Мария Козлова
Когда нечего ждать

   Вы верите в чудо?

   Простой вопрос, не правда ли, но ответ на него может оказаться не таким уж легким. Подумайте, и вы поймете, что так и есть.

   Когда в мир приходит маленькая жизнь, которая кричит и морщится, глядя на яркий свет, мы умиляемся и восторженно выдыхаем: чудо!

   Разве нет? Этот маленький человечек навсегда меняет жизнь вокруг, потому, что теперь он часть вашего мира. Он часть мира в целом. И это чудо…

   Много тысяч лет назад люди смотрели на огонь, который вспыхивал из одной маленькой искры, и тоже говорили: чудо!

   И разве тогда это было неправдой? Нет. Потому что никто не объяснил это сложными научными формулами, и это было просто чудом, в которое было так легко поверить.

   Вот видите, такой простой вопрос… и так много вариаций…

   Что для вас будет чудом?

   Выиграть миллион евро.

   Получить долгожданную должность.

   Победить в каком-то конкурсе.

   Найти на улице кольцо с бриллиантом.

   Увидеть рассвет на Синае.

   Создать гениальный роман.

   Встретить близкую душу.

   Стать знаменитым.

   Что для вас чудо?

   Где оно живет? У него есть адрес? Есть имя? Цвет? Форма? Пол? Вес?

   Оно существует отдельно? Или живет в нас?

   Оно должно приносить счастье. Да… Наверное… Вся проблема в том, что счастье тоже для каждого свое. И совсем не обязательно, что у чуда должен быть положительный заряд… Как вы назовете его тогда?

   Некоторым дается шанс это узнать… но станет ли им от этого спокойнее?

   Небольшой кабинет в офисе фирмы, создающей любые интерьерные фантазии, какие только могут прийти в голову клиента. На экране монитора светятся слова: "Что для вас чудо?"

   Тонкая рука с длинными ногтями щелкает по кнопке, и документ на экране сворачивается. Откинувшись в кресле, молодая женщина повторяет слова, только что прочитанной статьи:

– Оно существует отдельно? Или живет в нас?

   Как странно. Она никогда об этом не думала. Возможно, это может случиться с кем-то, но не с ней… Здесь, среди цифр, точных чертежей и проектов нет места для такого эфемерного и неопределенного феномена. С кем-то, но не с ней… И это было не единственным ее заблуждением. Человек не все решает сам. Далеко не все. И не стоит об этом забывать. Никогда.

   Дверь кабинета распахнулась, и на пороге возникла невысокая девушка с копной темных волос и пачкой листов, зажатых в руке. Живая и энергичная, подвижная, как растущий любопытный щенок, веселая и остроумная. Весь набор этих замечательных качеств носил имя Хэлен.

– Скучаешь?

   Девушка за столом, которую звали Лея, подняла глаза на коллегу.

– А ты, наверное, пришла меня развлечь.

– Да, ты права! – и с этими словами Хэлен вручила девушке за компьютером пару листов с набором работ и чертеж.

– Обсчитай… – Лея быстро просмотрела наброски будущего интерьера квартиры клиента:

– Что тут? Оооо! Флоки, паркет… У нас богатый клиент?

– Судя по его тачке и прикиду – очень, – Хэлен зажмурилась как довольная сытая кошка и вздохнула: – А сам он!

– Что? Так хорош? – изучая макет гостиной, бросила Лея.

– Хорош – не то слово!

– Какой-нибудь старый козел обустраивает любовное гнездышко?

– Старый, если бы! Ему лет тридцать, наверное. Знаешь, такому мужику, даже если шестьдесят стуканет, любая не откажется!

– Нуууу…

– Серьезно! Когда работы посчитаешь?

– Четыре комнаты, кухня… так, ну сегодня – завтра.

– Отлично, значит, послезавтра он придет подписывать договор, сама увидишь, такая конфетка! Шоколадка молочная…

– Он что, черный?

– Ой, какая ты трудная! Клевый такой…

– Терпеть не могу шоколад.

