# Витязь и его Людмила

Эльза Ярс

Меня зовут Виктор, и я изменил жене. Думаете, зачем я об этом говорю? А затем, чтобы такие же мужики, как я, вовремя брали себя в руки и свою непослушную конечность. Не причиняли боль любимым женщинам ради сиюминутных порывов и, будем честны друг с другом, ради сомнительного удовольствия. Ни одна женщина на свете не сравнится и не будет лучше, чем ВАША! Запомните это и не повторяйте моих ошибок.

В жизни героев было всё хорошо, пока их брак не разбился о ложь, предательство и безысходность. Виктор оказался не той опорой, какой его всегда считала Людмила. В минуты тяжелейшего стресса прошлые ошибки мужчины всплыли самым неподходящим образом. Люда оказалась не такой всепрощающей и кроткой, какой её всегда считал Виктор. За свою оплошность он получит сполна.

Герой далеко не пай-мальчик. Героиня – обиженная женщина, столкнувшаяся с предательством и ложью.

От автора: В тексте присутствуют нецензурные выражения и откровенные сцены.

Остро, эмоционально, динамично.

От Автора: «Этот роман является художественным произведением. Он не основан на реальных событиях и не претендует на историческую достоверность. Любые совпадения с реальными людьми, организациями или событиями являются случайными и непреднамеренными».

## Глава 1. Неожиданности

– Твою мать! Смотри, куда прёшь! – ругаюсь в полный голос, глядя на то, как огромная задница чёрного минивэна подрезает нос моего пикапа.

А водила и не думает извиняться! Более того, эта гнида активно моргает мне задними фарами и виляет своим корытом, мешая его объехать. Вот чёрт! Наверняка ребята Ольшанского балуются. Ну, я им сейчас покажу, где раки зимуют…

Стоит этим утыркам проехать едва заметный поворот в сторону промзоны, как я сразу заезжаю в известный мне «пятачок», чтобы развернуться, и жду возвращения своих преследователей. Ждать пришлось долго. Эти гамадрилы до центра что ли разворачиваться ездили?! Но моё терпение окупается, когда мимо проносится чёрный бок уже знакомого мне минивэна, я ещё жду пару минут и осторожно без фар выезжаю на дорогу. Тут же мне навстречу несутся мои парни на джипе (пока ждал, успел с ними перетереть ситуацию). Открываем синхронно окна со стороны водителя:

– Вить, здорово! Где они?

– Да там поищите, – машу рукой себе за спину, – хорошо, что осень и рано темнеет. Они там ещё долго петлять будут. Машин ездило море, причём погрузчиков и спецтехники. Протекторы зае..ся сверять, – усмехаюсь и даю команду парням действовать.

Эх, хорошо! Ну, Олежа, чтоб тебе икалось, жадюге такому! Натравил-таки на меня своих гавриков? Ничего, я тебе такой сюрприз скоро подброшу, век не забудешь.

Врубаю фары, даю по газам и мчу в агентство. Да, забыл представиться. Меня зовут Виктор Викторович Визянский. Странное сочетание, согласен, но кликуха у меня огонь: «Витязь». Ещё в армейке пристала, так и пошло. Я ни много ни мало руководитель и директор охранного агентства… Угадаете, как называется? «Витязь»! В честь себя, любимого. Сначала был ЧОП, потом услуги ширились, а бывалые вояки, которые не находили себе места на гражданке, множились. Так и приютил всех, словно псов бродячих, но и от этого вышел немалый толк. Теперь у меня в агентстве есть несколько разноплановых отделов. Коротко, между нами, мы их называем так: охранка, слежка, технари, даже имеется парочка детективов с лицензией, которые следят за неверными супругами, и компанейский гемор. Вот как раз из-за нового геморройного дела, а точнее, попытки одной компании отжать бизнес у владельцев другой, я и скрывался от тех оболтусов на минивэне, но обо всём расскажу по порядку.

Захожу к себе в офис и офигеваю! В приёмной сидит, мать его, Карина! Юбка едва прикрывает задницу – худые ляжки наружу, в белой шубке, под которой виднеется ярко-розовый корсет, и в высоченных сапогах (ботфорты, кажется). Ну, блядь, одним словом! Кем она, собственно, и является. Только вот её сюда никто не звал. Оглядываюсь в поисках своей «Мисс Манипенни»*-бессменной секретарши и с облегчением вспоминаю, что та сегодня отпросилась к зубному. Ну, хоть какая-то хорошая новость за вечер! Не было бы счастья, как говорится, да несчастье помогло.

Карина, подрывается при виде меня, а её отутюженные прямые волосы едва колышутся от её движения. Наверное, опять смазаны какой-нибудь жутко дорогой и бесполезной фигнёй, придающий блеск. Вон как слепят, аж глаза режут.

– Ты что здесь делаешь? – не даю девушке первой начать разговор и строго обращаюсь к этой назойливой букашке.

– Вить, ты чего? – натурально удивляясь, хлопает наращенными ресницами.

Она, бл…, сейчас серьёзно?!

– Ты с чего вообще решила, что после одного перепиха имеешь право сюда приходить? Тебя кто-нибудь видел? – уже едва сдерживаясь, шиплю на неё.

– Нет! Но ты не отвечаешь на мои звонки и что мне оставалось делать? Да и секретаря сегодня у тебя не будет, я звонила утром, уточняла…

Карина, плотоядно облизала губы, расправила плечи так, чтобы полуголая грудь в корсете выгоднее выглядывала из-за белого меха искусственной шубейки. За окном ноябрь, но не уверен, что она в этой «крысе» не мёрзнет.

– Твоё счастье, что тебя никто не видел! А по поводу звонков, нам не о чём с тобой разговаривать. Мы когда виделись последний раз? Недели две назад? Неужели, в твоей пустой голове не укладывается простая истина: если мужик хочет женщину, то он всегда найдёт на неё время. Я тебя не хочу! Так достаточно ясно?

– И что мне делать? Я же уже пришла! – стала канючить эта курица.

