# Курьер. Не отдавай нас

Евгения Грозд

Найти и доставить молодую мать с ребёнком обратно к мужу проще некуда, особенно для бывалого охотника за головами. Только нюх ищейки и знатока всего спектра человеческого дерьма подсказывал, что с "грузом" не так всё обыденно и легко. Она умоляет не отдавать их, а последнее моё дело вдруг оказывается последним во всех смыслах.

## Глава 1

ДАША

Проверила надёжно ли заперто окно, заодно оглядев стоянку придорожной гостиницы. Монотонный мелкий дождь барабанил по карнизам и собирал большие лужи на дорогах. Мы третьи сутки в пути, и осталось совсем немного. Совсем чуть-чуть, чтобы окончательно быть свободными. Я бы ехала и в ночь до пункта Б, но природное ненастье заставляло мыслить здраво.

Однако, ощущение, что за нами наблюдают никак не покидало. Нет, мы в трёх тысячах километрах от того ада. Успокойся. Он остался там. Тот, кто больше не сможет сделать больно мне и маленькой крохе по имени Лиза.

Нежно прошлась по волосам пятилетней девчушки, глянув на ярко-фиолетовый синяк на её левой щеке. Зажмурилась, невольно вспоминая момент, как девчушка бросилась защищать меня и получила этот жестокий удар. Как упала и даже не заплакала, испуганно забившись под свой игровой столик. Глядя на это художество на детской мордашке, я всё больше и больше переполнялась решительностью и злобой для дальнейшей борьбы.

Придвинула к себе сумку с вещами и невольно охнула от дикой боли в правом боку. Этот гад нарочно пинал по почкам, чтобы на лице ничего не осталось. Возможно, сейчас я благодарна ему за этого. Избитая женщина с таким же чадом обязательно вызовет вопросы. А так... Так малышка просто стукнулась о качелю на игровой площадке.

Действие обезболивающих заканчивалось, а на новые уже не осталось средств. Ничего потерплю, ведь до назначенного пункта всего сутки пути. Достала из блистера последнюю капсулу, нерешительно разглядывая её. Я должна поспать, должна подготовиться к оставшимся километрами и быть бодрой, а с болью ничего не выйдет.

Протянула руку к электрочайнику и разочарованно чертыхнулась — пустой. Тяжело вздохнув, направилась в коридор. Кулер стоял возле ресепшен, и я взяла уверенный курс на него. Телевизор вещал без звука, видимо, чтобы не тревожить постояльцев. За стойкой администратора не оказалось. В принципе, он мне и не нужен. Подставила нутро чайника под краник и замерла в ожидании заполнения.

Звук телефона заставил вздрогнуть. Значит, сейчас прибежит работник стойки. Набрала полный чайник, а на вызов никто так и не откликнулся. Замолчавший смартфон вновь раздался рингтоном.

Господи, он же сейчас всех разбудит.

— Эй! — позвала я, медленно двигаясь к ресепшн. — Олег? — кажется это имя я прочла на бейдже. — Вы слышите? Ваш телефон!

Но тут едва не вскрикнула от ужаса, когда заглянула за стойку. Администратор лежал на полу без сознания, а из его носа обильно сочилась кровь.

— Боже мой! — выронив из рук злосчастный чайник, метнулась обратно по коридору, слыша бешеный стук в висках.

Влетела в комнату и в ужасе застыла. Огромная чёрная тень стояла возле постели, держа на руках спящую девочку.

— Прогулка закончена, — пробасила тень, и из тьмы в прорезь света выступили холодные стальные глаза, что ранее никогда не видела.

Кто ты?!

## Глава 2

АРСЕНИЙ

Новый удар под рёбра ногой, и шкет испустил из гортани протяжный хрип.

— Если я ещё раз ударю, начнёшь блевать лёгкими, — устало и почти по-отечески предупредил я, в очередной раз не понимая зачем так рисковать своей жизнью.

— Я ничего не видел. Пакета там не было, клянусь, — сопляк почти рыдал, но мне не было его жаль. Ты, тварь, сам подписался служить моему боссу. Сам хотел толкать дурь и получать за это лёгкие бабки. Рванул курьера за шкирку вверх, едва ощущая его скудный вес.

— За свои поступки надо отвечать, щенок, или вали обратно мамкину титьку сосать!

— Пожалуйста... Бугай, — простонал шкет и отрубился.

Тихо и смачно выругался, понимая, что допрос зашёл в тупик. Ну, нет, это последние часы моей работы на Зота, так и останется. Бросил бесчувственное тельце пацана на заднее сиденье своей машины и дал по газам. Пусть Зотов сам с ним разбирается, а с меня хватит.

Дом Зота, а точнее подпольное казино, вовсю жило своей ночной элитной жизнью. Проезд по пропускам, дорогущие тачки, красивые женщины и импозантные мужчины. Запах азарта и алкоголя витал в игровом зале наравне со звуком фишек и колеса фортуны. Я шёл мимо этих людей, таща на плече бесчувственную тушку курьера. Чувствовал на себе их взгляды, слышал перешёптывания и короткие женские ахи. Плевать! Это последний раз...

— Я просил выбить из него информацию, а не везти сюда, — Зот, нахохлившийся индюк в шикарном костюме от модного кутюрье брезгливо попятился, словно боясь испачкаться кровью, когда я опустил "посылку" в глубокое кресло.

— Выбивал, — спокойно пожал я плечами и всем корпусом повернулся к нему.

Зот и вся его шайка обычно побаивались и уважали меня, так как был на голову выше как физически, так и умственно.

— Хиляк твой курьер и молодой ещё. Сам с ним цацкайся, — с досадой отметил, что манжета моей любимой куртки в крови. — А то убью ненароком и не узнаешь потом ни хрена. Серьёзно, лучше пусть твои ребята его обрабатывают.

Зот раздраженно выдохнул, поглядывая то на меня, то на шкета, а после махнул рукой и хитро улыбнулся, оценивая мою позу.

— Как свободы-то тебе, гляжу, хочется, — пропел он, двигаясь к столу.

— У нас был уговор, Зот. Долг выплачен, — отчеканил я. — Давай разойдёмся по-братски. В твоих же интересах.

Босс медленно кивнул, понимая, что в противном случае моё воспитание ему дорого обойдётся.

— Бугай, обижаешь. Я — честный партнёр. Если обещал, то выполню. Ты свободен, как птица, только...

Я внутренне напрягся, наблюдая, как Зот вынимает из своего стола пачку денег.

— Здесь пятьсот штук. Они и ещё потом столько же твои, если выполнишь одно очень простое, но конфиденциальное дельце для моего доброго друга.

Проглотить гирю было бы проще, чем ком от предложенной суммы. Эти деньги мне бы пригодились. Очень пригодились бы, чтобы встать на ноги, найти жилье, нормальную работу. Без финансовой "подушки" будет очень сложно.

— Сеня, обещаю дельце проще некуда. Не в службу, а в дружбу.

Я выдохнул, понимая, что расходиться вот так тоже негоже, всё же он вошёл в моё положение и согласился дать заслуженный вечный дембель.

— Что за дело? — сдался я, не представляя во что сую нос.

Найти чужую бабу в километрах нашей огромной страны?! Охренеть! И как он себе это представляет? Да, я — ас в своём деле, но не настолько же!

— Ориентировочно, птичка летит в сторону Красноярского края...

— Куда-куда? — теперь мои уши зашевелились.

— Ты не оглох, — кивнул Зот и злорадно улыбнулся. — А ты думал просто так он полляма готов платить? Деревня Серково в Красноярском крае. Его птичка оттуда родом и предположительно туда и подастся.

— То есть это не точная информация? — мысль о том, действительно ли мне нужны эти деньги, проникла в давно уставший мозг.

— Бугай, ты — ищейка от бога. Это простая баба с ребёнком на руках. Как два пальца об асфальт.

— Простая? Выкинула телефон, все кредитки и банковские карты, едет на машине, а не летит самолётом.

— Ну это же стандартный набор, бро. Но... Если бы и правда хотела исчезнуть, то не поехала бы на тачке с GPS-трекером.

— Если она, как на ладони, то почему твой заказчик сам не едет за ней? — подозрительно сморщил лоб, глядя на лицо Зота, что мгновенно вытянулось, расправив на лбу морщины.

— Потому что не царское это дело. Слушай, баба-дура сбежала от солидного мужика. Характер свой демонстрирует. Всё как обычно. Кровь мужику сворачивает. Причём не в первый раз. Стиль у неё такой. Войдём в положение. Любит он дуру свою, и в дочке души не чает. Просто довела мужика своими капризами, вот и получилось что получилось. Езжай. Проветришь за одно голову. Глядишь и местечко какое по дороге приглянется для твоей новой жизни.

Да, уговаривать и убеждать Зот умел всегда очень хорошо. И правда, это всего лишь поездка в медвежий край России, куда упорхнула капризная птичка, и мне теперь её ловить.

— Мне нужна о ней вся информация — документы, внешние данные, привычки, особенности поведения.

Зот одобрительно оскалился и соблаговолительно кивнул.

Думать о новой работёнке решил с утра, а сейчас спать после долгой гонки по Москве за тупым сосунком.

Говорят утро вечера мудренее, и эту истину хорошо понял, когда на телефон пришла папка с файлами. Открыл. Взору мгновенно предстали документы на машину и техпаспорт. Пролистнув дальше, угодил в копию паспорта. И правда уроженка Красноярского края, деревня Серково. Только фамилия отчего-то другая. Модно нынче не брать фамилию супруга?

Скользнул взглядом по фото. Красивая, но вполне обычная. Я бы даже сказал простовата для богатого папика Москвы. Следующее фото запутало чуть больше. Объект поиска стоял с мужиком в дорогущем костюме, держа на руках девочку лет пяти. Вроде счастливое семейство, в котором широко улыбается только он. Странно! А в прочем срать! Найти, доставить и получить свои бабки. За дело, Бугай!

Согласно полученным данным, Дарья Зимина покинула Москву сутки назад, а значит только-только миновала Казань. Хотя, она с ребёнком, и без постоянных остановок им не обойтись — кафе, забегаловки, гостиницы и хостелы. Одинокая женщина с маленьким ребёнком на трассе наверняка вызовет у людей вопросы.

Заказал билет до Уфы, основываясь на очередной подсчёт. Как раз через несколько часов, она будет проезжать именно по этой дороге. Глянул на сигнал трекера. Движется в заданном направлении на умеренной скорости. Правильно, с ребёнком не более ста метров в час по трассе. Умная, но почему-то недостаточно.

Собрал необходимое, долго думая брать ли свою Беретту. Стоит ли пугать молодую женщину? Зараза! Но моя огневая подруга всегда со мной, а путь не близкий и неизвестно на кого нарвёшься. Решительно бросил кобуру в спортивную сумку — так спокойнее.

В самолете позволил себе вздремнуть, видя довольно неприятный сон. Я скрупулезно драил большие панорамные окна от... Крови? Твою мать! Я мыл, а она появлялась снова и снова, пока тревожно не подскочил на сиденье. Вовремя. Самолёт уже подлетал к аэропорту.

Покинув нутро железной птицы, снова сунулся в приложение по отслеживанию GPS-трекера.