– Ну и дура! – сердито бросила Хэлен и, сморщив носик, вышла из кабинета. Усмехнувшись, Лея открыла сметную программу и начала набрасывать квадратные метры стен и потолков. Паркет, грунтовка, стяжка, проводка, светильники, дверные откосы…

   Рассчитывая цену материалов, Лея просматривала прайсы и набивала стоимость необходимых блоков и красок. Вдруг в кабинет влетела ее знакомая – Анна. Женщина была старше ее на десять лет, но именно с ней из всех коллег у Леи были самые теплые отношения. Рыжая, шумная и веселая Анна. Бесцеремонно переворошив бумаги на столе, она спросила:

– Ты для 115-08 смету делаешь? – Лея удивленно уставилась на нее.

– Дааа… А что?

– Когда готовы будут?

– Сегодня сделаю. Да что стряслось?

– Значит он завтра придет? Да?

– Наверное. Что…

– Завтра я работаю, буду его принимать! – торжественно заявила Анна. Лея вскинула бровь и осведомилась:

– Правда? Это важное событие? Шампанское заказать?

– Деточка, в этом поганом мире хотя бы посмотреть на красивого мужика – уже событие!

– Это тебе Хэлен сказала, что он красивый?

– Ага! А ты так не считаешь?

– Не знаю. Я его не видела.

– Правда? И не знаешь кто он????

– Представления не имею! – честно ответила Лея. Анна усмехнулась:

– Ну, тогда я тебе тоже не скажу. Завтра сама увидишь!

– Дорогая, ты себя хорошо чувствуешь?

– Не хами, деточка!

– С ума все посходили с этим мужиком! – вздохнула Лея. – Что там особенного?

– Увидишь… – подмигнула Анна и разразилась длинным монологом, смысл которого сводился к тому же, что ей уже говорила Хэлен, только в более витиеватых выражениях. Выслушав ее, Лея пообещала непременно прийти в дикий восторг от завтрашней встречи.

– Ты невозможна, деточка!

– Родная моя, на свете нет ничего невозможного…

– Ладно, я тебе позвоню, когда он придет… – сообщила Анна и скрылась за дверью. Лея усмехнулась, и, тут же забыв о клиенте, который свел с ума ее коллег, открыла каталог финских красок.

   В назначенный день смета на ремонт квартиры была готова. Распечатав бумаги и сложив их в папку вместе с чертежами, Лея бросила взгляд на часы. 2 часа дня, клиент уже, наверное, пришел. На столе рядом с компьютером зазвенел телефон.

– Лея, принеси, пожалуйста, пакет… – прочирикала в трубку Анна. Улыбнувшись, она положила трубку, отчетливо представляя, как рыжая сейчас мило беседует с красавцем-клиентом с такой улыбкой, что чеширский кот удавился бы от зависти. Хотя, честно говоря, слова Анны об этом двуногом мужского пола Лея подвергала большому сомнению. Ее знакомая была особой крайне романтической, и ее представления о красоте имели довольно широкий диапазон. А может быть, это у Леи они сузились до узколобой ограниченности?

   Отбросив мысли о рыжей женщине в приемной, Лея оглядела себя в зеркале. Строгий темный костюм: узкие брюки и короткий пиджак, светлая блузка, короткая стрижка с длинной челкой на правый глаз. Волосы у Леи от природы были черными как нефть, что избавляло их от мучений красками и тональными шампунями. Большие темно-карие глаза, как две испанские вишни. С такой яркой внешностью Лея очень осторожно пользовалась косметикой, потому что стоило ей немного переборщить, и она становилась похожа либо на ведьму, либо на проститутку. Тушь, светлые тени, пудра и блеск для губ – этого достаточно. Респектабельная внешность… и скучная, что зубы сводит. В выходные, чтобы отвести душу, Лея носила джинсы, кеды, короткие топы и куртки. Чем больше дырок на джинсах, тем лучше! Как будто мстя всей этой строгой офисной тоске в серых и темных тонах – разноцветные кеды, майки в кричащих надписях, браслеты и цепи. С началом недели все эти вещи скучали в шкафу, терпеливо ожидая, когда хозяйка достанет их и, вывалив их кучей на кровать, выберет счастливцев для клуба или прогулки на набережную.

