Александра Седова
Слабость Ареса

Глава 1

– Арес, милый, постарайся вести себя нормально! – переживает мама, остановив меня у двери и придержав за руку, придавливая строгим взглядом. Она сегодня шикарно выглядит. Светлые локоны навевают праздничную атмосферу. На ней потрясное светлое платье из последней коллекции популярного дома моды и туфли на высоком каблуке.

– Когда я вел себя по-другому? – изображаю смятение.

– Арес, это знакомство очень важно для меня, – повторяет в сотый раз, как попугай. – Игорь – очень важный для меня человек. Мы скоро станем одной семьей.

– Да понял я! – усмехаюсь. – Никаких шуток. Я буду паинькой. – Быстро чмокаю её в кончик носа и выхожу на улицу.

– Я слишком сильно тебя разбаловала, – вздыхает мама и выходит следом за мной.

Садимся в машину и едем в самый крутой ресторан этого города, на самую важную в нашей жизни встречу. Так говорит мама. С тем, что ресторан «Арес» самый крутой в городе, я полностью согласен. Ведь это её ресторан и назван в честь меня. А вот с тем, что эта встреча так важна для нас, я бы поспорил. Это важно для неё. Мне совсем не доставляет удовольствия знакомиться с её мужиком. Но, когда-нибудь это должно было случиться. Моя мама в свои 43 года выглядит не хуже молодых девчонок, а наоборот, даже лучше. Возраст придаёт её внешности особую гармонию осознанности и статуса. Как истинная бизнес-леди, она знает себе цену и ежемесячно вкладывается в свою внешность: ресницы, губы, ботокс, спа, массажи, тренажёрный зал. Всё это она делает, чтобы продлить свою молодость и сексуальность. И вот, спустя долгие годы одиночества, она вдруг заявила, что уже три месяца встречается с мужчиной, и более того, он сделал ей предложение. Мне не составило труда раздобыть информацию об этой личности, тем более, что личность оказалась известной. Громкий Игорь Аристархович – владелец практически всего, что есть в нашем городе. В список его предприятий входят: точки быстрого питания, автомойки самообслуживания, сеть боулинг-клубов «Шарпей», большой крытый игровой парк для детей, батутный центр, несколько оптовых магазинов и несколько торговых центров. Даже не знаю, или он к 45 годам так и не решил, кем хочет стать, когда вырастет, или он реально крутой бизнесмен, способный разом руководить столькими направлениями. Одно знаю наверняка: этот мужик делает мою маму счастливой. Она на глазах превращается из железной леди в простую женщину, которой необходимы любовь и внимание. Я вижу, как сияют её глаза. Слышу, с каким трепетом она рассказывает о нём. Я иду на эту встречу только ради неё. Деловой костюм, который она мне подобрала, невероятно жмёт в рукавах. Ненавижу рубашки и галстуки, но терплю, потому что не хочу её расстраивать.

– Арес, на ужине будет присутствовать дочь Игоря, Лея, – обращается ко мне мама. Она волнуется. Это очень заметно по её резкому учащённому дыханию и строгому голосу. – Пожалуйста, постарайся с ней подружиться.

– Я умею общаться с девушками, – подмигиваю ей и включаю поворотник, чтобы перестроиться в другой ряд. Когда мама рядом, приходится следовать правилам, чтобы не расстраивать её и не нарваться на попытки учить меня жизни. Я даже пристегнулся!

– Ты умеешь укладывать их в постель, – саркастично заявляет и трясёт волосами. – Но Лея скоро станет твоей сестрой. Поэтому не смей даже думать…

– Мам! – перебиваю её. – Поверь, мне достаточно тех девушек, с кем я общаюсь. Соблазнение сводной сестры в мои планы не входит.

– Хорошо. Ты меня успокоил, – делает вид, что поверила, и кивает головой. Но в уголках её глаз притаилось сомнение.

– Меня обижает твоё недоверие, – тихо возмущаюсь. – Разве я похож на плохого парня?

– Сейчас ты похож на хорошего сына, и я очень надеюсь, что ты пробудешь им хотя бы до конца ужина. – Мама слишком хорошо меня знает.

Игорю очень повезло с ней. Надеюсь, этот бизнесмен по достоинству оценит все её положительные качества, иначе я за себя не отвечаю.

Паркуюсь у самого входа в ресторан, выхожу из машины, открываю дверь и подаю маме руку.

– Ты сегодня просто лапочка! – восхищается она, выходя из машины. – Был бы ты всегда таким, – мечтательно вздыхает.

– А разве я не всегда такой?

– Надо было назвать тебя в честь дедушки, а не в честь бога войны, – усмехаясь, качает головой.

– Поздно, Рита. Пойдём скорее, надо успеть, пока бог войны во мне крепко спит. – Улыбаюсь. Я всегда называю её по имени в присутствии посторонних людей. Мама от этого очень забавно смущается, иногда ругается, но всегда расцветает. Один раз на отдыхе нас даже приняли за пару любовников. Каждый раз, когда вспоминаю её выкатившиеся от возмущения глаза и стыдливую улыбку, меня пробирает смех.

Она берёт меня под руку, и мы вдвоём, деловой походкой, заходим в наш ресторан, оформленный в греческом стиле. В этом заведении всё искрит роскошью. Мама не жалеет средств на дорогие декорации, на качественные продукты и хороших поваров. Здесь даже официанты – настоящие профессионалы своего дела.

В отдельной вип-кабинке нас уже ждут. Мама отпускает мою руку и приветственно целует в щеку Игоря – высокого темноволосого мужчину с пробивающейся пепельной сединой. Здоровый мужик. Но я отправлю его в нокаут с одного удара. Это так, просто мысли, о которых маме знать не обязательно.

Вежливо улыбаюсь и протягиваю руку.

– Арес, – представляюсь.

– Игорь, – жмёт мою ладонь настоящим мужским рукопожатием. Не слишком сильно, но и не слабо. Хочет продемонстрировать, кто тут главный, или то, что ему можно доверить маму?

– Рита, Арес, познакомьтесь, это моя единственная и любимая дочь, Лея. – Мужчина указывает на хрупкую фигуру за столом, которая практически слилась с цветом интерьера.

Девушка встаёт из-за стола и мило улыбается:

– Очень приятно.

И с чего мама решила, что эта рыжая мышь может меня заинтересовать? Мне блондинки нравятся. С хорошей фигурой и сочной жопой, чтобы в позе собаки было за что ухватиться. А эта… Бледная, фарфоровая аристократическая кожа, россыпь веснушек на лице, острый подбородок и лисьи зелёные глаза, которые горят как два изумруда на фоне бледной кожи и рыжих волос. Мой любопытный взгляд скользит от её тонкой шеи к груди. Сисек у неё нет. Совсем. И худая слишком, выглядит больной. Может, и правда болеет? На всякий случай отсаживаюсь подальше, за что получаю укоризненный, говорящий взгляд от матери.

– Арес, расскажи о себе. Чем ты увлекаешься? – задаёт вопрос Игорь, раскладывая на коленях салфетку.

Слышу, как мама негромко вздыхает. Это такой предупреждающий вздох, направленный только на меня.

– Я учусь на экономиста, – отвечаю так, как она одобрит. На самом деле я ни разу не появлялся в институте, и меня каждый год аттестовывают только благодаря тому, что ректор – хороший мамин приятель. Я не против высшего образования, но в моём случае это нужно ей, а не мне. Мне вполне достаточно прибыли с валютной биржи, на которой мне удаётся успешно торговать. – В свободное время занимаюсь боксом и провожу время в гараже.

– Боксом? Любопытно. Я тоже в молодости занимался, – поощрительно кивает Игорь. Его глаза зажглись, как звёзды в ночном небе. Напоминание о боксе вызвало в нём искренний интерес. – А гараж? Любишь машины?

Мама незаметно пинает меня под столом.

– Да так, простое увлечение. Люблю, знаете, собраться с друзьями и перебрать двигатель.

– Если бы я не настояла, он бы пошёл учиться на автомеханика, – мама быстро берёт разговор в свои руки, боясь, что я наговорю лишнего. – Лея, а ты чем увлекаешься?

Смотрю на девушку. Сидит как на выставке. Спину прямо держит, плечи разведены, гордо поднятый подбородок и дерзкий взгляд, говорящий, что за этой невзрачной внешностью скрывается настоящий чертёнок. Но она слишком мила и вежлива, для того чтобы этот чертёнок вышел наружу.

– Я учусь балету в Хореографическом училище. – Даже тон её голоса невероятно сдержан и вежлив. Ни капли эмоций.

– Оу, это здорово! Я обожаю балет, – восторгается мама и снова пинает меня под столом.

– Да, балет – это классно, – понимая её намек, поддерживаю ложное восхищение. – Хорошая растяжка пригодится в супружеской жизни. – Вырвалось.

Мама закрывает глаза и тяжело вздыхает.

– В отличие от умения махать кулаками. – Отвечает Лея, ни капли не смутившись. – Наверное, тяжело жить с таким именем? Наверняка тебя дразнили в школе, и поэтому ты занялся боксом.

Острый язычок, значит?

– Нет, меня не дразнили в школе. – Смотрю ей в глаза и чувствую, как воспаляются нервы.

– А вот и горячее! – Мама громко встречает официанта, чтобы перебить завязавшуюся холодную войну.

– Спасибо, но я не ем мясо. – Лея, вытянув шею, деловито отворачивается от горячего стейка.

– Милая, я не знала. Сейчас же скажу повару приготовить для тебя вегетарианское блюдо, – волнуется мама.

– Спасибо, в этом нет необходимости. Салат просто изумительный, мне этого достаточно.

– Лея боится испортить фигуру, – Игорь спешит объяснить её отказ от нормальной еды. – У них в балете с этим строго.

– И ты разрешаешь ребёнку издеваться над организмом? – недоумевает мама.

– Я даю ей свободу выбора и поддерживаю её выбор. – Объясняет Игорь. – Лея занимается балетом с трёх лет и делает большие успехи. Сейчас она готовится к спектаклю, где ей отведена главная роль.

– Извините, что доставила вам неудобства, – вмешивается Лея. – К сожалению, мне уже пора. Мне нужно успеть на вечернее занятие. Приятно было познакомиться. – Она вежливо улыбается, выходит из-за стола и протягивает руку моей матери.

– Занятие? Я думала, летом у всех каникулы, – мама пытается улыбнуться.

– В училище да, но я занимаюсь ещё и в частной балетной школе, там работает моя преподавательница из Хореографического училища. У балерин не бывает каникул, мне нужно хорошо подготовиться к спектаклю.

– Арес, может, ты отвезёшь Лею? – спрашивает мама, взглядом говоря, что у меня нет выбора.

– В этом нет необходимости. Лея ездит с водителем, её машина стоит на парковке.

Свобода выбора? Невольно усмехаюсь. Не то чтобы я расстроился из-за того, что мне не нужно вести эту мышь в балетную школу, просто мне кажется, что Игорь перегибает палку. Очевидно же, что он приставил к ней водителя, чтобы следить. Наверняка за девушкой по пятам следует ещё одна машина с охраной.

