# Алфавит созидателя

Антон Игоревич Лупандин

Первая книга серии "Созидатель".

В будущем на Земле разработан метод приживления симбионтов, которые выполняли множество вспомогательных функций. Каждый человек мечтал когда-нибудь обзавестись таким. И я не исключение. Но мне не повезло. Я попал в число неудачников, которых симбионт убивал. Собственно, так я и умер… или нет. Всё же нет. Теперь осталось понять, где я и почему у меня тело подростка?

## Глава 1


Сначала была боль. Нет, не так – БОЛЬ. Всепроникающая, адская, затопившая всё тело. Зрения не было, как и обоняния и осязания. Двигаться я тоже не мог. Было ощущение, как будто нервные клетки отказываются пропускать через себя электрические импульсы. Но если есть боль, значит и нервы в рабочем состоянии. Нужно только подождать… немного. Чуть-чуть. Но время шло, а легче мне не становилось. Сколько я приходил в себя, прежде чем моё самочувствие стало улучшаться… Трудно сказать. По моим ощущениям прошла целая вечность. Когда боль стала отступать, первое, что я почувствовал, это жжение в груди, как будто в неё, вместо сердца, вложили раскалённый добела металлический шар. Но с кровяным насосом у меня было точно всё в порядке, так как постоянные удары молота у меня в висках полностью опровергали любые теории, связанные с этим органом. Вытерпеть это жжение долго я не смог, и меня вырубило.

Следующее пробуждение было странным. Сильная боль отступила, а в груди остался лишь дискомфорт, который вполне можно было терпеть. Мне захотелось выругаться, да покрепче, но этого у меня не получилось, так как я не чувствовал ни языка, ни губ. Да и в ушах у меня стоял лишь писк. Поняв, что мне пока что не справиться со своим телом, я просто стал ждать хоть каких-нибудь изменений… И-и-и уснул.

И вот очередное пробуждение. Изменения… Они были. Ощущения, как будто в меня каждую секунду впиваются миллионы маленьких иголочек. И это хорошо. Сколько же я провалялся, если моё тело так затекло. И вот через некоторое время, поднапрягшись, смог пошевелить правой рукой. Потом и левой. Поняв по ощущениям, что лежу на спине, а не, допустим, головой в пол, я попытался открыть глаза. И это у меня получилось. Только вот веки-то я поднял, но ничего не увидел. И пришла паника. А потом и страх. Вдруг я останусь слепым навсегда, но, договорившись с самим собой о том, что надо успокоиться, я решил попробовать вспомнить, что вообще случилось и почему я в таком состоянии. Но последние воспоминания – это больничная капсула, в которой мне приживляли духовного паразита. Я копил на него почти двадцать лет, вкалывая на двух работах, иной раз по шестнадцать часов в сутки. Но что-то пошло не так, вернее, я знаю, что именно было не так. У одного из десяти тысяч реципиентов при процедуре происходит сбой и приживляется так называемый «Пустой». При этом повлиять на процесс после начала никак нельзя. Поэтому каждый, кто проходит данную процедуру, осознаёт, что именно ему может не повезти. И мне, видимо, не повезло. Я умер после приживления. Что это за паразит, спросите вы? Всё просто.

В моём мире технологий до определённого момента в души и всю эту, как думали на тот момент, чепуху не верили, пока, как это часто и бывает, очередной сумасшедший учёный не доказал, что она всё-таки есть. И даже инструментарий разработал для взаимодействия с данной субстанцией. Увидеть её можно было в виде ауры или, проще говоря, свечения вокруг головы. Это событие вызвало большой резонанс в обществе, но прикрывать проект не стали. В связи с этим через некоторое время появились первые результаты, связанные с влиянием на эту ауру.

Во-первых, с помощью специальной аппаратуры можно было определить цветовой спектр «души», и менялся он в зависимости от состояния и настроения человека.

Во-вторых, при воздействии на ауру некоторыми видами излучения можно было повлиять на здоровье человека. И это дало большие результаты в медицине и смежных отраслях.

Было, конечно же, и в-третьих, и в-четвёртых. Но в конце концов, наигравшись и вытянув из открытия всё, что можно, технологиями поделились с корпорациями. И вот в один прекрасный момент одним из техногигантов был разработан паразит, который изначально мог только увеличивать скорость работы нейронов головного мозга. Побочек было много, но в итоге их все устранили. Время шло, и паразит становился всё более совершенным инструментом для любого человека. Проблема была лишь в его доступности. Со временем паразита снабдили искусственным разумом. Развиваясь и понимая, как нужно влиять на ауры в той или иной ситуации, паразит стал незаменимым помощником для многих.

Люди с ним, в среднем, жили на 20 и более лет дольше, чем без него. Он мог напрямую передавать разнообразные данные в мозг: текст, звук, видео. Каждый мечтал о нём. И я тоже. Ну и, видимо, домечтался. Теперь валяюсь как тюлень, не понимая, что мне делать.

Ладно. Воспоминания – это хорошо, но мне кажется, что я начинаю видеть. Пока, правда, только какие-то кляксы. Попытавшись поднять руку и протереть глаза, я, ничего не добившись, понял, что поторопился, ведь конечности ещё не восстановили функциональность. Да и самочувствие у меня было ещё так себе. И я понял, что лучшим решением будет сон. Вновь закрыл глаза, отрешился от тянущей боли в груди и через некоторое время уснул.

Очнулся я от ощущения чего-то мокрого под рукой. Осознав, что тактильная сенсорика к конечностям вернулась, попытался вскочить, но, видимо, кроме чувствительности толком в норму ничего и не пришло. Дёрнувшись, как паралитик, я пожалел о данном действии, так как опять всё заболело. Расслабившись, решил делать всё постепенно. Первым делом попытался поднять руку. И у меня это получилось. Далее поднял вторую руку. Было тяжело, но мне всё же удалось. Следующее действие, что я произвёл, это потёр глаза и открыл их. Фух. Всё же не слепой. Вижу пока плохо, но очертания огней, почему-то голубого цвета, различить смог. Поднеся мокрую руку к носу, я на нюх попытался определить, что это за жидкость. Пахло железом. Сука! Да это же кровь. Ощупав себя, понял, что не моя. Повернув голову в сторону мокрого места, попытался присмотреться, из кого это натекло, но увидел лишь силуэт. «Надо подползти» – пришла в мою голову «гениальная» мысль. И я пополз. Долго полз. Но получилось. Начал ощупывать тело и понял, что оно женское, так как, в какой-то момент, ощутил под рукой грудь с крупным соском, примерно второго размера. По ощущениям она принадлежала девушке или молодой женщине, так как была довольно упруга. Сориентировавшись, первым делом решил проверить, что у неё в карманах. Обыскал одежду. Найти что-либо не удалось, так как карманов не было. Зато отыскался пояс, на котором я нащупал фляжку. И только тут понял, насколько хочу пить. Сорвав фляжку и открыв её, первым делом принюхался. Ага, вода. И присосался, выпив, по ощущениям, половину. Стало легче. Попытался сесть. Получилось. Вылил на руку немного воды и промыл глаза. Помогло. Стал видеть лучше. Осмотрелся. И, хоть зрению ещё далеко до идеала, увидел множество новых деталей.

Первое и самое непонятное, не считая мёртвой девушки, я в пещере. Вы чего, бля! Я так не играю! Какая, нахер, пещера! В моем городе не было никаких пещер. Да я вообще в индустриальном центре жил. Ближайшие горы были от моего города на расстоянии тысячи километров. Но самое паршивое, что голубые огни на верху – это огромные светящиеся кристаллы, которых я даже на картинках не встречал. И тут в мою больную голову стали закрадываться подозрения, и я решил осмотреть себя. Как оказалось, не зря. Вытянув руки, сразу же осознал, что они не мои. Как я это понял? Легко! Мне вообще-то сорок шесть лет. А руки пацана, можно даже сказать, ребёнка, от девяти до двенадцати лет, точно не мои. Я в детях не эксперт, так как у меня их не было, как, в общем-то, и семьи, поэтому определить точный возраст по конечностям точно не смогу. Не успел найти ту самую, которая родила бы от меня. Хотя, возможно, дело было в моём сложном характере. Я был закоренелым холостяком. Но сейчас не об этом, а о том, что, сука, тут вообще происходит? Сидя в полнейшем шоке, краем зрения заметил какое-то движение возле светящихся кристаллов. Подняв голову, замер, так как увидел очередное необъяснимое явление. Чёрная сфера размером с яблоко застыла на одном месте, и я как-то чувствовал, что её интерес направлен на меня. Не успев ничего предпринять, лишь заметил, как она сорвалась с места и влетела в мою грудь. Я застыл, прислушиваясь к ощущениям. Уже даже не паниковал, так как такое количество событий просто превратило моё ментальное состояние в желешку. Первое время ничего не происходило. А потом пришла очередная порция боли. Как будто меня резанули ножом от солнечного сплетения до паха. Мозг помахал мне лапкой, и меня в очередной раз вырубило.

Открыл глаза. Выругался. Закрыл глаза. Ничего не изменилось. Что именно не изменилось, спросите вы? А я вам отвечу – перед глазами висели слова. Как будто на мне очки дополненной реальности. И надпись гласила: «Сканирование, копирование, обработка памяти…». И три точечки бегают туда-сюда, как при загрузке данных. Вообще, как мне рассказывали, именно так должен работать ИИ паразита, пока не обучится речи. Хотя функцию голоса можно было и отключить. Так что же происходит? Надо подождать, раз уж повлиять не могу. И через некоторое время появилась надпись: «Завершено. Генерация голоса… Завершено». И всё пропало. Взор мой, так сказать, очистился.

– Статус. – произнёс я вслух. Кстати, это моё первое слово в этом теле. И голос у меня писклявый, как у девчонки.

– Сука! – пискнул я и полез проверять причиндал. Не, писюн есть. Выдохнув и логически подумав, успокоился окончательно. Ведь я в теле пиздюка. Какой у меня ещё голос может быть?

– Привет! – услышал у себя в голове. И это было так неожиданно, что у меня почти потекло. Но я удержался.

– Привет. – ответил я вслух. – Ты кто?

– Я? Мм… Дай-ка подумать. Тебе правду или соврать?

– Давай правду. Я уже всё равно устал удивляться. Да и психика у меня довольно крепкая, так что жги. – Я скрестил руки на груди и приготовился ждать.

– Я… Как бы попроще тебе объяснить. Во. Я разумный осколок Матери Пустоты.

– Ничего не понятно, но очень интересно. Как я понял, ты тот самый сгусток, который влетел мне в грудь?

– Именно. И я не сгусток, а осколок.

– Хорошо. Пусть будет осколок. И нафига ты влетел в меня? Что была за боль после этого? Да и вообще, ты можешь вылететь обратно?

– Вылететь уже не могу. Я занял место твоего симбионта. Вернее, слился с ним. Именно через его первичные функции мы с тобой и общаемся.

– Так. Это понятно. Что были за надписи? И почему ты назвал паразита симбионтом? – почесав затылок, выдал я новую порцию вопросов.

– Считывал твою память. Именно поэтому я без проблем общаюсь с тобой на твоём родном языке.

Решив, что надо приводить мышцы тела в порядок, поднялся и начал разминаться. Может я и много сидел в прежнем теле, так как работал программистом, но тушку держал в надлежащем виде. Да и вторая моя работа, вернее, её можно назвать подработкой, именуемая как массажист, требовала немало сил. Некоторые мышцы не так уж и легко качественно промять. Так что от физических нагрузок не бегал. Поэтому пару разминочных комплексов я знал и применял.

– Понятно. И где я? Ты знаешь? А про себя думая: «Только не в другом мире. Только не в другом мире».

– Ты в другом мире.

– Сука!

## Глава 2


Общались мы долго. По ощущениям около трёх часов. И вот что удалось узнать. Планета, на которую я попал, имеет название Артезия, что в переводе на мой родной звучит как… Земля. Да-да. Данное небесное тело имеет такое же название, как и моё родненькое. Планета имеет диаметр чуть больше семи тысяч километров, то есть почти в два раза меньше, чем Земля моей солнечной системы. Суша представлена двумя материками. Они занимают восемьдесят процентов планеты. По экватору материки разделены океаном, который является основным источником воды, не считая магических генераторов. Из-за этого большая часть населения проживает в экваториальных широтах. На полюсах никаких снежных шапок нет, так как, во-первых, здесь два солнца, а во-вторых, наклон оси планеты таков, что одно светило почти постоянно освещает южный полюс, а второе – северный. Казалось бы, из-за этого температура на планете должна быть адской, но за счёт удачного расстояния до каждой звезды здесь вполне комфортно. Ближе к полюсам бывает, конечно, выше пятидесяти градусов, но в зонах проживания разумных температура поднимается не выше тридцати. Почему я упомянул именно разумных, а не людей? Так потому, что на обоих материках проживает тридцать восемь разумных рас. Большая их часть заселила подземелья. Кстати, в одном из таких я сейчас нахожусь. Основных рас, которые получили наибольшее распространение, всего семь. И самая многочисленная из них – это крысолюды. И понятно почему. Быстрое размножение и просто феноменальная приспосабливаемость к любой окружающей среде, ну и всеядность. Почему они не захватили весь мир? Всё просто. Они не обладают магией. Всё, что им доступно, – это зачатки шаманизма, поэтому как бы много их ни было, но в конкуренции с другими расами им ничего не светит. Как ни странно, встретить их в городах и крупных поселениях крайне сложно. Крысолюды – общинный народ и предпочитают жить отдельно от других рас, но это не значит, что они все такие. Есть и вполне себе цивилизованные, городские представители.

