Света Фролова
Богатые тоже копают

Глава 1

Я проснулась в половине шестого, как всегда. Даже будильник не нужен – внутренние часы работают точнее швейцарских. За окном только-только начало светать, и я потянулась, чувствуя приятную усталость в мышцах после вчерашней работы в теплице.

Анна Петрова, двадцать пять лет, хозяйка небольшого участка в деревне Сосновка. Звучит не слишком романтично, но меня устраивает. Три года назад я вернулась сюда после института, и ни разу не пожалела. Город меня задушил бы – вся эта суета, смог, вечная беготня за модой и статусом. А здесь я могу дышать полной грудью.

Я натянула старые джинсы и вязаную кофту, и спустилась на кухню. Кофе, бутерброд с домашним сыром – и можно начинать день. Сегодня планировала проверить рассаду помидоров и огурцов. Через неделю уже можно будет высаживать в открытый грунт, если погода не подведет.

Я вышла во двор, и глубоко вдохнула утренний воздух. Пахло свежескошенной травой, яблоневым цветом и едва уловимо – дождем. К вечеру, наверное, будет гроза. Хорошо, земля напитается влагой.

Я как раз возилась с рассадой, когда услышала странный звук. Рев мотора, потом что-то вроде хлюпанья и приглушенная ругань. Вытерев руки о фартук, я вышла за калитку посмотреть, что там происходит.

Увиденное заставило усмехнуться. На дороге, которая после вчерашнего дождичка превратилась в месиво из грязи и луж, стояла – точнее, увязла – белоснежная иномарка. Дорогая, судя по всему. А рядом с ней метался мужчина в безупречном костюме, размахивал руками и что-то говорил в телефон.

– Да как так можно?! – доносился его голос. – Вы что, издеваетесь? Как это «нет связи»?! Я оплачиваю самый дорогой тариф!

Я прислонилась к забору, наблюдая. Мужчина высокий, темноволосый, красивый, надо отдать ему должное. Но вот поведение… Он ходил вокруг машины, как тигр в клетке, и явно не понимал, что делать дальше.

– Простите, – окликнула я его. – Нужна помощь?

Он резко обернулся. Лицо привлекательное, но надменное. Глаза холодные, серые. Оглядел меня с ног до головы – грязные сапоги, старые джинсы, растрепанные волосы – и поморщился.

– Вы местная? – спросил он таким тоном, будто я представитель какого-то экзотического племени.

– Местная, – подтвердила я, стараясь не показать раздражение. – Анна.

– Максим, – буркнул он. – Слушайте, тут есть нормальный автосервис? Или хотя бы эвакуатор?

Я едва сдержала смех.

– Эвакуатор? В Сосновке? Вы, наверное, с Марса прилетели.

– Что значит с Марса? – нахмурился он. – Я из Москвы. И мне нужно срочно…

– Из Москвы в Сосновку, – перебила я. – Интересный маршрут. Заблудились?

– Не заблудился! У меня здесь… дела. И мне нужна помощь, а не ваши глупые шутки.

Вот тут я закипела. Терпеть не могу, когда люди думают, что раз они из столицы, то автоматически становятся лучше всех остальных.

– Дела, значит. Ну тогда желаю вам удачи в решении ваших дел. А машину вытащить можно, если попросить по-человечески.

– Я же попросил!

– Попросили? – Я наклонила голову. – Мне показалось, вы требовали эвакуатор и жаловались на глупые шутки.

Максим стиснул зубы. Видно было, что он борется с собой. Наконец, через силу выдавил:

– Не могли бы вы… помочь мне вытащить машину?

– Могла бы, – кивнула я. – Сейчас трактор пригоню.

– Трактор? Нет, подождите! Это очень дорогая машина! Вы поцарапаете!

– Тогда сидите тут до зимы, – пожала я плечами и повернулась ко двору.

– Стойте! Хорошо, хорошо. Пригоняйте ваш трактор. Только… только аккуратно, пожалуйста.