— И? Ты спать легла? — недовольно вопросил я у маячка на карте.

Вполне возможно. Она же не железная и ребёнок мог капризничать и просить привал. Подожду. Однако, точка не сдвинулась с места ни через час, ни через три. Сука! Произошло то, чего я опасался?! Наша Бандеролька бросила тачку? Судя по месту нахождения, это город посёлочного типа, а значит информация об угоне поступит в общую базу мгновенно. А если она воспользуется каршерингом или того хуже автостопом. Твою мать!

Привал отменялся. Через полчаса арендовал машину и газанул на полную. Я крепкий мужик без груза, а значит догоню в течение суток. Буквально на каждом остановочном комплексе, где присутствуют кафешки или туалеты, опрашивал местных продавщиц и администраторов о матери с ребёнком. Почти все пожимали плечами или отмахивались, кроме одной, что видимо положила на меня свой масляный глаз. Одинокая, понял я, и включил всё своё обаяние. Секс в маленькой комнатушке её придорожного кафетерия, развязал бабе язык.

— Она Тойоту мою старенькую арендовала, а точнее угнала, — мурлыкнула продавщица, трогая пальчиком мой бицепс. — А ещё точнее я разрешила ей взять. Чуть позже заявлю об угоне. Беда у неё. Баба бабу чувствует, понимаешь?

Кивнул, составляя новый план в голове.

— Цвет машины и номер?

— А тебе-то она зачем? — нахмурилась женщина. — Эй, она поди от тебя бежит?

— Никуда она не бежит, — устало выдохнул я, вставая и позволяя ей смотреть на мою наготу. Действует обычно безотказно, как и секс. — Она жена моего друга... Тут дело щепетильное. Изменил он ей, короче. Она дочь забрала и поехала к родителям...

— Дедушке, — поправила она.

— Да, — кивнул я, откладывая в закрома памяти новую информацию.

— Муж очень любит её и хочет всё исправить. Вот и попросил меня привезти Дашку обратно. Между нами, рыльце её тоже в пушку, — и подмигнул, красноречиво кивнув на то, что ниже пояса.

Врал конечно гадко и жестоко, но сработало. Бабы они такие. Сами бляди, но другим того же не прощают.

Серебристая Тойота Камри, регистрационный номер Е 108 НО. Верность направления продолжал проверять в придорожных забегаловках и две из них, подтвердили правильность моих исчислений.

Гнал под двести в ночи, желая навестить последнюю гостиницу на сегодня и лечь отдыхать. Молчу о нудном дожде, что барабанил по стеклу и пытался усыпить меня. Зарулил на стоянку и едва не подпрыгнул от счастья. Так нужная мне тачка мирно стояла у самого края парковочных мест. Бандеролька здесь! Да! Моё долгое и дебильное путешествие завершено! Домой к деньгам, к свободе...

Только заглушив мотор, понял, что это дело для меня не такое уж простое. Лишь теперь осознал, что мой груз — это слабая женщина с ещё более слабой на руках. Их нельзя бить, нельзя оскорблять и тем более травмировать, как я обычно поступал с другими. И что тогда? Сначала уговорить и убедить, а если не выйдет, то поставить перед выбором? Ладони невольно вспотели, а по спине пробежал холодок от вариантов. Блядь! Надо было отказываться, идиот! Но идти на попятный уже поздно и глупо, поэтому буду экспериментировать.

Администратор ответил отказом. Он оказывается не имеет право сообщать о постояльцах гостиницы. Конфиденциально! Твою мать! Даже пистолет не заставил его передумать. Такого верного и упёртого бы моему боссу. Схлопотал кулаком в нос, когда заметил, что тянется к тревожной кнопке. Рано — я ещё не всё проверил.

Перевалился через стойку, заглядывая в журнал. Если мамашка здесь, то скорей всего, оформилась недавно. Курчавым почерком читал фамилии. Она не назовёт другую, так как для заселения обычно просят документ. Пять номеров — в трёх мужские фамилии, в двух оставшихся — женские. Осмотрел стойку, ища подобие общего ключа, ну или хотя бы от нужных номеров.

Ни намёка. Придётся старым дедовским методом — отмычка. Сделал телевизор на ноль и направился по коридору. Шёл по коридору, отсчитывая номера по цифрам на дверях, и дойдя до нужного, замер отчётливо услышав приближающуюся поступь за дверью. Чёрт!

Спешно юркнул за угол коридора и затих. Помещение наполнилось щемящей тишиной, а после снова шаги — тихие и осторожные. Рискнул выглянуть и едва не запрыгал от фортуны — искомая фигура вышла из седьмого номера и направилась к ресепшен.

У меня лишь пара минут, а потом она обнаружит нокаутированного админа. Бесшумно проскользнул в номер, из которого она вышла. Горел ночник и на большой двухместной кровати спала девочка в обнимку со смешной длинной подушкой с мордой кота.

Под диафрагмой скрутило. Как не напугать ребёнка? Как избежать истерик мамаши? Точно не Беретта! Оставлю на самый крайний случай... А сейчас!

Грохот и стремительный бег влил в вены адреналин, а с ним я обычно мыслю в сто раз объективнее. Взял спящего ребёнка на руки и замер в ожидании. Дверь распахнулась, представив моему взору до смерти перепуганное женское личико, которое вживую оказалось гораздо милее, а точеная фигурка в футболке и коротких шортиках заставила воображение работать с тройной силой.


## Глава 3

ДАША

За пять лет я успела многое испытать и пережить, но именно сейчас стало страшнее всего. Огромная тень возвышалась над кроватью, держа на руках сладко спящую Лизу.

— Главное, без глупостей, — голос неизвестного хоть и был тихим, но позволил до мельчайшей нотки услышать его враждебность. — Собери вещи и за мной на улицу.

— Кто вы? — довольно глупый вопрос для слабой женщины, сбежавшей с ребёнком из логово тирана.

— Для всех — охотник за головами, персонально для тебя могу обозваться курьером.

— Выходит мы — посылка, — горько произнесла я, складывая в голове варианты побега.

— Люблю смышлёных баб. Если всё поняла, то поживее, может успеем пока админ в отрубе.

— Мне нужно её одеть, — первая попытка. Если он уберёт от малышки свои лапища, то я уже близка к побегу на пятьдесят процентов. Увы, только не знаю на что способен этот боров.

В ответ незнакомец стянул с постели одеяло и бережно завернул в него ребёнка.

— В машине переоденешь. Шевелись!

Кажется здесь слишком душно для нас троих. Капли пота стекали со лба по лицу, а футболка липла к телу. Да, мне страшно. Потому что совершенно не знаю, что у него на уме. Какой ему дан приказ? Насколько можно быть решительным? А главное, способен ли он причинить вред Лизе?

Спешно скидала личные вещи в спортивную сумку. Набросила на плечи старое пальто. Прихватила с кровати котика-батона и раскраску, что сегодня купила ей в пригороде. Мужчина многозначительно посмотрел на детские вещи, но промолчал.

— Иди за мной, — велел он, шагая вперед.

Окинула постель печальным взглядом и вышла следом за мужчиной. О том, чтобы бросить Лизу и речи не шло. Я обещала её матери.

Машина незнакомца была намного комфортабельнее той, на которой приехала я. Мужчина разложил заднее сиденье и аккуратно разместил на нём малышку.

— Ляжешь с ней рядом? — спокойно спросил незнакомец, и я вдруг представила, как он будет смотреть на меня спящую в зеркале заднего вида. На маньяка он не похож, но и дурой быть нельзя.

Мотнула головой, уверенно идя к пассажирскому сиденью.

— Ты подготовлен, — спустя некоторое молчание подметила я. Он явно не местный, и с такой машиной от Москвы он бы нас не догнал. Значит, авто арендованное причём под потребности груза. — Часто переправляешь женщин и детей?

— Ты первая и последняя, — отчеканил он, даже не глянув в мою сторону.

Смотрела на профиль незнакомца, пытаясь оценить внешность. Да, с таким не забалуешь и если бы встретила в обычной жизни, перешла бы на другую сторону улицы. Напористый лоб, бульдожья морда, щетина недельной давности, полоска плотно сжатых губ. Он явно мало спит, возможно, любит выпить крепкого, силён и немногословен. Чем-то смахивает на бывшего вояку или госслужащего, что вряд ли. Разве такие стали бы работать на мразь, что способна губить слабых?

— Я знаю, за мою голову отвалено не мало, но обязана попытаться. Не отдавай нас... Пожалуйста. Я заплачу...

— Чем? — вдруг усмехнулся он и окинул меня скептическим взглядом. — У старика своего займёшь или собой расплатишься? Хотя с чужими бабами я не мастак трахаться.

С чужими? То есть и такая возможность есть?

— Он... Он не узнает.

Теперь курьер хмуро покосился на меня, опустив взгляд на мои коленки. Ему нравится то, что он видит, а значит... Господи, с каких пор я согласна лечь под незнакомого мужика? Да, с тех самых, когда та мразь украла мою волю и жизнь. С тех самых, когда поклялась маленькой девочке, что не оставлю её.

— Ты конечно аппетитный кусочек, но деньги мне нужнее.

Обречённо откинулась головой назад, прикусив губу. Мозг отчаянно думал, ища ещё варианты.

— И сколько стоят напуганная женщина и ребёнок?

— Не драматизируй, — отмахнулся боров. — Вернёшься к своему ненаглядному, поговорите, помиритесь и снова будешь в шоколаде. А мне деньги нужны на новую жизнь. У меня свои планы.

— Он убьёт меня, — тихо молвила я, умоляюще посмотрев на курьера. — Прошу тебя, не отдавай!

По бульдожьему лицу скользнула знакомая мне тень. Он не злой. Он просто уставший от жизни мужчина, ищущий путь к чему-то более мирному и спокойному. А я явно испорчу ему все планы, если всё же перетяну на свою сторону.

— Полляма не отваливают за бабу, чтобы потом грохнуть, — упрямо отмахнулся он, теряя ко мне интерес. — Помолчи лучше, Бандеролька, и без тебя тошно.

Тошно ему. Отчего? От себя самого, от ситуации, на которую согласился? Он явно нелюдим и обижен жизнью. Такие, как он прилично хапнули в своё время, очерствели и утратили веру в людей.

Молча уставилась в окно, но не видела что за ним. Лишь смотрела на дорожки от капель, что бились в стекло и методично стекали вниз. Туда, где сейчас моя жизнь.

Не заметила, как отключилась и очнулась от толчка в плечо.

— Мелкая просыпается, — зашипел боров, явно струхнув. Забавно, похоже его пугают маленькие дети.

Не успев протереть глаза, быстренько отстегнула ремень безопасности и максимально перегнулась всем корпусом назад. Погладила Лизу по плечу, а после по щеке. Девчушка продрала угольные глазки и непонимающе осмотрелась.

— Доброе утро, принцесса, — ласково улыбнулась малышке, словно это место часть нашего плана.

Лиза хлопала глазками и явно не понимала, как оказалась в другой машине. Подняла взор на водительское сидение и примкнула ближе ко мне.

— Кто этот дядя?