Люди. Ну здесь всё понятно. Основной чертой является универсальность, причём во всём. Люди могут быть как сильными магами, так и могучими войнами. Могут заводить потомство с любой другой расой. Но есть и ложка дёгтя. Количество одарённых магическим ядром всего два процента на всю популяцию. Кстати, что у магов, что у воинов, ядро вырабатывает ману. Разница лишь в магических каналах. У магов они выглядят как канаты, идущие к основным узлам выхода магической силы. От количества выходных точек напрямую зависит сила мага. Каналы можно проращивать искусственно, но каждая такая процедура может привести к смерти. Только самые отчаянные из тех, кто имеет по одному-два выхода маны, проводят данную процедуру. А ведь за неё ещё и заплатить нужно. Поэтому любой разумный, родившийся с тремя и более каналами, автоматически считается сильным магом, если, конечно, он сможет найти деньги на поступление в магическую академию. Хотя многие страны стараются обучать одарённых, не имеющих своих средств, бесплатно. Правда, ты после окончания учебного заведения обязан отпахать в армии пять и более лет. В зависимости от успеваемости. Кстати, шаманы крысолюдов – это, как правило, маги с одним каналом.

Теперь воины. У них, кстати, есть своё название – теразины. Разница между воином и магом проста. Каналы теразина повторяют нервную систему человека и именуются капиллярами. За счёт такого расположения мана вливается напрямую в мышечные волокна, усиливая практически все показатели разумного. Кстати, и мозг они тоже могут накачивать маной, при этом скорость их мышления возрастает в несколько раз. Поэтому умники в этом мире не маги, а теразины.

Ну и наконец универсалы. Самые страшные бойцы. Имеют оба вида каналов. Таких рождается один на тысячу одарённых. В связи с тем, что без предрасположенности прорастить один из видов каналов нельзя, универсалы являются самыми ценными войнами любого государства. Попытки вырастить магические каналы в теразине и наоборот ни к чему не привели. Хотя пробуют и по сей день.

Также существуют маги-абсолюты. Как не сложно догадаться, они имеют два магических ядра. Но подобных так мало, что их считают чуть ли не легендой. Хотя они точно существуют. Многие известные личности этого мира являлись именно магами-абсолютами.

Вернёмся к расам. Следующие по значимости идут альвы. Делятся на лесных и пустынных. Не враждуют между собой. Отличаются друг от друга ростом и цветом кожи. У лесных – светлые оттенки, вплоть до зеленоватого, и высокий рост относительно других рас. У пустынных альвов цветовая палитра кожи – это разнообразные оттенки коричневого. Короче, альвийские негры. Но бывают и исключения. Рослые среди пустынных встречаются крайне редко.

Что лесные, что пустынные помешаны на дальнобойном оружии. И не только на луках. У них есть магический огнестрел. Да-да… здесь нет расы гномов, по крайней мере на том материке, на котором я нахожусь. Так что почётную роль изобретателей огнестрела взяли на себя ушастые. А изобрели они его потому, что особенностью их манопроводимых каналов является невозможность вывода маны в окружающую среду без проводника. Кстати, у них и магические палочки есть, сделанные из манопроводимого металла. Отбери у альва проводник маны, и он бесполезен как маг. Но не стоит их недооценивать, так как они очень сильные рукопашники, хоть ближний бой у них и не приветствуется.

Слушая всё, что мне рассказывал этот сраный чёрный сгусток, ой, простите – осколок, конечно же, я всё больше понимал, в какую жопу попал. Кстати, он сказал называть его Войд.

– Почему? – спросил я.

– Копаясь в твоей памяти, нашёл воспоминание, как в какой-то игре, где пять игроков нападают на других пять игроков, был персонаж, использующий пустотную магию. И звали его Войд. Хочу, хочу, хочу. – ответил он.

Прослушав информацию про основные расы, среди которых были ещё: манисы (прямоходящие ящеры, которые прекрасно чувствуют себя в пустынях. Сильнейшие теразины рождаются именно у этого народа), зарры (я бы их сравнил с расой тифлингов из наших земных сказок. Спокойные. Не агрессивные. От людей отличаются только наличием рогов и хвоста. Сильные маги) и последние – это бестелесные суллы (по сути, призраки. Имеют навык частичной материализации. Могут вселяться в тела разумных. Очень восприимчивы к магическим атакам. Не восприимчивы к физическому урону. Имеют идеальную память, именно поэтому их можно часто встретить как работников библиотек. Стремятся к знаниям. Могут быть насильно привязаны к универсалу или абсолюту. Не воинственны). У меня возник крайне интересный вопрос.

– Войд, а откуда ты всё это знаешь? – затаив дыхание, я ждал ответа, ведь был уверен, что сейчас будет очередной интересный рассказ. Так и оказалось.

– Всё очень просто. Я более двух тысяч лет наблюдаю за этим миром. Изучаю его. Слушаю, о чём говорят люди. Я же тебе рассказывал, что у меня идеальная память. Вернее, не так. Всё, что я считаю нужным запомнить, автоматически сохраняется в общей базе данных. У меня есть прямой канал с Пустотой. Я так думаю, что именно для этого она нас создаёт. Зачем ей это надо, не знаю. Да и доступ к общей базе знаний у меня ограничен. Всё, что знаю о таких, как я, нас всегда пять. Только после уничтожения одного из нас появляется новый. С чистой памятью. До того, как добраться до этой планеты, толком-то мыслить не мог. Но, закрепившись на орбите, я начал слушать, наблюдать, учить, следить… И только через некоторое время стал полноценно осознавать себя. Ну, а таким, как сейчас, сделал меня ты, вернее, твоя память, чувства и эмоции, которые ты пережил. По сути, я отражение тебя на данный момент. Но, чтобы я не говорил, как бы не шутил, помни, я не могу испытывать эмоций. Не могу чувствовать. Я часть Пустоты. Я не материален. Всё, что сейчас могу, – это копировать тебя. Но плюсы есть. Я буду помогать тебе, а ты позволишь наслаждаться мне жизнью внутри общества разумных через твоё восприятие. Ведь сам я не способен спускаться к людям. Для того, чтобы просто занять место вживлённого в тебя симбионта, я расплатился частью своего существования. Скажем так. Я сократил срок своей жизни.

– Понятненько. – немного задумавшись, я задал следующий вопрос: – Слушай, а скажи-ка мне, что так хреново было, когда ты мне в грудь влетел.

– Ну так я проращивал магический канал. Дело в том, что у тебя уже есть ядро. Но для моей силы тоже нужно вместилище. Поэтому я создал канал от твоего ядра, которое расположено в нижней части сердца, до живота и на узловой точке вырастил вместилище своей силы. Как его дальше развивать, мы ещё обсудим, но есть один косячок. Подпитываться оно будет от основного ядра. То есть процесс восстановления маны будет проходить в несколько раз дольше. По крайней мере пока.

– Ну, а ты в той цепочке тогда каким боком?

– Я, так сказать, преобразователь одной силы в другую. Мана твоего ядра будет проходить через меня, а я, в свою очередь, буду трансформировать её в свою силу.

– А что ты вообще можешь?

– Так-так-так. Что я могу. Пока не знаю. Я никогда не пользовался магией. Это первый мой опыт. Дело в том, что у каждого ядра есть базовый набор навыков, по-местному оттисков. Это что-то типа рубца на магическом ядре. В нем содержится информация о базовом оттиске. По мере развития мага количество рубцов увеличивается. Чем больше оттисков, тем выше уровень ядра. Максимальное количество базовых оттисков – пять. При полной раскачке ядра у тебя будет пять рубцов.

– Ты постоянно говоришь про базовые оттиски, а есть ещё какие-то?

– Конечно есть. Базовый оттиск – это уникальное заклинание твоего ядра. Они практически не повторяются. Крайне редко случается, чтобы оттиски у разных разумных были идентичны. Такое бывает, как правило, у потомственных магов. В династиях с удачными оттисками для их сохранения частенько занимаются селекцией. А бывает, что и родственников женят, чтоб не просесть в могуществе. Вообще, на этой планете многое построено вокруг культа силы. Помни об этом. Так вот, о чем я. А, точно. Оттиски. Короче, второй вид – это стихийный оттиск. Что это такое, спросишь ты? А я отвечу – это заклинания, которые изучают в академиях. В зависимости от предрасположенности твоего ядра тебя будут учить нужным стихийным заклинаниям.

– Хорошо. А у теразинов и универсалов как с оттисками?

– У теразинов абсолютно тоже самое. Ну, а у универсалов, как у тебя, два ядра.

– То есть я универсал?

– Не совсем. Всё зависит от того, как именно будет развиваться моё ядро. Ведь оно работает немного по-другому. По факту, как говорят у тебя на родине, чистый рандом.

– Рандом – это херово. Не люблю рандом. Ладно. Расскажи-ка мне лучше, почему ты находишься возле ядра. Ты же вроде говорил, что занял место симбионта?

– Если бы я просто занял место симбионта, то сейчас над твоей головой парил пустотный осколок, ха-ха… и все бы его видели. Я воспользовался симбионтом, как оболочкой, переселился поближе к твоему ядру и просто протянул канал к основному слою аурного тела. Вот и вся загадка.

– Кстати, а что у меня за ядро? Ты знаешь?

– Знаю. – сказал Войд и замолчал. Вот козлина, а говорил, что он не по приколам.

– Не по приколам. – отозвался осколок пустоты.

– Ты читаешь мои мысли? – задрав брови к верху, спросил я.

– А, ну да. Забыл сказать. Тебе не обязательно говорить вслух.

– Ладно. Так что там с ядром?

– А что с ним? – сделал удивленный голос Войд.

– Хорош бесить, шутник херов. – закипел я.

– Ладно, ладно. Сдаюсь. У тебя ядро созидателя. – и Войд опять замолчал.

– Иииии… – заёрзал я.

– Нууу, по сути, ты магический универсал. Ты тот, кто создаёт заклинания и продумывает, как они будут работать.

– А у меня уже есть базовые оттиски?

– Да, есть. Но пока что для тебя бесполезный.

– И что это за оттиск?

– Называется «Алфавит».

– То есть я смогу изучить какой-то алфавит для составления стихийных заклинаний?

– Не «какой-то», а магический или рунический алфавит. И да. Ты сможешь сам составлять заклинания. Но до этого далеко. Тебе надо хотя бы изучить базу. Выучить несколько стихийных заклинаний. И понять, по какому принципу они строятся. Хотя без изучения и понимания алфавита ты ни фига не поймёшь. Короче, тебе нужен или учебник, или наставник. Я в этом совершенно ничего не понимаю.

– Короче, пока что с этим беда. И с чего мне начать?

– Всё просто. Начни с выживания. Ведь мы в подземелье. И здесь куча чудовищ. В том числе и разумных. И не забывай, что ты теперь в теле ребёнка.

– И они, конечно же, захотят меня съесть?

– Точно.

## Глава 3


Как бы я ни пытался отстраниться от мёртвого тела и не обращать на него внимания, но пришло время с ним разобраться.

– Войд, а ты не знаешь, кто это? – указав пальцем на тело девушки, спросил я.

– Мм… судя по чертам лица – это твоя родственница. Возможно даже мать.

Присмотревшись к мёртвому лицу, я кое-что понял. Она не человек. У девушки была светло-коричневая кожа. Длинные, до пояса, чёрные волосы, собранные в две толстенных косы. Острые черты лица с фиолетовыми глазами, которые в данный момент смотрели безжизненным взглядом в свод пещеры. Пухлые аккуратные губы. Ростом девушка была, на глаз, метр шестьдесят, не более, и с непропорционально длинными стройными ногами. И главное – из-под волос выглядывали заострённые уши. Одета она была в довольно откровенное короткое платье бежевого цвета с глубоким декольте. На ногах – коричневые кожаные сапожки высотой чуть ниже колена.


– То есть я пустынный альв? – удивился я.

– Да, не сомневайся, – произнёс Войд.

Сидя у тела девушки, я думал, что делать дальше.

– Обыщи её. Ты не забыл? Мы в подземелье. Чтобы отсюда выбраться, нам пригодятся любые вещи. Кстати, мы достаточно глубоко. На пятом уровне. Насколько я помню, всего их двенадцать, – выдал важную информацию Войд.

– И что на последнем? – поинтересовался я.

– В разговоре убийц чудовищ проскакивала информация, что, если пройти подземелье, то там будет вход в комнату знаний. Ещё слышал, что подземелья были созданы коренной расой для испытания молодых магов. Типа: «Пройди до конца и получи знания, юный падаван». Но, к сожалению, изначальная раса была уничтожена. Зачем и по какой причине, мне неизвестно. В итоге, подземелья остались неудел и были заселены монстрами и другими разумными. Откуда взялись современные виды, заселившие Артезию… не знаю. И кстати, всё, что я тебе рассказываю, всего лишь слухи. Самому, как ты понимаешь, проверить эти сведения у меня возможности не было, по понятным причинам. Кстати, в подземельях часто встречаются одичавшие крысолюды. Учитывай это, – закончил Войд.

– А что такое «Династия»?

– Мм… – задумался Войд. – Самое простое определение – это объединение кланов по какому-либо признаку. Например, по стихии ядра. Здесь у слова «Династия» немного другой смысл, нежели у тебя на родине.

Пока мы общались с Войдом на отвлечённые темы, я начал ощупывать девушку, которая, возможно, является моей биологической матерью, на наличие скрытых карманов или иных предметов, так как при поверхностном осмотре у неё ничего не было. Добравшись до ног, обнаружил ножны, привязанные к внутренней стороне бедра. А так сразу и не заметишь. И нет. Меня ничуть не смущало, что я залез девушке под юбку. Она мертва. Ей уже совершенно без разницы, кто и где её лапает. А мне пригодится. Глядя на эту красивую мёртвую девушку, совершенно ничего не испытывал. Меня не пугала ни кровь, ни место, в котором я оказался. Как будто мои чувства были подавлены.

– Так и есть. Ты ещё долго будешь такой, как сейчас. Во-первых, у тебя до сих пор идёт адаптация души к новому телу. Ну а во-вторых, через симбионта я скорректировал показатели гормонов твоего нового тела, чтоб ты в панику не ударился – дал объяснение моему состоянию вселенец.

– Понял. Короче, я сейчас флегма.

– Так точно, капитан – подтвердил мои выводы Войд.

Отстегнув ножны с бедра девушки, я взялся за эфес, торчащий из них, и вытащил нож или кинжал, я в этом не особо разбираюсь.

