Елизавета Шпац
Седьмая Канцелярия

Пролог

В кабинете начальника Штаба Паладинов было душно. Лучи солнца заливали комнату через окна эркера, выходящего на Мойку. В Петербурге стоял приятный солнечный весенний день. В воздухе медленно кружились частички пыли, переливаясь на утреннем солнце.

Константин наблюдал за парами, прогуливающимися по набережной реки, в ожидании начальника штаба. За окном повозки высаживали пассажиров, извозчики курили папиросы в ожидании новых седоков.

Сегодня у курсантов последнего года Императорской Академии Паладинов должен состояться прием в Зимнем дворце по случаю окончания Академии. Константин не любил приемов, но его ожидали на всех крупных раутах Петербурга, поскольку он был помолвлен с дочерью императора – великой княжной Ириной. Прием очень важен не только для Ирины, она так ждала свой выпускной бал, но и для менее знатных курсантов – не каждый день предоставляется шанс быть лично представленным членам императорской фамилии. Но для Константина сегодняшний вечер должен был стать пыткой – вежливые разговоры о балах и дальних родственниках, бесцельные переходы от собеседника к собеседнику, вопросы про будущее, бесконечно длящийся ужин с нескончаемой переменой блюд. Константин думал, что лучше бы слег дома с горячкой.

Начальник Штаба торопливо вошел в свой кабинет. Константин подумал, что вероятно его что-то задержало. В его привычки не входило опаздывать и заставлять ждать гостей. Матушка Константина всегда говорила, что его отец отличался крайней пунктуальностью и педантичностью. Но в этот день его что-то задержало.

– Констатин, вот ты где. Благодарю, что пришел, – он устало провел рукой по лицу, – Прошу извинить, что отвлекаю тебя от подготовки к приему.

Константин подумал, что он рад быть отвлеченным от приема. Подготовка только продлевает мучения.

– Здравствуйте, Отец. Вам известно, что я не любитель светских приемов, – Константин задумался, затем продолжил, – Вы кажетесь серьезным. Разве произошло что?

Дмитрий Александрович занял свое место за столом, затем нахмурился и продолжил медленно и низко.

– На севере была замечена активность чертей. Павел Федорович – руководитель первой Экспедиции доложил мне об этом. – Он переложил бумаги на столе, – Сейчас их совсем немного, буквально пара особей. Павел Федорович сказал, что до завтра ситуация может осложниться. Нечисть уже близко к деревням на том направлении. Я распорядился организовать эвакуацию населения. Но боюсь дело безотлагательное.

Константин ждал, пока тот продолжит.

– Свободных отрядов паладинов в Корпусе нет, все на заданиях. Мы готовили большую разведывательную экспедицию. Я хочу попросить тебя, Константин, взять это дело на себя.

Константин удивился. Раньше он ходил на задания только в составе отрядов с опытными воинами.

– Я собрал для тебя небольшой отряд – человек шесть и приставил к вам одного из опытных паладинов, чтобы приглядывал за вами – он будет руководить отрядом, – Отец посмотрел Константину в глаза, – Все должно быть сделано быстро и чисто. Это простое задание, твари глупы, вероятно они оголодали и пошли на поиск добычи. Перебейте их всех, и возвращайтесь к приему.

Константин насторожился, но почувствовал возбуждение. Сегодня он пойдет на свое первое самостоятельное задание. Он так долго ждал этого. Пару недель назад Константин и его сокурсники прошли квалификационную миссию и теперь от полноценного звания паладина их отделял только официальный выпуск из Академии. У большинства курсантов уже были приглашения на службу в охрану Императора, VII Канцелярию или Корпус Паладинов. Константин подумал, кому нужен этот императорский прием? У него появились дела поважнее.

– Конечно Отец. Сию минуту пойду подготавливаться!

Константин спешно поднялся с кресла и развернулся к двери. Он уже обдумывал, кого пригласит в отряд.

– Сын, – Константин развернулся к Отцу, – Будь осторожен. И прошу, вернись ко времени приема. Ты знаешь, как это важно для Ирины.

– Конечно, Отец.

Константин вышел из кабинета и направился вниз по улице в Академию в поисках Александра.

***

С приходом сумерек началась охота. Черти вылезали по ночам и разоряли деревни, особенно много их было в приграничной зоне. Все в отряде заняли свои позиции по периметру деревни, из которой эвакуировали всех жителей. Каждый держал свое оружие наготове и ждал. Константин держал в руке свою шашку, прислушивался, повторял про себя заученные наизусть сведения о чертях. Появляются в сумерках, источают запах помоев, много кричат, изгибают тела в странных фигурах. Чтобы убить черта нужно святое оружие паладина, скорость и самое важное благородная кровь.

– Идут, – послышался голос командира.

Константин перевел взгляд на лучшего друга, принявшего боевую стойку. Одна нога отведена назад, руки на уровне груди, пика смотрит острием вперед.

В своем черно-белом с вкраплениями золотого облачении паладина высокий Александр выглядел грозно. Сапоги выше колена с металлическими вставками делали его сильные ноги тяжелыми, как стволы древнего дерева. Мех на плаще развивался, подчеркивал острые скулы, темные волосы и голубые глаза. Друг внушал ему спокойствие, его вид будто говорил, что скоро все закончится и можно будет отпраздновать выпуск из Академии.

Александр повернул к нему голову, и уже собирался что-то сказать, но лишь кивнул с закрытым ртом. Понятно, за собственными мыслями Константин не заметил появление омерзительного зловония и отвратительной какофонии звуков. Александр все сделал правильно, нельзя издавать звуков до начала нападения, и Константин был благодарен товарищу за то, что тут вернул его в реальность. Черти наполнили деревню, шарили повсюду в поисках людей, которых они могли бы сожрать. Людей не было и твари начали это осознавать. Разъяренные отсутствием добычи, они начинали крушить все вокруг, некоторые нападали друг на друга, пытаясь разорвать на части. Несмотря на то, что у них иногда были проблески некоторого разума, назвать их хоть немного похожими на тех, же собак или других животных было невозможно. Ни одно существо, обладающее разумом не будет нападать на своего же с целью уничтожить.

Константин крепче сжал шашку в руке. Алексей – капитан их отряда, выпустившийся двумя годами ранее и уже ходивший в чине лейтенанта, изобразил жест рукой. Двумя пальцами указал на кучку уродливых тел сплетающихся друг с другом в борьбе.

Курсанты, стоявшие по кругу, увидев этот знак начали приближаться к цели. Шаги всех членов отряда должны быть синхронными. Продвигаться надо было медленно. Не издавая ни звука до тех пор, пока кольцо не сожмется достаточно, чтобы можно было разом напасть на врага. Вот, между отрядом и целью осталось меньше трех метров. Повезло, твари так были заняты терзанием друг друга, что не заметили приближающихся курсантов. Кивок от командира и началась атака. Светловолосая девушка, что стояла в круге напротив Константина со своим двуручным мечом, который она к удивлению легко держала, бросилась вперед желая разрубить чудище напополам, но то в этот момент изогнулось так, что под удар попал только хвост. Раздался ужасный визг, тварь повернула морду в сторону девушки, оскалилась и набросилась на нее.

Блондинки могло бы уже не быть в живых если бы не стоявший рядом с ней парень, вовремя метнувший кинжал. Небольшая потасовка привлекла внимание остальных чертей, они перестали грызться между собой и обратили свой взор на курсантов.

– Начали, – короткий приказ капитана.

Все как один прыгнули вперед, каждый своим оружием старался наносить смертоносные для чудищ удары. Перед ними было не меньше полдюжины чертей, для такого количества нечисти паладинов явно было недостаточно. То, что задумывалось как небольшая вылазка, перерастало в бойню. Некоторым не повезло сразу, и при первой же попытке атаковать, черти своими огромными лапами сломали им несколько костей. Константин видел нескольких бывших сокурсников, которые не встали с земли после встречи с нечистью. Для него было шоком осознавать, что для тех, с кем он тренировался многие годы, это был первый и последний бой.

Курсанты наносили удары, уклонялись. Рядом Александр всадил свою пику в голову монстра, пока еще трое мечами отрубили монстру лапы. Константин увидел как капитан отряда своим кнутом схватил одного из чертей за шею и поспешил к товарищу, чтобы обезглавить черта. Каждое касание святым оружием оставляло на чертях ожоги. Все складывалось хорошо, тварей было не так уж и много и курсанты вполне могли победить и выбраться живыми.

Послышался крик, когда Константин обернулся в сторону звука, то увидел черта прижимающего к земле одного из курсантов, тварь оскалилась и вцепилась бедолаге в руку. Курсант мечом в другой руке попытался нанести удары, но его попытка провалилась, когда тварь откусила ему руку и отбросила ее.

– Что-то не так, – голос Александра раздался позади Константина.

– Обычно черти сразу пожирают плоть, а не просто отгрызают ее, – сказал Алексей.

Все напряглись, в воздухе вдруг появился приятный цветочный запах. Как будто они стояли не в центре пустой деревни в Карелии, а где-нибудь в садах Петергофа. Запах все усиливался, Константин оглядел своих товарищей. Ему казалось, что сейчас произойдет что-то ужасное, чувство страха обострилось, интуиция велела бежать. Но вместо этого он, да и все остальные стояли на месте. Черти переслали атаковать, замерли на месте и обратили свой взор на паладинов. Их горящие глаза гипнотизировали. Многие воины бросили свое оружие, внезапно начала дрожать земля. Некоторые курсанты попадали на землю и забились в конвульсиях. Те, кто устоял на ногах понеслись к ближайшим домам, чтобы залезть повыше. Он обернулся, демоническое отродье в упор смотрело на него. Тварь шевелила губами, из ее пасти вылетали странные режущие слух звуки. Стало жарко.

– Огонь! – крикнул парень, забравшийся на крышу одной из лачуг.

Несколько зданий вокруг них были объяты пламенем. Но как? Мгновение назад ничего не было. Константин с товарищами оказались втроем на одной крыше. Пожар распространялся быстро, из-за дыма уже было нечем дышать и мало что было видно. Константин закашлялся, он пытался найти Александра, хотел быть поближе в другу в такой опасный момент, но не мог. Пока курсанты пытались всеми силами спастись от стихии, твари все смотрели на них, некоторые из них стали приобретать черты людей. Они выпрямились, встали на задние лапы, хвосты исчезли, головы стали меньше и напоминали человеческие.

Пламя все приближалось, дышать становилось все труднее. Константин кашлял, крыша дома на которую он забрался провалилась. Было больно, кажется он что-то себе сломал, залечить быстро не получится. Все силы уходят на то, чтобы не задохнуться.

