Карт Бабай Рухы
40 дней

Нет, мы не боги девочка, мы не боги,

И даже не те, кто убивает богов,

Мы просто люди, пережившие тревоги,

И после смерти нашедшие покой.

19-е апреля

Макс сидел на скамейке в сквере недалеко от своего дома. После работы затарился пивком, и придавался заслуженному отдыху. Домой идти не хотелось, погода была теплая, зарождался закат. На соседней дорожке он издали увидел фигуру с двумя собаками, собаки показались знакомыми. Это ж Димон с соседнего подъезда – пришла в голову мысль. Когда собаки поравнялись с Максом, он понял, что это не Димон. Это была Анька, жена Димона, а зрение стало подводить Макса.

Макс кивнул ей в знак приветствия, она кивнула в ответ и повела своих питомцев дальше, в сторону кустов. Анька нравилась Максу, но она была сильно моложе, и когда ей стукнуло 18, Макс уже жил с Катькой, и про Аньку забыл на несколько лет. С Катькой в итоге не сложилось, потом были Ольги, Ленки, снова Катька, а потом он остался один. Анька же за это время успела выйти замуж за Димона, завести пару собак, и в целом казалась вполне довольной жизнью.

На этом этот вечер и закончился, Макс допил пиво, и поплелся в пустую квартиру, по дороге думая про Аньку. С одной стороны, она ему давно и сильно нравилась, с другой он знал Димона, хоть тот ему и не нравился, но в целом относился к нему нормально, и подлянок делать не хотел. На том и порешил, что сам он к Аньке не полезет, ну а если уж она сама решит к нему подкатить, то как говорится – и карты в руки.

21-е мая

С того вечера пролетел месяц, Макс уже и позабыл об этой встрече, и о собственных мыслях, на работе была запарка, плюс в праздники хорошо покуролесил под водкой, в целом месяц пролетел быстро и незаметно. Подходя к подъезду Макс заметил Санька, с Саньком они дружили по молодости, потом как-то дороги их разошлись, но без ругани, остались хорошими знакомыми. Поздоровались, перекинулись парой дежурных фраз, Макс предложил Саньку бутылку пива, тот не отказался.

Уселись на лавочку перед подъездом, поговорили о работе, о прошедших праздниках, еще о чем то, и тут Санек спросил:

– Ты про Аньку слышал?

Макс растеряно посмотрел на него, не понимая о какой Аньке тот говорит.

– Ну из соседнего подъезда, жена Димона…

Макс пожал плечами:

– Да вроде нет, а что с ней?

– Она в ночь с 15-го на 16-е умерла…

Макса аж передернуло, он не нашелся что сказать, побледнел, и растеряно уставился в урну у подъезда. Санек, не обращая на это внимания продолжал:

– Мать ее приехала с отцом, мать короче в осадок выпала, батя тоже как-то сник, Димон сам вроде ничего, но тоже хреново ему видно, такая вот херня приключилась Макс…

Макс немного придя в себя, сделал большой глоток, отдуплился и спросил:

– А из-за чего она? Я ее где-то с месяц назад видел, с собаками гуляла, вроде нормально все с ней было…

Санек почесал небритый подбородок, нахмурился и сказал:

– Да она не в первый раз уже, у нее там с головой проблемы были еще с детства, она периодически такие фокусы выкидывала, но успевали спасти, а тут то ли не успели, то ли крови слишком много потеряла, короче не спасли…

Они поболтали еще пару минут, но разговор как-то сам затух, попрощались и Макс поплелся домой. Дома он заточил пару сосисок с хлебом, есть особо не хотелось, спать было еще рано, и он пошел на улицу. Купил пару банок пива и уселся в сквер на ту же лавочку что и в тот раз. Мысли рвались наружу, его как будто ведром воды облили. Вот из памяти вылезла картинка – Анька идет с собаками, он ей кивает, она в ответ, уходит в сторону кустов, она еще живая, с ней все еще в порядке.