– Это кинжал. Причём сделанный из манопроводимого металла. Девчонка была магичкой, – заключил вселенец.

– Как ты понял, что он из манопроводимого металла? – поинтересовался я.

– Фиолетовый оттенок клинка – обратил моё внимание на нужный признак Войд.

Присмотревшись, я и правда увидел, что металл бликует фиолетовым цветом. Отложив кинжал в сторону, я продолжил поиски.

– Слушай, Войд. А как вообще развивают магическое ядро? – поинтересовался я.

– Проще некуда. Просто убиваешь существ с ядром, и часть силы переходит тебе. При наборе критической массы происходит эволюция, и появляется новый базовый оттиск. Далее, основываясь на возможностях свежей способности, ты развиваешь новые грани дара. Например, есть у тебя магическое ядро водной стихии и базовый оттиск «Управление водой». Научился ты чувствовать свой атрибут, понял, как выпускать влагу под давлением, и решил, что пора бы и второй оттиск заиметь. Пошёл убивать монстров. Убивал, убивал, и вот ядро эволюционировало. Ты покорчился в муках, тебя отпустило, и появился второй оттиск – лёд. И понял ты теперь, что можешь кидаться сосулями. Вот так всё и происходит – закончил Войд.

– Аааа… Ну так, оказывается, всё элементарно. А я уж переживать начал. Нужно всего лишь гасить монстров. Что может быть проще. Ты, блин, издеваешься? – возмутился я

– Неа. А что ты переживаешь? В мир идти тебе нельзя. Защитить ты себя не сможешь, ведь на своей планете, кроме как зарядкой, ты ничем не занимался. Поймают. Определят, что ты маг, и будешь всю жизнь служить на побегушках у какого-нибудь жирного богатея. И это в лучшем случае. Зависит от того, кто поймает. А то и девственности лишат или сожрут. – продолжил издеваться надо мной Войд.

– Бля, что за мир. И трахнут, и в пищу употребят. – сокрушался я.

– У тебя есть уникальная возможность поднабраться сил и самому всех жрать и трахать. Это подземелье находится довольно далеко от обжитых мест. Так что мешать тебе вряд ли кто-то будет. Заимеешь пару оттисков и потом будешь думать, что делать. Родственница твоя явно от кого-то пыталась скрыться. Так что не известно, что тебя ждёт на поверхности.

– Угу. В теле мелкого шкета я много навоюю. Да и я никогда никого не убивал. Сам же сказал, что я слабак. Так ещё и пиздюк.

– Самокритично – добил меня Войд.

– Как есть. Кстати, как ты предлагаешь мне выживать без воды и еды? А что делать, когда меня попытаются сожрать?

– Ну, во-первых, у тебя теперь есть кинжал, а во-вторых, я же не сказал тебе, какой оттиск приобрело моё ядро – заинтриговал меня вселенец.

– Вот это уже ближе к теме. Не томи – заёрзал я от нетерпения.

– Пабааам… Пустотный купол.

– Иииии… – ничего не поняв, потребовал я разъяснений.

– Короче, если привести аналогию из твоего мира, то это инвиз. Только более продвинутый. При касте никто тебя не услышит и не унюхает. А так как он образует купол в виде сферы, то и следов ты оставлять не будешь. – попытался приободрить меня Войд.

– Не слишком по-читерски? Какой-то невероятный рояль, – скривил я лицо.

– Эээ… Ну так и я тебе не насрано. Как ни как, а осколок Пустоты.

– Для меня это ничего не значит. Я не понимаю твоего «величия». Лучше бы ты был перчаткой всевластия.

– Поверь, я лучше. Я даже говорить умею.

– Ха-ха… Шутник, блин – нервно хохотнул я.

– Ну, а по поводу еды и воды… Здесь точно всё это есть. Жрать будешь крыс, ха-ха… А что касается воды… Монстры же что-то пьют? На этажах обязательно будут мелкие пещерные озёра. Вот такое тебе и надо будет найти. И, кстати, по поводу способности. На данный момент маны тебе хватит на одну минуту максимум – обломал меня вселенец.

Закончив обыскивать девушку, я решил её перевернуть и, сделав это, обнаружил торбу на завязках. Аккуратно сняв и даже не измазавшись в крови, развязал её и перевернул. Посыпались разнообразные предметы. Я присел на колени и стал осматривать, какое наследство мне оставила моя горе родственница. Первое, что бросилось в глаза, это два прозрачных камня красного цвета, соединённых между собой куском проволоки из металла, похожего на медь.


Как объяснил мне Войд – это местная зажигалка. Сводишь камни вместе, и начинается нагрев. Через некоторое время они накаляются до такой температуры, что способны поджечь даже сырые дрова. После розжига главное – успеть развести камни друг от друга, иначе рванёт.

Следующим, что мне попалось на глаза, было вяленое мясо, овальные лепёшки, больше похожие на тонкие блины, и сушёные сухофрукты, завёрнутые в тряпицу. При взгляде на пищу я решил прерваться, так как у меня сразу стало сводить желудок. Пока еды не было, вроде и есть не хотелось, а как взгляд зацепился за съедобное, так сразу в животе раздались недовольные возмущения. Усевшись по-турецки, я схватил мясо и лепёшку и начал жадно их поглощать.

– Слушай, Войд. А почему на нас ещё до сих пор никто не напал? – поинтересовался я.

– Потому что мы находимся в переходном месте между этажами. На каждом своя экосистема, и монстры стараются не заходить на чужую территорию. По крайней мере, в других подземельях так. А как здесь, не знаю.

И именно в этот момент раздался зловещий рык. Звук шёл из тоннеля, который находился за моей спиной.

– Получается, я сам себе накаркал. Войд, что мне делать! – занервничал я.

– Хватай кинжал и не паникуй. Как только эта тварь подберётся к тебе, дождись её прыжка, врубай пустотный купол и кувырком уходи в любую сторону. Пока монстр будет пытаться тебя отыскать, подкрадёшься к нему сзади и всадишь кинжал в черепушку – посоветовал Войд

– Да ты тактик, блин. Только есть одна проблемка. Я не знаю, как пользоваться магией! – прокричал я мысленно.

– Всё, что тебе надо сделать, это направить ману из основного ядра в пустотное и представить вокруг себя сферу – объяснил вселенец.

Звук приближающейся твари становился всё громче и громче. Я всмотрелся в тёмный проход и понял, что без проблем вижу эту уродину. И отсутствие света в тоннеле мне не мешает.

– Почему так хорошо видно в темноте? – поинтересовался я.

– Расовая способность. Все альвы видят в темноте как в сумерках – подкинул знаний Войд.

Тварь была мерзкой. Шкура чёрного цвета отражала голубой свет кристаллов. Передвигалась она на четвереньках. Передние лапы были похожи на меха от гармошки. Морда с двумя рядами рогов оканчивалась пастью, больше похожей на зубастый водоворот.


– Это что за ёбаное чучело? – вылезли у меня глаза из орбит.

– Баргест. Мерзкое существо. Аккуратней. Он плюётся огнём – менторским голосом проговорил Войд.

Вот тут-то у меня булки и сжались.

## Глава 4


– Какого хера эта тварь вообще сюда припёрлась? – спросил я у Войда.

– Скорее всего, это из-за запаха крови, – предположил вселенец.

– Столько вопросов и так мало ответов. Ладно, попробуем действовать по твоему плану, – собрался я.

Отошёл от тела девушки и стал ждать, пока эта хератень не подойдёт поближе. Баргест, увидев меня, остановился, втянул ноздрями воздух и начал рычать, как потерпевший. И знаете, что? Мне стало страшно. Очень страшно. Я только сейчас понял, что могу сдохнуть повторно, не начав еще толком жизнь. У меня начали дрожать руки. Я безуспешно пытался успокоиться, но ничего не получилось. А эта падла, прооравшись, на секунду замерла и рванула на меня. Между нами было примерно метров сто.

– Может мне сразу применить купол? – спросил я у Войда.

– Применяй быстрее. – заорал вселенец.

Я попытался сосредоточиться и почувствовать хоть что-то, но не получалось. Тогда, от страха, я стал выкрикивать название оттиска, как будто это было какое-то заклинание из книг про очкастого парня. Но, понятное дело, ничего не получилось. Подбежав на удобное для прыжка расстояние, монстр, припав к земле, выпрямил задние лапы и взвился в воздух.

– Сука! – заорал я и от страха выставил кинжал перед собой и закрыл глаза, пытаясь почувствовать хоть что-то. В груди резануло, и чувство жара потекло от живота вверх, разошлось по всему телу и, сконцентрировавшись в ладонях, пропало. После этого я почувствовал резкий толчок в грудь и стал валиться спиной назад. Отпустив кинжал, попытался подставить руки под спину, чтобы смягчить падение, но в этот момент моё предплечье прострелило болью. На этом для меня всё закончилось, так как я, ударившись головой, вырубился.

Очнувшись и поняв, что ещё жив, ощутил давление на грудную клетку. Открыв глаза, приподнял голову, чтобы разглядеть, что мне мешает. Баргест лежал поперёк моей тушки, вцепившись пастью в руку. Я уже хотел заорать, но Войд меня успокоил.

– Не ори. Он мёртв.

– Как мёртв? Куда мёртв? Зачем мёртв? – из-за шока из моего рта лился какой-то бред. – Как так вышло?

Тварь напоролась на твой кинжал, и всё, что успела сделать перед смертью, это цапнуть тебя за руку – пояснил Войд.

– То есть купол я применить не смог.

– Нет. Но ты сделал кое-что получше, – заинтриговал Войд.

– Да? И что? – прокряхтел я.

– Во время атаки баргеста ты напитал клинок кинжала маной, причём из пустотного ядра, и он вошёл в глазницу этой твари почти без сопротивления, – пояснил вселенец.

Я попытался пошевелиться, но придавило меня конкретно. Ещё и рука болела так, как будто её ошпарило кислотой.

– Как мне выбраться из-под этой туши? – начал я немного паниковать.

– Вряд ли ты сможешь её сдвинуть. Попробуй дотянуться до кинжала. Если получится вытащить его, порежешь эту тварь на куски. Это единственное, что я могу предложить – отрезал вселенец.

Осмыслив сказанное Войдом, я потянулся здоровой рукой к морде твари. Приметил, что на предплечье была какая-то татуировка. Выглядела как круг с точкой в центре. Я не стал придавать ей особого значения и продолжил попытки освободиться. Схватившись за эфес, дёрнул кинжал, и он с хлюпающим звуком покинул глазницу баргеста. Оттуда сразу же потоком стала вытекать белёсая жижа вперемешку с кровью, и всё это залило мою руку. Завоняло так, что у меня начались рвотные спазмы. Отвернув голову, я вдохнул свежего воздуха и, собрав яйца в кулак, приступил к разделке туши. Начал с лапы. Надрезал шкуру и отделил мясо, чтоб найти сустав. Раскромсав хрящ, дорезал плоть и откинул эту мерзость в сторону. И таким образом я отделил все конечности, до которых смог дотянуться. Осталась только дальняя от меня лапа. Подо мной всё хлюпало из-за натёкшей крови. Вонь стояла такая, как будто я провалился в сельский сортир. Посмотрев на голову, я вздохнул и приступил к её отделению от тушки. Закончив и разжав пасть баргеста кинжалом, зашипел от боли. Чуть подождав, пока боль успокоится, я откатил башку монстра от себя и попробовал поёрзать, как червяк, пытаясь выбраться из-под туши твари. Помогая здоровой рукой, мне всё же удалось стащить эту мерзость с себя. Выдохнув, я осмотрел тело на наличие других повреждений. Да уж, состояние паршивое. Вся одежда залита мерзкой, вонючей жижей. Разрезав рукав, я осмотрел рану. Могло быть хуже. Зубы монстра попортили только шкурку. Видимо, он сдох, не успев сильно вгрызться в руку. Поднявшись на ноги, я осмотрелся в поисках фляжки. Найдя взглядом, пошёл её подбирать. Она лежала чуть в стороне от мёртвой девушки. Подняв её и открыв, я немного отпил и приступил к промывке раны. Отрезав лоскут ткани от платья девушки, я перевязал руку и сел на жопу, чтоб передохнуть. Взглянул на самодельную повязку.

– Ну хоть так. – вздохнул я.

– Ты кое-что забыл.

– Что? – удивился я.

– Вырезать ядро баргеста. – со смешком ответил Войд.

– Бля. Опять ковыряться в этом говне? С того момента, как я очнулся в этом теле, со мной произошло херни больше, чем за всю предыдущую жизнь.

– Хочешь честно? – спросил Войд.

– Ну руби правду матку. – вздохнул я.

– Это только начало. Ты же уже должен был понять, что впереди ещё больше дерьма – обрадовал меня вселенец.

– Да это понятно. Ладно пойду ковыряться в потрохах – скривился я.

Поднявшись на ноги, побрёл к баргесту. Попытавшись вскрыть грудную клетку монстра, понял, что сил сломать кости у меня не хватит. Подумав, я вскрыл его живот и засунул неповрежденную руку ему в потроха.

– Кстати, а где его искать-то? – поняв, что нужно было сначала поинтересоваться этим фактом, а лишь потом лезть внутрь, обратился я к Войду.

– Ядро крепится к нижней части сердца. Ищи там. У всех существ на этой планете оно располагается в одном и том же месте – ответил Войд.

Засунув руку почти целиком, я стал продираться через внутренние органы в нужную сторону. Нащупав сердце, спустил руку в низ органа и сразу же наткнулся на тёплый предмет, по форме напоминающий сферу небольшого размера, приблизительно два сантиметра.

– Оно ещё тёплое. – сказал я вслух.

И будет теплое, пока вся мана не рассеется. А произойдет это не скоро – дал очередное пояснение Войд.

Я оторвал сферу от сердца и вытащил руку из потрохов. Раскрыв ладонь, уставился на шарик красного цвета с одной жёлтой прожилкой.

– Вот смотри. Красный цвет ядра говорит о том, что стихия монстра – огонь, – начал объяснять Войд – а прожилка – это оттиск.