Потёр пальцами виски и тяжело вздохнул. Может скоро и тереть-то нечего будет, пятый десяток идёт, хорошо, что лысеть до сих пор не начал. У меня дочь чуть младше этой бестолочи, а ведь не поленилась, припёрлась, да ещё и при параде. Кто же тебя подослал? Опять Ольшанский? Что-то не верится мне, что потрёпанный годами и вечной нервотрёпкой мужик сорока четырёх лет может так уж сильно заинтересовать молодую деваху, вроде этой. Я, конечно, в меру симпатичный, и фигура у меня со всеми необходимыми мышцами – за формой слежу исправно! Не качок на добавках, но и не дрищ. Карлсон, ёпта! Ну, что же, Кариночка, а давай-ка устроим тебе небольшой тест-драйв…

– Раз пришла, прошу в мой кабинет. У меня сегодня день суматошный, поможешь расслабиться.

Девчонка радостно передвигает своими ходулями и без всяких возражений следует в указанном направлении. Вот бы и потом она так же резво и ретиво исчезла бы в той стороне, куда я её пошлю. Двадцать лет, а ума нет!

– Что хочет мой котик? – мурлычет эта… Даже слов подобрать не могу.

Вот в каком я был состоянии на той вечеринке, чтобы польститься на ЭТО?! Расхлёбывай теперь, Витя.

Карина времени даром не теряет: ловко скинула с округлых плечиков шубку, бросила ту на кресло и вплотную прижалась ко мне, обнимая за плечи. Её охрененные троечки (вот что есть, то есть!) расплющились о сталь моих мышц, а пухлые губки приглашающее приоткрылись.

– Какие губки, – провожу больши́м пальцем по нижнему «варенику», – а ротиком ты работать умеешь?

Провоцирую, думаю, что откажет, а у самого член в штанах от такой перспективы дёрнулся. Неужели и в трезвом уме, друг, ты хочешь эту искусственную куклу? У неё только жопа натуральная! Я помню, оценил в наш единственный раз по достоинству.

– А ты потом сделаешь мне хорошо? – томно спрашивает моя гостья.

– Конечно, милая, всё, что захочешь!

Шиш, тебе, а не приятно. Мне ещё домой ехать за город… Пока я строю планы на оставшийся вечер, Карина, как можно грациознее опускается передо мной на колени. В её обуви это вообще подвиг! Я прислоняюсь задницей к письменному столу и сверху наблюдаю за её действиями.

Ловкость рук и вот я уже в расстёгнутых и спущенных до щиколоток штанах, а мой «дружок» радостно прыгает в ручки этой мымре. Ну, никакой разборчивости у этого шалопая! Кто приласкает, тому и рад! Мозг, в отличие от члена, эту картинку находит лишь слегка возбуждающей. Короче, можно было бы и обойтись, но раз само в руки идёт, почему бы и нет?

Карина плюёт на член, я морщусь. Она, не замечая моей реакции на её «профессионализм», обхватывает ладонью восставший орган и от души начинает его дрочить. Эй, а где обещанный ротик?!

– В рот возьми, – даю команду.

Нехотя девушка обхватывает моего товарища своими накаченными силиконом губёшками и обводит языком головку! Аа-а-ах! Кайф! Надавливаю ей на затылок, и она шире раскрывает рот, позволяя мне полностью погрузиться в её горло. Что, тяжела доля засланного казачка? Терпи, казак! А терпеть ей приходится изрядно: член у меня на зависть многим! Девушка начинает давиться.

– Вить, мне дышать нечем! – возмущённо соскакивает она с моего органа.

– Давай сама, только пожёстче, идёт?

Кивает и снова широко открывает рот, словно голодный окунь, готовый заглотить моего «живца».

Дело идёт полным ходом: я балдею от жаркого, влажного языка и узкого горла Кариночки… Вот что минет животворящий делает, она уже Кариночка! Девчонка снизу вверх смотрит на меня томным взглядом, а я любуюсь видом скользящего влажного члена. Он то появляется, то исчезает между её пухлый, ярко-красных губ.

Разрядка подоспела нескоро, но стремительно, накрывая нирваной. Карина уже, наверное, ноги себе натёрла – ковра-то у меня в кабинете нет. Девушка пытается отстраниться, чувствуя, что я на грани. Нет, милая, так мы не договаривались. Резко притягиваю её голову к своему паху, надавливая на затылок, и кончаю глубоко в её глотке. Девчонка хрипит, может, даже давится, но я ничего не слышу и не замечаю, а, может, просто не хочу. Мне хорошо! Жёсткий трах после выброса адреналина, который у меня был совсем недавно, то, что доктор прописал! Это вообще запредельный улёт! Мой личный наркотик.

Девчонка сильно лупит меня по бёдрам, а потом проводит по ним своими гигантскими ногтями, оставляя красные полосы.

– Сука! Ты чё творишь?! – взрываюсь не своим голосом, отталкивая от себя эту безумную.

– Я?! – взвивается фурией моя минетчица. – Это ты из ума выжил! Я чуть не задохнулась!

Наблюдаю, как эта инста-самка пытается встать на своих ходулях и тихо угораю над её грацией. В голове долбится лишь одна мысль, приводящая мои поджилки в дрожащее желе: что я скажу Люде? Как можно объяснить следы ногтей у себя на бёдрах?

Словно вселенная решила надо мной посмеяться, в кармане раздался рингтон, по которому я безошибочно узнаю́ звонившего абонента: жена.

Быстро натягиваю брюки и спешу в туалет подальше от Карины. Мало ли что выкинет эта дурища?

– Да, родная, слушаю.

– Вить, ты, когда приедешь?

– Через пять минут уже выезжаю, а в чём дело?

– Мне нужно тебе кое-что сказать, – голос Люды звучит неуверенно и тихо.

– Надеюсь, ты со мной не разводиться решила? – глупо шучу, и сам, осознавая это, тихо долблюсь лбом о кафельную стену.

– Нет, но дело серьёзное.

– Не волнуйся, милая, я скоро буду, и мы всё решим.

Сбрасываю вызов и иду выпроваживать свою нежданную гостью. Вот не было в моей жизни постоянных любовниц и нечего начинать. Я не святой, и левак у меня случался, но чтобы на постоянной основе – никогда! Кто бы, что не говорил, а я жену действительно люблю. «А девки?» – спросите вы. А девки – это так, баловство и способ почувствовать себя мачо не только среди матёрых мужиков, с которыми я постоянно работаю, но и среди прекрасной половины человечества. Возраст, седина в бороду, называйте как хотите, только в моём случае левак действительно укрепляет брак. Я не несу в дом свою хандру по ушедшей молодости, неуверенность и чувство «отстающего от поезда», да и выброс тестостерона после очередной успешной операции проще спустить в первую попавшуюся давалку, чем крышу на жене сорвёт, а ведь может… Дома я всегда на коне, я всегда герой и опора!

