# От Берлина до Белека

Лариса Теплякова

ЛОНГ-ЛИСТ конкурса "Книгасветное путешествие" 2025г! Авторские откровения и ироничные байки, накопившиеся за годы странствий по Европе. Автор предлагает путешествия с удовольствием и с пользой. Событийные, познавательные и оздоровительные туры – как совместить эти цели?

Лучшие термальные и бальнеологические курорты;

Самые интересные тематические парки развлечений;

Теплые пляжи для меломанов и любителей танцев;

Первомайские праздники в стиле Средневековья;

Национальные праздники – реконструкция давних исторических событий;

Мистические острова и заповедники;

Шокирующие традиции в культурных странах;

Приватные сортовые дегустации редких вин;

Фестиваль вина на средиземноморском курорте;

Незабываемый Новый Год в старом замке;

Новый Год на острове посреди Дуная;

И многое другое в авторской подаче – легко и непринужденно.

Текст разбит на разделы по странам. В каждом – дайджест исторических фактов для лучшего понимания и погружения в иную культуру.

Обложка из личного архива автора

«Путешествие – занятие серьёзное. К нему надо готовиться. Вдумчиво. Больше читать о тех местах, куда собираешься поехать. Причем книги и путеводительского толка, и исторического, и беллетристику».

(Пётр Вайль, автор и ведущий телецикла «Гений места», журналист, писатель)

«Что город, то норов, что село, то обычай».

(русская пословица)

## Глава 1. Откровения матрасника или байки жизнелюбивого туриста

Города почти как люди. У каждого самобытный облик, характер, биография и обязательно – тайны. Люди создают города и неутомимо странствуют по ним. Так было во все времена.

Новую местность турист как бы «примеряет» на себя. О полюбившихся уголках планеты мечтательно говорят: «я бы хотел провести здесь остаток жизни». Некоторые призадумываются: «А что, если тут поселиться?» Зачастую это лишь игра воображения, но забава очарованного странника очень занимательна!

Конечно, можно всю жизнь провести на просторах отчизны – Россия огромна и удивительна. Но заядлые туристы знают, как влекут иные страны. Постигая чужую культуру, лучше понимаешь себя и свою страну. Всё познаётся в сравнении!

Путешествия помогают разобраться в личных отношениях и даже улучшить их. Хотите стать единой командой с супругом или с детьми? Отправляйтесь с ними в поездку! Мой лучший спутник – муж. Благодаря нашим странствиям мы научились настраивать взаимопонимание не только в быту, но и в общем бизнесе.

* * *

Путешественников давно именуют туристами. Туризм бывает разный:

– экстремальный (сплавы, сафари, альпинизм);

– событийный (карнавалы, фестивали, выставки);

– экскурсионно-познавательный;

– оздоровительный;

– образовательный (изучение языков, истории и религий);

– свадебный;

Некоторые туристы умудряются за одну поездку совместить разные типы удовольствий и за короткий срок получить весомую порцию адреналина.

Туризм подразделяется на самостоятельный и организованный. По этому поводу у нас всегда выражались просто и метко. Тех, кто не боится трудностей и странствует на свой страх и риск, именовали «дикарями». А тех, кто отдыхает организованно, с комфортом, прозвали «матрасниками».

Так вот, я типичный «матрасник»! Прошу меня любить и жаловать!


Нас, матрасников», много! Мы обожаемы работниками сферы туристического бизнеса – для нас «огни отелей так заманчиво горят». Для нас, «матрасников», работают туроператоры, гиды, повара, аниматоры, администраторы и другие старательные специалисты. На странствующих отпускниках держится вся мировая туриндустрия. Мы приносим большую пользу обществу. Мы – миротворцы.

Мы отдыхаем организованно, но совсем не скучно. Мы успеваем больше других. Пока все стоят в очереди в музей или на шоу, мы проходим точно по времени, больше увидим, узнаем и меньше устанем.

Поверьте, «матраснику» есть что рассказать!

Каждая поездка – всегда приключение! За стенами гостиницы культура всякой страны начинает казаться экзотикой! Я попадала в нестандартные ситуации, знакомилась с новыми людьми и усваивала новые знания. Сведений, историй и фото накапливалось много. Я выкладывала их в своём блоге в «Живом Журнале» Со временем собрала материалы личного блога и написала две книги о европейских странствиях. Одну вы сейчас читаете, она расширена и дополнена полезной информацией специально для сайта Литрес.

* * *

– Я расскажу о странностях немцев, причудах испанцев, традициях венгров, философии греков, итальянском жизнелюбии.

– Вместе постараемся понять, почему одни страны объединяются, а другие раскалываются.

– Подскажу, где можно основательно подлечиться за время отдыха, а где повеселиться.

– Поделюсь, где и как можно провести Новогоднюю ночь, чтобы она помнилась все 12 месяцев года и даже всю жизнь.

– Поговорим об особенностях экономики и о преступности.

– Обсудим ошибки туроператоров, лукавство и мошенничество обслуживающего персонала, и вероломство уличных воришек.

– Подскажу, что делать, если вас всё-таки обокрали. Всё это можно преодолеть, не испортив себе отдых.

– В некоторых моих рассказах о странах будет мистика, которая творилась сама по себе.

* * *

Эта книга – сборник откровений и ироничных баек – современных и исторических. Однако в каждой главе приведена полезная и чёткая информация. В разделах по странам – дайджест основных исторических фактов для лучшего понимания и погружения в иную культуру. Важные сведения без занудства вписаны в контекст, и они легко улягутся в памяти.

Путешествуйте по страницам книги во времени и пространстве. Я начну с тех лет, когда ещё не было сотовых телефонов, и это часто добавляло авантюризма в любую поездку!

Итак, поехали! Пронесёмся вместе от Берлина до Белека – весело, непринужденно, с распахнутыми глазами и душой!

* * *

Интересные факты

– Слово «туризм» пришло в другие языки из английского, в котором возникло в конце XVIII века. Оно образовалось от французского «tour» и сначала обозначало бесцельное путешествие по Франции.

– Первая литература о туристах и для них появилась в Англии во 2-ой четверти XIX века. Четыре самые популярные книги того времени: «Грамматика туриста», «Оракул путешественника», «Искусство путешествовать», «Как осматривать страну».

– Во Франции в 1838 году опубликовали «Мемуары туриста» Стендаля. Так занялась заря мирового туризма.

– Первое в мире туристическое агентство основано в 1851 году англичанином Томасом Куком. Кук был активистом общества трезвости, и с помощью путешествий планировал отвлечь людей от алкоголизма. Он проповедовал туризм, как средство борьбы с пьянством.

– Томас Кук первым разработал тематические туры. Сегодня фирма Tomas Cook & Son – крупнейшая и респектабельная туристическая компания в Англии. Под этой маркой выпускаются всевозможные путеводители.

– Европа была и пока так и остаётся главным туристическим направлением! Сами европейцы путешествуют по Европе в десять раз больше, чем по другим континентам. Интерес к европейским достопримечательностям не исчерпан у самих обитателей этой части света.

– Все мировые войны начинались именно в Европе.

Развитие туризма способствует мирным отношениям между народами.

## ГЕРМАНИЯ. Глава 2. Первая «заграница»

Первый выезд за рубеж – как первое романтическое свидание. Волнение и радость. Сердце бьётся, голова кружится. Впрочем, это и есть свидание: с большим миром, который распростёрт за рубежами Родины.

Моей первой «заграницей» стали не Турция и не Египет, что традиционно для россиян. В апреле 1993 года я отправилась в благополучную, стерильную Германию, и случилось это непредвиденно, помимо моей воли.

Поездкой поощрили на работе. Тогдашний мой руководитель, Алексей Игоревич, преподнёс сюрприз – вызвал в кабинет и коротко заявил:

– Готовься к путешествию по Германии.

– ??? – я не нашлась, что сказать, лишь выпучила глаза.

– А что ты так удивилась? Я делаю подарок бухгалтеру Надежде Фёдоровне. Она сказала, что одна побаивается ехать. Возраст всё-таки. Перебирали все кандидатуры, остановились на твоей персоне.

Итак, я была осчастливлена за компанию со строгим главбухом. Директор приказал, и мы послушно паковали чемоданы.

Путешествовать с женщиной, которая годится тебе в бабушки, да ещё и очень своенравна, не так-то просто. Кстати, её так и звали за глаза на работе – «бабушка».

Однако стоял апрель, а весной как-то особенно верится, что жизнь прекрасна. Мои домочадцы подбадривали меня, предвкушая импортные подарки и яркие впечатления новоявленного интуриста, и я отправилась в дальний путь с лёгкой душой.

Поездку оформляла московская фирма «Академтур» – пионер российского турбизнеса. Менеджеры «Академтура» заверили, что по прилёту нас встретит блондинка с большой табличкой, на которой будут крупно начертаны наши фамилии. Все остальные директивы мы получим от неё. Мы поверили ясноглазым девушкам на слово. Ведь людям надо доверять!

Я и «бабушка» легко перенесли полёт, отменно отобедали на борту авиалайнера и мягко приземлились в берлинском аэропорту Schönefeld.

Вышли, осмотрелись. Ни блондинки, ни таблички. Переглянулись, потоптались. Решили ждать.

Остальные пассажиры быстро и деловито рассосались – кто куда. Зал прилёта скоро опустел. Мы остались в царстве сияющей чистоты и гулкой тишины. Сквозь тщательно промытые обзорные окна просматривалась панорама окрестностей. Зеленели лужайки, голубело небо. Апрельское солнце баловалось зайчиками. Мы жмурились и удивлённо озирались. Всё бы ничего, но чувство неприкаянности мешало наслаждаться окружающим благолепием.

Минуло минут сорок. По спине побежал влажный холодок испуга, хотя в помещении было тепло, светло и сухо. Наше состояние можно было назвать безмолвной паникой. Языка мы не знали. Куда следовать – не знали. Контактными данными не располагали. Что вообще делать – не представляли. Сотовых телефонов тогда не было. Из документов имелись паспорта с визами и авиабилеты с датой вылета через десять дней. Так что в тот момент обратного хода у нас не было. Вот мы и стояли, как скорбные изваяния, как монумент туристической беспечности.

Единственным человеком, который заинтересовался нами, оказался блюститель порядка. Он уверенно направился к нам, чётко печатая каждый шаг. На лице полисмена играла недобрая официальная улыбочка. Мы взирали на немца в отутюженной форме заворожено, как затравленные кролики на всемогущего удава, и лихорадочно соображали, что отвечать на его вопросы.

И вдруг свершилось чудо! Наперерез полисмену к нам бросилась худощавая светловолосая женщина.

– Я Нина Шюц! – выкрикнула она по-русски. – А вы Теплякова и Гарнец? Туристки из Москвы?

Русские фразы оказались той палочкой-выручалочкой, которая расколдовала нас. Из испуганных кроликов мы опять превратились в симпатичных российских туристок.

– Да! Да! Да! – скандировали мы ей в ответ, не помня себя от нахлынувшего счастья.

О, сколько эмоций было в нашем совместном возгласе! Женщину хотелось расцеловать, как родную. Хотелось плакать и смеяться. Хотелось плясать вприсядку. Но мы сдержались. Всё же не у себя дома.

Любопытный полисмен подошёл к нашей троице. Он задал какие-то вопросы, и Нина бойко ответила на немецком языке. Видимо, она была убедительна, потому что он быстро ретировался, даже не проверив документы.

Нина Шюц вырвала нас из лап полицейского и увлекла за собой. Мы поплелись за спасительницей на улицу, волоча свои чемоданы.

Нас ожидал микроавтобус марки «Volkswagen». Мы резво загрузились и поехали на этой славной машине. Старая, добрая автомобильная фирма, и её название в переводе означает «народный автомобиль». Просто и патриотично.

Дороги в Германии – одни из самых лучших в мире. Ехать по ним в уютном салоне авто было уже счастьем. Мы расслабленно смотрели на мелькающие пейзажи, а Нина поясняла нам ситуацию.

Проще говоря, она крыла небрежную, незадачливую фирму «Академтур» на все лады.

– Я уже уходила, факс оставила на автомате. Надеваю обувь и слышу – какой-то документ печатается. Прикидываю – возвращаться или нет. Всё же вернулась – на ваше счастье. Это было сообщение о вашем прилёте. Я знала, что вы приедете, но мне не указали точную дату, рейс и время. Уточнение поступило по факсу час назад! Они не удосужились сообщить об этом раньше! – негодовала Нина. – Что делать? Я бросаю все дела, сажусь в машину и кричу водителю: «Ульрих, гони в аэропорт!». Кстати, вот он, Ульрих, за рулём. Познакомьтесь!