В его голосе прозвучала такая жалобная нотка, что я едва не расхохоталась. Этот городской франт, который еще минуту назад смотрел на меня как на недоразвитую деревенщину, теперь умолял о помощи.

– Аккуратно, – пообещала я. – Я же не варвар.

Трактор у меня старый, но надежный. Дедушкин еще, но я его в идеальном состоянии поддерживаю. Завелся с полоборота, как всегда. Максим наблюдал за мной с таким видом, будто я сейчас взорву его драгоценную машину.

– Отойдите, – велела ему, цепляя трос. – И не нервничайте так. Видели бы вы себя – прямо как в первый раз за руль сели.

– Это очень дорогая машина, – повторил он. – Я только вчера из салона забрал.

– Ну и зря сразу в деревню поехали, – заметила я, устраиваясь за рулем трактора. – Надо было сначала научиться по грязи ездить.

Вытащила его минут за пять. Машина, конечно, стала не такой белоснежной, как была, но цела. Максим ходил вокруг нее, осматривал каждый сантиметр, и у него дергался глаз.

– Ну что, живая ваша дорогуша? – спросила я, сматывая трос.

– Живая, – буркнул он. – Спасибо.

– Пожалуйста. Только в следующий раз не суйтесь в лужи на такой машине. Или хотя бы запаску возите.

– У меня есть запаска. Я не идиот.

– Тогда почему колесо не поменяли?

– Потому что я в грязи валяться не собираюсь. У меня костюм за полторы тысячи долларов!

Я присвистнула.

– Ничего себе. А в деревню зачем в таком наряде приехали? Тут же не неделя моды.

– Я не собирался ехать в деревню, – сквозь зубы процедил он. – Меня… обстоятельства вынудили.

– Понятно. Ну ладно, счастливо оставаться. И помните – в следующий раз попросите помощи сразу, а не устраивайте представление.

– Я не устраивал представление.

– Конечно, – усмехнулась я. – Просто разговаривали с телефоном на повышенных тонах. Это у вас в Москве нормально, наверное.

Максим покраснел.

– Слушайте, я…

– Анна, – напомнила я. – И мне пора. Дела, понимаете ли.

Я развернула трактор и поехала обратно к дому. В зеркале видела, как Максим стоит посреди дороги и смотрит мне вслед. Наверное, до сих пор не может поверить, что какая-то деревенская девчонка посмела поставить его на место.

Интересно, что за обстоятельства привели его сюда? И надолго ли? Хотя, судя по тому, как он реагировал на грязь, долго он здесь не протянет. Таких городских штучек наша деревня быстро обратно в город отправляет.

Я припарковала трактор и пошла мыться. Руки были в мазуте, и нужно было вернуться к рассаде. А этот Максим… ну что ж, пусть учится жить по-новому. Или уезжает. Мне все равно.

Хотя, признаться, любопытно, что за дела могут быть у такого человека в нашей Сосновке? И почему он выглядел таким несчастным? Не от грязи же на машине – тут что-то серьезнее.

Впрочем, не мое дело. У меня своих забот хватает, а городские проблемы пусть горожане решают.

Только вот почему-то его лицо никак не выходило из головы. Красивое, надменное, но в глазах мелькнуло что-то… растерянное? Будто он сам не понимал, как оказался здесь.

Ладно, хватит думать о незнакомцах. Рассада ждет.

Глава 2

На следующий день проснулась от жуткого грохота. На часах половина седьмого. Накинула халат и выглянула в окно.

По нашей тихой деревенской улице ехал огромный грузовик, за ним еще один, а за ним – микроавтобус с надписью «Элитная доставка». Вся эта процессия остановилась возле дома Степановых, который пустовал уже года три после смерти хозяев.

– Мама, ты это видишь? – крикнула я в сторону кухни.

– Что я должна видеть? – отозвалась мама, гремя посудой.

– К Степановым кто-то въезжает!

Мама тут же прибежала к окну. Мы обе стояли, как завороженные, наблюдая, как из грузовиков выгружают мебель. Не простую мебель – дизайнерскую, дорогую. Кожаные кресла, стеклянные столы, какие-то хромированные штуковины, которые в деревенском доме смотрелись бы как корова на льду.