Сквозь дыру в крыше он увидел Александра, который что-то кричал ему, друг хотел было спрыгнуть к нему, но Константин покачал головой, давая понять, что товарищ должен спасти себя. Александр посмотрел на него с сожалением, Константин услышал голос командира, зовущего Александра. Он моргнул, когда открыл глаза друга уже не было видно.

«Миссия провалена» – подумал он. Дышать становилось все труднее, Константин направил все силы на то, чтобы не заснуть. Он надеялся, что когда пожар потушат, его найдут и он сможет восстановить силы.

Последнее, что увидел Константин перед тем, как провалиться в темноту, было бледное золотое свечение солнца.

Глава 1: Весенний день сменяла тьма

Я медленно сходил с ума

У двери той, которой жажду.

Весенний день сменяла тьма

И только разжигала жажду.

Александр Блок

Константин медленно открыл глаза. Его окружала темнота. Он попытался встать, или хотя бы сесть, но каждый уголок его тела поглощала тупая ноющая боль. Юноша не понимал, где он находится. Он лежал на холодной мокрой земле. Откуда-то сверху был слышен звук капающей воды. Паладин снова почувствовал слабость и закрыл глаза.

Вновь очнувшись, Константин не знал сколько времени прошло. Он подумал об Александре. Где он? Жив ли он? Смог ли выбраться? Константин не ожидал, что на задании будет так много бесов. Отец говорил, что их всего пара особей. А что насчет остальных паладинов из их отряда? Что стало с ними? И где находится сам Константин? Все эти вопросы кружились в голове юноши как неутомимый вихрь.

Паладин вновь попытался встать. Боль немного утихла, но ногу все еще пронзала острая резь при движении. Он вспомнил себя на крыше. Должно быть кость сломана. Константин смог сесть, оперевшись о каменную стену, и осмотреться. Его глаза понемногу привыкали к отсутствию света. Темноту немного рассеивал бледный теплый свет. Константин не мог понять день сейчас или ночь. При свете юноша смог лучше рассмотреть место, в котором находится. Небольшое пространство, размером с каморку, с неровными влажными каменными стенами, похожее на пещеру. Наверху была щель, через которую и проникал свет. Константин осмотрелся – справа от него находились прутья решетки. Паладин понял, что находится в неком подобии темницы. Но как он отказался здесь и чей он пленник? У него не было однозначных ответов на эти вопросы. Последнее, что всплывало в памяти о битве, было пламя и дым, легкие в агонии и взгляд Александра, который не хотел оставлять друга.

Константин не знал, сколько времени он провел здесь. Как долго он пробыл в беспамятстве? Что известно о его судьбе родным в Петербурге? Мыслит ли его матушка, что потеряла единственного сына? А отец, разочаровался ли он в нем как в сыне и как в паладине? Ирина…она наверное не находит себе места из-за пропажи жениха. Александр, как предполагал Константин, хорошо зная природу друга, вероятно винит себя в неудаче их предприятия. Константин конечно не винил его. Он вовсе никого не винил. В том что случилось не было ничьей вины. Можно было бы сложить это бремя на чертей, но нечисть неразумна и не обладает даром сознания. Невозможно винить безумных голодных существ, они не ответят за свои деяния пред законом или Богом.

Константин подумал о своих дальнейших действиях. Уйти он не мог, он не знал где он находится, да и со сломанной ногой далеко не убежать. К тому же, в какой-то момент он лишился своих сапог. Это помимо того, что он за решеткой. Потому он решил восстанавливать силы. Паладин надеялся, что рано или поздно появятся те, кто его удерживает, и тогда он сможет лучше оценить ситуацию. А до тех пор, он поудобнее сел, оперевшись о стену, и закрыл глаза.

В мыслях юноши то и дело всплывали обрывки воспоминаний из Академии. Вот они с Александром тренируются на шпагах солнечным осенним днем – у его друга получалось гораздо лучше, чем у самого Константина. Вот уже они сидят на занятии у профессора – престарелого паладина с боевым шрамом на щеке. Он рассказывал им про священное предназначение паладинов – защищать людей от нечисти. Никто уже и не помнил, как именно появились бесы и черти – прошло почти три сотни лет. В Академии им пересказывали легенды – о черном дне, когда захворал скот и другие животные. Они стали неуправляемы, начали нападать на людей. Их облик стал пугающим. Умертвить их не получалось, они обрели необычайную силу. Вскоре случилось страшное – начали заболевать дети. Сраженные непостижимой проказой, они стали меняться, проявлялась чрезмерная вспыльчивость и агрессия. Они страдали от неутолимой жажды и голода, а также лихорадки. Затем у них появились метки на теле. Их стали именовать проклятыми. Церковники пытались совладать с напастью, но бог не смог им помочь изгнать бесов из детей. Они стали забывать свою человеческую натуру, не узнавали родных и были неуправляемы. У них появилась невиданная ранее сила. Но не все дожили до этого, многие умерли от лихорадки. Тогда было принято решение обезопасить народ от бесов, заточив их в отдаленном монастыре в глухих лесах Карелии.

Тогда же, первый из Романовых призвал знахаря, который дал ему лекарство, позволяющее обезопасить себя от проказы. Лекарство имело неожиданные последствия. Принявшие его обретали физическую силу и выносливость, не были подвержены разным хворям и могли пользоваться оружием из особого белого железа, которое обжигает чертей и бесов. В руках простых людей и петардов такое оружие всего лишь обычная железка. С тех пор, потомки тех, кто получил лекарство, стали именоваться паладинами и приняли на себя священный долг защищать людей от нечисти.

Константин вспоминал, как в детстве отец рассказывал ему про то, какая честь быть носителем дара и держать оружие во имя святой клятвы Паладинов. Как он гордился сыном, когда тот поступил сначала в училище, а затем в академию. Как рассказывал ему предания о героических подвигах знаменитых паладинов. Юноше стало тепло от далеких воспоминаний детства и он задремал.

***

Алиса сильно нервничала, стоя перед дверью в кабинет начальника Академии. За два года обучения она впервые была в приемной этого человека. Раньше она видела его только на построении, посвященном началу учебного года и на разных празднествах, устраиваемых академией. Ей всегда говорили, что обычным курсантам нельзя даже находится в одном помещении с членами Императорской династии.

– Курсант Бессонова, пожалуйста, проходите. Его Сиятельство ждет Вас.

Алиса вошла в кабинет начальника. Он был большим и темным, из-за чего девушка почувствовала сильное давление. Света почти не было, несмотря на большие окна, вся мебель: стол, кресло, книжные шкафы были темного цвета. Хоть девушка и была взволнована из-за внезапного приказа явиться к главе Академии, настроение у нее до этого момента было приподнятое. Мысль о предстоящем выпускном бале и настоящих миссиях по истреблению чертей будоражила ее. Теперь же она чувствовала как вся радость покидает ее.

– Алиса Бессонова, верно? Проходите, – обратился к ней мужчина средних лет. У него были русые волосы, к ее удивлению еще не тронутые сединой, и голубые глаза всех чистокровных паладинов. Сам он был высоким и одет во все черное – форму высших чинов Канцелярии, так что сливался с обстановкой кабинета. Вот только это был не начальник Академии, а руководитель Штаба Паладинов – князь Алединский. Зачем же он приехал сюда и пригласил ее? Алиса немного замялась но прошла вперед и присела на кресло, на которое указывал князь.

– Госпожа Бессонова? Занятная, однако, фамилия, – молодой голос прозвучал позади нее.

Алиса обернулась в сторону говорившего. Позади нее, возле книжного шкафа стоял молодой мужчина на вид немногим старше двадцати пяти лет. Голубоглазый коротко-стриженный блондин, прямой нос. Длинные ноги и руки, абсолютно прямая спина – военная выправка. Он смотрел на нее в упор, немного сдвинув брови и улыбаясь. Было понятно, что замечание показалось ему забавным и он оценивал ее, одновременно гордясь своим остроумием.

– Ваше Императорское Высочество! – Алиса вскочила и отдала честь, как и положено курсанту.

Улыбка молодого человека стала шире, но он тут же сделал серьезное лицо. Увидеться с начальником Штаба Паладинов уже необычно, а от того, что в комнате присутствует еще и наследник трона, цесаревич Андрей, девушке стало не просто не по себе, она испытывала самый настоящий страх. Что от нее могло понадобиться Императорской семье?

– Есть догадки зачем Вас сюда пригласили, курсант Бессонова? – спросил Дмитрий Александрович. Наследник все продолжал улыбаться.

Алиса подумала, что с лица этого человека улыбка не сходит никогда. Он может хмурить красивое лицо, но говорит с задором в голосе. Остальные представители знати на ее памяти всегда были крайне сдержаны.

– Никак нет, ваше Сиятельство, – четко произнесла девушка.

– Присаживайтесь, оба, – строго сказал Алединский. Андрей спокойно, продолжая улыбаться, сел в кресло напротив начальника. Дмитрий Александрович перевел взгляд на девушку.

– Речь пойдет о вашем назначении, курсант. Андрей Михайлович, прошу, расскажите, зачем вы здесь.

– Курсант Алиса Сергеевна Бессонова зачисляется в Столичный военный корпус.

Алиса перевела взгляд на наследника, не веря в то, что он говорит. Обычно в Столичный корпус брали только опытных бойцов, ведь им предстояло помимо сложнейших миссий, охранять царскую семью. Кроме того, огласить кто из курсантов куда зачислен должны были только в конце сегодняшнего бала.

– Ничего не понимаю, – девушке казалось, что она изумилась лишь в своих мыслях, как вдруг ей ответил начальник Штаба.

– Что тут непонятного? Вы продемонстрировали талант, несвойственный людям вашего происхождения. Такими кадрами нельзя разбрасываться, гордитесь, что сам наследник обратил на вас внимание.

Алисе было не привыкать к тому, что вся похвала в ее сторону сопровождалась ремарками о ее происхождении. Считалось, что если благородная кровь паладинов смешивалась с обычной, то воин становился менее способным. Алиса считала своим предназначением показать, что это суждение крайне неверно.

– Курсант Бессонова, – наследник было хотел продолжить, но Алиса оборвала его.

– Зовите меня по имени, пожалуйста.

– Алиса, – произнес Андрей с такой теплотой, словно ее имя было наполнено теплотой солнечных лучей, – Начиная с сегодняшнего вечера вам надлежит отправиться в Зимний дворец для исполнения своих обязанностей по защите Великой Княжны Ирины Михайловны Романовой, – закончил он уже строго, сурово смотря на девушку.

Защита Княжны? Алиса уже было подумала, что ей выпадет честь сражаться с одним из бесов, может быть даже из числа демонической знати. Ей хотелось верить, что раз ее талант признали, унизительный статус байстрюка отвяжется от нее. Но вместо этого ей поручили быть просто служанкой.