– Понял. А какого цвета у меня ядро? – поинтересовался я.

– Серое с голубой прожилкой – ответил вселенец.

– Кстати, а что вообще дают оттиски, кроме новой способности? – спросил я.

– Да уж. А самому подумать? Ладно, слушай и не говори, что не слышал. Я тебе приводил пример со стихией воды, но, видимо, он не отражает всю суть каждого последующего ранга. Представим теразина, у которого есть оттиск усиления тела. Вроде ничего такого особенного. Применил на себя, стал крепким, ловким и так далее. Но представь, что следующим оттиском у него будет, допустим, замедление времени. И вот он уже становится имбой. Замедляя время для своих противников, да ещё накинув усиление, получаем ебический электровеник, который хрен поймаешь, да ещё и не пробьёшь. – Вселенец на секунду замолчал, чтобы я мог переварить сказанное. – И это ещё не всё. – продолжил Войд. – С каждым новым рангом ты сможешь задавать больше параметров своему заклинанию. С первым оттиском один параметр, со вторым два и так далее. Заклинание первого уровня выглядит как линия, не обязательно прямая, окрашенная в цвет твоей стихии. Вот она и содержит в себе описание того, что произойдёт далее. Например, красная прямая с параметром «скорость» – это огненная стрела, а синий круг с алфавитной руной «взрыв» – это ледяная взрывная сфера. А представь, что у тебя два или три оттиска. Представил? Молодец. Три параметра в заклинании – это мощь. Здесь как раз и нужен магический алфавит, которым ты сможешь пользоваться. По сути, твой навык – это инструментарий для правки стихийных оттисков. По мере развития ты сможешь хранить несколько заклинаний в своём ядре для быстрого доступа к ним. – закончил Войд.

– Ладно. Я понял. Был не прав. Что с ядром-то делать? – глядя на мерцающий шарик, спросил я.

– Раздави в руке. – ответил Войд.

Последовав совету, я со всей доступной мне силы сжал руку в кулак. Ядро поддалось и треснуло. От кулака вверх поплыл синеватый дымок, но после стал втягиваться в руку. Я почувствовал, как, впитавшись в ладонь, эта субстанция стала передвигаться вверх по предплечью и выше, светясь внутри вен. Потом, достигнув плеча, нырнула к сердцу, и я почувствовал тепло, расходящееся от ядра по всему телу. Простояв некоторое время, наслаждаясь этим новым для меня ощущением, я почувствовал, как зачесалась раненная рука.

– Точно. Забыл сказать. В ядрах хранится мана в чистом виде. Она трансформируется в стихийную только при выходе из источника. Это своеобразный фильтр-преобразователь. Так вот. Чистая мана имеет эффект заживления. Не сильный, конечно же, но для затягивания твоих ран должно хватить – обрадовал меня Войд.

– А если применить несколько ядер подряд, сильная рана затянется?

– Думаю, да. Кстати, у тебя пробился росток второго оттиска. И, судя по его размеру, тебе как минимум понадобится раздавить ещё около 20 ядер первого ранга – ошарашил меня Войд.

– Пиздец. А другие разумные как? Ведь, как я понял, это слабый монстр? И мне просто повезло его прикончить.

– Нууу… вариантов много. Можно купить у гильдии убийц монстров или на черном рынке, а можно исподтишка резать разумных, гы-гы.

– Очень смешно – не оценил я шутку Войда.

Сняв тряпку с руки, я увидел, что раны от зубов чудовища уже затянулись.

– Удобно, блин. – пробурчал я себе под нос.

– Угу, – подтвердил Войд.

– Вот и ладненько. Давай закончим с вещами нашей мадам и будем думать, что делать дальше, – выработал я план.

Подойдя к куче вещей, которые высыпал из торбы, мне в глаза бросилось что-то блестящее. Протянув руку, я выудил из кучи медальон. Осмотрев его, приметил, что его можно было открыть. Отщелкнув замочек, я распахнул половинки медальона.

## Глава 5


– Поздравляю. Теперь мы точно знаем, что это твоя мамашка. – весёлым голосом сказал Войд.

Почему он так решил? Потому что в медальоне были вложены фотографии. В левой половинке был портрет моей уже мертвой матери, а в правой – мой. По контуру, как перевёл Войд, было написано: «Любимому сыночку от мамы».

– Хоть мне и насрать, но надо её похоронить, – нахмурившись, произнёс я.

– Ты забыл, что уже не в своём мире. Здесь нет обрядов упокоения через закапывание, потому что труп может и подняться из могилки. Так что просто сожги её, – отрезал Войд.

– Сделаем это перед уходом. На каком мы сейчас этаже? – поинтересовался я.

Положив медальон в карман штанов, я сел на корточки и продолжил копаться в вещах.

– Пока к тебе спускался, вроде пять пролетел, – задумчиво произнёс Войд.

В куче, кроме какого-то тряпья, я обнаружил кожаный мешочек, в котором что-то звякнуло. Открыв его, высыпал себе на ладонь несколько металлических прямоугольных пластинок. – Это разновидность местных денег. – сообщил мне Войд.

Отсортировав пластинки по цвету, я посчитал их. Получалось три золотистых и восемнадцать серебристых.

– Это золото и серебро? – спросил я у Войда?

– Да. Эти металлы и на этой планете ценятся. Но самый дорогой – это магопроводимый металл или просто магометалл. Из него сделан твой кинжал.


Покрутив оружие в руках, я отметил, что он крайне искусно сделан. Лезвие было покрыто красивыми завитушками. Эфес обмотан приятной на ощупь кожей. Гарда на концах была скруглена, и полумесяцы были направлены вдоль лезвия вверх.


Перетряхнув тряпки, я больше ничего не нашёл. Подобрав местную зажигалку, обмотал её тканью, чтоб случайно не соприкоснулись камни, и положил в карман штанов. Взяв торбу, я покидал в неё тряпки, остатки еды и кошель. Осмотрелся. Убедился, что ничего не забыл. Затянул торбу и бросил её возле девушки. Вложил кинжал в ножны, пристегнул к поясу и пошёл искать что-нибудь горючее. Пока осматривал пещеру, решил пообщаться с Войдом.

– Как мне научиться пользоваться твоим ядром? Да и своим тоже – задал я назревший вопрос.

– А я откуда знаю, – ответил Войд. – Я что тебе, маг или теразин? Всё, что могу подсказать – пытайся медитировать. Почувствуй ядра и направляй ману в каналы. Так тренируются разумные. Не забывай, ты не в своём теле. Всё может быть по-другому. Просто пробуй.

– Сейчас разберёмся с телом мамаши, найдём тихий уголок и буду пробовать. А ты оттиски пустоты сам применять не можешь? Или вливать ману в кинжал, как это у меня случайно получилось? – поинтересовался я.

– Нет. Из-за того, что я, по сути, внутри симбионта, мои возможности почти нулевые. Зато, если тебе надо будет сделать покер фейс или поднять писюн, я помогу – серьёзно заявил Войд.

– Ну да. Мне в подземелье только писюн поднимать. Да и вообще, сколько этому телу лет? – осмотрел я себя.

– Не меньше двенадцати, – убеждённо сказал вселенец.

– Почему ты так решил? – поинтересовался я.

– Первый оттиск проявляется у всех магов в двенадцать лет. Каналы и ядро с рождения, если тебе повезло. У тебя, кстати, было четыре канала, и пятый прорастил я. Будешь крутышом, если выживешь – ответил Войд.

Собрав полусгнившие ветки, я вернулся к девушке и скинул их возле неё. Сделал ещё несколько ходок и притащил приличное количество дерева. Плотно обложив девушку, я накинул на плечи торбу и достал местную зажигалку.

– Ну, прощай, красотка. Может, ты была хорошим альвом и прекрасной матерью, но я тебя не знал.

Соединив камни, бросил зажигалку рядом с ветками. Как только костёр разгорелся, я выгреб устройство из пламени и деактивировал его. Когда камни остыли, обмотал их тряпкой, закинул в карман и, напоследок взглянув на девушку, побежал в сторону шестого этажа. Добравшись до тоннеля, я перешёл на шаг и не спеша побрёл вниз. Темнота мне совершенно не мешала.

– И что мне ждать на шестом этаже? – пробубнил я в пустоту.

– Если мы встретили баргеста, значит, это подземелье заселено дикими племенами крысолюдов. У них эти твари частенько используются вместо сторожевых псов. Так что будь осторожен. Крысы довольно хитрые разумные, а если среди них есть умные особи, то стоит постараться не попасть к ним в плен, пока ты не научишься использовать свои возможности. Кроме крысолюдов и баргестов здесь может быть любая хтонь. Монстров много, и какие обитают здесь, неизвестно, – выдал мне справку Войд.

Переход тянулся километра два. За это время нам не встретилась ни одна живность. И вот, наконец, тоннель начал расширяться. Стали попадаться первые светящиеся кристаллы. Чем дальше я продвигался, тем светлее становилось.

– Войд, знаешь, что меня больше всего напрягает? – начал я говорить. – Не переселение в другой мир, не это долбанное подземелье. А напрягает меня то, что я не помню своего имени. Воспоминания о прошлой жизни есть, а как меня звали, я не знаю.

– Хм… – задумался Войд, – а ведь я тоже не смог в твоих воспоминаниях найти, как тебя звали. И это странно. Хотя, может, и не странно. Я не знаю, как должно быть. Может, пока твоя душа добралась до этого тела, часть души разрушилась и какие-то воспоминания были утеряны. Например, я в твоей памяти не нашел ни одной сцены секса. Или ты сорокашестилетний девственник? – хохотнул вселенец.

– Ну, я, конечно, был холостяком, но зарабатывал хорошо и не жалел денег на женщин. Поэтому секса у меня было в достатке. А вот сейчас ты сказал про постельные утехи, и да, я не могу вспомнить ни одной сцены непотребства. – нахмурился я.

– Ха-ха. Ты теперь ментальный девственник. Ладно, не ссы. Если выживем, натрахаешься вдоволь. В этом мире с интимом проще. Из-за постоянных стычек между разными расами, странами, королевствами, империями, с мужиками очень плохо. А с сильными особями и того хуже. Приблизительно на каждого одарённого самца приходится четыре высокородных магини. А так как у тебя ещё и два ядра… Как бы хер не стёр. – попытался подбодрить меня Войд.

– Что же ты со мной делаешь, чертяка языкастый. Наописывал мне тут гаремных страстей. Только что-то мне подсказывает, что меня за яйца быстренько возьмут. Неизвестно, с какой целью меня с матерью убить хотели. Может, папашка – ублюдок, а может, расовые разборки. Вариантов много. Если бы я хоть что-то знал о своей семье, можно было бы строить какие-то планы, ну а так… сам понимаешь. И вообще, меня за ядро пустоты на костёр не потащат? – от такой мысли я даже остановился.

– Будешь всем говорить, что это ядро тьмы. Увидеть можно только цвет ядра. А в этом мире ты единственный с ядром пустоты. Ну, а из-за того, что часто появляются уникальные оттиски, то ты особо и выделяться не будешь. Универсал и всё. Хотя, со временем, я смогу спрятать эту твою особенность от возможного обнаружения – пообещал Войд.

– Вот именно. Ты говорил, что универсалов мало. Меня в рабство не заберут? – задал я волнующий меня вопрос.

– Не ссы, прорвёмся. Об этом будем думать, как выберемся, – пресёк моё нытьё Войд.

Пройдя ещё с километр, по правой стене стали появляться проходы. Аккуратно приблизившись к первому, я сжал покрепче кинжал и медленно заглянул в проём. Сначала одним глазком, а потом, убедившись, что опасности нет, высунул голову полностью. Оглядев помещение и не заметив ничего опасного, я зашел вовнутрь.

– Может, здесь сделаем остановку? – спросил я у Войда.

– А мне-то что? Я не устаю. Сам решай.

– Я хотел бы научиться хоть чему-то, прежде чем найду на жопу проблемы.

– Правильное решение, – похвалил меня Войд.

В комнате было темно, но благодаря моему зрению, я всё прекрасно видел. Выбрав самый темный угол, чтоб меня сразу не заметили, я достал из торбы первую попавшуюся тряпку, которой оказалась рубаха моего размера. Я расстелил её на полу и сел в позу лотоса, как настоящий, сука, культиватор, который готовится раскрыть чакры и познать тайны вселенной. Посидев, как дурак, минут пять, я понял, что надо что-то сделать. Ну и сделал. Достал жратву и начал хомячить.

– А неплохо ты познаёшь тайны магии я смотрю. – захрюкав от смеха, сказал Войд.

– Ага. Мне тоже нравится. Почти дзен словил. Вот ты мне говорил, что не испытываешь эмоций, а ржёшь как конь уже какой раз.

– Ну я же говорил тебе, что копирую поведение людей из твоих воспоминаний.

– Понял. Жаль, – дожевав лепешку, сказал я.

– Ага, – подтвердил Войд.

– Ладно. Подсказывай, что мне делать?

– Для начала дыши глубже и ровнее. После попробуй сконцентрировать своё внимание на месте, где тебе было больно, когда я в тебя проник, – приступил к наставлениям Войд.

– Как-то двусмысленно звучит. – хихикнул я.

– Ну да. Ладно. Что я там говорил… а-а, точно. Попробуй почувствовать тепло в груди, такое же, как-то, что ты ощутил, когда взял в руку ядро баргеста – продолжил Войд.

– А если я и не прекращал чувствовать это тепло?

–Хм… ну я пересказываю тебе то, что слышал от разумных, когда за ними наблюдал, – задумчиво произнёс вселенец.

– Понял. Продолжай. – смирившись, что легко не будет, сказал я.

– Тогда попробуй направить или вытолкнуть, у каждого по-своему, это тепло из ядра в каналы рук. И как получится, продавливай до ладоней, а потом загоняй в пальцы.

Ну и я начал пробовать. Сидел с умным лицом. Тужился, пыжился, вертел, крутил, толкал, направлял. Но нихрена не выходило, пока я не психанул и не приказал, как самому непослушному ребёнку: «Двигайся, сука!». И она двинулась, да так, что из моих рук полыхнуло грязно-серым пламенем, и я вырубился.