– Боже мой, – прошептала мама. – Это что же за богач такой?

А я уже догадалась. И точно – из микроавтобуса вылез знакомый силуэт. Максим, вчерашний герой грязевых ванн. Только теперь он был в джинсах и свитере, но все равно умудрялся выглядеть так, будто готовился к фотосессии для модного журнала.

– Аккуратнее! – прокричал он грузчикам. – Это кресло стоит больше, чем вы за год зарабатываете!

Я поморщилась. Ну и манеры у человека.

– Мам, а Степановы не продавали дом?

– Не продавали. Сдавали в аренду через какое-то московское агентство. – Мама покачала головой. – Надеялись, что дачники приедут. А тут такой… персонаж.

Весь день я наблюдала за тем, что творилось по соседству. А творилось там что-то невообразимое. Максим пытался превратить обычный деревенский дом в подобие московской квартиры. Привезли огромный телевизор, навороченную кофемашину, тренажеры – да что там, даже кондиционер впихнули!

К вечеру я не выдержала и решила познакомиться с новым соседом поближе. Взяла банку яблочного варенья, по старой деревенской традиции, и пошла представиться как принято.

Максим открыл дверь, и я едва не расхохоталась. Он был весь в пыли, волосы растрепаны, на лице выражение полного отчаяния.

– О, это вы. Девушка с трактором.

– Анна, – напомнила я. – А вы, я смотрю, обустраиваетесь. Решили у нас задержаться?

– Не решил. Вынужден.

– Понятно. – Я протянула ему банку. – Это вам. Добро пожаловать в Сосновку.

Он взял варенье и недоуменно на него посмотрел.

– Спасибо, но я не ем сладкое. Диета.

– Диета? В деревне? Да тут за неделю весь жир сгорит, если по хозяйству работать будете.

– Не собираюсь. У меня свои дела.

– Какие же дела? – Я не удержалась от любопытства.

Максим помрачнел еще больше.

– Такие, что приходится торчать в этой… – он обвел рукой деревню, – глуши неопределенное время.

– Ясно. Неприятности?

– Можно и так сказать.

В этот момент из дома донесся какой-то странный звук – что-то среднее между шипением и бульканьем.

– Что это?

Максим побледнел.

– Кофемашина! Блин, я же ее включил!

Он бросился в дом, я – за ним. Картина впечатляющая: дорогущая кофемашина извергала пар и кофе во все стороны, заливая кухню коричневой жижей.

– Как выключить?! – орал Максим, тыкая во все кнопки подряд.

Я спокойно подошла и выдернула вилку из розетки.

– Так выключить. Элементарно.

Максим обреченно посмотрел на кухню. Кофе было везде – на стенах, на полу, на дизайнерской мебели.

– В Москве всегда работала…

– А в Москве у вас другое электричество, что ли? – не удержалась от сарказма.

– Не знаю! – взорвался Максим. – Может быть! Тут вообще все не как у людей.

Я осмотрелась. Действительно, дом теперь напоминал музей современного искусства. Посреди деревенской избы стояли хромированные стулья, огромная плазма висела на бревенчатой стене, а в углу красовался какой-то футуристический тренажер.

– Интересный дизайн. Называется «космический корабль в деревне».

– Очень смешно, – буркнул Максим, вытирая кофе с лица.

Максим стиснул зубы.

– Не могу здесь жить. Тут же… тут же нет ничего. Ни фитнес-зала, ни ресторанов, ни…

– Ни «чего»?

– Ни нормальной жизни! Как тут вообще люди живут?

– А вы у людей спросите, – предложила я. – Может, секрет какой есть.

– У кого спросить? – Максим оглядел кухню. – У этой старушки из магазина, которая на меня косо смотрит? Или у мужика с трактором, который вчера полчаса объяснял мне, что такое навоз?

Я фыркнула.

– Дядя Петя? Он добрый. Просто хотел помочь.

– Помочь? Он мне час рассказывал про коров!