Просто чтобы убедиться в своих догадках, под предлогом проводить девушку до машины, выхожу на улицу и слежу за Леей взглядом. Водитель открывает перед ней дверь, ждёт, когда девушка займёт своё место, закрывает дверь и садится за руль. Как только её машина трогается с парковки, следом за ней выезжает чёрный гелик, из окна которого на меня пристально смотрят несколько пар глаз на лицах бритоголовых секьюрити. Вот вам и свобода выбора. Надеюсь, мою маму этот человек не станет ограничивать. Ей хватило в жизни говна, не хочется, чтобы она снова столкнулась с моральным уродом.

Глава 2

– Как тебе Лея? – спрашивает мама, снимая туфли в прихожей.

– Никак, – честно отвечаю. – А вот Игорь…

– Что, Игорь?

– Тебе не кажется странным, что он водит дочь на коротком поводке? Я видел, как за ней следует охрана. Всё, что он заливал о свободе выбора, – полный бред.

– Арес, послушай, всё не так просто. – Мама поджимает губы и смотрит на меня пронзительным взглядом, полным траурной печали. – У Игоря была ещё одна дочь. Десять лет назад его жена спешила на выступление Леи в балетной школе и не справилась с управлением. Она и их старшая дочь, сидевшая спереди, погибли в автокатастрофе. После этого Игорь никогда не оставляет Лею без присмотра. И он никогда не позволит ей садиться за руль. Ему спокойнее, когда его дочь возит опытный водитель, и она сидит на заднем сиденье.

– Ей что, даже вперёд садиться запрещено? – опешив, задираю брови.

– Арес, я, как человек, у которого есть ребёнок, понимаю его страхи. Иногда родители в своей заботе о детях перегибают палку, но это только ради их безопасности.

– Надеюсь, тебя он не посадит на цепь. – Произношу серьёзным тоном. Мне не понять этой сверхопеки над детьми. Мама никогда такой фигнёй не страдала. Она делала бизнес. Она прекрасно знает о моих увлечениях гонками и боксом, переживает, конечно, но не заставляет отказываться от удовольствия. Я знаю, как сильно она ждёт, когда я остепенусь, и свято верит, что этот момент настанет. Но то, что делает Игорь, не оправдывает даже его потерю.

– Милый, ты же меня знаешь. Никто не сможет посадить меня на цепь. – Ласково улыбается мама и гладит меня по щеке. – Пожалуйста, прояви немного сочувствия к Игорю. Он пережил страшную трагедию. Если бы с тобой что-то случилось, я бы умерла в ту же минуту.

– Не льсти себе. Ты не настолько хорошая мать. – Улыбаюсь.

– Что есть, то есть, – вздыхает, одернув руку от моего лица. – И все же, постарайся подружиться с Леей. Воспринимай её как младшую сестру.

– Сколько ей лет?

– Ещё семнадцать.

Судя по сиськам, ей двенадцать.

– Ладно, я постараюсь, – выдавливаю из себя улыбку и с наслаждением стягиваю галстук.

– Мы с Игорем улетим на пару дней на Фиджи, нужно заняться организацией нашей свадьбы. Лея останется одна, и я буду тебе благодарна, если ты за ней присмотришь.

Делать мне больше нечего.

– С этим прекрасно справится её охрана, – язвлю.

– Но охрана не заменит заботу старшего брата. – Мама подмигивает мне и поднимается наверх в свою спальню.

Старшего брата? Эти слова всё ещё звенят в голове. Не могу воспринимать это бледное пятно с веснушками как свою сестру. Если бы у меня была сестра, она была бы такой же, как я. Горячей и смелой.

На следующее утро мама попросила собрать свои вещи и на время их отсутствия переехать в дом к Игорю, мотивируя тем, что мы все равно все будем жить в одном доме. Она хочет, чтобы я сблизился с Леей. Игорь тоже хочет, чтобы мы подружились, поэтому поспособствовал моему переезду и приказал приготовить для меня комнату.

Заезжаю в ворота, выхожу из машины, закидываю спортивную сумку с вещами на плечо, с любопытством осматриваю здоровенный особняк Громких. Мне нравится. Интересно, что за приятные сюрпризы ждут меня внутри. Отдаю ключи от тачки подоспевшему парню в форме охранника и иду в дом.

А вот и первый приятный сюрприз.

– Девушка, вы случайно не актриса? – подхожу к симпатичной горничной с длинными чёрными волосами, собранными в высокий хвост. Она занята смахиванием пыли с картин на стене, на носочках тянется вверх, оттопырив пятую точку. Короткая униформа голубого цвета прекрасно сидит по её фигуре. Услышав мой голос, девушка вздрогнула и обернулась.

– Нет, – улыбаясь отвечает она.

– Странно. Я уверен, что видел вас в одном очень горячем фильме, – завожу выбившуюся прядь за ухо, нежно касаясь чувствительного участка за ухом.

– У нас в доме запрещено спать с прислугой. – Громом среди ясного неба рокочет голос Леи.

Убираю руку от уха горничной и оборачиваюсь.

– Привет, сестрёнка. – Пытаюсь выжать из себя максимально вежливую улыбку.

– Твоя комната на третьем этаже в правом крыле. Ты поймёшь, что это она, как только увидишь. – Холодным, отстранённым тоном кидает слова и проходит мимо. Она даже ходит странно: не идёт, а плывёт с выпрямленной спиной и гордо поднятым подбородком. Раздражает её величественность. Интересно было бы погрузить её в атмосферу реальной жизни и посмотреть, как она раскроется.

Поднимаюсь на лифте. Да, в этом доме даже лифт предусмотрен. Иду в правый коридор, прохожу мимо множества одинаковых дверей и вижу её! Дверь, исписанная краской. «Арес, бог войны» – кричит надпись розового цвета, заставляя меня улыбнуться. Под ней приклеен плакат с изображением статуи Ареса. Не самый удачный. Открываю дверь и с застывшей усмешкой наблюдаю нелепое убранство комнаты, соответствующее греческой тематике. В каждом углу стоят гипсовые статуи обнажённых женщин. Кровать окружает белоснежный балдахин с золотыми завязками, прилеплённый к четырём колоннам. Пальмовое дерево у окна. Венок из лаврового листа на столе, рядом с позолоченным кувшином.

Это, конечно, смешно. Но жить в этой комнате невозможно!

Кидаю сумку на пол и иду осматривать особняк на предмет более подходящего жилища.

Бесцеремонно заглядываю во все двери. Открываю одну из них и вижу Лею, стоящую у станка, закинув ногу за голову. Вау. Растяжка что надо.

– Ты даже дома занимаешься?

– Представь себе, – кривит лицо, словно увидела перед собой дохлую кошку.

Подхожу к ней максимально близко, нарушая её личные границы. До жути хочется вывести эту зазнайку из равновесия. Прижимаюсь к ней, смотрю в её испуганные глаза и перекладываю её вытянутую вверх ногу на своё плечо. Опускаю руки на станок, лишив её пути к отступлению.

– Что ты себе позволяешь? – шепчет в страхе.

– То, что ты никогда не сможешь себе позволить, – усмехаюсь ей в лицо.

– Мне это не нужно. Отойди!

– Зачем? Тебе же нравится, – вытянув губы, легонько дую на её шею. Она вздрагивает и покрывается мурашками.

– Уходи.

– Иначе ты позовёшь охрану?

– Позову!

– Нет, не позовёшь. Иначе бы уже давно сделала это.

Её бледные щеки краснеют на глазах. Я продолжаю прижимать её к станку и пытать взглядом, пока мне не надоест.

Отпускаю. Отхожу немного.

– Ещё раз, и я…

– Не мечтай, я больше к тебе не приближусь. – Нагло ухмыляюсь. – Я понимаю, что тебе этого хочется, что ты, вероятно, уже потекла как похотливая сучка, но поверь, доски меня не заводят. Так что ты в безопасности.

– Доски!? – забавно наблюдать, как её лицо меняет цвет и отображает массу эмоций. А она забавная.

– Ты точно девушка? Просто у девушек обычно хоть какая-то грудь имеется, – смеюсь, сообразив, что попал в больное место.

– Хам! – размахивается и делает взмах рукой, чтобы влепить пощёчину. Ага, я прям так и подставил своё лицо. С лёгкостью уворачиваюсь.

– Ну ты это, сильно не расстраивайся. Может, ещё вырастут, – подмигиваю ей и ухожу из зала.

Глава 3

Лея:

Что за отвратительный хам, этот Арес! Поверить не могу, что у такой чуткой и доброй женщины, как Рита, могло вырасти такое чудовище!

Падаю на стул за письменным столом, ввожу его имя и фамилию в компьютер. Интернет выдает среди общей информации ссылку на его страницу в социальной сети. Перехожу по ней. Девки, ночные гонки, бокс. Видео с тренировок, как он лупит по груше. И куча фотографий, где он целуется в засос с разными девушками в самых разных местах: у машины, у бассейна, в бассейне, на яхте… Интересно, что у этих девиц на уме? Им не противно? Он облизывает одну, публикует фото, а через полчаса уже выкладывает фото с другой! Мерзость!

Смотрю на яркие картинки из его насыщенной событиями жизни, и странное чувство зависти холодит в груди. Мне не суждено познать ни одного из этих порочных грехов. Папа слишком сильно следит за мной, меня всюду сопровождает охрана – даже на встречи с подружками. Пролистываю фотографии и останавливаюсь на одной. Арес, задрав футболку, демонстрирует кубики стального пресса перед зеркалом. Обезьяна. Но тело у него шикарное. Слишком долго смотрю на это фото и не могу пролистать дальше. Зачем я вообще его разглядываю? Внизу живота слева три большие родинки, они так и манят, приковывают взгляд.

«Потренировался на славу», – гласит подпись под фото.

– Зачем мне эта информация?! – выключаю компьютер.

Стук в дверь. Я вздрогнула, испугалась, словно делала что-то очень плохое. Даже резко вспотела.

– Да, войдите.

– Слушай, сестрёнка, я тут подумал, – заходит в мою комнату. – Я могу поделиться контактами пластического хирурга.

– Пошёл вон! – кричу и запускаю в него мышкой.

Ловит на лету, даже не моргнув, кидает обратно мне в руки.

– Ну, как хочешь. Не переживай, каждая доска когда-нибудь встретит свой рубанок, – смеётся надо мной и выходит. Решил добить меня плоскими шутками.

Урод! Вот после таких у девушек и появляются комплексы. Хорошо, что мне хватает ума и характера, чтобы не воспринимать его слова всерьёз.

Уютное кафе под говорящим названием «Романтика» – любимое место для встреч с подругой. Машина с водителем остаётся на парковке, а вот охрана, хоть и держится на расстоянии, но следует за мной по пятам. Парни занимают столик в самом конце летней террасы. Они будут пить кофе, общаться и следить за каждым моим движением.

Они не ограничивают мои действия и не могут на меня повлиять, но они докладывают отцу обо всех моих передвижениях. И если увидят, что я вдруг решила выпить алкогольный коктейль, то папа непременно об этом узнает.

– Привет, мальчики! – Ева, моя лучшая подруга, очаровательная блондинка, машет моим охранникам и сексуально улыбается. – Не хотите поразвлечься?

– Ева!

– Что?! Они такие горячие, – она закусывает нижнюю губу и говорит довольно громко, чтобы они её слышали. – Я вот, не против провести с вами время, – смеётся.

