Надежда Ефремова
Свет из прошлого
Роман

© Ефремова Н., 2025

© «Центрполиграф», 2025

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2025

* * *

Глава 1
Кто есть кто

Огромная тяжелая сумка с детскими вещами, перекинутая через хрупкое женское плечо, больно на него давит. Ребенок, обхваченный второй рукой, ерзает и волнуется. Слезы по щекам, прерывистое дыхание и быстрые шаги по перрону. Взгляд, суетливо бегающий по надписям на поездах и вагонах. Боль, пронзающая грудь, тревога и страх. Много страха. Он как затягивающее болото – мешает идти, дышать, видеть и даже слышать нормально. Вот он! Нужный поезд! Ура! Наконец-то! Только бы успеть до погони в него сесть! Где, где документы? Пожалуйста, только не задерживайте! Обостренные чувства улавливают напряжение в атмосфере. Если он кинется следом, то это конец! Что победит: безысходность или жажда спасения? Господи! Страшно обернуться и увидеть знакомый и ненавистный до дрожи в коленях силуэт. Недопустимо поддаться на привычные уловки, непозволительно все-таки остаться, не выдержать! Давай, поезд, миленький, трогайся и уноси маму с малюткой от этой сгустившейся тьмы!

В холодном поту Марина открыла глаза и почувствовала, что подушка вновь мокрая от слез. Один и тот же сон, как она убегает от мужа-тирана с крохотной дочкой на руках, преследовал ее уже много лет. И она никак не могла от него избавиться. Хотя у нее давно совсем другая жизнь, а дочери уже семнадцать лет, и совершеннолетие уже совсем близко. Еще немного – и ее дочь Оля станет по закону взрослым человеком, способным самостоятельно принимать решения. Ой ли? Марина усмехнулась, подумав об этом. Ведь сама она в этом году отмечала свой тридцать девятый день рождения и не могла ответить точно, умеет ли принимать действительно нужные решения?

Отдышавшись от кошмара, она пошла в ванную, чтобы умыться и привести себя в нормальное, более или менее уравновешенное состояние. Телефон предательски молчал, а ведь она так ждала заветного сигнала! После ванной нужно было обязательно сделать кофе с молоком для двоих: для себя и для дочери. А как же хочется сварить кружечку еще и для Олега! С ним Марина встречалась уже целых полгода! В то время как ранее ее отношения с мужчинами после тяжелого развода продолжались не более пары месяцев. И поэтому надежды на Олега возлагались большие. Несмотря на это, дочери она своего избранника до сих пор не показала. «Вот сделает предложение, тогда…» – размышляла она. И Оля платила ей той же монетой: не знакомила маму со своим парнем.

Но вот уже пятый день он никак не выходил на связь, что беспокоило Марину не на шутку. Но для Олега это было совсем не впервой. Он мог пропасть на пару-тройку суток. Марина очень боялась его потерять и поэтому болезненно переживала его отсутствие, будто случился настоящий и окончательный разрыв без объяснения причин. Но Марина старалась не показывать ему своих внутренних сомнений и уж тем более не устраивать истерик, потому что боялась потерять. Она не названивала по сто раз на дню. Просто смиренно ожидала его появления, переживая свою собственную эмоциональную бурю в гордом, точнее, в горьком одиночестве. И ведь он появлялся – как ни в чем не бывало. И все продолжалось опять. Нечастые встречи, но ежедневная переписка, будто он держал руку на пульсе, чтобы ее тихое сердечко не перестало биться в мыслях о нем.

Что Олег постоянно находится в разъездах, занят и не всегда может ответить, потому что работает монтажником окон, Марина знала только с его слов, но верила и всегда старалась оправдать, если что-то не сходилось в его рассказах. Он был очень милым, красивым и фигуристым, с обворожительной улыбкой и набором приятных фраз, способных держать Марину в нужном для него состоянии и всегда готовой бежать к нему по первому зову. Ее жизнью он особо не интересовался, но периодически искусно делал вид, что ему интересно. А Марина все мечтала узнать его поближе, выйти за него замуж, разделить быт, горести и радости. Но предложения руки и прохладного сердца так и не поступало.

Это майское утро выдалось туманным, серым и даже сырым. Марина смотрела из окна с высоты девятого этажа и сжимала в руках теплую кружку с ароматным кофе. Телефон лежал рядом на столе и по-прежнему предательски молчал. Молчал уже пять дней! Олег не отвечал ни на звонки, ни на сообщения.

– Мама! Ты опять полночи не спала из-за этого своего Олежека? – На кухню вошла Оля. – Я вообще не понимаю, как ты терпишь то, что он регулярно исчезает? Извелась уже вся, похудела даже, мама! Смотри, какие синяки под глазами! Не выспалась, конечно! Как работать-то будешь?

Марина не знала, что ответить. Возразить было нечего. Она и сама не знала, почему всегда ждет Олега, когда тот может просто взять и пропасть с радаров на несколько дней. И когда он вдруг решал проявиться, то делал это с элегантной легкостью, продолжая привычное общение. И ей нечего ему предъявить, иначе останется совсем одна, а этого она боялась больше всего на свете!

– Оля, прекрати! Как я могу его не ждать? Да, мне и самой хочется, чтобы он никуда не девался, но что я-то могу сделать? Тем более он хорошо ко мне относится. Есть с чем сравнить, знаешь ли! А очереди из мужиков под окном я не вижу! – Марина демонстративно потянулась к окну и театрально отодвинула штору.

– Да знаю, мама, знаю! Только такие его внезапные финты – это все равно не дело! Если бы он тебя ценил, то уже бы и предложение сделал.

– Сделает еще… – неуверенно возразила Марина.

Оля тяжело вздохнула. Маму ей было жаль, но никаких аргументов против Олега та не хотела принимать.

– У меня вот твой Максим тоже восторга не вызывает, но я тебе на мозги не капаю.

– Мама! Максим никуда не пропадает!

– Зато вспомни, как ревела неделю назад из-за него.

– Ну, повздорили немного, с кем не бывает?

– Вот именно! Каждый кулик свое болото хвалит.

Оля быстро допила кофе и подключилась к приготовлению завтрака. А Марина каждые пять минут кидала обеспокоенный взгляд на телефон, отчего дочь каждый раз вздыхала и смотрела на маму жалостливым взглядом. И вдруг аппарат издал долгожданный сигнал. Марина схватила его и вскрикнула:

– Это он! Ура, Оля, это он!

– Вот радость-то! – буркнула Оля, взяла свою тарелку и вышла из кухни.

А Марина дрожащими руками торопливо открыла прилетевшее сообщение. И тут же счастливая улыбка пропала с ее лица. Содержание коротенького письмеца ее немного смутило.

«Марина, привет! Мне нужна твоя помощь. Я немного приболел, но у меня намечена важная встреча. Сходи, пожалуйста, на нее вместо меня. Тебе там просто расскажут информацию, которую нужно передать потом мне. Ты меня очень выручишь. Я буду тебе благодарен и в долгу не останусь. Ответь срочно, и я пришлю тебе адрес».

– Вот супер! Сам может пропадать, насколько ему вздумается, а я должна ответить именно срочно!

Противное чувство, что Олег ее использует, когда ему что-то нужно, заполнило всю грудную клетку, и стало тяжело на сердце. Мгновенно острая радость от сообщения сменилась давящим разочарованием. Но Марина не могла не помочь человеку, который стал для нее близким, и написала в ответ:

«Привет! Очень рада, что ты написал! Скорее поправляйся, хочется уже увидеться. Давай адрес, после работы я схожу на твою встречу. Отпрошусь пораньше».

Адрес Олег незамедлительно отправил. Встреча должна была состояться в центре города, в одном из ресторанов в шесть часов вечера.

– Ну вот, еще и потратиться придется, а я Оле джинсы новые обещала. Как-то надо выкручиваться. Олег точно на свою же важную встречу мне денег не даст. Это только я на него трачусь, а он хоть бы цветочек подарил! – ворчала Марина, убирая со стола.

Трудилась Марина секретарем и бухгалтером в антикварном магазине, хозяином которого был человек в почтенном возрасте. Очень воспитанный, галантный и всегда аккуратный. Он по-доброму относился к своим сотрудникам и при этом был талантливым руководителем и предпринимателем. А звали его Эрнест Петрович Еремеев. Имя нравилось Марине и казалось ей необыкновенно подходящим начальнику – редкое, литературное, немного старомодное. У Еремеева она работала последние семь лет. Это место она полюбила и дорожила им.

У Эрнеста Петровича были частые встречи с коллекционерами и ювелирами, которые она готовила с особой ответственностью. На ее плечах было все – от писем до кофе. Она с большим трепетом хлопотала в кабинете руководителя и в приемной, помогала и в торговом зале. Шеф ласково называл ее хозяюшкой, и она чувствовала, что Эрнест Петрович относился к ней по-отечески.

Сегодня он отпустил ее на час раньше, но попросил подготовить к завтрашнему дню очередной важный договор. Она решила, что сделает работу дома вечером. А сейчас ей нужно было спешить на встречу, навязанную Олегом. Требовалось занять определенный столик, который уже был якобы забронирован. Сути встречи Олег так и не объяснил, и Марина переживала, прокручивая в голове самые различные варианты. Одной из мыслей была и о том, что, может быть, он таким образом хочет с ней расстаться? А сам сказать не может, поэтому кого-то попросил? Нет, ресторан для такой цели – это уже слишком. Он за все время знакомства в кафе-то ни разу не пригласил, а тут ресторан!

Марина заказала кофе и ерзала в ожидании. Народу было немного, но на некоторых столиках стояли таблички с надписью «Заказано». «Наверное, более поздним вечером здесь будет битком, как в маршрутке», – подумала Марина. И тут ее взгляд наткнулся на троих молодых мужчин, которые вошли в ресторан. Вид у них был весьма неприветливый и даже бандитский. Как только у Марины мелькнуло в голове: «Только бы не ко мне», как они уверенной походкой подошли к ее столику и сели напротив. Все тело ее разом сковало, а ладони обдало ледяным потом.

– Ну, здравствуйте, барышня! – начал один из них.

Марине сразу показалось, что они хотят ей, как говорят в определенных кругах, что-то предъявить. Может, они ошиблись и сели не туда? Перепутали? Но пугающие ее мысли оказались верными: встреча должна была состояться именно с этими ребятами. Парень высокомерно продолжал:

– Олег сказал, что вы рассчитаетесь с нами.

– В смысле? – еле произнесла Марина, пытаясь безуспешно проанализировать происходящее.

– В коромысле! – грубо ответил второй, за что получил сильный толчок в бок от первого, отчего сразу осекся и продолжил в упор смотреть на испуганную женщину.

– По его долгам перед нами, – спокойно продолжал тот, кто начал разговор.

– Вы, наверное, ошиблись, – дрожащим голосом произнесла Марина.