– Полезная информация. Коровы – это молоко, мясо, навоз для огорода…

– Мне не нужен навоз! – почти закричал Максим. – Мне нужен интернет. Мне нужна связь. Мне нужно работать.

– А где работаете?

– В Москве! У меня там бизнес. – Он достал телефон и потряс им в воздухе. – А тут даже позвонить нормально нельзя!

– Можно. Надо на горку подняться, там ловит.

– На какую горку?

– За деревней. Минут двадцать пешком.

Максим смотрел так, будто я предложила ему слетать на Луну.

– Двадцать минут пешком? Каждый раз, когда нужно позвонить?

– Или можно домашний поставить. У тети Клавы есть, работает отлично.

– Домашний телефон? – Он сел на один из своих хромированных стульев. – Боже, в какую эпоху я попал…

Мне его даже жаль. Сидел, как побитый, весь в кофе, посреди своих неуместных богатств.

– Слушайте, – сказала я мягче. – А что случилось-то? Почему вам приходится здесь жить?

Максим долго молчал, потом тяжело вздохнул.

– Проблемы с бизнесом. Серьезные. Пока не разберусь, лучше в Москву не соваться.

– Понятно. И как долго разбираться будете?

– Не знаю. Может, месяц, может, полгода. – Он обреченно посмотрел на залитую кофе кухню. – Я здесь умру. Точно умру.

– Не умрете. Люди тут живут, и ничего. Просто надо приспособиться.

– Приспособиться? – Он горько усмехнулся. – Я не умею приспосабливаться. Я привык, чтобы все приспосабливалось ко мне.

– Ну вот и научитесь. Никогда не поздно.

– Легко сказать. – Максим встал и принялся ходить по кухне. – Вы не понимаете. Я привык к определенному уровню жизни. К сервису, к комфорту. А тут… – он махнул рукой, – тут средневековье какое-то.

– Не средневековье, – обиделась я. – Просто другая жизнь. Более настоящая, если хотите.

– Настоящая? – Он остановился и посмотрел на меня. – Что в ней настоящего?

– Все. – Я подошла к окну. – Вот смотрите. Видите яблоню? Ее мой дедушка сажал. Сорок лет назад. Каждую весну она цветет, каждую осень дает яблоки. Это настоящее. А ваши хромированные стулья… они что дают?

– Красоту. Статус.

– Статус перед кем? Перед коровами?

Максим неожиданно рассмеялся. Первый раз с тех пор, как я его увидела.

– Знаете что, может, вы и правы. Может, я действительно попал в какую-то параллельную реальность.

– Не в параллельную, – улыбнулась я. – В обычную. Просто непривычную для вас.

– И что мне теперь делать?

– Учиться жить. – Я направилась к выходу. – А для начала – уберите эту кофейную катастрофу. И почитайте инструкцию к машине.

– Подождите! А как… как тут вообще все устроено? Где продукты покупать, где…

– Приходите завтра утром, – предложила я. – Покажу вам деревню. Расскажу, где что находится.

– Серьезно? – В его голосе прозвучала надежда.

– Серьезно. Только оденьтесь по-человечески. В джинсах за тысячу долларов по деревне не ходят.

– У меня нет других.

– Тогда завтра съездим в районный центр, купим вам нормальную одежду. И резиновые сапоги заодно.

– Резиновые сапоги? – ужаснулся он.

– Да. Поверьте, пригодятся.

Интересно, что из него получится? Приспособится ли этот городской мажор к деревенской жизни? Или сбежит при первой возможности?

Глава 3

На следующее утро выглянула в окно – Максим пытался завести свою машину. Судя по звукам, безуспешно.

Я быстро оделась и вышла на улицу. Максим сидел за рулем и методично поворачивал ключ зажигания, матерясь все громче и громче.

– Проблемы? – спросила я, подойдя к машине.

– Не заводится, – пробурчал он, не поднимая головы. – Вчера работала, а сегодня хоть убей.

– А бензин есть?

Максим замер.

– Бензин? – переспросил он каким-то странным голосом.

– Ну да, топливо. То, на чем машины ездят.

– Я… не проверял, – признался он.

