# Мой друг инопланетянин Гена

Пётр Левин

После крушения снегохода в северных льдах Ладоги биолог Иван оказывается на загадочном острове, где встречает гуманоида Гену – представителя инопланетной расы. Вдвоем, не помня, как они туда попали, они учатся выживать, приручают природу, пьют чай из диких ягод и ведут философские беседы о жизни. Но всё меняется, когда на берег приплывают русалки и приглашают их в удивительное место, где живут сказочные существа, а сама реальность напоминает волшебный сон. Это история о дружбе, принятии и неожиданном счастье в самом невероятном месте.

## Глава

Уже полгода, как я живу на этом клятом острове. Только есть сомнения, что живу, а не являюсь призраком. Зима, север Ладоги… Наша экспедиция по изучению жизни нерпы попала в метель, а после и в полынью. Я ехал первым и первым ушел под воду на снегоходе. Когда очнулся, то увидел, что рядом со мной стоит двухметровое существо с зеленой чешуйчатой кожей. Как позже выяснилось, Гена, так я назвал гуманоида, прилетел на Землю в составе научной экспедиции для отбора образцов грунта, но его корабль потерпел крушение. И мы оба не помним, как попали на остров. Гена обладает множеством удивительных способностей, благодаря которым мы выжили: может приманивать небольших животных, рыбу и вводить их в ступор. Но в остальном он такой же безрукий, как и я. Мы до сих пор не смогли изготовить даже плот.

Остров имеет круглую форму диаметром примерно в километр. Песчаный ровный берег идет широкой полосой по окружности, а за берегом – заросли: могучие кусты, высокие деревья. Погода стоит чудная и не меняются день ото дня: светит солнце, температура днем по ощущениям плюс двадцать пять. Дует легкий бриз. Ночью температура опускается до плюс двадцати. Песок белый и мелкий, как на Мальдивах. Океан бирюзовый, прозрачный. На острове есть пальмы с бананами, финиками, кокосами. Из животных видел каких-то птиц наподобие куропаток, а еще по ночам кто-то надрывно воет. По звукам то ли волк, то ли собака.

Вот как я помню моей пробуждение. Очнулся в ярких шортах стиля а-ля «Майами», шлепках и белой майке из хлопка. Гена стоял рядом и смотрел на меня зелеными круглыми глазами. Я нисколько не удивился большой обезьяне с чешуей и рожей как у рыбы. Понял, что так и должно быть. Гена сразу дал понять, что он друг, а не враг. Он что-то кричал на своем тарабарском, видно было, что он хочет до меня достучаться.

Со временем мы выработали систему знаков, а потом Гена выучил русский и свободно, хотя и с неким акцентом, говорил на нем. Его тарабарский я отказался учить после нескольких неудачных попыток. Все-таки инопланетные языки – это не мое.

Мы устроили небольшой лагерь недалеко от берега. Гена обладал острыми зубами и с легкостью перегрызал бамбук и ветки. Сделали два шалаша, накрыли их банановыми листьями, а вниз постелили сухую траву, которой в зарослях оказалось в изобилии.