Она всегда в хорошем настроении, за это я её и люблю. У неё не бывает проблем. Точнее, они, конечно, бывают, но Ева слишком халатно к ним относится. При каждой нашей встрече эта девушка дарит частицу своего позитивного мышления мне. Наши встречи делают мою жизнь значительно ярче и намного веселее. Я просто обожаю слушать её рассказы о ночных гонках, вписках, вечеринках в клубе и о пьяных приключениях.

– Дура! – тоже смеюсь, спрятав лицо за страницами меню. – Они же услышат.

– Я этого и добиваюсь. Как зовут того, с дурацкой чёлкой? – улыбается подруга, не сводя глаз с охраны.

– Не знаю. Семён, кажется.

– Семён! – Ева машет ему рукой. – Ты секси! – складывает пальцами сердечко.

– Напомни, почему я с тобой дружу? – смеюсь.

– Потому что я – твой единственный проводник в реальный мир. – Ева раскладывает перед собой меню, голодным взглядом жадно изучает предложенный выбор блюд. – А вот почему я с тобой дружу, это большой вопрос! – шутит и поднимает на меня взгляд.

– Наверное, из-за моих охранников, – хихикаю.

– Вот увидишь, рано или поздно я его трахну! – она посылает воздушный поцелуй Семёну.

– Я думала, что трахают парни.

– Оооо, да тебе просто необходимо начать с кем-то встречаться! А то так и помрёшь синим чулком, не узнав, что такое секс.

– Ева!

– Лея!

Долго смотрим друг другу в глаза и одновременно взрываемся смехом.

– Сегодня будут гонки, приходи, – подруга берёт меня за руку.

– Нет, ты же знаешь, я не могу.

– Твой отец наконец-то куда-то свалил без тебя! Придумай способ сбежать от охраны! Лея, молодость одна, другой у тебя не будет.

– Не знаю… Папа приставил ко мне ещё и сводного брата, чтобы тот за мной присматривал. Этот Арес – просто монстр!

– Арес? Арес Зервас?

– Да, ты что, его знаешь? – спрашиваю и сама понимаю, что в нашем городе вряд ли найдётся ещё хоть один парень с таким именем.

– Шутишь? Кто не знает Ареса?! Он же просто бог ночных гонок! За последние три года его ни разу никто не смог победить! Да он просто краш!

– Он хам, абьюзер и газлайтер. Пустышка!

– Он правда твой сводный брат? Поверить не могу! Лея, да любая другая девчонка умерла бы от радости!

– Я бы с радостью подарила его любой другой девчонке! Но его мать выбрала именно моего отца, к сожалению.

– Арес будет на гонках, он сегодня участвует в отборочном турнире, – Ева смотрит на меня странным умоляющим взглядом. – Пожалуйста, пойдём со мной, ты должна нас познакомить.

Глава 4

Лея

Оказалось, что сбежать ночью из дома гораздо проще, чем я себе представляла. Охранники – тоже люди, и предпочитают спать в своём домике, нежели торчать у двери в ожидании моего появления. Годы наработанного статуса хорошей девочки послужили на пользу – никому и в голову не придёт, что я могу уйти посреди ночи. Даже мне самой до сих пор не верится!

За забором, в двухстах метрах от ворот, меня уже ждёт Ева за рулём своей малютки. Сажусь по привычке на заднее сиденье и пристёгиваюсь. Подруга усмехается, но откровенно смеяться надо мной не решается. Везёт нас обеих навстречу приключениям.

Беснующаяся толпа, громкая музыка, голые девицы, танцующие в багажниках пикапов, – совсем не то, как я представляла себе ночные гонки из рассказов подруги. По её словам, здесь просто «мужицкий дождь» из классных, симпатичных парней, одержимых адреналином. А по факту – это толпа пьяной молодёжи, среди которой я чувствую себя лишней. Мне до ужаса некомфортно здесь находиться: все толкаются, что-то орут, танцуют, пьют. Слишком громко и агрессивно.

Подруга подводит меня к компании своих знакомых, собравшихся у синей иномарки, на капоте которой выставлены стаканы и выпивка.

– Стёп, плесни воды, – просит Ева, обращаясь к своему знакомому, который не стесняется осматривать меня. Я буквально чувствую, как его сальный взгляд проникает под одежду, от чего мне становится ещё более не по себе.

– Выпей, тебе нужно расслабиться, – Ева заботливо протягивает мне пластиковый стакан. Беру его и, без сомнений, махом выпиваю. Горло жжёт. Дыхание перехватывает. Мне нечем дышать, я начинаю задыхаться. Горечь во рту разъедает язык. Огнём горит горло и пищевод. Выпучив глаза, размахиваю руками, мысленно прощаюсь с жизнью.

Ева непонимающе смотрит на меня, потупив взгляд, затем забирает у меня стакан и принюхивается.

– Да это же водка! – сообщает, округлив глаза. – Стёпа, ты дебил? Я просила налить воды! – кричит на приятеля. Сама берёт в руки бутылку с водой и протягивает мне: – На, запей.

– Твоей подруге не помешает немного алкоголя, – смеётся Степан.

– Придурок, она совсем не пьёт! – злится на него Ева и толкает в плечо.

– Ну надо когда-то начинать! – продолжает хохотать Степан.

Вода немного помогает убавить жжение. Господи, я чуть не умерла, а люди пьют эту дрянь как воду – и радуются! Что в этом приятного?!

Понемногу начинаю дышать. Постепенно прихожу в себя. И так легко становится… Словно гора ответственности свалилась с плеч, развязались узлы и спали оковы. Я начинаю проникаться всеобщим весельем и драйвом. А здесь не так уж и плохо!

– Ну всё, она в дрова! – саркастично заявляет Ева, глядя на мою улыбку, и даёт Степану подзатыльник.

Напоминание о дереве неприятно царапает сердце. Оказывается, слова Ареса в адрес моей груди всё-таки зацепили.

– Пойдём к старту, скоро заезд, – Ева берёт меня под руку и ведёт к трассе сквозь толпу.

На трассе две спортивные гоночные тачки – чёрная и белая. Чёрную я уже видела и сразу узнала.

– Сейчас очередь Ареса. От заезда зависит, будет ли он дальше участвовать, – объясняет подруга. А я пытаюсь собрать мысли в кучу и не упасть, так как ноги предательски подкашиваются.

– А если он проиграет? – спрашиваю.

– Арес никогда не проигрывает, – с гордостью сообщает подруга.

Из чёрной машины выходит мой будущий сводный брат. Девушки тут же липнут к нему со всех сторон – набрасываются, как голодные чайки на пачку чипсов.

– Арес! Поцелуй на удачу! – кричат, толкая друг друга. Не хватает закадрового голоса Дроздова: «Посмотрите – перед вами шлюхи обыкновенные. Этот вид особо распространён в центральной части России. В качестве пищи предпочитают пятитысячные купюры. Охотятся в основном ночью – на недалёких богатых парней».

Арес берёт одну из них за голову и жадно впивается в её губы. Он её не целует – он её ест! Извращение какое-то. Затем отпускает и тут же хватает следующую, запуская язык уже в рот ей.

– Фу! – не сдерживаюсь в эмоциях. – Они же просто обмениваются слюнями!

Ева смотрит на меня с умилением и усмешкой – как на маленького ребёнка.

– Да, и это чертовски приятно! Ты хоть целовалась когда-нибудь?

– Делать мне больше нечего! – фыркаю.

– Ну всё, я за тебя возьмусь. Тебе просто необходимо найти парня! Ты должна научиться хотя бы целоваться. А то как ты будешь будущего мужа покорять?

– Я думала, это парни должны покорять.

– Глупая, на дворе двадцать первый век!

Арес:

Газ в пол. Свист покрышек, рёв мотора. Башенный адреналин, разгоняющий по венам кровь. Жажда победы сильнее любой другой жажды. Мне кажется, даже люди, находящиеся при смерти, не так сильно хотят жить, как я – во время гонок. Для меня победа – это жизнь. Ощущение скорости неистово возбуждает. Это круче, чем секс!

Да! Эйфория, радость, бешеный восторг! В очередной раз уделав Тони, пересекаю финишную линию под шум возбуждённой толпы. Тони психует, выходит из тачки, покрывает всех отборным матом. Выхожу из машины, сразу выхватываю из толпы первую попавшуюся девушку и запускаю язык ей в рот. Это – небольшая вишенка на торте, дополняющая вкус победы!

Друзья ведут меня к столу, хлопают по плечам, прыгают как орангутанги – ещё больше заряжают энергией и эйфорией.

Стол для участников находится в самом козырном месте – между двух пикапов, в которых танцуют стриптизёрши, нанятые организатором для поддержания весёлой атмосферы. Друзья знают, что я не пью алкашку – только воду или сок. Я и так опьянён адреналином и вкусом победы. Макс протягивает мне стакан с водой – беру его и одним глотком осушаю.

Мой взгляд падает на стриптизёршу в пикапе – цепляется, потому что девушка единственная танцует в одежде. На ней розовый топ и джинсовые шорты. Худая, но так красиво двигается, демонстрируя невероятную пластичность и грациозность. Виляет бёдрами и… что она делает? Крутится в пируэте, ухватив одну ногу над головой. Взмахи рыжих волос в свете прожектора, заставляющем её бледную кожу светиться. Все взгляды прикованы к ней, притянутые невероятной магией, которая проявляется в каждом её движении.

С отвисшей челюстью с трудом узнаю в прекрасной незнакомке Лею. Подхожу ближе, хватаю её за ноги и снимаю с пикапа.

– Какого хрена ты тут делаешь?! – ору на неё. У меня нет никакого желания подставлять маму перед Игорем. Нет желания потерять доверие будущего отчима. Они ведь доверили мне приглядывать за этой мышью! Я даже подумать не мог, что встречу её здесь!

– Эй, слышишь, отвали! Это моя подруга! – кто-то толкает меня в плечо с наездом. Поворачиваюсь с Леей на руках. Взглядом посылаю на хрен блондинку.

– Ой, Арес, это ты… – блонди сразу растерялась. – Я Ева, подруга Леи, – мило улыбается.

– Это ты её напоила? – рявкаю с наездом.

– Так вышло… – улыбается. Дура! Нашла время глазки строить.

– Ева, это Арес, мой сводный брат, – хохочет Лея, раскинувшись у меня на руках. Боже, да с ней можно делать всё что угодно! Она в полном невменозе.

– Я отвезу её домой, – пропихиваюсь через толпу.

– Арес, ты не можешь уехать! – кричат друзья наперебой. – Вечеринка только начинается! Мы должны отпраздновать твою победу! – хватают меня за руки, пытаются удержать.

Пру как танк. Несу безвольное, пьяное тело к машине. Кстати, очень лёгкое, практически невесомое тело.

– В следующий раз отметим, – прощаюсь с друзьями. Сваливаю Лею на заднее сиденье – она сразу же ложится на спину.

– Ты – вонючий урод! – обзывает меня и пинает ногами.

Захлопываю дверь. Сажусь за руль.

Эта мелкая заноза не затыкается – всю дорогу несёт какую-то чушь!