Белобрысый Ульрих величаво кивнул нам, не поворачивая головы.

– А я Нина, – продолжила она. – Нина Шюц. Кстати, моя фамилия переводится, как «стрелец».

– Нина Стрельцова по-нашему, – заявила Надежда Фёдоровна. Она уже обрела былую солидность и сидела матрона матроной. – А ты вроде русская?

– Русская, – подтвердила Нина. – Родом из Новосибирска. Училась и работала в Москве. Преподавала в МГУ.

– Замужем за немцем? – полюбопытствовала бабушка.

– Так точно, – коротко ответила Нина.

– А нам сказали, что вы будете встречать нас с табличкой, – вспомнила я.

– Какая там табличка! – воскликнула Нина. – Я не успела ничего приготовить. Нашлись – и хорошо. Самое главное, чтобы в гостинице места были. Я делала запрос, но тоже пока без точного подтверждения даты. Ладно, разберёмся!

Я молча улыбнулась. Все сомнения исчезли под напором этой женщины. Радость общения вытеснила страхи. Нина мне нравилась всё больше, и я доверилась ей. Она умела договариваться с полицейскими, она владела ситуацией, роскошным автомобилем и чужим языком. Здоровяк водитель беспрекословно исполнял её указания. И, наконец, она была хороша собой, изящна, женственна, стремительна, сметлива. Я ощущала её доброжелательную опеку, и этого было вполне достаточно, чтобы наслаждаться путешествием по незнакомой стране.

С того самого дня так и повелось: каждая моя заграничная поездка становилась не просто путешествием, но и знакомством с людьми, живущими вне России. Тогда, в Берлине, в бесценную копилку моих неординарных дорожных впечатлений был сделан первый взнос. Оба – Нина и Ульрих – оказались интереснейшими личностями.

– Даже трудно представить, что бы мы делали, если бы вы не вы! – восторженно сказала я. – Как бы поступил с нами тот полисмен?

– Он собирался выяснить, кто вы, что вы и зачем прибыли, – ответила Нина.

– Да, вовремя вы подоспели!

– А то! – горделиво воскликнула Нина.

– Скажите, а почему зал ожидания такой пустой? – спросила я. – Обычно в аэропортах столько народу!

– А потому что здесь всё строго по часам, по минутам. Вылет, прилёт, досмотр – всё без волокиты. А потом, международные порты есть во многих городах Германии. Потому и нет скопления людей. Очень удобно, – пояснила Нина.

– Да, удобно! – согласилась я.– Мы в Шереметьево часа три провели в очередях до вылета.

– В Шереметьево столпотворение! – подтвердила «бабушка». – А тут порядок! Каждый на виду.

– Привыкайте к образцовому порядку! – торжественно заявила Нина. – Это Германия.

## Глава 3. Знакомство с Берлином

Нас доставили в небольшой уютный отель. Мы пока плохо ориентировались, но сообразили, что находимся в центральной части города.

– Размещайтесь и отдыхайте, – сказала нам Нина. – Я заеду за вами позже. Мы совершим обзорную экскурсию и поужинаем в ресторане.

– А вы всегда будете с нами? – спросила я.

– Да, каждый день вашего пребывания в Германии, – уверила Нина. – Не беспокойтесь, мои услуги оплачены.

Это утешило меня окончательно.

Нас, неискушенных туристок, поразил гостиничный номер. В нём было предусмотрено всё – до мелочей!

Нужна щётка для обуви? Есть!

Нужны нитки-иголки для штопки? Пожалуйста!

Хочется написать письмо домой? В ящике стола приготовлены конверты, ручки и бумага.

Любите слушать музыкальное радио в ванной? Нет проблем.

Критические дни? Пользуйтесь тампонами и прокладками, но не забывайте про гигиенические пакеты для мусора.

Захотелось сладостей перед сном? Под подушкой на каждой кровати для сладкоежек припасён шоколад-миньон.

Я уже не говорю об идеальной чистоте. В Германии аккуратность в порядке вещей. Чисто настолько, что опасаешься своим прикосновением осквернить это сияющее великолепие.

С Ниной мы встретились в холле гостиницы через пару часов.

– А где остальные туристы? – спросила Надежда Фёдоровна. – Какие непунктуальные люди! Придётся их ждать.

– Какие остальные туристы? – не поняла Нина.

– Наша группа.

– А никакой группы нет! – пояснила Нина. – У вас индивидуальный тур. Вы что, не знали?

– Нет! – честно признались мы в один голос.

– Как это – индивидуальный тур? – уточнила недоверчивая «бабушка». Она много поездила по своей стране, и всегда была в составе группы отдыхающих. Даже в самых лучших советских пансионатах практиковали заезды на определённый срок, и на время пребывания тоже как бы складывался сплочённый коллектив. Коллективный отдых был ей привычен, а индивидуальный непонятен.

– Я буду сопровождать вас. Я и Ульрих, – спокойно ответила Нина.

– Машина тоже будет в нашем распоряжении? – деловито уточнила бабушка.

– В определённое программой время. У вас будут и свободные часы, не волнуйтесь, – ответила Нина.

– А чего нам теперь волноваться! – довольно крякнула Надежда Федоровна. – Ты же с нами! И машина есть. Мы как королевы!

– Вот и хорошо! – сказала Нина, улыбаясь. – Следуйте за мной.

Сообщение о том, что наш тур индивидуальный, и к нам приставлены два человека, гид с водителем, приятно поразило и меня. Я с благодарностью вспомнила нашего директора. Какой щедрый и заботливый человек! Всё предусмотрел!

* * *

Нина повела нас в исторический центр, в самое сердце Берлина – к зданию рейхстага. Каждый россиянин знает о нём со школьной скамьи, даже если никогда не бывал в Германии. Именно над крышей рейхстага взвилось красное знамя победы, водружённое нашими солдатами в мае 1945 года. Само слово «рейхстаг» переводится как «имперское собрание».

Мы семенили за своим симпатичным гидом и вертели головами туда-сюда. Нам очень хотелось рассмотреть каждый дом, проникнуться духом города. Больше всего умиляли невысокие, в три-четыре этажа, особнячки с клумбочками. Опрятные улочки, мусор только в мусорных баках, да и тот рассортирован. Редкие прохожие, покой и умиротворение, приятные ароматы из кофеен. Немцы любят хороший кофе. Почти так же, как и пиво. Они знают толк и в том, и в этом напитке.

Мы обошли легендарный рейхстаг снаружи, чуть позже полюбовались Бранденбургскими воротами, осмотрели то место, где совсем недавно возвышалась печально известная Берлинская стена. Во времена холодной войны эта преграда тянулась на десятки километров. Мы в апреле 1993 года взирали лишь на участок бывшей границы между ГДР и ФРГ. Для туристов оставили фрагменты заградительного сооружения. Серая бетонная поверхность была ярко изукрашена рисунками в стиле граффити на самые вольные темы. Мы двигались вдоль воображаемого рубежа и поглядывали то на запад, то на восток.

Так уж случилось в истории Германии, что Бранденбургские ворота, задуманные в 1791 году, как триумфальная арка, как «ворота мира», оказались в 1961 году встроены в бетонную преграду, разделившую город и страну на две части. Стена простояла 28 лет.

В 1993 году мрачного сооружения уже не было, а энергетика разгорячённой толпы осталась. Казалось, будто слышны выкрики, топот, свист, скрежет. Время словно приглушило все звуки, но они доносились до уха, как шумовой фон минувших событий. Так казалось.

Так слышится шум моря в раковинах. Море далеко, а звук доносится.

Неподалёку на стриженых зелёных лужайках сидели и лежали молодые немцы. Их безмятежность лишь подчёркивала, что все границы мира условны и уязвимы. Преграды между людьми неестественны и нелепы, а войны бесчеловечны. Даже холодные войны, без выстрелов.

Нина рассказала нам, как однажды немцы с обеих сторон стены решительно устремились навстречу друг к другу. Это произошло 9 ноября 1989 года.

– Как же они не побоялись пограничников? – удивилась я.

– Это пограничники побоялись такой толпы, – пояснила Нина. – Ситуация была нестандартная. Народ шёл и шёл. Под натиском людей образовались первые трещины и пробоины.

– Даже трудно себе вообразить! – воскликнула я. – Какие же немцы молодцы!

– Да, немцы добились своего! Потом вино лилось рекой, музыка играла, салют гремел. Даже Мстислав Ростропович приезжал – выступить на развалинах стены. Но вскоре оказалось, что не всё так просто, – ответила Нина. – Ликование сменилось озабоченностью. Стену снесли, и обнажились проблемы.

– Что, не все были рады объединению? – догадалась я. – Нашлись противники?

– Не совсем так, – уточнила Нина. – Своё желание объединиться выразили около 90 % всех граждан. Кажется, к этому не стремился только ленивый, а таких людей среди немцев практически нет. Но путь к истинному единству нации оказался тяжёлым и долгим. Пришлось засучивать рукава, напрягать умы и подтягивать командно-административную систему ГДР к уровню высокоразвитой рыночной экономики ФРГ. Немцы с тех пор шутливо называют друг друга wessi и ossi. В переводе на русский язык – западники и восточники. Так вот, восточники видели богатый ассортимент магазинов, шикарные машины и бытовую технику. Им казалось, что стоит лишь объединиться, и у них тоже появятся все эти прелестные блага буржуазной жизни. Но чудеса бывают только в сказках. Правительству ФРГ пришлось делать переоценку социалистической недвижимости, производственных предприятий, автодорог в бывшей ГДР. Каждый специалист проходил переаттестацию. Даже уголовное право надо было пересматривать, и корректировать приговоры заключенных в соответствии с новыми законами.

Я слушала Нину, затаив дыхание. Она излагала политические и экономические аспекты просто, доходчиво, без сложных терминов, как обычный гражданин, как современник, как участник событий. Эта тема волновала меня, потому что в нашей собственной стране произошёл раскол – в 1991 году СССР распался на ряд отдельных государств. Тогда никто не представлял, к чему приведёт расчленение Советского Союза, и все переживали на свой лад. А немцы поднатужились и объединились в одну державу. И правильно сделали! Так думала я тогда.

– Беспорядков не бывает? Не сталкиваются эти ваши восточники и западники? – спросила Надежда Фёдоровна.

– Надо сказать, что процесс идёт довольно мирно, – заверила Нина. – Немцы законопослушны и благоразумны.

– А что, процесс ещё идёт? – опять удивилась я. – Так и не завершился?

– Нет, не завершился, – улыбнулась Нина. – Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Но немцы терпеливы и трудолюбивы. Им удаётся соединять преимущества социалистической и капиталистической моделей государственного устройства. Результаты обнадёживают и впечатляют. Мне нравится эта обновлённая страна!

– А что, эту стену так вот и сломали за один день? – изумилась я.

– Нет, конечно, нет! – воскликнула Нина. – И стену убирали долго. Вначале были только проломы, проходы. Все, кому не лень, растаскивали куски стены, откалывали фрагменты, и, надо сказать, всё выглядело весьма неряшливо. Несколько месяцев потребовалось, чтобы привести центр Берлина в порядок.

Я ещё раз внимательно посмотрела в восточную сторону. Отчётливо виднелись башни строительных кранов. Восток германской столицы преображали, реставрировали, облагораживали, благоустраивали.

– Хотите, проедемся по восточному Берлину? – предложила Нина.

– Хотим!

Ульрих ждал нас неподалёку. Мы расселись в микроавтобусе и покатили на территорию бывшей соцстраны – Германской Демократической Республики.

– Я умолкаю, а Ульрих будет вашим гидом на время нашей автомобильной прогулки! – лукаво сказала Нина.

Ульрих пару раз кивнул головой в знак согласия и выждал паузу, словно предоставляя возможность сосредоточиться. Мы переглянулись с Надеждой Фёдоровной – что за шутки? И вдруг наш молодой водитель заговорил приятным густым, бархатным голосом, да как! Он изъяснялся на прекрасном русском языке.

Если я скажу, что мы были удивлены, это будет очень слабое выражение. Мы были сражены наповал. Ульрих рассказывал неторопливо и интересно. Он говорил красиво и литературно. Его речь вызывала искреннее уважение и удовольствие. Конечно же, Ульрих не избавился от акцента, но это свойство придавало ему дополнительное, неизъяснимое очарование.

– Ульрих! – не выдержала я. – Где вы научились так замечательно говорить по-русски?