   Пять с половиной футов. Худенькая как девчонка, яркая и необычная. Именно необычная, потому что назвать себя красавицей у Леи язык никогда бы не повернулся. Однажды, она пошутила по поводу своей внешности: "Если женщина некрасива, ей остается быть только умной. А я так просто гений!" В принципе, ей было уже давно не пятнадцать лет, что бы переживать, что грудь совсем маленькая, волосы не рассыпаются по плечам шелковой волной и губы не сексуально-пухлые. Она прекрасно жила с собой такой, какая она есть, тщательно подбирая вещи и цвета, обувь и аксессуары. Женщина настолько красива, насколько она сама этого хочет. Она научилась создавать себя каждый день, чтобы прожить его, не оглядываясь нервно на зеркала.

   Поправив волосы и подхватив со стола папку, Лея пошла в приемную. Длинный коридор, шумный офис, разговоры, треск телефонов и техники. Еще один поворот и дверь приемной. Напротив улыбающейся так, будто челюсть ей была не по размеру, Анны, в кресле сидел мужчина. Яркий дневной свет лился в комнату, не позволяя рассмотреть его. Единственное, что увидела Лея – это широкие плечи и короткие вьющиеся волосы. Обогнув кресло, она положила папку на стол:

– Добрый день. Надеюсь, я не заставила вас ждать…

   Иногда достаточно каких-то мгновений, чтобы привычная жизнь совершила безумный прыжок. Одно слово, один взгляд – и вот она уже летит в бездонную пропасть, наслаждаясь эйфорией свободного падения, упиваясь нереальными мечтами и не думая, что однажды у пропасти может оказаться каменистое дно. И разве это остановило бы ее? Нет. Счастье этого полета стоит смерти на острых камнях…

   Почувствовала ли тогда Лея, что стоит на краю этой пропасти? Нет. Но так было… Шаг и мелкие камни посыпались из-под ее ног…

– Здравствуйте…

   Мягкий, низкий голос, как будто погасил все посторонние шумы вокруг. Она повернула голову, посмотрела на мужчину, которому принадлежал этот невероятный голос…

   Еще шаг и ветер в лицо… Пути назад нет… Впереди неизвестность…

   Тонкие черты, идеально гармоничное лицо, немного выступающие скулы, которые придавали ему утонченную аристократичность. Темно-каштановые вьющиеся волосы и потрясающе глубокие серые глаза за стеклами очков в тонкой оправе. Темный элегантный костюм, подчеркивающий достоинства сильного тела. И руки на подлокотниках кресел. Они притягивали взгляд не меньше, чем его мягкая улыбка. Настоящие мужские руки, но в то же время нежные и ухоженные, с тонкими длинными пальцами. Наверное, она уставилась на них как загипнотизированный кролик. Казалось, еще одно мгновение, и эта красивая рука поманит пальцем, и, не раздумывая, она упадет на колени и поползет к нему, чтобы, мурлыкая, потереться о его колени.

   Похолодев, Лея подумала: "Что за бред!? Надо прекращать так на него пялиться!!!"

   На ее счастье, Анна уже оживленно болтала с клиентом, показывая ему чертежи и рассказывая о материалах, которые будут использоваться при ремонте его квартиры. Двери, потолки, оттенки… Это спасло ее. Стараясь смотреть куда угодно, только не на клиента, она совершенно не вникала в суть разговора. Единственные звуки, которые продирались сквозь дебри ее мыслей – это звуки его голоса. Они расщеплялись на полутона, щекотали как теплые солнечные лучи, замирая в диафрагме, учащая дыхание.

   Короткие ответы, одобрение, согласие…

   Ему все нравится. Он согласен и готов подписать договор.

   Трясущейся рукой Лея забрала со стола папку, что бы снять себе копию и вернуть оригинал к договору.

– Если в ходе отделки будут выявлены какие-то скрытые работы, они будут рассчитаны отдельно по согласованию с вами… – предупредила она. Анна указала карандашом на пункт в договоре. Пробежав его глазами, мужчина кивнул.

– Да, конечно. Я понимаю.

– Если вам подходит, работы начнут завтра.

– Меня это устраивает.