Тут запнулась, понимая, что понятия не имею, что сказать ребёнку. Лиза уже видела мужскую жестокость и хорошо понимает, что любой незнакомец может источать опасность.

— Привет. Можешь звать меня дядя Сеня. Я друг твоего папы...

Нет, только не эта фраза. Лиза вжалась в меня, впав в истерику. И вот теперь я увидела этого борова совершенно иным. Мужчина искренне удивился и заволновался, не понимая, чем так мог напугать ребёнка.

— Нет, нет, нет! Пожалуйста, дяденька, не надо к папе! Не надо! Дяденька... Пожалуйста

Лиза начала икать и брыкаться, а мне пришлось прижать её к себе, как можно крепче.

— Он не везёт нас к папе! Не везёт, Лиза! — пыталась докричаться до перепуганного ребёнка. — Тише-тише...

— Я не хочу! Не надо, пожалуйста!

— Мы не едем к папе, — подал он наконец голос, что имело больший эффект. — Не едем! Ты не так поняла... Я просто его знаю, и всё!

— Поклянись! — потребовала Лиза, чуть стихнув, но продолжая всхлипывать и пускать по пухлым щекам слёзы.

Здесь боров запнулся, умоляюще посмотрев на меня. Помощи захотел? Хрен тебе! Раз нужны деньги ценой наших жизней, выкручивайся сам.

— Клянись! — закричала Лиза ещё требовательнее.

— Клянусь... — выпалил он, багровея. — Мы не едем к папе. Мы едем к твоему дедушке... Как тебе и обещала мама.

Лиза недоверчиво сканировала незнакомца своим недетским взглядом, но утихла. Прижалась ко мне, положив щёку на грудь. Нежно коснулась ладонью её светлых волосиков, начав шептать ласковые и утешающие слова.

За окном светало, а на трассе становилось всё больше легковых машин. Значит, недалеко посёлок или город.

— Подыграй мне, — шепнула я девочке на ухо. — Остановите, пожалуйста, — уверенно обратилась к Арсению.

— На следующей автозаправке, — непоколебимо сообщил он, игнорируя нас.

— Лизе надо в туалет, — произнесла более убедительно.

— Сказано, на следующей заправке! — неуклонно подчеркнул курьер.

— Я хочу пи́сать... Мам, — заканючила девочка и вовремя. Умница моя!

— Она ребёнок! Она не может терпеть! Хотите потом ехать в детской моче?!

По губам прочла набор нелестных слов то ли в свой адрес, то ли в адрес ситуации, но сработало. Арсений перестроился в правый ряд и начал сбавлять ход. Спешно натянула на девчушку курточку, джинсы и шапку. Успела проверить наличие кошелька в кармане.

Внедорожник остановился у обочины и сердце ушло в пятки, поняв, что курьер собрался идти с нами.

— Она не станет этого делать при вас, — грозно посмотрела на борова.

— Тогда отдай мне то, что припрятала в пальтишке.

Сука! От него сложно что-то утаить. Демонстративно вынула содержимое карманов и швырнула козлу в грудь. Не дожидаясь его разрешения направилась вниз по обочине к кустам, после которых начиналась лесополоса.

— Три минуты! Далеко не уходить...

Новый матерок из уст курьера, а я спешила. Сняла с Лизы шапку и надела на ветку. Накинула на голову малышки капюшон, плотно застегнув на вороте.

— Он же везёт нас к дедушке, — не понимающе посмотрела на меня малышка.

— Нет, прости, он обманул нас. Но снова мы выкрутимся, не бойся. Держись за меня очень крепко, хорошо? И не звука, — чмокнула напуганного несмышлёныша в щеку и рванула со всех ног вперёд, ища любую низину, овраг или поваленное дерево, чтобы схорониться, спрятаться, исчезнуть — всё, что угодно, но этот охотник за головами не должен вернуть нас в ад.

## Глава 4

АРСЕНИЙ

Детская шапка не двигалась уже с минуту. Такого не может быть. Нет, я определённо что-то видел. Или это ветер? Чёрт! Конечно же ветер!

Спешно заблокировал машину и бросился к детской шапочке, прекрасно понимая что ни хрена там не найду. Сбежала. Облапошила, как додика! Вот что значит не работать с такими посылочками. Я ещё шлюх пытался как-то доставлять Зоту, а вот таких "совершенных" ни разу. Но Зот прав, я — ищейка от бога, а значит найду даже в нелюдимой тайге, если понадобится.

Шёл спешно, внимательно ища следы и обломанные ветки. Тут главное самому не паниковать и внимательно изучать местность.

Дура! И куда только поперлась без денег, без сотовой связи да и ещё с малолетним ребёнком?

Пока шёл, пытался склеить кусочки мозаики воедино. Хорошо, допустим, ссора супругов. Очень серьёзная. Обиды, развод, делёж имущества и борьба за право воспитывать ребёнка, но даже в таком случае мамашка не метнётся в непроходимый лес холодной и дождливой осенью. Какая мать решится жертвовать своим чадом ради собственных амбиций и гордыни? И эта сцена в машине... У Лизы началась явная паника, стоило ей понять, что её везут к отцу.

Чуйка меня редко подводила, и сейчас она светила красным знаменем, заставляя думать оба полушария. Но вот как раз голова мечтала об отдыхе, скорой свободе и спокойной жизни где-нибудь на лоне природы: рыбалка, свежий воздух, тишина, свобода... А что? Чем мы старее, тем, говорят, ближе к земле. Я бы и картошку со свёклой посадил в следующем году, только не мешало бы обзавестись лопатами да тяпками.

Притормозил, максимально вслушиваясь в лесную фауну. Щебет птиц, стрёкот насекомых, шелест листвы, запах грибов, стук кроны многолетних сосен. Сейчас бы мою двустволку и за косулей, а можно и кабанчика. Интересно, живность здесь водится? Не хватало ещё горе-мамашке напороться на лося или кого посерьёзнее. Инертно проверил за пазухой Беретту. Шутить со здешними местами не стоит.

Где-то послышался вскрик то ли зверя, то ли птицы. А если ни тот, ни другой? У леса есть свойство проносить звуки на дальние расстояния, а значит не факт, что его источник где-то рядом. Бесшумной поступью двинулся на звук. Если птица, она не могла обойтись одним разом, а если зверь... Лисица? Эти особи способны издавать множество громких воплей, не имея своего набора букв и диапазона, как например, у коровы или собаки.

Шёл, внимательно глядя под ноги, и заслужил небольшую награду — детская заколка для волос. Да, такая же была на Лизе. Поднял, сунув трофей в карман и вслушался ещё лучше. Буквально проник слухом в каждый порыв ветра, скрип веток, шелест листвы. Вы рядом. Я чувствую!

Хруст сломанной ветки где-то слева сорвал меня с места. Тень в кустах обрела плоть и метнулась вперёд на полной скорости.

Я был больше, быстрее, на легке, поэтому настиг беглянок в пару мощных прыжков, но и Бандеролька оказалась непромах. Развернулась ко мне в последнюю секунду и бросила ворох земли прямо в глаза.

— Сука! — взревел я от боли. Запнулся о корягу и рухнул куда-то в низину с дождевой грязью.

Частицы сухой земли буквально разъедали и резали глаза тысячами микроскопических осколков. Убью, гадина! Клянусь, прихлопну одной левой! Удавлю без зазрения совети!

Взревел от злости и, с трудом открывая травмированные глаза, прибавил шаг в былом направлении. Боль мешала, и я понимал, что упущу мерзавку, если не решусь на крайние меры. Достал из-за пазухи "Беретту" и дважды пальнул в воздух.

— Ещё шаг, и третья будет в тебе! — рявкнул я, направив дуло в девичью спину.

Дарья вросла в землю, пряча ребёнка в полах своего пальто, словно спрогнозированная пуля предназначена не ей, а соплячке.

Держа негодницу на мушке, наконец, настиг и грубо дернул на себя, совершенно не думая, как сейчас это всё выглядит в глазах ребёнка. Однако, и тут Бандеролька оказалась шустра. Мамашка закрыла дочери глаза ладонью, и умоляюще посмотрела в чёрное дуло пистолета.

— Молю, уберите, — шепнула низким и до смерти перепуганным голосом, отчего злоба исчезла в мгновение ока.

Спрятал Беретту обратно в кобуру, и больно перехватил Дарью за локоть.

— Будешь откалывать мне такие номера, то и соплячки твоей не постесняюсь, поняла? — процедил в бледное и взмыленное лицо. — Шуруй к машине.

— Даша, — умоляюще пискнула мелкая, и девица снова что-то ей зашептала на ухо. Да уж, команда что надо!

Неумолимо шёл за Бандеролькой, периодически страхуя на пригорках, помогая миновать поваленные стволы деревьев и оберегая от огромных веток, норовивших заехать по лицу. Было бы мудро забрать у неё соплячку, но воинственный взор угольных глаз не сулил понимания и покорности.

Да, теперь я плохой дядя Сеня! И честно говоря, посрать!

Спешно вернул заднее сидение в исходное положение и затолкал туда девчонок. Сам же сел на водительское и предусмотрительно заблокировал центральный замок.

Глаза продолжали болеть. Посмотрел в зеркало заднего вида и смачно выругался. Белки глаз раскраснелись настолько, что не помогало ни бесконтрольное выделение слезной жидкости, ни вода из бутылки, которой обильно орошил веки. Надо в аптеку, иначе чего доброго и зрения лишусь. Ну спасибо за подарочек, мелкая пакостница.

Заметил на себе напряженный взгляд с заднего сиденья.

— Тебе сейчас нежелательно садиться за руль, — очень своевременный совет от той, что сама же меня списала.

— Да что ты говоришь! — рявкнул я, и девчонки испуганно вздрогнули.

Сука! Таким ходом, я скоро сделаю мелкую заикой. Ещё в штаны писаться начнёт. Но Дарья права — я ни хрена теперь не вижу. Глаза слезятся и кажется горят изнутри. На трассе — это верная смерть меньше, чем через час, под колёсами какой-нибудь фуры.

— Ты, — ткнул в старшую пальцем. — Перелезай вперёд. Поведёшь дальше сама. И без фокусов. Помни об этом, — и постучал по кобуре.

— Даша, нет! Даша, пожалуйста, — снова закуксила мелкая, цепляясь в мамашку. Странно, почему она зовёт её по имени? Раньше вроде не звала.

— Всё нормально, милая, — звонким и бодрым голоском заворковала Дарья, ласково улыбаясь девчушке. — Я здесь. Просто буду впереди. За рулём. Как вчера, помнишь? Ты в окошко пока смотри или поиграй с Батоном. Дядя тебя не тронет. Обещаю...

— Да, дяде не до этого, — сердито рыкнул я, утирая набегающие слёзы.

Даша села на водительское, и я невольно завис, оценивая объект. Такая хрупкая и маленькая в этом водительском кресле. В нём может запросто поместиться ещё две таких Даши. Тонкие запястья легли на руль, а цыплячья шея больше не казалась мне таковой. Царский изгиб, как у лебедя, ровная осанка, выправка балерины. Плавный и выверенный поворот головы, острый подбородок, высокие скулы. Карие глаза с песочными переливами и почти золотые у радужки. Красивая, умная и смелая.