– Ты знаешь, что в слюне могут находиться вирусы, опасные для жизни? Я говорю про вирус Эпштейна-Барр, цитомегаловирус, вирус герпеса. Ты обслюнявил почти всех проституток, так что ты, скорее всего, заражён. Как можно обмениваться слюной с незнакомцами? Ты совсем больной?

– Заткнись уже, ладно? – отвечаю нервно.

– А ещё ты целуешь одну, а потом сразу другую. Ты ведь передаёшь вирусы от одной к другой, как эстафету!

– Ты никогда не целовалась? – озарение посещает голову. – Готов поспорить, ты ещё девственница! Поэтому такая злая и фригидная!

– Знаешь, сложно с кем-то переспать, когда тебя везде сопровождает охрана с водителем… – грустно вздыхает и, наконец, затыкается. Спит.

Тут я с ней согласен. Надо будет поговорить с Игорем – девчонке же дышать нечем. Первый выход на тусовку – и она сразу накидалась, как последняя шлюха. А если бы я её там не встретил?! Там полно пьяных и похотливых самцов, которые бы с радостью воспользовались её опьянением. От этих мыслей холодеет в мозгах. Она кажется мне настолько нежной и невинной, что даже мысли о её сексе с кем-либо воспринимаются как преступление.

Подъезжаю к крыльцу и быстро выношу её из машины, пока охрана не увидела. Несу наверх по лестнице, в её комнату, и кидаю на кровать. Проснулась. Глаза открывает, смотрит на меня снизу вверх, разглядывает как-то странно.

– Я видела твоё фото с голым торсом на твоей страничке, – улыбается.

– Ты смотрела мои фотки?

– Да. И мне так понравился твой живот! Покажи мне!

– Чего?!

– Подними футболку. Я просто посмотрю. Хочу сравнить – правда ли ты такой совершенный, или это фотошоп.

– Совершенный?

Ну ладно. Задираю низ футболки, оголив живот до самой груди. Лея смотрит на меня, как на экспонат в городском музее. Садится на краю кровати и, протянув руку, касается холодными влажными пальчиками моих родинок. Это возбуждает. Обычно я наблюдаю головы девчонок в районе паха при минете. Так и хочется притянуть её рыжую голову к яйцам.

Тем временем её похотливые, нежные ручки легонько поднимаются вверх, касаясь пресса, затем груди. Чёрт. Возбуждённые мурашки бегут от живота по всему телу. Опускаю футболку и одёргиваю её руки.

– Всё, хватит. Спи, – выключаю свет и выхожу из её комнаты.

В коридоре поправляю штаны, которые резко стали невероятно малы и сильно давят. До сих пор чувствую на своём животе холодный след от её пальцев.

Глава 5

Лея:

– Ммм, который час?.. – приложив немало усилий, отрываю голову от подушки и хватаю с тумбочки телефон. Разряжен. Что вчера было?.. Последнее, что я помню, – как по ошибке выпила крепкий алкоголь и то адское пекло в горле, от которого я едва не задохнулась. После этого помню только отдельные картинки: как Арес целовался то с одной, то с другой, стоя у гоночной тачки на старте… А дальше – всё как в тумане. Пытаюсь встать и морщусь от боли в голове. Во рту – настоящая Сахара!

Ставлю телефон на зарядку, иду в гардеробную, чтобы переодеться. Скидываю с себя розовый топ, провонявшийся перегаром и потом, снимаю шорты, следом – трусики. Внезапно встречаюсь взглядом в зеркале с Аресом.

– Не смотрю! – кричит он и поднимает руки, отворачиваясь. Закрывает дверь в гардероб.

Ощущение того, что парень увидел меня обнажённой, проходит лёгким волнением от живота до кончиков пальцев. Я бы ему высказала, но совершенно нет на это сил. Надеваю домашний костюм и возвращаюсь в комнату.

– Я принёс тебе аспирин и бульон, – сообщает, кивая головой на прикроватный столик с тарелкой.

– Бульон из чего?.. – брезгливо морщусь, хотя выглядит аппетитно.

– Из курицы и овощей.

– Я не ем мясо.

– Его там нет.

– Оно там было!

– Считай, что курица просто помылась и ушла! – рявкает с раздражением. – Послушай, сейчас я за тебя отвечаю, и ты будешь есть то, что я говорю! Бульон восполнит потерю жидкости и соли в организме, поможет справиться с похмельем.

– Кто его готовил? Повар знает, что я не ем мясо.

– Я.

– Ты умеешь готовить?

– Ты удивишься, но я год проработал су-шефом в мамином ресторане.

– Гонщик, боксёр, будущий финансист, кобель, ещё и повар?

– У меня много увлечений.

– Как и девушек.

– Завидуй молча. Если бы ты не сидела на диетах – сиськи бы выросли! Может, и у тебя кто-нибудь да появился.

– Хам! – покрываю его гневным взглядом.

– Алкаша! – улыбается и выходит из комнаты.

Открываю окно, выливаю бульон на улицу. Я не стану идти наперекор своим принципам – тем более из-за этого самовлюблённого идиота!

Но таблетку всё-таки выпила, разом осушив небольшую бутылку минеральной воды. Принимаю холодный душ – немного легче становится. Из головы не выходят слова Евы о том, что всем девушкам непременно нужно уметь целоваться. Неужели это так важно в отношениях? Что-то внутри подсказывает, что она права. Стоя под душем, прокручиваю в голове возможные варианты встречи с будущим мужем. Это непременно будет высокий блондин с голубыми глазами. Нежный и чуткий. Заботливый, из хорошей семьи. Разбирающийся в балете и разделяющий мои увлечения. Он непременно сразу влюбится в меня – возможно, придёт на спектакль, где я буду выступать. Подарит большой букет цветов и пригласит на свидание. Мы будем гулять до самой ночи, а потом он проводит меня домой и… Наверняка захочет поцеловать.

А я что? А вдруг ему не понравится? Нет, с этим надо что-то делать.

Набравшись храбрости, выхожу из душа, одеваюсь и, прихватив с собой бутылочку Миромистина, иду в комнату греческого бога.

– Научи меня целоваться! – заявляю с порога.

– Ты охренела? – смеётся, явно опешив.

– Ты же умеешь это делать. Научи меня.

– Зачем тебе?

– Не хочу, чтобы моё первое свидание с будущим мужем было испорчено.

– Ты собираешься целоваться с ним на первом свидании? Распутная шлюшка! – хохочет.

– Научишь или я ухожу? – твёрдо спрашиваю, зажав за спиной пузырёк с лекарством.

Арес перестаёт смеяться. Оценивающе смотрит, долго раздумывает. Подходит, подхватывает меня под попу и усаживает на компьютерный стол. Его взгляд меняется – становится диким, голодным, даже пугающим. Он легонько касается ладонью моей коленки и разводит ноги в стороны. Встаёт между моих ног, нежно проводит пальцами за ухом. Я уже видела, как он делает это с нашей горничной. Но понятия не имела, как это волнительно. Он медленно наклоняется, глядя в мои глаза. Сердце так стучит, что сейчас выпрыгнет из груди.

Выставляю вперёд руку с Миромистином.

– Сперва я должна убедиться, что ничем от тебя не заражусь.

Он хлопает ресницами, уставившись на пузырёк. Звереет.

– Своему будущему мужу ты тоже предложишь прополоскать рот перед первым поцелуем?

– Нет, это ведь будет *мой* будущий муж! – бросаю на него дикий взгляд, как на слабоумного.

– Ну вот пусть он тебя и учит! – рычит мне в лицо и отходит.

– Ладно, прости, – почему-то не хочу, чтобы он останавливался. Ну целуются же как-то люди, и никто ещё не умер от смертельного вируса.

– Что, прям без предохранения? – шутит.

– Да, если тебе так будет комфортнее.

Он возвращается ко мне, устраивается между моих ног и берёт за подбородок. Без слов прижимается к моим губам своими. Слегка приоткрывает их и целует – сначала нижнюю, потом верхнюю, проходится языком и скользит им внутрь. А я застыла на месте. Не шевелюсь.

– Язык! – подсказывает, выдохнув в мои мокрые губы. – Просто расслабься и повторяй за мной.

Окей. Ладно. Тоже запихиваю в его рот язык. Это приятно. Гораздо приятнее, чем я себе представляла. Наши губы движутся в одном ритме, языки гладят друг друга. Сильное возбуждение охватывает с головой. Поддавшись наваждению, я обхватываю руками его шею и жадно впиваюсь в него всё сильнее.

– Я думаю, хватит. Урок закончен, – резко отрывается от меня и отходит на приличное расстояние. – Уходи! – его голос невероятно груб и жесток.

Становится обидно. Спрыгиваю со стола, оставляю его в одиночестве. Не понимаю, что я сделала не так?

Глава 6

Арес:

Утро. Спортивный тренировочный зал, смердящий потом и железным ароматом мужской силы. Тренер Василий Фёдорович – мужик за пятьдесят, в хорошей физической форме, знающий о боксе больше, чем кто-либо другой. Чемпион России, покинувший ринг после тяжёлой травмы.

Капа, перчатки, ринг. Дружеский спарринг с Покемоном – парнем на год старше меня, получившим прозвище из-за явного внешнего сходства с Пикачу. Бокс – моя отдушина. Ринг – место, где можно сбросить негативную энергию и избавиться от проблем. Какие могут быть проблемы, когда тебе в голову прилетает хук слева? Единственная проблема сейчас – это пробить защиту и нанести сокрушающий удар. Так было всегда. До этого самого утра.

Мелкая рыжеволосая заноза засела в голове и никак не хочет покидать мои мысли. Не знаю, что меня в ней привлекает. Ухожу от выпада справа и наношу прямой удар в челюсть. Пока противник открыт – сразу второй и третий удар. Тренер даёт знак рукой, чтобы я отошёл и дал ему время прийти в себя. Отхожу немного назад – кулаки к лицу, ноги как пружины. Наверное, меня привлекает её невинность. Или наивность. Или грациозность и величественность, отражающиеся в каждом её движении.

Тренер даёт сигнал – и мы снова сходимся. А может, меня привлекают её довольно милые пухлые губы и тот факт, что я был первым, кто их поцеловал?.. Пропускаю удар.

– Чёрт!

Пока Покемон пробивает мой пресс, я всё ещё чувствую на своей коже прикосновения её нежных пальцев.

Закончив в зале, принимаю душ и выхожу в раздевалку. Достаю орущий телефон из спортивной сумки.

– Да, мам, – говорю бодро и радостно, как будто у меня ничего не болит.

– Арес, милый, я хотела сказать, что нам с Игорем придётся немного задержаться. Возникли некоторые проблемы с организацией, – голос мамы звучит немного обеспокоенно, с извиняющимися нотками.

– Когда вы вернётесь?

– Как только найдём хорошее праздничное агентство. Представляешь, контора, которую мне посоветовала Ольга, закрылась буквально за несколько дней до нашего приезда!

– Это печально, – делаю вид, что мне это интересно.

– У вас всё в порядке?

– Если не считать того, что Лея не может и шагу ступить без охраны – да, у нас всё прекрасно! – ерничаю и усмехаюсь. – Мам, поговори с Игорем. Это ведь дико! Ей семнадцать, она должна гулять и веселиться, а она боится лишний раз выйти из дома.

– Ты же знаешь, это будет непросто. Но я постараюсь с ним поговорить, – обещает она, после чего наступает минутная неловкая пауза. – Арес, я очень надеюсь, что твоя забота о Лее связана с исключительно дружеской заботой.

