! Если бы ты знал, как же я скучала!», кричали мысли разрывая голову изнутри, в то время как голос произнёс: – Нет, – Джоанна открыла глаза.

– Я не верю вам, – Ноэль всматривался, в некогда любимые озёра глаз, пытаясь отыскать в них подтверждение, своим словам – не верю ни единому слову.

– Это ваше право, – с неимоверным усилием Джоанна сумела взять себя в руки, обошла Ноэля и направилась к комоду, на котором стояли свечи, казалось если их зажечь, всё наваждение из прошлого исчезнет.

Джоанна уже успела взять в руки спички, как за спиной раздался голос, полный боли и отчаяния.

– А я скучал по тебе.

На самом деле, еще перед ужином, да и на нём тоже, Ноэль был уверен, что возненавидел её, он желал терзать её сердце, так же как она терзала его, все эти пять лет. Маркиз твердил себе, что находится в этом доме исключительно ради дочери, и терпит их всех ради неё же. Но стоило ему вернуться домой, да что там, ещё по дороге, находясь в карете, он изо всех сил сдерживал себя, чтобы не развернуть лошадей. И вот, обманув сестру, сказав, что затеряется в кабаке, Ноль Ронвелл, маркиз Ровендейл как вор, прошмыгнул в комнату Джоанны, твердя себе что желает лишь объяснений. Именно это он твердил себе, но вспомнил ли маркиз об этом, увидя Джоанну?

Пытаясь достать спичку дрожащей рукой, Джоанна ощущала его дыхание, он рядом, и единственная её мечта в тот момент, это, забыть обо всём, развернуться и крепко обнять того единственного, о ком мечтала, с того самого момента, как узнала, что такое любовь. Хотя нет, даже раньше, с момента, как поверила в судьбу…

Чиркнув спичкой, Джоанна зажгла свечу, пламя заиграло на стене отбрасывая блики, но освобождение не пришло, на самом деле уже давно не важно, темно в комнате или нет, когда он рядом, бедное сердце готово выпрыгнуть из груди, от радости и в то же время от жуткой печали.

Ещё одна спичка пылает, готовая зажечь спасительное пламя, только у маркиза другие планы, наклонившись Ноэль задул свечу, а Джоанну притянул к себе, положив руку на тонкую талию. Он больше не мог сопротивляться, желанию коснуться её.

– Всё так, как я помню, – Ноэль наслаждался близостью, и ароматом её кожи, – Господи, как же я скучал по тебе, – проговорил он, вдыхая запах волос, как же часто Ноэль представлял себе этот момент. Джоанна же была не в силах пошевелиться, – Пожалуйста, не отталкивай меня, – шептал он ей, касаясь губами шеи.

Закрыв глаза, Джоанна застонала, а Ноэль, казалось, он потерял голову, столько лет мечтая о ней, маркиз Ровендейл позволил себе, окунуться с головой во всепоглощающую страсть. Продолжая покрывать поцелуями нежную кожу, он прочерчивал жгучую дорожку, не пропуская ни сантиметра, заставляя трепетать изнывающую от любви Джоанну. Она даже не заметила, когда платье сползло с плеч, Ноэль продолжал осыпать её кожу горячими поцелуями. Джоанна сдалась, прижавшись спиной к его груди, девушка положила голову Ноэлю на плечо и застонав от удовольствия, закусила нижнюю губу, её дыхание участилось, а когда он сдавил грудь, Джоанна задохнулась от наслаждения. Терзая алые бутоны сосков Ноэль, доводил её до безумия, а когда с губ сорвался очередной стон, он развернул девушку к себе и жадно впился в нежные и податливые губы, поглощая сладостный стон.

Джоанна даже и не думала сопротивляться, тоска по любимому выиграла поединок в неравном бою. После стольких лет тоски и страданий она наконец заслужила, эту частицу счастья.

Обняв обеими руками, она стремилась ещё ближе, ещё сильнее прижаться к жаждущему телу, Ноэль приподнял Джоанну крепче прижимая к себе. Сумасшествие поглотило обоих, они будто обезумели от тоски друг по другу, не размыкая объятий и не прекращая поцелуи, они двигались словно одно целое. Найдя опору у ближайшего подходящего предмета мебели, которым оказался трельяжный столик, Ноэль усадил на него Джоанну, у девушки и в мыслях не было мешать ему, оттолкнуть или воспротивиться, она жаждала его не меньше. Весь мир застыл, и прекратил своё существование, когда, убрав все возможные разделяющие их преграды Ноэль вошёл в её глубины одним жадным рывком…

Глава 2

«– Хватит играть со мной, хватит!

Я обрела покой…

– Разве?

– Чего же ты хочешь? Скажи!!! Прошу я, судьба, не молчи!!!

– … .»

«Ночь в очередной раз стала их верным спутником, словно проводником в мир несбывшихся мечт, она же некогда подарила первую встречу, поцелуй и оставила после себя надежду, которой не суждено было сбыться, ни тогда в небольшой комнате-чулане, ни спустя год, на том же месте…

Луна протискивалась светом, сквозь занавески, отбрасывая неуверенные лучи на окружающие предметы, один затронул комод, другой робко падал на кресло, которое находилось практически у самого окна, третий же, словно свидетель недавней страсти, освещал не только разбросанную по полу одежду, но и теперь уже одиноко стоящий трельяж…

Наслаждаясь близостью, влюблённые словно страшились, что это всего на всего сон, и с наступлением рассвета он исчезнет, а вместе с ним и это тепло. Они любили друг друга долго, страстно, нежно, отдаваясь долгожданной близости без остатка, а после просто лежали в объятиях, словно боялись спугнуть реальность.

– Ноэль, – тихонько позвала Джоанна, она приподнялась чтобы увидеть его глаза.

Ноэль улыбнулся, казалось, ещё несколько дней назад он и представить не мог, что будет вот так, обнимать свою любовь. Да что там, ещё совсем недавно, он считал Джоанну погибшей и навеки утерянной для него.

– То, о чём сегодня говорил Роберт…

– Это не важно, – Ноэль будто в одночасье понял, что на самом деле, сейчас, это уже действительно не имеет значения. – Мы с тобой столько времени потеряли, – поцеловал Джоанну в макушку и продолжил, – сначала я, натворил глупостей, будучи самонадеянным идиотом, затем ты… – он не стал продолжать, а лишь усмехнулся, – один-один, – и сразу же посерьёзнел, – судьба даёт нам ещё один шанс, мы просто обязаны им воспользоваться.

Джоанна поднялась и накинув на плечи покрывало повернулась, глядя на него, Ноэль сел.

– Я постоянно совершаю ошибки… – Джоанна нервничала, пытаясь подобрать нужные слова, – вместо того чтобы довериться тебе, я совершила непоправимое и тогда, и сейчас, – её голос дрогнул, по щеке покатилась слеза, – Я не хотела, чтобы ты жалел меня…

– Тсс, – Ноэль встал с постели, и потянув за край покрывала приблизил Джоанну к себе, – Я не жалею тебя, – поцеловал, – Я люблю тебя, – снова поцелуй, – и я тебя больше не потеряю, я что-нибудь придумаю, но больше никогда и никому не отдам…».

– Мама, смотри! – Голос дочери вырвал Джоанну из воспоминаний, – Смотри как он умеет! – Шарлин сняла шляпку и бегая по кругу, призывала щенка схватить её, тот в свою очередь не отставал, оба ребёнка были счастливы.

Сидя в плетённом кресле, Джоанна читала книгу и заодно приглядывала за дочерью, которая резвилась со щенком. Только читать не получалось, вернее сказать, в книгу то она смотрела, но ни смысла, ни какого-либо значения не могла рассмотреть, как ни пыталась.