– Пожалуйста, оставьте свой контактный телефон, чтобы мастер мог связаться с вами в случае необходимости…

   Он ушел, оставив телефон и неразборчивую подпись на договоре. Как только он вышел, Лея кинулась к бумагам и прочитала:

– Стефан Шнайдер…

   Анна откинулась в кресле и победоносно заявила:

– Ну!? Я же говорила! Мозги – с вещами на выход!

– Дааа… Признаю… Ты даже преуменьшила его достоинства… – отозвалась она, глядя на мужчину, который шел к темному джипу, припаркованному на стоянке. Высокий… Когда он встал, чтобы попрощаться, она с трудом удержала челюсть, которая так и норовила отвиснуть. Не меньше шести с половиной футов. Неторопливая походка. Ни одного лишнего движения. Он остановился у машины и, оглянувшись на окно, где, прячась за полосками жалюзи, стояла женщина с черными, как воронье перо волосами, небрежным движением откинул волосы с глаз. Лея чуть не сломала пополам карандаш, который крутила в руках. Машина скрылась из виду, растворившись в потоке таких же железных зверей, мчавшихся по своим делам.

   Кажется, только сейчас она смогла свободно вздохнуть. Хотя сердце лихорадочно билось, чуть не выламывая ребра, потому что в приемной до сих пор витал аромат его парфюма. Кажется, в этот раз Анна оказалась права на сто процентов. Нет, на двести, потому что, описывая его, она проявила просто непростительное косноязычие.

   Рассматривая подпись на договоре, брюнетка усмехнулась:

– Мать моя! Ну и закорючки! Тут даже букв не разобрать… Такой мужчина не может быть бесхозным… Кольца вроде нет…– от одного воспоминания о его руках, ее бросило в дрожь.

– Ну и что? Все гораздо хуже… – Анна полезла куда-то в стол и вытащила оттуда толстый журнал.

– Как это?

– А вот так. За пару этих закорючек его фанатки тебе шею свернут…

   Пролистав журнал, она нашла нужный разворот и положила его на стол перед ней.

– Вот! – персиковый ноготь указал на фотографию в журнале. Взглянув на снимок, Лея сразу же узнала только что уехавшего мужчину. Он был без очков, черная майка обтягивала широкую грудь и открывала красивые руки и плечи.

   Да, Анна была права, все гораздо хуже. Это была статья о готовящемся новом альбоме рок-группы с довольно странным и двусмысленным названием "Ave End". Черт… Звезда во всех смыслах, со всеми присущими ей признаками… осознание своего статуса и недоступность… Окажись он красивым, женатым бизнесменом, наверное, это было бы легче пережить. Мгновенно из живого человека он превратился в глянцевое фото со страниц журнала.

– Хм… – протянула Лея, пробегая глазами статью. – Ого! С 93 года… Неслабый стаж… Что-то не похож он на рок-стар…

– Да? А ты что, их много встречала? – фыркнула Анна. Смутившись, Лея положила журнал на стол.

– Ну… нет, конечно, просто… он такой… черт, ну не знаю, как объяснить!

– Угу. Трезвый, интеллигентный и спокойный… – помогла ей рыжая.

– Да. Точно!

– Вот такой вот нетипичный.

– А ты откуда так хорошо его знаешь?

– Моя дочь от его группы просто пищит. Карина мне все мозги с ним проела. Спать не ляжет, пока не чмокнет его постер и не скажет: «Спокойной ночи, Стеффи!»

   Последние слова Анна пролепетала, картинно закатив глазки и сцепив руки. Лея хихикнула, представив эту сцену.

– Стеффи! Да уж…

– Угу, нам с тобой там делать нечего, молодежь затопчет. Иногда у меня такое чувство, что он член нашей семьи! Нет, я, конечно, знала, что он красавец, но чтобы настолько…

– Реальность оказалась круче?

– Несомненно. Ты слышала, какой у него голос?