Сейчас ей больше всего захотелось взять и оказаться дома, рядом с дочкой. Вокруг стало как-то особенно темно и тревожно. Официант принес ей кофе, что казалось сейчас совсем неуместным. Парням в кожаных куртках он предложил меню, и один из них стал с важным видом его листать.

– Дело в том, что Олег нам клятвенно обещал, что сегодня на эту встречу придет симпатичная женщина, которая возьмет на себя все его обязательства и выплатит нам его небольшой долг.

– Но меня Олег об этом не предупреждал. – Марина попыталась возразить.

– Девушка, милая, это ваши с ним дела, что и кому объяснил или не объяснил. А наше дело малое – забрать долг, только и всего. Вы не переживайте так, там всего восемьсот тысяч рублей.

Марина потеряла дар речи и вообще перестала понимать, что происходит.

– Давайте с вами договоримся о том, когда и где вы нам передадите эту сумму.

– У меня нет таких денег, да и за долги Олега я не отвечаю. Вы меня с кем-то путаете.

Марина встала из-за стола, но тут же один из мужчин усадил ее обратно.

– Раз вы пришли сюда сегодня, значит, отвечаете. Олега вы знаете, пришли вместо него на встречу, поэтому заднюю не включайте. Долг мы все равно с вас возьмем, поэтому давайте-ка по-хорошему.

Марине захотелось разрыдаться от беспомощности и страха, но делать этого сейчас нельзя было, чтобы не вызвать еще большую агрессию этих гостей.

Вдруг у столика оказался высокий мужчина в светлом костюме и с бейджиком «Управляющий» на лацкане. Как он подошел, Марина не видела, но очень обрадовалась его появлению. Он схватил Марину за плечо и выволок из-за стола с грозной речью:

– Вот ты где?! Ты что тут делаешь за забронированным столиком? Опять кофе выпросила у Славика? Я тебе дам! Сказал же – жди Александра в кабинете! – И тут же он обратился к парням: – Простите, ради бога! Это жена моя, вечно усядется за занятый столик! Сейчас вам принесут кофе за счет заведения.

Те округленными глазами смотрели на мужчину, теперь они не понимали, что происходит. А управляющий тем временем, пользуясь возникшей паузой, быстро утолкал Марину в сторону служебных помещений, а там по короткому коридору завел в кабинет. Женщина не сопротивлялась, хотя ей было страшно, и она пыталась понять, что за нелепая ситуация сложилась. Но с этим человеком было не так жутко, как с теми тремя головорезами. Когда они оказались в кабинете, мужчина запер дверь на ключ изнутри.

– Извините, а какого Александра я должна была ждать?

Ей на минуту подумалось, что это, возможно, тот человек, который и должен был прийти на встречу по поводу Олега. Но ответ ее очень удивил.

– Не знаю, вам виднее! – улыбнулся управляющий.

– В смысле? – опять не поняла Марина.

– А то, что я назвал вас своей женой, вас не удивило? Только то, что какого-то вымышленного Александра нужно дождаться, вас заинтересовало?

– Вымышленного?

– Именно. Я выдумал абсолютно все, что сказал там, за столиком, чтобы вырвать вас из лап злоумышленников. Я видел их поведение и слышал ваш разговор. Ничего хорошего он не предвещал.

– Вы решили мне помочь?

– Да.

– Почему?

– Потому что я неравнодушный человек. Не могу позволить, чтобы обижали слабых, тем более если есть возможность предотвратить инцидент. Эти парни сейчас переварят, что я сказал, потом подумают, что вы действительно не та, с кем они надеялись встретиться, подождут немного и уйдут. А по своим долгам пусть уж отвечает сам Олег, если я правильно расслышал его имя.

– Да, Олег, все верно, – вздохнула Марина.

– Присаживайтесь, вам сейчас не нужно выходить в зал. Попозже я узнаю у охраны, ушли ли эти наши неприятные гости. Затем я отвезу вас домой, чтобы они вам по дороге не встретились.

– А-а-а! – До Марины дошло, что управляющий рестораном просто спас ее по доброте душевной, на ходу придумывая, что сказать при этом. – Я не знаю, что бы со мной было, если бы не вы! Даже подумать страшно!

– А вы и не думайте, раз страшно. Просто хорошо, что я рядом оказался и вовремя сориентировался. А этот Олег знакомый ваш?

– Да, – растерялась Марина, – он подставил меня, получается…

– Выходит, что так. Мне очень знакомо ваше лицо, как вас зовут?

– Марина… Если честно, то вы мне тоже кого-то напоминаете.

– Точно, Марина, значит, я не ошибся. А я Станислав Владимирович Громыкин. А ваша девичья фамилия Строева?

– Да-да. Подождите! Я поняла! Стас?! Вот это да! – засмеялась от неожиданной встречи Марина.

– Да, это я. Земля круглая, ничего не скажешь! Помните, наши мамы дружили, а я пытался оказывать вам знаки внимания?

– Да, нам было лет по шестнадцать! А до юношеских знаков внимания мы почти все детство во дворе вместе проносились. Вот так встреча!

– Действительно, негаданная! Но приятная. Сейчас нам кофе принесут и перекусить. Вы же не успели там, в зале, даже к кружке прикоснуться, а кофе у нас исключительно вкусный!

– Спасибо большое, Стас! Какое счастье встретить вас именно сегодня!

– Да, судьба меня вам послала, чтобы с вами ничего плохого не случилось.

– Точно! А вы верите в судьбу?

– Абсолютно.

В дверь неожиданно постучали, Марина вздрогнула. Голова тут же закружилась от вновь подступившего волнения. Станислав подошел к двери и аккуратно слегка приоткрыл ее. Марина поняла, что снаружи находится официант, и вздохнула с облегчением. В руках управляющего оказался поднос с двумя кружками и тарелками с пирожными, фруктами и какими-то закусками.

– Ушли? – тихо спросил он у официанта.

– Нет, сидят, ждут, кофе пьют за счет заведения.

– Ясно, маякните мне, когда уйдут.

– Хорошо, Станислав Владимирович.

– Спасибо, Юра.

Мужчина снова запер дверь на ключ и предложил Марине угощение.

– Вас муж не потеряет?

– Вы знаете, Стас, мужа у меня нет.

– Серьезно? Шутите, наверное.

– Серьезно. Был, но… воспитываю, в общем, дочь одна.

– Ого! А сколько лет девочке?

– Семнадцать. Живем с ней вдвоем.

– Большая уже. А я, представьте, воспитываю сына. Мы тоже живем с ним вдвоем. Ему девятнадцать, уже взрослый. В медицинском учится, будущий врач, моя гордость.

– Какой молодец! А моей поступать в этом году. Скоро уже документы подавать, а она не может определиться, то ли в экологию податься, то ли тоже в медицину. Экзамены выбрала химию и биологию. Нравится ей эта тема. Только вот над сферой пока думает.

– Похвально!

– Она у меня вообще девушка разносторонняя. Я дочь в основном поддерживаю. Хотя и не во всем у нас мир да согласие, если честно.

– О, это я понимаю, та же история.

– Связалась тут с каким-то парнем, но мне он не нравится, потому что голову ей пудрит.

– Возраст! Вечные проблемы отцов и детей.

– Ой, и не говорите!

– А если вы не замужем, то этот Олег, вероятно, и есть ваш мужчина?

– Ну, как вам сказать? – задумалась, грея руки о кружку, Марина. – До сегодняшнего дня я думала именно так.

– Да, не дело это – на свою женщину долги спихивать.

Марина тяжело вздохнула, осознавая, что дочь в отношении Олега все-таки была права. Ком подступил к горлу, но плакать сейчас никак нельзя было, и она держалась изо всех сил.

Прошло не менее двух часов, прежде чем Станиславу сообщили, что те самые гости наконец-то удалились.

– Ну, вот и все, могу везти вас домой, они ушли.

– Отличная новость, спасибо! Аж дышать сразу легче стало. А то мысль о том, что они там сидят и ждут, леденила мне кровь!

– Да, понимаю, крайне неприятные ребята, да и поступок этого Олега тоже.

Марина снова вздохнула в ответ.

– Сейчас уточню у охраны, они действительно уехали или у входа ошиваются.

Станислав позвонил по телефону, а закончив разговор, сказал, что путь свободен. Затем он протянул Марине свою визитку. Ей было неловко, но она взяла ее и убрала в сумочку.

– А номер своего телефона вы мне скажете?

– Да, конечно! – Марина сомневалась, нужно ли это, и зачем он спрашивает, но все же продиктовала.

Дома она оказалась около девяти часов вечера. Оля была предупреждена, что мама отправится после работы на встречу Олега, поэтому спокойно занималась своими делами.

– Оля, привет! Не потеряла меня?

– О, мам! Привет, нет, не потеряла, а должна была?

– Нет, конечно, просто спрашиваю.

Марина, первым делом избавившись от куртки, подошла обнять Олю, которая сидела за компьютером.

– Ты чего, мамуль? Бледная такая. Случилось чего?

– Ой, дочуня, ты ведь была права насчет Олега.

– Он что-то натворил?

– Не то слово, Оленька, не то слово! – Марина устало и со вздохом опустилась на стул. – Ты представляешь, он отправил меня на встречу со своими бандитскими кредиторами. Кажется, меня теперь по ночам будет преследовать еще один кошмар.

– И что там было-то, на той встрече? – Оля отвернулась от монитора и обеспокоенно посмотрела на маму.

– Там сначала был какой-то кошмар, они требовали от меня, чтобы я покрыла долги Олега. А потом случилось настоящее чудо! – И Марина рассказала про то, как ее буквально спас управляющий рестораном, который еще и оказался давним знакомым.

– Ого! А ты этого Станислава хорошо знаешь?

– Сейчас уже совсем не знаю, а в юности знала довольно неплохо.

– А почему ты так грустно об этом говоришь?

– Ох, доча, дело в том, что твоя мать совсем не святая!

Оля ехидно улыбнулась, соглашаясь с высказыванием.

– Я очень некрасиво с ним поступила, когда он за мной ухаживал. Потом наше общение и оборвалось. Вот я дура была! Как бы мне хотелось, чтобы ты не повторяла моих ошибок, доченька!

– Мам, ну ты чего? У меня все, слава богу, нормально. Максим – хороший парень!

– Ой, не знаю, не знаю! Я уже вообще не понимаю, кому можно доверять в этом мире! Кстати, ты знаешь, Стас сказал, что у него девятнадцатилетний сын. Учится в медицинском, он им гордится. Наверное, парень ничего.

– Мама! Ты на что это тут намекаешь?

– А что такого?

– Пойду тебе подогрею поесть, а то ты совсем плохо выглядишь, еще и с голоду придумываешь всякое…

– Ну спасибо, доча!

– Да я в том смысле, что уставшей ты выглядишь, мам! Уставшей и расстроенной.