С Ириной она была не особо знакома. Императорская дочь училась с ней на одном курсе, но как поговаривали, особым талантом не блистала. Вместо этого, она была поглощена общением со своим женихом, Константином Алединским. Иногда Алиса думала, что и в академию Ирина поступила ради него.

– Курсант Бессонова, вы принимаете назначение? – холодно спросил начальник Штаба.

– Так точно, Ваше Сиятельство, принимаю, – ответила Алиса. Она стремилась стать хорошим воином, на тренировках представляла себя паладином из легенд – рыцарем спасающим страну. Девушка училась и упражнялась, чтобы однажды пополнить ряды Канцелярии, но ей предстояло облачиться в форму императорской гвардии и стоять на посту, пока все будут веселиться. Ей стало грустно, Алиса чувствовала, будто стала паладином лишь на половину. Забавно, ведь с рождения ей не хватало лишь половины, чтобы быть как все. Ее назначение на церемониальную должность делало невозможным ее мечту стать паладином в действии. Неужто ее хотели списать со счетов?

***

Ее Императорское Высочество Ирина готовилась отбыть в Зимний дворец. Наконец-то, два года бесконечных занятий по демонологии и тренировки закончились. Молодая княжна быстро ходила по комнате, собирая по разным углам свои вещи. Слуг в стенах академии иметь не допускалось, все курсанты были равны между собой. Хотя Ирина прекрасно понимала, что даже среди равных есть первые. Зная ее происхождение, преподаватели, и другие кадеты относились к ней с некоторым воодушевлением. Были многие, кто старался сблизиться с девушкой в надежде поднять положение своей семьи, что было обыденно для представителей менее знатных семей

Однако же, несмотря на предвзятое отношение, Ирина старалась быть образцовым курсантом и доказать, что независимо от высокого происхождения она может быть достойным воином и защищать свою страну.

Великая княжна чувствовала предвкушение, бал был крайне важным событием. Как курсант она редко могла выходить в свет, но сейчас появилась возможность продемонстрировать себя. Для нее уже приготовили прекрасное платье, фрейлины помогут с прической, а матушка выбрала колье с сапфирами из императорской коллекции украшений.

Сегодняшний вечер будет знаменателен, поскольку ей должны торжественно представить ее личную охрану. К членам семьи правящего Императора всегда приставляли одного из паладинов в качестве драбанта.

Ирина понимала, что эта традиция должна быть соблюдена для спокойствия ее родных, но она чувствовала досаду из-за того, что даже со всей подготовкой в Академии, она не сможет стать полноценным паладином и защищать свой народ.

Саквояжи были уже собраны и девушка присела на кровать, в ожидании брата. Ей сообщили, что цесаревич прибыл в Академию по важному делу, и во дворец они поедут вместе.

Без разбросанных то тут, то там книг комната выглядела пустовато. Кровать, на которой сидела девушка, письменный стол, крохотный комод и вешалка для формы, стоявшая возле двери. У курсантов не было много одежды, все, что им позволялось иметь это несколько рубашек, брюк и нижнее белье. Насчитывалось довольно много книг, но даже так сборы не отняли у Ирины много времени.

Смотреть на серые, пустые стены было невыносимо тоскливо, но кадеты не могли просто так выходить из комнат, покидать их разрешалось только ради занятий и тренировок. Были проказники, нарушавшие устав Академии, но дочь императора к ним не относилась, а потому покорно сидела и ждала когда же придет ее старший брат.

Через несколько минут дверь отворилась, и в комнату вошли двое. Это были ее брат Андрей и Алиса Бессонова. Алису знали все курсанты. Несмотря на свое происхождение, она была одной из лучших на их курсе. Кроме академических успехов, девушка обладала завораживающей внешностью. Длинные рыжие волосы, которые она обычно заплетала в тугую косу во время тренировок, и вздернутый нос, придававший ей высокомерный вид. Невысокая и стройная, она была обманчиво хрупкой, но Ирина знала, что за внешней деликатностью скрывается недюжая сила. Самым заметным во внешности Алисы были ее глаза – один голубой, другой зеленый – символ ее происхождения.

– Здравствуй, сестрица, – сказал в качестве приветствия Андрей. Алиса же кротко кивнула головой в знак приветствия, – Как ты знаешь, тебе положен паладин в качестве личной охраны. Это назначение получила Алиса.

Глаза Великой княжны на секунду расширились в изумлении, затем она нахмурилась, явно что-то обдумывая. Несколько мгновений Ирина смотрела на рыжеволосую девушку. Алиса же чувствовала себя экспонатом и надеялась, что сейчас княжна выскажет свое недовольство ее кандидатурой, но этого не случилось.

– Очень рада этой новости, – сказала Ирина, – полагаюсь на вас, паладин.

Алису впервые назвали паладином, и в других обстоятельствах она была бы рада, но сейчас ей казалось, что цесаревич с сестрой просто издеваются. Эмоциональные потрясения этого дня порядком измотали девушку, ей очень хотелось закурить, но она не могла позволить себе такое при членах императорской фамилии.

– Прошу вас, ваше императорское высочество, называйте меня по имени, – Алисе казалось странным, что сокурсница, с которой они тренировались, хоть они и не были хорошо знакомы, обращается к ней столь официально.

– Думаю нам уже пора ехать во дворец, – вмешался князь Андрей. Цесаревич явно знал, когда стоило сменить тему разговора, – Полагаю, ты уже собралась?

– Да. Вещей не было в избытке, – ответила княжна.

– Прекрасно. Я распоряжусь, чтобы твои вещи отнесли в экипаж. Можете пока прогулятся с Алисой.

– Но правила Академии запрещают курсантам разгуливать по территории за исключением учебы, – княжна произнесла это с крайне серьезным выражением лица, на что Алиса подняла брови и переглянулась с цесаревичем.

– Полагаю, начальник Штаба закроет на это глаза. Идите! – приказал он.

Алиса вышла из комнаты, за ней поспешила Ирина. Обе девушки не могли представить куда направиться. Ирина не знала куда ходят курсанты по личным делам, а Алиса не могла себе представить, что приведет в одно из таких мест дочь императора.

– Библиотека? – предложила Алиса.

– Конечно, – ответила княжна. Поистине, за время обучения, она порядком устала от книг, но другого варианта придумать не могла. Библиотека находилась не так далеко от жилых комнат, а значит путь в неловком молчании будет недолгим. К тому же, большинство курсантов заняты подготовкой к балу, поэтому говорить они смогут свободно, не боясь подслушивания. По пути, как и следовало ожидать, обе девушки не проронили ни слова, только изредка бросая друг на друга оценивающие взгляды. Войдя в здание библиотеки, они, не сговариваясь, пошли к самым дальним стеллажам с книгами и присели за стол.

– Вынуждена признаться, я в растерянности. Не ожидала, что моим драбантом станет девушка. Однако, я нахожу это достаточно интересным решением, – первой заговорила Ирина.

– И вас не смущает мое происхождение? – обе девушки понимали, что им придется затронуть эту тему. Ирина думала, что Алисе будет сложно говорить об этом, но, вопреки ее ожиданиям, паладин сразу перешла к делу.

– Я не испытаваю ненависти к байстрюкам. Ты талантливый паладин. Думаю, брат назначил тебя на эту должность, чтобы продемонстрировать как недальновидны придворные по отношению к людям за пределами их круга.

– Выходит, мое назначение это способ Его Императорского Высочества утереть кому-то нос? – Алиса чувствовала, как в ее венах закипала ярость. С каждой секундой она была все ближе к тому, чтобы убежать в свое укромное место за конюшней и закурить.

– У него большие планы на свое правление. Чем раньше он начнет демонстрировать подданным свои ценности, тем меньше сопротивления они потом вызовут, – княжна вдруг стала очень серьезной и посмотрела в глаза Алисе, – Мы не очень хорошо знакомы, но я полагаю, он сделал правильную ставку, начав с тебя. Так что, ты хочешь отказаться от обязанностей моей стражницы?

– Я уже приняла свое назначение в ряды Архангельского полка. Дороги назад для меня нет, – твердо сказала Алиса.

– Предлагаю тебе один вечер. Проведи его в качестве моего драбанта, затем ты сможешь принять решение. Уверяю тебя, работа не пыльная, тем более сегодня бал. Это не должно тебя затруднить, затем решишь, будет ли тебе угодно остаться со мной. Если захочешь отказаться от назначения, я поговорю с братом – он обеспечит твой перевод в другой полк. Согласна?

Алиса не понимала, к чему ведет Ирина. Ее пытались искусить простой работой? Алиса хотела боевых заданий, а не сопровождать великую княжну на мероприятиях в высшем свете. Ей открывалась перспектива – потерпеть один вечер, чтобы потом вступить в ряды настоящих паладинов. Это казалось выполнимым.

– Согласна. Один вечер, – Алиса хитро улыбнулась.

Глава 2: Страх последней разлуки

Лишь одно, перед чем я навеки без сил, —

Страх последней разлуки.

Я услышу холодное веянье крыл…

Я не вынесу муки.

Зинаида Гиппиус

Выпускной бал был самым унылым мероприятием на памяти Алисы. Дворяне медленно и вальяжно передвигались по залу с фужерами шампанского. Многие из них даже не притрагивались к напитку, только лишь держали бокалы как причудливые побрякушки. Гости беседовали друг с другом, не проронив ни единого искреннего слова. Девушке показалось, что она находится не в настоящем дворце, а в одном из шаров со снегом, которые можно увидеть на торговых рядах в рождественскую пору – все сверкает, переливается, но не дышит. Она внезапно почувствовала облегчение, что не родилась в мире чистокровных дворян и ей нет необходимости посещать такие приемы регулярно. Иначе, она бы давно умерла со скуки.

Чтобы занять себя хоть чем-то, Алиса разглядывала убранство бального зала, в котором проходил прием. Интерьер помещения выглядел торжественно, но при том утонченно. Высокие сводчатые потолки с рельефным орнаментом, обрамленные колоннами, которые были увенчаны скульптурами античных муз. Свет от золотых люстр рассыпался по залу, как лучи полуденного солнца, и отскакивал от бокалов и украшений гостей.

Паладин была рада, что ей не пришлось надевать неудобное, сковывающее движения, платье. Будучи драбантом, она облачилась в торжественную форму курсантов Академии Паладинов – темно-синий мундир с воротником-стойкой, украшенный гербовыми пуговицами, изображавшими Георгия Победоносцы, юбка амазонка и фуражка с голубым околышем. Мундир Архангельского полка для девушки изготовить еще не успели, но она сомневалась, что это понадобится – она не собиралась долго задерживаться в роли драбанта Великой Княжны.