Знать бы, чем мне обернётся встреча с этой Кариной, придушил бы ещё на вечеринке…

*Мисс Манипенни – персонаж в романах и фильмах о Джеймсе Бонде, секретарь М главы МИ-6.

## Глава 2. Неожиданности продолжаются

Домой долетаю меньше, чем за час – хоть здесь повезло, пробок на дороге уже нет. Дом у нас – любо-дорого посмотреть! Помню, я как сумасшедший метался по кабинетам администрации, чтобы выбить для нас именно этот земельный участок. Справа лес, снизу пригорок, а за ним река, опять же недалеко от города, и вся инфраструктура на месте – «лепота»!

Сам дом небольшой: одноэтажный, три спальни, гостиная и большая кухня-столовая, где я, собственно, и нашёл свою жену. Люда сидела за обеденным столом и пила из прозрачного стакана, судя по всему, обыкновенную воду.

– Привет, родная! Я дома! – крикнул ещё в дверях, а затем наклонился к любимой, чтобы по традиции запечатлеть на её губах горячий поцелуй. Ничего робкого и невинного! Только голодный, собственнический жест.

– Привет, Вить. Ужинать будешь?

– Конечно! Умираю от голода!

– Иди в душ, а я сейчас накрою.

С больши́м удовольствием слушаюсь «приказа» жены и следую в сторону ванной комнаты. Снял с себя вещи, залез в душ и с наслаждением ощутил, как первые капли прохладной воды ударили по закаменевшим плечам и напряжённой шеи. Хорошо-то как!

Долго нежится я себе не позволил – Люда наверняка ждёт. Быстро оделся в домашние брюки и футболку, а затем почти трусцой помчался в сторону кухни, откуда доносились умопомрачительные запахи запечённого мяса. Есть хочу ужасно!

– Садись, уже всё готово.

Люда, как и всегда, проявила максимум внимания и заботы к своему задолбавшемуся на работе мужу. Чудо, а не женщина! Вообще, с женой мы знакомы с начальной школы. Учились в одном классе, пару лет даже сидели за одной партой. Такое чувство, что она в моей жизни была всегда, как нерушимая константа или аксиома. Сначала, как подруга для игр, потом, как одноклассница, у которой можно списать домашку. И только в выпускном классе я прозрел и понял, что давно влюбился в эту симпатичную девчонку с белобрысыми косичками. А какие у неё глаза! Ммм… Бездонные омуты океана. Помните кулон Розы из «Титаника»? Вот точно такого же цвета! Люда обожает этот фильм, ну и я заодно приобщился.

Сейчас, конечно, моя ненаглядная выглядит шикарно! Стройная, красивая женщина с отменным вкусом. Она предпочитает классический стиль в одежде, всегда выглядит стильно, но скромно. И эта её скромность действует на меня искушающе. Эта женщина заставляет предвкушать, фантазировать, желать…К тому же воспитанная и начитанная. Работает главным бухгалтером в департаменте здравоохранения нашего города. Идеальная!

– Вкусно? Ещё добавки? – с беспокойством спрашивает Люда.

Я и сам за своими размышлениями не заметил, как съел уже всю тарелку. Почти до блеска вылизал – вот что значит голод.

– Не надо, Люд, я наелся. Мясо получилось просто объедение! Спасибо! – поблагодарил я жену.

Затем вытер рот салфеткой, отодвинул в сторону тарелку с приборами и внимательно посмотрел на супругу.

– Ну, рассказывай. Что случилось?

Она как-то нервно дёрнулась, резко подорвалась с места, чтобы убрать всё со стола и только, когда всё разложила по своим местам, снова повернулась ко мне. Всё это время я молчал, давая ей время. Да, что такого произошло-то?! Машка, что ли, начудила… Мысль ещё не успела сформироваться у меня в голове, а мой язык, словно разумная оргтехника, выдал результат:

– Машка беременна? – спросил с беспокойством и тут же мысленно скрестил пальцы. Рано ей ещё! Всего-то третий курс института.

– С чего ты взял? – неподдельно удивилась Люда.

– Ну, ты так волнуешься, что я предположил худшее, – постарался перевести всё в шутку, но в этот раз шутка не «прошла».

– Нет, Вить, это не самое худшее, – с тяжёлым вздохом глубокомысленно изрекла Людмила. – Дело в том, что мне нужно лечь в больницу.

Меня аж встряхнуло от такой новости. Наверное, лучше бы всё-таки Машкина беременность, хотя… Смотря какой диагноз.

– А что у тебя? Что-то болит? Какой диагноз? – подался вперёд к жене корпусом, засыпая её вопросами. Почему она раньше молчала?

– В том то и дело, что пока никакого. Мне просто нужно лечь на обследование, – спокойно ответила Люда, а у меня словно пружина внутри разжалась.

– Тогда чего ты меня пугаешь? Раз нужно, то, конечно, ложись! Скажи, когда и куда тебя отвезти, я всё сделаю!

– А ты справишься один дома? – Люда неловко дотронулась до моей руки, словно ожидая, что я ей не позволю к себе прикоснуться.

Да что с ней сегодня? Я обхватил её в ответ обеими ладонями, пристально вгляделся в лицо любимой и постарался развеять её страхи:

– Люд, ну я ведь уже не мальчик. Конечно, справлюсь. Пельмени, как я слышал, с полок магазинов ещё не исчезли.

Я улыбнулся ей самой тёплой из своих улыбок, по крайней мере, я так надеялся. Она тоже улыбнулась мне в ответ.

– Может, стоит попросить Машу пожить с тобой это время?

Я поморщился, как от оскомины. Вот не самая гениальная идея!

– Люд, ну за ней же Тошка увяжется. Пусть живут… одни. Не могу я смотреть, как чужой тип мою дочь лапает.

Люда рассмеялась своим чистым мелодичным смехом, который я так любил. Наконец-то! Проснулась моя царевна Несмеяна!