– Шарлин милая, будь осторожна! – проговорила Джоанна, как вдруг заметила, идущего к ним Ноэля, в сопровождении Роберта. Сердце обдало жаром после чего оно забилось с удвоенной силой, Джоанна поднялась, книга выпала из рук, но девушка этого даже не заметила. Роберт светился от радости, впрочем, как и вчера, Ноэль же был сдержан, казалось, он спокоен и не испытывает никаких чувств, но это только видимость, потому что взгляд, которым он прожигал Джоанну, как никто другой говорил о серьёзности его намерений. Девушка ощутила его, ещё когда они были на расстоянии, ей хотелось кричать от счастья. Если бы не рядом идущий Роберт, он не просто супруг, он спаситель, и ни в коем случае не заслуживает такого отношения.

– Джоанна дорогая, его сиятельство пригласили нас завтра на ужин! – заговорил восторженно Фарли, не замечая взглядов, которыми обменивались маркиз с его собственной супругой.

– Как вы себя чувствуете сегодня? – спросил Ноэль целуя Джоанне руку, – Выглядите прекрасно, – немного дольше удерживая её ладонь, он незаметно поглаживал нежную кожу. Ноэль специально не обращался к ней, миссис Фарли, не желая произносить это вслух.

– Благодарю, сегодня гораздо лучше, – Джоанна покраснела и с учащённым сердцебиением убрала руку.

– Я счастлив, значит ничто не помешает вам присутствовать на завтрашнем ужине. – Ноэль улыбнулся и это была самая обаятельная улыбка не земле.

– Почту за честь, – тихонько проговорила Джоанна, пока он наклонился чтобы поднять упавшую книгу.

– Это ваше полагаю? – протянул ей.

– Да, спасибо, – детский смех вернул Джоанну в реальность, она посмотрела в сторону, где резвилась её дочь. – Шарлин, милая! – позвала она.

Ещё совсем недавно, Джоанна просила Роберта, помочь ей убедить всех что Шарлин является его дочерью, а сейчас ей самой не терпится познакомить девочку с отцом, с настоящим отцом, маркизом Ровендейл.

Заливаясь смехом и одновременно убегая от щенка, девочка мчалась к ним, Джоанна бросила на Ноэля робкий взгляд и вышла немного вперёд.

– Я же говорил убрать собаку, – с ноткой упрёка Роберт посмотрел на Джоанну, и как только ничего не подозревающий щенок подбежал, преданно виляя маленьким хвостом, быстро подхватил и унёс его передать прислуге. Так как, сам Фарли ненавидел собак от чего и запрещал Шарлин играть с животными. Хотя оправдывал он свою неприязнь отнюдь не этим, а волнением и боязнью, что те могут навредить девочке.

– Шарлин, – Джоанна присела перед дочерью чтобы отвлечь от щенка и заодно поправить выбившиеся локоны, – я хочу познакомить тебя с одним очень хорошим человеком, – говорила она шёпотом, безуспешно поправляя непослушные завитки, которые словно отпружинивали обратно.

Шарлин выглянула и тут же спряталась, когда Ноэль ей улыбнулся, Джоанна тем временем поднялась и взяв дочь за руку подвела к отцу.

Не дожидаясь представления Ноэль, присел перед девочкой на корточки, – Как же зовут, столь прекрасную, юную леди?

– Шарлин, – ответила она, улыбаясь и добавила, – Шарлин Фарли.

– Прекрасное имя, – улыбался Ноэль, его переполняла нежность, – а меня зовут Ноэль.

– И всё? – удивлённо произнесла она.

Ноэль рассмеялся, – Нет, если быть точнее, – он поднялся, – Ноэль Ронвелл, маркиз Ровендейл, к вашим услугам. – Проговорил и поклонился.

Глаза девочки округлились от ещё большего удивления, она повернулась к матери и шёпотом спросила, – Что мне делать?

Ноэль ещё громче рассмеялся, а Джоанна жестом показала, что нужно присесть в реверансе.

Бесхитростно, совершенно искренне и с серьёзным видом, девочка кивнула матери, а затем незамедлительно поприветствовала маркиза реверансом, и как говорится, не отходя от кассы поинтересовалась:

– Я могу называть вас по имени?

– Шарлин! – позвала Джоанна давая понять, что та перегнула.

– Ну разумеется, – всё также улыбаясь проговорил Ноэль, он наслаждался беседой, с собственной дочерью.

– Тогда, мистер Ноэль, – девочка посмотрела в сторону, приближающегося отца и понизив голос спросила, – вы любите собак?

– Просто обожаю, – ответил Ноэль восхищаясь маленькой графиней, именно токовой и была эта маленькая принцесса с белокурыми пружинками вместо волос.

– Тогда, вы заберёте мальчика к себе? – она ещё раз оглянулась на отца.

– А вы обещаете навещать меня?

– Обещаю, – тут же ответила Шарлин, и кивнула головой в знак подтверждения.

Наблюдая за дружеской беседой не чужих друг другу, и самых родных ей людей, Джоанну, обуревали противоречивые чувства, с одной стороны, она испытывала радость, трепет и умиление, но с другой, её одолевала тревога, связанная с неопределённостью, «Что будет дальше?».

– Дорогая, – вернулся Фарли, – я думаю Шарлин уже пора на занятия, – проговорил он тоном, не терпящим возражений, от Ноэля это не ускользнуло и не понравилось, особенно то, как Джоанна беспрекословно его слушалась.

– Прошу нас извинить, Шарлин действительно нужно заниматься, – спешила успокоить Ноэля, понимая возможное негодование с его стороны.

– До скорой встречи, – улыбнулся маркиз и поцеловал Джоанне руку, – не забудьте дочитать книгу, интересный роман.

– Благодарю ваше сиятельство, – Джоанна присела в реверансе.

Ноэль перевёл взгляд на Шарлин, – Всего доброго мисс, – улыбнулся и подмигнул он, в ответ на что сделав чересчур серьёзный вид, девочка также присела в реверансе и взяв мать за руку они направились к дому.

– Не важно в какой стране мы находимся, знания превыше …

– Мне нужна ваша собака, – перебил его Ноэль.

– Всего, – договорил Фарли и переспросил, – Что простите?

– Щенок, – ответил Ноэль глядя на удаляющихся Джоанну с дочерью, – мне нужен ваш щенок. Я могу его забрать?

– Да, – произнёс растерянно Фарли.

– Вот и отлично, – проговорил маркиз и направился в конюшни, куда, судя по всему, было определено животное.

– А разве, вы не хотели повидаться с моей сестрой? – Фарли был обескуражен.

– Завтра, сейчас мне нужно спешить.

– Лина проследи чтобы Шарлин вымыла руки и помоги ей привести себя в порядок, через двадцать минут, придёт мистер Рамзи, – говорила Джоанна, поднимаясь по лестнице.

– Что-то случилось? – забеспокоилась служанка, видя перемены в поведении Джоанны.

– Лина, Лина, – Шарлин требовала к себе внимания, – я познакомилась с маркизом!

– Правда? – «Теперь понятно, что происходит с её девочкой», Лина посмотрела в сторону лестницы, где только что скрылась Джоанна. – И как это произошло? – Служанка взяла девочку за руку и повела в комнату.

– Он подошёл к нам на прогулке, а ещё у нас с ним договор, – не прекращала болтать Шарлин.

– Договор? Очень интересно. – Лина помогала Шарлин снять испачканное платье.

– Да, он заберёт себе мальчика, и я буду его навещать.

– Здорово, – наигранно восхищалась Лина, наливая в таз воды, чтобы умыть девочку, – а какого мальчика он должен забрать?

– Мальчик – это щенок, – засмеялась Шарлин.

– Ах щенок, ну тогда всё ясно, – она помогла девочке снять остатки одежды, – давайте мисс, мы вас умоем и приведём в надлежащий вид, чтобы у мистера Рамзи не случилось сердечного приступа, при виде одной грязной особы.