Алису утешала мысль о том, что это ее первый и последний такой прием. Ей не терпелось сжать покрепче рукоять бебута и кинуться в бой, вместо того, чтобы исполнять роль декорации на помпезном балу. Мало того, что выпускной из Академии Паладинов знаменательное мероприятие, так к тому же в настоящем году одной из выпускниц является дочь императора.

Паладин перевела взгляд на свою подопечную. Княжна Ирина неторопливо перемещалась по залу под руку с Великим Князем Андреем Михайловичем. Нежно-голубое платье со шлейфом струилось за ней как весенний ручей. Колье с сапфирами слегка мерцало под мягким светом свеч, а вторили ему ярко-голубые глаза Ирины. Царевна вежливо улыбалась гостям и была учтива, но у Алисы было ощущение, что девушку что-то тревожит, хотя Ирина и пыталась казаться спокойной Княжна то и дело переводила глаза на большие парадные двери бального зала, и все крепче сжимала руку брата.

Первая партия танцев закончилась мазуркой еще до ужина, после которого гостей пригласили немного передохнуть, и затем приступить к котильону. Однако, этому танцу не суждено было случится сегодня.

Величественные двери с грохотом распахнулись. Все присутствующие в зале резко повернулись на звук. В зал вошел человек, которого Алиса не смогла узнать, настолько он был грязен и взъерошен. Но девушка узнала черно-белую форму паладина, которую сама стремилась когда-нибудь носить с честью. Точнее, новоприбывший гость был облачен в то, что от нее осталось. Форма его была покрыта смесью крови и грязи. Мех, недавно украшавший боевое одеяние, был мокрый и потрепанный. Алиса не знала, что произошло с паладином, но ее чутье говорило, что случилось что-то страшное.

Вошедший окинул глазами бальный зал и остановил взгляд на начальнике Штаба Паладинов – князе Алединском.

– Все пошло не так. Их было слишком много. Алексей скорее всего мертв, – кротко и строго провозгласил гость. Алиса подумала, что ей знаком этот голос.

Глаза князя на секунду расширились, но он тут же нахмурился и пристально посмотрел на говорившего. Создавалось ощущение, что разговор происходит только между двумя мужчинами, и пара сотен гостей в зале будто не существуют.

– Константин. Что с Константином? – сдерживая дрожь в голосе спросил князь Алединский.

– Я не знаю, – покачал головой гость и опустил взгляд в пол, – Мне неизвестна его судьба.

Теперь Алиса узнала гостя. Это был ее однокурсник – Александр Врасский, один из лучших курсантов Академии. Он был близким другом Константина. Но она не понимала, что пошло не так? Кого было слишком много? И почему Александр одет в боевую форму паладинов, если он еще не назначен ни в один полк. Он не мог просто так пойти в бой, не будучи частью отряда.

Вдруг девушка услышала женский вздох. Повернувшись, она увидела, как Княжна Ирина закрывает рукой в перчатке приоткрытый от испуга рот. Другой рукой она все крепче держалась за брата. Казалось, что если бы не Андрей, царевна бы опустилась на отполированный паркет зала. Ее глаза быстро наполнялись слезами.

“Конечно” – подумала Алиса, – “Константин ведь ее жених”.

– Дмитрий Александрович, почему бы вам не продолжить этот разговор в менее людном месте. Вы можете занять мой кабинет, – спокойно сказал Император Михаил. – Андрей, – добавил он тише, – позаботься об Ирине.

– Курсант Врасский, за мной в кабинет, – приказал начальник Штаба. Александр мгновенно исчез за дверьми зала, за ним последовал и князь Алединский.

– Алиса, – она услышала мягкий голос Андрея возле себя, – Следуй за нами.

Алиса двинулась к выходу из зала, не отставая от Ирины и Андрея. Князь буквально волок сестру за собой, ибо она не могла идти сама на дрожащих от потрясения ногах.

***

Александр вошел в богато украшенный кабинет Императора вслед за Начальником Штаба Паладинов. Дмитрий Александрович быстро и уверенно прошел на место во главе стола, не выдавая своего волнения, и занял уверенную позу, как будто готовясь к важным переговорам. Александр занял место гостя в одном из обитых бархатом стульев по другую сторону стола. Вскоре в кабинет вошли еще два человека – помощник Начальника – Павел Колокольцев и начальник Четвертой Экспедиции – Петр Георгиевич Брыдин. Его внешность удивительно соответствовала роду его деятельности. Это был грузный мужчина высокого роста с военной выправкой. Лицо его было грубым, а орлиный нос всегда немного приподнят в пренебрежении. Его глаза постоянно были прищурены и как будто искали во всем подвох или стремились поймать собеседника на лжи – издержка профессии. За годы работы в Четвертой Экспедиции, деятельность которой заключалась в осуществлении расследований, поиске и поимке дезертиров и сочувствующих, ее начальник стал самым подозрительным человеком в Империи. Больше всего он не терпел сочувствующих – тех, кто испытывал симпатию и водился с нечистью. Поговаривали, что к ним он применял самые бесчеловечные методы допроса, ибо уже не считал их за людей.

Александр подумал, что за Колокольцевым и Брыдиным должно быть послали по просьбе Императора, пока они проделывали путь из бального зала до приемной.

– Итак, – сказал Дмитрий Александрович, когда трое мужчин расположились в кабинете, – миссия, которую я сегодня инициировал была провалена. Предполагается, что есть погибшие. На данный момент всех членов отряда прошу считать пропавшими при исполнении долга, – он на секунду угрюмо посмотрел куда-то между головами собравшихся. Наверное позволил себе на секунду подумать о судьбе единственного сына.

– Врасский, от вас жду подробный письменный доклад о произошедшем, прошу включить даже мельчайшие детали. Любая мелочь может иметь значение, – он продолжил, демонстрируя удивительное самообладание, – Петр Георгиевич, вам поручаю немедленно начать расследование инцидента и предоставить доклад о погибших. Господин Колокольцев, сейчас же оповестите первый отряд Четвертой Экспедиции о приказе начать подготовку. Нам необходимы лучшие кадры, – он четко отдал приказы. Александр подумал, что он похож на главнокомандующего в ставке во время военных действий.

– Все свободны. Доклады жду в своем кабинете к полуночи, – произнес Начальник Штаба, а затем встал с кресла и подошел к окну, задерживая взгляд на Неве. Его тон не предполагал возражений, а потому все собравшиеся тут же направились выполнять поручения. Александр же решил задержаться.

– Ваше Сиятельство, – обратился к нему юноша, – позвольте присоединиться к Экспедиции. Мои наблюдения как очевидца могут быть полезными при расследовании.

На самом деле Александра не столько волновал успех расследования, сколько судьба его верного друга. Ему необходимо было знать, жив ли Константин, и если да, то какова его судьба. Юноша знал, что не сможет оставаться в стороне, пока его друг возможно в беде.

Дмитрий Александрович на мгновение отвернулся от окна и окинул взглядом Александра. Его взгляд был полным горечи и волнения. Перед Александром предстал отец, скорбящий о пропавшем сыне.

– Так и быть. Передай графу Брыдину, что это мое распоряжение, – бросил он тихо и вновь зафиксировал опустевший взгляд на темных водах Невы. Александр тихо вышел из кабинета и закрыл за собой тяжелую дверь. Теперь он мог отправиться на поиски Константина – живого или нет.

***

По всей деревне в разных позах лежали тела его товарищей. Александру стало дурно. Всего день назад все эти юноши и девушки были живыми и полными надежд паладинами. А сейчас у многих были оторваны части тела. Глубокие неровные раны свидетельствовали скорее даже о том, что руки и ноги были не просто вырваны, а отгрызаны. Глаза и рты у большинства были открыты, в них можно было увидеть боль и агонию последних мгновений жизни погибших. Рядом с телами лежало оружие, которое не помогло им в бою с нечистью. Кровь была везде: на одежде, земле, зданиях. В воздухе чувствовался металлический запах, при каждом вздохе он оседал в легких.

Члены разведывательного отряда Четвертой экспедиции, прибывшие на место происшествия, были в недоумении. Не понимал, что происходит и сам Александр. Странным было именно большое количество погибших. Все паладины точно знали, что черти не оставляют после себя тел.

– Врасский, говоришь здесь был пожар? – спросил один из сыщиков, которых направили на расследование. Это был высокий мужчина, лет тридцати, с русыми волосами и пронзительными глазами. Греческий профиль, сильная шея, мощные руки с крупными ладонями и длинными пальцами. Такой запросто мог завалить несколько чертей без оружия. Торс и ноги тоже были могучими, от его шагов в рыхлой земле оставались глубокие следы. Александр подумал, что именно так выглядели богатыри. По нему было видно, что на службе он уже довольно долгое время. Сыщик внимательно осматривал деревню, не обращая внимания на трупы, очевидно он был привычен к виду смерти.

– Так точно, господин Вешняков, – члены отряда сначала взглянули на него, затем осмотрелись и вновь перевели взгляд на Александра.

– Что-то не похоже, – сказал молодой мужчина. Это был Иван Кайсаров – имеющий яркую репутацию молодой человек, которого знали все курсанты Академии знали. Он работал в Четвертой экспедиции и славился двумя вещами: В девятнадцать лет он был самым молодым сыщиком; но несмотря на возраст, был знаменит своей жестокостью на допросах, – Оглянись, разве ты видишь здесь следы пожара?

Только сейчас Александр понял, что же было не так. Все время, что они находились в деревне он был поглощен ужасным зрелищем тел и не замечал, что вокруг нет ни запаха гари, ни пепелища, ни сожженных домов. Все в деревне выглядело также, как в тот момент, когда сюда пришли новоиспеченные паладины. Александр бросился к одному из зданий. Это оказался хлев, небольшое деревянное строение, с треугольной крышей и маленькой дверью. Оно должно было сгореть дотла за пару минут. Именно на это здание забрались они с Алексеем и Константином. Когда курсанты пытались уйти от огня, Константин упал сквозь дыру в крыше. Александр намеревался спасти друга, но Алексей остановил его – пламя было уже близко. Он помнил как Алексей столкнул его с крыши хлева, который вот-вот должен был обрушится. Тогда Александр упал на землю, но быстро поднялся и побежал к месту, гду они оставили лошадей. Он вспомнил, что слышал позади себя, как кто-то сильно кашлял. Должно быть, Алексей задохнулся. И сейчас войдя в хибару, Александр ожидал увидеть тела двух своих товарищей, но на деревянном полу лежал лишь один Алексей. В его груди была колотая рана, словно его пронзили мечом. Александр посмотрел наверх, в полотке действительно была дыра, должно быть вслед за Константином в нее упал и предводитель их отряда, но откуда тогда рана?

В хлев зашел Иван, осмотрелся и подошел ближе к телу Алексея, что-то рассматривая.

