Бабушкин дневник
Вера Сергеевна Аксенова

© Вера Сергеевна Аксенова, 2025

ISBN 978-5-0067-6426-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Читаю письма…

Вновь перечитываю давних писем строки,
И на душе становится теплее.
Как будто кто-то, очень одинокий,
Мне говорит, что души не стареют.

И если есть общение такое,
Хотя бы просто в виде переписки,
То сердце, пусть далёкое, людское
Становится для вас родным и близким.

Читаю письма. Как же благодарна
Вам за тепло, за солнечные строки.
Смотрю на мир с улыбкой лучезарной.
И вижу – мы отнюдь не одиноки.

Белый сон…

В моем нынешнем положении это неосуществимо… Но как же хочется!.. И я представляю…

Новогодний вечер. Я сижу в зале, на первом ряду. А передо мной, на сцене… Группа девушек танцуют вальс под музыку Евгения Сидельникова из г. Кореновск Краснодарского края на мои стихи. «Белый сон» называется. И так это красиво! Поёт… Кто поёт, не знаю, но голос очень сильный и завораживающий…

Это был белый сон.
Словно нежные пальцы
Пробегали по струнам
Чьей-то чуткой души.
И, почти невесом,
Под мелодию вальса
Желтый лист, как безумный,
Над землею кружил.

Хрупкий маленький лист,
Ветром сорванный с ветки,
Танцевал вдохновенно,
Обо всем позабыв,
Танец поздней любви
К ярко-рыжей соседке,
Что была самым ценным
Даром щедрой судьбы.

Желтый лист танцевал
И не думал о смерти.
Был он самым счастливым!
Но… кончается бал…
Желтый лист танцевал
Гениально. Поверьте!
Если б видеть могли вы —
Как же он танцевал!

Слушаю… и невольно начинаю подпевать. А девушки на сцене кружатся и кружатся в вихре вальса… И так хорошо у меня на душе!.. А сон на самом деле белый. Падают снежинки, лёгкие, пушистые… И вот уже я сама кружусь по сцене вместе с этими юными созданиями, и сама такая же лёгкая, невесомая, как они… А музыка всё звучит. И сон продолжается…

Экстремалка?

Было однажды… взбиралась на скалу над морем. Зачем? Чтобы себе самой доказать, что ничего не боюсь. А не подумала, что было бы с мамой, если бы сорвалась и разбилась. Без опыта, без страховки. Зато когда стояла наверху и смотрела вниз, какая радость охватила – смогла. Сумела!.. Молодость глупа в этом смысле. Жизнью дорожить надо и не рисковать просто так, без нужды. Хотя Аксеновая подозревает, что и сейчас, если бы довелось, сделала бы то же самое…)))))))

Впрочем, могла бы и подумать. Ибо буквально за два-три года до этого во время похода одноклассников, когда ещё училась в школе, один мальчишка полез на скалу, чтобы сорвать цветок для моей одноклассницы, и сорвался. Он остался инвалидом-спинальником на всю оставшуюся жизнь. В этого мальчишку были влюблены многие девчонки и из нашего класса, и из его (он был на год старше). Я не была в него влюблена, но запомнила и его, и этот цветок на скале на всю жизнь. Было до слёз жаль и его, и его престарелых родителей, у которых он был единственным и любимым ребёнком. У Горького в «Буревестнике» есть слова «Безумству храбрых поём мы песню». Но храбрость не должна быть безумной. Мы все понимали это. Но почему тогда потом и я последовала его примеру. И даже не для того, чтобы достать цветок для любимой девочки, а просто так, для какого-то дурацкого доказательства самой себе. Могу! И что??? И подобных случаев было у меня немало. Экстремалка? Не знаю, не сказала бы. Хотя… Как знать?…

Чаривна Маричка…
или… Первый поцелуй…

Вспомнилось…

Самозабвенно пою, сидя на подоконнике третьего этажа школы, и получаю от это такое удовольствие, такой ни с чем не сравнимый кайф! Окно открыто, но здание находится в глубине ограды и поэтому мало кто из посторонних может видеть черноглазую девчонку, сидящую на окне, свесив босые ноги вниз и распевающую популярную украинскую песню. Перевираю слова, потому что песню слышала по радио и как запомнила, так и пою. Но это ничуть не волнует. Ведь пою не для кого-то, для себя, ничуть не беспокоять о правильности слов и произношения. Конечно, стараюсь во всём походить на оригинал, услышанный по радио накануне.