В комнате Джоанна сразу направилась к окну, посмотреть уехал ли Ноэль, в саду уже никого не было, девушка мечтательно улыбнулась, вспоминая сегодняшнюю встречу, и тут же сердце взволновалось, завтра они приглашены на ужин.

– О Господи, – прошептала она, – надеюсь там не будет герцогини, – одно дело презрение Кэтрин, а совсем другое осуждение её светлости. Девушка вздохнула, это сложно, но она выдержит, затем взгляд упал на книгу, лежащую на комоде, Джоанна вспомнила глаза Ноэля в тот момент, когда он отдавал её ей, «– Не забудьте дочитать книгу, интересный роман». Присмотревшись, девушка что-то заметила между страницами, и не ошиблась, там лежал сложенный лист бумаги, быстро достав, она отбросила книгу на кровать, а листок развернула…

«Не вижу вас несколько минут и уже тоскую», – прочла она и улыбнулась, а затем вновь перечитала: «Не вижу вас несколько минут и уже тоскую. Можете считать меня влюблённым глупцом, но я отказываюсь расставаться дольше чем на несколько секунд» … читая строки Джоанну охватил радостный трепет…

«Жду вас ночью в хижине лесника. Мечтаю о встрече, Н.Р.»

За дверью послышался шум, Джоанна быстро сложила письмо, запихнула за корсаж платья и дрожащими руками сделала вид будто поправляет причёску, когда Роберт вошёл в спальню.

– Дорогая, ты не видела Грейс, всё утро не могу её отыскать?

– Нет, – поспешно ответила девушка, и добавила, – погода чудесная, возможно, она пошла прогуляться, – говорила медленнее и как можно спокойнее, стараясь скрыть своё волнение.

– Ты не могла бы проверить? – Он смотрел на Джоанну в зеркале.

– Конечно, я поищу, – она улыбнулась и как можно быстрее вышла из комнаты, надеясь, что муж не заметил её волнения.

Роберт редко злился, никогда не повышал голос, тем более никогда не поднимал руку, но его взгляд, тот всегда требовал быстрого и полного повиновения. А ввиду того, что Джоанна имела свой горький опыт, замужества, она и не стремилась перечить, да и поводов не было, Роберт всегда заботился об их благополучии, совершенно не давая поводов сомневаться в нём.

Их брак, носил строго деловой характер и Джоанну всё устраивало, она получила, мужа, его имя соответственно и конечно отца для Шарлин, чтобы девочка не дай Бог, не прослыла незаконнорождённой, но имела шанс на полноценную жизнь. Роберт же, кроме статуса женатого мужчины и дочери, обрёл возможность скрыть свою истинную натуру, и не бояться презрения или поругания общества.

Дело в том, что Роберта Фарли не прельщали женщины, от слова совсем, в какой-то степени, они были ему противны, а сама мысль о соитии внушала ужас, сродни мерзости, вызывая рвотные позывы, следовательно о наследнике не могло быть и речи. Поэтому, когда над Фарли нависла угроза позора, после скандального самоубийства лакея, Джоанна, вместе со своей дочкой, оказалась как нельзя кстати, и, разумеется, после появления миссис Фарли все подозрения касательно причастности самого Фарли к гибели парнишки сошли на нет.

В соглашении же между будущей четой, строго подчёркивалось, «Никакой близости между супругами быть не может», но в то же время оговаривалось, что и миссис Фарли не имеет права заводить любую интимную связь на стороне. Взамен Роберт, обязуется заботится о них с Шарлин, обеспечивая всем необходимым. Вероятно, благодаря таким условиям Джоанна и согласилась на брак, ярко помня печальный опыт замужества, казалось, это именно то, что нужно. И действительно, практически за пять лет их совместной жизни, Роберт Фарли никогда не изъявлял желания, прийти в покои жены ночью. Джоанна в свою очередь, не интересовалась, где её супруг удовлетворяет свои плотские желания, а сама, как и обещала была честна. Вот только, это было до появления, маркиза Ровендейл…

Прочесав весь сад и окрестности поместья Джоанна возвращалась в дом, Грейс действительно нигде не было, это странно, девочке незнакомы здешние места, не говоря уже об полном отсутствии друзей.

Крики, доносившиеся из дома, заставили Джоанну ускорить шаг, там явно что-то стряслось.

– Ты не заставишь меня! – кричала Грейс, когда Джоанна буквально вбежала внутрь, – Ты мне не отец!

Звук пощёчины раздался эхом, отражаясь от стен, на несколько секунд Джоанна замерла, наблюдая эту картину, девушка опешила, она никогда не видела Роберта в таком состоянии. Грейс плакала, долго не раздумывая Джоанна бросилась туда, стремясь защитить золовку.

– Даже не смей это делать! – Роберт схватил её за руку, останавливая, – она сама виновата! – Буквально прошипел он.

– Роберт, ты делаешь мне больно, – стараясь успокоить и в то же время не разгневать мужа ещё больше, Джоанна говорила спокойно, в таком состоянии она его никогда не видела, – Успокойся, ты напугаешь Шарлин, – она стала между ним и рыдающей Грейс, – Объясни, что произошло?

– Что произошло? – он говорил тише, но от этого не менее зловеще, – Если бы ты знала где я её нашёл! – Фарли замолчал, он не просто злился, а был в ярости, и это был первый раз, за всю их совместную жизнь.

– Да, расскажи ей! – Грейс плакала. – Поведай страшную тайну!

– Замолчи! – Роберт снова перешёл на крик, казалось он готов ещё раз ударить сестру.

– Тебе не заставить меня! Я скорее умру!

– Я могу посодействовать в этом, – прошипел Фарли.

Джоанна, которая обнимала, пытаясь успокоить плачущую Грейс, уставилась на мужа, – Роберт, что ты такое говоришь?

– Тебе лучше замолчать, а ещё лучше, иди к дочери! – он указал на лестницу, – это наше, семейное дело. – И посмотрел взглядом говорящим, «Я жду».

Шокированная Джоанна поднялась, Грейс вскочила вместе с ней, не отпуская руку, словно черпая силы и поддержку.

– Ты просто злишься, что Эндрю отказал, тебе! Думаешь я не знаю о твоих грязных наклонностях! – Грейс кричала словно обезумевшая.

– Замолчи! – прорычал Фарли и занёс руку чтобы ещё раз ударить сестру, только Джоанна успела отпихнуть Грейс, от чего под ударом оказалась её собственная щека. Звук пощёчины, а после и капля крови выступившая на губе жены, сработала как отрезвляющий фактор, но лишь на несколько секунд. Роберт замер, Джоанна молчала, она по-прежнему держала за руку рыдающую Грейс, Фарли отвернулся и сжал кулаки. – Идите наверх, обе… – проговорил он голосом похожим на рычание, а в конце добавил, – Теперь, ты выйдешь оттуда, лишь в день своей свадьбы. – Грейс ещё громче заплакала, а Джоанна посмотрела на строгий профиль своего мужа, казалось, она совсем его не знает, это совершенно другой человек.

Вот что действительно было ей знакомо, так это последние сказанные им слова, когда-то она и сама слышала такие же, только из уст своей тёти.

– Пойдём, – позвала Джоанна тихонько, и обнимая за полечи, повела всё ещё рыдающую Грейс, в комнату. Поднимаясь по лестнице, они услышали, как хлопнула входная дверь, это был Роберт.

Глава 3

Непредсказуемый финал,

непредсказуемо начало,

Судьба изрядно потрепала,

Не разрешив начать с начала…

Как только они оказались в комнате, Грейс в рыданиях бросилась на кровать, Джоанна понимала чувства золовки.

– Дай брату немного времени, остыть, – говорила она, присев на край кровати, Джоанна успокаивающе, гладила Грейс по спине, – думаю он ещё не осознал, что ты уже совсем взрослая и…

– Ему плевать на меня, – проговорила Грейс всхлипывая, – он думает только о себе.