– Его убили явно не черти. Интересно кто-же… Но еще более интересно, почему здесь нет тела Алединского? Может ли быть такое, что он сбежал? – с недоверием произнес Кайсаров.

– Я точно помню как Константин упал с крыши – Александр кивнул головой вверх, в сторону прохудившейся крыши. – Он был измучен сражением, и попытками спастись от огня, и вряд ли смог бы куда-то уйти.

– Куда же он тогда делся? – Иван смотрел на него с подозрением.

– Не имею понятия, но раз мы не нашли тела, стоит отправиться на поиски, – голос Александра был твердым. Он почувствовал облегчение и надежду, что его друг все еще жив. – Быть может, черти утащили его куда-то.

– Черти подобным не занимаются, – возразил сыщик. У Александра усиливалось ощущение, что он на допросе.

– Тела они тоже после себя не оставляют – парировал Александр. – Может здесь был один из бесов? Во время боя черти странно себя вели. В один момент они прекратили нападать, будто кто-то отдал им приказ. В этот же миг начался пожар, черти на такое не способны, но способны бесы, владеющие магией. Может они и забрали Константина? Нам стоит идти дальше к границе, там могут быть зацепки.

– Допустим ты прав, но приближаться к границе опасно. И если все так, как ты говоришь, то это дело переходит уже в ведение Первой экспедиции. Нас сюда послали разобраться, что произошло. Пока все выглядит как будто несколько новичков не справились с заданием, за что и поплатились. Ничего необычного, соберем трупы, отправим в Петербург. Только зря время потратили. Сомневаюсь, что нас бы отправили в эту глушь, не будь одной из жертв жених Ирины.

Александру было неприятно слышать такое. Он предполагал, что все паладины должны горой стоять друг за друга. Если есть хоть небольшой шанс, что один из них жив, разве не нужно отправиться на поиски? Судя по поведению Ивана, четвертые не собирались заниматься расследованием. Если дело перейдет Первой экспедиции, которая занималась надзором за активностью чертей и охраной границ, то расследование затянется на долгие месяцы осторожных патрулей. Константина он так не отыщет. Значит стоит вернуться в столицу и попробовать воспользоваться связями отца, решил он. Александр ненавидел это делать, но на кону стояла жизнь его лучшего друга, а значит пока есть надежда, что Константин жив, нужно использовать любые методы.

* * *

Константин не понимал является то, что он видит сном, или явью. Он был дома, в родовом имении Аледенских, хотя точно помнил как заснул в пещере, босой, скованный по рукам и ногам. Сейчас же, он сидел в кресле за небольшим столиком, напротив сидел отец. Между ними стояла шахматная доска. Матушка вышивала чуть поодаль на небольшой софе.

– Твой ход, сын, – сказал отец. Константин опустил взгляд на шахматную доску и быстро передвинул коня.

– Шах и мат, господин князь! – задорно воскликнул юноша.

– Да. Дорогая, наш сын уже в который раз подряд обыгрывает меня! – сказал отец, посмотрев в сторону матери.

Женщина оторвалась от вышивки, посмотрела на мужа и сына с нежной улыбкой и похлопала в ладоши.

– Поздравляю, родной, – сказала она мягко и продолжила вышивать. Константин перевел взгляд на отца, но вместо него, в кресле напротив уже сидел Александр.

– Где же ты, друг? Ирина очень волнуется, – Александр кивнул в сторону софы. Матушка уже не сидела за вышивкой, Константин увидел покои зимнего дворца, в которых рыдала Ирина. Девушка перевела взгляд на него и заговорила.

– Гасол маграг? – из ее уст вырвались непонятные слова. Ирина подошла ближе и отвесила довольно сильную пощечину по левой щеке. На лице девушки не было следов слез, а удар был неожиданно сильным для хрупкой княжны.

Голова Константина метнулась вправо, переведя взгляд он увидел перед собой не Ирину, а незнакомого юношу. Высокий, мускулистый, с черными волосами – он был не по человечески красив. Прямой нос, четко очерченные губы, карие глаза. Молодой человек смотрел на него вопросительным взглядом и улыбался.

– Тезас ан меер маграг? – прокричал он, резко схватив Константина за воротник его боевой формы. За спиной у незнакомца раздался звонкий смех, он обернулся и перебросился парой фраз со стоявшим сзади. Юноша был одет в черную безрукавку, и когда он обернулся на задней поверхности руки можно было увидеть изображение полумесяца. Глаза Константина расширились – такие метки носили только бесы. Значит, после неудавшейся миссии, его взяли в плен? Но что им нужно? Черноволосый обернулся и ударил ногой в живот.

– Врез ан мегре? – значения Константин не понял, но интонация была вопросительной и пренебрежительной.

– Полаю раз я жив, то вам от меня что-то нужно. Но ваш допрос бессмысленен, если я не понимаю вопросов, – Константин старался отвечать спокойно, насколько это позволяла боль в животе, сохраняя гордость. Юноша поднял брови, Константин не знал понял ли он его фразу. Бесы говорили на своем языке, звучал он отрывисто и гортанно.

Никто не знал откуда взялись бесы и черти, да и названия эти были весьма условными. Люди так называли всю нечисть, которую не могли понять. Одно было известно доподлинно – если черти были лишь монстрами ведомыми инстинктами и голодом, то бесы обладали разумом и внешне походили на людей.

– Что ж, спрошу по-другому. Чего уставился, человек? – вопрос был задан на русском без акцента, чему Константин сильно удивился.

– Вы говорите на нашем языке? – с удивлением в голосе спросил паладин,

– Вопросы здесь задаю я, – передразнил его интонацию бес и дал еще одну пощечину, – Где ваше оружие?

– Моя шашка? Мне казалось вы должны были разоружить пленника.

– Я говорю не о твоем бесполезном куске железа, ранкал. Я знаю, чем вы занимаетесь в своей Канцелярии. Думаете, что вы лучше нас – благородные спасители страждущих. Но вы убийцы, – прошипел сквозь зубы юноша.

Убийцы? Кто бы говорил.. Неподдающиеся контролю черти постоянно нападают на людей, пожирают их. А сами бесы ничем не лучше. Если не удерживать их в оседлости, они начнут продвигаться дальше в империю и убивать всех на своем пути.

– Позволь мне с ним поговорить, – раздался мелодичный женский голос из темноты, – Думаю, мы найдем с ранкалом общий язык.

Красивый юноша недобро ухмыльнулся, и отошел ко входу в темницу, давая дорогу новому собеседнику. В слабом свете Константин увидел прекрасное создание, будто вышедшее из древних сказаний. Высокая стройная девушка удивительной красоты, в струящемся платье цвета крови с обнаженными плечами подошла к паладину. Он не мог оторвать от нее взгляд. Ее темная, загадочная красота пленила его. Черные, как крыло ворона, волосы водопадом спадали по спине, а фарфоровая кожа будто переливалась на свету. Глаза девушки с дьявольской искринкой блестели в темноте, как два изумруда. Под левым глазом можно было разглядеть отпечаток красной капли. Константин тут же подумал, что она словно плачет кровавыми слезами.

Гостья подошла еще ближе к Константину и нежной рукой приподняла его голову за подбородок вверх. Теперь он смотрел прямо ей в глаза, которые казались бездонными пучинами. Юноше было не по себе от ее взгляда, но он не мог заставить себя смотреть в другую сторону. Тело паладина как будто его не слушалось, а разум был одурманен.

– Дорогой, мы же найдем с тобой общий язык, верно? – девушка продолжала смотреть на него не моргая. Константин даже не мог кивнуть в ответ, а уж тем более вымолвить хоть слово.

– Расскажи мне, что у тебя на уме, – гостья слегка улыбнулась, – Я обещаю, что не обижу тебя.

Константин не мог ничего ответить. Он сидел в том же положении и не понимал, что происходит.

– Если ты мне все расскажешь, я обещаю тебя вылечить и выпустить, – ее голос стал еще мягче, Константин уловил в ее голосе легкий говор, – Тебе только нужно рассказать мне и моему брату, что тебе известно про оружие.

– Дорогой мой мальчик, – протянула она, смягчая каждую букву, будто лаская их, – я не говорю о клинках, которые вы, охотники, держите при себе. Меня интересует оружие, что находится в Канцелярии, – её рука крепче сжала челюсть паладина– Я…– у Константина пересохло в горле, – Я не знаю, о каком оружии вы говорите. Вы забрали мое оружие, больше у меня ничего нет. Думаю, вы уже обыскивали меня и знаете об этом.

Константин не понимал, о чем говорит девушка. В здании Канцелярии была оружейная комната и кузница, в которой ковали клинки для паладинов из белого железа. Но что-то подсказывало ему, что она хотела знать то, о чем он сам не ведал.

– Я действительно не понимаю, что вы хотите от меня услышать, госпожа. Ни о каком оружии я ничего не разумею, – рука девушки переместилась вниз и сжалась на его шее. Константин почувствовал, что ему стало труднее дышать.

– Ну хорошо. Я дам тебе время подумать, а пока мы должны проявить себя как хорошие хозяева. Ник, распорядись, чтобы ему принесли воду и еду, – гостья отпрянула от него, так же быстро, как и приблизилась – в один момент она была здесь, в другой уже нет. Загадочная девушка на секунду задержалась у входа в темницу и развернулась.

– Не подведи меня, охотник. Договорились? – она еще раз окинула его взглядом и пропала в темноте. Темноволосый юноша с презрением посмотрел на паладина и захлопнул за ним решетку. У Константина не укладывалось в голове, что он только что вел беседу с бесами. И что они могут быть столь прекрасны.

***

Здание VII Канцелярии располагалось на набережной Мойки. Длинное желтое здание в классическом стиле без декоративных элементов было воплощением строгости и величественности. Ирина с ее драбантом вышли из автомобиля. Известие об уничтожении отряда Константина не на шутку встревожило Ирину. Еще сильнее омрачало то, что среди погибших возможно был ее жених. Для проведения расследования направили отряд Четвертой экспедиции, с ними в качестве свидетеля и проводника пошел Александр. Пару часов назад Княжне доложили, что отряд вернулся в столицу и она не повременила отправиться на встречу с сыщиками, чтобы узнать подробности. Внутри теплилась надежда на то, что Константин жив.

Портье открыл перед ними дверь, внутри паладины сновали туда-сюда, ощущалась атмосфера хаоса и напряжения. Не каждый день сын главы Штаба Паладинов пропадает на задании. Ирина со своей спутницей направились прямиком в кабинет Дмитрия Александровича. У двери девушки остановились, услышав громкие голоса, доносившиеся из кабинета. Говорили несколько мужчин, одним из них был сам хозяин кабинета. Двое других, как определила Ирина, были Александр и его отец Владимир Федорович Врассикий – советник императора по делам нечисти. Если присутствовал он, значит Александр обратился за помощью к отцу. Это вселяло в Ирину надежду. Она была хорошо знакома с юношей еще до начала обучения в Академии. Ирина понимала, что к отцу, с которым у него были достаточно холодные отношения, Александр отправился бы только в случае крайней необходимости. Возможно он тоже думал, что Константин не погиб.