Макс сам не понимая зачем, подорвался с лавочки и ломанулся к кустам, кажется здесь она шла, вот и собачьи следы, а вот видимо и ее маленький след, земля была сырая, хорошо отпечатался, потом засох и так и остался немым напоминанием о ней. Его проняло, скупые слезы навернулись на глаза, руки слегка задрожали…

– Что же ты наделала Анька? Зачем? Чего тебе не хватало? Молодая ведь совсем, красивая, вся жизнь впереди, а ты вот так….

Макс вернулся на лавку, залпом допил банку, открыл вторую. Он редко плакал, даже когда ему в драке сломали нос – слез не было, а сейчас они текли ручьем, и он не пытался их остановить, ему было реально больно, обидно, и очень жалко эту молодую девочку, которой больше нет.

Так сидя на лавочке он вслух проговаривал свои мысли, пытаясь понять, что же все-таки произошло, и почему Анька так поступила. В какой-то момент он, обращаясь в никуда сказал:

– Тебе если помощь нужна какая то, дай знак, помогу чем смогу, что в моих силах будет сделаю…

Зачем он это сказал и сам не понял, но в этот момент банка, стоявшая на краю лавки, вдруг упала. Ветра не было, лавку он не шатал, не должна она была упасть. Макса этот момент не столько напугал, сколько удивил, мистики он не боялся, в церковь правда не ходил, но во что-то верил, во что и сам себе не мог точно сказать. Слышал, что умершие еще какое-то время находятся среди живых, то ли 9-ть дней, то ли 40-к. Почему именно такие цифры отложились у него в голове, он откровенно не помнил.

– Ань это ты?

Первое что пришло ему в голову, ответа не было, – ну да, херню спросил, подумал он про себя. И тут же в голову пришла мысль – что ей нужна помощь, и возможно она реально здесь. Он что-то слышал про самоубийц, то ли они скитаются по земле, пока не выйдет отведенный им срок, то ли их черти забирают, то ли еще что. Точного понимания у него не было, и он откровенно не представлял, что с ней, где она, и как ей помочь.

Макс пошел домой, по пути пытаясь как-то с ней поговорить, но все что он говорил – оставалось без ответа, и он уже начал думать, что это просто совпадение, то что банка упала именно когда он задал вопрос. Но тут произошло то, чего он точно не ожидал, сунув ключ в личинку замка, он сделал пару оборотов, надавил на ручку, и она осталась у него в руке.

Такого поворота Макс никак не ожидал, кое как провернул оставшийся квадрат и открыл дверь, с внутренней стороны ручка была цела. Ввалился в квартиру, закрыл дверь, решил сразу снять внутреннюю ручку, чтоб завтра с ней сходить в хозяйственный и подобрать похожую, взамен сломанной.

– Ань, ты шалишь?

Задал он уже со смехом вопрос. Ответа ожидаемо не последовало. Но в голову пришла мысль – надо водку в стакан налить и хлебом накрыть. Он видел такую картину, когда в детстве родители его привезли на похороны деда. Зачем это нужно он не знал, но раз мысль пришла – надо ее исполнить, благо что все для этого есть, водка еще осталась с праздников, а хлеб он купил сегодня завтрашний, как обычно в местном магазинчике.

Полез искать стакан, нашел старый граненый, его наверно еще бабка из столовой прихватила, когда работала там поварихой. В голове проскочило какое-то негодование в вперемешку с отрицанием. Макс понял, что этот стакан не подойдет, порылся на полке и вытащил большую коньячную рюмку. Набор этих рюмок ему подарили женщины на работе на 23-е февраля, коньяк он не любил, а водку из них пить откровенно не удобно, вот они и пылились на полке. Быстро помыв рюмку, налил в нее водку, положил кусок завтрашнего хлеба, поставил на полку.

Что делать дальше мыслей не было, решил найти Анькин профиль в вк. Старую фамилию он знал, но какая была фамилия после свадьбы – нет. Димон был не местный, из соседнего города, и его фамилию Макс не знал. Потом вспомнил, что Анька дружила с Викой из дома напротив, Вика была у Макса в друзьях, и он решил посмотреть ее друзей. Анек было трое, двоих он не знал, а третья была та самая, которую он искал. Фамилия была Винтер, то ли немецкая, то ли еще какая-то, странно, Димон вроде на немца не похож, ну да ладно, его это сейчас мало волновало.