– Не говори так…

– Ты думаешь его заботит моя участь!? – перебила её Грейс, она села и посмотрела на Джоанну, – Ему плевать на меня, – повторилась она, – мой братец создал свой сказочный мир, в котором он, эдакий любящий, положительный и просто, хороший семьянин, а на деле, – Грейс посмотрела на дверь и в отвращении произнесла, – мой брат, моральный урод.

– Грейс… – начала Джоанна, но та вновь перебила её.

– Ты поменяешь своё мнение, когда узнаешь всё, на что способен мой братец. Так же, как и я поменяла.

На несколько секунд в комнате воцарилась тишина, в глазах Джоанны читалось сомнение, смешанное со страхом, «Кем же в действительности является её муж?».

– До недавнего времени, я и сама считала своего брата чуть ли не Господом Богом, пока Эндрю не открыл мне глаза.

– Грейс, я понимаю, – Джоанна пыталась успокоить девушку, – ты влюблена…

– Дело совсем не в этом! – Грейс вскочила, её заметно била дрожь, – Мой брат причастен к смерти одного из рабочих! Пожалуйста выслушай меня, – взмолилась Грейс видя сомнение во взгляде Джоанны, – Это было шесть лет назад, – Грейс погрузилась в воспоминания, – у нас в конюшнях работал, один парень, его звали Ким, он иногда учил меня ездить верхом, несмотря на запреты Роберта, – на мгновение её глаза засветились, – а потом, он исчез. «Сбежал мерзавец», именно это сказал мне тогда мой братец, – очередная волна отвращения отразилась на лице девушки при воспоминании, она замолчала и посмотрела на Джоанну, полными слёз глазами. – А недавно, я узнала, никуда он не уехал, его нашли повешенным на балке в подвале. – Джоанна медленно поднялась, – я знаю это, потому что, – её голос дрожал, – потому что, Роберт проделывает это и с Эндрю.

Джоанна взяла Грейс за плечи, глядя прямо в глаза, девушка пыталась отыскать в них, хотя бы самую малую часть того, что это не правда.

– Моему брату доставляет удовольствие наблюдать, как человек мучается в предсмертной агонии, но он не доводит дело до конца, чтобы потом проделывать это снова и снова. – Грейс замолчала, а когда заговорила голос её был тихий, – Мой брат чудовище, Джоанна, – она посмотрела на шокированную услышанным Джоанну и повторила, – чудовище.

– О Грейс, – Джоанна обняла девушку, понимая, бедняжке необходимо утешение.

Успокаивающе поглаживая плачущую Грейс, Джоанна обдумывала её слова, «Сказанное действительно ужасно, и в то же время, в это сложно поверить. С одной стороны Роберт, всегда добрый и отзывчивый, и заподозрить его в таком, неимоверно сложно. Но, с другой стороны, их договор о совместном ложе? И пусть предположить, что ему не притягательны женщины, а по нраву мужское внимание, Джоанна слышала о таком, но чтобы вот так, это уму не постижимо».

Вот только, Джоанна слишком ярко помнит, извращённое влечение своего первого супруга, больная фантазия которого, не раз доводила его до насилия собственной жены в присутствии дворецкого.

Сама того не желая, Джоанна вспомнила о чём так долго пыталась забыть, унижение, стыд, боль, всё это было не чем иным, как частью её ужасного прошлого.

– Послушай меня, – говорила она, вытирая Грейс слёзы, – я обещаю тебе, что сегодня же поговорю с Эндрю и всё выясню. Хорошо? А тебя попрошу, успокоиться и пока не перечить брату.

– Ты мне не поверила?! – Отчаяние и негодование заставили Грейс кричать.

– Тс, тс, тише, – Джоанна приложила палец к губам, и посмотрела на дверь. – Я верю тебе, верю, – она взяла Грейс за руку и усадила на кровать, сама села рядом, – но верить мало, нужны доказательства, без них, ни твои слова, ни мои, ни тем более обычного рабочего, ровным счётом ничего не значат. Поэтому прошу, потерпи немного, а я пока придумаю что делать, – Джоанна заправила выбившийся локон Грейс за ухо. – Пожалуйста верь мне. – Искренность в голосе Джоанны, убеждала.

– Хорошо, – она согласно кивнула, – Можно я прилягу тебе на колени?

– Конечно, – Джоанна улыбнулась и отодвинулась, чтобы Грейс смогла устроиться рядом.

– Не уходи, пожалуйста, – прошептала тихонько Грейс.

– Я не уйду, – ответила Джоанна, – не уйду, – повторила она, успокаивающе гладя золовку по волосам.

За окном уже давно стемнело, Шарлин сладко спала в своей постели, Джоанна находилась рядом, после всего произошедшего она определённо не оставит её больше одну, не на секунду. Девочка повернулась во сне и поудобнее устроилась, Джоанна поправила одеяло и аккуратно встала с постели, она не находила себе места, особенно после разговора с одним из рабочих, когда искала Эндрю…

«– Его нет госпожа, – от этих слов, Джоанна похолодела.

– Как нет?

– Возможно он сбежал, – пожал тот плечами, – а возможно, вы всё правильно подумали.

– Что я подумала? – Джоанна изредка поглядывала по сторонам, она боялась быть замеченной Робертом.

– Правильно говорят, меньше болтаешь, дольше проживёшь. Вы простите госпожа, мне работать надо.

– Нет, постой! – Джоанна придержала работника за рукав, – Пожалуйста, если ты слышал, знаешь хоть что-нибудь, расскажи мне. Пожалуйста… – взмолилась она.

От волнения и в какой-то степени от страха, девушка обняла себя руками, возможно именно этот жест и сыграл в решении слуги, но, он заговорил…

– Когда Эндрю приехал, поначалу, он всех сторонился, ни с кем не разговаривал, мне даже казалось, что бедняга немой. А потом, он слёг с каким-то недугом, и мистер Фарли сказал к нему не заходить, чтобы не заразиться. А мы что, жить-то хочется, вот и слушались, а когда через пару дней, хлопец вышел, мы тогда все решили, выкарабкался значит, но на всякий случай пару дней ещё сторонились.

Джоанна внимательно слушала, не забывая поглядывать в сторону выхода.

– Вскоре парень напился, и совсем с катушек слетел, говорил, что смерть ходит за ним по пятам, что, давно бы и сам помог ей, но влюбился. Я-то его сильно не слушал, так как говорю же, решил, что он того, сдурел, а он плакать начал, вот мне и пришлось отвести его в комнату. Там он мне и рассказал, прости Господи, – работник перекрестился и продолжил, понизив голос, – как супруг ваш, издевается над ним, доводя да смерти подобного состояния.

Джоанна в ужасе прикрыла рукой рот, отрицательно замотала головой, – Но как? – она не понимала, как такое вообще может быть.

– Иногда мог сам придушить, а иногда подвешивал беднягу, после чего тот и лежал с хворью. Парень мне даже следы на шее показывал. Знаете, я не шибко верующий, но вот в тот момент, перекрестился.

Джоанна ощутила будто земля уходит из-под ног, – Госпожа, вам плохо? – забеспокоился работник, видя побелевшее лицо хозяйки.

– Не волнуйтесь за меня, продолжайте. – Джоанну трясло. За стеной послышался какой-то шум, от чего рабочий испугался и быстро затараторил.

– Я больше ничего не знаю и учтите, мне проблемы не нужны, если что, я буду всё отрицать. – Быстро схватил ведро с кормом и заковылял к выходу».

«Господи, ну как же так?». Несмотря на всё услышанное, поверить в это невозможно, Джоанна мысленно боролась сама с собой, «Роберт любящий и заботливый отец, всегда учтивый. За все эти годы он ни разу не повысил голоса, не говоря уже о чём-то более значительном. Именно сегодняшнее происшествие вывело его из себя? Он злится из-за возможной отмены свадьбы? Или, и это скорее всего, всё это правда?».

