Катя Костина
Найти и потерять

Станислав

Меня будит звук входящего сообщения. С большим трудом нащупываю на тумбочке мобилу и тащу к еле раскрытым глазам, едва понимаю суть сообщения, как сразу кладу мобильник назад.

Кононов заебал, снова зовет в клуб, а у меня ну вообще никак на него не стоит, мы же только пришли оттуда. Или не только? Сколько сейчас времени? Не глянул. Хотя за окном светло. Так мы и когда выходили из клуба светало.

На новый поход в клуб может и не стоит, а вот член с утра так очень даже дымит под одеялом.

Стоп.

Под каким, блядь, одеялом? Я вообще где?

Резко открываю глаза, насколько позволяет состояние. Обвожу взглядом незнакомую комнату. Обстановка соответствует моему райдеру. Нормально. Все по теме. Все как я привык.

Ремонт, открытая дверь в гардеробную, элитарная мебель, дорогое постельное белье. Все норм. Кроме того, что телка, которая рядом спит просто пиздец ходячий, я в жизни таких страшных не ебал, хотя и этот раз не помню, чтоб что-то такое было. Я вообще плохо помню, чтоб на нее повелся. Да ну нахуй, не могло у нас быть ничего, у меня бы не встал на такое страшилище.

Присматриваюсь внимательнее. Она как раз спит ко мне лицом.

Это пиздец, товарищи.

Боже. Самое время вспомнить молитвы, которым меня в детстве прабабка учила в деревне, в мою единственную туда поездку. Естественно, я ни хера не запомнил в пять лет, только занавеску свечкой поджог и поросенка выпустил. Просто, пока прабабка занавеску тушила, мне стало интересно, что там в сарайчике, что за окном с подожжённой занавеской, хрюкает и повизгивает. Свиней я в живую тогда еще не видел, после этого, кстати, тоже, а потому решил, что это лысая элитная собака, размер был соответствующий, ну и выпустил погулять. Он тогда так втопил, что три дня ловили.

Че это мне сейчас вспомнилось? На поросенка она не похожа, он милый был, а тут страшилище.

А… да… вспомнить молитвы стоило бы, тут сейчас прям надо! Поворачиваюсь к ней повторно и тут же отворачиваюсь. Да. Тот поросенок посимпатичнее будет, чем это человекоподобное существо.

Понимаю тех, кто резко утром просыпается и осознает, что нужно срочно идти в монахи принимать постриг. Я не пойду, но в церковь не мешало бы заглянуть.

Ну жуть же.

Поворачиваюсь снова в ее сторону и меня опять передергивает. Губы невероятно огромные, как обезьянья жопа, цвет вообще один в один совпадает. Я знаю о чем говорю, мы буквально на той неделе, в зоопарке с парнями бухали, как раз возле вольера с обезьянами.

Мы туда приперлись, чтоб доказать Михе Кононову, что его Катя, с которой он расстался, вылитый крокодил, правда до них мы так и не дошли, потому что у обезьян нас выловили и выгнали. Но мне хорошо запомнился один павиан по кличке Тарасик, повернутый к нам задом, сейчас я готов его снова опознать и даже попробовать позвать, потому что у девушки вместо рта уменьшенная копия его задницы.

Да как она с ними ест? Все же вываливаться изо рта будет! Даже сейчас он открыт, что еще больше навевает воспоминаний. Тарасик в тот раз перед нами решил, не только продемонстрировать свою великолепную, по мнению его самок, задницу, но и умение с ней обращаться. Четко на словах Михи «так выпьем же за красивых телок» навалил приличную кучу.

Девушка пошлепала губами, и я замер в ужасе, ожидая торжественного выхода чего-то из жуткого отверстия. Естественно, ничего не произошло, и я расслабился, продолжая рассматривать ее лицо.

Дама определенно одними губами не ограничилась, судя по чертам лица, решила сделать из себя подобие Майкла Джексона с вантузом вместо рта, царствие ему там небесное или что там у католиков после смерти. На роже, наверное, сто операций ебанула, а судя по нереально короткому и вздернутому носу – сто одну. Хотя нет, Майкл, по сравнению с ней красавчик, у них только нос и сходится.

Скулы, накачанные как горбы у верблюда. Что у нее там? Тайники для перевозки наркоты? Заначки для шпионских шифровок? Зачем девушке такие большие делать?