– Я несколько лет занимался на специальных курсах, – невозмутимо ответил водитель.

– Зачем? – поинтересовалась «бабушка».

– Мне нравится ваш язык. И со знанием языка легче найти хорошую работу, – пояснил Ульрих.

– Ему ещё и девушки русские нравятся, – мягко вставила Нина. – Хорошая работа у него есть. Теперь он мечтает найти русскую жену.

Ульрих нисколько не смутился.

– Да, я думаю, что так было бы хорошо для меня, – очень серьёзно сказал он.

– А мы тебе сосватаем достойную невесту! – пообещала «бабушка». – Есть у меня одна хорошая девица на примете. Поговорим об этом позже.

– Хорошо. Буду рад, – с достоинством ответил Ульрих. – Но сейчас речь не обо мне. Посмотрите, мы едем по знаменитому бульвару Unter den Linden. По-русски – под липами. Сюда перебазировались некоторые организации и представительства фирм, располагавшиеся в Бонне. Процесс реконструкции продолжается. Впрочем, в восточной части везде сплошная реконструкция.

Мы колесили по восточному Берлину примерно минут сорок, а потом поехали в западную часть города. Нина пригласила нас на ужин в небольшой ресторан в знаменитом торговом комплексе «Европа-центр». Помните фильм «Мимино» режиссёра Георгия Данелия по сценарию Виктории Токаревой? Именно здесь очутился главный герой картины, которого блистательно сыграл Вахтанг Кикабидзе. Если бы нас засняли во время пребывания в «Европа-центре», то презабавный получился бы материал, скажу я вам! Такого великолепия нам ещё не доводилось видеть, и потому наши лица отражали широкий спектр человеческих эмоций.

Помимо товарных отделов и ресторанов, этот универсальный магазин имеет интересную достопримечательность – водяные часы. Чтобы понять принцип их действия, нужно внимательно присмотреться к этой системе сосудов, стеклянных шаров и тарельчатых колбочек. Весь механизм наглядно демонстрирует, что время действительно течёт!

В отель возвращались затемно. Берлин сиял огнями, но загадочнее всего выглядела подсвеченная и вращающаяся звезда концерна «Мерседес», которая располагалась на крыше высокого офисного здания на улице Курфюрстендамм. Нина обратила наше внимание на эту относительно новую достопримечательность города:

– Посмотрите, как прекрасен в ночи символ «Мерседес»! Автомобили – страсть немцев! Они любят машины больше всего на свете, и гордятся немецкими марками машин.

– Да, «Мерседес» – машина хорошая! – согласилась «бабушка». – У нас теперь все новые русские мечтают о такой машине!

* * *

В номере Надежда Фёдоровна устало плюхнулась на кровать, даже не раздеваясь.

– Ну, и умотала нас эта Нинка Стрельцова! – простодушно выдала моя спутница. – Лара, погляди-ка, не натёрла ли я мозоль на правой пятке?

Я помогла пожилой дородной даме снять чулки. На пухлых розовых пятках главного бухгалтера мозоли не наблюдалось.

– Нет, всё в порядке, – заверила я.

– Ноги так ноют, так ноют! – пожаловалась «бабушка».

– Может, ванночку для ног? А потом кремом? И спать? – предложила я.

– Это даже обязательно! А сейчас слазай-ка в холодильник. Я там шкалики видела.

– Да, что-то есть, – подтвердила я, открыв дверцу.

– Тащи сюда! Двигай журнальный столик к моей кровати и накрывай! – скомандовала бабушка. – Посмотри, может, закуска какая-то имеется?

– Шоколадки, орешки, печенюшки.

– Сгодится! А то ужин безалкогольный был, а надо бы выпить за благополучное прибытие, за весёлый денёк! А то как-то не по-нашему, не по-русски! Что думаешь? – спросила «бабушка».

– Можно! – согласилась я.

– Ну, давай, деточка, откупоривай эти чирикалки! Наливай в стаканы!

Мы пригубили по глоточку, и сразу расслабились.

– Хм, интересно! У них рухнула стена, а у нас – железный занавес! Теперь мы можем свободно ездить, куда захочется! – воскликнула «бабушка». – Ну, давай за это! Наливай!

Импровизированное застолье в русских традициях длилось недолго. Через полчаса мы уснули крепким сном счастливых путешественников.

## Глава 4. Большой шоппинг в Берлине

Следующим утром Нина озадачила нас альтернативным вопросом:

– Ну, что, дамы! Вести вас по музеям или по магазинам?

Мы мечтали увидеть экспозиции берлинских музеев. Ведь в столице Германии есть что посмотреть и основательно пополнить багаж своих знаний. Хотелось легко отринуть суету сует и погрузиться в благородную атмосферу артефактов древних веков. Загадочное античное прошлое Европы будоражило воображение и манило, влекло в тишину музейных залов.

Но витрины берлинских торговых комплексов просто сводили с ума! Прошлым вечером мы, как дети, глазели на роскошные выставки товарного изобилия. За стеклом располагались такие восхитительные экспозиции, исполненные с большой фантазией, что мы едва сдерживали эмоции! Наблюдательная Нина, конечно же, подметила нездоровый блеск наших завистливых глаз.

Мы ответили ей не сразу. Зависла пауза, и первой заговорила я:

– Неплохо бы по магазинам.

– Скажешь тоже! – вдруг высокомерно возмутилась Надежда Фёдоровна. – Приехать в Германию, чтобы носиться с авоськами по торговым точкам, словно мы Маньки какие деревенские! Мы в Европе. Надо культурно проводить свой досуг. Давай, Нина, по музеям пойдём!

Я понимала, что у «бабушки» взыграла национальная гордость, забурлили амбиции, взметнулось самосознание. Ей хотелось произвести хорошее впечатление, впечататься в память Нины Шюц культурной, респектабельной, несуетливой дамой. Я хмыкнула и многозначительно посмотрела на свою товарку. Мой взгляд как бы выражал следующую мысль: «А кто вчера, прихлёбывая мартини из шкалика, признался мне на голубом глазу, что ей позарез нужны удобные туфли и корсетное бельё типа «грация» на косточках?! А кто свой поношенный плащ показывал? Или мне это привиделось?»

Надежда Фёдоровна уловила мой посыл, но в ответ лишь раздражённо сверкнула глазами. Её раздирали противоречия. Они её всегда терзали – и на работе, и в быту. Особенно страдала тётя Надя во время приёма пищи: аппетит диктовал одни установки, а разум нашёптывал другие соображения. Так и в то утро она мучалась от раздвоения личности.

– Нина, а вы что посоветуете? – уныло спросила я. – Как нам поступить?

Нина, как проницательная женщина, считывала нужную информацию на лету. Про бельё и туфли она ухватила особенно быстро и выручила нас обеих.

– Дамы! – полушёпотом сказала Нина. – Меня не надо стесняться. Я свой человек, и всё останется между нами. Приехать в Берлин и не побывать в магазинах? Да вас никто не поймёт! Торговые комплексы Берлина просто фантастические! Предлагаю план действий. Два-три дня посвятим покупкам. А потом со спокойной душой будем осматривать германское культурное наследие. Сейчас сезон больших скидок. Жаль его упускать. Главное – вы должны меня сориентировать, что вас интересует. Точная информация облегчит задачу и позволит сэкономить время.

– Мне бы туфли, – едва разжимая губы, вымолвила «бабушка». – И «грацию» хорошую. И блузку к костюму. И плащ бы неплохо. А то этот совсем износился. Вот только размер у меня немаленький.

– Найдём, всё, что нужно! – горячо заверила Нина. – А вам, Лариса, что требуется для полного счастья?

– А мне бы всякие модные молодёжные вещицы. И детскую одежду – для сынишки. И мужу хотя бы футболочки, – скромно вставила я.

– Какими средствами вы располагаете? – уточнила Нина.

Сделаю отступление ради важного напоминания! В 1993 году вывоз наличной валюты за рубеж строго ограничивался суммой 500 $ на человека. А времена были непростые, скудные и смутные. В перестроечной России методом гайдаровской «шоковой терапии» снесло всю систему поставок и торговли, и производства тоже останавливались по многим причинам. Дефицитом сделался всякий пустяк, да и цены росли бесконтрольно. За простыми колготками очереди выстраивались. Трикотажные футболки типа T-shirt с воротничком и двумя пуговками на планке казались пределом мечтаний. Детские шортики и рубашечки своему сыну я шила сама, перекраивая из старых взрослых вещей. Хорошие ткани найти было сложно. С товарами народного потребления в стране была острейшая «напряжёнка»!

Так что 500 $ были очень жалкой суммой для исполнения заветных желаний. Все изощрялись, как могли, чтобы провезти за границу дополнительную валюту. «Бабушка» вывезла 2000 долларов в лифчике под грудью. Таможенники основательно перетрясли наши сумки, но интимные дамские места не ощупывали. Надежда Федоровна пересекала рубежи Родины, гордо неся свою роскошную грудь и вместе с ней валюту. Я не решилась прятать денежные купюры в своём бельишке, а «бабушка» смело провезла. И этим она спасла нас обеих от слабонервных обмороков вблизи немецких магазинов.

На вопрос Нины Надежда Фёдоровна вполголоса ответила:

– У нас на каждую по полторы тысячи баксов.

– Отлично! – воскликнула Нина. – Ульрих! Едем в KaDeWe!

* * *

Наш великий закуп товаров начался с семиэтажного торгового комплекса KaDeWe, в западной части Берлина. Эта аббревиатура расшифровывается так – Kaufhaus des Westen, Торговый Дом Запада. Символично, да? Нина ориентировалась в нём, как у себя в квартире. Она водила нас по отделам и бегло излагала продавцам наши нехитрые запросы. Работники немецкой торговли резво бросались обслуживать двух русских туристок, улыбаясь при этом, как своим давним знакомым.

Особо чуткое внимание уделяли Надежде Фёдоровне. «Бабушка» сразу остервенела от обилия товаров и услужливости персонала. Она привередничала, изводила расспросами, унижала высокомерными жестами, тянула время. Она мстила розовощёким немецким фрау за всё! За свое сиротское детство, за тревожную военную юность, за вынужденную эвакуацию, за голодную послевоенную молодость. Она мстила им просто за то, что они жили благополучнее, сытнее, спокойнее, комфортнее. Казалось, будто проворные вежливые немки всё понимали и терпеливо старались искупить застарелую вину. Все капризы «бабушки» исполнялись.

Нина активно помогала выбирать покупки. Она проявила бездну вкуса и человеколюбия, и постепенно наша «бабушка» смилостивилась. Она разомлела от ласкового обхождения, устала от круговерти и сильных впечатлений.

– Я бы присела, а вы походите ещё, – заявила «бабушка».

– Давайте я посажу вас в кафе, – предложила Нина. – Вам мороженое, кофе или чай?

– Лучше кружечку пивка, – уточнила Надежда Фёдоровна.

Мы оставили «бабушку» наслаждаться холодным пенящимся пивом. Вокруг неё за соседними столиками сидели её сверстники – люди пенсионного возраста. Они увлечённо общались и тоже потягивали пивко. Тётя Надя с большой кружкой вполне вписалась в атмосферу досуга пожилых немцев. А мы налегке отправились прочёсывать обширные отделы семиэтажного магазина.

На следующий день Нина повезла нас в Woolworth и Karstadt. Она ловко находила нужные отделы, экономя время, нервы и здоровье – как нам, так и себе. Без такого опытного гида в берлинских магазинах можно получить нервное расстройство и впасть в шок от астрономических объёмов всякого модного ширпотреба.

Мне понравилось, как в немецких торговых залах представлен всякий товар. В просторных светлых помещениях были вывешены многочисленные модели одежды. Каждая модель имелась в разных расцветках и размерах. Всё упорядочено и удобно размещено. Приглянувшуюся покупателю вещь добросовестно подбирали по всем параметрам. Организация процесса, систематизация товара и сервис были на высочайшем уровне. Можно отложить любую вещь и сказать продавцам волшебное слово «Zentralkasse». Дальше покупатель может гулять спокойно, зная, что все приглянувшиеся вещицы будут собраны для него на центральной кассе. Это избавляет от необходимости таскать пакеты за собой, но самое главное – можно неторопливо обдумать целесообразность покупки каждой конкретной вещи. Можно найти более интересную модель, можно передумать, наконец. Это здорово.

Нина легко ориентировалась в океане соблазнов. Она ловко отыскивала вещи с удачным сочетанием цены и качества. Впрочем, некачественных товаров в немецких магазинах не бывает. Могут быть вещи авангардные, актуальные, консервативные, практичные, скромные, но все они обязательно добротно выполнены.