Стоя у окна, Джоанна обдумывала различные варианты возможного развития ситуации, и чем дальше, тем более уверенно она, приходила к мысли, что Эндрю скорее всего уже нет в живых.

– У меня нет времени, – заговорила она шёпотом, – я должна что-то придумать, пока Грейс не натворила глупостей.

В этот момент дверь тихонько приоткрылась, это была Лина, (после ужина, Джоанна всё честно поведала подруге, о проведённой ночи с Ноэлем, об инциденте с Грейс, и само собой о чудовищных пристрастиях супруга), Лина быстро прошмыгнула и также тихо прикрыла дверь обратно.

– Роберта нигде нет, – проговорила она шепотом.

– Хорошо, – Джоанна принялась надевать плащ, – не оставляй Шарлин ни на минуту.

– Но, что ты собираешься делать?

– Ноэль ждёт меня, – она завязывала ленту на плаще, – на этот раз, я всё ему расскажу, я больше не допущу такой ошибки. – Джоанна накинула капюшон и вышла из комнаты.

Быстро пробираясь через не слишком густые заросли в лесу, ведущие к той самой хижине, где должен ждать Ноэль, Джоанна была уверена в себе, она поступает правильно. Сейчас она доверится ему целиком и полностью, больше никаких ошибочных решений…

Хижина виднеется, из трубы идёт лёгкий дымок, Джоанна улыбнулась, Ноэль на месте, трепетное волнение всколыхнуло сердце, «Первое что я сделаю, это обниму его, а после всё расскажу, без утайки». С этими мыслями Джоанна открыла дверь…

Внутри полумрак, лишь небольшое пламя в очаге, но оно неспособно осветить должным образом всю хижину, Джоанна зашла и прикрыла дверь.

– Ноэль, – тихонько позвала она, на секунду ей показалось, что это не он, Джоанна сняла капюшон и сделала шаг вперёд, – Ноэль? – уже громче повторила она.

Тишина, которую он сохранял, говорила, лишь о том, что Джоанна права, а в следующее мгновение чиркнула спичка, пламя взыграло неловким бликом на стене. Прежде чем он повернулся, Джоанна узнала в силуэте, своего собственного супруга.

– Привет дорогая, – Роберт улыбнулся, – вижу ты не ожидала здесь увидеть меня.

Джоанна отступила назад, страх сковал её, она огляделась по сторонам, в ужасе боясь, обнаружить на полу истекающего кровью Ноэля.

– Его нет, – Роберт говорил спокойным, тихим голосом, это вызывало ещё больший страх. – Ты, наверное, ломаешь голову, откуда мне всё известно? – Он поставил свечу на полку, – вы обронили, – Роберт достал из кармана сложенный лист и швырнул его на стол, Джоанна узнала письмо Ноэля, видимо оно выскользнуло во время перепалки в гостиной. – Я взял на себя смелость отменить свидание.

Джоанна оглянулась на дверь, сотни мыслей проносились в голове, Роберт же, спокойно взял небольшой котелок и подвесил над огнём.

– Скажи, за все эти годы, я хоть как-то вас обидел?

– Нет, – Джоанна дрожала.

– Или быть может, я плохо заботился о вас?

– Нет, Роберт, я благодарна тебе!

– Тогда, почему, ты запрыгнула в постель к этому маркизушке!?

Наступила тишина, Джоанна понимала он зол, – Роберт прости меня, но я тоже женщина, и мне… – она пыталась выставить всё обычным вожделением.

– Почему именно он?

– Я, я не знаю, прости, – страх что Роберт убьёт Ноэля был огромен.

– Ладно, тем более что, я сам виноват, – он разлил чай в металлические кружки, – я прощаю тебя, – протянул одну Джоанне, – на этот раз.

С опаской, но Джоанне ничего не оставалось как взять чашку в руки.

– Заключим перемирие, – он приподнял свою, улыбнулся.

Джоанна принюхалась, слабый сладковато-мятный аромат, она посмотрела на мужа, который все эти годы был дьяволом в овечьей шкуре. Не имея выбора, девушка сделала один малюсенький глоток.

– Неужели вы думаете, что я могу вас убить?

– Нет, – в доказательство, Джоанна сделала ещё несколько глотков и отставила чашку на стол.

– Правильно, – Роберт выплеснул содержимое своей чашки в очаг, – я же не Эндрю Уоллес.

Джоанна глядела на своего мужа, её начинал бить озноб, появилось лёгкое головокружение, она пошатнулась.

– Удивительно, сколько всего можно узнать из газет, пятилетней давности.

Джоанна чувствовала, как немеет язык, она хотела что-то сказать, но у неё вышло только мычание.

– Собственно, отсюда я и сделал определённые выводы.

Джоанна оступилась и осела на пол, ноги словно не слушались её.

– Скажи, – Роберт присел и приподнял Джоанну за подбородок, – Ровендейл, отец Шарлин? – Джоанна не могла держать головы, лишь слеза скатилась по щеке, – Я так и думал, – он наклонился, поднял Джоанну с земли отнёс и уложил на кушетку. – Вы, наверное, думаете, что умираете? – он пригладил выбившиеся на лицо волосы девушки, – уверяю вас нет, вы всего лишь обездвижены. – Очередная слеза скатилась, утопая в волосах, Джоанна не могла пошевелиться, всё на что способна была девушка, это дышать, даже веки опустились, – Прости меня, – прошептал Роберт, целуя Джоанну в лоб, – Но, я должен всё исправить.

Джоанна кричала, металась и рыдала, пытаясь вырваться из парализовавшего её оцепенения, только это всё бессмысленно, тело было в состоянии полнейшего покоя, она находилась словно в глубоком сне.

То проваливаясь в бездну, то вновь прорываясь к сознанию, на протяжении нескольких часов Джоанна боролась с захватившим её параличом. Страх и осознание неизвестности, что успел натворить обезумевший супруг, ни на секунду не покидали девушку, придавая ей сил, в этой неравной борьбе.

С первым проблеском солнечных лучей, к ней постепенно начинала возвращаться чувствительность, сперва Джоанна смогла пошевелить пальцами правой руки, затем она смогла сжать их в кулак, а уже через несколько минут, с трудом девушка сползала с кушетки. Ноги ещё отказывались двигаться, поэтому при первой попытке, Джоанна рухнула на пол, но продолжила бороться, сантиметр за сантиметром, подползая к двери.

Чтобы хоть как-то вернуть подвижность, Джоанна била по ногам, растирала и снова барабанила, слёзы не переставая текли по щекам, предчувствие подсказывало, нечто ужасное.

Что именно мог натворить её больной супруг? Ужасные варианты проносились в голове, пока Джоанна что было сил бежала сквозь заросли, спеша домой. На самом деле, если Роберт действительно способен на те ужасные деяния, о которых рассказал рабочий, а теперь Джоанна уже в этом не сомневалась, значит, от него можно ожидать чего угодно.

Но только не то, что она увидела, выйдя из леса…

– Нет! – закричала Джоанна и бросилась бежать, через небольшой луг, за которым находился некогда огромный особняк семьи Фарли.

Теперь же, от него остались искорёженные и почерневшие от нещадящего никого и ничего пламени, развалины. Крыши и второго этажа, где находились все спальни, не было вообще, всё выгорело и обрушилось. Обгоревшие, одинокие стены стояли, образуя адский котлован, похоронивший в себе всех…

– Нет, пожалуйста! – Джоанна бежала, она спотыкалась и падала, царапая ноги в кровь, но поднималась и продолжала бежать. – Шарлин! Нет! Господи пожалуйста, не надо только не это! – Она упала на колени, рыдая от неописуемой боли. – Господи, нет! Шарлин!

– Джоанна!?

Голос Ноэля, вывел девушку из транса вселяя надежду, – Ноэль? – она поднялась, маркиз в мгновение оказался рядом.