Наращенные волосы растрепались, и я сейчас имею честь лицезреть эти жуткие пластиковые штучки в ее голове, к которым крепятся пучки волос. Почему-то мне пришла мысль, что они сняты с трупа. С чего я это взял – не знаю, но выглядит настолько неприятно, что у меня засосало под ложечкой. Впрочем, как и нереально огромные ресницы, лежащие сейчас на ее лице в раскорячку.

Это если она такая сейчас, то какая же она была до?

Жуть.

Приподнимаю одеяло.

Трусов нет ни на ее тощей силиконовой жопе, ни на мне, зато у нее имеются нереально огромные силиконовые сиськи.

Блядь. Какой ужас. Я это существо ебал?

Нет, ну это край. Кто следующий? Одноногая беззубая старая проститутка, которая будет утверждать, что она пират, выковыривать у себя искусственный глаз для демонстрации и потный муляж попугая под мышкой?

Стас, надо завязывать с бухлом!

Смотрю на девушку с открытым ртом от шока, отворачиваюсь, пытаясь прийти в себя, после перепоя мутит, и снова на лежащее рядом тело. И опять передергивает. Да как я смог?! Она на инопланетянина похожа!

Блядь! Блядь! Блядь! Ну угораздило же?!

Нахожу взглядом мобильник на тумбочке и записываю видео в наш общий с парнями чат.

«Если есть кто живой, помогите, меня украли инопланетяне с целью размножения» – снимаю рядом спящее существо – «не повторяйте моих ошибок, они сначала обещают дать порулить тарелкой, а потом стирают память и насилуют. Жопа не болит, член тоже, но моральное насилие над моей психикой точно сейчас происходит»

Отправляю видео и тихо смеюсь, вставая с постели и попутно ища свою одежду среди разбросанной на полу. Выясняю, что трусы в одну туфлю засунул, а носки в другую. На входе.

Пиздец. Входил в квартиру я эпично.

Понимаю, что парни сейчас будут ржать, как кони. Точнее Миха как паровоз, а Пашка, как птеродактиль. Блядь, у Пашки самый смешной смех, из всех, кого я знаю.

Я, Кононов Миша и Лунев Пашка дружим достаточно давно. Мы с Мишей еще и учимся вместе. Учились. Дипломы-то у нас уже в карманах, теперь мы, сука, дипломированные юристы. Это и отмечали в клубе.

А Пашка, стажировку пять лет назад в нашем фитнес-клубе проходил и одно время был у нас тренером. Нам тогда тренер нахер был не нужен, но парень оказался мировой и не помочь человеку мы не могли. Мы его после этого и стали называть Толя-тренер. Почему Толя? Да в душе не ебу, но ему идет. Смеется точно, как Толя. Один в один, клянусь.

Тут же прилетает сообщение:

Толя-тренер: Ты бы завязывал употреблять эту хуйню, она реально может вызвать потерю памяти. Я читал.

Я: Ты про таблетос? Да я только третий раз, ниче не будет.

Тут же прилетает возмущенное голосовое от Пашки, он же Толя-тренер.

«Три раза. И все разы я в жестком ахуе. Напоминаю, сука! После первого раза, ты звонил с середины поля, а конкретно с тюка соломы, потому что хотел поспать на сене, но нашел только солому, хотя, один хуй ты в этом не разбираешься. Где ты, блядь, этот тюк нашел? Ах, да! Напоминаю! В семидесяти, километрах от города! Сука! Мы тогда в итоге еле нашли тебя. Хорошо, что твой телефон пробить можно, а у нас возможность такая есть. Второй раз, ты тоже уехал, но только не так далеко, слава Богу, в соседний клуб, где и уснул на диване, укрывшись скатертью. Мы охуеть, как тогда обосрались, потому что твой отец именно в этот момент возжелал увидеть сына, но телефон, по которому и происходил звонок, в тот раз ты оставил у Михи в пиджаке. Теперь это! Блядь! Ты хоть предохранялся, долбоеб?»

Я когда дослушивал сообщение, уже при полном параде выходил на улицу. Сука, родной город, центр. Ну хоть не занесло никуда. Записываю бодрое голосовое и дую домой.

«Не помню, чтоб я ее ебал, а раз не помню, соответственно и бояться нечего»

Толя-тренер: Чтоб ты был в курсе. Этот уродец – дочка доктора Сарибекяна. Просто знай. Ее отец тебе яйца оторвет и под нос вместо усов пришьет, потому что он известный пластический хирург.