– Вить, они уже два года вместе живут. Скоро свадьбу играть, а ты всё нос воротишь. И не стыдно? Дед почти.

– Во-первых, нисколько, а во-вторых, какой я тебе дед? – грозно прорычал, подрываясь со стула.

Люда, естественно, не успела применить какой-нибудь контрприём, как я уже поднял её со стула, прижал к себе за талию и с громким рычанием стал своей отросшей за день щетиной щекотать её шею. Эффект от этого был просто бомба! Проверено годами! Она стала всячески извиваться в моих руках, смеяться и уворачиваться, но кто бы ей позволил это сделать?

– Прекрати! Вить, пусти! Я больше не могу – сейчас умру от смеха! – трепыхалась добыча в моих руках.

– То-то же! А то дед, дед… – сделал я грозный вид, но Люда слишком хорошо меня знала, чтобы купиться на это, – Я ещё о-го-го!

Она прижалась ко мне ещё теснее, обвила руками за талию и потёрлась щекой о мою колючую скулу.

– Пойдём в спальню? – раздался в тишине комнаты шёпот любимой женщины.

Ах, если бы не Каринка со своими когтями! Кошка драная!

– Прости, Люд, давай завтра. Еле стою, сил совсем нет, – от собственного вранья, аж скулы свело.

Какое-то неясное чувство тревоги в этот момент поселилось у меня в груди и стало точить изнутри. Люда вмиг растеряла всё игривое настроение, высвободилась из моих объятий и, прежде чем оставить меня в одиночестве, сказала:

– Меня не будет неделю. Постарайся за это время не превратить дом в рассадник плесени и свалку.

Всё. Больше от жены я не получил ни ласкового слова, ни тёплого взгляда. Она молча ушла, а я остался переваривать произошедшее. И с чего её так подорвало? Неужели что-то заподозрила? Это будет катастрофа!

## Глава 3. Цербер

– Здравствуй, Тимур!

– Здравствуй, Виктор. Ну, и зачем ты ко мне пожаловал? Если надоело без крыши трепыхаться, то у меня вакансий нет, – показательно развёл мой собеседник руки в сторону, – ты, опоздал.

С Тимуром я был знаком давно. Когда ещё в армию пришёл зелёным юнцом, тот уже заключал свой первый контракт на работу в горячих точках. Разница в возрасте у нас минимальная, а различий в понимании жизни и отношении к ней на тот момент – пропасть. Он до отъезда иногда муштровал нас – молодняк и пытался научить уму-разуму. Кто-то прислушивался, а кто-то махал на худощавого татарина рукой, не внимая его науке. А вот мне он показался таким по-хорошему разумным и правильным парнем, что я практически навязался ему в соратники. Друзьями мы так и не стали. Тимур очень трепетно оберегает свои личные границы, и за них, даже такой настырный тип, как я, не смог пробиться. Подвернулся случай, и вот настало время нам вместе взяться за дело…

– Спасибо, что принял, но речь не об этом. Хотя, скажу честно, порой жалею, что не поддался на твои уговоры и прое..ал шанс служить у вас в конторе. Спокойствие, соцпакет, отпуск по графику – аж, завидно! – оскалился, а у самого прямо под рёбрами защемило. Муторно как-то в душе стало, и непонятно к добру ли?

– Ну, садись, рассказывай. А то столько тумана по телефону навёл…

Хозяин кабинета широким жестом пригласил меня сесть за длинный стол, и сам уселся рядом. «Снизошёл» до простого работяги и на том спасибо.

– Тимур, ты что-нибудь слышал о бизнесмене Олеге Ольшанском?

– Это владелец «СтройИнвест»?

– Да.

– Его, что «заказали»? Телохранителей к нему приставил?

– А есть кому «заказывать»? – слово интервью беру, ей-богу.

Вопрос сорвался сам собой, ведь были у меня кое-какие мыслишки в этом направлении. Олежек был таким ушлым и гнилым, что я искренне удивлялся его живучести.

– Ты мне зубы-то не заговаривай. Сначала с тебя инфа, а там уже и я подумаю, чем поделиться, а чем нет.

Да, хватка у него ни на грош не уменьшилась, скорее стала ещё жёстче. В нашем деле это даже на руку.

– Мне позвонил старинный армейский друг, сослуживец, попросил помочь своему племяннику. У парня недавно умер отец, брат моего знакомого, в права наследования парень ещё не вступил и, откровенно говоря, слабоват для самостоятельного плавания. Немного натаскать, придать уверенности, и толк из него выйдет. Сейчас же, он молод, и силёнок тягаться с серьёзными дяденьками у него не хватает. На этом, видимо, и решил хорошо сыграть наш общий знакомый и заграбастать себе ещё одну строительную фирму. И ему бы это удалось, но у Артёма, так зовут парня, оказалась очень серьёзная поддержка в виде матери – та ещё тигрица. Не позволит разбазарить наследство мужа и держит бизнес, да и сына заодно, в ежовых рукавицах. *

Я немного перевёл дух, отпил воды из бокала, который мне любезно предложил мой слушатель, и продолжил:

– Фирма у них, как ты понял, тоже занимается строительством, причём от фундамента до отделки. Не очень большая, но с хорошей репутацией и наработанной клиентурой. Лакомый кусочек. Сначала Олежек предлагал купить бизнес, естественно, намного дешевле его реальной стоимости. Потом стал устраивать диверсии, натравил проверяющих, сорвал им пару заказов и так далее. Ирина билась и отбивалась как могла, но Ольшанский совсем берега попутал. С недавних пор в сторону руководящего состава «ПИКа» начали поступать угрозы, а это уже не делёжка или распил организации. Это откровенный рейдерский захват с устранением конкурентов. Один я такое не вывезу, – закончил на драматичной ноте и в упор посмотрел на Тимура.

Мужчина посмотрел перед собой нечитабельным взглядом, а затем, словно что-то прикинув в уме, повернулся ко мне со словами:

– Устрой мне с ней встречу.

– С кем? С Бовиной?

– Да. Как её по батюшке?

– Ирина Владимировна Бовина, сорок четыре года. Красивая, самоуверенная, зубастая.

– Надоест охранкой заниматься, иди в свахи, – с усмешкой подколол меня Тимур и, не давая ответить, продолжил: – Короче, ситуация мне ясна. Ольшанский не раз у меня фигурировал в разработках, но доказательств никаких не было. Своих людей не снимай, пусть охраняют и глаз с Бовиных не спускают. Были у нас печальные прецеденты… И скинь мне все материалы на почту.