Сезон скидок был в самом разгаре, и на многих вешалках красовалась табличка «reduziert». Так в Германии указывают, что товар уценён.

– Лариса, посмотрите на это пальто! – позвала меня Нина. – Примерьте!

– Не слишком яркое? – усомнилась я.

– Мне кажется, это ваш цвет, – настаивала Нина.

Она помогла мне облачиться в длинное двубортное пальто и подвела к зеркалу. Я смотрела на себя и не верила глазам. Лёгкое кашемировое одеяние цвета спелого персика преобразило мой облик. Я никогда не была столь элегантна, столь женственна и современна. Сложный крой с разрезами и патами, широкий шарф, закреплённый на плечах и создающий загадочный силуэт.

– Ну, как? – торжествовала Нина, видя моё изумление.

– Лучше и не бывает. Только ведь оно, конечно же, дорогое?

– Всего-то 120 долларов по курсу! Его уценили в несколько раз, потому что оно осталось одно. Посмотрите внимательно! Это английский кашемир, известная фирма. Знаете, сколько оно стоило? Около 600 долларов! Посмотрите! Высочайшее качество!

Я влюбилась в это пальто. Я не могла с ним расстаться. Оно стало моим. Забегая вперёд, скажу – кашемировое пальто несколько лет производило фурор – я надевала его, если нужно было ехать на важные деловые встречи. Оно нравилось всем, меня даже уговаривали его продать, ко мне подходили знакомиться на улицах. Вот какое волшебное пальто нашла для меня Нина Шюц!

Уставшие и счастливые, мы возвращались в отель. Деньги были истрачены с пользой. Кошельки опустели, а души воспарили. Мы созрели для полноценного культурного досуга.

## Глава 5. Поездки по Германии

Осмотр исторического наследия прошлых веков начался с Потсдама. Этот городок для Берлина то же, что и Петергоф для Санкт-Петербурга, но почему-то прусский «Версаль» является побратимом российского Орехово-Зуева.

В середине 18-ого века Фридрих Великий отстроил в Потсдаме летнюю резиденцию, а в 20-ом веке в этом университетском городке расположили киностудию «Дефо». Фридрих Великий и скончался в Потсдаме, и похоронен там же. На его скромной могиле вместе с цветами всегда лежат клубни картофеля, потому что этот корнеплод стали употреблять в пищу именно при нём. В Потсдаме неизменно много туристов из разных стран. Думаю, даже больше, чем жителей.

Другая достопримечательность городка – дворец Цецилиенхоф. Он строился в 1914-1917 годах по распоряжению Вильгельма ІІ для его сына и его жены Цецилии. Это симпатичное здание, выполненное в английском деревенском стиле, было последней резиденцией династии Гогенцоллернов. Именно здесь, в поместье кронпринца Вильгельма Гогенцоллерна, в 1945 году с 17 июля по 02 августа проходила судьбоносная Потсдамская конференция. Государственные деятели антигитлеровской коалиции Черчилль, Трумэн и Сталин после долгих обсуждений приняли решение о разделении послевоенной Германии.

Организацией этого мероприятия занимался сам маршал Жуков. Выбрать место для встречи столь крупных фигур было нелегко, потому что Германия лежала в руинах. Уцелевшее от бомбежек здание, пригодное для проживания важных персон, чудом отыскалось в Потсдаме. Пожалуй, даже спустя многие годы это событие не оставляет равнодушными ни самих немцев, ни заезжих гостей. Здесь вершилась мировая история.

В начале экскурсии Ульрих покатал нас по прелестным улочкам городка Потсдам. Потом мы неторопливо осмотрели анфиладу комнат одноэтажного дворца Сан-Суси, пользуясь устройством «аудиогид» и внимательно вслушиваясь в текст. После этого Нина повела нас по дворцовому парку.


Мы беззаботно дышали свежим воздухом (sans sousi по-французски «без забот»), болтая с Ниной о том, о сём, как подружки.

– Что, Надежда Федоровна, как вам Потсдам? – спросила Нина у «бабушки».

– А, в Петергофе и в Царском Селе не хуже! – величаво отмахнулась тётя Надя.

– Да, многие русские так говорят, – усмехнулась Нина. – Говорят даже, что прусские постройки несколько грубоваты. Конечно, вас, россиян, трудно удивить. В России дворянских поместий, царских дворцов и усадеб не счесть. Есть, чем любоваться.

– Вот именно! – возгордилась «бабушка». – За всю жизнь не пересмотреть! Да и несчастлив был здесь этот Великий Фридрих!

– Пожалуй, вы правы! – согласилась Нина. – В личной жизни он был несчастлив. Отношения с женой не заладились с самого начала супружества, и она в основном проживала отдельно от мужа. Короля мучили неизлечимые недуги, да и характер у него был тяжёлый. Он прекрасно чувствовал себя только в обществе собак. В преклонном возрасте он любил повторять: «Чем больше я узнаю людей, тем больше я люблю собак».

На обратном пути Нина предложила остановиться, чтобы устроить маленький пикник на опушке леса. Мы вышли из машины и оказались в сосновом царстве. Я шла, вдыхая аромат, и удивлялась идеальной, первозданной чистоте. Немецкий ordnung присутствовал даже в лесу. То ли здесь часто подметали, то ли никогда не сорили. Но как можно подмести огромный лесной массив? А вот не сорить – возможно. Среди деревьев виднелись урны с крышками. Имелись и бесплатные государственные туалеты – ухоженные, как и везде в Германии.

Для пикника тоже были обустроены специальные уголки: столики и стульчаки из пеньков, беседочки со скамьями. Беседка поразила меня тем, что в ней по центру камнями было выложено место под костёр.

– А стены пропитаны огнеупорным составом, – с гордостью сказала Нина.

– И никто не вырезал на брёвнах и досках глупых надписей! – восхитилась я. – Типа «мы здесь были», «Я тебя люблю» и другие популярные заборные фразы. Разве такое возможно?

– В Германии – в порядке вещей, – спокойно ответила Нина.

Она знала, чем можно сразить россиян: не красой исторических дворцов, а немыслимой опрятностью самых обычных мест прогулок и отдыха.

Беседуя с нами, Нина достала расписную жестяную шкатулку с песочным печеньем и термос с кофе. Ароматный горячий напиток и рассыпчатое свежее печенье! Казалось, что ничего не может быть вкуснее! Мы с аппетитом перекусили в лесу и покатили в Берлин.

* * *

На следующий день наша компания отправилась в Кёльн. Главная достопримечательность этого города – средневековый католический собор. Этот шедевр готической архитектуры чудом уцелел во время Второй Мировой войны, и сам он – истинное чудо, созданное людьми. Говорят, что военные лётчики использовали башни храма, как географический ориентир, но как бы то ни было – католическая святыня устояла. В списке Всемирного наследия ЮНЕСКО Кёльнский собор значится объектом под № 292.

Грандиозный храм строился около 300 лет, начиная с середины 13 века. Потом строительство надолго прекратилось и возобновилось лишь в 19 веке. Это сложное сооружение завершило собой эпоху готики. Самые высокие башни храма достигают 157 метров, и в этом устремлении ввысь выражена попытка людей в архитектуре вознестись к Богу.

Впрочем, в Кёльне есть и другие древности. Неподалёку от собора расположен Германо-Римский музей. Там можно отправиться в более далёкое историческое прошлое, но удивителен и сам факт возникновения музея. В 1941 году на этом месте строилось подземное бомбоубежище. Видимо, предполагалось соорудить основательное, серьёзное укрытие на случай бомбёжек. Рабочие трудились по-немецки добросовестно и неожиданно раскопали древнеримские постройки. Так было положено начало музею. Военный объект обрёл мирную сущность.

В 19-ом веке в Кёльне жил и работал теоретик коммунизма Карл Маркс. Именно здесь ему стало чудиться, что некий призрак бродит по Европе. Поразмыслив, товарищ Маркс решил, что узрел тень коммунизма. Я читала и даже конспектировала его труды в студенческую пору. На мой скромный взгляд, он неверно истолковал свои предчувствия. Маркс ощутил предвестие цивилизованной демократии, которая и воцарилась в Европе уже к концу 20-того столетия. Европа стала-таки уникальной территорией, где история человечества увенчалась созданием условий для полноценной жизни: демократия, свобода, облегчение труда, быта, эффективная медицина, равенство перед законом. А коммунизм так и остался фантомом.

Однако, спустя многие годы, можно утверждать, что социальные права в европейских странах появились на фоне преобразований в СССР, и даже благодаря советскому социалистическому строю. Не хотелось капиталистам выглядеть хуже!

Именно в Кёльне впервые ярко проявился бунтарский характер Карла. Маркс работал редактором и журналистом в газете, и многие его статьи запрещала государственная цензура. Вскоре и саму газету закрыли. Маркс вынужден был уехать из Кёльна в 1843 году. До написания «Манифеста Коммунистической партии» оставалось ещё пять лет.

Позже, создав свой эпохальный труд, он опять вернулся в Кёльн и попытался возобновить издание газеты. Но за его деятельностью власти зорко следили, и вскоре основоположника мирового коммунизма совсем выслали из Германии. Маркс будоражил умы издалека, проживая в Париже и Лондоне.

Несомненно, что в Кёльне бородач Маркс пользовался одеколоном, который издавна выпускали на местной фабрике. В 1709 году итальянец Джованни Мария Фарина изобрёл этот галантный парфюмерный продукт и отладил его производство в Кёльне. O-de-colon. Это словосочетание и переводится с французского языка, как «кёльнская вода». Всё просто и гениально.

Кёльн славится вкусным пивом, весёлыми карнавалами, музыкальными фестивалями и парадами. Этот город интересен в любое время года.

Я обратила внимание на множество книжных магазинчиков. Оказалось, что власти Германии создали особые экономические условия для книжников. Стоимость аренды площадей для торговли книгами ниже, чем для иной торговли. И эта разница существенная – в 5-6 раз. Это ли не забота о культуре нации? И сохранится ли такое положение дел для рынка книг на долгие годы?

В Кёльне мы заночевали в небольшой частной гостинице. В ней имелось всего-то с десяток номеров, и от этого она казалась по-домашнему уютной. Сочетание хорошего уровня обслуживания и приватности очаровало сразу: мы ощущали себя долгожданными гостями в зажиточном доме.

К вечеру пошёл дождь, подул ветер, мы немного продрогли. Хозяин угостил нас горячим ужином и научил включать отопление. Регулируемое отопление – одна из немецких бытовых особенностей. Это очень удобно и практично. Praktisch, как говорят немцы.

Утром хозяин накрыл завтрак. Свежие румяные булочки, ароматный кофе, нежный сыр, горячие сосиски, поджаренная ветчина. Что может быть лучше для путешественников прохладным ранним утром?

* * *

Благодаря Ульриху мы побывали в Вольфсбурге. Он просто настоял на посещении своего родного города, потому что был уверен, что именно там можно получить наиболее полное представление о современной Германии. Вольфсбург расположен в Нижней Саксонии, и он невелик. Население городка чуть более 120 000 человек. По нашим российским меркам – просто посёлок городского типа! Впрочем, Вольфсбург и строился для рабочих автозавода Volkswagen. Так что, по сути – это рабочее поселение, то, что сейчас называют «промышленный моногород». Вольфсбург является побратимом нашего Тольятти.

Город и автозавод заложили одновременно в 1938 году. У истоков легенды мирового автомобилестроения стоял конструктор Фердинанд Порше. Это он создал народный немецкий автомобиль. Город строился перед самой войной, а в 1944 году завод был разрушен ударами американской авиации. В 1945-1947 годах предприятие восстанавливали с помощью английского правительства. Англия была первым послевоенным заказчиком машин.

По немецким критериям городок совсем молодой. Здесь располагается штаб-квартира концерна «Volkswagen-AG». Утверждают, что каждый третий клиент приезжает в Вольфсбург лично – выбирать себе машину. В обратный путь счастливые покупатели отправляются на новых автомобилях.

То, что Ульрих профессиональный водитель, не удивительно. Ведь он вырос в среде автомобилистов! Но то, что обычный немецкий паренёк из рабочего городка вдруг захотел досконально выучить русский язык, было непостижимо! Ульрих с гордостью возил нас по улицам Вольфсбурга и очень старался убедить, что этот город отличается от всех остальных в Германии. Он современный, он отлично спланирован, и именно в нём лучше всего проявляется германское понятие alles in ordnung. Всё в порядке.