Вьеться ночи змийка,
Неспокийна ричка
Тулыться блызенько
До пидножий гир.
Там на тому боци
Там живэ Маричка,
В хати, шо сховалась
У зелэных бир…

Пою, глядя на дальние сопки, открывающиеся из окна школы, и не вижу, что за спиной собрались подружки и молча слушают, улыбаясь. Вздрагиваю от внезапного: «Вер, быстро с окна! Мариша идёт!»

Соскакиваю. В класс входит Мариша, пионервожатая школы.

«Вера, вот ты где, – улыбается она. – А я с ног сбилась, тебя разыскивая. Тебя там брат спрашивает. На улице дожидается».

«Да нет, это не меня. Вы перепутали. У меня нет братьев».

«Как это перепутала? – возмущается Мариша. – Может, двоюродный? Я не спросила.»

У меня нет и двоюродных братьев, но, не желая препираться, нехотя спускаюсь по лестнице вниз, на первый этаж. В вестибюле на диване сидит незнакомый молодой человек и смотрит на меня, улыбаясь. Прохожу мимо, но он окликает: «Вера, не узнала?». Удивлённо смотрю на него. Нет, мне незнаком этот с иголочки одетый красивый парень, улыбающийся во весь рот…

«А я вот на всю жизнь запомнил свой первый поцелуй и первую пощёчину!» – смеётся он.

«Женька, ты что ли?». Нет, не узнаю. После того «Первого поцелуя прошло столько лет. И, конечно же, этот красавец ничем не напоминал того мальчишку-первоклашку, который… Мы вспоминаем и смеёмся. Но я чувствую себя рядом с ним не очень уютно. Слишком уж затрапезный у меня вид. Но он умело разряжает обстановку:

«Как люди меняются со временем. Но ты всё такая же красавица. Такой я тебя и представлял, когда вспоминал. ЗдОрово вы тогда нас с РайкоЙ портфелями». «А кто винОват? – улыбаюсь я. – Каждый день возле школы караулили, прохода не давали. Мы уже вынуждены были вкруговую после школы, за три квартала обходить… А уж после этих ваших поцелуев пришли домой в слезах. И когда на вопрос, в чём дело, я сказала; „Вовка поцеловал“, смех был оглушительный. У нас тогда гости сидели, чей-то день рождения отмечали. И тогда вот дядюшка мне и посоветовал: „А вы что, сразу и в слёзы? Не могли портфелями их отмутузить?“. Мы с Раей и воспользовались этим советом.» «Ну да, ты-то Вовку пожалела, не так сильно. А Раичка мне такой фингал под глазом поставила, на всю жизнь запомнил. Но здесь был эффект неожиданности. А то разве мы дали бы себя побить? Ещё поцеловать хотели. А знаешь, хочешь верь, хочешь не верь, а это и правда была первая любовь. Особенно Вовка переживал. Даже плакал… Так жаль, что не смог их увидеть. Оба в отъезде. Рая на каникулы куда-то к тётке в деревню уехала. А Вовка… Вовка в колонии. Так получилось. Жаль, хороший парень. Да ты же, наверное, знаешь его историю?.. Но рад, что с тобой встретился. Я же проездом. Мы давно уже в Караганде живём. Отец военный, вот и бросает нас из стороны в сторону. То там живём, то там. А сейчас я в во Владик еду, в моручилище поступать. После восьмилетки. Если поступлю, на обратном пути обязательно заеду». А из репродуктора доносилось:

«Чуешь, чи не чуешь,
Чаривна Маричка?
Я ж до твого сердця
Кладку прокладу!…»

Вере Панченко

Здравствуйте дорогая Вера! Большое Вам спасибо! Я давно искала возможности поблагодарить Вас. За что?.. За то, что первое моё стихотворение «Ингода» было напечатано в областной газете «Комсомолец Забайкалья» (г. Чита) благодаря именно Вам. И читинский композитор Пелевин написал на него музыку. Вальс «Ингода». Я тогда училась в пятом классе. А Вы работали в газете. Привел меня в редакцию и познакомил с Вами муж моей старшей сестры, Николай Белимов… Всю жизнь Вас помнила, хотелось узнать, как Вы, где. И вот интернет помог… Спасибо интернету, стихире… И, конечно же, Вам, дорогая Вера!..