– Договорились!

Я радостно жму ему руку, мы ещё обмениваемся общими фразами, и с чувством выполненного долга я покидаю серые застенки наших доблестных правоохранительных органов.

Пока шёл к автомобилю, который дожидался меня на стоянке, набрал номер Бовиной.

– Слушаю? – голос сухой, немного надменный. Каждый раз хочется поёжиться при разговоре с этой дамой – не чета моей ласковой Люде.

– Ирина Владимировна, это Виктор Визянский. Нам нужно встретиться.

– Приезжайте. Я на работе до шести.

В трубке раздались гудки, а я, глухо матерясь, пошёл дальше. Вот же стерва! Все должны плясать под её дудку! Как только Димка с такой невесткой общался и не прихлопнул её по-тихому? Хотя она сама кого хочешь прихлопнет. Зараза!

Делать нечего, оттягивать эту «приятную» встречу смысла не было. Еду, а сам себя уговариваю: «Представь, Витя, что это приём у стоматолога: сожми булки, морду кирпичом и в путь!»

До офиса строительной компании «ПИК» я добрался за час. Время перевалило за полдень, на небе хмурым, серым полотном темнело небо. Колёса моей машины с лёгкостью гребли рыхлый ноябрьский снег на дороге, а настроение моё было таким же тошным и невзрачным, как вся обстановка вокруг. «Павел Ирина Компани» – незамысловатая расшифровка корпоративного детища семейства Бовиных. Креативщики, блин!

Нынешняя хозяйка и временная управляющая компанией действительно походила на самку, защищающая своего детёныша. Только вот я не мог до конца понять: сына из плоти и крови или компанию мужа?

Секретарша, строгая женщина к пятидесяти (никаких тебе длинных ног в мини-юбке и выпирающей из разреза блузки груди) нажав кнопку на телефоне, оповестила о моём приходе начальницу и после полученного разрешения любезно пригласила меня войти в кабинет к Церберу.

– Ирина Владимировна, здравствуйте!

– Добрый вечер, – на меня подняли тяжёлый взгляд, нехотя отрывая его от бумаг.

Вот всем хороша! Выглядит просто шикарно! Блондинка, которая явно не жалеет сил и денег на уход за собой. Да и вообще типаж, как у моей Люды, но настолько отталкивает своей холодностью, что просто сбежать от неё хочется! Повезло её мужу, теперь хоть и на небесах, но свободен от этой мегеры. Тьфу, блин! Дурь какая в башку лезет! Так, вернёмся к делу…

– Сегодня я встречался со своим знакомым из органов. Он очень уважаемый человек и с большими возможностями, – всё это я проговаривал, пока выдвигал стул для посетителей и удобно на нём устраивался. Присесть мне почему-то не предложили, но и мне гордость проявлять не с руки. Я ей не малолетний пацан, чтобы ответ, как школьнику, стоя держать.

– И чем нам поможет этот уважаемый вами человек? – с иронией спросила Ирина. – Я уже не раз и не два писала заявление на Ольшанского в полицию и в прокуратуру. Осталось только ФСБ или разведку привлечь.

– Вот и считайте, что он что-то среднее между ними.

– Это как?

– А это он вам сам расскажет при встрече.

– Где и когда?

– Вот его визитка, – протянул чёрный пластик дамочке. – Позвоните ему сами и договоритесь.

– Керимов Тимур Маратович, – прочитала Ирина, – и ради этого вы приехали? По телефону нельзя было сказать?

– По телефону небезопасно! – я резко отбрил Ирину, едва услышав недовольство в её голосе. Совсем башкой своей не думает?! – Никто не должен знать о вашей встрече. Мы так и не выявили у вас стукача.

– Ну, хоть сыну-то, я могу сказать?

– Только после того, как поговорите с Тимуром.

– Хорошо, – нехотя согласилась клиентка.

Я мысленно похвалил себя с успешным завершением переговоров и с чувством выполненного долга оставил кабинет этой язвы. Пора домой. Мне бы ещё с Людой поговорить, прошлый вечер закончился на грустной ноте, и разговор мы так и не закончили.

* События описаны в романе «Твой малыш станет нашим», в котором Артём выступает значимым

персонажем.

## Глава 4. Маньяк

Вечером Люда была молчалива. Она, то нервно перебирала вещи в шкафу, то зависала невидящим взглядом перед окном в гостиной. Вид из него открывался, конечно, шикарный! Река, чернеющая местами полыньями, сливалась противоположным берегом с белеющими полями. Снежный покров ровной массой накрывал всё вокруг. И если даже его слой был критично мал, издалека это смотрелось всё равно красиво. Не то, что в городе – песок, грязь, реагенты…

– Люд, может, поговорим? Ты мне так вчера ничего и не объяснила.

Я подошёл к своей жене и положил свои ладони ей на плечи. Она была такой хрупкой! Едва доставала макушкой мне до подбородка. Машка наша тоже в неё пошла – миниатюрная, но в отличие от жены, дочь у нас шатенка. Здесь уж я постарался. А вообще, у меня обе девочки умницы и красавицы! Какой же я везучий!

Люда слегка отклонилась назад. Самую малость, но и этого было достаточно, чтобы меня прошибло желание. Её спина коснулась моей грудной клетки, а упругие полушария ягодиц упёрлись мне в пах. Люда должна было отчётливо ощущать мой возрастающий интерес, и она ощутила, хрипло засмеявшись.

– Неужели? Так быстро, Визянский? Не мальчик уже…

– С тобой я всегда, как подросток, Люд. Ты же знаешь…

Она знала, Виктор в этом не сомневался. Он не раз, и ни два доказывал и показывал, как сильно желает свою жену как женщину. Людмиле было приятно такое рвение со стороны мужа, это было видно по её глазам, предвкушающей, а после довольной улыбки. Да и запретов у нас в постели практически не было. Моя женщина смело шла на эксперименты, инициатором которых был я. Не подумайте, что мы какие-то извращенцы – ничего подобного! Никаких третьих людей в постели или жести. Игрушки, различные позы, техники… В общем, смекалка и любопытство работали на нас, и это приносило нам обоим удовольствие, делая ещё ближе друг к другу. Миссионерская поза у нас в спальне использовалась редко, если только в последние два года. Наверное, возраст сказывается.