– Джоанна, – Ноэль сгреб её в объятия, – Я думал ты мертва. – Ощупывал руки, шею, плечи и снова обнял. – Ты цела?

– Ноэль, – Джоанна отстранилась, и вглядываясь в глаза, с надеждой в голосе задала единственно важный вопрос, – скажи, Шарлин с тобой? – Слёзы что стояли в его глазах, дали свой ответ, – Ноэль, не молчи, – взмолилась обезумевшая от горя мать, – ну не молчи же ты! – она вцепилась в рубашку, – Прошу скажи что ты спас её! – трясла она его, – Умоляю! – Ноэль ещё крепче прижал рыдающую Джоанну к груди и плакал сам глядя, на тлеющую могилу дочери. Он потерял её, не успев обрести…

Глава 4

Смерть наступает лишь тогда,

Когда дыханье покидает,

И сердце биться перестанет?

Смерть наступает и тогда,

Когда жизнь смысл свой потеряет…

Самое ужасное что может произойти с человеком – это потеря близкого человека, а когда этим близким оказывается единственная дочь, тогда жизнь теряет всякий смысл. И понять для чего нужно просыпаться по утрам, есть, пить и просто дышать, неимоверно сложно, когда единственное чего желает сердце, это оказаться рядом с ней…

– Как она? – Спросил Ричард, когда Кэтрин вошла в кабинет Ноэля.

– Также, – Кэтрин глянула на брата, Ноэль сидел в углу комнаты и отрешенно смотрел в окно.

С того момента, как произошла трагедия, прошло два дня, Джоанна находилась на грани сумасшествия, но, хотя бы уже перестала, вырываться и бежать на место пожара, теперь она просто заперлась в комнате и никого не впускает.

Графиня Ливингстон взяла на себя все приготовления к похоронам. Тела, которые удалось извлечь, вернее, то, что от них осталось, опознать невозможно, поэтому было принято решение, произвести захоронение в одной, общей могиле.

Это неимоверно сложно держать себя в руках, когда сердце разрывается от боли, но Кэтрин понимала, она нужна брату и особенно Джоанне, ведь она в одночасье потеряла всех.

Страх что брат снова начнёт пить и замкнётся в себе, не покидал, графиня слишком ярко помнила о том, как тяжело Ноэль переживал время, когда считал Джоанну погибшей. Только, с момента пожара, брат не выпил ни глотка спиртного, как, собственно, и воды, либо чего-нибудь другого.

– Я не знаю, что делать, – Кэтрин жестом отозвала мужа в сторону, – Джоанна отказывается выходить, – говорила графиня шёпотом, – вероятно, нужно взломать дверь, я боюсь, она может что-нибудь с собой… – не успела договорить, Ноэль поднялся и быстрым шагом направился к выходу.

– Джоанна, – позвал он, подойдя к комнате, в ответ тишина, – Джоанна! – Повторил он громче и забарабанил в дверь. – Джоанна открой дверь или я её выломаю! – ещё несколько ударов отозвались эхом в коридоре, Ноэль прислонился лбом к двери и тихо произнёс, – Позволь мне быть рядом… – он замолчал, прислушиваясь, – Позволь мне помочь тебе, – в ответ лишь тишина, – Она была и моей дочерью, – вся боль отразилась в голосе. – Ты слышишь? Шарлин была и моей дочерью! – Снова забарабанил.

Щелкнул замок, Ноэль медленно толкнул дверь. Джоанна стояла посреди комнаты, повёрнута спиной, плечи поникшие, платье тоже что и два дня назад, почерневшее от сажи и грязи, руки изранены, после попыток отыскать дочь среди обломков. От увиденного сердце маркиза ещё больше сжалось от боли.

– Я говорила, не нужно было сюда приезжать, – произнесла она еле слышно, Ноэль обнял, прижимая Джоанну к груди, он понимал, нет таких слов, которые могут утешить убитую горем мать. – Я просила, – рыдала она, – просила… – Через какое-то время Джоанна затихла и отстранилась, подняла опухшие от слёз глаза. – Меня не было рядом, если бы я была там, я могла бы спасти её.

– Джоанна…

– Этот всё ты. – Перебила она его, – Это всё твоё письмо, Роберт нашёл его. – Джоанна словно обезумела, – Это всё твоё чёртово письмо! – Она ударила Ноэля в грудь один раз, потом ещё и ещё. – Зачем я пошла туда, зачем!? – Ноэлю пришлось насильно прижимать, обнимая бьющуюся в истерике Джоанну, он продолжал держать её так, пока девушка не сдалась и обмякла словно безжизненная кукла… – Это моя вина, моя… – повторяла она.

Всё происходило будто в жутком сне, Джоанна изводила себя мыслями, поступи она по-другому, не поддайся искушению, Роберт не нашёл бы никакого письма, его бы просто не было, а сама Джоанна находилась бы с дочерью, да и Роберт не взбесился бы. В том, что поджог устроил именно он, сомнений не могло быть. Поэтому, единственное заключение к которому она пришла это, её собственная вина…

Именно в таком состоянии Джоанна находилась последние несколько часов. Она не разговаривала, не плакала, Джоанна словно больше не жила, она не сопротивлялась, когда Кэтрин помогала ей раздеться и умыться, а затем надеть чистое и теперь уже траурное платье, причесала и заплела волосы.

– Мамочка! – Джоанна поднялась и закрыла уши руками, ей постоянно слышится голос дочери, это невыносимо.

Реакция графини, которая также в недоумении смотрела на дверь, означала, она тоже его слышит.

Больше ни секунды не сомневаясь Джоанна выбежала из комнаты, находясь у лестницы она замерла, боясь, что это всего на всего сон или безумие, схватилась за перила, чтобы не упасть. В низу, в холле, стояла её Шарлин держа Грейс за руку.

– Шарлин, – выдыхая произнесла Джоанна, слёзы счастья застлали глаза, а Джоанна бросилась вперёд.

– Мамочка! – Шарлин бежала навстречу.

В тот самый момент, воссоединения матери с дочерью, в дом вбежал Ноэль, дворецкий послал за ним слугу, как только девочка появилась на пороге особняка.

Медленно, словно до конца, не осознавая и не веря в чудо, Ноэль подошёл к обнимающей дочь Джоанне, опустился на колени и дрожащей рукой, коснулся кудрявой, белокурой головки своей дочки.

Обнимая своё счастье, Джоанна плакала и улыбалась сквозь слёзы, глядя на Ноэля…

– Я не знаю, что на брата нашло …

После того как, все успокоились и могли спокойно вздохнуть, стал вопрос, «Что именно произошло?». Ноэль, Ричард, Кэтрин и конечно Грейс собрались в библиотеке. Только Джоанна была наверху, в своей комнате, не желая оставлять дочь даже на минуту, которой после пережитого, требовался отдых, как, собственно, и Джоанне. Да и, если честно, Ноэль сам не желал, подвергать Джоанну очередной пытке, так как это слишком болезненно вспоминать, не только по причине произошедшего с Шарлин, но и по причине гибели преданной служанки Джоанны, которая была для неё скорее как мать, чем прислуга или даже подруга.

– Роберт обезумел, он запер комнату, и… – Грейс замолчала, ей было сложно говорить, – я почувствовала запах дыма, даже не знаю как, я смогла выбраться через окно. – Её трясло.

– А Шарлин, как она оказалась с вами? – спросил Ноэль.

– Лина, служанка Джоанны помогла спустить девочку.

– А сама женщина? – Поинтересовалась Кэтрин.

– Она не смогла, – Грейс опустила голову и заплакала. – Простите, я испугалась и убежала вместе с Шарлин.

Ноэль поднялся, взял стакан, налил немного воды и подойдя протянул девушке, – Прошу не вините себя. Вы даже представить не можете, насколько мы все вам благодарны.

