Владимир Пламенев
Князь Берёт Своё

Глава 1

Капли моей крови коснулись холодного серого камня, а потом зашипели, испаряясь против всех законов природы.

Вокруг меня вспыхнуло кольцо алого огня. Находящийся за ним мир скрыла тьма. Так что я оказался изолирован от своей стражи.

– Ты добился того, чего хотел, – прорычал спереди низкий голос . Там из языков пламени сформировалась огромная трехметровая фигура человекоподобного существа.

Он был чем-то средним между человеком и зверем. Нижняя часть была козлиной – чёрный мех, огромные заострённые копыта. Верхняя – человеческая, мускулистая и покрытая чёрными надписями, за исключением козлиной головы с длинными спиральными рогами.

Бафомёт – один из астральных лордов, которых вполне обоснованно можно считать богами… или высшими демонами.

– Добился, – без тени страха сказал я, смотря в его прямоугольные зрачки. А потом закатал рукав левой руки. На коже вокруг предплечья находились двенадцать чёрточек, отмечавших использованные «Слова Силы». Но там оставалось место ещё для одной – тринадцатой. – Теперь я желаю остановить действие нашего договора.

Существо улыбнулось острыми зубами, за его спиной широко распахнулись чёрные кожистые крылья. – Почему? Неужели сила тебе больше не нужна?

– Её осталось слишком мало, чтобы ею пользоваться.

– Можно восстановить потраченные «Слова Силы», – склонил голову на бок мой собеседник. – А «Голос Власти» и «Взор Власти» вовсе не имеют ограничений в количестве использований.

– Я не желаю больше ничего тебе платить.

Он рассмеялся.

– Я беру не так много, чтобы ты отказывался от нашего договора. В последний раз за восстановление «Слов» я забрал у тебя всего лишь вещь.

Мои кулаки сжались сами собой. Я скрипнул зубами, вспоминая эту жертву – «Кулон Высшего Исцеления».

Это было последнее, что у меня оставалось в память о погибшей матери.

– Твои прихоти всегда стоят дорого. Довольно! Я разрываю наш договор!

– Резко. Обычно ты держишь себя в руках. Впрочем, это твоё право. Но ты же помнишь главное условие расторжения договора?

– Да. Внеочередная плата, – я сжимал и разжимал челюсть, от закипавшей внутри злости. На него. На себя.

Договор с Бафомётом всегда стоит чего-то важного, даже если его нужно расторгнуть.

– Вот именно, а плату эту определяю я, – он когтистым пальцем коснулся своей груди.

– Определяй, но помни о праве смерти. Я в любой момент могу покончить с собой и ты не получишь ничего, – это была главная защита в нашем договоре.

– Разумеется. Поэтому ты сделаешь для меня работу и будешь свободен.

– Какую? – я нахмурился.

– Об этом ты узнаешь на месте. Я перенесу твою душу туда и даже обнулю твой счёт «Слов Силы». Ты сможешь воспользоваться всеми тринадцатью.

Черточки на руке начали жечься.

– Я не могу согласиться на то, о чём понятия не имею. Тем более уйти из этого мира, где я только что добился своей цели!

– Твоя месть за убитую семью свершилась. Убийца твоих родных больше никогда не увидит белого света и остаток дней проведёт под пытками. Даже если ты уйдёшь отсюда, об этом я позабочусь. Разве что-то ещё держит тебя?

Я задумался.

Семьи у меня нет и не будет. Роль главы Тайной Стражи этого не предполагает. Слишком мало свободного времени. Слишком много крови на руках.

У меня есть власть над страной, но она никогда не будет принадлежать мне по праву. Я просто удерживаю её с помощью силы и налаженных связей. Даже то, что я могущественнейший князь империи, ничего не меняет. Стоит мне чуть ослабить хватку, как я окажусь на эшафоте.

По этой же причине я не могу заниматься изучением мира и путешествиями. Мои обязанности пожирают всё моё время, а постоянная борьба, даже сейчас, не оставляет никаких моральных сил. Враги всюду и они не спят.

– Обратно я не вернусь?

– Если не захочешь, – пожал могучими плечами Бафомёт. – Но в этом я сильно сомневаюсь, – он разразился громогласным смехом.

– Почему?

– Потому что там ты получишь то, что когда-то давно здесь потерял. Правда, обстоятельства тебе не понравятся.

– Что ты имеешь в виду?!

– Узнаешь на месте, – повторился Бафомёт. – Время пришло!