Я закатила глаза.

– Посмотрите на приборную панель. Там лампочка должна гореть.

– Горит, – мрачно сообщил он.

– Ну вот и отлично. Значит, надо заправиться.

– А где тут заправка?

– В районном центре. Двадцать километров.

– Двадцать километров? – Он вылез из машины. – А как туда добраться, если машина не едет?

– На автобусе. Или попросить кого-нибудь подвезти.

– На автобусе?

– А что, в Москве автобусов нет?

– Есть, но я на них не езжу, – гордо ответил он.

– Ну тогда попросите кого-нибудь подвезти, – пожала я плечами. – Дядя Петя на рынок собирается, может, возьмет.

– Того, который про навоз рассказывал?

– Того самого.

Максим поморщился, но выбора не было. Полчаса спустя я наблюдала, как он садится в дядю Петину древнюю «Ниву», предварительно расстелив на сиденье какой-то дорогой платок.

Вернулся он через три часа на попутке, с канистрой бензина и таким видом, будто пережил травму. Я как раз поливала огород, когда он подошел к забору.

– Как съездили?

– Кошмар. Ваш дядя Петя всю дорогу рассказывал про удобрения. А на обратном пути пришлось ехать в машине с курами.

– Живыми?

– Да! – Максим содрогнулся. – Они кудахтали, летали по салону, одна мне на голову села!

Я фыркнула.

– Зато добрались.

– Добрался, – согласился он. – Но больше никогда.

Он заправил машину и уехал по своим делам, а вернулся вечером в крайне дурном расположении духа. Я поняла это по тому, как он хлопнул дверцей машины и пнул ногой камень.

– Что случилось? – спросила я, выглядывая из-за забора.

– Штраф выписали, – зло ответил он. – За превышение скорости.

– А сколько ехали?

– Семьдесят по населенному пункту.

– Семьдесят? По деревне? Вы что, совсем с ума сошли?

– Какая разница? – огрызнулся он. – Тут же никого нет!

– Как никого? А дети? А животные? А если бы кто-то из калитки вышел?

– Ну не вышел же никто!

– Это не значит, что так можно! Тут люди живут, а не декорации для гонок!

– Да какие гонки? – взорвался он. – Я просто хотел быстрее добраться домой!

– Быстрее? По деревенской дороге? Да тут ямы через каждые пять метров!

– Знаю, – мрачно сказал он. – Подвеску чуть не убил.

– Вот и хорошо! Может, мозги включите в следующий раз!

На следующий день я увидела, как Максим старательно ехал по деревне со скоростью пешехода. Прогресс.

Но тут началось другое. Максим, видимо, решил навести в доме порядок и начал выносить мусор. Проблема была в том, что он выносил его прямо к забору и складывал там.

– Что вы делаете? – спросила я, увидев очередную кучу пакетов.

– Мусор выношу, – ответил он, будто это было очевидно.

– А почему к забору?

– А куда еще? Дворник же должен убирать.

Я моргнула.

– Какой дворник?

– Ну как какой? Коммунальные службы.

– Максим, это деревня. Тут нет дворников. Мусор надо либо сжигать, либо вывозить на свалку самому.

– Самому? – Он выглядел потрясенным.

– Сами. Все сами.

– Но это же… неправильно, – возмутился он. – Я плачу налоги!

– Налоги-то вы в Москве платите, – заметила я. – А тут живете временно.

– И что теперь делать с мусором?

– Сжигать, что горит, а остальное на помойку в районный центр.

– Опять в районный центр? – простонал он.

– А что хотели? Деревня – это не город.

В итоге он попытался все сжечь во дворе. Результат был предсказуемый – дым повалил на всю округу, а пластиковые пакеты стали издавать такую вонь, что соседи начали выходить из домов и возмущенно кричать.

– Прекратите! – заорала тетя Клава. – Что за безобразие!

– Потушите немедленно! – вторил ей дядя Петя.

Максим метался по двору с ведром воды, пытаясь потушить костер, но только усугублял ситуацию. В итоге пришлось вмешаться мне. Я принесла песок и засыпала огонь.