Бандеролька отрегулировала кресло под себя, поправила зеркала. Слегка ухмыльнулся — такая сопливая, но ведёт себя, как взрослая. Этакая маленькая женщина, которая, лять, сделала меня, как два пальца об асфальт. Ноги-то хоть до педалей дотянутся?

— Надеюсь, все успели и пописать, и покакать, гуляя в том грёбаном лесу? Остановок в ближайшие два-три часа не предвидется. Газуй, Бандеролька, и больше никаких фокусов, иначе заверну тебя в оберточную бумагу до самой Москвы. Полежишь в багажнике для верности. Я не шучу...

## Глава 5

ДАША

У него пистолет. Не травмат, не зажигалка, не отпугиватель, а настоящее боевое оружие. И этот придурок напугал им Лизу до полусмерти. Странно, что он не продемонстрировал мне его раньше, тогда быть может я не решилась на диверсию, а он бы не страдал на соседнем сиденье с болью в глазах.

Откровенно говоря, он не один испытывал болезненные ощущения. Последнюю таблетку обезболивающего я так и не успела принять, а действие предыдущей давным-давно закончилось. Ребро ныло и мешало дышать полной грудью. Досталось ему и во время пробежки по лесу, когда адреналин отодвинул всё несущественное, и я бежала вперёд держа на руках Лизу. В схватке с боровом тоже ощутила ущерб, но стерпела. Лишь теперь, успокоив трепещущее сердце, чувствовала травму в полном спектре.

К счастью, Арсений был больше слеп, поэтому не замечал моих страданий.

— Через пару километров будет пригород. Там есть аптека, — сообщила я.

Мужчина посмотрел на наручные часы и кивнул. У него есть какой-то график?

— Я хочу кушать, — молчавшая до сих пор Лиза тоже изъявила свои пожелания.

Совесть мгновенно взыграла под грудиной. Время перевалило уже за полдень, а ребёнок до сих пор еще́ не завтракал.

— Сделаем привал в ближайшем посёлке, — известил Арсений и я облегчённо выдохнула, что мне не нужно сейчас его умолять сделать остановку, чтобы нормально поесть и передохнуть.

— Потерпи немного, милая, — старалась говорить как можно непринуждённее. Возможно, моё мнимое спокойствие подействует и на девочку, Лиза расслабится и не будет сидеть, забившись в угол пассажирского кресла.

Мы проезжали этот городок вчера. Именно здесь мне помог молодой парнишка из автосервиса подкачать колесо, а в той закусочной милая официантка жаловалась, как приезжала в этом году в Москву поступать в МГУ, но не прошла и ей пришлось вернуться обратно в ожидание следующего года и следующей попытки. Новые осколки надежды на спасение завибрировали в душе.

В аптеку пошли все вместе одной дружной липовой семьёй. Лиза просилась на руки, но боль в ребре, не позволила мне этого сделать.

— Ты в порядке? — Арсений окинул меня подозрительным взглядом.

В ответ молча кивнула, потянув девочку за руку. Пока беседовала и советовалась с фармацевтом, мужчина стоял за моей стеной. В голове мгновенно всплыли все эти глупые ролики, где учили жестами подавать сигнал бедствия. Я пробовала, но женщина-фармацевт скучающе проигнорировала меня.

Зато Арсений всё понял верно. Выходя из аптеки, боров сжал сталь своих пальцев на моём затылке и со зловещей улыбкой процедил:

— Бандеролька, ты можешь швыряться в меня землёй, можешь лягаться и оскорблять, но никогда не держи меня за идиота.

Отпустил, и я одарила гада самым ядовитым взором. Ладно, я знаю ещё пару способов просить о помощи.

— Тут недалеко закусочная. У них неплохая кухня, а пирог с мандаринами прямо объедение.

Но Арсений проигнорировал моё предложение, ведя к придорожному мотелю.

— Закажем доставку, если тебе прямо так приспичило, — буркнул он, лишая последней надежды. Вот же сволочь, знает всё наперёд.

Комнату дали с двумя кроватями и отдельной ванной. Этот мужчина явно любит комфорт. Пожалуй, в этом я с ним солидарна.

Лиза затравленно уселась в углу самой дальней кровати и внимательно наблюдала за взрослыми. Я же незаметно закинула в рот обезболивающее и прожевала прямо так без воды, рискуя желудком.

— Еду принесут в течение получаса, — деловито сообщил он, снимая с себя куртку и рубашку, под которыми оказывается скрывалось очень даже могучее и прокаченное тело. Широкие плечи с валиками мышц, стальной пресс с приятным глазу набором кубиков, косые мышцы живота, играющие при движение.

Поняла, что стою с открытым ртом, когда в нём пересохло. Мужчина безусловно красив и эстетичен, несмотря на пугающее первое впечатление. Бульдожья челюсть уже таковой не казалась, а холодные серые глаза, наоборот великолепно граничили с его горячей мужской сексуальностью. Остроту общей картины подчёркивали татуировки на шее и плечах, сообщая об опасной страстности своего владельца. Если бы я и правда пошла с ним на сделку, то сомневаюсь, что пожалела бы. О таком мужчине мечтает добрая половина женских сердец.

Проморгалась, чтобы отогнать из головы ненужные картинки и протрезвев уловила его насмешливый взгляд. Да, он знает, что нравится женщинам, и я как дура это только что подтвердила. Да, пошёл ты! Не мой типаж! Солдафоны и качки никогда меня не привлекали, скорее отталкивали своей тупостью и узколобостью.

— Идём, — указал он на ванную комнату, и я мгновенно напряглась. Что вдвоём? Зачем? — Не дрейфь... Просто исправишь то, что натворила.

Сглотнула и покорилась, предварительно одарив Лизу непринуждённой улыбкой.

— Посиди пока тихонько. Я сейчас вернусь, — и шагнула в уборную за курьером.

Арсений включил воду и закрыл дверь. Для двоих здесь явно было мало места, поэтому вмиг оробела, оказавшись так близко с его сексуальным телом. Не знала куда смотреть. В глаза — жутко, на тело — опасно, а в сторону — глупо. Я хоть и не девственница, но с таким сортом мужчин не представляла, как правильно себя вести.

Арсений протянул мне пузырёк с глазными каплями, и я приняла их, как спасение.

— Сядь, пожалуйста, на край ванны, — сиплым голосом попросила я, распечатывая пузырёк.

Но мужчина отчего-то повёл себя иначе. Навис надо мной всей своей могучей фигурой и припечатал к двери. Испуганно замерла, не понимая, что он собирается делать. Его ладонь прихватила низ футболки и медленно потянула вверх, обнажая взору мой секрет — огромный багровый след от ботинка. Я забыла, как дышать, понимая, что Арсений не простой солдафон, а мужчина с хорошо развитой интуицией и наблюдательностью. Стыдливо поймала его ладонь, не позволяя считать дальнейшие отметины на теле.

— Ты купила в аптеке довольно сильное и дорогостоящее обезболивающее. Для головной или зубной боли подошло бы что-нибудь попроще. Откуда они?

— Если скажу, что муж, поверишь? — и провернула его субстанцию в своей мясорубке совести.

— Я уже больше десяти лет не верю бабам, и ни разу не ошибся.

— Ещё скажи, что мы зло, — закатила я глаза. — Не думал, что подобные выводы частенько звучат с обоих фронтов? Что ненаглядная провернула твоё прекрасное и доброе когда-то сердечко в комбайне и слопала на ужин?

— Как и твой ненаглядный, приложился пару раз о тебя ботинком...

Не знаю, какая именно мышца сработала первой, но я влепила козлу хорошую затрещину. Хотела добавить бонусом, но второй замах пресекла стальная ладонь.

— Легче, иначе за оплеуху тоже придётся отдуваться, — с этими словами боров сел на крышку унитаза.

Замерла, не понимая к чему он ведёт. Скользнула взглядом ниже, случайно зацепив паховую зону мужчины. Надеюсь он не это имеет в виду?

— Капли! — нетерпеливо подчеркнул он, и я тряхнула головой, стараясь больше туда не глазеть.

— Запрокинь голову и смотри вверх...

Осторожно коснулась пальцами колючей щеки. Нависла над его лицом, разглядывая черты. Он хорош. Безумно хорош собой и притягателен. Кажется мне пора заканчивать эту дурманящаю близость.

Две капли в одно веко, потом столько же в другое. Арсений прикрыл глаза, заставляя их впитать в себя лекарство.

— Я не зло в последней инстанции, — не открывая глаз уронил он, совершенно искренне. — Просто привык не вмешиваться в дела чужой семьи...

— И таких много, — хмуро буркнула я, и зачем-то начала мыть руки лишь бы не смотреть на его профиль и не чувствовать запах. Да, запах. Я впервые принюхалась к постороннему мужику и испытала кайф. Вроде бы ничего особенного, но током пробило от макушки до пят.

— Не примешивай меня к говну, — Арсений устало поднял голову и открыл красные глазы. Смотрел прищуриваясь и внимательно, причём ниже моего лица. Вот нахал!

Съежилась, обняв себя руками.

— Мне хватило времени оценить тебя. Такие как ты всегда суют нос не в своё дело, а потом отхватывают. Даже я не прочь сейчас тебе всыпать по первое число, но обычно воспитываю строптивых барышень, ставя на четвереньки и желательно без трусиков. Причём визжала бы ты от кайфа, а не от боли, прося добавки.

Сглотнула, неожиданно представив это слияние. С таким самцом любая нескладёха будет вести себя, как порноактриса и позволять делать с собой всё, что ему заблагорассудиться, лишь потому что он наверняка знает, как сделать партнёрше хорошо.

Тряхнула головой, прогоняя наваждение и тут же осеклась, услышав так знакомый мне и пугающий звук — падение и грудной вой.

— Лиза! — в ужасе бросилась прочь из ванной, зная, что в комнате увижу ту самую жуткую картину, из-за которой в своё время не решилась бросить малышку.

Девочка лежала на полу под неизведанным углом, изо рта шла пена, а тело конвульсивно подбрасывало вверх.


## Глава 6

АРСЕНИЙ

Довольно тесное нахождение с Бандеролькой в ванной комнате действовало одуряюще. Совсем девчонка ещё и краснеет, как перед первым разом. Однако, смелая. Боится смотреть в глаза, но борется с собой, заменяя на дерзость и упрямство. Да, такая пойдёт на всё ради своих целей, а значит будет искать лазейки, чтобы улизнуть, потому что всё давно решено и не подлежить обжалованию. Я лишь помеха на её пути.

Глаза цвета кофе пристально смотрели на меня в упор с каждой секундой забирая волю, потому что уже представлял, как страстно впиваюсь в зовущий рот и своим натиском раздвигаю точёные ножки. Стиральная машинка как раз пригодилась бы в качестве ложа для жаркого слияния. Уже слышал где-то в недрах мозга, как наши тела бьются друг о друга в бешеном ритме, а сладкий девичий стон оглушает весь мотель... Стоп!

— Лиза! — в ужасе выдохнула Бандеролька и, сломя голову, выскочила из ванной.

Что? Я же ничего не сделал пока! Но выйдя следом, понял, что ситуация совсем мне не подконтрольна.