А чтобы Вы меня вспомнили, помещаю в Дневнике своё фото, какой я была, когда Вы меня знали.))).

И дело не в том, что было напечатано стихотворение, а в том, что вы тогда очень тепло, по-доброму отнеслись ко мне, и это всегда помогало мне справляться с собой, когда надо было куда-то обращаться со своими стихами. Ибо по сути я всегда была очень застенчивой девочкой. Но вспоминая Вас, обращалась в редакции там, где жила. А тогда практически при каждой редакции существовали лит. объединения. И потому я входила в такие лит. объединения и активно печаталась в Дивногорске Красноярского края (газета «Огни Енисея»), даже по Красноярскому телевидению читала свои стихи, когда была передача о Дивногорске. Меня от нашей редакции отправили как самого молодого поэта))))). Мне 19 лет было. Потом в Чите. Даже в фестивале «Золотая осень» от лит. объединения при редакции довелось поучаствовать. Ездила с группой поэтов и писателей в несколько мест. Конкретно не помню куда. Читали свои стихи. Господи, как же давно это было! Но было! И за это спасибо Вам. А уж когда переехали в Приморье, и муж вышел на пенсию, я смогла оставлять с ним дома больного недееспособного сыночка, тут уж я разгулялась. Ездила по краю на свои творческие встречи, вела в краевой газете литературную страницу, которая так и называлась «Гостиная Веры Аксеновой». Много чего интересного происходило. И всё это во многом благодаря Вам, дорогая моя Верочка! Но главное в другом. В том, что у меня всегда была возможность выливать эмоции в стихи. И это помогало жить и выживать. И находить друзей, которые нередко благодарили за стихи, писали, что они помогают. Нет, не в Стихи.ру. Здесь все сами пишут стихи. Сами самодостаточны. Но есть люди, которым на самом деле это нужно. И у меня много писем в бумажных вариантах, где люди не только благодарят, но пишут, рассказывают о себе, делятся сокровенным. Вы, можно сказать, подарили мне смысл жизни – в общении с этими людьми. И благодаря такому общению удавалось отвлекаться от своих многочисленных проблем и несчастий. И чувствовать себя нужной. Кстати, и здесь, в Стихи.ру, у меня немало замечательных друзей. А это очень важно, когда много лет привязан к дому, Семь лет прошло после смерти мужа и всё мое общение фактически сводится к интернету. И с самыми близкими, самыми моими родными людьми, за которых я благодарна Богу. Это мой старший сын и его семья.

Еще раз спасибо, Верочка, за то, что Вы есть, за то, что были в моей жизни в самом ее начале.

И от души желаю Вам здоровья, счастья и благополучия.

Вера Аксенова, в девичестве Соснина…)))

С чего бы это?..

Среди авторов Стихи.ру встретилась знакомая фамилия. И даже имя совпало. Хотя ничего странного здесь нет. Так много встречается людей с одинаковыми именами и фамилиями!.. Странно другое. Почему она запомнила, а теперь вдруг вспомнила этого мальчишку? Этот коротенький эпизод из далекого детства? Почему он остался в её памяти? Ничего особенного. Так почему? Она тогда училась в четвёртом классе, А он на год старше, в пятом. Школа только открылась и все ученики были новенькими. Пятый класс тогда дежурил по школе, следил за порядком. Вера куда-то торопилась и бежала вверх по лестнице, на второй этаж. Вдруг её остановил мальчишка из пятого класса, с красной повязкой дежурного на руке. Он смотрел вроде бы строго, но с такими смешливыми чертиками в глазах. Эти глаза и эти чертики в них почему-то запомнились девчонке. А он потом ещё не раз останавливал её, уже без всякой повязки, и улыбаясь говорил:

«Бессовестная пионэрка бегает по лэстницам!» Вера делала вид, что ужасно сердилась, но на самом деле мальчишка ей нравился. А вскоре он исчез. Видимо, родители забрали его из этой школы…

Странные фортели выкидывает иногда наша память. И почему такой незначительный эпизод из детства запомнился так ясно? Даже внешность этого мальчишки и смешливые чертики в его глазах.