Он щёлкнул пальцами за мгновение до того, как я сказал ещё хоть что-то.

Я ослеп, оглох, потерял чувство вкуса и веса. Словно превратился в облако, которое затягивало куда-то далеко-далеко.

Потом тряхнуло и я открыл глаза.

– Брат, ты жив?! – мои плечи сжали чьи-то руки.

В полутьме зала было сложно разобрать лицо этого человека. Здесь практически не было света, только какой-то странный предмет лежал рядом и выпускал луч света в стену.

«Фонарик» – всплыло в моей голове.

– Марк! Марк, посмотри на меня! – ладони обхватили моё лицо и говоривший приблизился. Я смог разобрать его черты.

Ясные голубые глаза. Правильные черты лица. Уложенные в небрежную причёску чёрные волосы. Волевой подбородок. Светлая, почти бледная кожа.

Я оцепенел.

Этого не может быть! Не может! «Рогатый», не издевайся надо мной!

На меня смотрел тот, кого я учил стрелять из лука и держаться в седле. Тот, кого я вытаскивал из колодца, пока взрослые не увидели. Тот, чьи предсмертные крики навсегда отпечатались в моей памяти.

Офрик – мой младший братишка.

Я почувствовал, как по щеке стекает одинокая слеза. Впервые за долгие годы.

– Ты чего?

Я сорвался со своего места и что есть сил обнял его, прижимая к себе крепко-накрепко.

– Марк, что случилось? Ты говорил с Велесом? Он поможет нам? – брат растерянно развёл руками.

Глубоко вздохнув, я взял себя в руки и отстранился. Дал волю эмоциям и на этом хватит.

– Кто такой Велес?

– Ты что, забыл?! Бог, покровительствующий нашему роду!

Брат взял фонарик и подсветил им выделанный на стене барельеф. Козлиные ноги и голова, спиральные рога. Бафомёт, как он есть.

Значит, в этом мире его зовут Велесом.

– Вспомнил, – кивнул я.

– Отец… – брат посмотрел вниз, там лицом к земле лежал мужчина. – Отец должен был поговорить с ним, чтобы он защитил нас от клана Богатовых.

Я слез с алтаря и присел рядом с мужчиной, нащупывая пульс. Есть, но слабый. Я перевернул его на спину.

Отец. Точно он. Они с Орфиком всегда были очень похожи, почти как близнецы. Только здесь у отца была густая чёрная борода.

Он лежит спокойно, словно спит. На нём, как и на мне, и на моём брате простые льняные рубахи и такие же штаны. Обуви нет ни у кого.

БУМ!

Землю под ногами тряхнуло. Со стен и потолка посыпался песок и пыль.

Медленно я встал, сверля взглядом дверной проём впереди.

– Напомни, брат. Из-за чего трясётся наш дом? – спросил я, с трудом сдерживая закипающую внутри ненависть.

– Ударные техники Богатовых! Они осадили наше поместье! Ты что, совсем ничего не помнишь?

– Где остальные члены рода?

– В другом крыле подземелья, а что ты собираешься делать?!

– Где наши люди? Где гвардия? – я стальным взглядом впился в глаза брата. Он поёжился и отступил назад.

– Их пятеро осталось, остальные погибли в бою с бойцами Богатовых! Так что ты видел? Велес окажет нам помощь?!

– Я – ваша помощь! За мной! Вели слугам собрать всех, кто может сражаться. Больше никто из моих родных не умрёт! – я без сомнений направился к выходу.

– Постой, Марк! Но у тебя ведь нет дара!

– Он мне не понадобится.

Через десяток минут я уже был наверху.

БУМ!

Дом трясся от обрущающейся на него мощи. Стены содрогались, а посуда из шкафчиков уже давно попадала на пол и разбилась на осколки.

Фарфор, стекло – теперь всё это мусор.

Я с равнодушно смотрел на это.

На мне была уже другая одежда, в которую я переоделся быстрее чем за минуту. Крепкие кожаные сапоги, плотная рубашка, кожаная куртка с гербом на груди – распахнутый ярко-красный глаз, с пылающим вертикальным зрачком на чёрном фоне.

Рядом стояли гвардейцы с усталыми глазами. У каждого была какая-то рана: рука, нога, голова. Всего четверо воинов, пятый скончался от ран.

Сейчас из остатков гвардии такие себе вояки. Но они хотя бы выступят в роли моей свиты. Не очень представительно, но лучше, чем совсем никого.