– Ну конечно, – отвечаю, и голос выдаёт меня целиком. Я могу врать кому угодно, могу прикидываться кем угодно, выкручиваться, шутить, уходить от действительности, но только не с ней. Сложно притворяться перед женщиной, которая тебя родила и знает как облупленного.

– Я поговорю с Игорем. Но ты должен пообещать, что Лея останется в безопасности. Ты понимаешь, о чём я говорю? – её голос звучит строго и давит на меня, поторапливая с ответом.

– Да, не волнуйся. Лея и её честь в полной безопасности.

После тренировки еду домой, чтобы собрать ещё кое-какие вещи, затем возвращаюсь в особняк Громких. Симпатичная горничная по имени Ксения поспешила сообщить о том, что Лея ещё не вернулась из балетной школы, о чём я и сам прекрасно знал, так как во дворе не оказалось её машины с водителем.

Горничная в коротенькой униформе, с пышной грудью и объёмным задом, отвлекает мои мысли. Встаю позади неё – так, чтобы её попа упиралась в мой пах, – и легонько провожу по её рукам от запястья до плеч.

– Ксения, мы в прошлый раз не договорили, – томно шепчу ей на ушко. – Так в каком фильме я мог тебя видеть?

– Не знаю, может, в том, где горничная приходит ночью в комнату к гостю? – она сильнее выпячивает зад и немного трётся о мои штаны.

– Ну конечно! Я бы сейчас с удовольствием посмотрел этот фильм ещё раз, – дышу в её ухо.

– Тогда увидимся ночью, – кокетливо улыбается.

Оставляю её. Находясь в прекрасном расположении духа, переодеваюсь в плавательные плавки и иду на задний двор к бассейну. Грех не поплавать в бассейне, когда он есть.

Погода шикарная! Жаркое летнее солнце сильно припекает, прохладная вода приятно обволакивает тело, смывает пот и расслабляет мышцы. На лужайке возле бассейна весело прыгают воробьи, звонко щебечут, как будто обсуждают последние новости шоу-бизнеса, пока ищут в траве какие-нибудь семена. Солнечные лучи весёлыми бликами отражаются в поверхности воды, радуют глаз и поднимают настроение.

Ксюша, проявив заботу, принесла к бассейну фрукты и вино, хотела угодить.

– Фрукты оставь, а вино унеси. Я не пью, – подмигиваю ей, вытираясь полотенцем.

Девушка засмотрелась на моё тело и едва заметно облизнула губы, предвкушая ночную встречу в моей спальне.

– Арес! – звенит голос рыжей занозы, от чего небольшая стайка воробьёв резко вспорхнула и улетела на крышу особняка.

Ксюша приветственно склонила голову, приветствуя хозяйку дома, и, прихватив бутылку вина, поспешила удалиться.

Пока Лея приближается, мои мысли метаются в голове, как загнанный в клетку зверь. Чего ей опять надо? Так громко крикнула и так быстро летит в мою сторону, что кажется – хочет убить.

Напрягаюсь всем телом, готовясь встретиться с её гневом.

Лея с разбегу налетает на меня и хватает за плечи. Обнимает. Фух, можно выдохнуть. Хотя… Чего это она?

– Спасибо! – радуется с детской улыбкой и отпускает.

– Пожалуйста. А за что?

– За то, что уговорил папу убрать охрану! – взвизгивает от радости.

– Это не моя заслуга, это всё мама.

– Что это? – в миг изменившись в лице, пялится на красные ссадины на моём животе, оставленные Покемоном.

– Упал, – отмахиваюсь. Я уже давно ни перед кем не отчитываюсь за синяки! Даже мама закрывает глаза и с пониманием относится к выбранному мною виду спорта.

– Где можно было так упасть? – так забавно ругается и морщит веснушчатый носик. – Пойдём, нужно обязательно помазать мазью от синяков!

Она слишком тревожная для своего возраста. В последний раз меня мазали мазью лет шесть назад после участия в спартакиаде учащихся. Тогда я сильно отхватил от противника, но всё же выиграл бой.

Иду за ней в её комнату, послушно сажусь на кровать и жду.

– У тебя тут целая аптека? – сдерживаю смешок, чтобы не заржать во весь голос, увидев большую коробку с медикаментами, которую девушка достала из шкафа.

– Будешь смеяться, я намажу тебя скипидаром! – пытается быть строгой, а сама улыбается. Одергивает губы, чтобы не улыбаться, от чего кончик её носа забавно дергается вместе с губами. Это самое милое, что я видел в своей жизни.

– Ложись, – командует, вооружившись тюбиком с мазью.

Ложусь. Наблюдаю за ней.

– Знаешь, что помогает лучше любой мази? – спрашиваю.

– Что?

– Поцелуи. Жалко, что ты не умеешь целоваться! – снова сдавливаю смешок, пытаясь принять серьёзное выражение лица.

Её зелёные глаза вспыхивают огнём. Лея садится на мои ноги и со злобной усмешкой опускается к моему животу. Сперва проходит нежными холодными пальцами, очерчивая синяки, затем касается моей кожи горячими губами.

Вот дьявол!

Она медленно и чувственно целует мой живот, не торопливо, а страстно.

Сглатываю, пытаясь смочить пересохшее горло. Она что, ненормальная? Я же её изнасилую!

Рот открывается, выпуская наружу глухой стон удовольствия и горячий от страсти воздух.

Лея спускается всё ниже, охватывает губами самую чувствительную часть внизу живота и поднимает голову.

– Так значит, не умею? – она насмешливо указывает глазами на мою ширинку, заметно увеличившуюся в объёме. Это что за детские игры? Такое у меня впервые. Чтобы так, и без продолжения.

– На, сам намажешь! – вручает мне мазь и выгоняет из комнаты.

С трудом могу идти. В штанах так тесно, что это заметно мешает передвигать ногами. Вот чёртовка! Возбудила и послала!

Лея:

Ой, мамочки… Ёжики пушистые! Мне с трудом удалось остановиться. Мне так сильно понравилось его целовать, что это пугает не меньше, чем безумное возбуждение, охватившее с головой.

Сижу на кровати и как дурочка млею, горю, таю, теку. Не знаю, что со мной происходит. Вспоминаю, какой он красивый, когда сдерживает смех, и на его щеках появляются ямочки, и ещё больше млею. Эти ямочки не появляются, когда он просто улыбается или смеётся, они выступают именно тогда, когда он сдерживается, чтобы не рассмеяться. Он настолько милый и красивый в этот момент, что у меня внутри всё перекручивается. Ёжики пушистые, да я, кажется, влюбилась! Муж мой будущий, чуткий блондин с голубыми глазами, обожающий балет, тебе самое время появиться, иначе, чует моё сердце, твоя невеста натворит глупостей!

Арес:

Свалил из особняка от греха подальше. Эта заноза с её детскими играми даже не подозревает, с каким огнём играет. Я ей что, мальчик? Я давно перерос тот возраст, когда хватало просто потискаться с девчонкой в укромном уголке. Заваливаюсь домой, иду в гараж, надеваю перчатки и отрабатываю удары, чтобы выбить из головы эту дурь. Рыжеволосую, милую, нежную дурь!

Луплю по груше, весь в горячем поту, и когда усталость берёт верх, отхожу. Пью воду, думаю, что отпустило. Но стоит хоть немного расслабиться, как в моей памяти вновь всплывают её горячие поцелуи и невинное милое личико с горящими зелёными глазами. Снова перчатки, джеб, кросс, хук, апперкот…

– Да, мам, привет, – беру трубку и кидаю на кресло перчатки. Пот по лицу течёт. Бросаю взгляд на часы и понимаю, что уже утро. Я провёл всю ночь в попытках выкинуть её из своих мыслей, но так и не смог.

– Арес, где ты?

– Дома.

– Как дома? Что ты там делаешь? – голос мамы вот-вот сорвётся в истерику.

– В гараже был, тренировался. Что случилось?

– Лея пропала!

Глава 7

Арес:

Не люблю подводить людей. А близких – тем более. Игорь с мамой уже летят обратно. Закон подлости! Стоило распустить охрану и мне уехать из дома, как с Леей сразу что-то случилось! Никто не знает, где она. Охрана участка ничего не видела, прислуга – и подавно. Как пёрнешь в гостиной, так все услышат, а как хозяйка дома покинула дом – так никто не видел! Ношусь как психованный, заставляю охрану по новой камеры просматривать. Заметили её хрупкую фигуру, украдкой скользящую к калитке. Не Барелина, а ниндзя! С особой грацией держится в тёмных участках, куда не попадает уличное освещение, пробирается сквозь наслаждения голубых елей и прямиком по клумбе. Человек-тень. Не удивительно, что её сразу не рассмотрели на видео.

– Ты уехал, а мы договаривались посмотреть кино, – улучив момент, подходит Ксюша.

– Какое кино? Она о чём?

– Если Лея не найдётся через полчаса, я вам всем такое кино покажу! Мало не покажется! – ору от злости, срываясь на девчонку.

Ева на звонки не отвечает, а после и вовсе отключила телефон! Наверняка эта идиотка опять её увезла. А если она её снова напоила? А если там были парни? А если… Дьявол! Даже думать об этом не хочу!

Что касается телефона Занозы, так он и вовсе остался дома. Беру его, пролистываю контакты, ищу номера друзей. Там только папа, домработница, бывшая няня, несколько девочек-подружек и тренер балетной школы. Всех обзвонил, и все честно были удивлены получить входящий с её телефона. Похоже, что Лея совсем ни с кем не общалась. Игорь добился того, чего хотел! Девчонка почуяла запах свободы, и ей вышибло мозги!

Жду ответа от тренера – единственная, кто не берёт трубку, чем подогревает слабую надежду.

– Алло, – строгий женский голос с величественными нотками врезался в голову.

– Здравствуйте, это брат Леи. Она не ночевала дома, вы не знаете, где она может быть? – тараторю, как скороговорку. Слова летят быстрее мысли.

– Вчера вечером Лея взяла ключи от школы, хотела потренироваться, – удивлённый тон говорит о том, что женщина удивлена не меньше моего. – Я думала, она уже давно дома.

– Адрес школы! – от эмоций позволяю себе орать на женщину, попутно открывая навигатор в своём телефоне.

Валентина Арсеньевна любезно продиктовала мне адрес и попросила перезвонить ей, когда Лея найдётся. Я её не дослушал – некогда. Скидываю звонок и вылетаю из дома, прыгаю за руль.

Газ в пол, мотор ревёт, ветер свистит в окнах. Перестраиваюсь без поворотника, обхожу медленно движущиеся автомобили, резко вхожу в повороты на всей скорости. Только бы эта Заноза была в школе. И чего ей дома не тренировалось? Растяжку и всякие пируэты она могла и дома покрутить. Невольно морщусь от того, что понимаю, почему она уехала. Я ведь сам провёл эту ночь, избивая грушу.

Резко на тормоз. Выбегаю на улицу, бросив тачку, дергаю дверь небольшого серого здания с огромной вывеской в нежно-лиловых тонах. Закрыто! В панорамных окнах никакого намёка на жизнь. Стучу – в окна, в дверь. Мне нужно попасть внутрь!

