Зумар Азимжан
Остаток

Я не знаю, какой сейчас год.Не знаю, какие теперь неба над городами.Какие теперь люди – кто стал лучше, кто хуже, кто выжил.Потому что ровно двадцать лет назад всё началось.Экскурсия для школьников: от Владивостока до Индийского океана и обратно. Обычная поездка – школьная, с флажками, песнями и сухими пайками. Все радостно залезли на корабль – прогуляться, посмотреть на океан, и вернуться домой.А я… я не собирался возвращаться.Я хотел сбежать. Сбежать с Советского Союза. До Франции. До Парижа.Я даже план составил. Всё продумал. Наивно, по-детски. Но решительно.Прыгну с корабля где-то в открытом море, доберусь до побережья, затеряюсь, выживу, а дальше – как в романах: свобода, искусство, мосты Парижа.Но кто же знал, что всё пойдёт не так?Никто. Даже я.

Когда наступила ночь,Александр сидел у кормы, вглядываясь в темноту.Он ждал. Считал волны, прислушивался к звуку мотора и ветра.Скоро должна была быть та самая точка – по его карте, по его памяти.Он собирался прыгнуть там, где берег недалеко.Но корабль вдруг начал разворачиваться.План менялся. Всё рушилось.Тогда в голове Александра вспыхнула мысль:“Сейчас или никогда.”Он встал. Бросил последний взгляд на палубу – и прыгнул.Но не рассчитал.Он зацепил ногу о край борта, ударился сильно – и, будто крик раздался внутри,а не снаружи. Боль пронзила лодыжку. Он закричал – не от страха, а от того,что всё пропало. Он начал тонуть. Он думал – это конец.Но в воду прыгнул ещё один.Капитан корабля. Сам.Он вытащил Александра, с трудом.На палубе собрались люди, всё смотрели.Кто-то кричал, кто-то смеялся, кто-то снимал шапку.Командир подошёл ближе, мокрый, тяжело дыша:– Зачем ты прыгнул?Александр смотрел в сторону, и через секунду сказал:– Я… просто хотел поплавать.Молчание. Только шум воды и где-то трещала рация.Командир корабля стоял рядом,глаза его были острыми, как штык:Он знал. Все знали.Но он сказал:– Ну и ладно… В госпиталь его. Отвезите.В медпункте Александр лежал, глядя в потолок.Нога болела. Сердце болело сильнее.Он провалился. Его мечта о Париже утонула где-то между палубой и океаном.Он повернулся к стене и тихо заплакал.Медсестра – женщина лет тридцати, с усталым голосом и добрым лицом —молча перевязывала ногу, а потом сказала:– Не плачь, юный. Со всеми бывает. Скажешь, просто царапина.– …

Александр молчал. Он не мог говорить.Не от боли, а от стыда.Ночью начался шторм.Сначала был только странный гул – будто океан затаил дыхание.А потом – крик. Металлический. Живой. Пронзительный.На палубе бегали люди. Кричали.Кто-то звал по имени. Кто-то молился.Корабль стонал, словно живое существо, которому ломают кости.Александр проснулся. Вскинулся.Он не понимал – сон это или смерть.Попытался встать – но ноги не держали.Он споткнулся, и в этот момент корабль дёрнуло так резко,будто его подбросили в небо и уронили в ад.Александр упал. Закричал:– Эй! Помогите! —Но никому не было до него дела.Всё тону́ло.Кричала сталь, ревели волны, а внутри только один голос:“Я не должен умирать здесь. Не сейчас.”Он пополз. Через шум, через воду, через боль.Каждым мускулом тела – к краю палубы.И вдруг он её увидел.Мария.Она стояла среди хаоса, мокрая, сияющая, как видение.Глаза её были испуганы, но красивые – чистые, будто сама надежда.Александр смотрел на неё с беспомощностью в глазах,а Мария вдруг обернулась, увидела его – и побежала.К командиру.Она была его дочерью.Но в этот момент…Гром.