Вера давно уже не пионерка, и по лестницам не бегает, а увидела знакомую фамилию и имя, и что-то всколыхнулось внутри. С чего бы это?

Кукла…

Была у меня любимая кукла. Сшитая из ткани мамой и набитая опилками. Только головка была целлулоидная, такие тогда продавались, чтобы люди могли сами шить кукол своим детям. Сложное было время. Послевоенное… Я свою куклу очень любила, и не могла лечь спать, не уложив сначала свою красавицу, не укрыв её заботливо и не спев колыбельную… А однажды нас с подругой позвали обедать и мы ушли, оставив своих красавиц на скамеечке, позагорать. А когда вернулись, увидели, что соседская собака, сорвавшись с цепи, трепала наших кукол. Одна уже лежала в грязи, а вторую… Я схватила что попалось под руку и смело кинулась на собаку, не подумав, что и трёхлетнего ребёнка она может потрепать так же, как куклу. Но она вдруг остановилась, удивлённо взглянула на меня и, бросив куклу, молча поплелась со двора. Врослые, выскочившие на крыльцо, увидев эту картину в окно, были в шоке… И знаешь, этот случай как-то, видимо, повлиял на меня (хоть я его смутно помню, но знаю со слов мамы). В сложные минуты жизни меня всегда спасала такая вот смелость, которую, вероятно, можно назвать безрассудством. Но меня это так часто спасало, что я уверена: самый лучший способ избежать опасноси – это без страха идти ей навстречу… Все мы родом из детства… А куклу я потом долго лечила. И вылечила…))) Тельце было сильно потрепано, опилки высыпались. Мы просто к той головке (хотя на ней зубы собаки остались) пришили новое тельце, как бы сделали операцию. Но я её продолжала любить, даже ещё больше, как раненого, больного ребёнка…

Непотопляемой породы…

1.

«Не испугают нас невзгоды.
Не потеряем мы лица.
Непотопляемой породы», —
Шутила мама. Без отца

Росли. Она была и мамой,
И вместо папы заодно.
Была настойчивой. Упрямой.
Мы как за каменной стеной

За нею были. Ночью шила,
Днём на работе. В выходной
В театр часто нас водила.
Или в кино. Лишь ей одной

Обязаны мы той любовью
К театру, песням и стихам…
Она садилась к изголовью
И долго-долго пела нам.

Не раз в музей мы с ней ходили,
В ДОСА, на выставки картин.
Мы так… мы так её любили!
Мой Царь и Бог, и господин —

Была она. Моя родная.
Простая женщина и мать.
И лишь теперь я понимаю…
Теперь лишь стала понимать

Какой всегда была ты, мама.
Какой! Единственной, родной!
Простой, но самой… мудрой самой!
Я обнимаюсь с тишиной,

И вспоминаю… вспоминаю,
Как многое ты нам дала!..
Я чувствую тебя, родная!
Ты для меня не умерла…

2.

Друзей мы познаём в беде.
И близких тоже.
Сегодня был нелёгкий день.
Нелёгкий? Боже!
Проводка в доме подвела.
Пожар мгновенный.
И вот – в чём мама родила.
Земля да стены.

Лишь дым, где был такой уют!
Лишь пепла горстка.
А в небе Ангелы поют.
И горько… горько…

Сестра! Напомнила ты мне
Сегодня маму.
Её я видела во сне.
Она упрямо

Нахмурив бровь, всё шла вперёд.
Вдоль по дороге.
А впереди лишь дым да лёд.
И стынут ноги.

Такой вот сон. А утром – стон
На пепелище.
Но… где тот стон? Со всех сторон
Лишь ветер свищет.