– Я родился. – это были первые слова после пробуждения. Почему я так рад? Ну так у меня же получилось. Да, как всегда, всё через жопу, но, главное, что я запомнил ощущения перед тем, как отключиться.

– Доброе утро, неудачник. – издевательски произнёс Войд.

Но меня было уже не остановить. Вскочив, я воспроизвёл то неистовое желание движения маны по моим каналам и, ощутив тепло, ползущее от сердца к рукам, увидел, как вены стали подсвечиваться изнутри. Продвигаясь всё дальше, свет сконцентрировался в кончике указательного пальца, и над ним появился язычок серого пламени.

– Му-ха-ха. – засмеялся я злодейским смехом.

Я, как идиот, носился по помещению с дебильной улыбкой на лице и зажигал язычок маны то над одним пальцем, то над другим, то над всеми сразу. Наигравшись, успокоился и сел на то же место.

– Войд, а как с твоей энергией? – не теряя энтузиазма, спросил я.

– Тоже самое, только путь другой. Ты сначала должен сконцентрироваться на ядре пустоты, потом пустить ману по новому каналу до основного ядра, здесь я её перехвачу и направлю в нужные тебе каналы. – пояснил Войд.

– А что будет, если твоя энергия попадёт в основное накопитель? – поинтересовался я.

– В лучшем случае – пизда ядру. В худшем – мы сдохнем, – предостерёг меня Войд от необдуманных действий.

– А твоя мана не вредит каналам? – продолжил расспрос я.

– Каналам, в общем-то, похер какую субстанцию пропускать. По сути, мана – это энергия вселенной, окрашенная стихийным атрибутом – предположил Войд.

– То есть пустота – это тоже атрибут? – спросил я.

– Пустота – это то, с чего всё началось и где всё закончится. Я не физик, не философ и не какой-нибудь другой умник. Всё работает и хорошо. – психанул Войд.

– Эээ… ну чё начинается-то? Нормально же общались. Ладно, ты короче не знаешь. Так бы сразу и сказал. Чего орать то. Работает и хорошо.

Я сконцентрировался на пустотном ядре и по той же схеме пустил ману через Войда в каналы. Никаких проблем у меня это не вызвало, вот только язык пламени над пальцем был крайне необычен. Он был не просто темным пламенем, как я предполагал, а больше смахивал на черную дыру. Как будто этот огонек поглощал даже фотоны. Но, как объяснил Войд, тут всё работает иначе. Пустота просто создает зону отчуждения… всего. Любых частиц.

– А почему я тогда не сдох, когда ты в меня влетел?

– Ну вообще-то почти сдох. Просто я проделал всё настолько быстро, что большого вреда не нанес. Плюс, через симбионта, я поднял регенеративные показатели, пока ты был в отключке – попытался успокоить меня Войд.

– Ладно. Что мне делать теперь? – собрался я.

– Прокачивай ману по всем каналам и активируй оттиск купола пустоты. Как? Просто, когда сконцентрируешься на ядре, подумай об этом оттиске – попытался объяснить вселенец.

Я пустил ману по всем пяти каналам и увидел, как дымка начала выходить, кроме рук, ещё из ног и живота. Сконцентрировался на ядре пустоты и обратился к оттиску.

– «Пустотный купол» – про себя произнёс я.

И в тот же момент мана начала формировать сферу вокруг моего тела. На это ей понадобилось примерно две секунды. А потом всё посерело. Голубой свет стал серым, стены стали серыми, всё вокруг меня стало серым. Я хотел посмотреть на свою руку, но не увидел её. Да ничего я не увидел. Моего тела и всего, что попало в зону действия сферы, не было видно. Простояв секунд тридцать, я стал ощущать недомогание.

– Вырубай, а то щас всю ману сожжёшь. – в голове прозвучал голос Войда.

Я остановил движение маны в каналах, и сфера пропала, а моя тушка проявилась.

– Это было… невообразимо круто. У меня слов нет. Кстати, Войд, объясни мне тупому, что зависит от количества каналов.

– Хорошо, что ты понимаешь прописные истины и не возвышаешь себя. Ладно. Слушай. – начал вселенец. – От количества каналов напрямую зависит, сколько ты сможешь влить маны в заклинание в единицу времени. То есть мощность щита или боевого стихийного оттиска напрямую зависит от количества использованной энергии. Но и это ещё не всё. Например, если бы у тебя был всего один канал в руке, то ты бы не смог создать сферический щит вокруг себя, так как тебе не удалось бы распространить ману на такую площадь. А вот с тремя каналами: в руке, в животе и в ноге – это возможно. А у тебя их пять. Так что, когда раздобудешь или создашь сам оттиск щита, он у тебя будет крайне надёжным.

– А какую стихию мне лучше всего выбрать для щита? – поинтересовался я.

– Пустоту конечно же. Такой щит будет разрушать саму структуру заклинания и маны на поддержание будет уходить меньше – как ребёнку, объяснил мне Войд.

– Понятно. Что дальше делаем? – нетерпеливо спросил я.

– Потренируйся наполнять кинжал маной – терпеливо ответил Войд.

– Как в тот раз? – вспомнил я про битву с баргестом.

– Совершенно верно, падаван.

– Шутник блин – фыркнул я.


Накачка кинжала маной не вызвала у меня никаких трудностей, поэтому я сразу начал экспериментировать. Попробовал располовинить камень и без проблем, как по маслу. Потом выбежал из комнаты и начал резать всё, что попадалось на моём пути: мох, кристаллы, куски дерева. Носился как ребёнок с тупой счастливой лыбой и кромсал всё подряд. Наигравшись, я развернулся и увидел, что шагах в двадцати стоит крыса ростом метра полтора с открытым ртом и охуевает с меня. Обратив внимание на то, что эта тварь одета в подобие брони и в лапе у неё костяной нож, я стал судорожно соображать, что мне делать. Ничего не надумав, просто взял и пульнул наполненный под завязку пустотной маной нож в крысолюда.

## Глава 6


У крысолюда Крога сегодня был счастливый день. Он наконец-то получил повышение. Теперь в его жизни настала белая полоса, и он сможет ходить в дальние дозоры. А ещё ему дадут доступ к самкам, и он, конечно же, выберет дорогую Ланель. И то, что она рожала уже семь раз, его совершенно не волнует. Ведь у неё такой прекрасный хвост, мягкая шёрстка, да и зубы почти все на месте. Задумавшись о прекрасной Ланель, Крог выпал из реальности и даже не услышал, как его позвал старшина. За это и получил леща.

– Ефрейтор Крог! Получай оружие и вали в дозор, – прямо в ухо прокричал старшина.

– Так точно. – выпрямившись в струну ответил Крог.

Получив оружие, крысолюд посмотрел на старшину, который удалился от него уже метров на двадцать.

– Ничего, Крог ещё всем вам покажет. Скоро Крог будет орать всем на ухо. Только подождите. – с предвкушением прошипел обиженный крысолюд.

Получив в администрации все нужные документы, Крог отправился в дальний тоннель, ведущий к переходу на пятый этаж. Начальство сказало, что туда убежал баргест и его первое задание – найти его. Ну и заодно проверить переход на наличие чужаков. С мечтательным лицом, Крог думал о том, как будет угощать любимую Ланель зёрнами с поверхности. И не важно, что он потратил все скопленные деньги на 13 зерен. Зато какова будет награда. Так он и шёл, особо не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Но вдруг он услышал, как вдалеке кто-то смеётся. Вернее, на смех это было похоже отдалённо. Так хохотал старый Рон, живший от него через три дома, перед тем как отгрыз себе руку и не убил этим обрубком трёх законопослушных крысолюдов. Заинтересовавшись, Крог вытащил из ножен новенький костяной клинок и поторопился на звук. Выйдя из-за поворота, у крысолюда от удивления открылся рот. По тоннелю бегал двуногий без шерсти и, размахивая кинжалом, который был покрыт черной дымкой, смеялся, как старый Рон. Разрезая всё, что ему попадалось на пути, странный двуногий остановился и, резко развернувшись, уставился растерянным взглядом на Крога. И тогда крысолюд понял, что не такой уж и удачный сегодня день. Не успев ничего предпринять, Крог наблюдал за тем, как лысый двуногий кидает в него кинжал. Видно было, что навыка у этого разумного, ну, или не особо разумного, не было и, скорее всего, кинжал просто плашмя ударится о его броню. Так и произошло, но вот только… Вот только кинжал, ударившись о нагрудник, не остановился, а без сопротивления двинулся дальше и, пролетев крысолюда насквозь, воткнулся в камень позади Крога.

– Моя милая Ланель… – прохрипел крысолюд булькающим голосом.

Это были последние слова, которые успел произнести Крог, а потом пришла тьма…


***


– Ебать. Чё за… – не поверил я в то, что сейчас увидел. – как так?

– Гы-гы… Внимание! Работает мана пустоты, – прикалывался Войд. – Всем оставаться на своих местах.

Придя в себя после увиденного, понял, что убил разумного, и знаете, не особо-то переживал. Не воспринимал я этого мохнатого, как альва или человека. Для моей психики он был ближе к баргесту. Ну и ладно. Это рано или поздно должно было произойти. Ядра раскачивать как-то надо, так что придётся убивать и, думается мне, не только монстров, но и людей. Стоит привыкнуть к этой мысли.

– Мана пустоты разрушает всё, – пояснил мне Войд. – Почти аннигиляция. Разрушает любое вещество. Так что размахивай кинжалом поосторожнее, а то чик по яйкам и имя Аэль тебе уже не подойдёт.

– Д-да уж, – представил себе эту картину, как я, подняв руки вверх, взываю к небесам над своими яйками.

– Жаль броньку. – вздохнул Войд.

– Ага, – согласился я. – Ладно. И так сойдёт. Это лучше, чем совсем без неё.

Я подошёл к крысолюду и пнул его ногой.

– Мёртв, – констатировал я.

– Ага, – подтвердил Войд.

Сняв броню с крысолюда, вернулся в комнату, в которой медитировал. Поднял с пола рубаху, на которой сидел, и вернулся обратно. Очистив броню от крови, я решил примерить её. Она была, конечно, чуть великовата, но, в общем, села нормально. Тем более, что, затянув ремешки, броня совсем перестала болтаться. Поднял кинжал, вложил его в ножны и закинул в торбу. Выбросил пропитанную кровью рубаху и решил, что пора посмотреть, откуда пришёл крысолюд.

– Они живут в поселениях? – спросил я у Войда.

– Ну конечно же. Эти племена крысолюдов хоть и примитивны, но вполне разумны.

– А броня у них откуда? Сами делают? – поинтересовался я.

– Скорее всего закупают на поверхности – предположил Войд.

– А чем расплачиваются?

– Ядра монстров, магические минералы, возможно, полезные ископаемые. Вариантов много. Это же подземелье. Здесь можно найти много всего полезного. – ответил Войд.

– Ладно. Пора глянуть, где обитают эти красавцы и красавицы – заявил я.

Попрыгал на месте, проверяя все свои пожитки на издаваемый шум. Видел такое действие в каком-то умном фильме. Вроде шума почти нет.

– «Ну, что же, вперёд к приключениям!» – подумал я.

– Осторожно! – выкрикнул Войд.

А я? А что я? Я даже дёрнуться не успел, как почувствовал удар по затылку.

– «Как так-то?» – промелькнула мысль и сознание угасло.


***


Открыв глаза, я резко вскочил, не понимая, что происходит. Неужели это был сон. Оглядевшись, понял, что я в своей квартире. Взглянув на кровать, увидел, как из-под одеяла торчит блондинистая макушка. Сдёрнул одеяло. На кровати лежала Ольга, единственная моя подруга, с которой я дружил с детского сада, но… Но я с ней никогда не спал, ведь был у неё во френдзоне. Ладно. Видимо, мы вчера перебрали, ведь голова раскалывалась. Разберусь позже. А пока приму душ. Накинул халат и пошел в ванную комнату. Не знаю, сколько я отмокал под душем, прокручивая в голове этот странный сон.

– Как-то это было слишком… реалистично что ли, – бубнил я, – но хорошо, что я дома. Хотя Войд был прикольным хмырём. – мои губы тронула лёгкая улыбка.

Поняв, что в голове не проясняется и боль никуда не уходит, вырубил душ, накинул халат и решил, что просто надо выпить таблетку. Выйдя из ванной, я увидел, как по центру комнаты стоит обнаженная Оля и смотрит на натяжной потолок. Оглядев изящную фигурку этой женщины, которая совершенно не выглядела на свой возраст, я всё-таки перевёл взгляд на потолок. А там по центру надувалась сиська. Подойдя к Оле, я стал рядом с ней и тоже уставился в этот шедевр абстрактного искусства.

– Соседи заливают, суки, – вздохнул я.

И в этот момент сиська лопнула и обдала меня холодной водой.

– Сука! – заорал я и попытался убежать, но врезался во что-то твёрдое. Упав на задницу, я протёр глаза и увидел перед собой крысолюда с деревянным ведром.

– Проснулся, – констатировал диагноз Войд.

– Нет, нет, нет – заканючил я как ребёнок.

– Да не ссы ты. Может, это и к лучшему. Оглядимся спокойно, а потом решим, что делать. Кстати, советую изображать немого, ведь ты не знаешь общего языка. Как-то мы этот момент упустили. Я буду переводить тебе, что они говорят, но ты-то языка не знаешь. Так что будешь, как обезьяна, жестами объясняться. Единственное, что меня беспокоит, это мёртвый крысолюд, – попытался привести меня в чувства Войд.

– Понял, – про себя произнёс я, – как бы меня не вздёрнули за убийство.

– Попробуем объяснить, как будто это не мы. В конце концов ты шкет. Вряд ли кто-то поверит, что ты мог его убить. Скажем, что нашли мёртвым и просто забрали вещи, – предложил вселенец.

– Эх. Кинжал жалко. – вздохнул я и уставился на крысолюда. Он что-то сказал.