Мы с Людой ровесники, нам по сорок два года. Взрослая дочь-студентка и двадцать лет брака за плечами. Это естественно, что страсть утихает. В моём случае она переродилась в тягучее, спокойное желание оберегать, заботиться, любить. Я не могу себе позволить выпустить своих демонов похоти на свободу с женой. Она же моя девочка! Нежная, ранимая, любимая. А если я сделаю ей больно? Я же рехнусь от чувства вины! Нет, уж лучше пару раз в год с какой-нибудь шалавой. Сбросил пар и дальше живёшь адекватно, не творя никакой дичи.

Но что не смогло изменить ни время, ни мои походы налево, ни ссоры, которые, чего греха таить, были в нашей семье редко, но метко, я всегда был готов для своей Людмилы. Стоит её аппетитным формам мелькнуть в разрезе халатика или соблазнительно встать напротив тусклого света, который мягко подсвечивает каждый изгиб её аппетитного тела… Всё, я пропадал для окружающих! Во мне просыпался голодный самец, и я был готов разложить жену на ближайшей поверхности!

Поэтому, собственно, я сейчас и трусь каменным стояком о её округлую попку.

– Упрись ладонями в подоконник, – хрипло выдохнул ей в ухо.

– Зачем? Что ты задумал?

Ой, вот не надо строить из себя вселенскую наивность! Всё ты, моя девочка, отлично поняла. Не первый год замужем. Я отчётливо видел в отражении стекла её расширенные глаза, вздымающуюся грудь и приоткрытые губки. Свет в комнате был приглушён, позволяя детально рассмотреть отражение Людмилы в оконном стекле. Что, моя лапа, дыхание участилось? Тоже возбудилась? Правильно, моя хорошая. Я тебя сейчас так приласкаю, в больничке своей меня вспоминать будешь.

– Ты знаешь, Люд. Ты же у меня умница, – хищно оскаливаюсь, глядя прямо ей в глаза, она тоже ловит мой взгляд в отражении.

Уверенно перемещаю свои руки ей на грудь и не щадя сжимаю соски.

– А-а-а! – протяжно стонет моя жена, откидываясь на меня ещё больше.

Её голова лежит на моём плече, ягодицы и бёдра плотно зажаты между мной и подоконником, её грудь в полной моей власти, и я пользуюсь её беззащитностью по максимуму! Сжимаю мягкие полушария, оттягиваю соски, кручи их между пальцами, а я зыком нащупываю бьющуюся жилку на шее и осторожно прикусываю её зубами. У Люды вырывается новый стон.

– Так хочешь, девочка моя? По животному? Желание дамы – закон!

Спрашиваю больше для проформы, чтобы была готова и не пугалась, если буду действовать грубее обычного. Мне, естественно никто не возражает. Люда уже плавится в моих руках, обхватила меня за шею и изогнулась дугой. У неё очень чувствительная грудь! Знаю, что если постараться, то она кончит, лишь от этого. Но сегодня я не намерен спешить и дарить ей быструю разрядку. Сегодня я хочу полностью лишить её способности думать.

Одной рукой я с силой сжимаю грудь любимой, другой ныряю в развилку между её бёдер и безошибочно нахожу упругий бугорок среди влажных складочек. Надавливаю резко и сразу же кружу по нему пальцем. Люда захныкала, просела, облизала пересохшие губы и повернулась ко мне, чтобы окончательно снести мне башню своим затуманенным страстью взглядом. Это был контрольный в голову! Разумные мысли уступили место инстинктам, превращая меня в сгусток похоти и жажды.

Впиваюсь жадным поцелуем в её манящие губы, ввожу два пальца в её текущую киску и резко выкручиваю сосок. Словно виртуозный настройщик любимого инструмента, я точно знаю, где и с какой силой нажать, чтобы моя женщина зазвучала самой лучшей музыкой. Её протяжный, громкий стон удовольствия в сочетании с сильной дрожью во всём теле – лучшая песня для моих ушей! Это значит, что жене со мной хорошо, что она кончила от моих ласк, а не с кем-то другим или одна. Я ей нужен! Её тело отвечает и реагирует на меня!

Не давая ей прийти в себя после быстрого оргазма, наклоняю её вперёд и она, как я и просил, сама упирается руками в подоконник, выставляя для меня округлую попу. Тонкая ткань халатика под моими руками послушно скользит ей на спину, открывая моему взору ох..тельный вид на перешеек между ягодицами. Персиковое бельё сдаёт с потрохами свою хозяйку, отчётливо демонстрируя, насколько она потекла. Оглаживаю нежную кожу бёдер и попы, опускаясь, целую эти великолепные полушария, а потом пробираюсь под резинку трусиков, чтобы резко спустить их до коленей жены. Люда прерывисто дышит и вертит задницей, подгоняя меня. Не торопи! Я и так едва держусь! Дай хоть выдохнуть и мозг собрать в кучу! Но куда там… Забрало падает, звук пряжки ремня и молнии оглушают, член стоит колом так, что больно. Только Люда способна это исправить!

Провожу головкой по набухшим складочкам и резко толкаюсь внутрь, продирая себе место в её жарких глубинах! Люда резко выгибается, вскрикивает, но я не торможу. Со скоростью и мощью отбойного молотка вдалбливаюсь в тело любимой, придерживая ту за бёдра. Я натягиваю её на свой член, одновременно подаваясь бёдрами вперёд, и от этого вхожу в неё ещё более резко, более глубоко и полно. Люда не сдерживается! Она водит вспотевшими ладонями по холодному стеклу, оставляя на нём мокрые следы. Запрокидывает голову назад, закатывает глаза от удовольствия и кричит в голос после каждого моего проникновения! Как же, блять, хорошо-то! Ещё чуть-чуть…

– Давай, Люд! – подгоняю любимую. Больше я просто не выдержу!

Сердце шпарит внутри, с болью ударяясь о грудину. По вискам течёт пот, член того и гляди сейчас лопнет, успеть бы вытащить… А, может, и не надо? А что, ещё одного нам родит… В глазах яркая вспышка, внизу взрыв наслаждения, а я дёргаюсь, выплёскивая себя на её задницу, и хрипло дышу, как загнанный конь. Ох..ть просто!