– Да, есть такое. Спасибо, Оль, я бы и правда поела. Пойду я пока за компьютер, мне еще договор делать, наверное, полночи. Вообще сейчас ничего не соображаю.

– А кстати, мам, – крикнула из кухни Оля, – как ты там некрасиво со Станиславом поступила тогда?!

– Даже вспоминать стыдно, Оль! Ну, в общем, дело было так. Он в очередной раз ко мне пришел, цветы принес. Красивые! Букет такой милый, нежный. А я с девчонками во дворе на лавочке сидела. Он не струсил, подошел, сделал комплимент, позвал гулять. А я при всех посмеялась над ним. Сказала, что он надоел мне уже со своими нелепыми ухаживаниями. Конечно, он расстроился. Вручил цветы бабушке, которая сидела на соседней скамейке, и ушел, не оборачиваясь. Самое страшное в том, что я была уверена, что ничего плохого я не сделала и что он придет, естественно, еще. Но, конечно, я ошибалась. Я совершила просто ужасный поступок, а он не пришел. Вообще больше не приходил. Никогда. Я и не видела его с тех пор. Как-то спросила у мамы, как там сын тети Лиды, но она сказала, что не знает точно, вроде учиться уехал в другой город. Вот и все.

– Ого!

– Ты знаешь, сегодня он соврал, что я его бестолковая жена, чтобы спасти от тех типов.

И я вот сейчас думаю, что быть его женой было бы гораздо лучше, чем подругой Олега.

– Мам, а ты вовремя вспомнила, вон тебе Олежек как раз и звонит.

Марина быстро очнулась от своих мыслей. Еще утром этот звонок означал бы искрометное счастье, а теперь навевал тревогу и страх.

– Алё.

– Марина, как это понимать?

Она услышала знакомый до боли голос. Сейчас в нем звучало нескрываемое раздражение.

– Что именно?

– Почему ты не пришла на встречу сегодня? Я вообще-то надеялся на тебя!

Тут Марина растерялась. Получается, те парни поверили в историю Станислава и решили, что подруга Олега, готовая поручиться за него, не пришла?

– Я знаю о твоем долге, Олег. И о том, что ты хочешь спихнуть его на меня.

– Откуда ты знаешь, если не дошла до ресторана?

– Я пришла, но вовремя увидела и услышала, как компания суровых молодых мужчин навязывает твои долги женщине, которая случайно присела не за тот столик. Я все поняла и поспешила сразу уйти.

– Ты меня подставила! Как ты могла?

– Олег, ты в себе сейчас? Вообще-то это ты меня подставил. Я не буду отдавать за тебя долги. У меня, конечно, нет такой суммы.

– У антиквара своего что-нибудь сопри, он и не заметит! В его магазине столько всякой дорогой ерунды!

– Олег, ты в своем уме? Я не пойду на это ни за что!

– Что ж ты упрямая такая, Марина! Ты понимаешь, что я и обидеться могу?!

– А то, что обидеться могу в конце концов я, это ничего?

– На что тебе обижаться-то? Я всем сердцем к тебе! Думал, что ты не такая, как все! Мариш, а давай ты кредит возьмешь? А я приеду к тебе завтра, а? Пойдем в гостинице номерок снимем, давно не виделись все-таки!

– Олег, какой кредит? Почему его должна брать я? Почему не ты? Это же твой долг! Как, кстати, ты умудрился столько задолжать, да еще и таким людям?

– Марина, какая разница? Тем более что тебя это не касается!

– Супер! То есть твои дела меня не касаются, а долги отдавать – это почему-то я! Как это так интересно получается?

– Ой, ну что ты начинаешь? Неадекватная! Надоела ты мне уже со своими истериками! Даже помочь не можешь, скряга!

У Марины дыхание перехватило от такого безграничного хамства, и она отключила телефон, с трудом делая вдох.

– Ну, вообще! Ну, он дает!

Марина встала и нервно заходила по комнате.

– Мам, чего он там?

– Возьми, говорит, кредит или стяни что-нибудь у антиквара! Представляешь?

– Да он вообще ку-ку, мам. Заблокируй его, пусть больше не звонит.

Марина рухнула на диван и заплакала навзрыд. Наконец-то можно было дать волю чувствам, а то вечер выдался ну слишком эмоционально насыщенным. Так больно и холодно стало от всего этого. Оля присела на краешек дивана и положила руку ей на спину. Мать, казалось, и не заметила этого. Оля взяла ноутбук и вышла из комнаты на кухню, чтобы мама побыла одна.

С утра Марина проснулась от привычного звука будильника и обнаружила, что она так и уснула, уткнувшись в подушку, которая до сих пор оставалась влажной от ее слез. Она вскочила и начала собираться на работу, но тут вспомнила, что не подготовила вчера договор, который обещала шефу.

– Боже мой! Договор! – Марина схватилась за нечесаную голову, а на душе стало еще тяжелее. – Как же мне теперь в глаза Эрнесту Петровичу смотреть? Ох, Олег, Олег, одни проблемы от тебя, зачем ты мне вообще встретился?

В памяти почему-то всплыли радостные моменты, проведенные с этим мужчиной, которые все же были. Снова очень захотелось плакать, но нужно было срочно приводить себя в порядок и бежать на свое любимое рабочее место и быстренько приниматься за договор.

– Как теперь я перед шефом появлюсь? Я же обещала!

Марина не любила нарушать свои обещания. И сильно переживала, если такое все-таки случалось. С большим чувством вины за невыполненную в срок работу она вошла в антикварный магазин. Ей повезло – руководителя на месте еще не было, и она быстро приступила к созданию договора. Но мысли никак не хотели собираться в стройный ряд. В голове то и дело рисовались картинки с возможными последствиями вчерашней встречи с бандитами, которым задолжал Олег.

– Боже мой! Если бы не Стас! Что же могло произойти? – прошептала она и тут же вздрогнула от телефонной мелодии.

Звонила хозяйка квартиры, которую Марина снимала. Сердце почему-то неприятно сжалось в предчувствии неладного.

– Да, Елена Андреевна, здравствуйте, – как-то обреченно выговорила она.

– Марина, здравствуй! Знаешь, мне нужно, чтобы вы с Олей освободили квартиру.

Что-то тяжелое в груди Марины оборвалось и рухнуло вниз. Образовалась неудобная пауза.

– Марина, через неделю приезжает мой сын. Он будет жить в той квартире. Женился, пока в другом городе учился. Вот, жену привезет с собой.

– Здорово, поздравляю, – попыталась изобразить радость за женщину и ее сына Марина.

– Так, сегодня среда, давай я во вторник за ключами приеду.

Конечно, расстроенная Марина не могла сказать: «Нет, не давайте», поэтому буркнула в трубку тихое и безнадежное «да». Когда она попрощалась с Еленой Андреевной, в приемную вошел Эрнест Петрович. Увидев его, Марина чуть в голос не разрыдалась, ведь договор еще не был готов.

– Марина, здравствуй! На тебе лица нет, что случилось?

– Ох, Эрнест Петрович, я так перед вами виновата! Здравствуйте!

– Виновата? Почему? Что ты могла натворить? – по-доброму посмеялся седоволосый джентльмен со стильной тростью в руках.

– Я не успела подготовить договор, простите меня, пожалуйста!

– Ну ладно, ничего критичного, сегодня успеешь ведь?

– Да, конечно!

– Ну, договор понятно, а провинилась-то в чем?

– В этом и провинилась…

– Ой, Марина, больше напугала меня! Какая в этом-то проблема?

– Обещала же я вчера сделать, чтобы к утру был готов… Просто у меня и вчера, и сегодня такие обстоятельства… – Марина остановилась, не зная, что говорить дальше.

– А сегодня-то что у тебя успело случиться?

Марина тяжело вздохнула:

– Меня выселяют из съемной квартиры. Только что сообщили, что уже во вторник мне нужно отдать ключи.

– Ого! Вот это уже проблематичней, чем договор. Знаешь-ка что, ты так не убивайся. У меня идея есть. Если не брезгуешь, можешь пожить у меня на даче, она очень близко от города, там почти все соседи живут уже постоянно, не только летом. Возвращаются люди к идее обитания в собственном доме да ближе к природе. Автобусы ходят регулярно. Да и я там недалеко дом построил, через несколько улиц. Только на даче той столько хлама скопилось с давних времен, что придется разгрести.

– Да вы что, Эрнест Петрович?! Правда?! Вы мой спаситель, спасибо огромное! А сколько стоит, какая арендная плата?

– Мариночка, какая плата! Живите так! Ты же с ребенком.

– Эрнест Петрович, спасибо! Спасибо! Да ребенок уже подрос, выпускной в этом году.

– Быстро дети растут.

– Ой, не говорите! – Марина не выдержала накала эмоций, слезы потекли по лицу.

– Ладно, ладно, не плачь! От проблем не рыдала, а от радости раскисла! Ох вы, женщины, загадки, да и только!

Марина хихикнула сквозь слезы и затрубила в платок на весь магазин.

– Ладно, давай успокаивайся, сделай нам с тобой кофе, да готовь договор, он мне нужен.

А после работы я свожу тебя на дачу эту, покажу. Вдруг еще не понравится. Тут, кстати, недалеко, так что с тем, чтобы добраться до нашего магазина, проблем не будет.

Он всегда перед сотрудниками называл магазин «нашим», потому что искренне считал это общим делом, а своих немногочисленных сотрудников – командой, уважал и ценил каждого.

В обед Марина позвонила дочери, чтобы поделиться новостями о скором переезде. Та восторга не выразила, но и сопротивлениями нервы матери трепать не стала. К концу рабочего дня, когда все дела на сегодня были переделаны и Марина осталась опять наедине со своими мыслями, она начала думать о том, как сложно бывает узнать, какой человек на самом деле, что собой представляет, и как легко обмануться в своем отношении к нему. В частности, вопрос был о мужчинах. Вот Олег. Она большие надежды возлагала на общение с ним. Строила планы, старалась всегда понять и простить, не наезжать, пока он уж совсем по-свински себя не повел. И взять шефа: он пустил пожить на свою дачу безвозмездно чужого человека, не родственника, не друга, а всего-навсего своего секретаря. Она не ожидала такого благородного поступка. А Стас? Она действительно не считала его стоящим вариантом, в итоге ошиблась. А бывший муж, Олин отец? Марина так его почему-то возвысила, что потом от разочарования лечилась от нервного срыва и уносила ноги с ребенком на руках. Получается, она все время ошибалась? И так и не знала, как понять, кто есть кто в этом мире.

Глава 2
Волнующие воспоминания

Спустя несколько дней Марина готовилась к переезду. Вся небольшая квартира была заставлена сумками, тюками и коробками. Глядя на эти нагромождения, Оля язвила, что тягать все это они с мамой будут неделю, не меньше.

– Нет, дорогая моя, переехать нам надо максимум за два дня! – отвечала ей Марина, а сама про себя тоже ужасалась, что ей с хрупкой дочкой придется поработать грузчиками и качками-тяжеловесами.