Я: Тогда это объясняет ее страшную рожу. У нее просто скидка на всю эту муть.

Уже дома с трудом вспоминаю прошедшую ночь. Все вспышками.

Вот мы бухаем с парнями, вот танцуем, вот я выебал какую-то телку в туалете. Предохранялся, точно помню, потому что из презерватива на рожу ей сперму вылил, а она была только рада. Извращенка. На что только бабы не идут ради нужных и красивых мужиков. Вроде бы автопилот работает. Все нормально было, пока мне не предложили запрещенку. Я это не употребляю, но в тот день что-то пошло не так.

А все, потому что, перед походом в клуб я, желая разрядки, поперся к постоянной телке и застал Наташу у нее дома, в моменте, когда ее в задницу долбил какой-то утырок, а второй тоже самое делал только в рот. Самое удивительное, что мне стало неприятно. Всегда было похуй, а тут прям противно как-то.

Глобально у нас с ней нет отношений, поэтому девушкой своей назвать ее не могу, просто трахаемся иногда, никто никому ничего не должен. Кроме того, что у меня были ключи от ее квартиры и мне в этот раз стало неприятно. Отвратительно как-то. Мерзко. Как будто трусы чужие надел, а они оказались мокрыми.

Особого влияния это на меня не произвело, но противно было до жути, до того самого момента, пока мне не предложили эти таблетки, может поэтому я и взял тогда запрещенку.

В первый раз-то случайно произошло, я таблетки попросту перепутал. Попросил у бармена от головной боли, а он вывалил две штуки яростно вспоминая какая из них какая и я, недолго думая и не давая ему возможности вспомнить, взял ту, что слева. Как в «Матрице», выбрал не ту таблетку. Голова, кстати, прошла. Остальные разы – был мой осознанный выбор. Больше я на это подвязываться не планирую. Тенденция не ахти.

Прилетает еще одно сообщение

Миха: Яр. Че морозишься? Сегодня идем в клуб? Или нет?

Миха: Я, если честно, только встал. Ну что я тебе скажу, твой страшненький инопланетянин не сравнится с тем стодвадцатикилограммовым мастодонтом, который сегодня меня разбудил словами «вставай родной, я завтрак приготовила». Не могу поверить, что я ЭТО ебал.

Миха: Хорошо, хоть предохранялся, а знаешь, как я это узнал? Ща одевался и три презика использованных нашел. Пиздец! Три штуки!

Миха: Я три раза покорил этот храпящий эверест!

Миха: Больше устриц не жру! Нахер такие подвиги!

Толя-тренер: Ну да, от них пердеж адовый.

Миха: Толя, кто о чем, а ты о жопе!

Я: Предлагаю все же пойти. У нас с тобой с понедельника должна начаться работа в суде, а там, насколько я помню, совсем не сладко. Хрен у нас там появится время на отдых. Оторвемся напоследок.

Миха: Согласен.

Толя-тренер: Ох, Матерь Божья помоги, я с вами иду. Кто-то должен следить за Яром.

За день успеваю посетить спортзал, поругаться с родителями, которых откровенно заебали мои загулы, два раза послать на хуй Наташу, пытающуюся помириться и вернуть ей ключи. Вот только мы и не ругались, просто я решил закончит наши встречи навсегда.

Успел даже погулять с собакой так же два раза.

Гром у нас появился крошечным щенком, который скулил и бежал за мной на улице, чуть больше года назад. Холодина жуткая, ветер, снег, весна, блядь, такая была. Ну я его домой и припер. Никогда не имел слабости к животным, от слова «совсем», но в этот раз не выдержал жалобного скулежа. Он такой мелкий был, что определить в нем породистую собаку мне не представлялось возможным, он был просто маленький рыжий щенок. Это уже в ветеринарке сказали, что он стаффордширский бультерьер. Звучало круто, и я оставил мелкого себе.

Сука, если бы я только знал, что собака – это охеренная ответственность и всегда будет как маленький ребенок, то никогда не оставил бы. Куда бы дел пса не знаю, на улицу выкинуть не смог бы в любом случае, но не оставил.

Для меня всегда животные были чем-то вроде чужих живых игрушек, а на деле оказалось, что – ничего подобного, с ним нужно постоянно возиться. Собака – это безумно влюбленный в тебя вечный ребенок лет двух-трех. Тонкости содержания, думаю, очень похожи.