* * *

Пару дней Нина водила нас по берлинским музеям. Я не сумею квалифицированно рассказать о музейных коллекциях, да и двух дней, конечно же, мало, чтобы успеть постичь и разобраться в богатом многообразии культурных немецких сокровищниц. От обилия информации у меня голова шла кругом.

Увидев, что мы изрядно утомлены, Нина привела нас в храм памяти кайзера Вильгельма. «Синяя церковь» – так называют его туристы. Немцы именуют коротко – Гедехтнискирхе (Gedächtniskirche), или очень просто – «полый зуб». Находится храм на Курфюрстендамм, в западной части Берлина, рядом с «Европа-центр». Старинное здание было разрушено бомбовым ударом в 1943 году прямо во время проповеди, да так и не восстановлено окончательно. Руины основательно закрепили, и оставили в назидание потомкам. К церкви сделали две оригинальные пристройки – в форме восьмигранных призм. Одна из них высокая – и это новая часовня, а другая – просторная и приземистая – стала новым удобным залом, где проходят проповеди и концерты. Получился своеобразный архитектурный ансамбль, где древность и современность логично сочетаются. Старые стены напоминают об исторических событиях прошлого, а новые – стимулируют стремление человека к жизни, к красоте, к совершенству, к будущности. Берлинцы любят шутить, и именуют современные постройки «пудреница и помада». Если рассмотреть сооружения издали или хотя бы с другой стороны улицы, то можно убедиться, что шутка небезосновательна.

В католических храмах всегда есть возможность присесть и призадуматься. В «синей церкви» я испытала сильнейшее чувство, напоминающее катарсис и успокоение одновременно. Ради повторения небывалых ощущений я дала себе слово ещё раз посетить это волшебное место в последующие годы.

Попробуйте вообразить! Стены восьмиугольного здания выполнены из блоков голубого стекла, и они подсвечены изнутри. Золотистая фигура Христа будто парит над посетителями под потолком. Христос воспарил, вознёсся и простёр руки над людскими головами, пытаясь защитить и утешить всякого. Негромко звучит органная музыка, и она неспешно завораживает, умиротворяет.

Я испытала небывалое облегчение и очищение. Ощущаешь себя между небом и землёй, словно удалось преодолеть гравитацию, взлететь над суетой и сбросить груз проблем. В синем зале нет обилия канонических религиозных атрибутов одной отдельной конфессии. Создаётся впечатление, что храм предназначен для всех людей, независимо от вероисповедания и цвета кожи. Как говорят мудрые люди, бог един, только вера разная. Ведь мы живём на одной планете, и мы – просто земляне. Мы – граждане мира.

Такие мысли возникают в синей берлинской церкви. Для себя я назвала её «храм всех религий». Побывайте там обязательно и убедитесь сами.

## Глава 6. Весёлый ералаш

Мы возвращались в отель. Я делилась впечатлениями с Ниной, задавала ей уточняющие вопросы, которые возникали в моей голове бесконечно. Надежда Фёдоровна не участвовала в нашей беседе. Она сосредоточенно гремела мелочью и шуршала бумажными деньгами. Бухгалтер – везде бухгалтер! Хоть в Германии, хоть в России!

– Как вы себя чувствуете, Надежда Фёдоровна? – вежливо поинтересовалась Нина. – Не слишком устали? Не разочарованы?

– Нет, не волнуйся, Ниночка, всё нормально, очень было интересно. Я тут наши с Ларкой финансы подсчитываю, – откликнулась бабушка. – Осталась одна мелочь, чуть больше ста долларов. Не везти же их домой. Мы их поменяем на марки и чего-нибудь прикупим. Куда тратить будем, Ларис?

– Я бы накупила на распродажах всякого трикотажа, – призналась я. – Тут так дёшево продают хорошие вещички, которых у нас просто не найдёшь.

– А я бы купила килограмма два-три одних киви! – мечтательно выпалила бабушка. – Они у нас дороговаты, а здесь стоят не больше нашей картошки. И вкусные! И начистила бы, как картошку, и ела бы от души, запивая вином! Здесь вино хорошее, мне понравилось.

– Подождите, дамы, не спешите. Сейчас вы устали, и по магазинам уже не пойдёте, – предположила Нина. – А завтра можно с пользой истратить оставшиеся деньги в зоне duty-free, в берлинском аэропорту, перед вылетом.

– Нам до вылета ещё почти два дня, – возразила «бабушка». – Вот, мы с Ларкой погуляем в центре Берлина и накупим себе всяких мелочей. Ты не волнуйся, Ниночка, мы город уже знаем, да и потеряться тут невозможно, везде вывески и указатели. Ты отдохни от нас и приезжай в отель послезавтра, перед вылетом.

– Постойте, постойте! Я уже волнуюсь! – воскликнула Нина. – Вы что-то путаете. Вы же завтра улетаете в Москву!

– Ну, что ты, Нина! – ласково возразила «бабушка». – Завтра мы никуда не летим. Мы ещё денёк здесь погостим.

– Вы ошибаетесь, – категорично заявила Нина и выразительно посмотрела на меня, ожидая поддержки.

– Нина, у нас действительно билеты на послезавтра, – подтвердила я.

– Где ваши билеты? – строго спросила Нина голосом контролёра.

– А что такое? Из-за чего сыр-бор? – встревожилась Надежда Фёдоровна. – Вот они, у меня в сумочке, я все документы с собой ношу на всякий случай. На, смотри, дорогая моя Нинуля!

Нина резко выхватила билеты из рук «бабушки» и принялась рассматривать бланки, словно пыталась определить, не фальшивые ли они.

– Ничего не понимаю, – тихо сказала она.

– А в чём дело-то? Объясни! – потребовала Надежда Фёдоровна.

– Эта ваша фирма «Академтур» всё перепутала! В том факсе, который прислали мне в день вашего прилёта, стояла дата убытия. Но другая! Они ошиблись на один день, печатая мне послание. И когда тур заказывали, тоже другая дата фигурировала. И я хороша! Надо всё перепроверять сто раз, когда имеешь дело с русскими!

– Эк, как заговорила! – иронично усмехнулась «бабушка». – Будто сама не русская!

– Да, я русская! Но у меня мозги по-немецки устроены! – в сердцах вспылила Нина. – Я пунктуальная, я порядок люблю! Бардак меня раздражает!

– И что так нервничать, Нина? – мирно вставила я. – Мы даже рады, что поживём здесь ещё один день.

– Вы-то рады, а я нет! – кипятилась Нина. – Завтра вас попросят освободить отельный номер в 12 часов дня. Денег у вас маловато, чтобы оплатить продление своего пребывания. И питаться вам тоже надо ещё одни сутки. Вы ведь только позавтракать в отеле сможете. Ну, поняли, наконец?

– Поняли, – уныло сказала я.

– И что страшного? – сказала «бабушка». – Завтра основательно подкрепимся. Потом погуляем. Вечерком Ульрих отвезёт нас в аэропорт, и мы там заночуем. Найдём, где перекантоваться!

– В берлинском аэропорту ночевать нельзя! – отрезала Нина. – Это вам не ночлежка.

– Почему? – удивились мы в один голос.

– Аэропорт на ночь закрывается!

– Как это? А ночные рейсы? – спросила я.

– Нет тут ночных рейсов! Тут вам не там! – коротко пояснила Нина.

– И что же нам делать? – весело спросила «бабушка». – Бродить по городу до утра? Слушай, может, ты дашь нам взаймы сто долларов, договоришься в отеле о продлении проживания. А мы тебе вышлем деньги, как только вернёмся домой. Ты не сомневайся, всё будет путём, без обмана.

Немного подумав, Нина сказала:

– Попробую.

Свободных мест в отеле не нашлось. Все номера оказались зарезервированы: в Берлине начинался международный форум врачей-кардиологов. Мы притихли и молча, с надеждой, смотрели на Нину.

– Вообще-то я не обязана решать такие вопросы, – вдруг выдала она. – Я выполнила свою задачу. Я вас встретила, разместила, возила на экскурсии и по магазинам. Путаница с датой вылета меня не касается.

– Что ты хочешь этим сказать? – насторожилась «бабушка». – Я не верю, что развернёшься и уйдёшь. Русские люди так не поступают!

– А как поступают русские люди? – съязвила Нина. – Что бы вы сделали на моём месте, а, Надежда Фёдоровна?

– Пригласила бы людей к себе. Всего-то и делов, – мирно и простодушно заявила тётя Надя.

– Немцы так не поступают! – отрезала Нина. – Это не принято.

– Но ты же русская, – укоризненно напомнила тётя Надя.

– Но мой муж – немец! – драматично заявила Нина. – Вы – мои клиенты. Клиентов в дом не водят! Он не поймёт меня, если я приведу двух незнакомых женщин и оставлю ночевать.

– Почему незнакомых? Мы знакомы, – не поняла Надежда Федоровна.

Ульрих стоял рядом и слышал весь разговор. Он индифферентно молчал и не проявлял никакого участия в нашей судьбе. Его лицо оставалось безмятежным. Вот почему я удивилась, когда он вдруг заявил взволнованным голосом:

– Нина, я могу пригласить их к себе. В свой дом в Вольфсбурге. Мы поедем туда завтра утром, а послезавтра я отвезу их в аэропорт.

– Что скажет твоя мама? – спросила Нина.

– Не знаю! – пожал плечами добрый парень. – Что-нибудь объясню.

Видимо, это решение далось ему нелегко. Он покраснел и вообще заметно занервничал.

– Что за люди! – насмешливо возмутилась «бабушка». – Тоже мне проблема! Пустить переночевать двух приличных дам! Да, этого я не ожидала! Всё впечатление о Германии испортили!

– Хорошо, я сама разгребу этот ералаш! – заявила Нина. – Ульрих, ты хороший водитель, и решение подобных проблем не входит в твои обязанности. Я виновата, что не уточнила даты. Впредь буду знать. Я заберу вас к себе завтра в 12 часов дня.

– Ура! – обрадовалась я. – Тётя Надя, мы поедем в гости к Нине!

– Так-то лучше. Давно я по гостям не ходила, – усмехнулась «бабушка».

– А сейчас я прощаюсь с вами, поеду мужа убеждать, – сказала Нина.

Когда мы остались одни, «бабушка» заявила:

– В гости с пустыми руками не ходят.

– А где нам взять гостинцы?

– Сейчас отдохнём и пойдём в супермаркет. Я видела тут один большой продовольственный магазин за углом. Надо купить вина, водочки, коробку конфет. Ну, там разберёмся!

Разобраться в немецком супермаркете оказалось сложно. Мы немного растерялись от обилия и многообразия продуктов питания. Сотни сортов сыра, колбас… Делать выбор было мучительно трудно. Прогуляв по торговому залу битый час, мы купили грушевый шнапс, мозельский рислинг, швейцарский шоколад, мягкий сыр камбоцола с плесенью и твёрдый сыр эмменталер с огромными дырками.

– Вот и улетели наши последние денежки! – взгрустнула Надежда Федоровна. – Ни киви, ни трикотажа!

Я в ответ только устало вздохнула. Глаза слипались, а в голове вертелись разные мысли о завтрашнем дне.

Однако киви мы всё же наелись досыта. Нина купила для нас пару килограмм и начистила именно так, как мечтала тётя Надя – как картошку. Мы вместе накрывали на стол, и я впервые увидела баночки с готовыми салатами. Они возвышались в холодильнике Нины башенкой – банка на банке. Тогда мне показалось, что это невероятно удобно – покупать готовые блюда к столу. Таких чудес в наших магазинах ещё не водилось.

Нина жила в типовом пятиэтажном доме, неподалеку от центральных корпусов клинического комплекса «Шарите». Там работал её муж Гюнтер. Он был инженером, специалистом по медицинской технике.

Название клиники я помнила по роману Юлиана Семёнова и знаменитому фильму «Семнадцать мгновений весны». По воле автора в «Шарите» радистка Кэт родила ребёнка.

Гюнтер мало разговаривал и всё больше улыбался. Иногда он что-то уточнял у Нины по-немецки. Видимо, старался уловить, о чём мы так оживлённо стрекочем. Не знаю, как мы ему глянулись, но нам всё нравилось в их доме. Опрятный подъезд, уставленный цветами, умная кухонная техника, рациональное убранство квартиры. Хозяева показали нам все уголки, включая ванную комнату и кладовую. В Германии принято подробно демонстрировать гостям все удобства, дизайн и декор. Мы нахваливали, цокали языками, кивали головами и этим расположили Гюнтера к себе.