Но что поделать, как оказалось, помощь в этом буквально нелегком деле им никто оказать не мог. На Олега надежды, конечно, теперь не было никакой. За эти дни он звонил пару раз, был явно нетрезв, обвинял Марину в малодушии и скупости, угрожал, что вычеркнет ее из своей жизни, если она ради него не возьмет кредит. Почему-то какая-то надежда в душе Марины тлела, что когда он протрезвеет, то все еще может вернуться на круги своя, а может, даже изменится к лучшему. А разум все же подсказывал ей, что надеяться здесь не на что. Но после того, что он выкинул сегодня, Марина сама его вычеркнула из своей жизни. А в его-то она и не была никогда прописана, это стало понятно окончательно.

Но Олег, наверное, не был бы самим собой, если бы не отличился дополнительно.

Марина и Эрнест Петрович наводили порядок в торговом зале магазина, когда заявился Олег. Вроде и трезвый уже был, а вел себя отвратительно. В этот момент хозяин как раз ушел за чем-то в свой кабинет. С высокомерным видом незваный гость огляделся вокруг и заприметил коробку недалеко от выхода. Коробка не была закрыта. Из нее торчали какие-то вазочки и статуэтки, а также корешки старых книг.

– Марина, смотри, ты так себя ведешь, не хочешь мне помочь, а я к тебе даже на работу пришел!

– Какой ты молодец! – съязвила она.

– Я-то молодец, так и ты побудь молодцом. Марина, мое благополучие – в твоих руках!

– Это как это? – спросила Марина, протирая полки стеллажа.

– Марина, не дури, тебе всего-то надо взять кредит! Прямо сегодня! Тянуть больше нельзя!

– А почему ты сам его не возьмешь?

– Ну, понимаешь, я не могу. У меня с работой не ладится в последнее время, вряд ли мне дадут.

Марине на мгновение стало жалко Олега, но она вовремя одернула себя.

– Олег, у меня нынче дочь поступает в вуз, ты же знаешь, расходов выше крыши, выпускной и все дела. Не могу я.

– Тебе какой-то ненужный выпускной дороже моей жизни?

– Это он тебе ненужный, потому что не твой! А почему Оля должна лишаться возможности торжественно отметить с одноклассниками это важное событие? Из-за того, что какой-то абсолютно чужой человек залез в долги?

– Значит, я тебе чужой?

– Давай не будем здесь скандал устраивать, я тебя прошу.

– Просит она! А то, что я тебя прошу, тебя не волнует? Чужой, да?

– Для Оли – да. Я мечтала еще даже совсем недавно, чтобы ты стал ей отцом, старшим товарищем, опорой, но ты сам этого ведь не хочешь! Зачем тебе обуза в виде семьи? Ты желаешь лишь того, чтобы тебя самого содержали! И еще финты такие выкидываешь! Как ты мог задолжать восемьсот тысяч?! Куда ты их дел?

– Я уже говорил, что это не твое дело.

– То есть я должна взять кредит на не свое дело?

– Ты должна взять кредит для меня, для того, кого ты любишь, кто к тебе хорошо относится! Больше ты никому не нужна, посмотри на себя! Не девочка уж давно!

– Олег, я не пойму, ты надеешься, что если будешь меня оскорблять, то я тут же метнусь за займом для тебя, такого драгоценного и всем нужного?

– Драгоценного, говоришь? Ну-ну! – Олег пришел в ярость от неповиновения Марины. Он был уверен, что если она его увидит, то ее сердце не сможет ему отказать. И его проблемы будут решены, потому что у него получится переложить их на ее женские, а главное, чужие плечи, на которых и так лежит масса забот. Ну, подумаешь, еще и кредит добавится неизвестно за что.

Он стиснул зубы, и его глаза забегали по полкам, будто он искал добычу, и взгляд остановился как раз на той коробке, что недалеко от выхода. Он бросился к своей находке и схватил ее. В этот момент из дверей служебного помещения вышел директор магазина.

– Марина! – крикнул Олег. – Последний шанс тебе даю! Поможешь мне? Или пеняй на себя! – Глаза его сверкнули так, будто он сорвал куш.

Эрнест Петрович, заметив испуганный взгляд Марины, крикнул:

– Нет, пожалуйста, не трогайте эту коробку! Прошу вас, только не ее!

От этой фразы Олег совсем озверел, он злобно засмеялся и выскочил из магазина с украденной коробкой в руках.

– Кто нам мешал, тот нам помог, – спокойно сказал хозяин антикварного магазина и продолжил заниматься своими делами в торговом зале.

Эта ситуация развеселила Марину, и она рассмеялась, ведь Олег поживился коробкой с бесполезными вещами, которые приносили люди в надежде что-то за них выручить, но, узнав от оценщика, что предметы не представляют особой ценности, оставляли их в магазине. Время от времени такого неликвида набиралась коробка, которую выставляли у выхода, чтобы позже вынести на мусор.

– Эрнест Петрович! Это вы ловко придумали – крикнуть жалобным голосом! Это из серии: «Только не в терновый куст»?

– Так точно, – улыбнулся шеф.

Марина отметила, что ее уже второй раз подряд судьба спасает от Олега. И она решила больше ни за что не отвечать на его звонки.

– Как же хорошо, что я с ним серьезно не связалась!

– Это твой Олег, я правильно понял?

– Да, Олег. К счастью, уже не мой.

– Вот и правильно. Нечего с такими связываться. Слышал я ваш с ним разговор сейчас. Еле удержался, чтобы не выйти раньше времени и не огреть его своей тростью!

– Трость было бы жалко.

– Вот именно.

Дома поздним вечером, засыпая среди баулов с вещами, Марина думала о Станиславе. Вспоминала и тот момент, как он недавно спас ее в ресторане, и тот период юности, когда он пытался за ней ухаживать. Сейчас она винила себя за то, что не только плохо обошлась с ним, но и что вообще не принимала его искренних чувств. Она все надеялась, что он позвонит теперь или напишет ей, ведь не зря же он взял у нее номер! Но за прошедшую неделю он никак себя не проявил, что огорчало Марину. Позвонить сама она не решалась, боялась навязываться. Наверняка у него личная жизнь и все такое, а тут она заявится, привет из прошлого – нехорошо. Но надежда на то, что он проявится сам, не покидала ее, а воспоминания и сожаления стали навещать все чаще.

– Что имеем, не храним, потерявши, плачем, – тихонько прошептала она самой себе и уснула.

Она снова провалилась в тот сон – на длинный перрон, по которому нужно успеть добежать до своего вагона. Просыпаясь несколько раз за ночь, она ловила себя на мысли, что такое замужество было ее наказанием за то, что она жестоко поступила с тем, кто любил ее по-настоящему.

Утром ее ждало грандиозное дело – настал день переезда на дачу. Чувства были смешанными. И радость от того, что они с дочкой поселятся в деревянном благоустроенном домике с красивым садом, обилием свежего воздуха и возможностью посадить этим летом свою зелень и пить кофе на террасе, наслаждаясь красотой и ароматом цветущих клумб. И горечь, что приходится в темпе быстрого вальса съезжать с привычного места.

– Мам, я тут думала, что Максим сможет нам помочь, но… это… он не сможет сегодня.

– Да я и не сомневалась! – с каким-то даже злорадством ответила Марина.

– Но он прислал вместо себя двух своих друзей, они уже на подходе! С ними быстро управимся, правда, мам?

– Доча, если бы он хотел тебе помочь, твой Максим, он бы сам был уже здесь! Друзей он прислал! Зачем мне здесь чужие люди, вещи наши оценивать? Может, он их специально прислал, может, стащить чего надумали, сейчас это легко им будет сделать!

– Мам, ну ты чего?

– Ничего! Отправляй их назад, не нужна нам их помощь!

– Мама, ну почему? Зачем от помощи отказываться? Что у нас брать-то? И спереть нечего! И я их знаю, нормальные они, правда!

– Оля!

– Что? Мы же не загрузим это и за весь день, мама!

– Ничего, поднажмем и управимся, надо только постараться!

Марина развернула прибывших на помощь приятелей Максима. Трудиться она могла изо всех сил и работы не боялась. И теперь предстояло перетащить много вещей, а так же частично и некоторую мебель в приехавший грузовик. Водитель сначала спокойно сидел за рулем, но после первого часа увидел, как надрываются две хрупкие дамочки, и решил посодействовать. Наверное, чтобы не остаться стоять здесь до самого утра.

Марина хвалила и благодарила его, и мужчина просто расцветал.

– Ну вот, теперь смогу сказать жене, что я не бесполезный и меня тоже можно хвалить! – шутил он.

Во всем этом процессе Марина думала о том, что в этом вынужденном переезде все же гораздо больше плюсов. Например, если Олег, разозлившись, захочет напакостить и заявиться к ней или – еще хуже – прислать тех бравых парней, которые были на встрече в ресторане, то никто из них ее здесь не обнаружит. И ребенок будет в безопасности, теперь ведь кто угодно мог прийти сюда, даже когда была бы на работе, а Оля находилась бы дома одна. От этих мыслей неприятные мурашки бегали по спине.

– Как все-таки удачно сложилось! – бормотала она.

И вдруг в голове мелькнуло: «Эх, вот бы Стас сейчас оказался здесь!» От этой мысли она застыла на одном месте и засмотрелась куда-то в одну точку. Воображение успело унести ее куда-то далеко, где она снова видит Стаса, и он опять хочет добиться ее расположения.

– Эй, мам! – Оля вернула ее в реальность, в которой Стаса с цветами у подъезда уже не было.

Дочь стояла с полными руками – она держала тяжелую коробку с книгами, а Марина перегородила проход.

– Мам, ты чего? Устала? Передохнем?

– Ой, доча, задумалась я. Да нет, все нормально, некогда отдыхать. – И Марина зашагала вперед с баулом постельного белья.

Доехали до дачи, когда было уже темно.

– Ну вы и забрались в дебри! – засмеялся водитель грузовика, всматриваясь вперед и осторожно пробираясь по узким улицам садоводства.

Марина из вежливости хихикнула. Когда подъехали к участку, то увидели, что на улице и в домике горит свет. Оказывается, Эрнест Петрович решил встретить новых жильцов своей дачи, чтобы помочь им в каких-то моментах, ведь они еще ничего здесь не знали, а также чтобы мама с дочкой не чувствовали себя одиноко в первые моменты пребывания на новом месте. Разгружать он тоже помогал, несмотря на свой почтенный возраст. И водитель снова не остался в стороне, тем более что он был весьма заинтересован уже поскорее закончить с этим заказом.

Когда вещи оказались в домике, Марина и Оля буквально валились с ног. Мама постелила любимой дочери в спальне, на кровати, которую окружали коробки и баулы, а сама осталась еще посидеть на кухне с Эрнестом Петровичем за чаем. Оля тут же уснула, даже не переодевшись.

