Виктория Холод
Про женское…И семейные узы

Валечка, Лидочка и Клавочка были сестрами. Лидочка и Клавочка старшие, Валечка-младшая. Так сложилось, что обе старшие сестры остались жить в родном городе, обзавелись мужьями, потом детьми, внуками, и даже правнуками. А Валечка красиво пела. Сначала в садике, потом в школе. Потом плюнув на отцовское «Уедешь-не возвращайся», поехала с подружкой в далекий сибирский город и поступила аж в консерваторию. Папенька от гордости пил неделю, потом снял с книжки «на черный день», велел маменьке «собирать бебехи». И родители тожественно приехали в гости к дочери, так сказать, признав ее голосовые данные и прочие таланты. Справили ей зимнее пальто с воротником-чернобуркой и сапоги. В них она и ходила потом еще лет 10.

Пела Валечка громко и пронзительно, ее после окончания консерватории даже в тьму-таракань не отправили, а распределили в областной театр оперы и балета. Там она и замуж вышла. За тенора. Правда, ненадолго. Тенора-они же ветреные. То за сопрано волочатся, то за контральто, а то за виолончелисткой из оркестра. И вечно не в настроении. То голос не так звучит, то ноту не ту взял, то Валечке дали хорошую партию, а ему не дали. Валечка, конечно терпела, сколько могла. Она-то была из простой семьи, там ипохондрий сроду не водилось. Однако, вскоре не выдержала этого, как нынче говорят абьюзера и газлайтера. И послала его куда подальше, вместе с его любовью к оркестранткам, вокалисткам и балеринам. И зажила себе прекрасно. Песни пела, если грустно. Соседи через стенку замирали от восторга, а в конце песни аплодировали. Возможно и стоя. Еще бы, сама прима Иркутского театра оперы и балета поет, еще и бесплатно.