Грейс взяла стакан, – Можно я пойду отдохну, – она отставила воду, на столик, не сделав ни одного глотка.

– Разумеется, – Ноэль позвал дворецкого и велел проводить девушку в комнату для гостей.

После того как за Грейс закрылась дверь, Ноэль посмотрел на шурина с сестрой, в глазах всех троих читался вопрос, «Что дальше?».

Кэтрин не решалась озвучить его, понимая, как именно должен поступить брат, тем более в сложившейся ситуации…

– Ужасное несчастье, унесшее многие жизни, навсегда оставит отпечаток боли в наших сердцах. Но, мы верим, что в данный момент, они находятся на небесах, где царит мир, покой и радость…

Речь священника, стала заключительной частью церемонии похорон, Джоанна стояла в стороне ото всех, она не плакала, казалось, слёз больше не осталось. Девушка мысленно просила прощения у своей дорогой подруги, и благодарила, что она помогла спасти её дочь…

Глава 5

– Мама смотри!

Шарлин весело носилась по лужайке, а тот самый щенок, по кличке Мальчик, ни на шаг не отставал, впрочем, как и всегда.

Разве что, он немного подрос…

Прошло две недели со дня похорон. Обстановка в доме, напряжённая, пусть никто об этом и не говорил, но это не означает что все забыли.

Судя по всему, слуги уже во всю готовят всё к отъезду хозяев, с Ноэлем, Джоанне так ни разу поговорить и не удалось, и это не вызвано каким-нибудь недовольством или обидой, а скорее, просто, всё слишком очевидно…

Маркиз Ровендейл в скором времени, должен стать законным супругом Грейс Фарли, руки которой он просил ещё до несчастия с пожаром. Джоанна подозревала, что именно поэтому, Ноэль и сторонится её, ему неловко, а возможно, в какой-то степени он надеется избежать помолвки и соответственно самой свадьбы. Вот этого Джоанна не могла допустить, и она, и Ноэль, обязаны Грейс, жизнью дочери, если бы не эта храбрая девушка, страшно подумать, чем могло всё закончиться. Поэтому, Джоанна совершенно точно решила, что вскоре покинет Англию, как и планировала раньше.

– Шарлин, думаю нам нужно возвращаться в дом! – Позвала Джоанна, – Иначе, мы можем опоздать к ужину!

– Ты уверен?

Ричард с Ноэлем стояли у окна, они наблюдали за резвящейся в далеке девочкой и одиноко стоящей в стороне Джоанной.

Ноэль глянул на шурина, – Да. – Он снова переместил свой взгляд в окно, – ты же понимаешь, у меня нет другого выбора.

– Я думаю, – Ричард поддерживающе похлопал маркиза по плечу, – она догадывается.

– Да.

Граф вышел, а Ноэль остался стоять у окна, только так, он мог беспрепятственно за ней наблюдать…

– Джейкоб, дорогой развлеки немного свою… – пауза, – гостью, – обратилась к девятилетнему сыну Кэтрин, когда, поужинав, тот поднялся из-за стола. Неловкая пауза после слова «свою», была замечена всеми, кто имел представление об истинном родстве Шарлин и молодого виконта. Сама же Кэтрин, понимала, что произнеси она по ошибке слово «сестра», то спокойно могла добавить, имя своей младшей дочери.

Шарлин, как всегда готовая ко всем приключениям, можно сказать уже вскочила, Джоанна заметно напряглась.

– Всё хорошо, – тихонько произнесла Кэтрин слегка коснувшись её руки. – Они просто порезвятся немного в саду, – она понимала, насколько сложно Джоанне после всего отпустить дочь, будь она сама на её месте, поступила бы со стопроцентной вероятностью, точно также, если, не ещё более деспотично.

Первые минуты, после того как дети покинули столовую, Джоанна то и дело не сводила глаз с двери, казалось, она была вся там. Но постепенно у Кэтрин всё же получилось привлечь к себе её внимание, особенно когда она принялась обсуждать скорое возвращение домой.

– Я думаю, Шарлин очень понравиться в Лондоне, а от Гайд-Парка, она будет просто в восторге! – Кэтрин искренне радовалась, предвкушая прогулку с племянницей, – Скажи, Шарлин же ещё не бывала там?

– Нет, – кратко ответила Джоанна и отложила приборы.

Ноэль наблюдал за ней и поэтому сразу заметил перемены в поведении.

– О! это прекрасно, – восторженно произнесла графиня, – Пообещай мне, я буду первой, кто отведёт Шарлин в Гайд-Парк…

– Мы с Шарлин уезжаем. – произнесла Джоанна и в столовой повисла тишина.

Кэтрин, сразу бросила взгляд на брата, но последнее время, она перестала понимать, что именно он чувствует, в тот или иной момент. Ноэль выглядел абсолютно спокойным, чего не скажешь о самой Кэтрин.

– Что значит, вы уезжаете? – не скрывая негодование, спросила она. – Куда?

– В Ирландию, – ответила Джоанна и посмотрела на Ноэля, их взгляды встретились, и сердце девушки обдало жаром. Но, больше ничего, она не нашла во взгляде маркиза Ровендейл, ничего на что надеялось её сердце, в то время как разум, ему противоречил. – Мы решили вернуться, – Джоанна перевела взгляд на Кэтрин, она не в силах была больше мучить себя, – Я хочу возобновить поиски родителей. – Договорила она и улыбнулась.

– В Ирландии сейчас дождливо, – заговорила Грейс, – возможно, когда-нибудь, я бы тоже желала туда вернуться, – она улыбнулась и посмотрела на Ноэля.

Маркиз ответил ей улыбкой, – Значит, мы поедем туда.

Кэтрин непонимающе сверлила брата глазами, «Что происходит?».

– Джоанна, а когда вы с Шарлин уезжаете? – как бы невзначай поинтересовалась Грейс, – я возможно передала бы письмо, для Лилии Бринз.

– Послезавтра, – Джоанна чувствовала, как Кэтрин, сверлит взглядом уже её.

– И когда ты намеревалась, сообщить нам? – Графиня не могла, да и не желала скрывать негодование по этому поводу. – Ноэль! – Она повернулась к брату, – Ты знал?!

– Догадывался, – ответ Ноэля подтвердил все догадки Джоанны.

– Догадывался?! – Кэтрин даже не скрывала своего удивления, – И как давно вы, ваше сиятельство догадывались? – Она нарочно заговорила официально.

– Дорогая, – зря граф надеялся сдержать этот «поток, даже не подумав, что он способен стереть его с лица земли».

Вот тут Графиня разозлилась не на шутку, – Вы тоже всё знали?! – Ричард не успел даже слова вымолвить в своё оправдание, разъярённая Кэтрин, швырнула на стол салфетку и быстро покинула столовую.

– Прошу извинить нас, – проговорил Ричард, после чего последовал за женой, лучше тот бушующий поток, нежели боль, сквозившая в каждом взгляде этих двоих.

И снова тишина, она разрывала мозг, – Пожалуй, я тоже пойду, – Джоанна поднялась, Ноэль тоже встал, – Хорошего вечера, – проговорила Джоанна и также быстро удалилась.

Назавтра, графиня Ливингстон, со всеми держалась официально обиженно, не желая разговаривать, она до последнего надеялась, что Джоанна передумает, ну или Ноэль, хотя бы попытается отговорить её, но ни брат, ни Джоанна не собирались, ничего делать по этому поводу. Поэтому Кэтрин ничего не оставалось, как сдаться. Она попрощалась с Джоанной и маленькой Шарлин, правда та уже спала, так как было слишком поздно, а на рассвете они уже будут слишком далеко. Графиня плакала вместе с Джоанной, желала счастья и просила прощения, пусть и не было в том её вины.

После того как Кэтрин ушла, Джоанна накинула плащ, и отправилась на могилу, попрощаться с любимой подругой. Сколько именно она простояла у подножия небольшого холма, девушка не знала, но, когда возвращалась в дом, заметила тусклый, мерцающий свет, в окне кабинета маркиза Ровендейл.