А ты, сестра, тиха, строга,
И ни слезинки.
Ты мне, родная, дорога!
Но где же льдинки

От слёз и боли на душе?
Где плач и стоны?
А в опустевшем шалаше
Звучит стозвонно

Лишь эхо. Только ты, сестра,
Нет, не сдаёшься.
Строга и собранна с утра,
Уже смеёшься

В лицо всем бедам и ветрам.
И строишь планы.
Моя любимая сестра,
Ведь ты сестра мне!..

3.

День к закату. Я дома. Оставить пришлось
Ненадолго. Но ты не одна.
Дети. Четверо. Рядом. Уж так повелось.
И совсем не страшна тишина.

Я управилась быстро с делами. Лечу
Успокоить, утешить сестру.
Знаю, как нелегко ей. Быть рядом хочу.
Я с собою надежду беру.

Вот калитка. Что слышу я? Стон или вой?
Ах, не вынесла всё же душа!
Только нет! Боже, что у меня с головой?
Это что? Не пойму ни шиша.

Стены дома черны. Вместо окон провал.
А в беседке сидят за столом…
Боже правый! Найду ли такие слова,
Чтоб правдиво поведать о том,

Что я вижу? Племяшки, подруги, сестра
Так отчаянно звонко поют!
Рады мне! Сяду рядом. Девчонки, пора!
Здесь тоска не отыщет приют!

Песни вспомнили все. Те, что пели вдвоём.
И втроём. Песни мамины все…
Это было веселье! Мы часто поём,
И сейчас. Но не грустно совсем.

Только русская женщина может вот так,
Не пролив ни слезинки, порой,
Видеть даже в беде, что жива красота,
Что живой ты, а значит, герой.

Не стонать и не плакать, а верить и знать —
Живы, значит, построим опять…
Так похожа на маму! Сама она мать,
И о детях нельзя забывать.

А сестра знает точно, она не одна.
Есть подруги, и близкие есть.
Говорят, на миру даже смерть не страшна…
На миру… Этот мир у нас есть!..

Имя…

Есть одно мужское имя, которое имеет для меня на протяжении всей моей жизни огромное значение. Нет, это не имя моего отца, которого я не знала. Так случилось. Это имя моего дядюшки, младшего брата моей мамы. Старшие погибли на войне. А Николай сбежал на фронт, но по малолетству его нашли и вернули. Правда, в конце войны, здесь, на востоке, с японцами ему довелось повоевать. И даже награды какие-то заслужить… Так вот… Дядя был моим крестным и, по сути, заменил мне отца. Он помогал маме. Поддерживал её, как мог. Отец моей старшей сестры тоже не вернулся с войны, и маме было трудно поднимать дочек без отца… А это, по-моему, особенность всех Николаев – помогать и поддерживать своих близких. И не только. Хотя у самих судьба – не позавидуешь. Хочется обо всех Николаях, которых я знала и уважала (и было за что) написать отдельно и подробно. Может быть, когда-нибудь я это и сделаю. Но сейчас вкратце.

Моя первая школьная любовь – тоже Николай. Коля. Колька. Он не знал об этом, не знает и до сих пор. Так вот, об особенности имени. У него было несколько братьев и сестер. Он был старшим. Жили трудно. И он во время каникул между девятым и десятым (выпускным) классом ушел работать в геологическую экспедицию. Чтобы как-то помочь родителям подготовить к школе младших. И за это Колька поплатился. Во время каникул мы должны были работать на школьных участках. Так называемая практика. Кольку не отпустили с этой практики, и он ушёл в экспедицию самовольно. Его отчислили из школы за непослушание. Хотя учился он хорошо. И вообще был парень что надо. Мы всем классом написали письмо в Москву. Кольку вернули, но это был уже совсем другой мальчишка. Его было не узнать. Школу он окончил, но уже не так, как мог, если бы не пропустил из-за самодурства учительницы почти полгода.