Застолье получилось славным, шумным, сытным. Нина рассказала, что Гюнтер помог ей открыть собственную фирму по обслуживанию туристов, ссудил необходимые деньги для внесения в Уставный фонд. Сумма требовалась немалая, 50 000 дойчмарок. Но грамотные немецкие инженеры хорошо зарабатывают и могут себе позволить такие расходы. Нескрываемое любопытство светилось на наших лицах. От вкусной еды и тёплого приёма мы разомлели, а хозяева устали с непривычки.

Спали мы на большом надувном матрасе с бархатистой поверхностью. Немцы называют это чудо «гостевая кровать», по-немецки gästebett. Я ощущала себя, как на пышном облаке, но иногда скатывалась под бок к тёте Наде. Ночью матрас не выдержал, прохудился по шву. Дородная Надежда Фёдоровна оказалась тяжеловата для надувной гостевой кровати. Ночь мы досыпали на сдувшемся матрасе, но всё равно нам было хорошо.

Утром Ульрих отвёз нас в аэропорт, и мы улетели в Москву.

* * *

Мы распрощались с Германией, но наши отношения с Ниной и Ульрихом продолжились уже в России. Нина была настолько предприимчива, что помогла своей дочери открыть собственное дело. В Германии Нина жила с немецким мужем и сыном. А в Москве у неё осталась взрослая дочь от первого брака, Наташа. Эта девушка и стала связующим звеном между нами и Ниной. Перед отъездом Нина дала мне адрес и телефон Наташи – на всякий случай.

Мать и дочь открыли небольшой бутик модной одежды под названием «Леди люкс». Где бы вы думали? На первом этаже здания телецентра в «Останкино»! Все сотрудницы телевидения – популярные и не очень – заглядывали в этот магазинчик. У Наташи можно было купить эксклюзивные вещи, которых не найти в других торговых точках. Ведь товар ей подбирала Нина, а поставлял Ульрих. Он регулярно наведывался в Москву всё на том же микроавтобусе «Volkswagen».

Более того, у Наташи можно было заказать модели одежды по немецким каталогам. Тогда подобная услуга была ошеломительным новшеством для России. Так что Нина помогала одеваться нашим телезвёздам в трудные времена!

Наташин магазин тоже засветился на телеэкранах. И случилось это в октябре 1993 года, во время конституционного переворота. Один из БТР-ов въехал прямо в торговый зал. Кадры проломленной стены и разбитых окон показали во всех новостных программах. Кто-то бился за власть, а Наташа – за сохранность ценного товара. Ей пришлось вывозить коробки и пакеты на легковом автомобиле под носом у военных. Самоотверженную амбициозную молодую женщину ничего не испугало, и никто ей не помешал. Позже Наташа восстановила свой магазин, и в этом ей опять помогала Нина.

Так благодаря нерадивости, некорректности и беспечности туристической фирмы я ближе познакомилась с семейством Нины Шюц, чему была очень рада. Вот уж воистину – не было бы счастья, да несчастье помогло! Я обрела замечательных друзей, и убедилась, что в каждой неприятности заложена счастливая начинка.

## Глава 7. Германия, 16 лет спустя

Я исполнила обещание, данное себе самой в апреле 1993 года, и приехала в Германию вновь. Мы отправились в недельную поездку вместе с мужем, в канун Нового 2010 года. С началом 2000-ых годов мы решили проводить каждую новогоднюю ночь в новом городе – такая у нас появилась семейная традиция.


Прошло чуть более 16-ти лет, и я снова волновалась в предвкушении свидания с Берлином. Я уже знала, что Нина Шюц разошлась с тихим инженером Гюнтером. Она не пояснила нам причину и постепенно отдалилась от общения с нами – видимо, новый муж был настоящий западник, истинный wessi. Увы, я не могла прибегнуть к её помощи!

Всякое путешествие начинается прямо от порога родного дома. Мы улетали 30 декабря, и самой трудной частью нашего странствия оказался отрезок пути до аэропорта Шереметьево. Предновогодняя Москва томилась в автомобильных пробках. Все куда-то устремлялись, стараясь в последние дни декабря сделать как можно больше – купить, поздравить, раздать долги, обновить стрижку, отгулять на утренниках и вечеринках. В столице происходило предпраздничное перемещение народных масс, которое, казалось, не прекращалось даже ночью. Рассчитать время поездки до Шереметьево из нашего Марьино на машине было затруднительно: может, два часа, а, может и все три-четыре. Решили не рисковать и поехали на метро до Белорусского вокзала, а оттуда на аэроэкспрессе до аэропорта. При таком передвижении можно время рассчитать точнее.

* * *

Предновогодний Берлин поразил спокойным, размеренным дорожным движением. Мы домчались до отеля из аэропорта Schönefeld за полчаса, выслушав по пути импровизированную лекцию об организации транспортного сообщения в германской столице. Уж очень говорливый водитель попался! Из наших, из славян.

Нам был заказан номер в отеле на Нюрнбергерштрассе, примыкающей к Курфюрстендамм. Улица тихая, никакого беспокойства, но до Ку-дамм каких-нибудь 30-40 метров. Направо пойдёшь – в Зоопарк попадёшь, налево – в большие универмаги KaDeWe, Pick&Cloppenburg. В 10-15 минутах ходьбы – музей эротики, который нам очень рекомендовали гиды. А из окна видно звезду концерна «Мерседес», она сияла и вращалась на том же месте. Но самое главное – близость к «синей церкви»! Она, если помните из первых глав, рядом с «Европа-центром». Так что лучше места не сыскать, хотя на Ку-дамм немало роскошных отелей!

Очутившись в Берлине снова, спустя столько лет, я испытывала щемящее чувство, словно встретилась с первой любовью. А как же, первая «заграница»! Хотелось всмотреться и надышаться. Хотелось понять, какие изменения случились за пролетевшие годы.

На первый взгляд, Берлин как будто остался прежним. Колоссальные изменения произошли в России, и потому «Европа-центр» уже смотрелся обычным, типовым универсальным магазином, которых немало в каждом районе Москвы, да и других городов. Мы уже могли привозить с собой больше новой европейской валюты и чувствовали себя гораздо свободнее и уверенней. Немецкая марка ушла в анналы истории, в Германии была в ходу денежная единица евро, к которой немцы переходили плавно, в течение 3-х лет, тщательно перестраивая все свои финансовые организации. «Ну, чем удивишь, Германия на этот раз?» – подумала я про себя и настроилась тщательно собирать каждый малый факт в копилку наблюдений.

В тот день нам повезло: в «синей церкви» давали концерт органной музыки. Вход был свободный, никакой суеты. Садись и возносись душой вместе со звуками.

Я украдкой наблюдала за мужем. Он был в упоении. Мы сидели, взявшись за руки, отрешившись от проблем. Усталость улетучилась. Новогодняя сказка началась.

– Куда пойдём? – спросил муж на улице.

– Ужинать! – воскликнула я. – Уж очень есть хочется!

– Давай найдём истинно немецкую кухню! – предложил муж.

Я согласилась, и мы отправились куда глаза глядят.

На Ку-дамм и в окрестностях этой знаменитой улицы великое множество ресторанчиков и кафе. Везде очень вкусно кормят, цена соответствует качеству и количеству, порции большие, если не сказать – огромные. Пиво свежее, вино отменное, лёгкое, нежное. Можно смело открывать любую дверь и заказывать. Меню обычно предлагается на немецком и английском языках.

Но в тот вечер мы нашли-таки особенное заведение! Ресторанчик «Warstainer» на улице Meinekestrasse, напротив известного берлинского «Hard Rock cafe». Нам понравился зал в стиле ретро, как в простом загородном частным доме зажиточного немца. Часы с боем, массивные дубовые столы и стулья, состарившиеся зеркала и гравюры. Официанты зажгли свечи и перед каждым поставили обычную грубую сковородку, со следами копоти и чуть гнутыми ручками. Само кушанье – чисто немецкое: шесть сарделек, жареный картофель и тушёная капуста. А к этому великолепию – глинтвейн или пиво. Душевно! Лучше не придумать, чтобы ощутить себя в старой, доброй Германии! Там же всегда можно отведать знаменитое свиное колено, но не всё сразу!

* * *

Утром мы поехали на обзорную экскурсию, и я увидела, чем обзавелся Берлин в недавнее прошлое.

Годом рождения Берлина считается 1237-ой, а 1945-ый можно без натяжки полагать годом гибели этого европейского города. Столица Германии была разбомблена. Начиная с конца войны, Берлин возрождается, и этот процесс продолжается по сей день.

Возле рейхстага воздвигли два белых параллелепипеда – здание правительства и здание нижней палаты Парламента. Потсдамская площадь, которая пустовала до 1992 года, неузнаваемо преобразилась. Вверх взметнулись современные здания, украсив эту территорию.

Открыты крупные торговые комплексы Arcaden и Sony-centre. Последний отстроен японской корпорацией, и оригинальный купол здания в виде усечённого конуса символизирует гору Фудзияма.

Несмотря на существенное обновление, в восточной части города не стёрлись приметы социалистического прошлого. Не снесён ни один памятник, не переименованы улицы. Каменный Карл Маркс задумчиво сидит на своём месте, и улица его имени по-прежнему гордо носит своё название. Отреставрирована скульптура воина-освободителя в Трептов-парке. Её разобрали в 2003 году и в 2004 вернули на место. Это особенно трогательно для россиян.

И вообще, в этот раз Берлин показался мне одним большим мемориалом, огромным музеем под открытым небом, памятником Второй Мировой Войне, хотя в городе немало сокровищниц с достоянием прошлых веков.

Так сложилось, что Германия развязала две мировые войны и обе проиграла. Казалось бы, немцы должны стремиться забыть о национальных поражениях и стереть следы давно отгремевших событий. Однако нет! Немецкий народ выразил свою волю и нашёл силы покаяться перед всем миром за прегрешения фашизма. Именно покаяние растворено в берлинском воздухе, и эта особая энергетика неизменно влечёт туристов всех стран.

Одним из наиболее посещаемых мест стал Еврейский музей, который открылся в сентябре 2001 года. Его экспозиция рассказывает об истории еврейского народа – со времен Древнего Рима до наших дней. Само здание – шедевр современной архитектуры. Все плоскости – внутри и снаружи – наклонны, все пространства искривлены, а с высоты птичьего полета видится не то разорванная звезда Давида, не то покорёженный зигзаг молнии. Ни в одном из залов нет прямого угла. Скошенные стены, сужающиеся или расширяющиеся коридоры, окна, узкими зигзагообразными бойницами прорезающие стены, бесконечные устремляющиеся ввысь лестницы, лабиринты переходов – вот что видят посетители и обязательно ощущают дезориентацию, тревожность, волнение. Так создатели напоминают современникам о великой трагедии еврейского народа.

В 2009 году отмечали двадцатилетие падения Берлинской стены. К этой дате бетонные останки освежили и пригласили художников, которые расписывали сооружение 20 лет назад, во время всенародного триумфа. Некоторые из них приехали и опять приложили свою руку. Таким образом, на бывшей границе между ГДР и ФРГ развернулся вернисаж занимательных работ.

Такое бережное и внимательное отношение к памятникам истории редко где встретишь. Этому у немцев можно поучиться. Они стараются не только для себя, они думают о гражданах мира.

Магазинов в германской столице стало больше, но оказалось, товарами нас уже не удивить! В Москве уже можно было найти всё, что угодно, так что тратить время на шоппинг мы не стали. Гораздо интереснее было кататься по городу. К услугам туристов в Берлине есть два автобусных маршрута – № 100 и № 200 – цифры легко запоминаются. Автобусы двухэтажные, с большими обзорными окнами, и следуют именно так, чтобы пассажирам удалось осмотреть достопримечательности. Они ходят часто, с интервалом 6-8 минут, и всем желающим хватает сидячих мест. Причем билет действителен в течение 2 часов, если даже вы выходили из автобуса и вернулись на этот же маршрут спустя какое-то время.

В Берлине, конечно же, есть такси, и цены на проезд, по сравнению с московскими, небольшие, но любопытно воспользоваться именно общественным транспортом. Хотя бы для сопоставления и познания.

В Берлине 3 уровня движения: метро под землей, наземные автобусы, трамваи и скоростные надземные поезда, курсирующие по специальным эстакадам. Чёткость движения безупречна, что вызывает восхищение и уважение. Это одна из особенностей Германии, которая поражает не меньше музейных экспонатов и красот архитектуры. Горожанам зачастую удобнее и дешевле перемещаться на общественном транспорте. Вот почему многие не выезжают на личных автомобилях, не загромождают дороги. Вот вам и решение проблемы пробок!