Кухня была маленькая, но уютная, в ней располагалась побеленная дровяная печь. Также в доме имелись и современные обогреватели, поэтому устроить тепло можно было таким способом, каким удобно или каким больше хочется. Марина мечтательно представляла, как в этой белой печи потрескивают дрова, создавая просто волшебную атмосферу!

– Дрова есть, они в сарае, – будто прочитал ее мысли хозяин дачи.

– Да? Ой, как здорово!

– Вообще здесь хорошо, совсем рядом лес, недалеко речка. Вдохновляющее место…

– Фантастика! А вы здесь редко появляетесь, да?

– Не бойся, Марина, докучать не буду, живите спокойно, – засмеялся Эрнест Петрович.

– Ой, нет! Я не в том смысле! – подхватила смех Марина. – Я не так спросила, просто хотела поинтересоваться, почему вы здесь редко бываете?

– Помнишь, я упоминал, что у меня дом здесь, в этом же садоводстве? Так вот, я когда-то сначала купил этот небольшой участок, всего на пять соток, а домик уже тут стоял. Пожил какое-то время, доделал здесь все, благоустроил. Потом на ноги крепче встал, купил недалеко участок побольше, уже на десять соток. И начал строить дом там, а жить здесь. Удобно, когда рядом-то. Затем туда и перебрался окончательно, а этот хотел продать, да не стал. Прикипел к нему душой. Много чего в нем делывал-переделывал, утеплял, улучшал. Не смог его просто чужим людям отдать, ну не смог. – Эрнест Петрович задумался, вспоминая, как он здесь тоже оказался в первый раз.

– Вы жили совсем один в этом доме?

– Да. Я и сейчас живу один. Ты же догадалась наверняка: нет у меня семьи. Раньше, в молодости, я был женат и семью свою обеспечить всегда старался. Вообще, я человек предприимчивый. Как называли тогда – коммерсант. И вот с этой своей жилкой работал я на заводе и быстро достиг руководящей должности. Все делал с умом, добивался честным путем. И однажды, когда я уже совсем стал с этими своими достижениями мешать, потому как могли меня уже и выше заметить, и некоторые чины могли свое место из-за меня потерять, меня-то и подставили, лишили всего. Так мне крылья оборвали, что со своей высоты я очень больно и громко упал. Лишили всего. Но это еще не самое страшное. Моя жена мне не поверила, подумала, что я нечестными путями пришел ко всему. Ну, и в итоге развелась со мной. На нее гонения тоже распространились. И ее осуждали: жена все-таки. И ее с работы уволили, когда я под следствие попал. Мечтал я о полноценной семье, о детях, но так и остался один. Замены не нашел. Да и как-то разочаровался, если честно. Не мог никому довериться, ушел с головой в другую деятельность, в создание себя с нуля заново, и все было как-то некогда. Ты знаешь, наверное, я все делал для того, чтобы мне как раз было некогда.

А чтобы чувствовать свою нужность, я стал жертвовать в местный детский дом. То игрушки привезу, то няню оплачу, если какой-нибудь малыш в больницу попадает, то еще что-то. Так, по мелочи, но все же… Я знаю, что такое одиночество. А я – взрослый мужик, самостоятельный, обеспеченный, и то мне тяжело одному, а там – дети… Даже страшно представить, что у них-то на душе.

Марина слушала очень внимательно. Раньше она ни разу не задумывалась о том, как и чем живет ее шеф. Успешный модный дядечка, интеллигентный владелец антикварного магазина. Не очень-то много она о нем знала. Сама же она иногда рассказывала некоторые моменты своей жизни, например, про успехи дочери или, наоборот, про ссоры с ней, об Олеге, о различных ситуациях с ним. Но Эрнест Петрович только выслушивал, поддерживал и давал советы, но про себя никогда не рассказывал. А оказывается, у этого человека тоже непростая история. Марина поймала себя на мысли, что в основном-то она только о себе и думает, а ведь вокруг столько людей! И у каждого, абсолютно у каждого из них есть собственная история жизни: у одних – полная переживаний, у вторых – лишений, у третьих – обид и сердечных ран. Поэтому, вероятно, люди и могут вести себя друг с другом так грубо… потому что каждый сосредоточен, а то и зациклен на себе самом. Марина поняла, что она не исключение, и как-то стало ей невероятно стыдно. Она опустила глаза: на полу красовался симпатичный коврик.

– Ручная работа, – отметил шеф, заметив, как Марина его рассматривает.

– Ого! Красота!

– Да, мама моя еще в молодости ткала такие, ткачихой была. Ткани там разные, коврики.

– Вот это да! Это же семейная реликвия!

– Мне приятно, что ковер при деле, а не пылится в сундуке. Сильно-то по нему никто и не топтался, особенно в последнее время. Но мне хочется, чтобы коврик этот радовал теперь вас с Олей.

– Эрнест Петрович, спасибо вам большое за вашу заботу, за вашу щедрость и доброе сердце! Не понимаю, как ваша жена могла от вас отвернуться! Вы же золотой человек просто!

– Ее смогли убедить в обратном, – устало вздохнул Эрнест Петрович. – Ладно, Марина, поеду до дома, благо он рядом. Адрес давай напишу тебе. Мало ли, помощь понадобится.

– Спасибо! Не перестану вас благодарить!

– Да что ты, Мариночка! Хорошие люди должны держаться вместе и помогать друг другу, на этом весь мир держится, поверь мне!

– Вы совершенно правы! Ой, Эрнест Петрович, а сориентируйте меня, пожалуйста, сколько мы можем здесь прожить? Сейчас найти квартиру на аренду – дело непростое, но я буду стараться побыстрее.

– Не ищи, Марина, зачем? Живите сколько нужно, хоть всегда! Не беспокойся, меня вы не стесните, у меня свой дом есть.

– А этот вы могли бы сдавать.

– Нет, этот домик не для чужих. Слишком трепетно я к нему стал относиться. А тебя я знаю уже несколько лет, поэтому могу тебе доверить его. Мне даже спокойнее будет, если за ним будут приглядывать приличные, хорошие люди.

– Вы знаете, Эрнест Петрович, я ведь без отца росла. Ситуация, обратная вашей. Я никогда его не знала, и его присутствия мне всегда не хватало, и сейчас не хватает. А вы так заботитесь обо мне, по-отечески, что мне даже неудобно.

– Брось, Марина, разве может быть от этого неудобно? Все в порядке, не переживай. Это, наверное, отцовский инстинкт у меня нереализованный – заботиться о ком-то. Тем более раз такая история, живите здесь и не думайте о съеме квартиры. Домик пригоден для круглогодичного проживания. С соседями я тебя познакомлю, они хорошие.

Марина проводила шефа и улеглась на диванчике в гостиной. А вокруг коробки и тюки, коробки и тюки. Она думала, что уснет моментально, как Оля, но не смогла. Голову наполнили самые разные воспоминания из прошлого. Перед ней, как картинки, всплывали некоторые моменты: как мама работала на двух работах, поэтому выходные они проводили только вместе; как Марина ходила в музыкальную школу, а в подростковом возрасте стала пропускать занятия, как мама из-за этого переживала и пыталась вразумить; как Марине было не до маминых расстройств и проблем, у нее тогда уже были и свои; как приходила тетя Лида со Стасом; как они с ним иногда оставались вдвоем, играя в шахматы или бегая по двору с палками и радостными криками; как палки были то конями, то мечами, то злодеями, то змеями; как Стас начал приносить цветы, а иногда шоколадки и другие вкусности… И Марина поняла, что ей нужно было внимательнее и более чутко относиться и к маме, и к Стасу, потому что это были единственные близкие люди. И только их по-настоящему волновала жизнь Марины и ее благополучие. А она этого не ценила и в юности совсем перестала прислушиваться к маме, уехала, не внимая предостережениям. Оставила маму, грубо отвергла Стаса. А потом, натерпевшись бед в чужом городе и с чужим человеком, вернулась обратно к маме. И уже с ребенком на руках. Любящее мамино сердце приняло дочь и внучку. Она помогала теперь им обеим, как могла.

Марине снова стало стыдно и больно. Почему-то в ее жизнь ворвалось осознание, что она жила неправильно, задвигая на задний план тех, кто на самом деле дороже всего. Она вдруг подумала, что ее дочь, Оля, по сравнению с ней самой просто золотой ребенок. И она даже испугалась, что та может стать как она. Взять и сорваться неизвестно куда, не слушая мать, бросить учебу и все такое. Родить где-то далеко, побояться возвращаться из-за того, что мать осудит, испортить себе жизнь! От этих нерадостных мыслей Марина окончательно потеряла сон. Пришлось встать и пойти на кухню. Свет включать она не стала, отодвинула слегка штору и выглянула в окно. Во многих окнах горел свет, было заметно, что народу здесь много. И дома самые разные. От кирпичных коттеджей до скромных дачных домиков. Дом Эрнеста Петровича, в котором поселилась Марина, был нечто среднее. Небольших размеров, но с двумя комнатами и кухней, а также прихожей и санузлом. Теплый, благоустроенный, с беседкой во дворе и небольшой террасой. Марина решилась и приоткрыла само окно, с улицы потянуло свежестью, прохладой и ароматом цветущей черемухи.

– Боже мой! Просто волшебство! Место же совершенно особое! Такое спокойное и приятное! Как же здорово, что мы здесь оказались!

Где-то недалеко то и дело лаяли собаки, прерывая тишину. Ночной ветерок шелестел листвой пышных кустов, направляя тонкий приятный запах прямо в окно. Вся эта атмосфера размеренности и красоты природы немного успокоила Марину, и она решила вернуться под одеяло и попробовать уснуть. К счастью, теперь ей это удалось, и утро воскресенья встретила она хорошо. Марина отметила, что даже кошмар, преследовавший ее многие годы, не приснился. Ну или она этого не помнит. Но и то и другое – замечательно! Она с настроением хлопотала на кухне, громыхая посудой, доставаемой из коробок. В дверях появилась заспанная и замотанная в плед Оля.

– Мамуль, доброе утро! Ничего себе, ты тут с утра уже колдуешь!

– Доча, доброе утро! Ой, не говори, точно колдую! Присаживайся, сейчас кашки наложу.

– Пахнет вкусно!

– Как спалось тебе? Женихи снились? На новом месте?

– Ой, мам, какие женихи? Экзамены мне снились.

– Верю, доча, верю! Экзамены – тоже важное дело.

– Тебе нравится здесь, да? Хотя еще толком и не осмотрелись. Но у тебя уже, смотрю, настроение хорошее!

– Очень нравится, Оль! Давай, кушай, да будем свои пожитки разбирать.

– Я даже не помню, как уснула вчера.

– Конечно, устала, да плюс свежий воздух. Надеюсь, доча, что тебе тоже понравится здесь.