— Что с ней?! — испуг впервые пленил щупальцами грудь.

Интересно, что Даша не паниковала, как это принято у баб, а действовала умело и выверенно. Уложила голову ребёнка на колени и повернула малышку на бок. Крепко удерживала, параллельно успокаивая. Приступ стихал, а я судорожно перебирал в голове варианты подобного недуга. Вывод напрашивался лишь один — эпилепсия. Гадкая вещь, судя по рассказам. Впервые хотелось чем-нибудь помочь, так как видеть малышку в таком состояние дико претило, только понимал, что впервые сталкиваюсь с подобным лично.

— Салфетки, дай, живее, — скомандовала Дарья, указав на сумку. Мгновенно выполнил, к счастью упаковка лежала на самом верху.

Бандеролька осторожно удалила изо рта Лизы рвотную массу, продолжая удерживать девочку. Наконец приступ сошёл на нет, оставив детское тельце безвольно лежать на руках матери.

— Как часто происходят с вами подобные эпизоды? — Жаль, об этом моменте мне не сообщил сам Зот, тогда бы точно не стал браться за дело.

— Что помеха для тебя? — тут же съязвила Бандеролька и, осторожно перехватив уставшее от судорог дитя, аккуратно уложила на постель.

— Мам? Мамочка... — застонала девчушка, явно плохо соображая.

— Всё прошло, милая. Я с тобой, не бойся, — девушка со всей нежностью гладила малышку по голове.

Я же оказывается не мог смотреть на подобное. Да, чёрт побери, я не железный, особенно перед слабыми. Малявка серьёзно больна, а эти два идиота носятся с ней по всей стране, выясняя отношения.

До слуха дошло тихое пение, от которого мурашки стартанули по спине. Нет, оно не напомнило мне о руках заботливой матери и безмятежном детстве, оно скорее вызвало щемящее сердце тоску и печаль, словно это погребальная песенка, а не колыбельная.

Душа не выдержала натиска, и я резко поднявшись, вылетел прочь из номера. Телефон в руке едва не пошёл трещинами, пока я ждал ответа абонента.

— Зашли кого-нибудь другого, — потребовал я, как только в трубке послышался голос босса. — Не моё это вошкаться с юродивыми детьми и вредными бабами.

— Ребята пока все заняты, — наверняка врёт.

— Я серьёзно, Зот. Соплячка больна... А если откинется в пути? Мне отвечать?

— Не ссы, Бугай. Приступы не такие частые, если малявка пьёт лекарства.

— Ты знал, да?! Знал про её дефект?! Сука ты, Зот! — и сбросил вызов, с трудом подавив желание размозжить телефон о пол.

Спокойно! Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Бандеролька не должна видеть мои страхи и растерянность. Собрался с мыслями и вернулся в комнату. Картина изменилась — Лиза кажется уснула, а Даша рылась в сумке.

— Она не приняла лекарство? — совестливо посмотрел на мамашку.

— Приняла, — сурово зыркнула девчонка. — Приступы иногда случаются, как следствие стресса.

— Не вздумай на меня катить бочку, — понял к чему клонит девчонка. — Ничего бы не было, останься ты дома с мужем. Блядь, Даша, у вас дочь серьёзно больна! Тебе бы с супругом ей заниматься, а не показывать свои амбиции. Ты не в том положении, чтобы ехать к матушке при каждой ссоре и сломанном ногте.

Бандеролька смотрела на меня в упор, багровея с каждой секундой.

— Сломанный ноготь? — сипло переспросила она и вдруг резко встала, сорвала с себя футболку. То, что я видел до этого в ванной оказалось цветочками. На миниатюрном девичьем теле буквально не было живого места. Ссадины и синяки разного времени давности, словно жуткой маршрутной картой шли от пояса ровно до ключиц.

Шокированно глазел на тело, что всего пару минут назад возбуждало и пленило сексуальностью, скрытой под футболкой и брюками.

— И после каждой такой экзекуции, я лежала голой с ним в постели, а он играл на мне в ходики. Синяк темнее — это лес, светлее — пустошь, с кровоподтёками — деревня у реки, груди — горы, пупок — Марианская впадина, а то что ниже... — девчонка гневно сжала губы и сморгнула набежавшие злые слёзы. — Ниже это портал в потусторонний мир, где либо поощряют, либо наказывают грешников. Я всегда была грешницей, и он всегда меня наказывал...

— Всё! Заткнись, ради бога! — Дальше слушать уже не мог. Она это всё говорила, а я представлял. И это, сука, совсем неэротично. Это гадко и до жути печально, потому что в моём понимании женщина мужчине предназначалась не для этого.

Пока рвал на голове волосы, Бандеролька шустро вернула на себя футболку и в надежде уставилась на меня.

— Что? — осекся, и догадаться было несложно. — Нет уж... Не смотри на меня так. Я никогда не вмешиваюсь. Я вообще никогда не вёл задушевные беседы с грузом, и потому успешно не реагировал на всякие ваши личные драмы одна плачевней другой. С тобой только пошло всё к херам. Без обид, Бандеролька. Моя задача доставить и получить за тебя бабки. Проблемы мне не нужны.

Даша колыхнулась в смешке и вернулась к сумке. Ждал язвительную фразочку, но она молчала, ещё больше выворачивая душу наизнанку.

— Ладно... Привал до завтрашнего утра, — выдохнул я, пытаясь сменить тему, закрыть глаза, сердце и совесть. — Позаботься, чтобы соплячка приняла лекарство.

— Его нет, — перебила девчонка, опустив голову.

— Не понял? — Час от часу не легче! — Ты плохие новости дозируешь для пущего эффекта?

— Я вчера утром дала ей последнюю таблетку. Этого должно было хватить до нашего приезда в Серково.

Усиленно соображал. Я не дал им купить новые? Нет, обычно такие вещи покупаются заранее. Нет денег? Блядь. Ладно, раскошелюсь на пилюли, так и быть. Это куда лучше, чем наблюдать, как малявка в приступе бьётся головой о пол.

— Скажи, какие надо, я пойду куплю.

— Не купишь, — мотнула головой Бандеролька и виновато всунула голову в плечи.

— Ты издеваешься, да?

— Их не продают в аптеках. Лекарство выписывает врач, и его выдают потом строго по рецепту в аптеке по месту жительства.

— А откуда в Серкове оно тогда должно было появиться? — психанул я, впервые понимая, что не могу владеть ситуацией.

— Мой дед раньше был завотделением неврологии. Он может помочь.

Тяжело выдохнул, пытаясь перевести гнев на милость.

— Не могла свалить от мужа после того, как получишь новые лекарства? — буркнул я, не дожидаясь от неё ответа. — И что тогда делать?

— Припадки не цикличны и чаще всего возникают, когда Лиза переутомлена, возбуждена или напугана.

— Дальняя дорога с избитой матерью и охотником за головами — идеальная среда для и без того травмированного ребёнка.

— Мы были счастливы эти два дня до тебя, — рыкнула в ответ Бандеролька.

— Аналогично, — не остался я в долгу. — В общем так. Вы обе — моя работа, поэтому сопли-слёзы бесполезны, это первое. Второе, все твои попытки сбежать будут ВСЕГДА равны нули и обернуться стрессом для соплячки. И третье, я умею быть милым, если меня не злить. Наш вынужденный симбиоз возможен без эксцессов, если только ты сама этого захочешь.

— Мне проще было бы пережить пару дней приступов Лизы, чем вернуть её в тот ад.

— Дура, — констатировал я, неожиданно осознав, что с этой Зеной — королевой воинов, бесполезно договариваться. — Что ж тогда пеняй на себя.

Да, это жестоко, но действенно. Решительно подступил к Бандерольке, напугав бедолагу до чёртиков. Но опять и снова, сука, смелая. Когда схватил за запястье, начала рьяно лягаться и кусаться, только чтобы повредничать. Терпел нескончаемые тумаки, пока браслеты наручников не защелкнулись на её тоненьком запястье и на металлическом каркасе кровати.

— Ах ты, мудак тупорылый! — гневно зашипела она, дергая браслетами. — Да, чтоб ты сдох солдафон несчастный.

— Тише, Бандеролька, мелкую разбудишь и напугаешь. Лучше покемарь с ней на пару. И мне бы тоже не помешало. А потом слопаем нашу остывшую пиццу. Кстати, где она? — посмотрел на часы, игнорируя настоящий взгляд медузы Горгоны. Зря. Дарья сорвала с ноги кроссовок и метнула, целясь чётко в голову.

Поймал снаряд в последнюю секунду, а следом второй, и от души рассмеялся. Блядь, и правда хороша. Не будь она чьей-то женой, я бы точно её трахнул. Увы и ах, но с чужими бабами у меня горький опыт и жёсткое вето.

В дверь постучали.

— О, а вот и наша пицца! — Принял заказ и поставил коробки на стол. — Эта ваша, — сообщил девушке, протягивая коробку. — Не дуйся... Если бы ты не дала дёру там в лесу, я бы доверял тебе больше. Сама виновата.

— Этот девиз написан на салфетках вашего клуба абьюзеров? — не унималась язва.

— Я тебе сейчас сам эту пиццу в рот затолкаю, чтобы не болтала хрень, — и сердито бросил коробку ей на постель. — Ешь и не пизди!

Видеть её дальнейшую реакцию абсолютно не хотелось, поэтому завалился на свою постель с коробкой пеперони. Краем глаза видел, как Даша не притронулась к еде, но коробку поставила на тумбу.

Чудна́я или просто дура?! Хрен знает! Пусть делает, что хочет, но под моим бдением.

Наелся до отвала и, как самый ленивый человек в мире, уснул прямо с коробкой на пузе. Снилась какая-то хрень, но наяву хрень оказалась намного хуже. В меня прилетело что-то громоздкое, но мягкое. Прямо в голова. Ни хрена себе! Непонимающе продрал один глаз, толком не въехав, где припарковал свои кости.

— Арсений! Просыпайся, чёрт тебя дери! — Взволнованный крик Бандерольки велел подскочить. Обернулся, въезжая в суть происходящего. Запущенная в меня подушка валялась на полу и в комнате чего-то не хватало. Чего?

— Сними наручники... Скорее! Лизы нет! Лиза?!

Блядь! Вот в чём дело!

## Глава 7

ДАША

Плохо. Всё очень-очень плохо. На этого козла повлиять невозможно — ни женское обаяние, ни жалобные просьбы, ни больной ребёнок. Железка! Сомневаюсь вообще, что именно сердце качает в нём кровь.

Снова и опять придётся идти на крайние меры, выкручиваться, прогрызать зубами свободу. Однако, браслеты наручников на моём запястье ввели в отчаяние. Клянусь, если бы могла убивать взглядом, я бы непременно это сделала и не раз.