– Прошу вас, на месте происшествия не было обнаружено его тело. Мы нашли всех остальных, кроме него. Это что-то да значит! – на повышенных тонах произнес Александр. Было очевидно, что он пытался достучаться до старших, при этом стараясь сохранить самообладание и уважительный тон.

– Сын, мы понимаем ты беспокоишься за доброго друга, но ты просишь о невозможном. Отправить тебя к границе? Незрелого и слабо подготовленного бойца? Не думаешь, что повторишь судьбу Константина? – голос Врасского старшего был низким и хрипловатым. Хоть мужчина и выражал опасение за сына, говорил он спокойно.

– Пусть так, но жить в плену легче когда ты не один! – Александр продолжал говорить с надрывом в голосе. – Дмитрий Александрович, неужели вы не воспользуетесь шансом?

Алединский молчал, но тут Ирина услышала голос того, кого никак не могла ожидать на встрече. Заговорил ее старший брат.

– Моя сестра глубоко опечалена произошедшим. Я помню Константина со времен детства и если он может быть жив, думаю стоит попытаться спасти его, – обычно Андрей говорил с легкой смешинкой в голосе, но теперь был серьезен. Ирина подумала, что самой ей редко удавалось лицезреть цесаревича серьезным . С ней он всегда вел себя непринужденно: улыбался, шутил, потакал ее прихотям.

– Ваше Высочество, – подал голос Аледенский, – неужели вы одобряете эту самоубийственную затею? Вторгнутся на демонические острова? Их пограничники никого и близко не подпустят, не говоря уже о защитных чарах.

– Только не говорите мне, что ваши паладины так слабы, что не смогут выстоять против фокусов бесов, – Андрей говорил с усмешкой, – В конце-концов, перед использованием нашего оружия разведка не помешает. И, согласитесь, будет нехорошо, если под действие оружия попадет и ваш сын.

– О чем вы говорите? – спросил Александр. Ирина переглянулась с Алисой. Затея с проникновением на вражескую территорию действительно была безумной, но вот оружие? Неужели есть что-то, способное истребить нечисть?

– Это не важно, – отрезал Владимир Федорович, – Лучше поведай нам, как собираешься попасть к бесам. Раз пришел просить нашей поддержки, наверное, у тебя уже есть план?

Ирина улыбнулась. Среди их троицы Александр был самым сдержанным. Любил размышлять, все обдумывать наперед. Если Ирина слишком увлекалась фантазиями, а Константин предпочитал действие мыслям, то Александр совмещал в себе обе эти черты. Он мог придумать что-то невероятное, тщательно выяснив все детали, а потом с такой же тщательностью реализовывать задумку.

– Все просто. Как вы и говорили, для новоиспеченного паладина эта миссия изначально провальна, поэтому я добровольно отдамся в плен. Вернее, нужно будет представить все так, будто меня пленили.

Ирина снова переглянулась с Алисой. Идея казалась девушкам дикой. В кабинете воцарилось молчание, должно быть у мужчин это заявление тоже не укладывалось в головах.

– Идея не лишена смысла. Но с чего бы им тебя пленить, а не убивать? – спросил Андрей – И как ты можешь быть уверен, что бесы выйдут за пределы островов? В прошлый раз они могли оказаться в деревне случайно.

– Не думаю. Нашей задачей было разобраться со странной активностью чертей, – спокойно пояснил Александр, – Согласно разведке, их должно было быть не много, но вероятно сведения были ложными. И пожар вспыхнул слишком быстро. Сейчас я понимаю, что все выглядело как ловушка. Предполагаю, они поймали Константина, но не думаю, что охотились именно на него – особо важных сведений у него нет. Есть вероятность, что попытаются схватить еще кого-то, – юноша на мгновение замолчал, затем вздохнул и продолжил, – Если удастся выманить их, я могу сказать, что владею некоторой информацией. Тогда, возможно, мое пленение заинтересует их больше моей смерти.

Ирина начала теребить подол платья, план Александра звучал отчаянно. Она боялась потерять еще одного друга.

– Тогда как вы собираетесь вернуться? – спросил глава Штаба.

– Вдвоем мы сможем что-нибудь придумать, – молодой паладин пытался говорить твердо, но от Ирины не укрылась неуверенность, проскальзывающая в его голосе.

– Хорошо, думаю тебя стоит подготовить к заданию, – Андрей сказал это громко и четко, не допуская возражений. Отец Александра хотел было запротестовать, но цесаревич продолжил, – Не прогуляешься со мной до Второй экспедиции?

Алиса дернула Ирину за руку и указала в сторону выхода. Княжна кивнула, ей было бы неловко, застань ее брат подслушивающей под дверью, даже если дело касалось ее пропавшего жениха. Они с Алисой быстро отошли от двери кабинета.

Дверь распахнулась, вышли Андрей и Александр. Оба внешне были невозмутимы, как будто не они только что обсуждали безрассудное предприятие.

– Сестрица? Что тут делаешь? – спросил Андрей. Александр учтиво поклонился – Ваше Императорское Высочество.

– Пришла узнать, нет ли каких новостей об исчезновении Константина, – Ирина старалась звучать искренне, будто ничего не знала.

– Пока, к сожалению, никаких новостей. Я лично сообщу, если что-то узнаю. Я понимаю, как он важен для тебя, поэтому держу это дело на личном контроле, – затем он обратился к Алисе, – Госпожа Бессонова, сопроводите пожалуйста Великую Княжну обратно во дворец.

Ирине показалось странным то, что брат старался ее выпроводить, но она решила пока повиноваться. Княжна развернулась и направилась в сторону выхода. Алиса последовала за ней.

Глава 3: Полный надежды безмерной

К утру возможно дойти.

Медленно, тяжко и верно

В черную ночь уходя,

Полный надежды безмерной,

Слово молитвы твердя,

Знаю – молитва поможет

Ясной надежде всегда,

Тяжкая верность заложит

Медленный камень труда.

Медленно, тяжко и верно

Мерю ночные пути:

Полному веры безмерной

Александр Блок

Алиса проследовала за Великой Княжной в приемную ее покоев в Зимнем Дворце и аккуратно закрыла за ними дверь. Они оказались в светлой просторной комнате, декорированной в голубых тонах с кушетками молочного цвета, воздушными шторами и искусной лепниной у высокого потолка, в центре которого красовалась большая нарядная люстра. Алиса представила, как красиво должно быть выглядит приемная цесаревны в солнечный день. Ей оставалось только доверять своему воображению, поскольку за окнами было серо и явно собирался дождь.

Ирина неторопливо присела на одно из пышных кресел с резными подлокотниками у окна и пригласила драбанта присоединиться к ней легким жестом руки:

– Не знала, что мы друзья, – с подозрением ответила Алиса, но все же разместилась в мягком голубом кресле у камина, подальше от цесаревны.– Прошу, располагайся. Чувствуй себя комфортно, как в гостях у друзей, – произнесла Княжна с добродушной улыбкой.

– Ты так и не дала мне ответ, – сказала Ирина, оставив замечание девушки без внимания, – Останешься ли моим драбантом, или желаешь, чтобы тебя перевели на другую должность? – аккуратно спросила девушка.

Честно говоря, у Алисы особо не было времени подумать над этим. В круговороте недавних событий казалось, что ей предложили стать драбантом княжны неделю назад. Но нет, прошла всего пара дней. Алиса спросила себя, хочет ли перевода и сражений в рядах отряда паладинов? Это была ее цель, ее призвание. Но теперь, после всего произошедшего, после того, как она увидела, как князь Андрей переживает за сестру, могла ли она так просто отказать ему? Конечно, этот пост не был пределом ее мечтаний. Он скорее казался ей золотой клеткой. Но что-то в груди сжималось, когда она думала о том, чтобы попросить о переводе и оставить княжну. Ирина была приятной спутницей, отнюдь не избалованной царевной, как о ней думала Алиса. К тому же, мысли о том, чтобы подвести Андрея, почему-то были ей неприятны. Паладин не могла разобраться, почему ее заботило что о ней подумает цесаревич. Было ли это его высокое положение или то, как тепло он смотрел на нее.

Девушка не понимала, как она успела так быстро привязаться к брату и сестре, ей было это не свойственно. Но кажется, убегать было уже поздно.

– Коли так, то называй меня Ирина. Нам предстоит проводить много времени вместе, и уверена, сможем стать подругами. К тому же, эти формальности ужасно утомляют, – Ирина лучезарно улыбнулась, как дитя в Рождественское утро.– Ваше Императорское Высочество, я пожелала бы сохранить пост в рядах вашей личной охраны, – четко проговорила Алиса.

– Хорошо, Ирина, – ответила Алиса с небольшой улыбкой. Хорошее настроение княжны было заразительно.

– Андрей распорядится, чтобы твои вещи перевезли в квартиру для членов личной охраны при дворце, – цесаревна заметила удивление Алисы, и продолжила веселым голосом, – Ты же не думала, что личная охрана императорской семьи располагается в казармах? Туда попадают лучшие из лучших, потому и условия соответствуют положению.

Вдруг в дверь приемной раздался стук. Дверь приоткрылась и заглянул молодой человек в форме придворного.

– Ваше Императорское Высочество, Его Императорское Высочество Великий Князь Андрей Михайлович просит вашего присутствия в Серебряной гостинной.

– Добрый день, Ваше Императорское Высочество. – Спасибо, Сергей. Можешь передать ему, что я скоро прибуду, – ответила княжна, – Будь добр, пригласи ко мне Наталью. Ирина встала с кресла, расправила подол платья и повернулась к Алисе. – Мне нужно переодеться и встретиться с братом. Можешь прогуляться и осмотреться во дворце. Если потеряешься, можешь спросить как пройти к моим покоям у придворных, – произнесла княжна. Затем дверь отворилась и в покои вошла придворная дама с темными каштановыми волосами и добрым взглядом – камеристка. Она присела в реверансе Княжне и произнесла: – Добрый день, Ваше Императорское Высочество.

– Наталья, ты очень вовремя. У нас немного времени. Я думаю – зеленое чайное платье, что скажешь?

На этом обе девушки скрылись за одной из дверей, ведущих из приемной вероятно в будуар княжны.

Алиса не представляла чем заняться, поэтому отправилась исследовать дворец. Снаружи он казался огромным. Девушка подумала, что если попытаться заглянуть во все комнаты, то можно сносить не одну пару туфель и в итоге сбиться со счета. Выйдя из покоев княжны, Алиса повернула направо и направилась вниз по длинному коридору, рассматривая богатое убранство дворца.