– Молодой человек, прекратите немедленно! Вы нам окна разобьёте! – одергивает знакомый женский голос.

Хрупкая высокая женщина с заколотыми волосами, выпрямив спину, подходит ближе и достаёт ключи из сумочки.

– Валентина Арсеньевна? – спрашиваю, уступив ей место у двери.

– А вы, я так понимаю, новый брат? – она открывает дверь. – Ваш звонок напугал меня, я решила сама проверить, нет ли её в школе.

Забегаю в школу, заглядываю во все двери. Нигде нет. Даже в туалете всё проверил.

– Куда она могла деться? – растерянно стою посреди балетного зала и смотрю на станок. Сердце судорогой сводит. Воспалённая фантазия вскрывает нервы. Слабость, притаившись за забором, выжидает момент, чтобы накинуться. Это самое хреновое, что может быть. Не терплю это ощущение. Это мой самый страшный ночной кошмар с восьми лет. Моя фобия.

– Лея впервые так пропадает, – переживает преподаватель. – Нужно обратиться в полицию!

– Непременно, – бросаю и спешу на выход. Сажусь за руль и звоню своему приятелю, который может найти любую информацию. Прошу его определить домашний адрес Евы. Пока жду, захожу в телефон Леи. Странная – даже пароля никакого нет. Она настолько привыкла, что с ней ничего не может случиться, что её всегда бережно оберегают и следят, что у девушки напрочь отсутствует чувство самосохранения! Захожу в галерею, листаю фотки. В основном снимки с выступлений, с репетиций. Несколько кадров с Евой в кафе. Увеличиваю лицо Леи, залипаю на её пухлые губы. Провожу пальцем по экрану.

– Где же тебя носит? – задаю вопрос в пустоту. А если её не найдут? Или найдут изнасилованной или мёртвой? Страх проникает острыми шипами в сердце. Мне больше не страшно и не стыдно перед Игорем и мамой, мне страшно за неё. Эта рыжая девчонка с фарфоровой кожей проникла в душу и прочно засела, отрезав пути к выходу. Звонок телефона взбудоражил сознание. Убираю телефон Леи, быстро принимаю вызов, надеясь услышать информацию о Еве, но вместо голоса приятеля слышу голос мамы:

– Арес, где тебя носит?! Давай живо к Громким! Мы с Игорем уже дома.

– Не могу, я сейчас поеду искать Лею…

– Арес, Лея дома, – приглушённый взволнованный голос матери не предвещает ничего хорошего. Не таким сдавленным голосом сообщают хорошие новости.

– Я сейчас буду. – Бросаю телефон на пассажирское сиденье, давлю газ в пол.

Ураганом врываюсь в столовую и резко торможу. За длинным резным столом с позолоченными вензелями сидят: Игорь, мама, Заноза и какой-то парень. Этот напомаженный блондин настораживает не только меня, но и всех присутствующих. Игорь не сводит с него глаз, выражение его лица отражает острое недоверие и раздражение. Мама тоже напряжена. И только Лея сияет ярче хрустальной люстры, расположенной над столом.

– Где ты шлялась? – рычу, подходя ближе.

– Арес! – мама грозным взглядом пытается меня одернуть, в отличие от Игоря, который полностью разделяет мои эмоции.

– Елеслав, познакомься, это мой будущий сводный брат, сын Риты – Арес, – улыбается Лея, полностью игнорируя напряжение за столом.

– Арес, это мой жених, Елеслав, – Заноза обнимает рядом сидящего блондина за предплечье, демонстрируя подлинность своих слов.

– Что? – опешив, округляю глаза. – Ты где подобрала этого петуха? Шлялась по курятникам, пока мы сходили с ума от беспокойства?

– Арес! – гремит голос матери, которая строгой интонацией пытается привлечь меня к порядку. Краем глаза улавливаю одобряющую ухмылку на лице Игоря.

– Елеслав, не слушай его, он у нас отбитый на голову. Боксёр, – ласково щебечет Лея. Раздражает, как она на него смотрит!

– Что за дебильное имя? Твои родители умственно отсталые? – наезжаю на парня.

Мама уже ничего не говорит, просто разочарованно качает головой и закрывает лицо руками.

– Кто бы говорил, – набирается смелости блондин и встаёт из-за стола. А он высокий. Выше меня. В теле вроде, но слишком ухоженный. Я бы принял его за педика, если бы встретил на улице.

– У меня греческие корни. Мой дед был греком, – оправдываюсь, при этом еле сдерживаюсь, чтобы не прописать блондину в ухо. Аж потряхивает от напряжения.

– А отца твоего звали Зевс? – усмехается, чувствуя себя в безопасности рядом с ней.

– Лея, проводи гостя, – доносится строгий голос Игоря, которому, очевидно, надоело наблюдать за нашей перепалкой.

Ждём в молчаливом напряжении, когда она выпроводит Петю-петушка из дома.

– Это нормально? – не выдерживаю, задаю вопрос Игорю. – Обычно девочки таскают домой котят, а не мужиков!

Игорь тяжело вздыхает и разводит руками.

– Рита настояла на том, чтобы я дал ей больше свободы. Я действительно слишком сильно опекал Лею. Ей скоро восемнадцать, пора бы уже повзрослеть.

– Это так теперь называется? Пора повзрослеть? – до дикого ужаса злят эти слова. Не хочу, чтобы она «взрослела» с этим петухом! Лучше бы и дальше ходила со своей охраной.

– Арес, успокойся! – вмешивается мама. – Ничего страшного не случилось, девочка просто влюбилась. Нельзя сейчас запрещать им встречаться, иначе она нас возненавидит.

– Нельзя спать на потолке, а запретить ей встречаться с этим пету… гхм… парнем можно!

– Я согласен, – отцовская ответственность и ревность всё же берёт верх.

– Нет, не вздумай! – мама спешит его переубедить.

Лея возвращается в столовую и с лёгкой невинной улыбкой осматривает нас всех.

– Как вам Елеслав?

– Завтра я верну охрану. Никаких пет… гхм… Елеславов! – гремит голос Игоря.

– Папа! – взрывается Лея. – Ты не можешь так со мной поступить!

– Вообще-то может! Он твой отец, а тебе ещё нет восемнадцати! – злорадствую, глядя на неё. Я уже практически счастлив от того, что эта заноза будет под охраной.

– Тогда я убегу из дома, выйду за него замуж, и ты никогда не увидишь внуков! – эмоционально кричит Лея на Игоря и, резко развернувшись, гордо задирает голову и уходит своей фирменной плавающей походкой. До последнего пытается держать лицо.

Мама метает в нас с Игорем уничтожающий взгляд и спешит за ней.

Глава 8

Лея:

– Почему он так со мной? – спрашиваю и падаю на кровать лицом в подушку.

Рита садится рядом и нежно гладит меня по спине. Она дарит мне своё тепло, поддержку, материнскую любовь, которая так избаловала Ареса.

– Он просто тебя очень любит, – тихо и сочувственно отвечает. – Родители всегда переживают за своих детей.

– Ну ты же не следишь за Аресом! Не говоришь ему, с кем встречаться, с кем гулять, чем заниматься!

– Ему попробуй скажи… – шепчет сама себе, но я всё слышу. – Арес парень, и он может за себя постоять. Но это не значит, что я не волнуюсь за него. Лучше расскажи мне, как ты познакомилась с Елеславом?

Сажусь, облокотившись спиной о спинку кровати, и притягиваю колени к подбородку. Рита садится рядом со мной, обнимает за плечи. Она не давит, не напрягает, не пытает. Она выражает искренний интерес и негласную поддержку. Ей хочется довериться. Хочется рассказать ей все свои секреты. Вот только у меня их нет. Только один. И тот – о том, что я влюбилась в её сына.

– Вчера я взяла ключи от школы, чтобы позаниматься вечером самостоятельно.

– Почему ты не захотела заниматься дома? У тебя есть прекрасный зал для занятий.

– Нужно было сменить обстановку, – кусаю нижнюю губу, скрывая от Риты правду о том, что я бежала подальше от новых чувств и эмоций, которые мне совсем не нравятся и даже пугают.

– Понимаю. Иногда нам это просто необходимо, – её ласковый голос и спокойная улыбка говорят о полном понимании.

– Я занималась, в то время как Елеслав проходил мимо школы. Он долго наблюдал за мной в панорамное окно, а потом всё же решился зайти и познакомиться. Его бабушка была балериной. Он обожает балет и всё, что с ним связано. Понимаешь? – поворачиваю голову влево и смотрю на Риту. Она быстро кивает. – Мы прогуляли всю ночь напролёт! Мне ещё никогда не было так хорошо и спокойно с человеком! И ему тоже! Елеслав буквально читает мои мысли, мы с ним так похожи! Он чувствует то же, что и я, и поэтому сразу сделал мне предложение.

– Ну хорошо, вы отлично провели время вместе, но зачем же сразу жениться?

– Рита, я мечтала о таком, как он! Ты мне веришь? Я просила у вселенной такого парня, и вот он, во плоти! Блондин с голубыми глазами. Высокий и статный. Воспитанный, из хорошей семьи. Без вредных привычек. А Елеслав мечтал о такой девушке, как я!

– И всё же, я не советую тебе торопиться. Ведь брак – это не просто свидания и ночные прогулки. Это гораздо серьёзнее. Нельзя выходить замуж за малознакомого человека. Поверь, я знаю, о чём говорю.

– Ты про отца Ареса?

– Да. Мы были молоды и влюблены. А потом оказалось, что мой милый и одухотворённый муж имеет страсть к рукоприкладству.

– Ой, ужас! Он тебя бил?

– Не только меня, ещё и Ареса. Поэтому он так любит бокс. Это даёт ему ощущение защищённости, даёт уверенность в том, что он сможет за себя постоять и защитить своих близких. – Взгляд Риты мрачнеет, её глаза покрываются чёрной вуалью ужасных воспоминаний, от которых женщину бросает в холодный пот. Я чувствую её страх, как и то, что она что-то недоговаривает. Но расспрашивать о таком не смею. Меня трогает её открытость и желание делиться со мной своими переживаниями. – Так что в любом случае, перед тем как выходить замуж, нужно узнать человека получше. – Она смахивает с себя эту вуаль и гладит меня по голове. Так хорошо с ней. Спокойно. Почти как с мамой. Опускаю голову на её плечо, как губка впитываю её нежность и материнскую любовь. – А мы с Елеславом поцеловались…

– Ого, да я смотрю, ты времени даром не теряла! – смеётся Рита. – Тебе хоть понравилось? Это ведь был твой первый поцелуй, верно?

Так хочется открыть ей душу полностью. Но я не могу.

– Да. И мне понравилось, – тоже смеюсь, закрывая лицо руками.

– Это чудесно. Первая любовь – это всегда чудесно. Просто пообещай мне, что будешь умницей, и дальше поцелуев у вас не зайдёт. Если он так же влюблён в тебя, как и ты в него, то он будет ждать, когда ты будешь готова.

– Рита… А у Ареса было много девушек?

– Не знаю, он меня с ними никогда не знакомил. Почему ты спрашиваешь?

– Просто так, интересно.

– Знаешь, я была бы рада, если бы мой сын влюбился. Но пока ещё он не встретил ту единственную, с которой захотел бы меня познакомить.