– А мы надолго тут?

– Эрнест Петрович сказал, что можем жить, сколько понадобится. А ты уже хочешь снова место жительства менять? – засмеялась Марина.

– Ой, нет, мне хватило вчера, спасибо! Да и сегодня хватит разбирать все это. – Оля оглядела масштабы переезда. – Да тут вроде нормально. Домик хорошенький, дышится даже как-то легче, чем в квартире.

– Да, воздух тут волшебный! – с восхищением согласилась Марина.

Ей почему-то казалось, что здесь, на природе, она сблизится с дочкой, их отношения станут более душевными. Тем более Марина начала как-то все переосмысливать.

– Надо маму сюда пригласить.

– Бабушка, наверное, оценит огородик.

– Да, и кусты черемухи и вишни ей должны понравиться.

Мама Марины, Светлана Валерьевна, жила в городе, в так называемой малосемейке. Это была отдельная комната в бывшем общежитии со своим санузлом и маленьким закуточком для кухоньки. Ей одной хватало вполне, и никуда переезжать она не хотела.

Марина периодически предлагала ей жить с ней и Олей, но та наотрез отказывалась, понимая, что вряд ли они уживутся в маленькой съемной квартире втроем. Но когда Оля была маленькой, то бабушка была рядом и помогала постоянно. А до пяти Олиных лет они и жили все втроем в этой самой малосемейке, потом Марина сняла квартиру недалеко от школы, в которую планировала записать дочь.

И теперь Марине очень захотелось, чтобы мама посетила этот уютный домик на природе. На следующий день после работы Марина решила пойти в ресторан к Стасу. Деньги за аренду жилья теперь отдавать не надо, поэтому сейчас это можно себе позволить. Тем более что не поесть она туда шла, это уж точно. А в ожидании появления управляющего можно и кофе попивать да пироженкой заедать.

Когда она вошла в зал ресторана, то выбрала столик подальше от того, за которым ей пришлось встречаться с кредиторами Олега. Марина задумчиво полистала меню и заказала салат. «Все-таки надо перекусить, а потом и до кофе дойдет», – подумала она.

Ей хотелось провести в этой уютной шикарной обстановке побольше времени. Сейчас она слышала, что играет приятная ненавязчивая музыка, а в прошлый раз Марина была слишком напряжена, чтобы заметить это. Прошло полчаса, Стас в зале не появлялся. Идти к нему в кабинет или звать его через официанта было бы неприлично, как ей думалось, поэтому она и заняла выжидательную позицию.

Прошел час, салат был съеден, и подошел черед кофе, а объект так и не прибыл в зону наблюдения. Марина все думала, что же она скажет Стасу, когда увидит его. С чего лучше ей начать разговор? Опять вспомнить прошлое? Спросить про маму или лучше про сына? Рассказать о своем переезде или поговорить на отвлеченные темы, например, о погоде? Так и не найдя правильного ответа, Марина поняла, что прошло уже около двух часов. Ресторан стал наполняться гостями, и она посчитала, что пора освобождать столик. Уходя, Марина обернулась и еще раз оглядела зал. Стаса в нем по-прежнему не было. Вздохнув, она потихоньку пошла в сторону остановки. Красивые весенние сумерки окрасили город в теплые желтовато-оранжевые цвета. Ожидая автобуса, Марина напомнила себе, что теперь нужно ехать на другом маршруте. Тут же она перебирала варианты, что было бы, если бы Стас появился в зале? А может быть, он на самом деле увидел ее, но специально не стал выходить? Это было бы обидно.

«Конечно, на что я надеялась? Естественно, все его чувства ко мне остались далеко-далеко в прошлом. А сейчас я выгляжу дурочкой, надо гнать от себя эти воспоминания, они теперь совсем неуместны», – раскручивала в голове Марина.

– О, мам, привет! Что-то ты сегодня грустная такая. Что-то еще случилось?

– Доченька, привет! Нет, ничего не случилось нового, слава богу! Просто вспоминалось всякое.

– Ты говорила, что собираешься в ресторан после работы зайти, ты там встречалась с кем-то?

– Я зашла, да, но одна. Мне нужно было подумать, посидеть, ни с кем не встречалась.

– Ясно, я тоже только что пришла, так что поесть нечего.

– Ничего страшного, сейчас что-нибудь сообразим.

– Мам, ты знаешь, я заметила, что здесь, среди частных домов, совсем другие звуки.

– Да, дочуня, суеты городской здесь нет совсем, хотя все в город ездят, кто работает, кто детей возит на учебу, но все равно они уже не городские. Будто другие люди. Или они просто меняются, поселяясь рядом с природой.

– Сюда приятнее возвращаться после утомительных дел, чем в ту квартиру.

– Это ты верно подметила, дорогая! Какая ты у меня смышленая, уже взрослая совсем! – Марина обняла Олю и поцеловала в макушку, как часто делала в детстве.

– Слушай! А давай нажарим семечек, как делали тогда, у бабушки, помнишь?

– Да-да! Они были такие горячие со сковородки, а она их солью посыпала сразу, вкуснотища! Конечно, помню, давай! А потом мы шли гулять вечером по улицам рядом с домом, а иногда и просто вокруг него, смотрели на окна и придумывали, кто где живет. Например, в том окне – врач, он сейчас вернулся домой после важной операции, ему нужно отдохнуть. А в другом окне – учительница и так далее. Да, забавно было! А сейчас мы укутаемся в пледы и усядемся на террасе, будем спокойно любоваться на этот садик с кустами да на соседские дома и участки.

– Здорово! Мам, а где мы сейчас возьмем сырые семечки?

– Ты представляешь, я сегодня, пока тут рылась по шкафам и готовила завтрак, увидела на полке целый пакет! Я очень удивилась, если честно.

– Ой, ну здорово! Значит, Эрнест Петрович тоже любит сам жарить семечки? – засмеялась Оля.

– Наверное! – захохотала в ответ Марина.

В итоге вечер выдался чудесным. До террасы доносился запах легкого дымка, кто-то топил баню, кто-то готовил шашлык. Пахло вкусно, от чего семечки уплетались с еще большим аппетитом.

– Ой, мам, а как же коробки наши? Пойдем разбирать?

– Ай, да подождут коробки, давай еще посидим?

– С удовольствием!

Соседи стали зажигать ночное освещение, одна красота сменилась другой: вечерняя – ночной. И когда стала ощутимо прохладно, Марина и Оля переместились в дом.

– Мам, вот прошло уже несколько дней, как ты без Олега, а уже настолько стала спокойнее!

– Да, Оля, я тоже заметила за собой такое. Знаешь, интересно получается. Тот, кого я считала своим мужчиной, на кого возлагала большие надежды, тот меня ни во что не ставил, в итоге подставил, поступил очень холодно, жестоко. Он ведь украл коробку с мусором в антикварном магазине, думая, что там ценные вещи. То есть хотел мне максимально навредить.

– Хорошо, что мы переехали, какой-то неадекват этот Олег.

– Это точно, – вздохнула Марина, на этот раз она не могла не согласиться. – А тот, которого как раз считала никем в свое время, тот спас меня от этого самого Олега. Просто взял и спас.

– Он, наверное, хоть кому бы пришел на помощь в той ситуации, да?

– Да, ты права, он просто хороший человек. А я тешила себя надеждами, что это он именно меня спас. Наверняка он и не узнал меня сначала. Просто увидел, что женщине бандиты что-то навязывают, и вмешался.

– Молодец! Не каждый так может.

– Как же жаль, что я раньше в нем этого не разглядела.

– Мамуль, ну не переживай ты так! – Оля обняла маму.

– Доченька, какая ты у меня хорошая! Прости меня за мои наезды вечные! Спасибо тебе, что ты у меня есть! – Марина разрыдалась, прижав к себе дочку.

– Ну ладно тебе, мам! Не плачь! Обязательно найдется принц и для тебя! Ты же такая замечательная!

Марина заплакала пуще прежнего.

– Мам, ты правда очень хорошая, только почему-то жизнь к тебе несправедлива!

Тут Марина перестала плакать и посмотрела Оле в глаза.

– Спасибо, моя милая, но жизнь ко мне не несправедлива, она ко мне очень благосклонна! Смотри, она мне подарила такое сокровище – тебя! И помогла нам спастись, уехать тогда, вернуться домой. Да и теперь все наши проблемы решаются интересными способами. Наши ангелы помогают нам.

– Ого! А ведь ты права, – задумалась Оля.

Глава 3
Тайна в сундуке

Прошла неделя жизни Марины и Оли в частном доме. Она была насыщенная, ведь нужно было разбирать вещи, обустраиваться на новом месте, создавать уют. Сельский уклад нравился Марине, она стала чувствовать себя спокойнее, меньше стало навязчивых негативных мыслей, а больше приходило правильных. Она понимала, что это происходит потому, что она отключается от городских эгрегоров, в которых мысли толп людей переплетаются и давят друг на друга, травмируя психику. Ведь жили они в многоквартирном доме. А там то склоки соседей, то шум выпивох под окном. А здесь и соседи есть, но они на комфортном расстоянии. Прямо за стеной никого нет, ни слева, ни справа, ни снизу, ни сверху. Но они в доступности – вон, ходят по своим участкам, занимаются хозяйственными делами, все друг с другом здороваются, что-то передают, делятся ростками кустов и других культур, смеются, радуются.

– Да, в своем доме, да еще и с участком, всегда есть чем заняться. А в городе, в каменных человейниках, в крохотных дорогущих квартирках люди постепенно сходят с ума, – рассуждала Марина, озвучивая свои философские мысли дочери, а та молча кивала, пытаясь переварить все, о чем вдруг начала говорить мать.

За первую неделю они разобрали все свои вещи и удобно расположились в домике. Но Марине захотелось еще заняться порядком на чердаке. Она решила, что сделает это в следующие выходные. Июнь был уже совсем близко, до него оставалось всего несколько дней. Оля готовилась к экзаменам и выпускному, в доме царило настроение взволнованно-торжественное. Но вдруг у Марины на работе случилось неожиданное: не пришел в свой любимый магазин его директор – Эрнест Петрович. Его ждали, как всегда, в начале рабочего дня, но он не появился ни к обеду, ни к вечеру. Мысль о том, что с пожилым человеком случилось что-то страшное, будоражило все внутри у Марины. После работы Марина отправилась прямиком домой к шефу, теперь она знала, как найти его дом. Но дверь никто не открывал. Марина решилась и вызвала полицию. Дом вскрыли, но хозяина не обнаружили. У Марины приняли заявление о пропаже человека, поскольку она с ним работает, а где искать его родственников – не знает.

Ночь Марина почти не спала, когда она все-таки отключилась на несколько минут, то ей снилось, что она опять убегала с маленькой Олей, и вот уже видела заветный поезд, и он был совсем рядом, но добежать до него не получалось. И она резко просыпалась в холодном поту. Сморило ее, когда уже светало. По привычному сигналу будильника Марина вскочила уже уставшей и разбитой.