– Пластик нельзя жечь, – объяснила я задыхающемуся Максиму. – Ядовитый дым получается.

– Откуда я знал? Мне никто не говорил.

– Это элементарно! – не выдержала я. – Любой школьник знает.

– Я не любой школьник, я бизнесмен!

– Бизнесмен, который не знает, что пластик жечь нельзя. Впечатляет.

Мы препирались бы еще долго, но Максим, отступая от меня, споткнулся о ведро и рухнул прямо в лужу грязной воды, которая образовалась после тушения костра.

– Черт, – прошипел он, держась за руку.

– Больно? – спросила я, сразу забыв про ссору.

– Да нет, приятно, – процедил он сквозь зубы.

– Давайте посмотрю.

– Не надо…

– Давайте, – настояла я и осторожно ощупала его локоть. – Вроде ничего не сломано. Но ушиб приличный. Пойдемте, приложим лед.

– Зачем вы помогаете? Вы же считаете меня идиотом.

– Считаю, – честно призналась я. – Но помогу. Пойдемте.

Я отвела его к себе домой, усадила на кухне и приложила к ушибу замороженное мясо, обернутое полотенцем.

– Спасибо.

– Не за что. Мам, где у нас мазь от ушибов?

– В аптечке, – отозвалась мама из комнаты. – И чай этому человеку поставь, весь дрожит.

Я поставила чайник и достала мазь. Максим сидел молча, рассматривая нашу простую кухню. Никакого хрома и стекла, обычная мебель, самовар на столе, фотографии на стенах.

– У вас уютно, – неожиданно сказал он.

– Просто, – поправила я.

– Просто, но уютно. У меня дома…

– Что у вас дома?

– Красиво. Дорого. Но не уютно. – Он покачал головой. – Я никогда не думал об этом раньше.

– А теперь думаете?

– Теперь думаю о многом, – признался он. – О том, как раньше жил. О том, что считал важным.

Я поставила перед ним чашку чая и села напротив.

– И к каким выводам пришли?

– Пока никаким. – Он отпил чай. – Но чувствую, что что-то было не так.

– Что именно?

Максим помолчал, потом тихо сказал:

– Я жил как в вакууме. Работа, деньги, статус. А людей вокруг не видел. Вот и дядя Петя ваш… он добрый человек, да? А я его слушать не хотел.

– Добрый, – подтвердила я. – И многие здесь такие.

– А я даже не пытался понять. Сразу записал в категорию… ну, недостойных внимания.

– Почему?

– Привычка, наверное. В моем мире люди ценятся по доходам и связям, а тут другие критерии.

– Какие же?

– Честность. Доброта. Готовность помочь. – Он посмотрел на меня. – Как у вас. Вы же помогли, хотя я вел себя как последний…

– Как кто?

– Ну, скажем, неприятный тип.

Я усмехнулась.

– Скажем так: вели себя как избалованный ребенок.

– Спасибо за дипломатичность.

Мы помолчали. Потом Максим вдруг спросил:

– А почему остались в деревне? Молодая, умная, могли бы в городе жить.

– Зачем? Мне здесь хорошо.

– Но ведь тут нет возможностей. Карьеры, развлечений…

– Мне они не нужны. Я люблю землю, растить что-то своими руками. Люблю, когда знаешь всех соседей, и можешь рассчитывать на помощь.

– Даже такую? – Он кивнул на свой локоть.

– Любую помощь.

Максим задумался.

– Знаете, я начинаю понимать, почему люди здесь живут. Раньше казалось, что это от безысходности. А теперь…

Он не договорил, потому что в этот момент в дом вбежала соседская девочка, Маша, вся в слезах.

– Тетя Аня! Мурка застряла!

– Где застряла?

– На дереве! Высоко-высоко! Она не может слезть.

Мурка – Машина кошка, пушистая и глупая. Периодически забиралась на деревья и потом мяукала оттуда, пока кто-нибудь не снимал ее.

– Сейчас пойдем, – успокоила я девочку. – Снимем твою Мурку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.