Сёстры…

До сих пор жалею… Мама так много интересного рассказывала о наших корнях! Хотелось записать, мы с ней так и решили. Но я всё откладывала. И вот… многое забылось. Но сейчас люди начинают интересоваться своими предками. И хотя бы то, что помню, надо записать… для детей своих и внуков… Буду писать по мере воспоминаний. Не по порядку. И вот сейчас вспоминается один из самых тяжёлых эпизодов жизни нашей семьи…

Это было ещё в прошлом веке. Год не помню. Впрочем, можно высчитать. Но чуть позднее. Я тогда работала в Доме Культуры. С Женей была мама, сёстры старшая Любовь, и младшая Надежда отправились за покупками в райцентр, в Черниговку. На рейсовый автобус, чтобы ехать домой, опоздали. И чтобы не ждать более двух часов до следующего, сели в попутку. В легковой машине сидели двое мужчин. Они на выходе из Черниговки, сказали сестрам, что на минутку зайдут куда-то там по делу. Зашли. И вышли немного навеселе. Женщинам бы отказаться ехать с ними дальше, но возвращаться на автобусную остановку было очень далеко, да и мужчины были почти трезвые на вид. Поехали. А по дороге случилась авария. Следом совершенно случайно шла скорая из ж/д больницы Сибирцево. Двоих подобрали, а двоих других оставили лежать на дороге как неживых. Из этих двоих, оставленных, одна была моя старшая сестра. Люба. Надю увезли с надеждой спасти. В Уссурийск. Её спасали долго, но спасли. Хотя много ещё лет у неё было перекошено лицо. Но постепенно и это прошло. А Любу… когда приехали забирать труп из Черниговки, обнаружили, что она жива. Хотя раны были несовместимы, казалось, с жизнью. Когда на следующий день мы узнали об этом, я поехала в Черниговку. Зав. хирургическим отделением как раз только приехал из Питера. Он там повышал квалификацию по черепно-мозговым травмам, и решил попробовать, попытаться хоть что-то сделать с моей сестрой. Первое, что он спросил, встретив меня в коридоре, это согласна ли я удалить ей глаз, которого, по сути, уже не было. Врач, стоявший рядом с ним, сказал: «Да что ты спрашиваешь? Она всё равно не жилец.» думаю, можно представить, что я чувствовала в этот момент…

Глаз удалили, зубы все по одному собрали на какие-то проволочки. В груди была дырка, через которую внутрь проходил зонд, через который пища проходила внутрь организма. Вместо лица была какая-то страшная маска, без носа, вернее, со сломанным носом. И отовсюду из тела были проведены какие-то трубочки. Я следила, чтобы она ненароком не сорвала с себя эти трубочки, что она непрерывно пыталась сделать. И это длилось не один месяц. Как она выжила, только Богу известно, и нам с мамой, которые молились о ней непрерывно. все это время я была с сестрой, для этого пришлось просить отпуск без содержания на длительный период. Маме мы не говорили подробностей, но и скрыть было невозможно. У неё отнялись ноги. И мужу тоже пришлось просить отпуск без содержания, чтобы сидеть с Женей… К младшей сестре в Уссурийск ездили муж и дочки. У Любы мужа не было и потому с ней была я. Тем более, что с ней надо было находиться постоянно. До сих пор содрогаюсь, как вспомню то, что лежало передо мной в отдельной палате на постели. То, во что превратилась моя красавица-сестра, на которую и в ее возрасте заглядывались молодые парни. Но когда через несколько месяцев приехала комиссия из краевого центра, чтобы определить психическую адекватность её после страшнейшей черепно-мозговой травмы, она поставила их всех в тупик своими ответами на вопросы и своими встречными вопросами. А главное – своим чувством юмора. На неё приходили и приезжали смотреть, как на какое-то чудо… Именно тогда и родились в ней экстрасенсорные способности. Но речь не об этом. Речь о том, что она видела и чувствовала во время клинической смерти… Об этом я напишу в продолжении…

Жизнь прекрасна и удивительна!