Я же как ответственный отец, просто затрахался ходить к ветеринару при ежедневном случае какой-то хери. А случай был реально ежедневный и мог произойти в любой момент.

Если Гром сжирал какую-нибудь хуйню, не предназначенную для сжирания, то есть практически все, что попадало в его поле зрения. То буквально через пятнадцать минут пса начинало жутко тошнить и поносить. Это тогда был не Гром, а жрущий все подряд апокалипсис со слабым животом.

Пока был мелкий он жрал все что видит постоянно. Мы прятали, а он находил и жрал. Просто не передать сколько нужных вещей, брендовых кроссовок и туфель было испорчено, но сколько бы их не было, они четко равнялись количеству походов к ветеринару. Один раз я даже с ужасом объяснял врачу, что по всей видимости, пес съел занавеску, поэтому в кале бахрома.

Елку мы тогда не наряжали.

Потом пес подрос и поумнел, а то я уже подумал, что он на улице оказался, потому что дебил и все жрет, как пылесос. Разница между жрущим все подряд придурком и статным рыжим красавцем с осмысленным взглядом была колоссальная. Он поумнел ровно настолько, насколько я его считал мелким долбоящером.

Были дни даже бессонных ночей, когда он заболел какой-то собачьей болезнью и чуть не умер, я тогда так перепугался, что не отдал его в стационар и сам делал ему уколы.

Короче, Гром – моя единственная преданная душа, за что я его люблю и ценю.

Родители были в восторге после появления собаки. Я же пиздец ходячий был, вечно на выебонах, вечно влезу в какую-нибудь жопу, после которой отец читает мне нотации, чтоб я его не позорил. А собака меня хоть немного приучила к ответственности.

Не ну а че? А как жизнь не прожигать? Молодость тоже не вечная. Когда мне будет шестьдесят, телочки на меня так липнуть не будут. Да и не нужны они будут, к тому времени, никому.

Я красивый? Нет, я божественный!

Мое тело мне дано свыше за какие-то охеренные заслуги прошлых жизней, чтобы им светить перед телками. Нет, ну а нахер оно тогда нужно? Конечно, для этого! Правда поработать над ним пришлось, но что поделать бесплатно тоже ничего не бывает, а лицом я в мать, красавчик невероятный, сучки так и ссутся, хотя с возрастом это немного подзаебло. Вот лет в семнадцать еще прикалывало, когда брекеты сняли, а сейчас больше удивляет, когда от меня в обморок не падают.

Я бабковый? О да. И для этого мне нужно было всего лишь родиться в ебейшей семье. Я сын высокопоставленного судьи края и самого известного и дорогого адвоката нашего города, впрочем, как и федерального округа. Всегда можно сказать низшим слоям населения «а вы знаете кто мои родители?» Хотя менты мою тачку, итак, тут знают и не тормозят, слишком приметная.

Понятное дело профессию я не выбирал и меня отправили на юридический. Учился я неплохо, но на красный диплом тянуть даже планов не было. Да ну, че мне есть что ли нечего? Мать ругалась, что мозги просираю, а мне лень. Хотя карьеру строить планирую. Хочу, чтоб обо мне говорили.

Станислав

Собираюсь в клуб. Гром помыт после прогулки и лежит на кровати смотрит на меня оценивающе.

– Что мой сладкий? – поднимаю я бровь – Смотришь, как папочка собирается к девочкам? Ничего, малыш, я уже кинул объявление на поиск тебе подружки, так что не парься, у тебя тоже скоро все будет норм. Ты у меня красавчик.

Аккуратно застегиваю белую обтягивающую рубашку, стараясь не задеть свежие заклеенные татуировки на руках. У меня из-за них вчера температура поднялась, ибо инструкцию и технику безопасности следовало бы соблюдать, но выебнуться хотелось дико. А потому я переплатил и набил обе руки практически полностью, хоть мастер и отговаривал, предлагая делать все поэтапно.

Ага, щазззз.

Где поэтапность и где Стас Ярославский? Понтануться мне было важнее, а потому мне вчера было определенно не айс.

Надеваю черные идеально сидящие джинсы и рассовываю по карманам презики. Член мне нужен в целости и сохранности.

Стоимость моих шмоток лучше не знать. Очень дорого. Очень.

Смотрю на себя в отражение и попутно выбираю туфли. Красавчик. Сегодня я на монохроме, сегодня я по пройдусь милфам, а то ровесницы немного надоели.