– Говорит, что ты теперь раб и тебя скоро ждёт допрос. Не рыпайся. Просто мотни головой, что, мол, понял всё.

Я мотнул головой, которая отозвалась болью в затылке, и поднялся на ноги. Одежды не было. Я жестами показал, что замёрз. Крысолюд опять что-то сказал.

– Спрашивает, почему ты не говоришь – перевёл Войд.

Показав рукой, открывающейся рот, я мотнул в отрицательном жесте головой и развёл руками.

– Немой, что ли? – спросил мохнатый. Я утвердительно кивнул головой. Крыс взял в руки копьё и указал мне на дверь. Напоследок осмотрев комнату, которая была полностью сделана из камня, и поняв, что она совершенно пуста, я двинулся на выход.

– Без окон и с одной дверью. Похоже на карцер. – предположил Войд.

– Ага, – про себя согласился я с ним.

Выйдя из строения, я огляделся. Пещера, в которой находилось поселение, была размером с три футбольных поля. Дома располагались без какой-либо системы и были совершенно идентичны друг другу. Единственные строения, которые выделялись – это двухэтажный дом в центре и длинный барак, всё из того же серого камня, в конце поселения. Стандартные дома были размером квадратов сорок. Видимо, рассчитаны на семью крысолюдов. Засмотревшись, я почувствовал, как мой надзиратель упёр копьё мне в спину и что-то сказал.

– Говорит идти вперёд. – перевёл мне Войд. И я пошёл. Направлялись мы к тому длинному зданию. Дойдя до строения, мой провожатый переговорил с двумя стражниками, и те открыли дверь. Крысолюд схватил меня за локоть, втолкнул внутрь здания и закрыл дверь. «Вечер в хату» – почти произнёс, а потом вспомнил, что я немой. Посмотрел налево. Посмотрел направо. Везде разумные. Обречённые взгляды. Немытые, вонючие, почти голые. Хотя от меня тоже несло нехило. На меня особо никто не обратил внимание. Ну привели какого-то шкета, и хрен с ним. Все сидели на полу. Столов или стульев не было. Я увидел более или менее свободный угол и двинулся к нему. Заметил, что здесь были только три расы: люди, зарры и альвы. В основном девушки и женщины. Мужчин было мало. Совершенно спокойно я дошёл до замеченного мной места и, усевшись, закрыл глаза. Немного приведя мысли в порядок, решил пообщаться с Войдом.

– Как думаешь, кто они? – мысленно обратился я к вселенцу.

– Рабы, конечно же. Скорее всего, работают здесь на шахтах. Мы находимся далеко от океана, и здесь, если ты не одарённый, то очень тяжело с водой. Это подземелье находится недалеко от империи Аль. Очень суровое место для простых смертных. Скорее всего, многие здесь по собственной воле. А кого-то продали, ещё ребёнком, собственные родители. Может, конечно, здесь и есть разумные, которых привели насильно, но таких мало – дал мне краткую сводку, не факт, что реальную, Войд.

– Слушай, а подземелья откуда взялись? Я по началу думал, что это типа данжей в играх, где чем ниже спустился, тем толще монстры и вкуснее награда. А тут как-то всё проще. Просто дырка в земле, типа шахты.

– Хм… Как я слышал, изначально подземелья были базами могущественных магов. Здесь они ставили эксперименты над флорой и фауной. На каждом этаже был свой микромир, где развивались монстры, но время шло, маги умирали или их убивали. За подземельями никто не следил. Зверьё мигрировало на поверхность. Подземелья без контроля превратились в гроздь пещер, соединённых переходами. Позже, когда климат на планете стал более суровым, их начали заселять. Вот так и здесь получилось. Не забывай, это лишь слухи. Всё может быть совершенно по другому. Думаю, на этом уровне есть подземное озеро или ручей, именно поэтому крысолюды здесь и поселились – поделился информацией Войд.

– Понятно. А почему я не видел здесь ни одного метиса? Неужели крысолюды не трогают женщин? Ведь у них, как я вижу, с мужскими особями всё в порядке – ухмыльнулся я.

– Как тебе объяснить? Короче, дикие крысолюды – жёсткие расисты. Для них трахнуть девицу другой расы – как переспать с животным для человека. Более того, у них за это смертная казнь. У крысолюдов с поверхности таких предрассудков нет – ответил вселенец.

– Жесть, – прокомментировал я.

– Но это не значит, – продолжил Войд, – что тебя не изнасилует какая-нибудь милфа из рабынь. Здесь у некоторых женщин годами не бывает секса. Хотя ты ещё шкет. Делай лицо, как у кота из «Шрека», и всё будет норм. К тебе гости. Не забудь, что ты немой. Кстати, надо будет решить эту проблему. Буду тебе отдельно переводить каждое слово, а ты запоминай. Здесь все говорят на общем. В этом мире это основной язык.

Я открыл глаза. Ко мне пробирался парнишка чуть постарше меня. Увидев, что я его заметил, улыбнулся и помахал мне рукой. Был он расы людей. Одет в какую-то рванину, как, в общем-то, и все здесь. Зато обувь была в нормальном состоянии. Осмотрев других разумных, приметил, что у всех на ногах довольно качественные башмаки.

Парень был выше меня на полголовы. У него была светлая кожа, каштановые волосы и зелёные глаза. Мне трудно судить, но лицо у него вроде симпатичное. Девчонки на таких вешаются пачками. Хоть он ещё молод, но, если выберется отсюда, будет первым парнем на деревне.

– Войд, почему у них хреновая одежда, но хорошая обувь? – мысленно обратился я к вселенцу.

– Ну так, чтобы ноги не поломали. Какой толк от раба, который не может ходить. – ответил Войд.

– Скажи-ка мне друг сердечный, а каким образом я буду с этим парнишкой беседу вести? А? – поинтересовался я у вселенца.

– Я уже думал об этом и, кстати, есть мысль, как решить эту проблему. Могу через симбионта транслировать тебе текст на общем, а ты пальцем будешь переписывать его на пыли, которая здесь везде. Заодно сразу придумай, почему ты не можешь говорить, – дал мне ценные указания Войд.

– А теперь главное. Мне же надо будет как-то представиться? – задумался я.

– Ну ты щас такой важный и щёки надул, как гусь. Вот и скажешь «Привет я Гусь» – хохотнул Войд.

– Ты у меня в памяти книг, что ли, начитался? Был там один персонаж, что гусей воровал, – выдал ответочку я.

– Ам… ладно проехали. Короче, на твоей фотке в кулоне было написано твоё имя. Аэль тебя зовут. Мамка твоя ещё та выдумщица была.

– Почему? – нахмурился я.

– Потому что с изначального языка альвов это переводится как «рыцарь». Ну какой из тебя рыцарь? – поинтересовался Войд. – Кстати, имя твоей матери тоже было написано на ее фотографии – Эмрис.

– Понял. Ладно, парнишка почти подошёл. Давай пробовать разговорить нашего информатора. – Улыбнулся я уголками губ.

Оглядев ещё раз комнату, понял, что пока я никому не интересен, но, уверен, ненадолго.

Парень подошел и что-то произнёс.

– Привет. – перевёл мне Войд.

Я подумал об ответе, и перед глазами сразу возник текст на незнакомом языке.

– Кстати, советую сразу и письменность учить. Всё равно первое время только писать будешь. – посоветовал мне Войд.

Нагрёб руками пыли и начал выводить незнакомые буквы.

– Привет. – написал я.

– Почему ты пишешь? – спросил парень.

– Горло повредил. Не могу пока говорить. – вывел я пальцем закорючки.

– Понятно. Меня Ноа зовут. – представился собеседник.

– «Какое-то бабское имя у тебя, братан», – подумал я.

– А меня Аэль. Приятно познакомиться. – переписал я текст, который мне вывел на сетчатку Войд.

– И мне. Как ты тут оказался, Аэль? – поинтересовался Ноа.

– Мать продала. – посоветовавшись с Войдом, накарябал я.

– Эх. Меня тоже, – отвернувшись, сказал Ноа.

Когда парнишка отворачивался, заметил, что в глазах у него застыли слёзы. А в моём мире жалуются, что им жить трудно. Вон парня просто продали, и пофиг, что ему там хочется. Сдохни, чтобы мы пожили за твой счёт. Э-э-эх… Это, конечно, бесит, но, как говорится, в чужой монастырь со своим уставом не лезут. Посидев молча ещё около пяти минут, я толкнул парня в плечо и написал новый вопрос.

– Ты давно тут?

– Трудно сказать. В этом месте очень тяжело следить за временем. По ощущениям около четырёх месяцев, – ответил Ноа.

– И как тут? Тяжело?

– Ну как тебе сказать. Крысолюды особо не трогают, если, конечно, ты делаешь всё, как они просят. А вот старшие… И бьют, и еду забирают, иногда издеваются разными способами.

– И кто тут самый важный гусь? – написал я, но быстро стёр.

– «Войд, козлина. Нахрена ты мне про этого гуся напомнил?» – мысленно поругался я на вселенца.

– И кто тут самый главный? – написал я.

– Банда Белой лисы. Она тут самая сильная и находится по собственной воле. Вроде надзирателя над нами. Ходят слухи, что она хочет попасть на последний этаж. Говорят, что Белая пришла сюда вместе с крысами. Но крысолюдов она тоже не жалует. Поэтому, чтобы не ругаться с ними, сидит тут и издевается над нами. Вот, например, два дня назад Белая с бандой изгалялась над Тимми. – махнул парень подбородком, указывая в угол, где в позе эмбриона лежал мужик. – Отрезали ему часть уха, избили и пытались побрить его тупым ножом.

Я посмотрел на бедолагу, который, что-то подвывая, валялся в дальнем ото всех углу. Потом перевёл взгляд на банду Белой лисы. И знаете что? Она смотрела на меня. Пристально так, как через прицел снайперской винтовки, чуть сузив глаза.

Как я узнал, где сидит банда? Всё просто. Они сидели за единственным столом в этом помещении. Я сразу не обратил на них внимания, потому что, во-первых, они находились далеко от входа. Во-вторых, они довольно тихо что-то обсуждали. А ещё их можно было легко найти по одежде. Только у этого сборища она была нормальной. У остальных одежда была похожа на мешок с дырками.

Взгляд я не отвёл. Нагло рассматривал эту женщину и с каждой секундой понимал, что она очень красивая. Длинные, пшеничного цвета волосы водопадом спадали до самой поясницы. Несколько прядей были заплетены в косичку. Большие голубые глаза, в данный момент изучающие моё подростковое худое тело. Маленький милый носик с чуть задранным вверх кончиком. И острые аккуратные ушки, выглядывающие из волос. Длинная тонкая шея. Светлая, с веснушками, кожа. Одета она была в приталенную рубашку серого цвета, поверх которой была кожаная жилетка. На ногах, сильно обтягивая ляжки, были натянуты кожаные штаны. И закрывали образ сапожки с острыми носами, высотой чуть выше лодыжки.


– Странно… Что она так смотрит на меня? – спросил я у Войда.

– Ну, может, потому, что ты голый? – направил на путь истинный меня вселенец.

– Бля, – единственная мысль, которая возникла в моей пустой голове.

Я отвёл взгляд. Почесал за ухом. Толкнул Ноа и начал писать.

– А мне дадут одежду?

– Да. Ты же ещё не был у шамана? – спросил Ноа.

Я покачал головой в отрицательном жесте.

– Вот там и выдадут.

## Глава 7


Мы общались ещё около часа. Я наконец узнал, что здесь нужно крысолюдам и банде Белой лисы, если не учитывать их желание спуститься на последний этаж. Оказалось, что рабы добывают здесь кристаллы – накопители магической энергии. В данном подземелье есть два вида этого минерала. Голубые и синие – это световые кристаллы. Те самые, которые здесь всё освещают. Их не трогают, так как ценность этих кристаллов крайне низка из-за перенасыщенности рынка этим видом ископаемого. Работают они по принципу преобразования тепловой энергии в световую. Кстати, в пещерах довольно комфортная температура, хоть мы и под землёй. С чем это связано, Ноа не знал.

Розовые или фиолетовые кристаллы – вторая разновидность, которая здесь есть. Они являются природными магическими накопителями. Очень дорогие кристаллы. Продавая их на поверхности через банду белой, крысолюды закупают амуницию, инструменты, еду, артефакты и многое другое.

Но основной целью всего этого сброда, как я уже знал, является не обогащение.

– А что тогда? – решил я побольше узнать о целях крыс и Белой. Вдруг Ноа вспомнит что-то ещё.

– На нижних этажах, начиная с девятого, обитает огромное количество монстров, и, как я слышал, они что-то охраняют. Вот крысолюды и пытаются вычистить подземелье, чтобы попасть на, последний, двенадцатый этаж.

– А что охраняют? – написал я.

– Знаю только слухи. Вроде как маг, который здесь жил, оставил после себя наследие. В каком оно виде, никто не знает. Что там можно найти, тоже не слышал. Вот всё, что я знаю.

– Понял. То есть наша участь – это добыча накопителей?

– Да. Ну и за проступки, тебя могут отправить на этаж к монстрам. Так что будь осторожен. Там один ты не выживешь.

– А сколько здесь одарённых? – спросил я.

– Белая лиса – маг воздуха. Шаман Арог – может натравить духов. Страшная сила. Если не обладаешь магией, то справиться с духами невозможно. Единственное, что ещё может спасти, это магическое оружие. Ну и охрана шамана – два теразина со способностью универсального щита, – ответил Ноа.

– Что за способность «Универсальный щит»? – заинтересовался я.

– Защищает от физического и магического урона с одинаковой эффективностью. – ответил Ноа.

– Слушай, Войд, можешь посоветовать, что мне делать? – мысленно спросил я у вселенца.

– Придётся обосноваться здесь на какое-то время. Прокачаешь навыки и пойдем вниз. Наберёшься опыта в сражениях, набьёшь ядер, улучшишь оттиск. Ну и как вишенка на торте, посмотрим, что там за наследие.

– И что мог оставить после себя маг? – спросил я.