И всё-таки воистину «Жизнь прекрасна и удивительна!» Особенно приятно осознавать это в первый день Нового Года. Когда позади ночь встречи праздника в кругу семьи. Среди любимых детей и внуков, которые не говорят о своей любви к тебе, но ты это видишь. Чувствуешь. По их делам, по их отношению к тебе. По взглядам, полным любви и уважения, по улыбкам. Ты воспринимаешь это обычно как должное, и вдруг, как озарение… ведь это же и есть истинное счастье, а вовсе не хоромы, не миллионы, из-за которых потомки ждут-не дождутся, когда умрёшь, чтобы поделить наследство. А когда никакого наследства нет и делить нечего, то их любовь истинная, им незачем претворяться… А ещё счастье, когда, несмотря на преклонный возраст, ты с удовольсьвием готовишься к празднику, наряжаешь ёлку, радуешься ей, как в детстве. А когда остаётся последний штрих подготовки к Новому Году, приходит внучка и предлагает помыть пол. Даже не предлагает, а настаивает. И ты соглашаешься. А потом, когда всё готово, идешь к сыну, где невестка, сын и внуки уже приготовили угощение, накрыли праздничный стол и встречают тебя каждый своим, приготовленным для тебя, подарком. Вы обмениваетесь подарками и вдруг до тебя доходит, как же это приятно – не только дарить, но и получать подарки. Ты всегда больше любила дарить, чем получать. А ведь получала всегда. Почему же только вчера почувствовала по-настоящему, как это здорово! Ведь подарок это не просто что-то материальное, но и выражение тепла и любви дарящего. Вероятно, только с возрастом к нам приходит настоящее понимание значения в нашей жизни таких вот маленьких радостей.

Сегодня проснулась, увидела на столе эту кипу подарков, и такой восторг накатил! Как бывало только в детстве. И так тепло на душе стало!

Но и это не всё! Все мы знаем, как бывает дорого внимание друзей! Присланная по почте, подругой по сайту, сделанная её руками, такая трогательная, такая нежная снежинка! Звонок любимого друга прямо в новогоднюю ночь! Поздравления с праздниками далёких друзей по переписке, по общему сайту. Это ли не счастье? Разве кто будет отрицать то, что жизнь прекрасна и удивительна… если есть всё это?! И я благодарна Богу, судьбе и всем вам… за то, что это всё у меня есть.

С Новым Годом, дорогие!..

Рассуждения О прекрасном…
По поводу известного высказывания
А.П.Чехова…

«В человеке должно быть всё прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли». Наверное, Чехов прав. Но что-то в этих словах Вере не нравится. Лицо… от желания человека не зависит внешняя красота. И если он красив, то в этом не его заслуга. Это подарок Высших Сил, если они пожелают одарить его. Красивая внешность даётся нередко никчемному во всём остальном человеку. Но для мужчин, например, именно красивая внешность имеет решающее значение. Особенно для художников. Для них натура это всё. И это понятно. Хотя дело не только во внешней красоте. Бывает лицо безупречное в смысле правильности черт, но почему-то отталкивает. Может быть, холодностью, надменностью… Важна одухотворенность. И этим объясняется то, что писаных красавиц иногда мужчины обходят своим вниманием, а женщину с совсем не идеальными чертами обожают, любят, жаждут её внимания…

Бывают люди неправильные. Вера относит себя к таким. Ей не нравится стремление некоторых дам быть лучше других. Она называет это «синдром безупречности» с несколько негативным оттенком. Или «синдром отличницы». Даже в детстве, рисуя красавиц, она взлохмачивала им прическу, будто под дуновением ветра волосы растрепались. Именно в каких-то мелких неправильностях находила изюминку. И это ей нравилось. И так во всём. Даже когда однажды следом за пятёркой по истории на следующий день получила двойку, она не огорчилась. На следующий же день двойка была исправлена, но запомнилась на всю жизнь. Даже мама не ругала её, а, вспоминая об этом, так и говорила с улыбкой «история с историей».