Алиса не знала где она и сколько времени прошло, но за окнами уже темнело. Она могла бы пойти домой, но ей не сообщили, где будет ее квартира при дворце, а в Академии ей делать было уже нечего. И к тому же, она не представляла где находится выход из лабиринта дворца.

Девушка услышала легкий стук каблуков по паркету и из-за угла показалась фигура цесаревны.

– Вот ты где! Следуй за мной, – Ирина поманила девушку рукой и быстро скрылась за углом. Алиса поспешно направилась за княжной, толком не разумея, что происходит. Они шли куда-то вглубь дворца, петляя по незнакомым коридорам. Вдруг Ирина резко остановилась, Алиса последовала ее примеру.

Они находились в просторном коридоре, перед большой деревянной дверью. Ирина достала из потайного кармана платья небольшой золотистый ключик.

– Что это?, – прошептала Алиса, – И где мы?

– Он не даст мне эту книгу. По мнению моего брата, я хрупкий ребенок с нежным душевным состоянием и мне не подобает читать такие книги, – упрямо ответила Ирина, понизив голос, пародируя брата.– Это ключ от кабинета Андрея. Стащила его у одного из его придворных. Мне нужна одна из его книг, – хитро проговорила княжна. По ней было видно, что она возбуждена своей задумкой. – Почему бы просто не попросить у него эту книгу? Зачем тайно пробираться в его кабинет? – с изумлением спросила Алиса.

– Что же это за книга такая? – поинтересовалась паладин.

– “Государь”. Николо Макиавелли. Я не первый раз одалживаю у Андрея книги. До сих пор он ничего не заметил, – пожала плечами княжна.

Замок щелкнул и дверь приоткрылась. Девушки зашли в темную комнату, Ирина включила один из светильников, стоявший на тумбе. В резком свете лампы кабинет выглядел грубо и мрачно. Деревянная мебель в готическом стиле придавала комнате вид средневековой библиотеки. Книги на полках вдоль стен заполняли пространство до потолка. В тусклом свете казалось, что им нет конца и края, они все устремлялись дальше и дальше ввысь.

Ирина прошла к одному из книжных шкафов и стала ловко искать нужный ей том. Алиса продвинулась вглубь кабинета и стала осматриваться. На стенах висели картины с чудесными пейзажами, а на столе были разбросаны документы, над которыми работал цесаревич как глава столичного военного округа. Алиса так засмотрелась на что-то в комнате, что не заметила, как задела письменный стол. Бумаги, лежавшие аккуратной стопкой в углу стола посыпались на пол. Ирина с книгой в руках повернулась на звук и девушки встретились глазами в панике. Они быстро принялись собирать бумаги в попытке положить все на место и создать впечатление, что здесь никого не было в отсутствие наследника.

Ирина задержала взгляд на одной из бумаг, судя по аккуратно выведенным буквам на бумаге – письмо.

– Помнишь, что мы услышали в кабинете князя Алединского? Они обсуждали какое-то оружие, – настророженно прошептала княжна. Алиса не понимала, почему она вдруг решила про это вспомнить, но кивнула.

– Посмотри на это, – цесаревна протянула ей письмо, – Андрей наблюдает за разработкой некого оружия, которое покончит с нечистью раз и навсегда.

Алиса взяла в руки письмо и быстро пробежалась по тексту глазами.

“…конечное решение проблемы…”

“… нечисть будет истреблена…”

“…сопутствующий ущерб признан незначительным…”

“…разработка почти завершена…”

– Сопутствующий ущерб? Что это за оружие такое? – подумала вслух паладин.

Алисе была не по душе эта идея, но ей тоже было интересно, о каком оружии говорили сегодня в кабинете начальника Штаба. К тому же, работой Алисы теперь было везде сопровождать княжну. Так что, если Ирина решила ввязаться в эту историю, у драбанта не было выбора.– У меня очень нехорошее предчувствие на этот счет. Почему об этом оружии никто никогда не слышал? Его обсуждают только за закрытыми дверьми высшие чины, – сказала Ирина, – Нужно получше про это разузнать.

***

Двое стражников распахнули двери перед черноволосой девушкой. Кабинет властелина Хадены был декорирован в зеленых тонах. Светло-зеленые обои с цветочным узором создавали иллюзию нахождения в саду. Мягкий свет заливал комнату через большие арочные окна. Тяжелые портьеры из изумрудного бархата придавали комнате торжественный, но строгий вид. Зеленый ковер с алыми узорами в восточном стиле был протерт в некоторых местах – свидетельство того, что хозяин кабинета часто ходит во время размышлений. Контраст богатому убранству комнаты составляла скудная обстановка кабинета – из мебели был только один комплект из письменного стола и кресла из красного дерева, располагавшийся прямо в центре. Стол был завален документами и книгами настолько, что Маргарита не сразу увидела молодого мужчину, склонившегося над бумагами. Он был сосредоточен, активно водил перьевой ручкой и что-то бормотал себе под нос.

– Гану кадак! – громко сказала девушка. Дакран оторвался от своего занятия и посмотрел на нее. У него были темно-каштановые густые волосы, что контрастировали с бледной кожей, на лбу залегли преждевременные морщины оттого, что он часто хмурил брови. На лице была заметна жесткая щетина. Особое внимание привлекали глаза – светлые, практически белые. Сложно было понять куда он смотрит, да и видит ли что-либо вообще. От этого даже самой графине Моралов становилось не по себе.

– Зачем пожаловала, Меиглас? – спросил на хаденском властелин, – Я думал ты вместе с Нореном занимаешься допросом пленника.

Фронар всегда обращался к своим подданным только их новыми именами, в знак уважения. Между собой бесы редко пользовались человеческим языком и именами. Это пробуждало странное чувство тоски, которое впоследствии сменилось ненавистью, ибо напоминало о пытках и унижениях.

– Я была там. Парнишка ничего не рассказывает, и мне это наскучило. – Она грациозно, как кошка, опустилась в кресло, стоящее напротив стола императора. Несколько секунд они с мужчиной смотрели друг на друга, затем Маргарита продолжила, – Полагаю он один из новичков. Норен и его братья быстро разобрались с их отрядом. С опытными охотниками пришлось бы возиться намного дольше.

– Значит нам от него никакого прока. Пленников держать ни к чему.

– Он явно ничего не знает, но что-то мне подсказывает, что убивать его рано. Может еще будет покажет свою ценность. Я бы предпочла сменить метод с кнута на пряник. Выпустим его, обласкаем, покажем, что нас не стоит опасаться. – девушка говорила мелодично и приглушенно. Но хаденский звучал гортанно и древне даже из ее уст.

– Если хочешь с ним поиграть, то так и скажи, – Повелитель усмехнулся, – Ранкалы нас не опасаются, они нас ненавидят. Если выпустим его, сможем ли быть уверены, что он не попытается что-нибудь устроить?

– Я буду лично присматривать за ним, обещаю. Если все сделаем правильно, то он будет на нашей стороне и добудет нам любую информацию о планах Канцелярии и оружии, – хитро произнесла Маргарита. В ее глазах уже играли лукавые искры. Графиню захватывала возможность расколоть пленника, заставить его выдать ей все свои тайны и даже больше. Она хотела завладеть им.

Властелин откинулся в кресле. Одной рукой он подпирал голову, другая лежала на столе, пальцы выстукивали одному ему известный ритм. Мужчина слегка повернул голову, отводя взгляд от своей собеседницы. Через несколько мгновений, после недолгих размышлений, он вновь повернулся к Маргарите.

– Хорошо, сестра, будь по-твоему. Если хоть что-то выкинет – будешь наказана, – строго произнес он. Маргарита глубоко уважала и восхищалась властелином, еще со времен их прежней жизни в пансионе. Он спас ее, спас их всех, и за это она будет ему вечно верна. Графиня подумала, что не подведет его, но не была уверена в перспективе своего плана. Она хитро улыбнулась, встала и склонилась в поклоне:

– Загес Дакран, – произнесла она и покинула кабинет.

* * *

С тех пор как ушла черноволосая красавица, Константин остался один на один с Ником. Высокий юноша стоял расслабленно, прислонившись к стене пещеры. Бес сверлил его взглядом карих глаз.

– Полагаю, ваш допрос не увенчался успехом? – Константин спросил чуть язвительно. Ник медленно перевел на него свой взгляд, раздраженно вздохнул и ответил.

– Полагаю, мои удары были для тебя слишком слабыми? – манера юноши передразнивать начинала раздражать Константина. В камеру зашел еще один бес, он близко подошел к Нику и что-то прошептал ему на ухо. С таким же успехом бесы могли говорить вслух – Константин все равно не понимал их речи. Зато прекрасно считывал их эмоции. Во время короткого разговора Ник был явно удивлен, хотя и старался казаться перед пленником хладнокровным, но от паладина не укрылось то, как его надзиратель в изумлении поднимает брови, а затем хмурится. Услышанным он был недоволен.

Бес еще раз глубоко вздохнул и быстро покинул помещение. Константин услышал очередное неизвестное ему слово, затем скрежет. Он увидел как вход в его камеру из обычной решетки превратился в сплошную и очень плотную на вид металлическую дверь, без ручки и замка.

Несколько часов было тихо, Константин пытался немного поспать, но все тело ломило от неудобного положения. В камере было сыро и холодно. Вдруг дверь сама собой отворилась, внутрь снова вошли Ник и его прелестная подруга.

– Освободи его. Приказ Повелителя, – снова этот чарующий голос и обманчиво нежный взгляд. В глазах девушки присутствовал озорной блеск.

– Марго, ты уверена? – Ник пристально смотрел на девушку , – Гану кадак ладсор ранкал нраз. Налат тезас веек.

Константин не понимал содержания беседы, но надеялся, что девушка все же отстоит свое и освободит ее.

– Это приказ Повелителя. Выполняйте, генерал! – в голосе ее слышалась сталь. Константин не понимал как столько разных эмоций может уживаться в одном создании. Мгновение назад она была веселой, теперь же – жесткой.

Ник подошел ближе и коснулся указательным пальцем лба пленника, прошептал что-то на незнакомом языке. Константин почувствовал сильную боль в висках, будто голову сжали в тиски. Длилось это недолго, когда бесовской генерал убрал руку, в центре лба осталось легкое жжение.

– Я выпущу тебя отсюда, но не думай, что сможешь ходить по округе и делать, что вздумается, – сказал ему генерал, затем повернулся к Маргарите, – Пусть будет гарантия.

Девушка кивнула. Константин подумал, что имя Маргарита ей необычайно подходит. В ней было что-то чарующее и загадочное. Как глубокий и таинственный океан – она могла быть прекрасной и поразительно опасной. Паладин был очарован девушкой.