Почему-то эти слова успокаивают. Рита гладит меня по голове, по спине так долго, словно никуда не торопится.

– Лея, пообещай мне ещё кое-что.

– Всё что угодно.

– Не убегай больше. Будь всегда на связи. Мы все страшно перепугались за тебя сегодня. Если ты не будешь сбегать и пропадать, то я постараюсь уговорить Игоря не возвращать охрану.

– Обещаю! – выдыхаю от радости и постепенно засыпаю, почувствовав себя в полной безопасности, окутанная заботой и теплом её большого сердца.

Арес:

Мы с Игорем сидим за столом, и чтобы скоротать время, боремся на руках. Ксюша принесла ему хороший дорогой коньяк, а мне – стакан грейпфрутового сока.

– А ты силён! Как бык! – смеётся Игорь.

Наши руки трясутся, сжавшись в единый кулак над столом. Я сперва думал, что поддамся ему, а сейчас думаю: как бы не сдаться раньше времени. Не думал, что люди в его возрасте наделены такой силой. Он и в зал наверняка не ходит, и вряд ли занимается спортом.

Рука уже занемела, я её просто не чувствую.

– Ну вы как дети, ей Богу! – заявляет мама. Мы с Игорем, не сговариваясь, убираем руки со стола и, каждый делая вид, что всё в порядке, потихоньку разминаем свои руки.

– Как она? – интересуется Игорь.

– Из дома обещала больше не убегать и оставаться на связи, если ты не вернёшь охрану и дашь ей больше свободы.

– А что с этим пет… женихом?

– Лея умная девочка, она сама понимает, что поспешила. Она как будто бежит от чего-то и готова запрыгнуть в любой вагон. А бежит она от твоей сверхопеки! Поэтому дай девочке выдохнуть свободно.

Что-то мне подсказывает, что бежала она от меня, а не от отца.

– Ты предлагаешь мне закрыть глаза на то, что она собирается встречаться с этим парнем? А если она забеременеет?!

Аж током насквозь прошибло. Чего это он такое несёт?! Чтобы забеременеть, нужно сексом заниматься. А Лея просто априори не имеет на это права! Она же сама – невинность.

– Они целовались, – говорит мама. – Но дальше у них не зайдёт, Лея обещала, что не станет торопиться.

– Целовались?! – ору как дикий, потеряв контроль. – Да я убью этого петуха, отвечаю! Кровь кипит, пар из ушей валит. Как представлю его напомаженную рожу и то, что он к ней прикасался – белена глаза застилает. – Игорь, я бы на твоём месте не только охрану вернул, ещё и позвонил бы её няне! Пусть возвращается на работу и следит за девочкой! Ей ещё рано целоваться!

Мои слова вызывают у него усмешку. Чего он хихикает?!

– Арес, и это говоришь ты? – смеётся мама. – Напомнить, как я застала тебя с девочкой в постели, когда тебе было пятнадцать?

– Что? Сейчас речь не обо мне! Я парень, а она… она слишком наивная! Она же, кроме своего балета, ничего не видела! Её обдурить – как два пальца!

– Да, и в этом определённо есть моя вина, – скрепя сердцем признаётся Игорь. – Я надеюсь, ты присмотришь за ней, пока нас не будет. – Он смотрит на меня из-под густых бровей, взглядом выражая истинный посыл своих слов. И я сразу понимаю, что он имеет в виду.

– Не будет? – переспрашиваю.

– Твоя мама хочет шикарную свадьбу на Фиджи. Нам необходимо вернуться на остров, чтобы решить все вопросы с организацией.

– Хорошо. Я присмотрю за ней. – Даю обещание. Да я так за ней присмотрю, что её петух снесёт несколько яиц от страха. Ведь именно этого хотим мы с Игорем.

– Только будь вежлив с её парнем, – мама как будто читает мои мысли. – Елеслав важен для неё, постарайся не мешать их отношениям.

Игорь резко вскидывает бровь, с мамой не спорит, но продолжает смотреть на меня, всем своим видом выражая, что даёт мне полное право унизить этого дебилоида и расстроить их отношения.

– Когда вы улетаете?

– Через час. Я уже созвонился со своим помощником, нам дали добро на взлёт в аэропорту.

Киваю головой. Впереди ещё целый день. Мне хватит и десяти минут, чтобы заноза забыла о своём блондине.

Глава 9

Арес:

Провожаю маму с Игорем до ворот, возвращаюсь в дом. Поднимаюсь в комнату Леи.

Девчонка отсыпается после ночной прогулки. Рыжие волосы прикрывают милое личико словно штора, несколько волосинок плавно подергиваются от её размеренного спокойного дыхания. Беру с её тумбочки миромистин и трясу её за плечо.

– Эй, вставай!

Лея поднимает голову. Её сонный взгляд с трудом фокусируется на моём лице и постепенно разгорается. Она открывает рот, чтобы одарить меня порцией гневных ругательств, и я пшикаю в него миромистином. Девушка тут же захлопывает рот обратно. Горячий взгляд говорит о многом: я буквально читаю некоторые самые изощрённые матерные слова в её глазах, которые воспитание никогда не позволит ей озвучить.

– Забыла? В слюне куча всяких вирусов! Как ты могла целоваться, не прополоскав рот? Забыла о предохранении? – хочу засмеяться, но напрягаю щеки, чтобы не заржать, пытаюсь говорить серьёзно.

Она резко вырывает у меня пузырёк и бьёт им по моей голове. Так спонтанно, что я даже не ушёл от удара.

– Я целовалась со своим будущим мужем!

– Понравилось? – как соус чили, моя кровь обжигает вены. – И как он целуется?

– Понравилось, – шипит, как растравленная змея, загнанная в угол.

От злости её щеки пылают нежным розовым румянцем, а зелёные глаза становятся настолько яркими, как будто в них горят летучие соли меди.

– Ты же не любишь мясо? А петуха облизала!

Лея берёт в руку подушку и замахивается. Не выйдет! Перехватываю её, вырываю и бью подушкой по её лицу.

– Больно! – кричит, потирая нос.

– А ты как хотела? Получать по лицу всегда больно!

– Просто выйди и оставь меня в покое.

– Не-а, я обещал нашим родителям, что буду за тобой приглядывать.

– Приглядывай за дверью!

Её телефон пиликает на тумбочке. Я оказываюсь быстрее, хватаю его и открываю входящее сообщение от Пети.

«Любимая, мы не виделись всего несколько часов, а я уже соскучился.»

«Твой поцелуй наполняет моё сердце надеждой на то, что мы увидимся сегодня.»

«Мой ангел, ты свела меня с ума, и я не могу ни о чём думать, кроме нашей встречи.»

Моё лицо перекосило сильнее, чем если бы я съел целый лайм. Фу! Что за мерзость? Это разве романтично? Блевать охота. Его сообщения разят приторным слабоумием. Ни один нормальный парень не станет писать такое после первой встречи!

– Да он больной на голову!

– Отдай телефон! – Лея вырывает свой мобильник и читает сообщения. Клацает по экрану, печатая ответ. Что она там пишет?

– То, что кто-то способен на великие чувства и не боится в этом признаться, не делает его больным на голову! – говорит мне, с остервенением нажимая на буквы. – Это у тебя проблемы с головой! Сколько ударов ты пропустил за свою карьеру?

Что? Много! Очень много! Но мозги у меня ещё на месте, чтобы сообразить, что Петя ненормальный. Забираю у неё телефон, читаю, что она ему ответила.

«Любимый, я тоже безумно скучаю! Не могу дождаться нашей встречи!»

Идиотка! Убираю телефон в свой карман.

– Эй, ты не имеешь права! – кричит и машет руками, хватает меня за футболку.

– И что ты мне сделаешь?

– Отдай. Пожалуйста.

– Даже не думай. Ты под домашним арестом! Никакого телефона и мультиков! – кричу ей и выхожу из комнаты. Сейчас бы в спарринг. Или на трассу. Иду на кухню. Есть ещё одно занятие, которое меня успокаивает. Выгоняю повара из кухни, пользуясь своим положением, что Игорь оставил меня за старшего, отправляю француза в оплачиваемый отпуск на неделю. Выкидываю в мусорку овсянку на воде с добавлением полезных семян льна и чиа, приготовленную для Леи. Готовлю настоящие, сочные, ароматные, жирные бургеры. Чтобы с её организмом сразу не случилась беда от внезапного вторжения жирной пищи, для неё делаю нежную котлету из курицы на пару и полезный соус из нежирной сметаны.

Лея заходит на кухню с мокрыми волосами, очевидно, только из душа. Осматривает столы и полки.

– Где мой обед? – нервно спрашивает.

Ставлю на стол две тарелки с бургерами, которые ещё дымятся, разнося по кухне пикантный аромат.

– Я такое не ем, – брезгливо морщит нос.

– Тогда можешь вылизать помойное ведро. Твоя каша настолько мерзкая, что прилипла к его стенке.

– Где повар?

– В отпуске.

– Как в отпуске?! Кто будет мне готовить?

– Я! – двигаю к ней тарелку с ароматной булкой. – Пока не поешь нормально, из дома не выйдешь.

– А если я это съем? Я смогу поехать на свидание? И ты не будешь меня преследовать?

– Ну конечно. – Мило улыбаюсь.

Лея берёт в руки вилку и нож. Смотрит на бургер и не знает, как к нему поступиться.

Беру его в руки и подношу к её лицу.

– Кусай, – приказываю.

С самым несчастным видом, на который способно это бледное лицо, она врезается в булку острыми зубами. Жуёт. Я вижу в её глазах разгорающийся голод. Лея забирает у меня бургер и ест сама. Набивает полный рот. Губы перепачканы сметанным соусом. Залипаю на неё. До чёртиков приятно, что она с удовольствием ест мою еду. На заднем плане в голове витают мысли, что бы ещё такого приготовить, чтобы ей понравилось.

– Всё, я больше не могу, – выдыхает, как будто и правда наелась. Возвращает на тарелку половину бургера.

Да у неё желудок как у ребёнка!

– Понравилось мясо? Это была курица, если что.

– Мне плевать. Я просто очень хочу встретиться со своим женихом. Ради него я готова съесть что угодно.

Вот как у неё получилось за секунду испортить мне настроение?

– Тебе правда понравилось с ним целоваться?

– Очень!

– Сильнее, чем со мной?

– В сто раз!

Так меня ещё не унижали.

Поднимаю её за тонкую талию, усаживаю на стол – жопой в тарелку с недоеденным бургером. Опускаю руки на столешницу, лишая её возможности сдвинуться с места.

– Не верю, – ухмыляюсь и наклоняюсь к её лицу.

– А ты поверь, – шепчет испуганно. Боится пошевелиться.

Провожу языком по её губам – со вкусом сметанного соуса. Невинность этих губ, их сладость и пылкое очарование вышибают дух и здравый рассудок. Целую её нижнюю губу, затем верхнюю, потом уголки губ, и только после этого проникаю в её рот языком. Лея сперва замирает. Её тело пробивает мелкая дрожь. Она бы и рада сопротивляться, но я не оставил ей выбора. Девушка опускает веки и, смирившись со своей участью, отвечает на поцелуй. Целовать её гораздо приятнее, чем всех этих девок на гонках. Она – как запретный сладкий десерт: желанный и невероятно вкусный. Попробовав маленькую ложечку, хочется есть без остановки, пока не лопнешь.

