Маркус Маррей
Выбор

Пьеса в одном действии

Герои (3 актера)

1. Антон (16-17 лет): Главный герой, выпускник. Интроверт, мечтатель, страстно увлечен творчеством (рисование, музыка, писательство – можно выбрать что-то одно или несколько, что ближе постановке). Очень чувствителен и нерешителен, но в душе силен. Носит простую, удобную одежду, возможно, с элементами, отражающими его творческую натуру (например, кеды, толстовка с интересным принтом). Реквизит: Скетчбук и карандаш (если выбрано рисование) или наушники с блокнотом для стихов/песен.

2. Мама (40-50 лет): Родитель Антона. Очень любит своего ребенка, но видит его будущее только в стабильности и престиже (например, юриспруденция, медицина, экономика). Давит на Антона, иногда неосознанно, из лучших побуждений. Одевается аккуратно, по-деловому, но не строго. Реквизит: Планшет или папка с документами (имитация), подчеркивающие занятость и "серьезность".

3. Саша (16-17 лет): Лучшая подруга Антона. Полная противоположность Антона – экстраверт, уверенная в себе, но очень чуткая и поддерживающая. Понимает Антона без слов и вдохновляет его. Одежда яркая, модная, выражающая индивидуальность. Реквизит: Возможно, модный рюкзак или яркая бутылка для воды.

СЦЕНАРИЙ

Место действия: Уютная, но несколько безликая гостиная в обычной городской квартире.

Декорации: В центре сцены стоит мягкий диван горчичного цвета, на котором лежит пара декоративных подушек. Рядом с диваном – низкий журнальный столик, на нем аккуратно стопкой лежат несколько глянцевых брошюр престижных университетов с яркими, но однотипными обложками. Чуть поодаль, в углу, стоит небольшой письменный стол с ноутбуком, закрытым, словно его давно не использовали. На стенах висят пара рамок с университетскими дипломами и грамотами, выцветшими от времени. В одном углу комнаты, почти незаметно, стоит старый, потрёпанный мольберт, накрытый тканью. Рядом с ним на полу небрежно лежит старый, видавший виды рюкзак. Справа от дивана – дверь, ведущая в прихожую.

(Сцена освещается мягким, немного рассеянным светом, создавая ощущение пасмурного дня. АНТОН, сидит на диване, сутулившись. Он одет в широкую толстовку темно-синего цвета и потертые джинсы. В руках у него открытый скетчбук, карандаш едва касается бумаги. Его взгляд прикован к странице, но он не рисует. На его лице читается явное смятение и усталость, словно он не спал несколько ночей. Он то и дело бросает взгляд на стопку брошюр на столике, словно они излучают какую-то негативную энергию, от которой хочется отвернуться. Он проводит пальцем по незавершенному наброску, затем тяжело вздыхает, и его плечи опускаются еще ниже. Звонит телефон, его резкий, пронзительный звук разносится по комнате, заставляя Антона вздрогнуть, словно пойманного на месте преступления. Он быстро захлопывает скетчбук, пряча его под подушку, и с нервной поспешностью хватает верхнюю брошюру – яркую, с изображением солидного здания и надписью «Юридический факультет».)

АНТОН: (Нерешительно, голос срывается, словно он задыхается, а в глазах мелькает паника, он сглатывает) Д-да, мам… я помню. (Пауза, Антон слегка откашливается, пытаясь придать голосу уверенности, но безуспешно) Да, конечно, я смотрел. Все, что ты присылала… видел. Читал. (Мнет край брошюры, его взгляд скользит по обложке, где изображены студенты в мантиях, и на его лице гримаса отвращения, почти физической боли.) Ну, да, конечно, все очень… серьезно. И… и перспективно, ты же так говоришь. Понимаю. (Тяжелый, глубокий вздох, почти стон, который он пытается скрыть, отворачиваясь от невидимого собеседника.) Да, я… я ещё раз все просмотрю. Сегодня. Обещаю. Хорошо. Да. До вечера.

(Антон медленно опускает телефон, словно он весит целую тонну, и кладет его рядом с собой на диван. Брошюра, которую он держал, со стуком падает на столик. Он снова открывает скетчбук, но не рисует. Его палец нервно касается набросков на страницах – удивительно детализированных портретов, зарисовок городских пейзажей, странных, но притягательных существ, которые явно пришли из его воображения. Он проводит рукой по волосам, его плечи опускаются ещё ниже. Выражение его лица – смесь безнадежности и глухой обиды. Он снова закрывает скетчбук, словно прячась от самого себя, и откладывает его подальше, как будто это что-то запретное.)

(Дверь открывается, и в комнату входит МАМА. Она одета в строгую, но элегантную блузку и юбку-карандаш, на её шее – тонкая золотая цепочка. В руках у неё стильный планшет и тонкая кожаная папка. Она выглядит слегка усталой, но её взгляд полон решимости и целеустремленности, словно она только что выиграла важную битву. Заметив Антона, она мягко улыбается, но в её улыбке чувствуется некая напряженность, а взгляд моментально останавливается на брошюрах.)

МАМА: (Голос бодрый, но немного официальный, словно она на деловой встрече, и в то же время с нотками легкого упрека) О, Антон, ты уже дома? Отлично. Я думала, ты ещё задержишься. Как дела с этими… с заявками? (Она указывает на брошюры на столике, затем садится рядом с Антоном, словно пытаясь сократить расстояние, но её поза остается немного отстраненной, а взгляд продолжает сканировать комнату.) Ты читал? Про юридический МГУ?

АНТОН: (Мямлит, избегая её взгляда, его голос едва слышен, а пальцы нервно теребят край диванной подушки) Да… читал.

МАМА: Отлично. Там потрясающие перспективы! Одна из лучших программ. Международное право – знаешь, что это?

АНТОН: (Чуть слышно) Да.

МАМА: Это открывает такие двери! Понимаешь?

АНТОН: (Тихо) Понимаю.

МАМА: Разве не хочешь?

АНТОН: Там… много текста. Очень много. И все эти… статьи, законы… Сухие. Очень.