Сергей Тарасов
Важные фантастические рассказы

Мое странное хобби

Я всегда думал и сейчас утверждаю, что работа и развлечения это несовместимые понятия: работа – это такая креативная, активная деятельность, которая требует от нас много физических и умственных усилий. Она сопровождается многими сложными, зачастую негативными факторами, – в том числе и потерей драгоценного времени, которое можно потратить на отдых, сон и приятное времяпровождение где-нибудь на море-океане, в кино или в приятной компании своих друзей. Можно, в конце концов, просто взять пиво и засесть в какой-нибудь забегаловке на сутки или двое.

А хобби – это просто отдых, главным образом от работы. Многие люди, правда, умудряются отдыхать за каким-то полезным занятием: – вяжут, шьют или собирают спичечные коробки, монеты и банкноты неизвестных никому государств, тратя свои силы, деньги и напрягая свои мозги. Если я встречаю таких людей, которым нравиться работать, потому что за это хобби им платят деньги, то я только пожимаю плечами. Если бы я был у них начальником, то заставлял их платить прямо на проходной, при входе в свой цех или у входа контору, где они работают и одновременно отдыхают.

Правда, есть такие умельцы, которые уходят на работу от дома, семьи, и там, в своем рабочем коллективе, отдыхают телом и душой.

Работу, с моей, – правильной точки зрения, можно ругать, проклинать, но ее необходимо делать, за деньги, естественно. А хобби это просто отдых, – правда, он требует иногда физических усилий, денег и умственного напряжения.

У меня в разные периоды моей долгой жизни было много работы, а увлечений еще больше. На любую мою работу мне приходилось вставать очень рано, и с этого неудобного и нелюбимого для меня обстоятельства начинался мой рабочий день. Потом я никак не мог добраться до работы, и, когда, наконец, начинал работать, то никак не мог дождаться перерыва на обед. После обеда мне очень хотелось спать, и я мечтал, что как только доберусь до дома, первым делом завалюсь в свою кровать, чтобы там выспаться, как следует. Но сначала надо было выполнить обязательную работу, а потом еще добраться до дома. Как правило, почему-то вечером все люди мечтают добраться до своего дома не меньше, чем я, – в трамваях и автобусах было так много народа, что я добирался до дома только поздним вечером.

Когда я, наконец, стряхивал с себя воспоминания о работе и путешествии с нее, то после того, как поужинал, вспоминал о своем хобби, которое в этот период жизни у меня было. Их, этих увлечений было так много, что я хватался то за одно, то за другое и останавливался на том занятии, которое было в этот вечер наиболее приемлемым для моей души и тела.

Собирательством я никогда не увлекался: – это для меня было неинтересно. А вот сделать что-то своими руками мне очень нравилось. Я перепробовал все, что было в моих силах: – шил, вязал, делал холодное оружие, ремонтировал бытовую технику, искал полезные ископаемые, золото и драгоценные камни, старые города и деревни, клады и места аварий неземных летательных аппаратов.

Сейчас я был занят как раз моим новым, захватывающим хобби – поисками тяжелых галактических крейсеров, которые потерпели крушение около моей деревни. Судя по рассказам старожилов, наша деревня просто притягивала звездолеты, летающие блюдца и прочий летающий космический хлам, который прилетал из глубокого космоса, соседних галактик и с астероидов с кометами. Я не знаю, кто выдавал этим инопланетянам права на вождение звездолетов. Наверное, их пилоты просто покупали себе лицензию на право летать за штурвалом космических летательных аппаратов и потом летали по всему космосу, не соблюдая никаких правил Вселенского космического движения.

Но летать-то они летали, но приземлиться, как следует, не могли. Поэтому они часто разбивались при посадке в окрестностях нашей деревни. Часть этих звездолетов взрывались, часть уходила так глубоко в землю, так что достать их было невозможно: – надо было копать глубокую шахту или карьер. Но были среди инопланетян астронавты, которые умудрялись посадить свое космическое корыто невредимым: – где-нибудь в лесу, – в самой, что ни на есть глухомани. И я все последнее время был занят тем, что разыскивал эти севшие в тайге звездолеты.

Из рассказов наших местных дедов и бабушек мне было известно о паре таких случаях, когда звездолет, не справивший с управлением, приземлялся в озеро, тайгу и оставался невредимым. Наши лесные звери: – медведи, волки и лисы встречали этих инопланетных пилотов с пассажирами с радостью, и приветствовали их на нашей планете по своему: – съедали их живьем, потому что таких голодных и свирепых хищников надо было еще поискать на всех известных, населенных планетах. Короче, им было наплевать на броню, боевые лазеры и защитное поле – они все равно проникали в звездолет и съедали в нем все живое. А если звездолет падал в озеро или глубокую реку, то наши местные щуки, ерши и раки прогрызали его броню, а потом плавали по звездолету до тех пор, пока не съедали там все живое.

Я думаю, что сейчас наше зверье состояло сплошь из мутантов – когда-то какой-нибудь медведь или волк загрыз пришельца с его микробами и бактериями, а потом приобретал такие свойства и привычки, что лучше с ним не встречаться. Землян, особенно местных жителей, они по-прежнему, – скорее, по привычке, опасались, но боялись огня, а вот инопланетяне были для них лакомством.

Наши леса были глухие и труднопроходимы. Ориентироваться в них могли только некоторые редкие местные жители, – например, я или мой дед. Поэтому поиском этих упавших инопланетных звездолетов, несмотря на присутствие в лесах таких свирепых диких животных, которые могли прогрызть любой металл и пластик, занимался из нашей деревни только я. Местные медведи, волки, лоси и представители нечистой силы знали меня и не нападали первыми. Более того, – они подсказывали мне, где можно было найти звездолет пришельцев, которых они уже с аппетитом скушали.