– Мам, ты так переживаешь! Синяки под глазами. Ты вообще как?

– Ой, доча, что-то я неважно себя чувствую, действительно. Может, он сам сегодня все-таки придет на работу?

– Будем надеяться, мамуль, будем надеяться.

– Спасибо, Оль! Тебе удачи сегодня на экзамене! Я с тобой! Звони, как освободишься.

– Спасибо, мам, ты мне тоже сообщи, появится Эрнест Петрович или нет, ладно?

– Хорошо, пока, моя дорогая!

– Пока-пока! Я вечером с Максимом погуляю!

Марина раздраженно закатила глаза и сделала вид, что этого уже не услышала. Она прибежала в антикварный магазин буквально бегом. В нем пока не было никого. Одна из продавцов, Ира, пока не пришла. Марина ворвалась в кабинет Эрнеста Петровича, но следов его присутствия не обнаружила. В голову лезли самые страшные мысли, Марина не могла усидеть на месте, не получалось заняться делами. Снова и снова она набирала номер телефона руководителя, но он не отвечал, тогда она писала сообщения. Время стало тянуться слишком медленно, погружая Марину во все большее беспокойство.

– Что же могло произойти с Эрнестом Петровичем? – причитала Ира. – Как же мы теперь будем работать? Что теперь делать?

– Ириш, давай пока этот месяц доработаем, как работали, а там посмотрим. Вернее, я буду что-то думать уже сейчас о том, что нам делать дальше. А пока нужно стараться не поддаваться панике, хотя это очень сложно, конечно.

В конце рабочего дня Марина снова поехала в дом шефа, но там так никого и не было. Она с большим нетерпением ждала новостей от полиции. Но их пока не было. Находиться в доме Эрнеста Петровича Марина не видела смысла, поэтому оставила хозяину на всякий случай записку с просьбой связаться с ней срочно, когда он вернется.

Дома, чтобы скоротать время, Марина решила добраться все-таки до чердака, не дожидаясь выходных. Немного разобрав пространство от хлама, наваленных досок и каких-то коробок, Марина увидела какой-то пыльный ящик.

– Мам! А бабушка к нам когда приедет? – крикнула снизу Оля.

– В субботу!

– Семечек нажарим?

– Обязательно!

– Здорово! Ты долго там еще? Тебе помочь?

– Да не знаю, Оль, ты, наверное, занимайся, экзамены важнее, чем порядок на чердаке. Это-то дело не срочное, просто не знаю, чем еще себя занять, чтобы не сойти с ума от ожидания известий об Эрнесте Петровиче.

– Да, я тоже переживаю. Максим, мама, знаешь…

– Что такое? – заволновалась Марина и высунула голову в дверь чердака, чтобы лучше слышать, что расскажет дочь.

– Я вчера тебе говорила, что погуляю с Максимом, но он не пришел на встречу. И… он не отвечает на звонки. Что-то я места себе не нахожу, неужели он решил меня бросить? Да еще так…

– Эх, – вздохнула Марина, – еще один повод для переживаний. Оль, давай-ка ты иди сюда, поднимайся ко мне, будем волноваться вместе. Наверняка сейчас не сможешь за учебниками сидеть.

– Это точно! Иду!

– Ты что, плакала, Оль?

Оля опустила голову и вытирала покрасневшие глаза.

– Ты чего, доченька? – Марина подошла и приобняла Олю одной рукой за плечо.

– Ну, у меня мысли такие возникают, что я ему стала вдруг неинтересной, или он гуляет сейчас с кем-то вместо меня.

– Ох, доча, понимаю я тебя! Да, мне твой Максим не очень-то нравится, но вот так вот «вдруг»… это не происходит обычно.

– Мам, ты же не видела его ни разу. Он хороший, поэтому и боюсь, что уведут.

– Ладно, Оль, давай отвлечемся. Держи тряпку, вон ведерко стоит, давай вместе протрем тот ящик.

– Который в углу?

– Да-да, его.

Сделав несколько движений, они обнаружили, что это не просто ящик, а настоящий сундук!

– Ого, какой красивый, смотри!

– Да, похоже, он очень старый!

– Раритет!

– Неудивительно, да? Найти такое у хозяина антикварного магазина?

– Это точно! Он знает толк в старинных вещах.

– Давай протрем его, а потом откроем, а то, если будем сейчас открывать, содержимое может испачкаться.

Вдвоем они быстро привели сундук в порядок. Он оказался с резными элементами, украшенный орнаментами и покрытый лаком. Правда, все это уже наполовину стерлось, но он выглядел из-за этого еще эффектнее.

Оля, довольная своей работой, пошла вниз, а Марина открыла сундук, заперт он не был. В нем она обнаружила несколько коробок и аккуратно свернутых вещей, достала верхнюю коробку и заглянула внутрь, там лежали старые фотографии.

– Ого! Это же чье-то семейное. Скорее всего, самого Эрнеста Петровича. Может, перебрав фото, я смогу найти его родственников, а они, в свою очередь, его. Вот куда он мог подеваться?

Марина взяла коробку с собой вниз и поставила ее на тумбочку рядом с кроватью. На этой тумбочке уже стояла похожая коробка с лекарствами, поэтому плюс-минус пара коробок Марину не напрягали.

Прошла еще пара дней, а Эрнест Петрович так и не появился ни в магазине, ни дома. Марине казалось, что она потеряла что-то важное, какую-то опору. Каждый день в магазине причинял ей боль, но она не могла бросить его, хотя уже допускала мысль, что шеф больше не вернется в свой любимый магазин, полный прекрасных, интересных вещей, с заключенными в них чьими-то историями. Это было дело всей его жизни, и Марина твердо решила продолжить его. Начала советоваться с юристами, как это сделать, чтобы магазин остался на плаву. Занимаясь всеми этими вопросами, Марина с нетерпением ждала субботы и приезда своей мамы. Ей очень хотелось душевных посиделок с ней. Очень нужно было поговорить, пожаловаться, посоветоваться, услышать что-то жизнеутверждающее, теплое, на что душа сможет опереться.

И вот наконец наступила долгожданная суббота. Марина навела порядок в доме, приготовила обед и пошла на остановку встречать маму. Оля тоже была очень рада бабушкиному визиту. Светлана Валерьевна, мама Марины, была женщиной строгой, но доброй. Она всегда приходила на помощь дочери и внучке, старалась понять и во всем поддержать. И вот их встреча состоялась. По дороге от автобуса до дома Марина показывала, что где находится в их поселке. Там озеро, а вон там – магазин, рядом роща. Красота, одним словом.

– Место и правда замечательное, я себе, если честно, представляла что-то не столь дружелюбное.

– Нам с Олей очень повезло, что мой шеф выделил нам свою дачу. Сам он недалеко живет, тоже в доме. Но, правда, на днях он пропал, представляешь?

– Да ты что?! Как пропал?

– Ну вот так, мам, был и нет. Не пришел на работу, в доме не появляется. В общем, я написала заявление в полицию. Родственников вроде нет. Может, полиция их найдет.

– Да, ситуация ужасная, жаль его.

– Это да. Я уже испереживалась вся.

Наконец Марина с мамой добрались до домика, в котором за накрытым столом их ждала Оля.

– Бабуля! – кинулась она обниматься.

– Ой, какая взрослая уже! Хоть и рядом живем, а видимся редко, и растешь стремительно, как и все дети, в принципе. Красавица! Уже и школа за плечами!

– Ну, почти! – засмеялась Оля. – Еще экзамены, выпускной, и все!

В ее голосе был нескрываемый восторг, она очень ждала выпускной вечер. Они с Мариной приготовили замечательное платье, продумали маникюр, прическу, купили подходящие изящные туфли! Тот день обещал быть незабываемым.

– Девочки мои, как же я по вам соскучилась! И подарочки вот привезла.

– Ой, мамуль, да ты что, спасибо большое!

– Мама не могла явиться в гости на новоселье без подарков! – смеялась Светлана Валерьевна.

И для Оли, и для Марины она привезла постельное белье, прекрасно понимая, какая это важная вещь в доме. И всегда нужная. Особенно после переезда.

– Мамуль, как всегда, угадала! – обрадовалась Марина.

Мама привнесла в ее беспокойную повседневность немного положительных эмоций, и от этого сразу стало полегче. Нынешнее мамино присутствие было для Марины уже просто необходимо, как глоток воздуха, и вот она вдохнула.

– Как, оказывается, хорошо, когда мама рядом! – мурлыкала она, обнимая маму, сидя на диване за придвинутым к нему накрытым столиком.

– Это точно, моя хорошая! – соглашалась Светлана Валерьевна.

– Бабуль, а знаешь, какую нашу семейную традицию мы с мамой здесь возобновили?

– Какую? – удивилась бабушка.

– Жарить семечки! И гулять, щелкая их, по улицам!

– Ого! – рассмеялась Светлана Валерьевна.

– Да-да, – поддержала смех Марина. – Кстати, сейчас и хотим тебе предложить эту затею! Воплотим в жизнь незамедлительно!

– И что же, есть семечки сырые у вас, чтобы пожарить-то?

– Обязательно!

– Удивительно! Ну надо же! Здорово!

Девичник из представительниц трех поколений удался. С кулечком самостоятельно поджаренных и подсоленных семечек они пошли прогуляться и осмотреть здешнюю природу и домики, как любили делать это раньше. Потихоньку дошли до дома Эрнеста Петровича, но его там по-прежнему не было.

– Ладно, нет смысла здесь задерживаться. Хороший дом, очень жаль хозяина.

– Это точно, – вздохнула Марина.

– Доча, а если тот домик, в котором вы с Олей сейчас живете, принадлежит твоему пропавшему без вести шефу, то как вы будете в нем жить теперь?

– Не знаю пока, мамуль. Пока никто нас не выгоняет, поживем. Но, несомненно, нужно думать уже и о своем. Я бы здесь и купила. Понравилось мне это место. Если бы шеф нашелся… Надо мне, наверное, кредит брать. Но, если честно, я даже не знаю пока, сколько здесь участки стоят, да еще и с домиками. Нам бы небольшой. Такой, как этот, в котором мы сейчас обитаем. Но если найдутся родственники, может, нам повезет, и они продадут нам именно этот дом.

– Было бы здорово! – вставила свое слово Оля, с удовольствием лузгая вкусные семечки.

Наконец после прогулки они вернулись домой.

– Сейчас чаю попьем, да пойдете меня провожать, вечереет уже.

– Хорошо, мам. Сейчас сообразим чайку. Ой, а знаешь, кого я тут недавно совершенно случайно встретила?

– Мариночка, ну как же я могу знать?

– Стаса, представляешь?

– Какого Стаса? – попыталась сообразить Светлана Валерьевна.

– Ну, Стаса, сына тети Лиды. Стаса Громыкина!