Рьяно возмущаться и дергать наручники чревато пробуждением Лизы, к тому же данная вещь способна напугать малышку. Пришлось покориться, демонстративно повернувшись спиной к курьеру. Смотрела на детское личико и сердце обливалось кровью. Всего пять лет, но взгляд ребёнка мудрее нас, взрослых. Нежно гладила пухленькие щёчки, вдыхала детский запах. Как так вышло, что в свои двадцать два я ношусь с такой крохой по стране, пытаясь уберечь от зла и боли? Ведь были мечты. Приехала в нерезиновую строить свою жизнь. Училась в педагогическом, снимала жильё, работала в модном спа-салоне администратором, пока не нашла хорошо оплачиваемую работу по профессии с проживанием, что впоследствие превратила мою жизнь в ад.

Поняла, что уснула, когда тело вздрогнуло от вуали кошмара, давно отравившего моё существование. Резко распахнула глаза, чувствуя всплеск неясной тревоги.

— Лиза, — инертно окликнула я, толком не въехав где нахожусь. Огляделась, не находя ребёнка и не слыша звуков её присутствия. — Лиза, — соскочила, но браслеты наручников больно впились в кожу. — Чёрт! Лизонька, где ты, солнышко?

Тревога росла в геометрической прогрессии, пока ответом мне была тишина.

— Лиза, я проснулась... Иди ко мне, милая!

Паника застряла в горле колючим комом. Где же ты? И Боров, как ни странно, не реагирует...

— Лиза! — крикнула уже во всё горло и в ярости рванула браслеты, глупо надеясь, что звенья вдруг стали ветхими и сейчас сломаются. Дерьмо!

Бросила взгляд на мизерную прихожию — ни курточки, ни сапожек. Её нет! Почему её нет?! Ужас паники вырвался из груди отчаянным воплем.

— Арсений! Эй... — Ноль реакции. Дрыхнет, когда не надо! Схватила подушку и запустила в него со всей дури. — Арсений! Просыпайся, чёрт тебя дери!

Сработало. Боров подскочил, начав непонимающе озираться и щурить больные глаза.

— Сними наручники, — весь ужас потери читался на моём лице. — Скорее! Лизы нет! Лиза?!

До солдафона дошла суть сказанного буквально за пять секунд, но снимать с меня наручники он не поспешил. Мужчина бросился сначала в ванную, а после метнулся вон из номера.

— Арсений! — А если он сам решит идти её искать? Если напугает ещё больше?! — Нет, сними наручники...

Уже готова была сломать себе пару пальцев, чтобы освободиться, но курьер вернулся быстро. Ничего не говоря, снял с меня проклятые браслеты и кинул пальто.

— Местные видели девочку недалеко от аптеки, — сообщал он на ходу, хватая пистолет и документы.

Зачем ему это треклятое оружие?! И так перепугал всех к чёртовой матери! Мужчина шёл довольно быстро, почти бежал, а я едва поспевала за ним. Дико хотелось ухватиться за его руку и повиснуть, как рыба-прилипала.

— Вы не видели девочку? — кидалась я буквально на каждого встречного, спешно описывая ребёнка.

Кто-то смотрел с интересом, кто-то как на психбольную, а кто-то начинал осуждающе качать головой.

Арсению доставалось также, но мужчина с лихвой игнорировал всех. Он — ищейка, и брал след. Добежав до аптеки, отчаялась — и здесь её не было, а фельдшер, что помнила наш утренний визит, обеспокоенно посоветовала вызвать полицию.

— В какое время-то живём. Преступность на всём зарабатывает. Давайте, участковому нашему позвоню. Василий Григорьевич понятливый, мигом поможет.

— Мы сами, — твердо посмотрел на неё курьер и, взяв меня за руку, потащил дальше по улице.

Если она просто ушла в поисках спасения — это полбеды, а если отец нашёл её и забрал? Господи, прошу тебя, не допусти. Умоляю, помоги!

Один и тот же вопрос мы задали десятку разных людей, пока впереди не заметила светловолосую девчушку возле старенькой Нивы. Это она! Боже мой!

— Лиза! — с диким воплем рванула к ней и, о счастье, девочка обернулась и тоже побежала ко мне навстречу. — Лизонька... Как ты меня напугала! Почему ты ушла? Зачем?

— Я искала помощь, — жалобно ответила она, обнимая крохотными ручками мою шею. — Налученики. Мне сказали у дяди полицейского есть ключи от них.

О боже! Обомлела, наконец, глянув на хозяина советского внедорожника. Высокий и довольно худющий полицейский сурово наблюдал за нашей семейной драмой.

— Здравия желаю, — отсалютовал мужчина лет пятидесяти. — Ваша?

— Да, простите, — широко улыбнулась я, но всё равно выглядело нервно и дергано. — Это моя дочь, Лиза. Мы проездом у вас.

— Гостям мы всегда рады, — натянуто улыбнулся в ответ служивый и с прищуром посмотрел на стоящего за моей спиной Арсения. — Могу ваши документики посмотреть?

Сердце рассыпалось на части и попряталось во всевозможных закромах организма. Жадно проследила за паспортом Арсения, что был беззаботно вложен в руку участкового. Василий Григорьевич скептически смотрел на документ моего узурпатора, параллельно допрашивая "горе-родителей":

— Ваша дочь значит? Что же не досмотрели?

— Устали с дороги, — голос Арсения вдруг стал мягким и напевным, словно Сирена, усыпляющая жертву. — Уснули, а Лизке, видимо, скучно стало и решила погулять.

— Вы кем являетесь девочке? — новый вопрос, и оперуполномоченный вернул курьеру документ.

— Я? Никто... Я близкий друг её мамы, — мужчина фамильярно приобнял меня за плечи и притянул к себе.

В другой ситуации я бы хорошенько заехала козлу локтем под дых, но тут лишь неестественно рассмеялась и прильнула щекой к его крепкой груди.

— Д-да... Очень близкий.

— Ваши документы, гражданочка, — служивый прекрасно знал свои обязанности, ввергая меня в отчаяние.

— Ох, они в номере отеля, где мы остановились.

— Товарищ начальник, ну видно же, что девочка знает нас, — вмешался Арсений, явно тоже не желая тащить мента в наш номер. — К чему такая доскональность?

— Ребёнок просил у меня ключи от наручников, утверждая, что, цитирую, "злой дядя держит в плену её и мать".

Тут мы с Арсением рассмеялись уже синхронно.

— Что вы! Нет ничего такого, — зубы перестали попадать друг на друга. — Дети — такие фантазёры! Мы с Сеней просто... Мы просто... — сказать такое язык не поворачивался.

— Будет, товарищ начальник, неужели с супругой никогда в подобные игры не играли? — томно вопросил курьер, обжигая кожу за ухом.

— Нет, когда устаю с дороги, — парировал участковый и властно выдохнул: — Ну что, до отделения скатаемся или до вашего привала?

Поймала недовольный взгляд Арсения. Нет, в ментовку нельзя! Никак нельзя, и матёрый охотник за головами тут не причём. Лизонька, ну зачем ты так со мной? Мы же договаривались! Посмотрела на маленькую и по глазам поняла, что девочка не подумала о последствиях, ребёнок всего лишь в очередной раз спасал меня.

— Охота вам протоколы писать? — снисходительно усмехнулся Арсений. — Милости просим к нашему шалашу. Нам скрывать нечего. Тут недалеко...

Господи, если быстро прыгнуть в Ниву и рвануть отсюда на полной скорости, через сколько догонят?! Что делать? Что делать?

— Садитесь. Служебную мне тут оставлять негоже, — велел участковый и нырнул в салон авто.

Арсений, явно чувствуя мои страхи, властно направил к машине. Крепче прижала к себе притихшую Лизу и покорилась.

Ехали минут пять, не больше, а у подъезда гостиницы ударил мандраж. Мне бы самой сейчас шлёпнуться тут в приступе эпилепсии. Интересно, служивый тогда отстанет? Покосилась на курьера. Спокоен на внешний вид, но явно сосредоточен, так как из-под его внимания не уходила ни одна крошечная деталь.

— Вот, пожалуйста, наш номер, — молвил Арсений, пуская оперуполномоченного во временное пристанище. — У окна спит Лиза, а мы с Дарьей на второй.

Зачёт, самец, похвалила я, судорожно обойдя комнату глазами. До правды лишь пара минут, а то и меньше, а я стою на краю пропасти и не могу остановить бег времени. Арсений мог бы помочь, но как всё объяснить ему? Он ведь тоже поверил отцу Лизы.

Залезла в свою спортивную сумку, отчаянно ища выход, но не находила. Господи, что делать?! Что делать?

И взгляд упал на пояс джинс Арсения. Беретта! Нет! Дурой не будь! Нельзя! В тюрьму прямым ходом! И я бы не против, потому что там безопаснее, но с Лизой. С Лизой не прокатит.

— Вот, пожалуйста, — протянула менту паспорт и взгляд тут же упал на прикроватную лампу — раритетная, увесистая с кружевным абажуром. Попятилась к ней.

— Гражданка Дарья Павловна Зимина. Адрес прописки Краснодарский край, село Серково, улица Мира, 12... Занесло вас, — и перелистнул дальше, прямо к страничке о детях.

Не успел произнести следующую обличительную фразу, как я со всего маха вписала громоздкий раритет ему в голову. Мент хрюкнул что-то невнятное и рухнул на пол под взвизг Лизы.

— Чё творишь, дура?! — явно охренел Арсений, глядя на нокаутированного оперативника посреди нашего общего номера.


## Глава 8

АРСЕНИЙ

Ну подумаешь мент. У меня всегда всё под контролем, шито-крыто, даже вон Бандеролька вдруг подыграла. Умница-разумница, поняла, наконец, что взаимный контакт — лучший вариант. Только когда тяжеленная лампа советских времён погибла о голову служивого, и вовсе охренел. Ты чё, мать?! На худой конец ты должна была сопли лить, умоляя легавого поверить и предпринять действия к спасению, а тут..

— Ты нормальная, нет? — пал возле бесчувственного тела и прощупал пульс. Вроде жить будет. Бандеролька замерла, испугавшись последствий. — Жив, но башка пробита. Совсем с дуба рухнула? На хрена?

— Надо скорее уходить, пока он в отключке, — проигнорировала мои вопросы девчонка и начала скидывать вещи в сумку с большой скоростью.

— Это теперь понятно... Непонятно, почему он для тебя опаснее меня?

— С тобой я потом разберусь, — убила этой фразой Бандеролька, и не знал то ли рассмеяться, то ли пустить в ход всё своё бандитское очарование.

Но в одном она сейчас однозначно права — надо валить. Уже в машине, успешно покинув городок, испытующе поглядывал то на Дашу, то на Лизу. Первая сосредоточенно смотрела на дорогу, а вторая грустно теребила своего Кота-батона.

— Эй, Лизавета, — позвал я с озорными нотками в голосе. — Может ты знаешь почему твоя мамочка стукнула доброго дядю полицейского?

Соплячка насупилась и проигнорировала мой вопрос. Вся в мать!

— Слушай, Бандеролька, ты устроила покушение на местного законника. Он видел наши паспорта. Я дико сомневаюсь, что после этого он не сядет нам на хвост. Молчу о том, что наверняка запомнил твой адрес прописки.

Дарья явно только теперь это поняла, начав жевать губы и заламывать пальцы.

— Бандеролька, в чём дело?