– О-о-о, так ты на тачке? – тянет разочарованно Миха, когда я паркуюсь на своей огненной красотке у клуба – я думал мы бухаем.

– А мы бухаем – уверяю я – на крайний случай здесь брошу. Где Толя?

– Да вы заебали меня Толей звать – фыркает подоспевший Пашка – хотя я почти привык. Мне иногда даже кажется, что это мое Альтер-эго.

– Анатолий, не пиздите. – подкатывает свои черные глаза и ерошит светлые волосы Миша – меня это немного напрягает.

– Ну напряжение всегда важно в нашей жизни, – философски тянет Пашка с таким лицом, будто он в сортире лекцию проводит о правильности расслабления – если быть в напряжении, то никогда не подпустишь газа в неловкий момент.

– Это когда я так делал? – вскидывается Миха.

– Ты – никогда, но я на прошлой неделе, как вы помните, летел из Египта, в который меня Лера затащила, и могу с полной уверенностью сказать, что никогда в жизни я так сильно не хотел домой, как в тот раз. Там один очень расслабленный чел так навонял, что мы едва не задохнулись. Выясняли, сука, всем салоном кто этот скунс. И когда выяснили и предъявили ему, он выкатил самый крутой аргумент, который я когда-либо слышал: «Да то я во сне». А сам не спал!

– Блядь, и в правду веский аргумент. – бурчит Миха – Возьму на заметку.

В меня резко врезается кудрявая светловолосая девушка и больно наступает на ногу. Еб твою мать, эти туфли стоят ну очень дорого, чтоб на них наступал кто-либо.

– Ой, простите ради бога – улыбается она – я не хотела.

– Малышка – немного прикрываю глаза, чтоб слегка подавить желание протереть обувь и ощущаю, как от ее близости электричество ползет по хребту отдавая в кончики пальцев. Ну да здрасьте, че за муть? – не стоит трогать незнакомых дядь, это может вылиться в проблемы.

Че за новости? У меня таких реакций на баб еще не было. Пытаюсь внимательно рассмотреть любопытный экземпляр.

– В какие проблемы? – смотрит она на меня доверчиво во все глаза.

Молоденькая. Младше меня. Симпатичная, даже очень, но одета дешево. Оглядываю еще раз. Невысокая, может метр семьдесят максимум, если отбросить каблуки. Это же невысокая? Просто я всех считаю, невысокими, если они мне до подбородка не достают. Эта на каблуках она чуть выше, а значит должна быть четко до подбородка. Кожа светлая, фарфоровая, на шее вены видно, губы свои, пухлые, красивые, четко очерчены, притягивают внимание. Глаза синие-синие, а у зрачка переходят в яркую зелень, прикольно. Ресницы длинные, волосы светло-русые, ближе к блондинке, длинные, кудрявые. Без укладки, но смотрятся офигенно. Фигура классная, только под этой стремной одеждой в виде позорно-блестящего красного платья ощущается жирной, фу. Где она это платье нарыла, на травести-вечеринке выдали? Грудь зачетная, вызывает желание потрогать. Сжимаю руки в кулаки, чтоб этого не сделать.

Опускаю взгляд ниже. Туфли стремные, в лучшем случае косарь стоят, м-да, колхоз. Лучше бы в кроссовках пришла и в джинсах, а не в этом красном блестящем убожестве и в этих говняных туфлях. Маникюр хоть есть? Есть. Не свежак, но пережить можно.

Если такую намарафетить и приодеть, будет реально супер. Или раздеть. Лучше раздеть. Без этого всего шмотья она будет вообще идеальной. Понимаю, что у меня идет в штанах реакция на то, как я представляю освобождение данной селяночки от этого убогого тряпья.

Блядь, че я на нее так вылупился? – Вдруг включается мозг. Ну слава Богу, не все нейроны пробухал – Когда меня интересовал женский прикид или маникюр? Нет, интересовал, но чтоб вот так прям конкретно и досконально – никогда. Чтоб я внимательно рассматривал у кого-то черты лица? Да не было такого. Сегодняшнее утро тому подтверждение. Хотя да, я там внимательно рассматривал, правда постфактум.

Смотрит на меня так, будто сейчас в обморок грохнется от восхищения. Да, я красив, малышка, я в курсе, но это не значит, что нужно так на меня смотреть.