В мою копилку наблюдений попали бытовые мелочи: приятными и неожиданными оказались некоторые устройства в гостиничном номере. К примеру, смеситель воды в ванной был оснащен специальным индикатором, с помощью которого можно было сразу установить требуемую температуру воды, а потом уже включить кран.

В комнате возле кровати имелось устройство для «ленивой» глажки. Не знаю, как этот прибор правильно называется, но я окрестила его так – автоматическая гладильная доска. К стене крепилась деревянная панель с подогревом. Откидываешь её, вешаешь юбку или брюки, закрепляешь и включаешь. Вещи неторопливо утюжатся благодаря небольшому теплу и нажиму.

Приятно удивили ресторанные цены и качество обслуживания. А стоимость проезда на такси озадачила: цена бензина в Германии выше, чем в России, а расценки таксистов значительно ниже, чем в Москве.

Лёгкое недоумение у многих россиян вызывает немецкий обычай закрывать магазины по выходным и праздничным дням. Казалось бы, в городе миллионы туристов, и почти все являются потенциальными покупателями. Однако владельцы торговых точек отдыхают сами и щедро предоставляют такую возможность своим служащим. В «красные» дни календаря закрыты даже крупные универмаги. Если вам захочется купить и взять в отельный номер хотя бы минеральной воды, фруктов, сладостей, то для этого придётся идти в небольшой привокзальный супермаркет. Так что по выходным ищите в любом немецком городе железнодорожный вокзал!

Есть одна национальная особенность немцев, которая повергает меня в культурный шок, где бы я с ней не столкнулась – в Германии или в других странах: это их банные традиции. Но об этом в следующей главе. Обещаю, она будет очень весёлой!

## Глава 8. Русская водка в берлинской цитадели, немецкая эротика, зоопарки и другие новогодние приключения россиян

Главным зимним праздником в Германии является Рождество Христово, и отмечают его 25 декабря, как это установлено Римско-католической Церковью. К этому дню городские улицы украшают, на площадях и в храмах устанавливают нарядные ёлки и возводят рождественские базары. К 1 января наступающего года все эти великолепные атрибуты праздника обычно убирали, но с недавних пор стали оставлять до 7 января – специально для россиян.

Так уже повелось, что в России Новый Год – самый любимый праздник. Мы связываем свои мечты и надежды с началом очередного года, по-детски верим, что с января всё в нашей жизни обязательно улучшится, наладится, новое счастье непременно явится. А удачу надо подманивать, и мы сами придумываем для этого всевозможные ритуалы. Все знают поговорку «Как встретишь Новый Год, так его и проведёшь». Чтобы встретить праздник особенно ярко, многие россияне едут в новогодние туры. Есть спрос – формируется предложение. Туроператоры разрабатывают всё больше программ, идя навстречу клиентам.

В пакет нашего тура был включен банкет в старинной цитадели Шпандау. Ещё задолго до отъезда я попыталась собрать информацию об этом месте. Позвонила приятельнице, давно живущей в Берлине. «Ой, что ты, я там ни разу и не была!» – воскликнула она. Увы, такое нередко случается. Туристы зачастую знают больше, чем местные жители.

Задала вопрос в соцсети, в сообществе Живого Журнала о Берлине и получила весьма скудные сведения. Любители пива сообщили, что в старой крепости есть хороший пивной ресторан, но это меня мало заботило.

Пришлось самой составлять историческую справку и искать подробности. Я должна была разобраться, где мне придётся встретить Новый Год, и куда я заманиваю мужа.

* * *

Цитадель Шпандау (Spandau) находится у слияния рек Хафель и Шпрее, на западной окраине современного Берлина. Это типично военная крепость с мощными защитными валами, окруженная прудом. Во время Второй Мировой войны строение сильно пострадало, но сейчас оно отлично отреставрировано. Рядом одноименная станция метро.

Первые поселения на этом месте появились в VІІІ веке, и первыми насельниками были древние славянские племена. Те защитные сооружения, которые они возводили, не раз перестраивались уже другими хозяевами.

Постепенно вокруг крепости выросло поселение, которому в 1232 году даровали статус города.

В 1806 году в крепости размещались части армии Наполеона.

Во время Первой Мировой войны в Шпандау располагались производственные цеха государственных военных заводов.

В 1920 году городок Шпандау присоединили к Берлину. После Второй Мировой Войны цитадель оказалась в британском секторе оккупации.

Когда в мае 1945 года над рейхстагом уже развевалось красное Знамя Победы, в Шпандау ещё укрывались фашисты и мирное население – всего около 4000 человек. После напряженных переговоров немцы капитулировали. Над цитаделью взвился белый флаг, и напрасного кровопролития удалось избежать.

* * *

Вечером 31 декабря 2009 года в холле нашего отеля собрались принаряженные российские туристы. Нас было 20 человек, у каждого имелся пригласительный билет, красиво выполненный на большом листе картона.

Как известно, россияне за границей не очень-то любезны и приветливы друг с другом, потому разговаривали мало и вели себя более чем сдержанно. Водитель быстро доставил нашу компанию и сообщил, что подъехать к цитадели близко он не может, дорога в праздник перекрыта. Он вкратце объяснил нам, как пройти: «На мост, через пруд, потом входите в ворота и сразу поворачиваете налево. Там ваш ресторан».

Как будто бы всё ясно. Мы самостоятельно двинулись к крепостным вратам, даже не подозревая, какое приключение поджидало нас впереди.

Скоро мы оказались в многоязыкой людской толпе. Нестройными рядами в цитадель устремилась масса народа, преимущественно немцы. За воротами все куда-то расходились, разбредались в разных направлениях. Наша группка следовала инструкции. Однако, повернув налево, ресторана мы не обнаружили. Женщина, служащая исторического комплекса, посмотрела наши пригласительные билеты и замахала руками, приветливо улыбаясь. Жестами она указала другой путь.

Тем временем в центре обширного двора началось факельное шествие. Сотни тепло одетых людей распевали немецкие песни и двигались по периметру двора крепости колоннами. Мелькали фонари, факелы, гремела музыка, раздавался смех. Им всем было весело, а нам – не очень.

Надо сказать, что та зима в Германии выдалась довольно холодной и даже морозной, а мы оделись легко, в расчете на ресторан. Растерянные россияне подмерзали и грустили, не понимая, что происходит.

– Ведь у нас в программе указано «музыка, танцы, обед из 5-ти блюд, факельное шествие, ведьмы, факиры и рыцарский турнир», – уныло перечислила одна дама.

– А что – шествие вот оно! Музыка есть. Ведьм хватает! – иронично усмехнулся её муж и зябко поёжился. – Видимо, это именно то, ради чего мы сюда тащились!

– А обед из 5-ти блюд? – в унисон возопили сразу несколько человек.

– Так вон там, столы какие-то деревянные в землю врыты, туда, видно, и подадут обед, – предположил молодой человек, обнимавший замерзающую подругу. – Сейчас мяса нажарят и кинут. Может, надо уже места занимать, пока они тут ходят кругами да песни горланят? Как думаете?

– Предлагаю вначале согреться, а потом обмозговать ситуацию! – сказал самый старший из нас, седовласый интеллигент приятной наружности.

– А где взять-то? – последовал вопрос.

– Так у меня есть с собой! – обнадежил интеллигент. – Я прихватил на всякий случай бутылочку. Мало ли что? Вот, пригодилось! Только пить придется прямо из горлышка!

– А что за напиток?

– Наша русская водка.

Бутылку пустили по кругу. К горлышку без церемоний приложились все, включая женщин – уж очень холодно было.

– Меня Олег Константинович зовут, – представился хозяин спасительной бутылки. – Мы с женой из Петербурга. Есть у меня старая привычка ещё с советских времён – возить с собой водку. В моём возрасте привычки менять поздно. В салон самолёта жидкости проносить нельзя, так я надёжно пакую и в багаж сдаю. Ну, что, чуток обогрелись, предлагаю зря времени не терять. Я немного говорю по-немецки. Надо искать «языка» и прояснять ситуацию. Лучше всего допытать кого-то из служащих.

В ту ночь Олег Константинович, профессор университета, стал нашим предводителем, а мы сплотились и сдружились под его началом.

Территория цитадели оказалась большой, со множеством ходов, дверей и помещений. Мы блуждали в свете факелов вдоль крепких стен Шпандау и нашли-таки свой зал.

Нас встретили официанты в костюмах, стилизованных под средневековые одеяния, рассадили за длинным дубовым столом. В огромном помещении с высокими, сводчатыми потолками таких столов было несколько – каждый на 30-50 человек. Загадочный полумрак рассеивался огнем десятков свечей, установленных в высоких кованых канделябрах. На стены проецировались цветные тени воображаемых призраков, а за столами сидели живые, говорливые люди разных национальностей.

Нас вкусно кормили и развлекали ряженые – менестрели, мушкетёры, рыцари, факиры. Мы увлечённо пели песни, танцевали, даже играли в детские игры – хождение паровозиком по залу, ручеёк, хороводы. Время пролетело незаметно. Наше блуждание стало главной интригой новогодней ночи, а новые знакомства и радость общения с соотечественниками – истинным сюрпризом.

* * *

Совет от автора! Новогодний банкет в Шпандау предлагается многими туристическими агентствами. Всем рекомендую такую форму проведения праздника, но советую очень внимательно ознакомиться с программой вечера, выяснить все подробности у своих гидов в Берлине сразу же по прибытию в страну. В Шпандау несколько ресторанных залов, и предусмотрен вариант встречи Нового Года на улице. Перед поездкой рассмотрите схему замка и определитесь, что именно заказано для вас.

* * *

Первый день наступившего года приятно проводить на воздухе. Наша дружная компания отправилась в Зоологический сад – в нескольких шагах от отеля красовались знаменитые Слоновьи ворота, Elefantentor, – два каменных слона подпирают ажурный, затейливый свод, выполненный в восточном стиле.

В Берлине два зоопарка. Старейший Berlin Zoologischer Garten расположен в западной части города. Он открыт с 1844 года, и занимает 35 гектаров территории. Во время Второй Мировой войны он был значительно разрушен, из почти 4000 животных выжил 91 питомец. Именно этот зоопарк показан в кинофильме «Освобождение». Рядом находится остановка транспорта «Zoo», и железнодорожная станция с таким же названием. От этой станции отходят экскурсионные автобусы № 100 и № 200.

В ГДР, в 1955 году, открылся свой парк животных. Называется он Фридрихсфельде, по-немецки Tierpark Berlin-Friedrichsfelde. Он занимает площадь в 160 гектаров земли.

Оба зоопарка имеют увлекательную историю, в них ведутся научные работы, но мне хочется упомянуть два забавных факта последних лет, уже ставшие народными анекдотами и привлекшие ещё больше посетителей. В западном зоопарке в 2006 году родился белый медвежонок, чего не случалось в неволе уже 30 лет. Медведица отвергла его, и по всем правилам детёныша должны были умертвить. Но служащий зоопарка взял его под свою опеку, выходил и выкормил. Медвежонка назвали Knut. Он стал живой достопримечательностью, известной персоной. Его снимали для телевизионных передач, а смотреть на него вживую приходили миллионы людей.

Из восточного зоопарка в 2007 году сбежали 12 копытных животных – 6 лошадей, 3 верблюда, 2 козла и 1 лама. Свободолюбивые звери сломали и преодолели ограждения. Их удалось поймать, все остались живы, но слухов и разговоров они вызвали немало.

Западный зоопарк мы обошли за 4 часа, и можно предположить, что на осмотр восточного зоопарка потребуется не один день.

Кстати, медведь – символ Берлина. Интересные фигурки медвежат можно увидеть возле отелей, в парках и просто на улицах. Каждая скульптура выполнена в оригинальной дизайнерской манере. Если фотографировать берлинских медведей, то можно собрать необычную коллекцию незабываемых снимков!

* * *

После обеда нам захотелось в сауну! И вот тут я расскажу вам о банных традициях немцев. Приготовьтесь испытать культурный шок.

В нашем отеле была небольшая аквазона с бассейном и сауной. Мы об этом знали и прихватили купальные костюмы. Наши туристы явились в зону отдыха в лучших российских традициях – «себя показать и на других посмотреть». Однако немцы вели себя иначе. Они парились в сауне полностью оголенными!