Полистал фотки, посмотрел стену, фотки понравились, вот она Анька, точнее такой она была еще неделю назад, теперь Аньки нет. Почему-то дата последнего посещения стояла 19 мая в 23.47. Наверно Димон заходил с Анькиного телефона, подумал Макс, искал что-то, или просто от тоски. На стене у Аньки были какие-то психоделические группы, песни которых он никогда не слышал, разные знаменитости, в основном старые, многих уже не было в живых, какие-то статьи по психиатрии, картинки разных художников, и много всего с этим связанного.

Макс скачал себе Анькины фотки, чтоб хоть что-то осталось в память о ней. Тут в голову пришла мысль по гуглить, на предмет того, а бывают такие случаи в принципе, или может у него просто крыша ехать начинает, и он придумал себе воображаемую подругу. Однако гугл выдал довольно большое количество статей на данную тему. Макс стал вчитываться, часть статей говорила о каких-то подселенцах, или гостях, которые высасывают энергию из живого, и доводят его до самоубийства. Макса немного кинуло в холодный пот, но потом попалась статья про то, что некоторые души умерших, могут некоторое время общаться с теми, кого любили при жизни, или были в близких отношениях, проявляется это через различные знаки, случайные и не случайные совпадения, навязчивые мысли, и другие проявления. Так же написано было, что не стоит переживать за умерших, для них боль закончилась, когда погибло физическое тело, и сейчас их это не волнует.

Макс вытер пот со лба, и решил для себя, что видимо Аньке нужна его помощь, а не то чтобы он на себя руки наложил, на этом и успокоился.

– Так Ань, давай как-то попробуем общаться, чтоб я мог понять, как тебе помочь, и что нужно сделать.

Он еще раз полистал стену Анькиной страницы в вк, но ничего путного там не увидел, кроме одной картинки, на которой были парень с девушкой и была подпись «Я как пьяная, когда ты рядом», почему-то именно она привлекла его внимание, и его вдруг осенило, он нравился Аньке при жизни, и сейчас она пришла к нему за помощью. Почему она не пришла к Димону – он не знал, да и не хотел об этом думать.

Практически сразу ему в голову пришла мысль, надо зажечь свечи, и открыть на мониторе Анькину фотографию. Зачем – он не мог дать себе ответа, просто надо и все. Макс полез в шкаф, и нашел китайский, кемпинговый фонарик, типа в винтажном стиле, с теплым желтым светом, он пару лет назад думал сходить с палаткой на озеро, отдохнуть, пожечь костер, пожарить шашлык. На киталике ему подвернулся этот фонарь, и он его заказал. В поход Макс так и не собрался, работа, лень, и какие-то другие моменты так и не дали ему это сделать.

Он достал фонарь, включил на мониторе Анькину фотку, поставил рядом фонарь, выключил основной свет в комнате, получилась такая, довольно уютная, практически интимная атмосфера, но в голову опять влезло какое-то негодование, с отрицанием. Фонарь не подойдет – подумал Макс, надо живые свечи.

Свечи у Макса были, две большие, толстые свечи, когда еще жили с Катькой, хотели разнообразить интимную жизнь, Катька насмотрелась какой-то порнухи со свечами и хотела попробовать также. Как оказалось, в реальности – это было фиаско братан, горячий расплавленный парафин, ни ему, ни Катьке особого удовольствия не добавил, скорее наоборот, убил все желание близости в тот вечер. Он еще с полчаса отлеплял с груди прилипшие восковые капли, Катька делала тоже самое. С тех пор свечи так и стояли в шкафу, Катька забирать их не стала, да и самому Максу они были не особо нужны, но некая хозяйственная жилка, не дала их выкинуть на помойку.

Достал свечи, на кухне в ящике стола, нашел чудом завалявшийся там коробок спичек. Газа в доме не было, плита была электрическая. Квартира Максу досталась от бабки, и когда они с Катькой переехали в нее жить, старую плиту выкинули, вместо нее купили двухкомфорочную индукционную плитку, которая ставилась просто на стол. Им двоим ее хватало выше крыши, одному Максу она была даже с избытком. Поэтому откуда взялся коробок спичек Макс вспомнить не смог. Ни он, ни Катька не курили, возможно спички появились вместе со свечками, другого объяснения он не придумал, да и не сильно его это заботило в тот момент.