– Трудно сказать. От таких разумных можно ожидать всего, если не знать наверняка. Там может быть и лаборатория, и сокровищница, и комната наград для учеников. Всё зависит от того, с какой целью маг возводил подземелье. Чаще всего – для экспериментов. Но были и исключения. Опять же, это лишь услышанная мной разрозненная информация. Насколько она правдива, неизвестно.

Выслушав Войда, задумался. На поверхности мне точно делать нечего, пока я не научусь себя защищать. Совет с прокачкой неплох, но мне придётся, скорее всего, много терпеть. Тут и банда Белой лисы может докопаться до ребёнка, и крысолюды наверняка ко мне, как к родственнику, относиться не будут. Да и в штреках трудиться мне не особо хочется. Магию применять нельзя. Меня либо убьют, либо ушлая Белая возьмет меня в оборот или вообще продаст. Да уж, безвыходное положение. Придётся пока плыть по течению. Главное – терпеть. Попытаюсь изображать несмышлёного ребёнка. Ладно, посмотрим, что скажет шаман.

Я только хотел задать очередной вопрос Ноа, как входная дверь распахнулась, и зашёл крысолюд. Тот самый, который меня сюда привёл. Он оглядел зал и, приметив мою тощую фигуру, поманил пальцем.

– Не смотри на нос шамана. – напоследок посоветовал мне Ноа.

Я встал, закрыл, зачем-то, пах руками, оглядел барак и увидел, что Белая идёт к крысе. Они о чём-то переговорили, и альвийка вышла на улицу. Я подошел к крысолюду и уставился на него.

– Иди вперёд. – махнув рукой сказал мне крыс. Да-да. Именно рукой. Я только сейчас заметил, что у него не лапки, а нормальные такие ладони, только покрытые серой шерстью. Выйдя на улицу, альвийку я не увидел. Видимо, уже свалила по своим бандитским делам. Оглядевшись, побрёл в указанную сторону, но в этот раз решил получше рассмотреть поселение.

Большинство домов были без дверей. Окон не наблюдалось. Их заменяли круглые сквозные дыры в стенах. И, как оказалось, я ошибался. Не было здесь семей. За всё время, что мы шли к шаману, я не увидел ни одного ребёнка и ни одной девушки. Хотя где-то далеко женские голоса слышались.

– В диких племенах женщины живут в отдельных домах все вместе. И взять к себе домой самку могут только отличившиеся крысолюды. И то не надолго. Скорее всего, до беременности. Но пока самка не залетела, она берёт на себя обязанности жены. Убирает, ублажает, готовит, ну и дальше по списку. Вот такие вот порядки. – Подслушав мои мысли, пояснил мне Войд.

Поселение, как я уже говорил, с три футбольных поля, и застроен был каждый метр пространства. Единственное свободное место было возле дома шамана, и то, потому что здесь было озеро, небольшое, где-то метров десять в диаметре. Вода в нём была кристально чистая. На дне озера гонялись друг за другом маленькие рыбёшки. Крупной рыбы я не заметил. Дно озера было каменистое, без растительности.

Пройдя мимо водоёма, мы подошли к жилищу шамана. Это был двухэтажный дом. Вот и всё отличие от домов других крысолюдов. Всё тот же серый камень, всё те же круглые дырки в стенах, заменяющие окна. Единственное, что ещё выделялось, это дверь из дерева и в окнах была какая-то полупрозрачная слюда.

Подведя меня к дому, крысолюд остановился и постучал в дверь. Через некоторое время створка распахнулась. За ней стояли два крысолюда-бодибилдера. По-другому их не назовёшь. Они были на полголовы выше самого высокого, виденного мной в этом поселении, крысолюда. Тела их были увиты толстыми жгутами мышц. На головах глухие шлемы. Через грудь крест-накрест натянуты две кожаных полосы, на которых сзади были закреплены по две секиры у каждого. Кроме этих ремней на торсе, больше одежды не было. Ниже – кожаные штаны чёрного цвета и ботинки. Шерсть была двухцветная – белая с чёрными пятнами.

Это, как я понял, и есть те самые охранники – теразины. Один из них уставился на моего провожатого. Завис секунд на десять, как будто раздумывал, сразу нам головы отрубить или сходить спросить у шамана, потом отмер и указал нам на лестницу. Я, если честно, нифига не понял, что тут происходит, но особого значения этой пантомиме придавать не стал. Поднявшись по лестнице, крыс замер у двери и долго прислушивался. Потом постучал костяшками по косяку и застыл. Через некоторое время из-за двери послышался грубый голос.

– Заходи. – произнёс, видимо, шаман.

Мой провожатый распахнул дверь, толкнул меня в комнату и закрыл её, оставшись снаружи. Я осмотрелся. Комната была вполне добротная. Здесь находилось и множество шкафов, уставленных книгами, и диван с кожаной обивкой, и несколько кресел, добротный деревянный стол и даже бар с алкоголем. Уютно, короче. Продвигая взгляд по комнате, первый разумный, которого я увидел, была… пара-пам – Белая. Она стояла с хитрой улыбкой, прям вылитая лиса, и рассматривала мой кулон.

– Ну конечно, эта сука здесь. – сказал я мысленно Войду.

– Мне кажется, ты торопишься с выводами на счёт неё. Но это не точно. Хотя, если рассматривать твоё высказывание с позиции деления по половому признаку, то ты прав.

Переведя взгляд на второго разумного, я выпал из реальности. Как бы ни пытался, я не мог отвести глаза от этого… НОСА. Шнобеля. Гнилой груши. Сдутого шара. Оттянутой мошонки. Он, что, украл нос у Сквидварда? Мой мозг отказывался воспринимать реальность. Это что, волшебство такое? Он ещё и болтался, как живой слайм. Сука! Как отвести взгляд?

Заметив, куда я смотрю, шаман схватил стакан и запулил мне его в голову. Уклониться я не смог, так как был полностью поглощён этим гипноскопом, который, по ошибке, оказался на лице этого крысолюда. Стакан попал мне прямо в лоб, и я потерял сознание. Что-то я часто вырубаюсь в этом мире. За всю прошлую жизнь столько раз моё сознание не гасло. Но видимо, вернулся я довольно быстро, потому что все находились на своих местах и в тех же позах, только провожатый появился здесь и поливал меня водичкой из ведра. Я потрогал лоб и нащупал нехилую такую шишку.

– «Я запомнил, козёл», – мысленно пригрозил шаману.

Я поднялся, и как бы не старался, взгляд так и перетекал на этот шнопак. Сделав над собой усилие, отвёл взгляд, уперев его в стену за спиной шамана, и застыл.

– Войд! Как такое могло появиться во вселенной? – задал я вопрос, не рассчитывая на ответ, так как он был риторический.

А Войд взял и ответил.

– Я сам в шоке. Может, это что-то съедобное?

– Не пугай меня, Войд. Оставь свои фетиши при себе. – шутканул я.

Первым подал голос обладатель… ой, всё. Шаман, короче, заговорил.

– Кто ты? – задал мне глубокомысленный вопрос облад… шаман.

Я показал пантомиму, что, мол, я не могу говорить, дай чем писать или пошёл нах. Арог задумался, перевёл взгляд на альвийку, та ему утвердительно кивнула, и шаман полез в ящики стола. И знаете, что он достал? Чернильницу и перо. Сука. Перо. Я как им писать должен? Видел такое только в исторических фильмах. Ну ладно. Попробуем. Пододвинув лист пергамента к своему краю стола, я макнул кончик пера в чернильницу иии… сделал кляксу. Подняв исподлобья взгляд, увидел, что все ждут продолжения. Я ещё раз макнул перо, удалил лишнее о край чернильницы и вывел ответ: «А можно по конкретней? Слишком обширный вопрос». Альвийка с шаманом вновь переглянулись.

– Хорошо. Как твоё имя? – задал новый вопрос шаман.

– Аэль, – вывел я своё имя и улыбнулся.

Шаман не оценил, схватил посох, который стоял за его креслом, и замахнулся на меня. Я прикрыл голову руками, но удара не последовало.

– Что ты лыбишься, идиот? Это ты убил Крога? – психанул шаман.

Я прикинулся очень испуганным. И написал: «Какого Крога?».

– Крысолюда, возле которого тебя нашли.

Только сейчас я заметил, что на столе лежал мой кинжал. Видимо, я так отвлёкся на клюв шамана, что сразу его не заметил.

– Войд, что делать? – спросил я.

– Говори, что не твой. Ты же не хочешь узнать, что здесь бывает за убийство?

Я макнул перо и вывел: «Нет, конечно же. Я же ребёнок. Да и откуда у меня такая дорогая вещь?». Видно было, что альвийка мне не поверила ни на грамм. А вот шаман этим ответом удовлетворился.

– Откуда ты здесь? – задал следующий вопрос Арог.

– Войд, спасай. Что ответить? – запаниковал я.

– Ну, ответь полуправду. Скажи, что ничего не помнишь. Очнулся в подземелье, рядом лежала мёртвая девушка. Снял с неё всё ценное и пошёл искать воду. Увидел мёртвого крысолюда. Снял с него одежду, а потом удар и вот ты здесь. Никого не убивал, ничего не видел. – быстренько придумал ответ Войд.

Так я и написал.

– Точно не убивал? – спросил шаман, прищурив один глаз.

Я с самым честным видом стал утвердительно махать головой.

– Ты теперь мой раб. Эльда Белая лиса, у вас есть вопросы?

– Войд, что за «эльда»? – спросил я у Войда.

– Уважительное обращение к альву. Произносится перед именем. К мужчинам – эльд. Ты, например, эльд Аэль.

– Да. Расскажи-ка мне, малыш, почему в кулоне с гербом клана Авари твоя фотография?

«Так эта закорючка на крышке – чей-то герб. Вот дотошная сука», – подумал я.

## Глава 8


– Не знаю. Я очнулся без памяти. Голоса нет. На руках раны. Рядом мёртвая женщина. Вот всё, что я могу сказать. – написал я.

– Где эта женщина?

– Я её сжёг, – посмотрев на местную зажигалку, написал я.

– У меня, пока, больше нет вопросов к нему, шаман. – пристально глядя на меня, сказала альвийка.

– Хорошо. Ринрог, зайди. – крикнул шаман.

В комнату зашел провожатый. Подошел ко мне и посмотрел на шамана.

– Ринрог, выдайте ему одежду и поставьте на довольствие. Будет теперь в шахтах работать.

Последняя мысль, перед тем как мы ушли, была: «Как он так чисто с таким шнобелем разговаривает? Ведь он, наверное, мешает».


***


– Что думаешь? – спросил шаман у белой.

– Очень подозрительно. – приставив наманикюренный пальчик к губам, ответила альвийка.

– Что будем делать? То, что это пацан убил Крога, я сомневаюсь. Хилый какой-то. Но, если это не он, надо найти хозяина кинжала. Если кто-то узнает, зачем мы здесь, желающих набежит пол-империи. – тяжело вздохнув, сказал Арог.

– А ты знаешь, пожалуй, я поскачу в империю и попробую разузнать насчёт этого мальчишки. Что-то здесь нечисто. Может, мы ещё и заработаем на нем. – высказала свои мысли альвийка.

– Чуйка тебя редко подводит. Попробуй. – задумчиво произнёс Арог.

Щёлкнув шамана по носу, альвийка захихикала и выбежала за дверь.

– Сучка. – пробурчал шаман. – Ринрог! Присматривайте за мальчишкой, странный он какой-то.

– Понял, шаман. – ответил крыс и вышел за дверь.


***


Выйдя из кабинета шамана, Ринрог повёл меня на первый этаж. Дойдя до неприметной двери, крыс огляделся и постучал. Не дожидаясь ответа, зашёл внутрь. Я остался ждать у двери. Через несколько минут Ринрог вышел и сунул мне в руки мешок с дырками и ботинки. Я не стал возмущаться. Быстренько оделся и обулся. Посмотрел на крысолюда и показал жестами, что пора бы и поесть.

– Еда через два часа. Вам, отбросам, принесут в барак. – ответил он.

– «Отбросам, значит. Ладно. Я запомнил». – мысленно произнёс я.

Выйдя из жилища шамана, мы пошли по обратному маршруту. Крысолюд довёл меня до барака, передал стражникам и свалил. Ну а я, зайдя в своё новое место жительства, нашёл глазами Ноа. Он находился напротив бугая-человека, и под глазом у него наливался фингал. Ноа стоял с опущенной головой, а мужик, брызгая слюной во все стороны, высказывал ему что-то. Отвесив парню подзатыльник, этот мудак толкнул его в живот, развернулся, и с широкой улыбкой, пошел по своим скотским делам. Проводив урода взглядом и хорошенько запомнив его лицо, я приблизился к Ноа, помог ему подняться, и мы двинулись на прежнее место, где общались в первый раз.

– За что? – написал я.

– Он хочет, чтобы я отдавал ему половину добытых кристаллов. Но это невозможно! Если я не выполню недельный план, то мне всыпят пять плетей. Для меня это смерть. Без вариантов. Я и так на этой неделе уже один раз отдавал половину кристаллов.

– У вас еще и нормативы есть?

– Ну а зачем крысолюдам кормить бесполезного раба? Вот некоторые твари и пользуются тем, что они сильнее. Хреново осознавать, что я, скорее всего, сдохну в этом подземелье. Причём от своих же. К нам крысолюды честнее относятся, чем вот такие твари. Крысы не трогают, если всё по плану, – сплюнув, поведал о взаимоотношениях среди местных мне Ноа.

– Да уж. Войд, что-то мне это всё меньше и меньше нравится.

– Ну так садись и медитируй, расширяй каналы, увеличивай объём маны в ядре. И вообще, нам надо ускоряться. Что-то мне не понравился разговор с Белой. Как бы нам в ещё одну историю не влипнуть. – поведал мне свои мысли Войд.

– Ага. И я так считаю. Мутная баба, хоть и красивая.

– Я бы, на твоём месте, не смотрел на красоту. Здесь все разумные женского пола такие же сильные, как и мужики. Ты в другом мире. Начинай перестраиваться. Многие женщины здесь намного опаснее мужчин. А красивая здесь каждая вторая, так как все дефекты выправляет ядро. Короче, сам поймёшь, когда выберемся из этой жопы на поверхность.