— Вы все! Вот в чём дело! — истерично рявкнула девчонка, и в глазах заметил самые настоящие слёзы отчаяния. — Такие сильные, брутальные, непонятно чем кичитесь, но на беду слабой женщины и больного ребёнка смотрите, как на свою работу...

— Так ты только не...

Но не договорил — девчонка въехала кулачком мне по плечу. Больно, однако. Слегка отстранился, опасаясь повторений. Едва управление не потерял.

— Ненавижу! Сволочь! Мы просто хотели нормальную жизнь... Без страха просыпаться по утрам! Гулять, где душа желает... ЖИТЬ! Ты ведь согласился на сделку ради своей новой свободы? Каково получить её вот так? За счёт нашей жизни? За счёт НАШЕЙ свободы, а? Бездушная скотина! Будь ты проклят!

— Даша, — окликнула девочка и испуганно расплакалась вместе с ней.

Пиздец, товарищи, приехали! Довёл бабское общество до слёз. Рыцарь, блядь! Рёв в машине едва не свёл с ума, пришлось свернуть на обочину, чтобы переждать.

— Даша не плачь. Я боюсь... Даша, ну пожалуйста, — Лиза полезла к матери на переднее сиденье и обхватила лицо маленькими ладошками, пытаясь успокоить. — Даша... Все будет хорошо. Ты сама говорила!

Вот тут, как ножом по сердцу. Не выдержал и вылез из салона. Неясный ком подкатил к горлу, начав душить. Между лопаток заломило и дико захотелось закурить. Пачку, всю разом.

Дарья сдавленно плакала, крепко и благодарно обнимая дочь. И вот тут задумался. Куда я их везу? К какому чудовищу? Они же явно жертвы… И семи пядей во лбу не надо, чтобы понять это.

А тебе оно нужно? Толку от того, что ты вмешаешься? Куда ты с ними потом без денег, без дома и без работы? Им нужна жизнь, нормальная жизнь, которую кулаками выбивать не вариант.

Перевёл в очередной раз дыхание и вернулся за руль. Девчонки немного успокоились, но продолжали обниматься.

— Ты могла бы пойти в полицию, — молвил я наконец. — Могла снять следы побоев, написать заявление. Его бы арестовали в любом случае. Давно не в каменном веке живём.

В ответ Даша обречённо покачала головой.

— На всех есть управа, — добавил я, не веря, что зло может быть безнаказанно. — Поднять общественность, подключить прессу. Твой муж — известная личность в богатых кругах... Даже мафиози попадают под следствие, если обвинитель толковый.

— Ты не понимаешь, — горько молвила девушка.

— Так объясни!

— Зачем? — вновь окрысилась Бандеролька. — Ты изменишь своё решение? Выберешь справедливость, а не деньги? Нет? Тогда заткнись и вези, куда собирался!

С этими словами Дарья пересела с мелкой на заднее сидение и демонстративно умолкла, обняв девочку.

И правда, зачем? У меня цель, и менять её, тем более из-за баб, я не собираюсь. Завёл авто и снова выехал на трассу. На ближайшей автозаправочной станции увидел закусочную.

— Выгружайтесь, — велел я. — Лизка голодная, да и я со всеми этими стрессами жрать начал за троих.

Девчонки покорно вылезли наружу, но отойти от авто не решались, непрестанно озираясь по сторонам. В вечернее время АЗС была переполнена водилами фур и грузовиков.

— Видимо, у них тут выстойка, — вслух предположил я, зная, что у дальнобоев исправно работает тахограф и обманывать его чревато. — А значит тут неплохо готовят. Идём.

Открыл двери перед дамами, первыми запуская внутрь заведения. Ожидал увидеть полный зал, но занято оказалось только два столика.

— Уверен, что вкусно кормят? — съехидничала Бандеролька. Ну не спизданёт — не проживёт. Хмуро покосился на заразу и подтолкнул к прилавку с меню на экранах под потолком.

Свой заказ начал оглашать первым. После покосился на мамашу с ребёнком. Девочки тихо решали между собой, что взять, а я терпеливо ждал.

— Нам два картофельных пюре с куриной ножкой, один борщ, зелёный чай, ежевичный кисель и две булочки с корицей.

Умница, внутренне похвалил я за выбор и кивнул продавцу.

— К оплате: тысяча двести пятьдесят, — огласил мужчина за прилавком.

— За бензин ещё плюсани до пятихатки. Тёмный "Лэнд Крузер" 872 СО

— Понял, — и парень испарился в недрах служебных помещений.

— Мы хотим помыть руки, — сообщила Бандеролька.

Идти за ней? Честно говоря, уже бесит. Может и правда на хрен всё? Пусть сбегут опять! Мне уже насрать...

— Идите, — буркнул я, садясь за столик у окна.

К моему удивлению, девчонки вернулись. Дарья привела свои и волосы Лизы в порядок, судя по лицам, умылись и сейчас были готовы трапезничать. Ну прям полноценная семья, ёпта, где я... Кто?

Заказы вынесли одновременно, и дамы налетели на еду, как оголодавшие котята. Да, если ту пиццу они так и не съели, то всё понятно. Бедолаги, свалился я на их голову.

Бургер методично погибал у меня во рту, пока я удовлетворённо наблюдал, как заправляют нашу тачку. Сидеть вот так спокойно мне больше по нраву, чем гоняться за Бандеролькой по лесу.

Пока жевал наблюдал за этой мини-семьёй. Даша снимала с куриных костей мясо и клала Лизе в тарелку. Если девочка пачкалась, то сообщала ей об этом, а не спешила вытирать рот салфеткой, как яжмамка.

Наверное я только сейчас внимательно посмотрел на соплячку, так как ранее считал главным грузом только её мамашку. Сперва обратил внимание на синяк под глазом, и ладони невольно сжались. Надеюсь, это дело рук не её папаши? После стартанул взглядом по внешности обеих: глаза, нос, губы, манеры поведения. Вот хоть удавиться мне на этом месте, но... Они не похожи друг на друга. Ни капельки.

— А я могу увидеть твой паспорт? — сами молвили губы.

Даша тут же замерла.

— Д-да, — кивнула спустя полминуты размышлений. — Потом... Он в сумке остался.

Надеется, что забуду? Ни хрена подобного, дорогуша. Одарил фальшивой улыбочкой и отвернулся к окну, глянув на белую Газель, изъеденную ржавчиной. Это ведро с гвоздями ещё ездит?

— И давно ты в подобном бизнесе? — перейдя на чай с булочкой, вопросила Бандеролька.

Поднял на девчонку смешливый взгляд. Решила на светские темы поболтать? Храбрая и глупая.

— Почти пятнадцать лет. Приступил сразу же, как из тюряги вышел.

Глаза девчонок расширились до предела. Хотела пообщаться — пожалуйста.

— Работал сначала один. Брал заказы от ОПГ, мафиозных личностей и других криминальных авторитетов. Того достань, этого привези, третьего найди. К Зоту пришёл, когда менты заинтересовались мной.

— Странно почему? Честный ведь бизнес, — ляпнула Бандеролька в своей манере.

— Ментам я не как преступник понадобился, — покачал головой в ответ. — Я частенько им на порог всяких козлов подбрасывал, которые числились в розыске и мешались мне. Сам глава УГРО Москвы на меня глаз положил, но я с мусорами не любитель дружить. Я как-нибудь сам по себе.

— Сам по себе, а работал на Зота?

— Сглупил слегка. Сел на бабосы из-за неудачной работёнки. Зот выплатил мой долг с процентами, а я честно отмотал срок у него. Ты — мой последний заказ, и в самоволку.

— Поздравляю, — фыркнула Дарья, допивая свой чай, а остатки недоеденной булочки завернула в салфетку и сунула в карман. Запасается или страхуется?

— Я возьму нам ещё парочку в дорогу, — кивнул на её заначку.

— Не надо, этого хватит, — гордо мотнула та головой и, поднявшись с места, посмотрела на ещё жующую Лизу.

— Пусть доест нормально, — внутри снова завибрировало раздражение. Ну что за упрямая девица и гордости непочатый край.

— Я всё, — Лиза, будто чувствуя настрой матери, спешно отложила булку и вышла из-за стола.

Да и чёрт с вами!

— Ждите на улице. Я пока расплачусь, — грозно поднялся и направился к витрине.

Пацан за прилавком мигом подскочил, ожидая денег. Сунул пятитысячную купюру и дружелюбно кивнул:

— Есть приличные мотели поблизости?

— Да, в двух стах километрах отсюда. Посёлок Березняки. До указателя и налево.

— Супер, спасибо, — отсалютовал я и невольно поднял глаза вверх. Над головой висел небольшой телевизор, беззвучно транслируя Вести. — Ой, а дай-ка нам ещё три булки с корицей в дорогу и полторашку лимонада.

Парень кивнул и скрылся в служебном помещении, а я внимательно уставился на экран. Твою мать! Я не брежу и не ослеп. На фото лицо Лизы. Ориентировка от поисковой группы. В комментариях — ушла гулять и не вернулась. Гулять?! Ничего себе прогулочка! Стоп! А почему на её мать нет наводки? Ни словечка о Даше!

— Спасибо, — благодарно кивнул пареньку, шлёпая на прилавок плюс ещё пятьсот рублей. Уже почти расплатился, когда в зал кафетерия влетела до смерти перепуганная Лиза.

— Там Даша... Помоги! Даша!

Повернул голову в окно, ища Бандерольку. Сука!

Провизия рухнула на пол, и я, мощным прыжком перепрыгнув через неё, достал Беретту.

— Будь здесь! — крикнул напоследок соплячке и вылетел наружу.

Бежал со всех ног, не понимая, что всё это значит. Добежал до сраной Газели и, выставив оружие перед собой, грозно рявкнул:

— Убрали грабли от неё! Иначе, хотелки оставлю в вашей светлой памяти!

Даша испуганно взвизгнула, когда два шкета, пытавшихся до этого затолкать её в фургон, спрятались за женской спиной, приставив к лебединой шее нож.

Блядь, Бандеролька, ну отвернуться нельзя!


## Глава 9

ДАША

Я его последний заказ. Какая прелесть! Поди согласился, потому что нет ничего проще запугать до смерти маленького ребёнка и слабую женщину. Ещё гордится чем-то, козёл! Ну пусть не переживает, я устрою ему уход на пенсию с фанфарами. Сволочь.

Ведя за собой Лизу не сразу сообразила, что у меня "хвост". Резко обернулась и сердце невольно сжалось. Поодаль на равном расстоянии от меня шли два парня. На вид обычные шкеты в дутых куртках, потертых джинсах и кедах. Гопота, не более, но их наглый похотливый взгляд заставил сделать главное.

— Беги обратно в кафе, — скомандовала я, и Лиза как всегда чуяла опасность вместе со мной.

— Куда? Держи мелкую, — противно проскрипел тот, что в бейсболке.

Я же отчаянно бросилась на того, что в дебильной шапке до самых глаз, чтобы не дать ему словить девочку. Лиза удачно вывернулась из его клешней, а я успела заехать ему ногой в пах.

— Ай, блядь! Сука! — завизжал, как девка безглазый. — Держи её, Колян!

Шустро обогнула покалеченного шкета, но угодила в лапы второго. В межреберье ткнулось что-то острое и опасное.