Поставил свечки на стол рядом с монитором, под свечки подложил пару жестяных крышек от банок с закрутками, чтоб не уделать стол стекающим парафином. Поджег первую, и в голове промелькнула мысль – когда свеча потухнет, Анька уйдет. К чему это было, и что значило, Макс тогда не понял. Зажег вторую той же спичкой.

Огонь на свечах неравномерно подергивался, что давало эффект некой таинственной интимности наедине с Анькиной фотографией, прямо в глаза смотревшей с монитора.

Макс включил телефон, и решил полистать ленту вк, он редко этим занимался, там часто попадались какие-то откровенно детские посты, на уровне детского сада, и ни малейшего интереса у него не вызывали. Зачем он полез сейчас – он не знал, но лента внезапно обрела некую осмысленность.

Детсадовские посты куда-то испарились, вместо них полезли что-то вроде нравоучений. И буквально каждый второй пост внушал мысль – забудь о прошлом, его больше нет. Посты были из разных групп, написаны разным стилем, разными выражениями, но общий смысл сводился именно к этому. Макс начал вертеть в голове, что же такое ему нужно забыть, чего уже нет, и не придумал ничего лучше – что имелось в виду Анькино физическое тело, которого больше нет, и чья фотка смотрела сейчас на него с монитора.

– Ну ладно, этого больше нет, но фотка пусть будет, мне так как-то привычнее с тобой общаться, сказал он в слух.

И следующий же пост выбил Макса из равновесия, текст был примерно такой: помнишь нашу последнюю встречу? Я прошла мимо, ты глядел мне в след, а я хотела не тебя, я хотела с тобой…

Там была еще какая-то картинка уходящей вдаль девушки, но это его не волновало, текст бил точно в десятку, и если до этого Макс рассматривал происходящее, как некую шутку его собственного подсознания, то сейчас доля шутки начала стремиться к нулю.

Он отложил телефон, уставился на фотографию, Анька смотрела на него не моргая. Свет от свечей, пламя которых колебалось в разные стороны, придавал жизни ее глазам.

– Ты со мной Ань?

Единственное, что смог он вытолкнуть из себя в этот момент. Тут же с полки над монитором упал карандаш. Она со мной – тут же отозвалась в голове мысль, она здесь, она умерла, но все равно здесь. Теперь это выглядело куда как серьезно, и никакой шуткой и не пахло. Наверно так сходят с ума подумалось Максу, но эта мысль тут же ушла в небытие. С полки упал второй карандаш. Не братан – я не схожу с ума, карандаши сами не падают, он потрогал их рукой, карандаши были самые обыкновенные, деревянные, твердые и гладкие, как и все обычные карандаши.

– Ладно, я понял, что ты реально со мной, рядом, здесь и сейчас, скажи, как мне тебе помочь, точнее покажи, то что ты можешь влиять на вещи и ленту вк я уже видел.

Пробормотав это, он снова взял телефон, и стал листать ленту дальше. Стали появляться какие-то посты приютов животных, где-то писали, что не хватает кормов для животных, где-то были фотки кошек и собак, и через все это сквозила мысль, что надо покормить животных от Анькиного имени.

Несколько лет назад у него уже была похожая ситуация. Повесился мужик, его напарник с прошлой работы. У него был рак в терминальной стадии, страшные боли, и жить ему оставалось недолго при любом раскладе, и вот он решил разложить по-своему. Макс в тот момент работал уже в другом месте, но с бывшим напарником сложились дружеские отношения, и они периодически встречались чтоб попить пивка. В то утро Максу позвонила жена напарника, и рассказала, что произошло. Он как раз заходил в офис на работу, новость его ошарашила, он предложил ей помощь, она сказала, что в принципе все есть, единственное чем он может помочь – это нести гроб на кладбище.

Макс согласился, похороны были через два дня, жена каким-то способом умудрилась сделать ему отпевание в церкви, или не отпевание, Макс в этом не сильно разбирался, в общем какую-то службу ему проведут, несмотря на то что, он самоубийца, то ли деньги порешали, то ли батюшка был знакомый, не суть.