– Ты как? – нахожу в себе сил и интересуюсь состоянием любимой.

Она вроде тоже кончила, только я не уверен. Позорно пропустил этот момент.

– Ты маньяк, Виктор, – тяжело дыша, ответила супруга и обернулась ко мне.

Её лицо сияло! Глаза блестели, щёки покрывал яркий румянец, улыбка объевшейся сметаны кошки радовала глаз и успокаивала моё мужское самолюбие. Она кончила вместе со мной! Кто молодец? Я молодец!

## Глава 5. Объединяя силы

Утром я отвёз Люду в клинику. Сам директор департамента похлопотал за своего главбуха, и Люду приняли в лучшей клинике города, причём по полису социального страхования. Чудеса! Я всё-таки вытянул из неё информацию, касающуюся её проблем со здоровьем. На мой взгляд, чисто женская ерундистика. Ну, может, гормоны перестраиваются, климакс скоро или ещё что-то в этом духе. Вообще, не понял, почему она так загоняется? Но имеем то, что имеем. Люда сильно нервничала. В машине так вообще, то и дело бросала на меня обеспокоенные взгляды.

– Люд, да не волнуйся, ты так! Я отлично справлюсь, от голода не умру, пылесос найду, мусор к твоему приезду выброшу, – стараюсь успокоить свою женщину. Вроде бы получилось, – Люда расслабила плечи. Едва заметно, но у меня на неё «спецнастройка». Ушедшее из её тела напряжение я даже боковым зрением уловил. – Ты вообще, как себя чувствуешь? Ничего не болит после вчерашнего? И прости меня за синяки, совсем берега попутал, – поморщился от злости на свою несдержанность, а у самого от воспоминаний едва стояк не образовался.

Сегодня утром заметил синячищи от своих пальцев на её белоснежных бёдрах. Дурень! Совсем забыл, какая у неё нежная кожа. Придурок! Сжимаю руль крепче, стараясь унять приступ самобичевания.

– Всё хорошо, Вить. Правда. – Люда аккуратно кладёт свою руку мне на локоть. – У меня ничего не болит, и ты ничего плохого мне не сделал, – делает паузу и добавляет, – наоборот…

Бросил на неё взгляд, а там в глазах столько чувств, что воздухом чуть не подавился. Вот так должна смотреть любящая женщина на своего мужчину и никак иначе! С нежностью, теплотой, любовью, желанием…, и она смотрит! Ни на кого-нибудь, а на меня, чёрт возьми!

Светофор вовремя загорается красным, мы останавливаемся. Я беру её хрупкую ладошку в свою и нежно целую её тонкие пальчики. Каждый по очереди.

– Я люблю тебя, Люд.

Её глаза загораются, улыбка становится ещё ярче. Эх, давно я ей этого не говорил… Идиот!

До клиники доехали без приключений. Я проводил её с вещами в отделение гинекологии, поцеловал на прощанье и поехал по своим делам. Если жене будет что-то нужно, она позвонит. Вздумает проявить самостоятельность – жопу напорю! Так и предупредил эту излишне самостоятельную женщину. Усмехаюсь в голос, вспоминая её реакцию. Кажется, этим предложением я её только раздразнил и уж никак не напугал.

Когда я почти подъехал к зданию, где расположено моё агентство, в кармане раздаётся трель мобильного. Паркуюсь на закреплённое за начальником, то есть за мной, место и быстро принимаю вызов. Ух ты! Сам Тимур Маратович звонить изволил!

– Здравствуй, Виктор! – раздался в трубке спокойный и властный голос сильного мира сего.

– И тебе не хворать!

– Я вчера встречался с Ириной… – небольшая заминка, почти незаметная, заставила внутренне напрячься. – Мы обо всё договорились. Теперь твои парни работают под моим руководством. Собери команду, кого реши сам, и приезжайте ко мне. Совещаться будем.

– Даже та-а-ак, – протянул задумчиво, – быстро вы.

– Оказалось, она, как и я, не любит откладывать дело в долгий ящик.

– Хорошо, я тебя понял. К трём часам подъедем, идёт?

– Идёт. Позвони, как приедете. Твоих бойцов ещё досматривать на КПП будут, да и пропуска оформлять придётся.

– Может, тогда ты к нам?

– Мне не с руки светиться раньше времени. Чем позже Ольшанский узнает о моём участии в его деле, тем безопаснее для твоих заказчиков. Ты меня понял?

– Конечно! Как не понять? Тогда до встречи.

– До встречи, Вить.

Абонент отключился, а я ещё немного поразмышлял над только что состоявшимся разговором и, придя кое к каким выводам, отправился в офис.

Сегодня мой секретарь на месте и радует меня своей лучезарной улыбкой наевшегося хищника.

– Доброе утро, Виктор Викторович!

– Доброе утро, Изабелла Петровна! Как ваш зуб?

– Всё в порядке, спасибо. Вчера его удалили из моего рта и из моей жизни.

Да, природа на этой женщине развернулась, свернулась, а потом и вовсе испугалась того, что натворила, отсыпав ей со своего плеча совершенно ненужных щедрот. Лично я так считаю. Персонажем она была колоритным, если не сказать выдающимся! Одно имя чего стоило! Но я не представляю на её месте кого-то другого и никогда не приму её отставку. Изабелла Петровна стала не просто моим секретарём. Она мой верный помощник и соратник. А уж её знаниям и феноменальной памяти можно только позавидовать. Впору делать её совладелицей агентства, но тогда она меня выживет, не моргнув и глазом, чтобы единолично всем заправлять.

Мою «Мисс Манипенни» от всех прочих женщин отличали: бульдожья хватка, воспитание истинной леди (речь и манеры были на высшем уровне), аналитический склад ума с отлично работающими мозгами, рост под метр восемьдесят и вес за сотню килограмм. Кроме того, она могла похвастаться шикарным бюстом, коротким, стильным ёжиком угольно-чёрных волос и пронзительными голубыми глазами под стёклами стильных очков в модной оправе «кошачий глаз». Всё это вместе делали её привлекательной для всех представителей мужского пола, что когда-либо побывали в моём агентстве. И это, блин, парадокс! А ещё она обожала чёрный кофе и чёрный шоколад.