– Дааа…

– Я не стала Карине говорить, что он придет, иначе она бы уцепилась мне за ноги и мне пришлось бы притащить этого клеща с собой в офис. Только влюбленной пятнадцатилетней фанатки здесь не хватало! – сняв копию с последнего листа договора, она отрезала подпись клиента и хихикнула: – Автограф ей подарю…

   Избежав смерти – свернув с дороги на минуту раньше, чем на встречную вылетит неуправляемый грузовик, опоздав на самолет, разбившийся при заходе на посадку, выйдя по ошибке не на своем этаже из лифта, который через мгновение полетит вниз, обрывая тросы безопасности и круша тормозные распорки – человек говорит – спасся чудом! Да, сложно спорить. Он не мог знать, в какой час и где его ждет смерть. И не мог этого предотвратить… Значит – это чудо. Значит, чудо это то, что живет отдельно от нас? За пределами нашего поля? Тела? Мозга?

   То, что может заставить нас изменить планы, пересмотреть взгляды, промолчать, или наоборот, кричать в голос, то, что толкает нас на путь к спасению, который сами мы не видим и видеть не можем, потому что не знаем, что нас ждет?

   Оно часть мира, окружающего нас?

   Через несколько дней Лея перечитала около сотни статей о группе Стефана. Личной информации непростительно мало. Дата и место рождения. Музыканты рассказывали все о группе с момента создания, по этапам, но молчали о своей личной жизни. Охотно говорили об альбомах, песнях, текстах, музыке, как о любимых детях. Пожалуй, единственная личная подробность – в группе играл брат Стефана, но это все. В остальном – полная неизвестность.

   Затарившись в магазине сразу всеми альбома группы, Лея откинула первые три, как совершенно ей не воспринимаемые. Но вот последние четыре – это было что-то невероятное. Они проникали в ее мозг естественно, как кислород, с каждым вздохом, смешиваясь с кровью, становясь частью мыслей…

   Лея распечатывала тексты их песен, автором которых, кстати, был Стефан. Строки на бумаге как будто становились сильнее и ярче. В каждом слове она слышала его интонации, его голос, но впечатанные в белые листы, они говорили гораздо больше. В тонких листах стонала боль, хрипела ревность и срывала дыхание в последнем вздохе страсть. Она читала их как книгу. О любви, о страхе, о вечности, смерти и предательстве… Читала его мысли. Читала ЕГО.

   Пусть он не дал ей возможности узнать его со своих слов, отгораживаясь своим молчанием в многочисленных интервью, она все равно узнает, какой он… И это знание пугало ее больше и больше с каждым днем. Потому что с каждым вздохом голоса в динамиках, с каждым словом его текстов, она влюблялась сильнее и сильнее…

   Любовь – жестокая игра с улыбкой на устах…

   По ночам ей начали сниться странные сны. Как будто она видит женщину с волосами, сверкающими всеми оттенками радуги. Бледное отрешенное лицо. Хрупкое тело. Нереальный голос… который она слышит, не смотря на то, что губы женщины не двигаются. И Стефан. Лея точно знала, что он ищет эту женщину… эту сирену… бесконечный город, в котором ему никогда не найти ее. Повороты улиц, тупики переулков… Она не видит отчаяния за стеклами темных очков на его лице, она его чувствует. Каждый раз, просыпаясь, давясь слезами, Лея вскакивала с постели и бежала курить на кухню. Она не знала, что это за женщина, этого лица она не видела никогда, почему тогда она ее видит? И почему Стефан ее ищет?

   Однажды она поймала себя на мысли, что отдала бы что угодно, чтобы оказаться на месте женщины из своего сна.

   Нельзя отдавать сердце во власть страсти. Не стоит ей доверять. Она коварна и непостоянна.

   Но этот сон не давал ей покоя. Каждая ночь как пытка. Да, она хотела бы быть на ее месте. Ведь сны – это воплощение наших мыслей.

   Сны, за которые придется платить страхом, а может быть, даже жизнью. Плевать. Ее бы это не испугало. За несколько часов иллюзий можно заплатить так дорого. Концентрированное счастье. Синтетическая эйфория, которая разъедает мозг быстрее, чем героин. Потому что это сильнее…

   Ярче… В жизни такого не бывает… По крайней мере, в ее жизни.

Ты ускользаешь тенью от света дня…

Траурной маской спрятала слезы я…

Я влюбилась в закаты, в ночи холодный блеск…

Когда проснулось небо, твой лик исчез…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.