Блядь. Вот это взгляд. Обволакивающий. Теплый. Возбуждающий. Даже немного протряхивает от того, как она меня им ласкает. Эта селяночка сейчас мне мысленно уже отсосала или это все кажется? Капец классная. Недотрах у нее по ходу жесткий, раз поедом меня ест. Прости, но я этот вопрос я с тобой решать не планирую, не мой уровень. Хотя хороша, врать не буду. Еще с этими волосами… как нежная зефирка в уродской красной блестящей фольге.

– Так в какие проблемы? – повторяет она, медленно моргая и возвращая меня на землю.

– Незнакомые дяди, хороших девочек могут трогать в запрещенных влажных местах – тихо рокочу на низах, девочки от этого текут и эта не исключение – целовать они могут туда же, глубоко проникая языком, вызывая бури эмоций, поэтому иди, малышка.

– Ох – у нее такой взгляд, будто она сейчас кончит, только от моих слов. – а у вас пресс есть?

Блядь! Меня аж вштырило от возмущения. Я что похож на человека с пузом?! Но я беру себя в руки и вида не подаю.

– Ты про те двадцать сантиметров, что ниже пупка? – я не меняю тембр лишь немного наклоняюсь к ее уху опаляя эту нежнятину своим жарким дыханием. С наслаждением замечаю, как она дергается, реагируя на меня.

Сука! Она очень вкусно пахнет! Еле сдерживаюсь, чтоб не зарыться ей в шею носом и не пройтись им по нежной коже вбирая в себя этот дурманящий запах. У меня только от этой мысли молнии возбуждения пролетают от макушки до пят и обратно. Че за хуйня? Меня начинают раздражать реакции моего организма.

Да уйдешь ты или нет, безешка? Ты на меня как-то странно действуешь, мне не нравится.

– Двад… ох – она краснеет.

Хм, прикольно. Мило. Вот только тебе все равно ничего не светит, моя дорогая. Я не благотворитель для сирых и убогих, даже если они такие воздушные зефирки, как ты.

– Иди, моя хорошая и не приставай к незнакомым дядям – подталкиваю ее ко входу одним пальцем, потому что прикасаться к ней всей рукой не могу. Даже через эту маленькую площадь нашего с ней соприкосновения меня долбит желание.

– Яр, ты где застрял? – Миха подскакивает к нам с зефиркой – я стол уже забил. Боже, какой ужас… – кривится он – в смысле, добрый день и всего хорошего, надеюсь мы не встретимся…

– Что? – смотрит она на него возмущенно.

У меня тоже возникают какие-то волнительные ритмы в душе, потому что встретиться еще я с ней, как раз хочу.

Так, нахер это все. Выбрасываем все из головы и вспоминаем кто ты такой и как на тебя реагируют самочки. Она просто повелась на мою шикарную внешность, как и все. А вот какого хера повелся я, это определенно вопрос. С каких это пор меня стали привлекать селянки?

Блядь, но нежнятина, просто пиздец. Давно таких не видел.

– Я имею в виду, что вы должны так хорошо отдохнуть, что вам будет не до нас – улыбается Миха во все тридцать два и тянет меня внутрь, делая большие глаза.

А у меня внутри какое-то странное чувство неправильности. Как будто эту девушку нужно переодеть и тогда она будет очень даже для меня. Это она сейчас селянка, так-то реально хорошенькая, просто в этом красном блестящем платье – убожество.

Почему-то у меня в голове засело понимание, что сделать ее нормальной должен именно я.

– Ты че, на колхознице залип? – кривится на меня Миха.

– Ты знаешь, она ведь не такая и страшная – хмуро чешу заросший подбородок.

Можно было и побриться, но мне было в падлу.

– Не такая и страшная? Яр! Але, бля! Тебя реально инопланетяне тогда спиздили? Ты чего несешь? Ты таких селянок сроду не таскал.

– Да, таких у меня еще не было – бурчу себе под нос встречаясь с охреневшим взглядом Михи, который все слышал – Ладно, проехали, окунаемся в клубную жизнь.

На танцполе несколько раз ловил на себе взгляд этой безешки. Сука, не могу я ее телкой назвать. Бич, телка, сучка – это все не про нее. Не пойму, что меня так в ней так цепляет, эта ужасная шмотка или что? Она тусит с такими же двумя убогими подружками. Из одного села, наверное. С силой заставляю себя оторвать от нее взгляд и вспомнить какого лешего я здесь делаю.