Ноэль пил, весь вечер, только забвение всё не приходило, равно как и в тот раз, с разницей лишь в том, что сейчас, он сам её потерял.

Тихий, неловкий стук в дверь нарушил тишину уединения маркиза, Ноэль посмотрел на часы, слишком поздно, для беседы. Решил не реагировать, сами уйдут.

Дверь открылась, свеча, что стояла на столе, погасла от потока ветра, лишь дым тонкой струйкой поднимался вверх. Ноэль медленно поднялся, в дверях стояла Джоанна, на какое-то время всё замерло, даже сердце перестало биться, но потом «умчалось вскачь».

– Я зайду? – Джоанна глядела ему в глаза, Ноэль не ответил, «В полной тишине, этого тленного мира, творился хаос, но даже он не в силах изменить происходящего» …

Стараясь не шуметь, Джоанна вошла и прикрыла дверь, в кабинете наступила темнота, лишь тусклый свет еле пробивался через окно. Боясь наделать глупостей, Джоанна осталась стоять у двери. Она пришла попрощаться, но слова застряли в горле, возможно атмосфера слишком явно напоминала, о том дне, когда всё только начиналось, и не было ещё ни боли, ни унижений, ни любви, ни предательства, а только двое, в тёмной комнате-чулане, сердца которых бьются в унисон.

– Как вас зовут? – неожиданно проговорил Ноэль и вышел из-за стола.

Сердце девушки отреагировало мгновенно, это слова из прошлого, Джоанна улыбнулась, слеза скатилась по щеке.

– Так, что насчёт имени? – Ноэль говорил и с каждым шагом приближался к той, которую любил больше жизни.

– Какая разница как меня зовут, – сквозь слёзы продолжала его игру Джоанна, – Если, всё равно, мы с вами, больше не встретимся.

Ноэль подошёл, взял лицо девушки в ладони, – А вдруг, это судьба?

Джоанна заплакала, а Ноэль её поцеловал, со всей любовью, которую не испытывал ни к одной женщине в мире. Обнимая, Джоанна возвращала каждый поцелуй, пытаясь запомнить, запечатлеть в памяти, чтобы с этими воспоминаниями прожить всю оставшуюся жизнь.

– Прости меня, – молила она, обнимая того единственного, кому отдала своё сердце, раз и навсегда…

Ещё до рассвета, Джоанна и Шарлин Фарли, покинули съёмное поместье графини и графа Ливингстон. Оставляя всё позади, карета уносила их в совершенно в новое будущее, Джоанна искренне в это верила и надеялась.

– Мама, а почему мальчик с нами не поехал?

– Ему нельзя милая, – успокаивала дочь Джоанна, – он ещё слишком маленький, для такого длинного путешествия.

– Но, тогда, – печально рассуждала девочка, – он меня совсем не вспомнит.

– Ну конечно вспомнит, – Джоанна обняла дочь, – А знаешь почему?

– Почему?

– Потому что, мы у него глубоко-глубоко в сердце…

Глава 6

Ландшафт сменялся, от густого леса к пышным лугам и обратно, по солнцу сложно определить который сейчас час, так как небо затянуло непроглядными тучами.

Джоанна как могла успокаивала дочку, говоря, что ещё немного, и совсем скоро они приедут или хотя бы смогут отдохнуть от постоянной тряски. Только, после слов кучера, о том, что им придется делать объезд, так как от проливных дождей, дорогу совсем размыло, карета больше ни разу не останавливалась и никто с ними не разговаривал. Несколько раз девушка стучала в панель позади неё, но кучер не подавал никаких признаков, что услышал её, или что он вообще ещё жив. Тут уже сама Джоанна забеспокоилась, пусть и старалась не подавать виду.

Незаметно, так чтобы не напугать Шарлин, Джоанна выудила из своего ридикюля маленький револьвер, который предусмотрительно спрятала. Стрелять девушка не особо умела, да и не горела желанием, но, также, Джоанна понимала, что при необходимости, воспользуется им если того потребует ситуация.

Время шло, за окном совсем скоро начнёт смеркаться, карета не останавливалась, а только единожды, замедлила ход, и то, судя по всему, для того, чтобы подъехавший к ним одинокий всадник, смог перебраться на облучок. В тот момент Джоанна и догадалась, их похитили.

Дальше карета неслась на немалой скорости, чтобы у пассажирок не возникла мысль о бездумном прыжке, но этот вариант Джоанна и сама не рассматривала, её не особо прельщала мысль, быть с дочерью, раздавленной под копытами лошадей, пусть даже чистокровных. Следовательно, оружием всё же воспользоваться придётся. Обычно, Джоанна не склонна к подобного рода размышлениям, но ради Шарлин, она должна быть готова ко всему.

– Милая, – Джоанна старалась говорить как можно спокойнее, с улыбкой на лице, пусть у неё зуб на зуб от волнения не попадал, – хочешь мы с тобой поиграем в игру?

– Да! – обрадовалась девочка.

– Хорошо, тогда тебе нужно забраться вон туда, – Джоанна указала рукой, в угол сидения, слева от двери, чтобы вошедший первоочередно заметил одну Джоанну, она надеялась отвлечь внимание бандита на себя, и возможно таким образом спасти дочь, если в дальнейшем, с револьвером всё сложится удачно. – И, когда я произнесу слово… – она быстро придумывала, – «Ночь». Ты должна закрыть ушки руками, а глазки сильно-сильно зажмурить и не открывать, пока я не скажу, что наступило, утро. Хорошо?

– Хорошо! – отозвалась, Шарлин. – А потом будет твоя очередь?

– Да, – Джоанна заметила, карета накренилась, значит они свернули, возможно скоро доберутся до места назначения. – Потом, будет моя очередь, только, если ты не проиграешь. – Говорила она, сжимая в складках платья в руке револьвер, – карета замедлила ход, – Ночь. – произнесла Джоанна.

Шарлин хихикнула, сделав так как они договорились, карета остановилась, напряжение росло, руки дрожали, Джоанна бросила беглый взгляд на дочь, а потом снова на дверь. Снаружи доносились звуки возни, дерущихся, остаётся вопрос времени, когда нападавшие смогут ворваться к ним с Шарлин. Страшно подумать, чем это всё может закончиться. Джоанна призвала на помощь всё своё мужество, когда дрожащими руками подняла револьвер и нацелила его на дверь.

Дверные петли заскрипели, сердце, казалось, ушло в пятки, когда дверца медленно поползла в сторону, время казалось остановилось, Джоанна перестала дышать, она мысленно считала, точно решив, что выстрелит на счёт три. Пока дверь открывалась, Джоанна считала…

«– Один…два…три…». Выстрел.

Пуля прошла мимо, не задев нападавшего, но заставила отпрыгнуть в сторону, он спрятался сбоку за каретой.

– Мисс! – позвал тот из укрытия.

– Убирайтесь, оставьте нас в покое! – Прокричала Джоанна.

– Мама, – испуганная шумом от выстрела, Шарлин глядела на мать.

Джоанна приложила палец к губам, давая понять сидеть тихо.

– Нет, вы всё не верно истолковали, я не грабитель!

– Убирайтесь, если не желаете, чтобы следующая пуля настигла свою цель! – Джоанна говорила уверенно, грозно, чтобы по возможности убедить нападавшего в решительности своих действий. Руки дрожали, и она понятия не имела, что делать дальше.

– Послушайте, мисс! – Продолжал нападавший, – Я не причиню вам вреда! Сами посудите, если я тот, за кого вы меня принимаете, то что мне стоит просто, угнать вашу карету, вместе с вами!?

Джоанна молчала, был смысл в его словах, но также, это могла быть всего лишь уловка, заставить её поверить и опустить оружие.