Отрываю руки от столешницы, прижимаю ладони к её спине. Ничего лишнего. Только поцелуй. Понимаю, что и поцелуй – лишний… Но как можно устоять, когда этот десерт прямо перед тобой?

Отрываю свои губы от её губ, смотрю на них, провожу по ним большим пальцем. Они покраснели и увеличились – мокрые и горячие. Безумное возбуждение не даёт нормально дышать. Лея всё ещё с закрытыми глазами, тоже тяжело дышит. Такая нежная и невинная, что пожар в груди сковывает движения. Я в ступоре. Обычно за такими жаркими поцелуями следует продолжение. Но она – другая. Особенная. Невинная и хрупкая. Я уже и забыл, что такое – просто целоваться. В удовольствие, ради этих трепещущих чувств, а не как прелюдия к сексу.

– Я могу идти? – спрашивает, как узник.

– К петуху? – вспоминаю о его существовании, и желание прописать ему в ухо одолевает с новой силой. Я ведь могу за две минуты сделать так, чтобы он больше к ней не приблизился. Переломаю ему ноги, затем буду ломать кости рук. Несколько ударов вправо – и разрыв селезёнки ему гарантирован. Но это прямой билет на поезд подальше от неё. Мама права: если перегнуть палку, она просто возненавидит. А я этого не хочу.

– На занятие в балетную школу, – отвечает смиренно и тихо.

– Хорошо, иди. – Отхожу от стола и возвращаю ей телефон.

Лея спрыгивает на пол, скривившись от отвращения, стряхивает с пятой точки прилипший бургер, берёт телефон и уходит.

Лея:

Руки трясутся. Дрожь в пальцах мешает заплетать волосы. Если я приду на занятие растрёпанная – Валентина Арсеньевна будет орать. У балерины всё должно быть идеально: собранные волосы, осанка, внутреннее спокойствие и неуемное желание расти и добиваться высот. Знал бы этот придурок, сколько боли – физической и душевной – стоило мне добиться того, чтобы меня взяли на главную роль в спектакле. За красивой картинкой невесомой феи в воздушной пачке стоят долгие годы изнуряющих тренировок, слёз, стёртых в кровь мозолей на ногах. Сколько раз я плакала от бессилия? Сколько раз, превозмогая боль, заклеивала ноги пластырями и вставала на пуанты? Сколько раз я теряла сознание от недостатка калорий?..

За лёгкостью на сцене, за шагом, за грацией – стоит великая сила духа, невероятная выдержка и тонны слёз.

А я не могу просто собрать волосы в кучу, чтобы они не торчали, – потому что не могу успокоиться после его поцелуя.

Я определённо страдаю от этого. Я этого не хочу!

Но один его взгляд – повелевающий, страстный, горячий – и у меня сводит живот, а ноги отнимаются.

А эти его ямочки… и безумно милое выражение, когда он сдерживает смех…

А запах? От него пахнет силой. Настоящей мужской силой, с металлическим ароматом железа и крепким нерастраченным тестостероном.

А его духи?.. Запах дорогого бренди со свежестью альпийских лугов.

Лея, соберись! Злюсь на себя ещё больше и, взяв себя в руки, всё-таки собираю волосы.

Целуется он лучше, чем Елеслав. Гораздо лучше.

Если тот поцелуй с моим женихом вообще можно назвать поцелуем… Он просто коснулся моих губ своими, ненадолго прижался и отпрянул, заглядывая в глаза в поисках восхищения. Пришлось изображать, что мне понравилось.

Беру сумку с формой, иду во двор.

Арес открывает передо мной переднюю дверь своей машины.

– Где мой водитель?

– У него неожиданно умерла бабушка.

– У Андрея не было бабушки.

– Значит, это была бабушка его кошки. Садись давай.

– У него аллергия на кошек. У Андрея из животных только крыса – он мне рассказывал.

– Значит, это была бабушка кошки, которая притащила ему эту крысу, – теряет терпение и толкает меня, от чего я падаю прямо в салон. Заталкивает мои ноги и захлопывает дверь.

Сажусь нормально и пристёгиваюсь. Моя сестра погибла в аварии, потому что вылетела через лобовое стекло. Отец запрещает мне сидеть спереди – у него фобия на этот счёт.

Арес заводит машину и трогается со двора.

– Теперь я буду твоим водителем.

– Надеюсь, папа скоро вернётся.

– А что так? Соскучилась по Андрею и его крысе?

– Андрей – опытный водитель, мне с ним совершенно спокойно.

– Поверь, я тоже опытный водитель.

Смотрит на меня, улыбается и, не глядя на дорогу, дёргает руль влево, подрезая синий джип.

– Что ты делаешь?! – кричу от испуга, вжимаюсь спиной в спинку сиденья. Сердце колотится от страха.

– Видишь, мы даже не умерли, – усмехается и дёргает руль вправо. Придавив газ, пролетает между машинами на крайнюю правую полосу, затем сразу обратно – влево.

Меня уже тошнит от этого. В прямом смысле. От страха желудок скручивает.

– Ой, и мы снова живые! – смеётся.

– Я поняла! – ору что есть мочи. – Ты прекрасный водитель! Только, пожалуйста, едь спокойно!

Мои слова действуют на него успокаивающе. Арес сбавляет скорость и, держа руль левой рукой, кладёт правую на мою коленку.

Резко дёргаю его за руку, но в нём столько силы, что я как будто пытаюсь сдвинуть с места огромный шкаф.

– Красотка, это моя машина и мои правила. Так что сиди спокойно и не отвлекай водителя. А не то – вдруг в аварию попадём, – подмигивает мне с наглой ухмылкой.

Ёжики пушистые! Коленка огнём горит. Тепло от его ладони медленно, но верно распространяется по всему телу и оседает внизу живота, собирается в моток нервов. Это дико приятно.

Арес отпускает коленку и нежно, едва касаясь, проводит пальцами по внутренней стороне бедра, доходит до подола юбки и возвращается обратно к коленке. Дыхание сперло. Ни дышу, ни моргаю, ни о чём не думаю. Только потею. Ветер в голове насвистывает о том, что мне очень хочется ещё. Арес снова щекочет пальцами мою ногу и сжимает коленку.

Господи, мне придётся ампутировать ногу, чтобы забыть об этом! И то не поможет. Фантомные боли от его прикосновений будут преследовать меня вечно!

Глава 10

Арес:

Ощущение, что я привел на занятия ребенка. Сижу на диванчике в коридоре, затесавшись между другими мамашами, жду малышку с занятий. В этой частной балетной школе есть несколько больших залов, где занимаются девочки разных возрастов. Ни одного пацана в младших группах, зато в группе Леи их целых два. Высокие, поджарые, с выправкой и в колготках. Мерзость.

– Вы новенькие? – спрашивает молодая женщина, сидящая напротив, которая уже минут двадцать пожирает меня глазами, как голодный волк кусок свежего мяса. В следующий раз мастерку накину, чтобы не смущать мамаш своей бицухой.

– Что? – переспрашиваю. Даже немного неловко. Я и так здесь не в своей тарелке. Интерьер школы в бело-лиловых оттенках, воздушные шторы, розовые диваны… Зефирный домик, а не школа. И пахнет здесь сладким цветочным ароматом, не то что у нас в зале.

– Я вас раньше не видела, – спешит объяснить женщина и быстро облизывает нижнюю губу. Что это? Взгляд игривой кошки? Становится смешно, и я улыбаюсь, чешу затылок. Тоже мне, тигрица. Простите, мадам, но взрослые женщины меня не интересуют. Меня, похоже, и ровесницы больше не заводят. Все мысли только о рыжей занозе. – Привели сестру или дочку? – продолжает утолять свое любопытство. Она из всех здесь присутствующих самая смелая. Остальные просто смотрят на меня как на диковинный артефакт. Даже единственный мужик в сером пиджаке, одиноко прислонившийся к стене, не вызывает у них интереса.

– Сестру, – отвечаю.

Женщина несказанно обрадовалась этому факту. Как будто, если бы я сказал, что привел свою дочь, она бы сразу передумала проявлять интерес. Я таких, как она, уже встречал. Мамина подруга Катя – такая же. При каждой встрече насилует меня взглядом. Не раз в тайне от матери предлагала заняться сексом, обещала показать что-то, чего я никогда не видел, и доставить неслыханное удовольствие. Допустим, сорокалетние сиськи я и вправду не видел. А в остальном сильно сомневаюсь, что она смогла бы меня удивить.

– А что, ваша мама занята? – не отстает мамашка.

– Она работает. Ей нужно еще успевать толкать кокс своим клиентам, иначе дилер поставит на счетчик. – Эти слова возымели желанный эффект. Тетка заткнулась. И пока она раздумывает, пошутил ли я, встаю с дивана и подхожу к двери, за которой идет занятие у Леи, немного приоткрываю, заглядываю внутрь.

Лея стоит у станка, закинув ногу и выпрямив спину. Преподаватель орет. В прошлый раз она показалась мне довольно добродушной, а сейчас – это просто какой-то монстр с указкой в руках. Она бьет Лею по лопаткам, орет, чтобы та выпрямила спину. Куда больше? Лея с непроницаемым лицом выгибается и задирает подбородок еще сильнее.

– Ну вот, можешь ведь! – хвалит, а как будто на хер посылает. Идет к другим девушкам.

Закрываю дверь. Борюсь с желанием засунуть эту указку преподу в ж… Я думал, у нас в боксе жестко, а тут тоже звери.

За дверью раздается классическая музыка. Снова открываю, припав лбом к небольшой щели.

Лея в центре класса демонстрирует какие-то движения. Завораживает. Такая легкая и воздушная. Нежная и трогательная.

– Носок тяни! – вопит преподша.

Лея, стоя на носочке одной ноги, отводит вторую ногу назад, взмахнув руками, как крыльями. Она потрясающая. Ничего восхитительнее и прекраснее не видел.

Но преподше снова что-то не нравится. Она опять подходит и бьет указкой по животу.

– Втяни! – бьет по спине: – выпрями! – еще один удар по поднятой ноге. – Носок тяни!

Закрываю дверь. Ну если в боксе в основном парни, мужики, которым разного вида физические трудности и боль только на пользу, то тонкие, нежные девушки нафига это терпят?

Тренировка закончена, и Лея выходит из зала. Потная, уставшая, с покрасневшим лицом. Она практически без сил. Иду за ней в женскую раздевалку.

– Мужчина, выйдите! – визжат девчонки. – Мы переодеваемся!

– Да переодевайся, кто на тебя смотрит! – бросаю, даже не взглянув в сторону звука.

Лея садится на лавочку, и я опускаюсь возле нее на корточки. На ней лица нет. Краснота после занятий понемногу сходит, и она становится еще бледнее, чем была. Того и гляди, в обморок грохнется. Помогаю ей развязать ленты пуантов, снимаю их. Разматываю бинты на ее ногах, вижу, как она сдерживает желание разрыдаться от боли. Впадаю в ступор, увидев стертые в кровь ноги. Пальчики прижаты друг к другу, стопы искривлены. И как на это обувать кеды, в которых она приехала?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.