И что-то тяжёлое обрушилось на спину Александра.Он даже не понял – мачта, ящик, фрагмент корабля?Мир потемнел.Он пришёл в себя, дрожа, с липкой болью в ноге и в спине.Всё вокруг было синим и бесконечным.Он лежал на куске дерева – один, в океане.Корабля не было. Только обломки, чайки, и пустота.И вдруг, вдали…Остров. Маленький. В 2–3 километрах.И там… что-то двигалось.Александр зажал зубы, взялся за дерево и начал плыть.Рана жгла. Глаза слезились от соли.Он не чувствовал времени. Только цель: доплыть.Но за десятки метров от берега – его тело сдалось.Сознание ушло. Как лампа – щёлк, и темнота.Он пришёл в себя у подножия скалы.Соль на губах. Боль в ногах – тупая, глухая, как будто ноги были из камня.Он не мог шевелиться. Только дышал. И то – с трудом.– А-а-а… – сорвалось с его горла. Не то крик, не то стон. – Помогите…И тогда – всплеск.Огромное тело нырнуло в воду, словно тень под луной.Волны разошлись. Александр попытался обернуться, но всё расплывалось перед глазами.Через секунду он почувствовал, как крепкие руки подхватили его.Его тащили – медленно, но уверенно.Когда он приоткрыл глаза, он узнал лицо:Командир.Тот молчал. Мощный, сосредоточенный, будто сам океан слушался его.Он вытащил Александра на берег острова, к костру.На песке сидели семь мужчин – промокшие, уставшие, с пустыми глазами.Три девушки, в том числе Мария, – дрожали, укрытые мокрыми куртками.Они все были живы.Выжили.Оказалось, когда корабль начал тонуть, они успели спустить шлюпку.По волнам, почти наугад, добрались до ближайшего острова.Но еды – почти нет. Связи – нет. Только природа и тишина.Командир выпрямился и сказал хрипло:– Мужики. Встаём. Надо понять, куда мы попали. Лес, вода, укрытие. Двигаемся.Один из них, молодой, подошёл к Александру и хотел что-то сказать,но командир остановил его резким жестом:– Оставь. У него раны. Не трогай.Он посмотрел на Александра долго.В его взгляде было всё: и укор, и забота, и страх.Потом молча повернулся и ушёл в лес с остальными.Они исчезли между пальмами и камнями.На берегу остались трое девушек – одна из них Мария —и Александр, который не мог подняться.Они смотрели на него молча.Он был мокрый, грязный, измученный.И впервые в жизни – он не знал, что будет дальше.Когда командир и остальные вернулись, с ними шёл кто-то незнакомый.Невысокий, с тёмной кожей, в изношенной форме, с глазами, в которых была и усталость, и спокойствие. Он казался частью острова.Командир подошёл к костру и сказал:– Оказывается, в лесу есть старая база.Ещё со времён войны с США.Сначала её заняли американцы, потом пришли японцы.С тех пор всё брошено… кроме него.Он кивнул на незнакомца.– Он здесь остался. Один. Говорит, можем жить на базе —если будем помогать ему по быту.Найти дрова, очистить территорию, готовить. Всё по очереди.Он обернулся к группе:– Ну что, пошли.Вы трое – берите Александра. Остальные – девушек.Командир сам осторожно взял на руки Марию.Она сначала вздрогнула, но не возразила.Казалось, он стал для неё не только отцом, но и щитом.Они пошли сквозь джунгли.Путь был не прост: под ногами ползали змеи, над головой летали попугаи,на деревьях мелькали обезьяны, а один раз даже что-то тяжёлое проскользнуло в кустах – никто не стал спрашивать что.Александра несли на самодельных носилках. Он то засыпал, то приходил в себя.Всё вокруг было как в бреду. Он видел лица, тени, слышал смешки, крики птиц.Один раз он встретился взглядом с Марией – она улыбнулась еле заметно.Ему стало легче.