Анна Маслякова
Слуга Великого Визиря

Инспектор сомневается

Когда-то в юности Вулкан хотел стать великим пианистом и ходил на частные консультации в Стамбульскую Консерваторию. Целыми днями он сидел за старым бабушкиным пианино и самозабвенно штудировал фуги И.С. Баха. Но, когда пришло время вступительных экзаменов, он резко передумал, подал документы на факультет криминалистики и – поступил. Он понял, что никогда не сможет выразить в музыке переполняющие его проекты и идеи. И если он хочет сделать мир лучше, то, вместо того, чтобы мучать несчастных слушателей своим посредственным исполнением, ему следует научиться ловить преступников.

После утомительных уроков фортепиано Вулкан обычно заходил в кафе на углу, пил кофе, заедая его ароматным жареным картофелем, и, поглядывая в окно, обдумывал замечания учителя музыки. За картофелем неизменно следовали взятые с собой бутерброды с копчёной колбасой, которые Вулкан съедал с не меньшим удовольствием. Поступив в университет, он стал завсегдатаем соседнего бистро – с потолком, украшенным длинным рядом тяжеловесных хрустальных люстр. В отличие от предыдущего заведения, здесь не было столиков, и голодные посетители молча распределялись вдоль некого подобия барной стойки, тянувшейся вдоль панорамных окон. Инспектора это вполне устраивало: стоя на одной ноге, он наскоро выпивал чёрный кофе с четвертью торта «Наполеон» и стремительно выходил прочь, словно боялся, что, если он пробудет в кафе чуть дольше, то все поймут, что ему здесь не место и вытолкают его за дверь.

За тридцать лет Вулкан ни разу не пожалел, что выбрал другой путь. Теперь же, после всех выпавших на его долю испытаний, криминалистика совершенно перестала интересовать Инспектора, и он вдруг осознал, что не хочет возвращаться к работе. Вулкан шёл по знакомым стамбульским улочкам, и его не отпускало щемящее чувство утраты. С каждым шагом воспоминания всё плотнее окутывали его. А голове вертелся вопрос: «Что, если я сделал ошибку, отказавшись от карьеры пианиста?».

Мышиная возня

На этот раз завтрак в выбранной гостинице не оправдал его ожиданий. Овсянка оказалась пересоленной, а сыр был настолько тонко нарезан, что, казалось, ещё немного и он исчезнет, растворившись в воздухе. Более того, не было джема: Инспектор был сладкоежкой, и это его крайне раздосадовало.

Наскоро одевшись, Вулкан поспешил в старое кафе у Консерватории, которое, по его расчётам, должно было уже работать. Взяв стаканчик ароматного турецкого кофе, он повернул в сторону Босфора, на берегу которого, по своему обыкновению, намеревался насладиться божественным напитком.

Вдруг он уловил какое-то едва заметное движение слева. Но, обернувшись, увидел лишь скульптуру пушистого кота, развёрнутого к нему мордочкой. Инспектор улыбнулся, облегчённо вздохнул и пошёл дальше.

Проходя мимо стендов с афишами, он снова в нерешительности остановился. Что-то подозрительное было в плакате, изображавшем белую мышку в окружении математических формул. «Нет, не может быть», – подумал Инспектор, – «это, должно быть, из-за жары. А вот и Босфор. Пришли. Слава Аллаху, можно отдохнуть спокойно».

Вулкан снял крышечку с одноразового стаканчика, подул на всё ещё горячий кофе и стал отпивать его маленькими глотками. Его терпкий вкус в сочетании с блеском вод Босфора, был просто восхитительным. Паромы гудели, словно переговариваясь друг с другом, чайки приветливо кричали, махая крылом, а рыбаки с удочками и ведёрками давно уже заполонили Галатский мост…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.