Куражимся с парнями круто, хорошо, что презики взял. Разлетаются подчистую. Все проходит идеально, пока Миха снова не приносит ту самую запрещенку, под предлогом «только так я могу забыть мастодонта» употребляет сам и кладет вторую передо мной.

Бля, Миха! Ну нахера?!

Толя-тренер однозначно не одобрит, но он ушел отлить. Так! Сегодня последний раз. Отвечаю. Негоже работнику правосудия употреблять всякое дерьмо. Только этими работниками мы будем в понедельник, а сегодня суббота, так что отоспаться успею и больше ни-ни.

И вот отдых заиграл новыми красками, музыка стала громче, а цвета ярче. Появилось дополнительное дыхание, хочется танцевать без устали. Хотя что-то определенно не так.

Парни куда-то делись и мне срочно понадобилось выйти подышать свежим воздухом. В этот раз как-то херово себя чувствую, может, потому что еще от той таблетки не отошел? Голова вроде бы на месте, но кружится жутко, а тело не слушается, будто ватное, не мое. Движения резкие, дерганые. Бля Миха, нахуй ты мне эту муть подсуетил? Да и я сам хорош, мог бы и не брать, не хватало мне тут еще стругануть для антуража. Тошнит.

Иду зачем-то к служебному выходу и выхожу на веранду, пока никого нет. Постояв пару минут, остаюсь там, чтоб продышаться. Состояние ухудшается, ощущение такое, будто я сейчас сдохну. Пиздец, как плохо, но хоть уже не тошнит. Сажусь на присядки опираясь на стену, после чего не выдерживаю и сажусь на пол, не задумываясь, чист ли он под моей драгоценной жопой.

– А что вы тут делаете? – выдергивает меня из наркотической мути женский голос.

Поднимаю глаза, а это та самая безешная колхозница, в своем жутком красном платье. Преследует меня что ли?

– А ты что тут делаешь? Следишь за мной? – стараюсь не кривиться при разговоре, мне все хуже и хуже.

– Если честно, да – смущается она – Очень заметно, да? Просто вы мне очень понравились, и я решила познакомиться. Я – Алена, а вас как зовут?

Блядь, даже зовут как селянку. Или как сладкую конфету.

Смотрю на девушку и мысль в голове одна: какие у нее ебические губы. Мягкие, податливые. Взгляда оторвать не могу, но выдаю совершенно не то, о чем думаю.

– Я с девушками не знакомлюсь – улыбаюсь я, концентрируясь на ее губах, чтоб не сдохнуть прямо здесь и сейчас.

– Почему? – растерянно тянет она.

– Тебе честно?

– Да.

– Ты стремная – фыркаю я на ее изменившееся лицо – но если тебя привести в порядок, то будет вполне терпимо. Но сейчас ты стремная. Реально.

Капец! Я никогда такого не говорил девушке. Какая бы она не была уродина, я всегда сообщал им, что они богини, что они лучшие на земле и вот тебе нате, хрен в томате.

Надо срочно реабилитироваться. Это же позор для Стаса Ярославского! Снимаю с шеи увесистую цепочку с огромной иконкой из золота, которую ношу так же для привлечения телочек, они любят богатых секси-боев и вкладываю ей в маленькую мягкую ладошку. Классная ладошка, в такую член хорошо класть. Она таращится на меня, как на ненормального. Что так смотреть? Надеюсь, я это не сказал вслух?

– Бабок с собой сейчас нет – улыбаюсь, надеясь, что получается искренне – продай это и купи себе шмоток. Только нормальных, по размеру и цвету, а не вот это уродское убожество.

– Нифига ты, конечно, гондон! – шепчет она пораженно.

– Ага – киваю я и откидываю голову к стене – все красивые мужики такие, ты не знала? Только я еще и честный. Мне похер, что ты обо мне подумаешь, один хрен, я сейчас сдохну, а тебе хоть что-то останется.

– Тебе плохо? – хмурит она брови – Может тебя нужно отвезти домой? Или в больницу?

– А поехали к тебе – закусываю губу и медленно с выдохом отпускаю.

Девчонка тут же плывет на это движение. Вижу, как она облизывает свои в ответ и судорожно сглатывает.

Ну точно, недотрах. Стопроцентный.

– Ко мне? – моргает она – Я не отсюда, тут у подруги остановилась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.