Пришел начальник, он был верующий, причем прям нормально так верующий, постоянно ходил в церковь, даже пел в местном хоре. Макс рассказал ему что случилось, и тот немного подумав сказал – ты от его имени подавай милостыню, ну попрошайкам там у метро, или просто кто-то тебя попросит помочь деньгами, ты им давай, а про себя говори, что это не ты даешь, а друг твой дает, так оно вроде от него будет идти, ну и возможно ему это зачтется. Так Макс и ходил месяца полтора, подавал всем, кто просил, проговаривал как научили, и потом в какой-то момент понял, что все, больше не нужно, просто такое ощущение пришло и все.

Решил – завтра купит корм, и пойдет от Анькиного имени покормит дворовых кошек и птичек. Потушил свечи, пожелал Аньке спокойной ночи, хотя и не был уверен, что она в обще может спать в нынешнем ее состоянии, но это было привычно, и он это сделал. Уснул практически сразу, никакие кошмары ему не снились, кровавые девочки не лезли к нему обниматься, и никто его не душил, снилось что-то приятное, но что именно, он не запомнил.

22-е мая

Утром Макса разбудил будильник на телефоне, неизменная Bad Reputation в исполнении Avril Lavigne, эта штука поднимала его в любом состоянии, из любого небытия, даже пережрав с парнями самогона, Макс подрывался при первых звуках будильника. Осечка была всего один раз, тогда еще жили с Катькой, и ездили отмечать день рождения к ее начальнице, изрядно там напились, и приехав домой завалились спать, телефон благополучно разрядился, и не выдал свою коронную мелодию.

Утром все вчерашнее не казалось таким уж загадочно мистическим, скорее чем-то бытовым, ну да, к нему пришла умершая подруга, но не прям пришла, а просто она здесь присутствует, в виде духа что ли, или еще кого. Ну, а что такого? С каждым ведь такое бывает? Макс улыбнулся собственным мыслям. На самом деле его нисколько не пугало такое соседство, даже наоборот, немного льстило. Пожелав Аньке доброго утра, он поперся в туалет, потом в ванную, а потом и на кухню, заварил себе чайку, нашел пару конфет, и с удовольствием попил чаю. Он не завтракал, предпочитал в обед на работе сходить в столовую, соседнего музея. Сам музей сильным потоком посетителей не страдал, а вот в столовую ходили многие из окрестных офисов, кормили сносно, и стоило это недорого, конечно зависело от того, кто был сегодня на смене из поваров. Макс даже сдружился с одним из них, иногда после работы ходили вместе пить пиво, и он для Макса всегда делал отдельный набор и отпускал вне очереди.

По дороге на работу забежал в хозяйственный, там почти сразу нашел подходящий комплект ручек для двери, расплатился и поехал в офис. Работы в этот день было немного, присылали новые заказы, приходили забирать уже готовые, все как обычно. Про Аньку Макс думал постоянно, пытаясь понять, что же все-таки произошло в ее жизни. Почему она так поступила? Эти размышления натолкнули его на мысль – позвонить тете Марине, она дружит с Анькиной матерью, то ли в школе они вместе учились, то ли работали вместе, Макс не помнил этих подробностей.

Выйдя с работы Макс позвонил:

– Теть Марин, привет, можешь говорить?

– Максим, привет, да могу, случилось что-то?

– Да, хотел у тебя узнать, может ты в курсе, что с Анькой тети Машиной случилось, вы вроде дружите.

– А… ты об этом… Максим, тебе уже бабки что-то рассказали?

– Мне Санек рассказал, что она вены вскрыла, вот хотел узнать, что там произошло.

– Максим, меньше своего Саньку слушай, черте чего на придумывал, Аня болела, давно, там что-то с головой было, я у Маши особо не выспрашивала, только то, что она сама говорила, периодически у нее приступы были, она закрывалась в ванной и сидела там, пока не отпустит, в этот раз вроде тоже было, только на нее там зеркало упало, прям в ванну, и осколками сильно порезало, она скорую вызвала, дверь оставила открытой, пыталась кровь остановить… в общем скорая приехала поздно, Аня скончалась от потери крови, реанимировать они ее не смогли…

– А Дима? Он не мог ей помочь?