Ужин по-турецки…

Однажды к нам в гости, когда мы жили ещё в Чите, приехал брат мужа из Навои. Он научил Виталия какому-то особому способу приготовления плова. Он только сам готовил его, даже Тоне, жене, не позволяя появляться на кухне во время приготовления. Это было некое священнодейство. Плов на самом деле получался отменным. Когда гости уехали, муж решил сам применить на деле полученные знания. И… получилось!.. Но разве можно просто так сесть за стол и вкушать такое необычное блюдо? Конечно, нет. Надо обставить всё должным образом… У нас был круглый стол, с которого снималась крышка. Эту крышку мы уложили на пол, накрыли зелёной скатертью. Получился как бы восточный ужин на траве. Ибо настоящей травы не было, дело было зимой. Игорь и племянницы принимали самое деятельное участие. Как и отчим. Мама тогда гостила у сестры на Байкале. Ужин обещал быть на славу. Единственное условие было – сидеть вокруг этого стола, скрестив ноги по-восточному. Я ещё со школьных лет любила так сидеть почему-то. Ребятишкам тоже не сложно было научиться. Труднее всего было нашим мужчинам – Виталию и деду, как мы все звали моего отчима. Игорю и племяшкам он и был дедом, по сути. И вот настал час ужина. Все надели тюрбаны, как смогли соорудить. Смеху было! Но самое смешное было, когда стали устраиваться, скрестив ноги. Хохот стоял – на улице слышно. В конце концов деду разрешили устроиться на полу как ему удобно. Всем остальным пришлось устраиваться, как положено, когда ешь плов и пьёшь кофе по-турецки… Чтобы поощрить мужчин на такой подвиг, пришлось купить чего покрепче. Ужин получился на славу!.. В самый разгар трапезы, привлеченный смехом, который был слышен даже на дороге, ведущей мимо нашего дома, зашёл сосед. Вы бы видели его глаза, когда он увидел всё наше семейство сидящим на полу и уплетающим нечто, что так здорово пахло и так и просилось в рот! Да ещё и бокалы у мужчин с чем-то интересным на вид. Пришлось ему. тоже скрещивать ноги. Ему поблажки не давали, ибо был ещё молодой и здоровый…

Долго ещё потом соседки спрашивали у меня про ужин по-турецки…))). Пока наконец в какой-то праздник мы не устроили подобный ужин на настоящей траве, с соседями. Ибо уже наступило лето…)))

Магия имён…

Странные сюрпризы преподносит нам иногда жизнь. Однажды в школе мы всем классом ходили в кино. Ходили часто, но именно этот фильм произвёл на меня тогда неизгладимое впечатление. До сих пор я помню каждый эпизод, всех актёров исполняющих главные роли. Назывался фильм «Друг мой, Колька». Не знаю почему, но это имя стало значимым во всей моей жизни. Единственный дядюшка, мамин брат, живой вернувшийся с войны, который любил нас, своих племяшек, да ещё и был крёстным… Николай Яковлевич Соснин,.. Он первый назвал меня Верчонком. Потом так звали меня только самые близкие подруги. Дядюшка, можно сказать, был единственным мужчиной в нашей семье. И когда он приезжал с семьёй к нам в гости, для нас это был настоящий праздник. Он много читал и много знал. Как и моя мама. Это оказало на нас с сестрами серьёзное влияние…

В жизни каждой девочки в определенном возрасте появляется Он. Вернее, в мыслях, в мечтах. Это нечто настолько чистое и непорочное, какие-то неясные чувства, похожие на ангельское влечение ребёнка к существу иного пола. Когда страшно не только что-то сказать или дотронуться, но и просто посмотреть. Обычно это называется первой влюбленностью, о которой предмет этой влюбленности чаще всего даже не догадывается… Моя первая влюбленность тоже носила имя Колька…

Проходит время. Девочка становится девушкой, потом женщиной, женой, матерью. Но подобные безгрешные влюбленности иногда случаются. Это не говорит о том, что надо уходить из семьи, бросать мужа, травмировать детей. Вовсе нет. У неё в голове и мыслей не возникает о физической измене мужу. Вовсе нет. Это нечто лёгкое, воздушное, известное только ей самой и не имеющее никаких последствий, кроме тех, что она на какое-то время начинает снова чувствовать себя женщиной, вдохновляется на творчество, хотя бы в виде новых кулинарных шедевров, которыми она с удовольствием угощает мужа и всех членов семьи…

И бывает, в конце концов любовь последняя. Когда тем более никаких грешных мыслей не возникает ни у неё, ни тем более у того, кто вдохновил её на это чувство. Чаще всего, он и не знает об этом. Да ему это и не нужно. А у неё появляется блеск в глазах, радостные мгновения при мыслях о нём посещают её всё чаще. И кому это мешает? Конечно, если не переходит границы дозволенного…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.