Я, конечно, понимаю, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят… Но вынести зрелище с непривычки трудно. Вокруг тела разной степени дряблости и полной бесстыдной обнаженности

Одна самая юная и стройная из нас, Олеся из Липецка, купальник в поездку не взяла, и спустилась в аквазону просто глянуть – как оно там. Её муж убедил, что, мол, мы – люди современные, можно и так, тем более с твоей-то красотой! Однако, наша Олеся потопталась и ретировалась, не открыв немцам своей русской прелести.

Мой муж очень любит бани – турецкую, русскую, финскую. Он как рыба в воде, и от водных процедур у него всегда улучшается самочувствие. А там он сидел и глаза косил в сторону. По возвращению в номер заявил, что более туда ни ногой. А ведь обычно его из банного комплекса в отелях не выловить!

У нас на пляжах и в бассейнах люди в купальниках улыбчивее, больше флиртуют, завязывают беседы и отношения. А немцы сидят мрачные, но голые. Ни улыбок, ни лёгких бесед. Сосредоточенно потеют, так же целенаправленно мылят свои причиндалы в душе возле общего бассейна, не смущаясь окружающих. Но ведь обычную гигиеническую помывку лучше осуществить дома в ванной! Что мы делаем в банях и бассейнах? Совмещаем полезное с приятным! Мы общаемся. Главное не понятно – снял плавки, так прикройся полотенцем! Ан, нет! Вот вам мои распаренные части тела, любуйтесь, народы мира!

В некоторых отелях Европы я видела таблички, запрещающие снимать купальники и плавки в аквазоне. Видимо, это специально для немцев вывешивают, чтобы напомнить им, что они в гостях, в чужой стране, и здесь расхаживать голышом не принято.

После посещения сауны муж сказал, что в музей эротики можно и не ходить, но я уговорила его прогуляться туда, раз уж живём близко. Заведение показалось мне курьёзным, словно я попала в комнату смеха. А всё потому, что я ожидала увидеть произведения искусства – картины и скульптуры. В музее были совсем другие экспонаты – различные предметы для услаждения плоти и эротичное белье. Я бы назвала это место выставкой-ярмаркой, потому что любой предмет можно не только смотреть, но и приобрести. Резиновые и пластиковые гениталии, надувные куклы, кремы, мази, плётки, маски, видеодиски – всего в изобилии, но как-то уж очень по-немецки выглядела эта выставка-продажа взрослых игрушек. Я поняла, что владельцы музея-магазина доплачивают гидам за привлечение доверчивых туристов.

Во всех других общественных местах у нас не возникало недовольства или неприятных инцидентов. В Германии умеют принимать и обслуживать туристов. Каждый город страны интересен и заслуживает внимания. Посещать Германию можно в любое время года. Это замечательная, высокоразвитая страна, с богатым культурным наследием, традициями и очаровательными природными ландшафтами.

Последний вечер мы провели в «синей церкви», на концерте капеллы из Японии. Вход был свободным, каждый желающий мог насладиться хоровым пением гостей из страны восходящего Солнца. Я слушала старательных японских исполнителей и размышляла о том, что они облетели половину земного шара, чтобы спеть в зале этого берлинского храма. Люди иной культуры, иных традиций, иной внешности пели в католическом храме… Кто оплатил их поездку? Кто их пригласил? Ответов на эти вопросы я так и не узнала, но получила ещё один урок мира и добра в волшебных стенах «синей церкви».

Интересные факты: Германия и немцы.

– Нет другого такого европейского государства, у которого было бы больше стран-соседей, чем у Германии.

– Немцы занимают первое место в мире по числу зарубежных поездок. Они совершают более 60 миллионов выездов в другие страны. – Немцы – заядлые путешественники.

– Дисциплина – такая же характерная национальная черта немцев, как и опрятность.

– Немцы очень трудолюбивы и добросовестны. Рабочий день у них начинается рано, в 6 или 7 часов утра, но и заканчивается тоже рано. Задерживаться на работе не принято. Сверхурочная работа расценивается, как неумение организовать свой день, уложиться в установленный график.

– Первый канцлер Германии Отто фон Бисмарк заложил основы социальной защиты граждан, впервые в мире создал социально-правовую конструкцию, называемую «модель Бисмарка».

– Сегодня Германия – страна с наименьшим уровнем антисемитизма в Европе.

– Городской транспорт во всей Германии движется строго по расписанию. По приходу автобуса можно сверять часы. Чёткая работа транспорта и вежливость водителей поражает многих туристов.

– На улицах Германии везде есть указатели и информационные таблички, которые помогают легко ориентироваться в незнакомом месте.

– Немцы издавна слывут культурной нацией. Они очень любят читать. Многие издательские сети даже в США принадлежат немцам. В стране более 300 издательств.

– Германия занимает ведущее место в мире по книгопечатанию, наряду с Китаем и Великобританией.

– Германская центральная библиотека по экономическим наукам (ZBW) в городе Киле – самая большая научно-экономическая библиотека в мире. Тематические приоритеты – народное хозяйство, экономика и организация производства. На основе этих фондов составляется онлайн-каталог ECONIS. Фонды предоставляются в распоряжение пользователей во всем мире через национальный и международный межбиблиотечный абонемент и через службы электронной доставки. К дополнительным услугам библиотеки относятся Виртуальная экономическая библиотека EconBiz и онлайн-справка EconDesk.

– В Берлине есть волшебный район – Музейный остров. Его называют по-немецки Museumsinsel, а по-английски – Museum Island. Этот объект внесён в список культурного наследия ЮНЕСКО. В сокровищницах острова воссоединены экспонаты из восточных музеев бывшей ГДР и западных музеев ФРГ. На одном пространстве сосредоточено пять крупных музеев.

– В Берлине два зоопарка, и вместе они – лидеры среди всех зоологических садов Европы по посещаемости.

– 2000 лет существует немецкое виноделие. Германия всегда среди ведущих стран мира по производству вина.

– Немецкий «Закон о вине» был введен в 1879 году. Это, пожалуй, самый строгий из всех существующих ныне винных законов.

– В Германии существует «Закон о чистоте пива».

– Пивной фестиваль Октоберфест длится обычно 16 дней. Проводится он в Мюнхене. Осенью 2010 года отметили 200-ый юбилей этого самого популярного пивного праздника.

– Немецкая «пивная» шутка: «После 8-ой кружки пива все иностранцы начинают говорить по-немецки!»

– В Германии производится несколько сотен сортов сыра и действует «Положение о сыре», устанавливающее его классификацию.

– Германия – родина колбасы.

– Первые шоколадные фабрики открылись в Германии.

– Профессия воздушных стюардов появилась именно в Германии. В 1928 году в экипажи стали включать третьего человека, кроме 2-х пилотов. Это был обязательно мужчина, обычно бывший официант дорогого ресторана. В его обязанности входило обслуживание пассажиров.

– Немцы очень ценят свои леса. Даже в центре Берлина, вблизи правительственных зданий, расположен большой лесопарк площадью около 200 га. Вся нация относится к лесам с большим пиететом. Считается, что среди хвойных деревьев живёт немецкая душа.

– Праздничная ёлка и Christmas-tree появились в Германии.

– Немцы любят маршевую музыку и духовые оркестры.

– Орёл – культовая птица для немцев. Он символизирует свободу, силу и стремление к совершенству.

## СЛОВАКИЯ и ЧЕХИЯ. Глава 9. Братислава, 1995 год. Словацкие зарисовки

Начну с анекдота! Российский бизнесмен возвращается на родину из командировки в Словакию. В аэропорту его встречает красавица жена. Они садятся в машину и едут домой.

– Ну, расскажи, как страна, как вас принимали, что делали? – спрашивает супруга.

Мужчина мечтательно улыбается и чувственно произносит только одно слово:

– Сливовица…

Жена ждёт пояснений, но муж молчит. Наконец, она не выдерживает и спрашивает:

– Ну, неужели это всё, что ты помнишь?

– Боровичка! – нежным полушёпотом выдаёт бизнесмен и сладко потягивается.

– На что ты намекаешь? – обижается жена. – Как это понимать? Ты мне изменял с этими женщинами?

– Изменял ежедневно! – легко винится муж.

Сливовица и боровичка – названия словацких водок, сливовой и можжевеловой. Они мягкие, вкрадчивые, ароматные, и редкий знаток алкоголя останется к ним равнодушным. Всякие деловые переговоры превращаются в тёплую дружескую беседу, если на столе красуются бутылочки с боровичкой и сливовицей.

* * *

Думаю, вы уже догадались, что в Словакии я была с деловым визитом! Командировка – тоже разновидность туризма!

В начале 90-ых годов ХХ века в мире происходили важные политические преобразования. Германия воссоединилась, да и вообще Центральная Европа тяготела к тесному сближению, а Чехословакия распалась на два суверенных государства. Я не успела побывать в единой стране, и посетила уже разрозненные государства.

Решение о разделе федерации было принято в июне 1992 года. После летних парламентских выборов лидеры победивших партий обсуждали такую возможность. Политиков мало беспокоил тот факт, что их избиратели в большинстве своём были против распада страны. Люди ждали национального референдума, но он так и не состоялся.

В 1918 году словакам отказали в праве на самоопределение, и они стали гражданами Чехословакии. Чехословакия просуществовала 75 лет, но успела подарить миру хоккейную команду, комедии киностудии «Баррандов», мотоцикл «Чезет» и грузовик «Татра». В 1992 году политики вдруг предоставили народу Словакии независимость, когда уже люди привыкли к иному укладу жизни.

Привет школьным учителям, утверждавшим, что роль народа в истории всегда превосходит роль личности! Иногда, и даже часто, сильным личностям удаётся решать судьбы целых народов в угоду своим амбициям, интересам и мировоззрениям.

Впрочем, Чехия и Словакия расстались мирно, бескровно, вполне цивилизованно и даже красиво – с шампанским и фейерверками. Официально днём образования новых государств объявили 1 января 1993 года. Люди встречали Новый Год и де-факто праздновали возникновение двух суверенных стран.

Однако всякие праздники завершаются и начинаются рабочие будни. Очень скоро в Братиславе поняли, что без помощи Праги им придётся туговато. Деловые круги Словакии приступили к поиску партнёров в дружественных странах. В сфере интересов, конечно же, была и наша российская держава – ведь это же огромный рынок сбыта товаров! Именно в этот период налаживания связей я и очутилась в Словакии.

Посольство Словакии в Москве превратилось в те годы в бизнес-центр. Там работали представители множества крупных и мелких предприятий новоявленной державы. Через посольство Словакии в страну активно приглашали представителей российского бизнеса. В одной из таких сборных делегаций я прибыла в Братиславу. Я не задумывалась, по каким критериям подбирали нашу группу. Предложение озвучили, и я не стала отказываться. Работа всегда служила мне окном в большой мир.

Итак, я отправилась в Словакию, смутно представляя, к чему всё это приведёт, чем лично я могу быть полезна словацким товарищам.

В аэропорту я познакомилась с пятнадцатью спутниками. Все съехались из разных городов России, а единственной женщиной в группе оказалась я. С первых минут мужчины проявляли благородство, учтивое, ненавязчивое внимание, и трудностей в общении не возникало.

Поездка носила ознакомительный характер со словацкими предприятиями-производителями товаров народного потребления. Словаки устанавливали новые торговые связи, и пытались очаровать нас своим радушием. Они как бы намекали, что сотрудничество с ними позволит чаще посещать Братиславу и наслаждаться национальным гостеприимством.

Всю делегацию поселили в гостинице с приятным и понятным русскому уху названием «Kyjev». Некоторым этот отель кажется слишком «совковым», но я бы так не сказала. Да, он выглядит высокой коробкой из стекла и бетона, но сервис, питание и отношение к гостям на хорошем европейском уровне. Мне одной выделили какой-то потрясающе большой номер с авангардным дизайном и удобствами. Пол в моей комнате был разноуровневый, с террасами, или уступами, покрытыми ковролином. Эти дизайнерские сооружения могли служить, чем заблагорассудится: подиумом, диваном, скамьей, полками для отдельных вещей.

Сам отель расположен в 10 минутах ходьбы от исторического центра, вблизи торговых улочек, что очень удобно. Из моего окна открывался изумительный вид, и я полюбила Братиславу с первого взгляда из своего номера. Каждое утро я наблюдала, как просыпался город, как таяла влажная туманная дымка над башенками и крышами домов. Братиславские крыши особенные. Какой бы ни выдалась погода, они неизменно радовали глаз и создавали приятный настрой. В основном преобладал красно-бурый цвет, но был и молочно-зеленоватый, виднелся бежевый, сливочно-кремовый. Скромная изысканность форм и романтическая палитра красок – такова панорама Братиславы.