– Дима в ночь на смене был, утром только приехал, а там уже и полиция, и Маша с Витей приехали…

– Понятно… Тетя Маша как? Такое пережить это ужас ….

– Плохо она Максим, мы с Витей за ней присматриваем по очереди…

– Ладно теть Марин, спасибо что прояснила, а то действительно ерунды какой-то Санек наговорил, ладно давай до встречи.

– До встречи.

Разговор заставил Макса надолго задуматься. Пока ехал домой, прокручивал в голове и так и этак, и что-то выходила какая-то хрень. Получалось, что Санек либо сам придумал, либо ему кто-то это рассказал. Санек, хоть и балабол, но во вранье особо замечен не был, он мог сказать лишнего, но не врал. Значит, кто-то ему эту версию рассказал, а он уже пересказал ее мне. Вопрос – кто? Тетя Маша? – Да ну на хрен, зачем ей такое про свою дочь рассказывать? Тем более если она видела своими глазами, что там случилось. Дядя Витя? – Тоже самое, не стал бы он. Врачи? Менты? – Возможно, но сомнительно, да и зачем им клеветать на умершую девушку? По всему выходит, что Сане мог сказать только Димон.

Других вариантов не находилось. Уточнить можно было у самого Санька, но желания с ним встречаться не было, да и звонить не хотелось. Возможно конечно кто-то из соседей сказал, но опять же – а кто тогда сказал бы им? Или кто-то из них был понятым? А был ли? Макс не знал, приглашают понятых в таких случаях или нет. В целом основная версия осталась – что это сам Димон рассказал Сане, да и откуда Саня мог бы еще узнать, про Анькины приступы? Макс и сам про них не знал, хотя и общался часто с тетей Мариной, она ничего такого не рассказывала, видимо в семье старались не афишировать такие подробности. В детстве Анька с ними почти не гуляла, они были сильно старше, так что и этот вариант практически отпадал.

Тогда вопрос – зачем это Димону? Зачем было оговаривать свою жену? Странно все это, ответов не было, сама Анька никаких намеков не давала, хотя возможно, что как раз все эти мысли и шли с ее подачи, могло быть и так. Макс доехал до дома, поменял ручки на двери, перекусил по-быстрому, и пошел в зоомагазин. Купил пакет сухого кошачьего корма, и пакет корма для птиц, вышел, и пошел к себе во двор. С птицами все прошло быстро, он только успел высыпать, сразу же со всех сторон налетели воробьи, и еще несколько разных видов птиц, Макс в них не разбирался, знал только воробьев. С котами дело обстояло сложнее, коты во дворе были, но прятались в подвале. Макс насыпал им корм у слухового окошка в фундаменте дома, но коты не появились.

В голове начала свербеть мысль – сходи за гаражи. Что там за гаражами он не знал, но мысль была настолько настойчивой, что деваться от нее было некуда, он пошел. Дошел до гаражей, никого не встретил, и пошел по узкой тропинке за них. Повернув за угол, Макс опешил, перед ним метрах в пяти, стояли три собаки, немаленькие такие собаки, но агрессии не проявляли, не лаяли, просто стояли, и смотрели на него.

– Я это… сейчас…

Макс высыпал весь пакет кошачьего корма, и потихоньку попятился обратно за угол. Будут собаки есть кошачий корм или нет, он не знал, но к своему удивлению, обнаружил, что настойчивая мысль пропала. Захотелось пива и расслабиться. Недолго думая, сходил в ближайший продуктовый, затарился десятком банок, и пошел в сквер, на ту самую лавочку. Залпом опрокинул банку, потом вторую, вроде отлегло, собак он не любил, хотя и не боялся, возможно поэтому они на него и не бросились. Он где-то слышал, что собаки бросаются на тех, кто их боится, если их не боишься, то они тебя не тронут. Правда это или нет, он не знал, но пара случаев, когда собака прокусывала ему штаны, в его архиве было, ничего серьезного тогда не случилось, даже царапин не было, но дырявые штаны уехали на дачу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.