— Стой, сучка, пока на фарш не пустил... На хуя так делаешь? — и больно дернул за волосы.

— Колян, гляди какая цаца залетела к нам... Я бы её натянул

И в ответ я со всей силы укусила Коляна за руку.

— Блядь... — мерзавец зашипел и ударил в ответ. Теплая жижа закропила из носа вниз по подбородку и на свитер. — Зубы выбить, чтоб сосала потом безопасно?

— Грузи её! Пока никого нет... — велел безглазый, и Колян охотно согласился, потащив меня к жуткой Газели.

Отчаянно задергалась в их капкане, зовя на помощь, пока из-за рта не вылетело единственное имя, которое могло помочь. Пусть не достать из ада, но прихлопнуть парочку его приспешников.

— Арсений! — извиваясь закричала я, и чудо произошло. Боров с бешеным взглядом собственника настиг бандюганов и направил на них своё чёртово оружие.

— Убрали грабли от неё! Иначе, хотелки оставлю в вашей светлой памяти!

Хватка парней мгновенно изменилась, начав использовать меня, как щит, а в горло впечаталось острое лезвие перочинного ножа. Вскрик сам вырвался из утробы и я умоляюще посмотрела на Арсения.

— Эт чё хахаль твой? Блядь...— безглазый трусливо затряс моё плечо.

— Телочка моему другану по яйцам съездила, — глупый довод Костяна, но перо угрожающе вдавилось в кожу ещё сильнее. Одно неверное движение и мне запросто вскроют ярёмную вену. Боже, помоги! Образумь идиотов.

— Мне похер кому и куда она заехала и похер если вы её сейчас грохнете, но у меня горят сроки и нужен товар. Готовы заменить цыпочку собой? Вперёд!

— Блядь, Костян, он органами торгует! Валим!

Тут стало смешно. Как же велики у страха глаза.

— Он блефует, — затряс головой Костян. — Нахуя она звала его тогда? Быть изнасилованной куда лучше, чем стать субпродуктом.

Слова-то какие знает. Наверняка он мозг в их тупой шайке.

— А тебе откуда знать? Приходилось? — не смогла промолчать я и вскрикнула, когда козёл со смачным матом в мой адрес всё же резанул по шее.

Инертно схватилась за горло и меня толкнули вперёд на колени. Смотрела на окровавленные ладони и краем уха слышала стремительный побег горе-насильников.

Ужас и паника сковали тело от непонимания насколько серьёзная рана. Вроде воздух из лёгких исходит как положено, и я не захлёбываюсь собственной кровью.

— Даша?! — сильные руки схватили в охапку, едва не отрывая от земли. Арсений... Подняла на мужчину взгляд, читая в них неописуемую тревогу. — Сука, всё же порезал. Падла, я его сейчас сам на ленточки покромсаю. Дай взглянуть.

Надёжные ладони коснулись раны, исследуя её уровень критичности.

— Я в порядке, — от пережитого голос упал куда-то вниз диафрагмы.

— Это ты ещё в зеркало не смотрелась. Погоди... Давай вытрем кровь хоть немного, а то малявка в обморок хлопнется.

Тоже верно.

— Живо приведи себя в порядок в машине, — командовал он, помогая мне выправить ещё ватные ноги. — Морду вымой, а шею шарфом прикрой. Потом разберёмся. — Дотащил меня до внедорожника и посадил в салон. — Я за мелкой и всем остальным, — зачем-то предупредил он, заботливо помогая мне сесть на пассажирское. — В бардачке вода и салфетки, — и на секунду задержал взгляд на моём лице, нежно приподнял за подбородок, разглядывая разбитый нос. — Сука, найду и кишки их вокруг забора обмотаю.

Неожиданно стало приятно. За меня ещё никто так от души и искренне не заступался. Жаль, защитник от него лишь там, где удобно ему самому.

Понуро отстранилась, не желая слушать глупые возмущения и слова солидарности. Возможно, поняв это, курьер ушёл за Лизой. А она, малышка, молодец, побежала за подмогой к нему, а ни к кому-то другому.

— Даша! — Лиза бросилась ко мне в объятия, и я с трудом сдержалась, чтобы не застонать от боли. — Я испугалась. Тебе больно, да?!

Расквашенный нос от всезнающей малыхи точно не скрыть.

— Немного, — не стала храбриться я. — Но и это пройдёт. Всё хорошо.

Тем временем Арсений, непрестанно озираясь по сторонам, скинул провизию на заднее сиденье, а после сам сел за руль.

— Спасибо, дядя Сеня, — в сердцах молвила Лиза и крепко обняла курьера за шею.

Мужчина явно не привыкший к таким объятиям, шокированно замер. В глазах читался то ли испуг, то ли смятение, но ему приятно, хоть и неловко.

— Сочтёмся, — ляпнул он в растерянности и по-доброму похлопал кроху по спине. — А теперь шуруй назад и лопай булку с лимонадом.

Подавила улыбку умиления. Ничего себе. Умеет же, когда захочет. Арсений хмуро зыркнул на меня, а после завёл машину.

Облегченно откинула голову на подголовник. Всё тело буквально ныло и молило о помощи. Залезла во внутренний карман пальто и снова съела таблетку обезболивающего.

— Сотрудник АЗС сказал, что в паре часов отсюда есть мотель, — сообщил курьер, исподтишка поглядывая на меня. — Там тебя залатаю.

— Я в порядке, — пробубнила я, ловя слёзную жидкость из глаз.

— Надо осмотреть нос. Они здорово тебе заехали. Скоты...

— Вот давай без пафосных слов! — психанула я. — Какая разница ты меня ударил, они, отец Лизы потом четвертует. Я — груша для битья, не видишь?

Арсений умолк сердито, сцепив зубы. Хмуро смотрел на дорогу, пока я вытирала остатки крови с лица и подбородка. Рана на шее, кажется до сих пор кровит. Лишь бы ничего серьёзного.

— Ну допустим я решусь, — резко произнёс боров, заставив вздрогнуть как меня, так и Лизу, жующую булочку на заднем сиденье. — Окей. Гипотетически, я привезу тебя к деду, и что потом? За тебя полляма отвалено, понимаешь? Придут другие и сомневаюсь, что будут вести себя гуманно с вами. Побег ничего не решит, станет только хуже. Всю жизнь в бегах? Это надо решать иначе.

— Как, стесняюсь спросить, — тоже психанула я.

— Юридически, блядь! Иди в ментовку, зафиксируй побои на себе и на ребёнке, напиши заявление. Чем дольше ты тянешь и бежишь, тем больше срок давности. Он потом просто выставит тебя психбольной и лишит всех прав на Лизу.

Обняла голову руками, не только понимая его правоту, но и зная самую страшную правду. Стоит ли ему говорить? Ведь тогда бомба замедленного действия точно поднимет всё на воздух.

— Ты сейчас что хочешь всё этим сказать? Уговариваешь дальше жить с тираном или себя оправдываешь. Забей, понял?! Ты сам сказал, что мы твоя работа, вот и работай. А моя работа защищать её, коль у нас в мире давно не мужики, а членоносцы!

— Пиздец, баба-рэмбо, — рыкнул в ответ Арсений и умолк, раздув ноздри до немыслимых пределов.

Ничего себе, обиделся? Плевать! Он везёт нас с Лизой на убой и жалеть его я не обязана.

Молчание сменилось, тихим лепетом радио. Вечер окончательно погрузился в ночь, и я с завистью смотрела на мирно спящую Лизу на заднем сиденье. Кажется она немного успокоилась. Арсений угрюмо смотрел на дорогу и рулил.

Невольно уставилась на мужской профиль. Люблю смотреть, когда мужчины ведут машину. Как задумчиво сосредоточены и внимательны. Как сливаются в одно целое со своим железным монстром, словно они властелины этого мира. Взгляд скользнул по его крепкому торсу, перешёл на сильные руки и ладони. Да уж в одну эту ладонь наверное может поместиться моя голова. С такой хваткой долго не разговаривают и наверняка добиваются своего.

Странно, а со мной разговаривает, терпит, возится. Мог бы давно затолкать в багажник и довезти до Москвы без постоянных остановок. Сомневаюсь, что ему велели с нами цацкаться. Просто он мужчина. Настоящий мужчина, а не как отец Лизы, способный топтать, бить и унижать слабых. Арсений не ударит женщину. Да, наорёт, оттаскает за шкварник, пригрозит пистолетом, но не станет забивать ногами, потому что он — мужчина. Такой, какой мне не встретился раньше и не спас из лап насильника и тирана.

— Почему решил жить этим промыслом? — спросила больше моя женская суть, а не я сама. — Почему не выбрал более спокойную деятельность, не завёл семью? Сомневаюсь, что ты не популярен среди женщин.

— Женщины давно уже интересуют меня, только как средство для разрядки.

— Что всё так плохо было с бывшей возлюбленной? — снова язвить и насмехаться над ним больше не хотелось, и он это ощутил.

— Поучительно, — Арсений всё же усмехнулся, но с горечью в голосе.

— Расскажи, — попросила я с видом благодарного слушателя.

— Тебе зачем? — удивился боров.

— Не знаю, — искренне пожала я плечами. — Может это последняя история для меня. Хоть немного узнаю о других людях и их судьбах.

— Глупости не говори, — отмахнулся он и всё же решился. — Она была замужем. Я по уши втрескался в замужнюю бабу старше меня на десять лет.

— Любишь опытных, — теперь усмехнулась.

— Ага... Она учила меня трахаться, — поддержал он в смешке. — Короче, я любил, страдал, она же кормила обещаниями уйти от супруга. В итоге, муж застукал нас в самый пикантный момент у неё на работе, ну и... В общем, тот хиляк оказался. Ударил я его вроде несильно, но чего-то там всё же повредил. Сел за убийство по неосторожности на девять лет. Вышел через восемь по УДО. С тех пор на баб смотрю только на холостых и дальше члена не пускаю.

— Глупо, — констатировала я. — Неужели ты думал, что изменщица не будет потом изменять тебе с кем-нибудь другим?

— Молодость и любовь — гремучая смесь, — пожал он плечами, и я отвернулась к окну, тяжело вздохнув. — Что будет? — вдруг спросил он, и я не сразу поняла суть вопроса. Непонимающе мотнула головой. — Что будет с тобой и Лизой, когда вы вернётесь? Что он сделает?

Удивленно уставилась на курьера. Он действительно хочет знать? Сперва орал, что вру, а потом "хата с краю, ничего не знаю", и вот сейчас хочет знать, что нас ждёт?

— Лизу запрут в детской. Приставят к ней охрану, с которой ей нельзя будет общаться. Никаких прогулок, игр... Даже приём пищи в одиночку. Так себе детство. А я? Про себя боюсь даже думать. Но не убьёт. Не убьёт пока не наиграется или не найдёт новую игрушку.

Умолкла, слушая тяжелое дыхание Арсения и звук шин об асфальт.

— Что в паспорте, Даш? — вопрос, которого боюсь больше побоев, но во мне что-то ёкнуло. Потому что впервые обратился ко мне по имени? — Почему ты вырубила мента, хотя имела все шансы просить у него помощи? Что ты скрываешь?