Алексей Артемьев
Киселёв, кем ты хочешь стать, когда вырастешь?

Я с трудом открыл глаза и посмотрел на свои руки. Всё было настолько расплывчато, что окружающий мир превратился в океан, а мои пальцы казались беспомощными щупальцами. Пошатываясь, я, цепляясь за стул, кое-как поднялся и огляделся. Ни души.

Вокруг валялись пустые бутылки, объедки, затоптанные окурки. Разбитая люстра болталась на потолке, чья-то кофта лежала в углу. И посреди этого бардака – я.

Тошнота, головокружение, сухость во рту, слабость и предательская дрожь в коленях – всё кричало о том, что вчерашняя «вечеринка» в заброшенном доме на окраине города закончилась для меня не просто весёлым времяпровождением в компании и гуляньем, а откровенной подставой. Меня, трезвенника, никогда прежде не прикасавшегося к бутылке, напоили до беспамятства и бросили здесь одного, как половую тряпку на пол.

– Вот же сволочи! – прошипел я, сжимая кулаки. – Дождусь, только голова перестанет раскалываться… Тогда устрою им очень душевный разговор.

Взгляд скользнул вниз, к рукам. Ладони, запястья: всё было исписано похабными словами и непристойными рисунками.

– Козлы… – стиснул я зубы. – Наверное, и на лице нарисовали…

Проверить это было невозможно: поблизости не оказалось ни одного зеркала, а телефон, как назло, остался дома на компьютерном столике. Зато нашлась наполовину пустая бутылка воды. Сделав несколько жадных глотков, я посидел, переводя дух, и наконец-то выбрался из здания.

Школа сегодня точно могла обойтись без меня. Главное – добраться до квартиры и прийти в себя. Родители ничего не узнают – я уже как год живу в городе один.

Причина моего переезда была обыденной: наша деревенская школа заканчивалась девятым классом, как и другие в округе, а большинство и вовсе закрылись. Пришлось снимать комнату в городе, в часе езды от дома, чтобы продолжить учёбу.

Городская школа, чужие люди, самостоятельная жизнь – всё это казалось таким важным, а теперь не имело никакого значения.

Шагая по улице и пытаясь сообразить, где ближайшая остановка, я поймал себя на мысли, что уже пятнадцать минут бесцельно кружу по району. Вдруг ноги сами понесли меня к скамейке. Я присел и закрыл глаза, подставив лицо весеннему ветерку, пахнувшему свежей травой и распускающимися почками тополей. В этот миг мир будто замер, и мне стало так хорошо, ведь не нужно было никуда спешить. Сидишь, наслаждаешься пробуждающейся природой, мыслями улетая куда-то далеко, в мир своих фантазий…

Неожиданно на лицо упала капля, и я услышал всхлипывания. На соседней скамейке сидел худощавый мужчина в выцветшем сером плаще. Длинные, спутанные волосы скрывали его лицо, а дрожащими руками он сжимал бумажку, не отрывая от неё взгляда. Что-то ёкнуло у меня внутри – может, потому, что и сам я был не в шоколаде. Порывшись в карманах, я нашёл две смятые купюры по сто рублей.

– Мужчина, возьмите, пожалуйста, – тихо сказал я, протягивая деньги.

Незнакомец резко поднял голову. Его пронзительный взгляд впился в меня, но лица я так и не разглядел: он тут же закрылся той же бумажкой, и его рыдания стали ещё громче. Посторонний бы решил, что перед ним очередная пьяница, но моё любопытство взяло верх:

– Может, вам помочь? Что случилось?

Он внезапно вскочил и обнял меня так крепко, что перехватило дыхание. Я уже собрался вырваться, когда мужчина внезапно рухнул обратно:

– Киселёв, будь добр, сядь ко мне и выслушай.

Ледяная дрожь пробежала по спине:

– Откуда вы знаете мою фамилию?

– Всему своё время, – прошептал он. – Сядь и всё узнаешь.

Делать было нечего. Да и спешить мне было некуда. Поэтому я присел к странному незнакомцу, готовый услышать его историю:

– С самого детства я был тем самым ребёнком, что верил в доброту и справедливость мира. Зло казалось мне чем-то неестественным, чужим. И вот, никогда не забуду я, как собрались однажды у бабушки родные, и приехала двоюродная сестра моя. Играли мы, болтали о всяком, и вздумалось мне угостить её чем-нибудь сладким. До нашего дома – рукой подать, через общий двор. Мне нужно было лишь сбегать к себе домой и взять шоколадные конфеты.

Выхожу из дома, сжимая полные ладони конфет, иду я счастливый, как вдруг мать навстречу:

– Куда это ты столько конфет несёшь?

– Сестрёнку угостить хочу, – отвечаю я, всё ещё улыбаясь.

– Отнеси обратно и скажи, что не осталось, – строго произнесла она, указав пальцем на дверь.

И пошёл я обратно, а на душе стало так обидно и горько. Кладу конфеты в буфет, а из головы мысль не выходит: «В мультиках, книжках, сами же родители учат – делиться надо. Отчего же мама сейчас так говорит?»

Шли годы. Пошёл я в школу. Начальные классы кончил хорошо, хоть и немного не дотягивал до отличника. Правда, бывало, и учёба хромала, и поведение оставляло желать лучшего. Вспоминаю, как вечером после школы думаю: «Задачек по математике немного, утром сделаю». А утром: «На перемене успею». В итоге – опять несделанная домашняя работа. Или вот случай: городская экскурсия. Все идут дружно, взявшись за руки, а я отбился и затерялся в переулках. «К чему эти нудные лекции экскурсовода? Разве их истину нужно зубрить, когда жизнь бьёт ключом?» – думал я примерно так. И бродил одинокий, впитывая город не через чужие слова, а через собственные глаза. Но после жалобы классной руководительницы родителям стал учиться и вести себя прилежнее.

Настал пятый класс. Новые учителя, новые предметы, новые лица и эта странная смесь свободы с внезапно свалившимися обязанностями. Всё было так непривычно и любопытно.

Помню, будто вчера: сижу на истории, слушаю про Колизей и гладиаторские битвы. Закрою глаза и вижу перед собой: крики толпы, горячий песок, гладиатор с поднятым мечом… Если победит, получит свободу; если проиграет… Судьба его в руках орущей черни. Лишь один жест, палец вниз, и воин может избежать объятия смерти в самый последний момент. А были среди них и легенды: Фламма, двадцать один раз победивший и отвергавший свободу, или Спартак, раб, поднявший восстание, о котором помнят века спустя.

В седьмом классе у меня появилась мечта, хотя, нет, не просто мечта, а всепоглощающая и мучительная страсть, ради которой всем своим сердцем и всей своей душой был готов вступить в защиту, став нерушимой горой. Сколько путей своей жизни представлял раньше! Адвокат, врач, археолог и даже президент – всё это я примерял на себе. Но, в конце концов, выбрал археологию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.