– Когда или если? – уточнил я.

– Конечно же, когда. Развивайся и не косячь. Забустим ядро, и хоть всех здесь положишь, – мечтательно произнёс Войд.

– Что же ты такой кровожадный? Я вообще не знаю, смогу ли осознанно даже порезать кого-то, а ты про убить. Крысолюда по случайности завалил. А вот сейчас думаю, смог бы умышленно его убить? Ну крысолюда, наверное, смог бы. Я воспринимаю их как монстров. Но вот ту же альвийку, вряд ли.

– А зря. Крысолюды в этом мире такие же разумные, как альвы или люди. А вот переступить через себя тебе придётся. В этом мире жизнь ничего не стоит. Здесь нет защитников прав и свобод. Любой, кто считает, что в праве, может, без каких-либо причин, снести тебе голову. Просто. Потому что. Может. – отчеканил Войд.

– Я понял. Говорят, что сложнее всего в первый раз. А потом втягиваешься.

– Главное не перейти черту, особенно тебе. С нашими силами, в будущем, ты сможешь убивать пачками. Так что следи за помыслами. А то там и до маньяка недалеко. – пояснил мне Войд.

– Да это понятно. Ладно. Надо заняться делом. Часа полтора до обеда или ужина, у нас есть. Интересно, какое сейчас время суток?

– Не знаю. Всё, хорош, займись делом. – ответил вселенец.

Потрепав за плечо Ноа, показал ему, что вздремну. Парень утвердительно махнул головой, а я, облокотившись о стену спиной, начал медитировать. Поначалу гонять ману было тяжеловато. Но чем дольше я этим занимался, тем лучше получалось. Причем мы с Войдом заметили один очень интересный факт, который может поменять всё в моей прокачке. Если прогонять преобразованную ману пустоты, то каналы растут как на дрожжах. Получается эффект гипертрофии, так как пустотная мана частично разрушает и перенапрягает каналы, и за счет этого они развиваются намного быстрее, чем если бы я гонял ману родного ядра. Короче, действие такое же, как у молочной кислоты и ионов водорода на мышечные волокна. Разрушение и восстановление, только с большим объёмом. Было только два минуса в такой прокачке. Первое – мне пришлось прятать руки в свою рубаху-мешок, так как начали чернеть вены, вернее, чернели каналы от пустотной маны. Второе – по прошествии некоторого времени у меня стало болеть… Да, всё стало болеть. Причём достаточно сильно. Пришлось, скрепя зубами, терпеть. Иногда я стонал. Благо в бараке было довольно шумно, и никто не обращал внимания.

– С такими темпами развития ты быстро вырастишь в силе. – сказал Войд.

– Ну так мы же только через твоё ядро гоняем. А основное не развивается – пожаловался я.

– И что? Во-первых, я в своём ядре могу хранить переработанную ману. Так сказать, неприкосновенный запас. Правда, его можно будет пустить только на пустотные оттиски. Ну а во-вторых – будем гонять ману по очереди. Сначала пустотную, для расширения каналов, а после твою, для прокачки основного ядра и общего восстановления.

– Хм… Точно. Так и будем действовать. – обрадовался я неожиданному решению проблемы.

Я и не заметил, как пролетело время. Просто в какой-то момент почувствовал, как меня трясут за плечо. Открыв глаза, увидел Ноа, который показывал на вход. Там стояла женщина человеческой расы и девочка зарра лет десяти-одиннадцати. Очень миленькая. С маленькими рожками и хвостиком, который в данный момент хаотично передвигался без остановки, скорее всего, от волнения. У девчушки были платинового цвета волосы и красная радужка глаз. Красные губки бантиком выделялись на белой, почти бледной коже. Одета она была в то же, во что и все – в мешок с дырками.

Женщина была чуть полновата, но в меру. Отложилось, так сказать, там, где надо. На вид я бы ей дал лет тридцать пять. Чёрные волосы по плечи, синие глаза. На губах полуулыбка. Одета была в тряпичные штаны и светлую рубаху без рукавов. А ещё у неё были два здоровенных бидона, размера так четвёртого. Бедная. У неё, наверное, постоянно спина болит. Хотя в мире с магией таких проблем, скорее всего, нет. Ведь нет?

– Нет. Здесь услуги лекарей не такие уж и дорогие. А ещё есть амулеты, на основе магии воздуха, которые поддерживают грудь. – пояснил Войд.

Женщина везла на тележке две большие, накрытые крышками, кастрюли, а девчонка несла на подносе тарелки и ложки.

– Ужин. – сказал мне Ноа.

– «Ну хоть не как бомжи есть будем. Даже ложки дадут». – подумал я.

Первыми к раздаче подошли самые наглые. В том числе и тот, который ударил Ноа. Он пытался флиртовать с женщиной на раздаче, но та ему ответила что-то резкое, и мужик пошел к своим друзьям. Здесь было около сорока человек. Очередь двигалась довольно бодро. Мы были почти в конце. Взяв тарелку, подмигнул милой девчонке. Та покраснела и отвернулась, а я, хихикнув, прошел к кастрюлям. Женщина плюхнула мне половник какой-то каши, похожей на пшёнку, и полила сверху гуляшом, с большим количеством мяса. Я даже удивился такой подливе.

Отойдя к своему месту, поставил тарелку и написал на полу вопрос.

– «Так всегда кормят?»

Ноа прочитал вопрос, подумал, потом что-то понял и начал объяснять.

– В обед ещё больше дают еды. Ты не забывай, что мы работаем в шахте. Голодным долго киркой не помашешь. Крысолюды это понимают, поэтому кормят хорошо. Ну, а мяса много, потому что туши монстров надо же куда-то девать. Хотя они и сами не прочь монстрячьего мясца поесть.

Я прислушался к себе. Понял, что рвотных позывов сказанное у меня не вызывает, и продолжил есть. Тем более многие тут годами уже это мясо едят и вроде довольны. Положив очередную ложку еды в рот, я обратил внимание на шум. К тому самому уроду, который ударил Ноа, подошли две бабёнки размерами, не уступающие самому мужику, и начали с ним ругаться.

– Давай сюда жратву, мразь! – кричала одна из мадмуазелей.

– Какого хера ты ко мне пристала? – ответил ей мужик.

Пока шла перепалка, я узнал от Ноа, что мужика зовут Винсент.

Закончилось всё мордобоем. Одна из дам не выдержала и своей ручищей, толщиной со ствол дерева, дала в морду Винсенту и вырубила с первого удара. Его друзья хотели подняться, но дама на них гаркнула, и те сели обратно. Женщины собрали еду Винсента и со смешками ушли в свою компанию.

Ноа, увидев мой интерес, рассказал, что это бывшие наёмницы, которые, скорее всего, либо попались на краже, либо кого-то убили. Вот их и приговорили к рабству.

– А чего они не сбегут? – написал я вопрос.

– Обрати внимание на их «украшения». Видишь ошейник – это магический поводок. Специально для буйных рабов разработан. Если они удалятся на расстояние более километра от управляющего контура, то бум – и башки нет.

– Понятно. Нам такие не будут одевать?

– А смысл? Если даже мы выйдем из пещеры, то либо нас сожрут твари, либо поймают ловцы и всё равно продадут на невольничьем рынке. Здесь хотя бы кормят и хоть как-то следят за порядком. А так можно и на стол к химерологу попасть. А вот если эти бабы сбегут, то они наверняка смогут скрыться. Поэтому дополнительный контроль и нужен.

– «Хм… интересно. Надо будет подружиться с этими дамами», – подумал я.

– Что ты задумал? – спросил Войд.

– Да просто, как вариант, можно будет договориться с ними о защите и раз в какой-то оговорённый срок снимать по одному ошейнику. Я же смогу пустотой срезать эту гадость?

– Срезать не сможешь, так как при нарушении целостности украшение рванёт. А вот если потренироваться и покрыть пустотой весь ошейник, то должно получиться. Всё же тебе повезло с генетикой. Ты взял и способность матери – использовать магию через проводник, и способность отца – выпускать ману из каналов напрямую.

– Ладно. Это просто пока планы. Как обвыкнусь здесь, надо будет поближе познакомиться с той заррой, которая тарелки раздавала.

– Что, понравилась? – захихикал Войд.

– Бля, что ты несёшь, Войд? Она же совсем малышка! – возмутился я.

– Ну-у-у, сейчас малышка, а лет через пять-шесть и сисечки вырастут, и попка покруглее станет.

– С кем я общаюсь? – мысленно взялся за голову я.

## Глава 9


Так и прошел мой первый день. Я общался с Войдом. Гонял ману по каналам. Ещё немного поприставал с вопросами к Ноа. А потом зашёл один из охранников-крысолюдов и крикнул «отбой». Все легли там, где сидели, и через некоторое время послышался первый храп. Я пожелал Ноа спокойной ночи, и в этот момент крыс вынес из нашего барака осветительные кристаллы. Стало темно, как в ж… Короче, хоть глаз выколи. Но сразу я спать не стал. Попросил Войда, чтобы он поучил меня языку. Рано или поздно, но наступит момент, когда не получится отмазываться тем, что у меня болит горло, и придётся как-то выкручиваться. Я выбрал более простой способ. Просто учить язык. Тем более у меня собственный репетитор. Войд учил меня и просто словам, и целым фразам. Объяснял, как правильно составлять предложения, и много всего ещё. Но это, конечно же, не за один урок. В эту ночь я, дай бог, полсотни слов запомнил. Мы позанимались часа четыре, и меня вырубило. Как оказалось, ученик я хреновый и неусидчивый.

Утро было тяжёлым. В барак зашёл крыс, прокричал «подъём!» и свалил. Мне с трудом удалось продрать глаза. Ноа меня поторопил, объяснив, что мы сейчас пойдём к воде и если я не успею, то буду ходить немытым, а так как у крысолюдов очень чувствительный нюх, они за вонь от тела могут и плетей всыпать. Думал, мы пойдём к озеру, но нет. Нас привели к каким-то деревянным ваннам, которые были заполнены водой. Я с помощью рук и такой-то матери смог объяснить Ноа, что хочу знать, кто носит воду.

– Как кто? Мы и носим. Вечером выбирают дежурных, которые наполняют ванны. Ты в это время был у шамана, – пояснил мне Ноа.

– «А кем выбираются дежурные?», – с помощью пантомимы задал вопрос я.

– Ну так каждую неделю выбирается «дежурный по бараку», а он в свою очередь назначает «дежурных на воду».

Оглядевшись, я увидел, что все разделись догола и тщательно моются, заодно и мешки свои стирают. Здесь было много красивых женских тел, но, прислушавшись к себе, я понял, что мне ещё рановато реагировать стояком на такое зрелище. И, в общем-то, я был рад такому исходу. Не время и не место реагировать на женские тела. Хотя чувствую, в будущем с этим будут проблемы. Почему? Да потому что, если здесь рабыни такие красотки, то какие тогда породистые кобылки на поверхности. Ням-ням.

Помывшись, мы вернулись в барак и стали ждать завтрака. Я продолжил медитировать, а Ноа просто задремал. Через некоторое время пришёл очередной крысолюд и приказал всем идти получать обмундирование. Оно состояло из кирки и кожаной укреплённой каски со светящимся кристаллом, прикрытым фокусирующей линзой.

– Войд, а почему они просто не наймут какого-нибудь мага земли? Он же один увеличил бы выхлоп во много раз. А тут корми, охраняй, покупай инструменты. Зачем?

– Да всё просто, – начал отвечать Войд. – Маг, который здесь будет работать, должен быть не менее третьего ранга. А значит, наверняка, будет из какого-нибудь клана или организации, и, обязательно, поделится информацией со своим начальством. А так как наши пленители не хотят ни с кем делиться, то им проще купить рабов и потихоньку делать своё дело – пояснил вселенец.

– Логично – завершил разговор я.

Выдав оборудование, нас повели к штрекам. Их было четыре. Всю нашу толпу разбили на группы и каждую повели к своему входу. По мере углубления в штрек, провожатый оставлял одного разумного у забоя, и тот приступал к работе. Нас распределили на расстоянии примерно пятидесяти метров друг от друга, и все застучали кирками по породе, расширяя проход в поисках кристаллов. Стены штрека были всё из того же серого камня, который являлся главным строительным материалом в поселении. Ударив пару раз по стене, единственное, что мне удалось, это выбить мелкую крошку и пыль. Эта мерзость тут же попала в глаза и забила дыхательные пути. Прокашлявшись, понял, что легко не будет.

– Войд, что скажешь?

– Надо экспериментировать. Попробуй приложить ладонь к стене и послать в неё ману. – посоветовал Войд.

Я огляделся по сторонам, убедился, что на меня никто не смотрит, и подошёл к стене. Приложив ладонь к камню, послал ману из основного ядра и стал наблюдать. Серая дымка просто растекалась по поверхности камня и ничего не делала. Прервав подачу, я приложил другую руку и через неё послал ману из ядра Войда. Сначала казалось, что это также не принесло результатов, но, убрав ладонь, увидел, как часть камня превратилась в пыль.

– Попробуй разогнать ману по каналам с максимальной скоростью и на пике выпусти её через палец, – предложил мне Войд.

Я уперся указательным пальцем в стену. Сосредоточился и запустил циркуляцию по внутреннему кругу, пытаясь максимально разогнать ману. Когда пришло понимание, что быстрее уже не получится, отделил часть энергии из общего потока и направил в палец. Устремившись по каналам в руке, пучок черноты потёк в сторону стены. Вылетев из пальца он исчез в толще камня. В месте входа сконцентрированной маны зазмеились трещины. Обрадовавшись, я хотел захохотать, но ощутил, как по спине распространяется огонь. А через некоторое время пришла адская боль. Я начал кататься по земле, пытаясь заглушить это ощущение, но становилось только хуже. Сжав зубы до скрипа, собрал все силы и, переборов боль, осмотрел своё место работы. В пяти шагах от меня стоял крыс с плетью и улыбался.