Вчера к моему дому прискакал на своих пяти ногах огромный зеленый волк, похожий на чудовище из детской сказки и завыл у самой калитки. Я тотчас выскочил из дому и без его слов понял: – на одной лужайке, близ Чертовой речки, в густой ельник приземлился звездолет. Дикие звери сразу же собрались около него, устроили засаду и дождались, когда люк его открыл какой-то неосторожный пришелец. Волки с медведями сразу ворвались в этот звездолет и устроили там обед: – сожрали все живое. Теперь, когда упавшая с неба машина лежала никому не нужная около Черной речки, волк сообщил мне, что мне надо будет посмотреть на нее. Опасности она ни для кого из людей уже не представляла, и если мне надо посмотреть, что представляет этот космический корабль, то мне следует поспешить, иначе лешие с водяными присвоят его и будут там развлекаться с русалками и кикиморами.

Я поклонился этому зеленобурому волку и сказал, что непременно приду и посмотрю на это внеземное чудо. Мне даже не надо его искать: – это место я знал хорошо, так как у моего деда был когда-то там сенокос, и он меня иногда брал с собою, когда косил и сметывал стога.

Достав из своего кармана большой кусок сахара, я кинул его волку. Он на лету его поймал, моментально сгрыз, облизнулся и побежал обратно в лес. Сладости любят не только люди: – даже свирепые лесные звери. Волк не зря прибежал ко мне с новостью – он рассчитывал на премию в виде куска сахара…

Доделав все свои домашние дела, я одел свою старую лесную одежду: – энцефалитку, кирзовые сапоги, нацепил на пояс охотничий нож, и, закинув рюкзак с обедом и сахаром на плечи, – для волков с медведями и лис, отправился к Чертовой речке. Через пару часов я уже подходил к дедову сенокосу. Он уже зарос ивой, елками и молодыми березками, потому что я не держал никакой скотины, а довольствовался обществом своего кота Кузи.

Этот хитрый и своевольный домашний кот где-то подружился с одной лисицей, а потом приобрел странные привычки и сменил свой полосатый серый мех на черный. Кроме того, он стал большим и иногда убегал вечером к своим новым друзьям – лисам и бурундукам. Я его не держал: – он был совсем самостоятельный, этот котяра, и он иногда сопровождал меня, когда я шел в лес за грибами или за ягодами.

Что-то дьявольское появлялось в его повадках, когда он рыскал по всему лесу в поисках волшебной травы, грибов или ягод. Наверное, он тоже подцепил от своих новых лесных друзей какой-то внеземной микроб или бактерию… И теперь он решил составить мне компанию – бежал, как черная собака, то спереди, то сзади меня. Лаять он не умел, но когда ему попадалось что-то интересное, то он издавал такой душераздирающий вопль, что все живое бежало от него, а я наоборот – ускорял свои шаги, чтобы посмотреть на чудо, которое обнаружил мой Кузя. Это был или незнакомый мне зверек, большой гриб или поляна с крупной земляникой.

Кузя прибежал ко мне, когда я только подходил к сенокосу. Черная шерсть у него стояла дыбом, глаза горели, хвост распушился и он сказал мне «Мяу!!!!». Я тотчас понял, что он что-то нашел. Так и было: – из ельника и зарослей ивы, которыми заросла пойма речки, торчал корпус космического корабля. Судя по его размерам, он был не очень большой – метров пятьдесят в длину. На его обшивке присутствовали несколько орудийных башен и несколько маленьких стеклянных пузырей, из которых торчали стволы какого-то оружия. Звездолет был сплюснутый, как камбала: – высота его была от силы метра четыре. Следов его торможения было не видно, – он, наверное, просто рухнул из нашей атмосферы.

К нему уже была натоптана еле заметная дорожка: – это дикие звери, увидев непонятную штуку, решили осмотреть ее и съесть все живое, что в ней находилось. Пробравшись по этой тропинке к самому корпусу звездолета, я наткнулся на распахнутый люк. Кузя тотчас обогнал меня и прошмыгнул внутрь. Я остановился и стал ждать возвращения моего разведчика – он должен был мне доложить, есть кто-нибудь внутри, или нет.

Он выскочил из люка так быстро, что я не успел даже достать сигареты. Сразу взобрался на мои плечи и стал быстро мяукать. Что-то было в его поведении не так, но я не понимал. По его поведению я никак не мог определить, есть в этом корабле кто-то, что-то, или нет. Судя по словам волка, они уже съели все живое, что в нем было. Так что же испугало моего кота?

Я выкурил сигарету и решил сам посмотреть на внутренности этого звездолета. Достал фонарик, потом срезал ивовую палку и полез внутрь.

Прошел по коридору, открывая по пути все двери, которые мне попадались по дороге. В них были каюты экипажа. Но на койках были только обглоданные кости – это все, что осталось от внеземных форм жизни. Это была работа земных лис, волков и медведей, которые потрудились за время, которое прошло с тех пор, когда звездолет упал в пойму реки. Потом дошел до корабельной рубки и, остановившись в дверях, осмотрел ее.

В центе ее был огромный монитор с мигающими разноцветными огнями, под ним был большой пульт управления с несколькими креслами. А над ними был прозрачный купол, сквозь который было видно солнце и мерцающий диск месяца. Все было, на мой взгляд, в исправности. К сожалению, мне уже никогда не узнать, откуда прилетел этот звездолет и почему он совершил здесь свою неудачную посадку – экипаж был мертв, корабельного и вахтенного журнала не было.