– Да ты что?! Ого, и как он сейчас?

– Прекрасно, мамуля, получше, чем я. Представительный такой, симпатичный мужчина, управляющий рестораном, воспитывает сына. Один почему-то.

– Хм, почему-то. Потому, почему и ты воспитываешь Олю одна. Просто однажды не повезло, вот и все. Тебе с мужчиной не повезло, а ему с женщиной. Что ты думаешь, только мужики, что ли, детей бросают? Бабы тоже такие бывают. Тут не от пола зависит, поверь мне, а от человеческих качеств.

– Точно, мам.

– А ты с Олегом-то своим окончательно рассталась или позволишь себе его простить?

– Ой, наконец-то рассталась! Окончательно и бесповоротно! И вздохнула спокойно.

– Слава богу!

– Не говори, бабуль! – отозвалась Оля, уплетая кусочек пирога.

– Олег уже совсем вел себя ненормально.

– Мягко, очень мягко сказано, – отметила Оля.

Марина рассказала маме, что учудил Олег и что именно из-за этого произошла ее встреча со Стасом, который буквально спас ее от больших проблем, в которые хотел втянуть ее Олег.

– Ну, это уже из ряда вон! Правильно, что больше не общаешься с ним! И не вздумай! Чтобы он тебе ни напевал! Я знаю, сердце у тебя жалостливое, всех пожалеть готова, даже таких подлецов, как Олег, всем веришь!

– Ты права, мама. Ну, такая я, да, но всему есть предел. Олега не хочу ни видеть, ни слышать! Забыть быстрее, да и все! Нет моих больше сил его терпеть! Последняя капля была. Но знаешь, мам, это еще не все. Он настолько обиделся на меня за мое, так сказать, жестокосердие, что пришел ко мне на работу и спер там коробку с мусором!

Оля звонко засмеялась.

– Он что, совсем ку-ку? – озадачилась Светлана Валерьевна.

– Ну, там были безделушки всякие, которые не имели никакой антикварной ценности, их шеф выбросить хотел, но Олег-то этого не знал! А тут еще Эрнест Петрович выкрикнул ему, чтобы только эту коробку он не трогал, будто она большая ценность. Ну, тот повелся и с ней убежал.

– Редкое имя у шефа твоего…

– Да, имя, конечно, интересное.

– Весьма… – Светлана Валерьевна задумалась. – Так, значит, Олег видел Эрнеста вашего. Может, понял потом, что коробка-то вовсе не с ценностями, да и встретил его где-нибудь?

– Ого! Вот это ты, мама, соотнесла факты.

– Ну, это просто мысли вслух. Вряд ли, конечно. Просто подумалось. А как, ты говоришь, отчество у вашего Эрнеста? – Светлана Валерьевна потерла лоб.

– Петрович, а что?

– А есть у тебя что-нибудь от головы?

– Голова разболелась?

– Да, видимо, давление, это у меня бывает, ты же знаешь.

– Оль, принеси, пожалуйста, коробку с моей тумбочки, там лекарство! – крикнула Марина дочери. – Мам, что такое? Плохо тебе?

– Ну, не совсем. Нормально. Сейчас от головы выпью, и все.

– Ты на глазах изменилась. Была веселая, посидели хорошо, а тут тебя рассказы мои огорчили? Да, они невеселые, но мне очень хотелось с тобой поделиться тем, что со мной происходит в эти дни.

– Мариш, все нормально, просто голова.

Светлана Валерьевна приняла с благодарной улыбкой коробку из рук внучки и открыла ее. Резко побледнела, тут же закрыла и пробормотала еле слышно:

– О господи!

– Что, мам? Лекарства не те? Оль, это не та коробка, неси вторую оттуда же, с тумбочки. А эту я из сундука принесла, на чердаке прибирала. Нашла вот фотографии какие-то да подумала, может, эти снимки и надписи на них помогут мне найти родственников Эрнеста Петровича. Может, документы какие в этой коробке есть или в сундуке, там еще таких коробушек несколько штук.

Светлана Валерьевна схватилась за сердце.

– Мам, совсем плохо? Я же вижу, что тебе хуже и хуже! Давай скорую вызову!

– Доча, откуда, ты говоришь, у тебя эти фотографии?

– С чердака, из сундука старого.

Оля стояла рядом со следующей коробкой, которая на этот раз оказалась лекарствами. Светлана Валерьевна пошарила там и нашла нужные таблетки, выпила и снова взяла в руки первую коробку, приоткрыла ее.

– Фотографии наверняка Эрнеста Петровича, – сказала Марина.

Светлана Валерьевна молча достала несколько фотографий и перебрала их, внимательно разглядывая. Потом так же молча сложила их обратно.

– Да, наверное, его, – согласилась она, убирая коробку в сторону.

– Мам, тебе полегче?

– Да, спасибо, отпускает.

– В том сундуке еще много чего, даже вещи какие-то свернуты, но я не разбирала их еще.

– А сундук очень красивый. Мы с мамой его протерли, почистили, он такой грязный был! Лет сто к нему будто никто не прикасался.

– Зачем вам чужие вещи разбирать-то, девочки? Придумали… бросьте вы эту затею. Дом же чужой, пусть эти сундуки да коробки спокойно там на чердаке и лежат! Мне бы, например, не понравилось, если те, кого я пустила в дом жить, полезли бы в вещах рыться. Раз на чердаке они, значит, убраны подальше.

– Так-то оно так, но ведь я думала про родственников разузнать. Пропал ведь хозяин-то. А так бы, конечно, не полезли.

– Ладно, девочки мои, пора мне отбывать. Хорошо посидели, я очень рада была видеть вас обеих наконец-то.

Марина и Оля пошли провожать гостью до остановки, чтобы та успела добраться домой до темноты.

– Что-то бабушка как-то резко изменилась в конце наших посиделок.

– Да, Оль, ты права. Голова просто разболелась у нее. Понятное дело, возраст.

– А по-моему, не возраст, а твои рассказы, мам. И коробка с фотографиями. Как только про сундук стали рассказывать, она поспешила удалиться.

– Так пора уже, добраться еще надо.

– Но ведь она могла переночевать у нас! Завтра воскресенье, мы с утра никуда не идем, не потревожили бы ее.

– Не любит она в других местах ночевать, Оль. Давно уже, кроме своей кровати, ничего не признает.

– А вот это уже точно возраст, да?

– Да, Оль, вот тут в точку.

– А сундук-то будем разбирать?

– Да, я твердо решила. Нам нужно найти его родственников. Я бы у них этот домик купила.

– О, здорово!

– Только мне очень хочется надеяться, что Эрнест Петрович сам найдется. Ну вот, мало ли. Я бы лучше у него купила этот дом. У него самого.

– Не грусти, мам, может, в понедельник полиция нам принесет какие-нибудь новости.

– Будем надеяться, Оль, будем надеяться! – Марина положила голову на плечо дочери.

За окном начало темнеть. Кричали петухи, лаяли собаки. Из приоткрытого окна веяло свежестью. В эту ночь Марина снова плохо спала, просыпаясь каждые полчаса. Она заглядывала в телефон, надеялась увидеть сообщение от шефа, но такового не было.

На следующий день Марина перебирала коробку с фотографиями, которая была вчера в руках Светланы Валерьевны. С поблекших снимков на нее смотрел молодой и красивый, высокий мужчина. Он по-доброму улыбался. Рядом с ним иногда были какие-то люди. Также были и изображения с детьми. Наверное, где-то среди них был и он, Эрнест Петрович. Фамилий на оборотах фотокарточек не было, только иногда попадались даты, еще реже – имена.

– Эта коробочка нам полезной информации не дала, надо следующие шерстить.

– Ночью, что ли, мам?

– Нет, Оль, уже завтра, после работы. Сегодня уже не могу, честное слово! Как там твой Максим, не объявился? То чуть ли не каждый день на свидание звал, а тут…

– Не объявился, мам. – Оля подошла к окну и закрыла лицо руками.

– Ну вот! Я так и знала, что ничего хорошего из этого не выйдет!

Оля потихоньку заплакала, боясь самой себе хоть на минуту разрешить подумать, что мама может быть права.

– Прямо во время экзаменов! Ну разве любящий человек может позволить себе так волновать своего близкого, тем более в такой важный и ответственный период!

Оля зарыдала громче.

– Доченька, к сожалению, так бывает. И не только в юности. Ну, вот почему-то такой сценарий отношений прям часто развивается. Я не знаю почему.

Она подошла к дочке и обняла ее, а та плакала на ее плече.

– Мам, но я не верю, что он мог просто так вот раз – и забыть про меня. Ну, точнее, начать игнорировать. Это совсем на него не похоже.

Марина тяжело вздохнула, не веря тому, что Максим все же может оказаться хорошим. Ей хотелось, конечно, видеть возле дочери защитника, опору, того, кому можно ее доверить. Требования матери были немалыми. Но она искренне считала, что так и должно быть. Ведь она воспитала такую хорошую девочку! Совсем не хочется отпускать ее во взрослую жизнь с кем попало. А особенно с тем, из-за кого она плачет!

– Оль, давай ляжем спать, завтра ответственный день, у тебя экзамен. Давай сейчас чайку заварю тебе со смородиновыми листочками, я их днем немножко собрала, как раз к вечернему чаепитию. Все у тебя еще впереди, Оленька. Я знаю, это звучит странно, но все же… Я постараюсь тебе помочь, чтобы ты нашла себе хорошего спутника жизни.

– Как, мама? Как ты мне в этом можешь помочь-то? – всхлипывала Оля, вытирая покрасневшие глаза.

– Не знаю пока, но помочь очень хочется. Это такая боль, когда твой ребенок плачет! Может, тебе действительно познакомиться с сыном Стаса?

– Мама, ты в самом деле считаешь, что Максима нужно уже списать со счетов? Всего из-за этих пары дней? А как ты неделями ожидала весточки от своих ухажеров? Ты ведь верила, что все еще может быть хорошо, правда?

– Правда, – призналась Марина.

– Вот и я верю, мам!

– Ну ясно, пойдем на кухню, Оль.

Аромат листьев черной смородины распространился по комнате.

– Ого, и правда, как вкусно пахнет!

– Да, очень люблю запах и вкус такого чая. И вообще, все больше хочется замечать в каждом дне все вот это маленькое, но волшебное, вроде этих листочков!.. Потому что в жизни много разных ситуаций, жизнь как раз из них складывается, но и в то же время она состоит из каждого дня. Раньше-то у меня, конечно, не было таких мыслей. В последнее время как-то начали появляться.

– Правильные мысли, мам. Действительно, что бы ни случилось, каждый день – это что-то особенное. И если у тебя просто есть этот день, то это ведь уже здорово! – Оля слегка улыбнулась, глядя на Марину.

– Как же здорово, доченька, что мы с тобой есть друг у друга! И что у нас еще есть наша бабушка!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.