– Твое имя, охотник? – в ответ Константин назвал только имя. В данной ситуации, по его разумению, называть фамилию казалось глупым. Его только освободили, не хотелось лишать себя возможности выбраться из ужасных условий темницы, а потому имя Алединских в обществе нечисти лучше не упоминать.

– Следуй за мной, – голос Маргариты был опять стал мягким и задорным. Она легко развернулась и будто упорхнула из камеры .

Покинув темницу все трое прошли небольшой коридор, а затем поднялись по лестнице. Константин не знал, что ждет его снаружи. В Академии он изучал быт бесов, штудировал книги, но во всех них сведения были отрывочными. Но одно было во всех источниках – считалось, что острова, на которых живет нечисть – это ад на земле.

На самом же деле, они находились на небольшом острове. Встав в центре острова можно было осмотреть его весь. По всему острову были разбросаны башни цилиндрической формы, виднелось еще несколько небольших домиков. У одного из берегов был небольшой причал, где были пришвартованы несколько небольших лодок. Виднелись длинные каменные мосты, очевидно соединяющие этот остров с остальными. Никаких крепостей или высоких защитных стен видно не было, но этого и не требовалось. Константин знал – острова защищаются магией.

Вокруг было много бесов, мужчин и женщин. Они были одеты в подобие военной формы – черные брюки с лампасами разных цветов и красный жилет с черным поясом. Воротники и нашивки на жилетах совпадали по цветам с лампасами. Должно быть, так они различают отряды. Бесы проходили мимо по своим делам и не обращали на Константина внимания.

– Это приграничный остров. Тут в основном наши боевые гарнизоны и пограничные сооружения, поэтому всем не до тебя. Местные часто видят охотников, ты для них не диковинка, – подал голос донесся голос Маргариты . Она заметила то, с каким любопытством Константин изучал окружение. Ник довольно сильно толкнул Константина в спину, указывая направление.

– Идем! С этого момента ты под надзором графини, будешь обитать на ее острове.

Они шли в сторону одного из мостов. Паладин прихрамывал, его ноге хоть и стало легче, но идти все равно было тяжело. Возле моста стоял скромный экипаж: небольшое темно-коричневое ландо с закрытой крышей. Удивляло другое, вместо лошадей в нее были запряжены черти. Существа больше походили на скелеты коней, обтянутые черной кожей, которая переливалась синим, когда животное двигалось. В пасти поблескивали острые клыки. Константин привык видеть чертей в виде непонятных существ с рогами, лапами и длинными хвостами, но никак не в образе знакомых ему животных. На удивление не было отвратительной вони, которую обычно черти источали.

Пока он пялился на чертей, Маргарита обошла его и грациозно зашла залезла в повозку, дверь которой для нее учтиво открыл Ник. Затем юноша посмотрел на Константина и кивнул в сторону двери, безмолвно веля ему забираться внутрь. Паладин сел напротив графини , дверь закрылась и ландо тронулось. Юноше это показалось странным, ведь он не увидел извозчика . Неужели черти сами знают куда ехать?

Константин в очередной раз поразился красоте сидящей перед ним особы. С момента их первой встречи она сменила одеяние. Волосы черным каскадом ниспадали на плечи, на голове был обруч с сапфирами и бриллиантами. Одета она было в излишне облегающее черное платье с длинными рукавами и вырезом до середины бедра. В Петербурге не все куртизанки могли себе позволить одеваться столь откровенно. Он без стеснения рассматривал ее и чувствовал приятное томление внизу живота. Маргарита же совершенно не обращала на него внимания Она сидела вполоборота, словно статуя античных мастеров – прекрасная, но холодная, и думала о чем-то своем, но лицо ее не выдавало эмоций. Поездка была недолгой, и когда экипаж остановился, дверь открылась сама собой. Девушка улыбнулась и вышла, Константин поспешил за ней.

И снова он не смог скрыть свое любопытство и открыто разглядывал местность, в которой они оказались. Это был уже другой остров, который явно был больше предыдущего. Большая его часть была покрыта лесом. Только небольшую, относительно размеров острова, часть земли занимали строения. В отличии от довольно простых башен приграничного острова, здесь все дома были сделаны из белого камня и имели изящную отделку по фасаду. Все стены были расписаны замысловатыми узорами, крыши покрыты темной черепицей. В центре площади, на которой остановился их экипаж, стояла высокая стела, увенчанная статуями чертей. В отдалении Константин увидел крышу здания, возвышающегося среди пышных крон деревьев. Оно было, как и все остальное, выполнено из белого камня. За деревьями виднелся большой стеклянный купол с большим шпилем.

Природа была невероятной, пышная листва деревьев отражалась отражались в зеркальной глади воды. Солнце уже близилось к закату, окрашивая лес и остров в оранжевые и красные оттенки. Было достаточно прохладно, в воздухе чувствовалась свежесть листвы. Хоть на дворе и был конец мая, Константину даже в его одеянии паладина было довольно зябко. Маргарита, напротив, в своем легком платье, казалось, чувствовала себя комфортно. Девушка терпеливо ждала, пока Константин осмотрит остров, а затем поманила его пальцем за собой и направилась ко входу в одно из зданий. Особняк был значительно больше, окружавших его домов. Полностью белый, он выделялся на фоне расписанных стен большинства строений. У входа стояли несколько мраморных колонн, над парадной дверью нависал балкон. Чуть выше фронтона, Константин увидел непонятный золотой символ. Это были три круга: один внизу и два чуть выше, соединенные линиями. С обеих сторон от главного здания возвышались башни.

Попав внутрь, пройдя через тяжелые деревянные двери с большими ажурными вставками из витражного стекла, Константин очутился в большом холле, декорированном в коричневых и пурпурных оттенках. Напротив входа находилась дубовая лестница, ведущая на второй этаж, а за ней красовался витраж, с изображением маргаритки.

В доме было тихо, их никто не встречал, хотя Константин полагал, что для такого особняка и его роскошной хозяйки были положены слуги. Маргарита, начав грациозно и бесшумно подниматься по лестнице, остановилась на середине.

– Можешь подняться на второй этаж и занять первые слева покои, – сказала она, и словно взлетела по лестнице. Константин услышал приглушенные голоса – значит в доме они не одни. Юноша медленно, хромя, поднялся по лестнице наверх.

Глава 4: Всё это было, было, было

Всё это было, было, было,

Свершился дней круговорот.

Какая ложь, какая сила

Тебя, прошедшее, вернет?

Александр Блок

Утреннее солнце пробивалось сквозь готические арочные окна его покоев. Маргарита выделила ему достаточно большие апартаменты в особняке. Широкая кровать из темного дерева с балдахином, мягкий ковер, небольшой письменный стол и комод – все выполнено из дерева. Светлые стены, высокие потолки и темная мебель, которая светилась теплым светом на солнце, придавали комнате ощущение уюта. В шкафу Константин нашел несколько брюк свободного кроя и светлых рубашек из приятной легкой ткани. Наконец-то он сможет снять потрепанную форму паладина. Юноша взял из комода несколько вещей и проследовал к двери в дальнем углу комнаты, которая вероятно вела в ванную комнату.

Приняв ванную и переодевшись в чистую одежду, Константин почувствовал себя гораздо лучше. Его нога все еще болела, но теплая вода немного облегчила ломоту. Увидев свое отражение в небольшом зеркале над умывальником, юноша подумал, что он выглядит как герой древних сказаний – взъерошенные влажные волосы, полурасстегнутая рубаха и босые ноги. На его лице были несколько синяков, скула была разбита– последствия заточения и допроса.

Пройдя обратно в комнату, паладин старался найти себе занятие. Но в покоях не было абсолютно ничего, что бы могло скрасить его скуку. В ящиках письменного стола было пусто – не было ни книг, ни даже бумаги для письма. Константин разочарованно закрыл ящики и подошел к кровати. Хоть он и не чувствовал усталости, ему ничего не оставалось, кроме как попытаться скоротать время сном. Юноша устроился на кровати, она была необычайно мягкой и просторной. Он закрыл глаза, но сон никак не приходил. В конце концов, паладин просто лежал и рассматривал потолок, на котором играли солнечные зайчики.

Константин не знал сколько он так пролежал, но солнце уже опустилось ближе к горизонту – приближался вечер. Он решил попробовать исследовать особняк. Хозяйка была подозрительно добра к нему и он хотел думать, что она не будет гневаться, если он покинет свои покои. Тем более, Маргарита ничего не говорила про то, что он не должен покидать свои покои. Юноша встал с кровати, обуви у него не было, его сапоги сняли еще в темнице, а в шкафу ничего не было – наверное, чтобы не смог убежать, потому ему пришлось идти босиком. Он медленно приоткрыл дверь, она была не заперта, и вышел в коридор второго этажа. Большое окно с витражом пропускало много света, цветные отголоски которого задерживались на балюстраде.

Паладин медленно спустился вниз по лестнице, опираясь на гладкие перила. Он оказался в просторном вестибюле, оформленном в светло-зеленых тонах с цветочными росписями на стенах. Под высоким потолком был лепной карниз с растительным рисунком. Паркет ощущался приятной прохладой под босыми ногами юноши. Константин направился к большим двустворчатым дверям, которые открылись с мягким шумом. Он оказался в большом парадном помещении. Комната напоминала римский пантеон, сам зал был прямоугольным, но завершался круглым куполом с проемом – окном, открывающимся в бельведер на втором этаже. В проеме как будто виднелось небо – купол бельведера был расписан птицами на светло-голубом фоне. Стены украшали фрески с растительными мотивами и изображениями нимф. Над каминами висели зеркала в золоченых рамах. Сам купол был расписан розетками узоров, которые делали помещение еще более похожим на римский храм. Юноша прошел через парадный зал к дверям напротив тех, через которые он сюда попал. Они вели в светлое помещение с высокими шкафами по периметру, которые были заполнены книгами.

Библиотека представляла собой продолговатую комнату с деревянными книжными шкафами. По центру комнаты находился большой стол, который заливал свет через окно в потолке. Стены под потолком обвивали причудливые гипсовые растения с экзотическими плодами. Константин не теряя времени направился к одной из полок с книгами – возможно ему удастся скоротать время чтением. Но просмотрев несколько книг на полках, он понял, что все они на непонятном ему языке, который состоял из загадочных символов. Разочарованный, юноша поставил книги на место и хотел было попытать удачу у следующей полки, как услышал хлопок двери ведущей в библиотеку. Его охватил ступор, он не знал куда бежать и бежать ли? Кто был внезапный гость? Маргарита или те, кого он слышал ранее? Было ощущение, что все занятия, учившие его реагировать молниеносно и без заминки, одним мигом исчезли из его памяти.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.