– Изабелла Петровна, вызови ко мне Игоря и желательно до обеда.

– Хорошо.

День шёл обыденно. Стук в дверь отвлёк меня от просмотра новейшего оборудования для слежения, которое скинул мне на почту мой поставщик. Интере-е-есно! Официально мне, конечно, запрещено с такими игрушками работать, не спецслужба всё-таки. С чем-то попроще – пожалуйста. Поэтому и азарт протестировать эти штучки во много раз увеличивался.

– Виктор Викторович, здравствуйте! Вызывали?

В кабинет вошёл Игорь. Красавчик-брюнет, одетый в строгий тёмно-синий костюм, белую рубашку и начищенные до блеска туфли. Парень всегда выглядел превосходно! Причёска с модным пробором набок, чисто выбрит, молодой и обаятельный. Гроза любого женского сердца. Порой мне казалось, что и моя Изабелла неровно дышит к этому парню. А ведь он, в отличие от всех остальных моих работников, не вояка. Он экономист. Но не простой, а одарённый. С кучей дипломов, сертификатов, регалий и прочее. Короче, если дело касалось финансовой отчётности, бухгалтерии, отмывания денег или ещё чего-то, связанного с цифрами, то звать нужно было Игоря. У него нюх на такие вещи, и во всей этой макулатуре он чувствует себя как рыба в воде.

– Привет, Игорёк! Садись. Ты ведь уже заканчиваешь с фирмой Тюрина?

– Да. Сегодня-завтра вам отчёт предоставлю. Источник утечки я нашёл, а уж виновного Евгений Палыч сам пусть наказывает. Увольняет или в органы сдаст, это уж как барин решит.

– Хорошо. А как думаешь, Евгений Павлович настолько сильно доволен твоей работой, чтобы порекомендовать тебя партнёру по бизнесу?

– Почему бы и нет? Думаю да.

– Ты кому-нибудь говорил, что работаешь со мной в связке?

– Нет. Зачем?

– Отлично! Тогда сегодня в два жду тебя здесь, к трём поедем на встречу, и там я тебя представлю, как своё секретное оружие.

– Гладко стелете, Виктор Викторович. Ещё и хвалите. Куда вы, меня опять заслать хотите? В пасть ко Льву?

– К шакалу, Игорёк, к шакалу.

* Игорь – с ним планируется отдельная история «Дюймовочка для Крота».

## Глава 6. «Холостая» жизнь Витязя

После тяжёлого рабочего дня я вернулся домой и только сейчас осознал, что Люды в нём нет. И не будет ещё несколько дней. Прямо скажу, ощущения неприятные и крайне непривычные.

Совещание с Тимуром шло долго, трудно и со скрипом. Оказалось, что у нас в агентстве намного больше свободы действий, чем у них в конторе. На каждый шаг нужна бумажка! Раппорт, разрешение, допуск. Тьфу, блин! Кое-как мы всё же скоординировали действия. А вот нашим «Троянским конём» – Игорем Тимур остался доволен. Ему определённо зашла идея подсадить нашего человека в компанию к Ольшанскому, и моё предложение, как это сделать, не привлекая к себе внимания, он оценил. Я, между прочим, тоже не пальцем деланный, и свою работу знаю!

Открываю дверцу холодильника, достаю плов, который мне предусмотрительно приготовила Люда, накладываю себе большую порцию и ставлю его в микроволновку. Так, что здесь нажимать-то? Давно я не подходил к этому агрегату. Вот что значит, жить с любящей и заботливой женщиной! Расслабился, потерял сноровку в быту, а теперь как бы холодным это есть не пришлось…

Справившись с ужином (разогреть я всё же сумел!) плетусь на диван в гостиную. Лежу, смотрю в потолок, думаю. Тишина обволакивает. Вязкая, непривычная. Когда Люда дома, она почти не издаёт шума, но я на молекулярном уровне чувствую её. Знаю, что она, например, на кухне или в спальне. А тут ни-че-го! Пустота!

Чтобы избавиться от гнетущего чувства одиночества, врубаю телек. Там новости, политики, мошенники. В Московском зоопарке капибара родила очередного детёныша. У нас зима на носу, а они там размножаются. Ничего не помогает.

Делать нечего, поплёлся в спальню. Лёг на кровать. Лежу. Опять смотрю в потолок. На часах почти полночь. Мне спать давно пора, а сам невольно ищу рукой Люду. Оказывается, я не могу уснуть без своей жены. Вон оно как… Понял я это только сейчас, а раньше даже не придавал значения такой малости . Долго ворочался с боку на бок, но усталость взяла своё.

Утром проснулся разбитым и кое-как спустил ноги с кровати – башка трещала от недосыпа. Усилием воли заставил себя подняться с кровати, умылся и сделал кофе. Это я, слава богу, умею! Сижу за столом, пью ароматный напиток, а у самого в голове на повторе: Люда нужна мне дома, Люда должна быть рядом со мной. Ну не могу я без неё! А это только первая ночь. Такими темпами я к концу недели совсем рехнусь от недосыпа и завою на луну от тоски!

Делать нечего, собрал себя в кучу и поплёлся в офис. Изабелла Петровна порадовала меня огромной кипой договоров, бланков отчётностей и прочей ерундистики, которую я не очень жалую, но деваться мне некуда. Я давно понял, что, если хочешь, чтобы всё работало, как часы и по ночам спокойно спать, проверяй, проверяй и ещё раз проверяй всё сам. Нет, и не было в моей практике человека, которому бы я мог доверить со спокойной совестью управление своим агентством.

Кое-как высидев этот день, попутно созваниваясь со своими ребятами и отслеживая из передвижения, посмотрел на часы и облегчённо выдохнул. Пора ехать к Люде! Она написала, что целый день будет занята: УЗИ, анализы, обследование. Только вечером освободится, а до этого времени просила не приезжать. У меня почти глаз задёргался от ожидания! Хочу к своей жене! Она же не в тюрьме, а в больнице. Почему такие ограничения?!

Примчался в клинику, бегом поднялся на нужный этаж, а там уже и до палаты недалеко. Остановился около приоткрытой двери, чтобы отдышаться, как вдруг услышал мужской голос:

– Людмила Савельевна, я понимаю, что данная ситуация неприятная, но и тянуть, нет смысла.