Наконец, они добрались.Старая база раскинулась посреди леса.Она была как деревня, но сделанная из дерева.Крепкие постройки, заросшие мхом. Башенка с флагштоком. Старые ящики с надписями на японском. Склад, столовая, три жилых барака, и даже баня – пусть и разрушенная. Всё – как будто замёрзло во времени.Японец открыл одну из дверей и быстро скрылся внутри.Через несколько минут вышел – с ведром воды и жестяной кружкой.Он подошёл к Александру, опустился на колени, аккуратно поднёс кружку к его губам.– Пей. – Сказал он по-русски.С акцентом, но понятно.– Я служил… с вашими. Давно. Я остался. Домой не пустили.Остальные замерли. Никто не знал, что сказать.Он просто встал, и пошёл дальше – словно делал обычное дело.Прошло три дня.Александру стало лучше. Температура ушла, рана немного затянулась.Но ноги всё ещё болели – особенно по утрам, как будто в них поселился холод океана.Ему выделили отдельную комнату в одном из бараков.Маленькая, с деревянной кроватью, полкой и старым зеркалом, где отражение казалось чужим.Ему выдали вещи – старую военную куртку, рубашку и штаны, чуть великоватые,но всё равно это было лучшее, что он надевал с момента крушения.То же самое дали и остальным – каждый получил то, что подходило по росту и нуждам.Казалось, старая база снова начинала жить.Люди начали разделяться на группы – по задачам и способностям.– Охотники, – сказал Командир. – С вами я.Мы будем добывать еду. Ловушки, рыбалка, если повезёт – копьё и лук.– Вторая группа – те, кто занимается территорией.Они убирают, ремонтируют, следят за водой и огнём.– Третья – внутренний быт.Готовка, уход за ранеными, стирка, распределение припасов.Это – девчата, Барин и… Александр. Пока что.Александра пока не брали в тяжёлую работу.Он остался у барака вместе с тремя девушками и Барином —старым матросом, у которого уже не держали ноги, но голова была как штурвал – старая, но цепкая.Барин целыми днями сидел на бревне с самодельной трубкой и рассказывал истории —то правдивые, то бредовые, но все – как песни, в которых что-то щемило.– Слушай, малой, – говорил он Александру, – ноги заживут. А вот если душа хромает – беда.Ты видел смерть, и не один раз.Теперь слушай и учись жить.Девушки занимались готовкой, стирали вещи, разводили костёр.Одна из них – высокая, с короткими волосами, по имени Вика – постоянно спорила с Барином.Вторая – молчаливая и тень за Марией – звали её Альбина.А третья, конечно, – Мария.Она редко говорила с Александром.Иногда бросала взгляд – короткий, тёплый.Иногда – помогала ему встать или передвигаться.Но слов между ними пока не было.Слов было слишком много в голове, и слишком мало – на языке.Прошёл ещё месяц.Ноги Александра почти зажили.Он уже ходил сам, пусть и медленно, без рывков,но в этом был вкус – шаг за шагом, как будто каждый шаг приближал его к чему-то новому.Он начал изучать базу.Иногда уходил за склад, иногда – к старому ангару, заросшему виноградом.Однажды он набрёл на закрытую кладовую – дверь была приоткрыта,а внутри пахло плесенью, металлом и историей.Среди старых ящиков, ржавых инструментов и потрескавшихся журналов,он нашёл… золотой слиток.Тяжёлый, размером с ладонь, с клеймом на японском.Он долго смотрел на него.Потом спрятал под одеждой, плотно прижав к телу.И вышел, будто ничего не случилось.На кухне у костра Мария готовила с другими девушками.Она смеялась, шутила, бросала пригоршню риса в котёл,а потом рассказывала какую-то глупую историю про то, как её кошка когда-то упала в бочку с компотом.Александр смотрел на неё.Тихо.Как будто весь остальной мир замер.Но тут она обернулась – и встретилась с его взглядом.Улыбнулась.И в этот момент он споткнулся о камень, глупо, нелепо – и упал.– Ай! – выкрикнул он.Все захохотали.Даже Мария.И он тоже – хоть и покраснел по уши,но смеялся вместе с ними.Позже он сел рядом с Барином.Тот курил свою самодельную трубку и смотрел на угли.– Ну, как ходится, морячок?– Лучше. Я уже сам спотыкаюсь, – усмехнулся Александр.– Значит, живой. А значит, и влюблён, – хмыкнул старик. – Ты смотри там… любовь – это как море: красиво, но утащит, если не держаться.Александр хотел что-то ответить – но в этот момент вернулась команда Командира.Они были уставшие, но довольные – на руках два жирных зайца.– Сегодня будет пир, – сказал один из охотников.– Если девчонки не сожгут, – добавил другой.Мария и Вика принялись за дело – быстро и слаженно.Барин рассказывал, как в 1949 году он ел суп из крыс в одной подводной лодке,и как по сравнению с этим заяц – как утка в винном соусе.Когда суп был готов – все ели молча.Горячее, наваристое, с ароматом дичи и приправ.Это было почти как дома.Почти.Поздно ночью, когда все уже легли,дверь в барак Александра тихо приоткрылась.На пороге стоял Командир. Молча.В темноте его лицо казалось вырезанным из камня.– Завтра с нами.И ушёл.Александр долго смотрел в потолок, прежде чем уснуть.Слиток золота лежал под его кроватью.А Мария – где-то за тонкой стенкой.Завтра – всё изменится.Утро.Все уже были на ногах. Кто-то разжигал костёр, кто-то проверял ведра с водой.а Александр всё ещё спал.Он проснулся только тогда, когда почувствовал руку на плече.– Вставай. —Командир стоял над ним, в форме, с луком за спиной.– Ты со мной.Александр только кивнул. Без слов.Он встал, потянулся – и почувствовал, как ноги стали лёгкими, будто они ждали этого момента.Все собрались у входа в лес.Командир оглядел группу и сказал:– Разделимся по двое. Проверим капканы. Всё, что попадётся – тащим обратно.И если что – сигналим. Три коротких крика. Поняли?– Александр, ты – со мной.Александр опять только кивнул.Они пошли в правую сторону, через высокие кусты и мшистые корни.Тишина между ними сначала тянулась как верёвка – натянуто.Но потом командир вдруг заговорил, не глядя:– Я знаю, что ты тогда хотел сбежать.Я наблюдал за тобой… ещё до прыжка.Ты думал, не видно, как ты смотришь на воду?Как нервно считал шаги на палубе? Как пальцы дрожали?Александр открыл рот, хотел что-то сказать – но не смог.Какие слова здесь подойдут?– Знаешь, – продолжил командир, —я и сам когда-то хотел сбежать.– Серьёзно?– Да.Была одна ночь… когда все спали.Я вышел на палубу, хотел повернуть курс,спрыгнуть и плыть – просто плыть…Но ошибся в расчётах.Остров был не там, где я думал.Он рассмеялся.– А потом увидел, как ты прыгаешь… и не выдержал.Прыгнул за тобой.Ты, парень, мне спас воспоминание.Если бы не ты – я бы, наверное, доплыл… и сгинул.Но ты… ты дал мне повод вернуться.Он замолчал на секунду, а потом усмехнулся:– Шучу, шучу. Спас бы тебя в любом случае, – и хлопнул Александра по плечу.– Но если бы не остров – поплыли бы вместе в Париж, а?Они оба рассмеялись.Смех был тёплым, как первый глоток супа после шторма.И тут…Командир вдруг поднял руку.– Тише. Слышал?В кустах зашевелилось.– Это кабан. Держи вот это. —Он дал Александру короткую верёвку.– Я раню, ты – держишь.Он прицелился.Выстрел – точно в переднюю ногу.