В кухню, ставшую местом сбора, ввалился брат, бегающий по мелким поручениям.

– Марк! – он тоже был одет под полевые условия. – Ты что, всерьёз собираешься сражаться с Богатовыми в открытом бою?!

Я внимательно посмотрел на него. Из обрывков памяти всплыло его имя в этом мире – Олег.

Странное, Орфик ему подходило лучше.

– Нет. Я просто убью их, если они откажутся уходить.

Он в удивлении захлопал глазами. – Нет, я не верю что ты обезумел! Какой у тебя план?! Ты всё же говорил с Велесом?!

– Да. Пойдём. По пути расскажешь, что из себя представляют эти Богатовы, – я быстрым шагом вышел из кухни, игнорируя другой вопрос брата. Он поспешил следом, а гвардейцы за ним.

– Может, расс…

– Делай то, что я говорю! У нас нет времени на споры и пререкания! Я – старший, а значит ты будешь меня слушать, – с нажимом прервал я Олега. – Кто такие Богатовы? Что они здесь забыли? Сколько их? Кого они уже убили из членов нашей семьи?

Он потупил взгляд и стал отвечать. – Богатовы – крупнейшие землевладельцы Ростовской губернии. Они несколько лет пытаются отнять у нас шахту по добыче мананита – нашего единственного источника доходов. Но раньше они не осмеливались приходить сюда с войной! – брат сжал кулаки.

– Кого мы потеряли? – мы подходили ко входным дверям усадьбы.

– Больше десятка гвардейцев, а наш старший брат – Юрий, попал в плен. Он повёл их в атаку, чтобы защитить поместье, но Богатовы оказались слишком сильны. У них целых пять боевых магов ранга ратник! У нас их было всего двое, это Юрий и отец!

– Ясно, – я встал перед дверями. – Слушай внимательно. Сейчас я открываю дверь и спокойно выхожу к ним. Мы вступаем в переговоры. Ты вместе с гвардейцами следишь, чтобы никто не зашёл мне в спину и не атаковал поместье. Больше от вас ничего не требуется. Понятно?

– Да, – нахмурившись, кивнул брат.

– Как у вас принято обозначать желание к переговорам?

– Белым флагом, – удивился он.

– Тащи его сюда.

– Но это же и символ капитуляции!

– ТАЩИ СЮДА, Я СКАЗАЛ! – стоило мне рявкнуть, как Олег тут же сорвался с места и исчез в боковой комнате. Гвардейцы резко выпрямились по струнке смирно. Хорошая выучка.

БУМ!

Поместье продолжало потряхивать.

Я закатал рукав левой руки. На месте, где должны быть отметины использованных «Слов Силы», было чисто. Бафомёт обнулил мой счёт, как и говорил. При всём коварстве, он никогда не лгал. За это я его уважал.

БУМ!

Я воззвал к своему дару, который в прошлой жизни позволял мне управлять телами людей, словно куклами. Но как бы я не старался, ничего внутри меня не отзывалось. То ли новое тело не подходило, то ли перенос души не включал перенос дара. Хотя по общей теории магии, это было возможно.

Тем более, что моё тело здесь подозрительно сильно напоминало моё из прошлой жизни. Я посмотрел в зеркало, висящее на стене в прихожей. Несмотря на все атаки, оно плотно держалось на стене и не собиралось падать.

Я был таким же, как и раньше. Только моложе. Там мне было тридцать два, а здесь не больше восемнадцати.

Такие же угольно чёрные волосы. Яркие синие глаза, с пронзающим насквозь взглядом. Выраженные скулы. Правильный нос с небольшой горбинкой. Прямые чёрные брови. Лицо истинного аристократа.

Только вот тело было далеко от совершенства. Высокий рост, под метр восемьдесят, что не очень удобно для магических сражений. Худощавый, мышц немного. Даже благородная бледность выглядела скорее болезненно. А усугубляли картину серые синяки под глазами.

В прихожую ворвался часто дышащий Олег, держа в руках трость с обрывком белой ткани, примотанным к её концу. Не сильно похоже на флаг. Но и мы не сдаваться идём, а ставить наглых соседей на место.

Взяв импровизированный флаг в руки, я раскрыл входную дверь и вышел. Гвардейцы и брат следом за мной.

Снаружи грязь, с белыми островками ещё не растаявшего снега. Весна. Мощёной дороги нет, вместо неё грязевое недоразумение с лужами и снегом.

Вокруг дома стоял полупрозрачный энергетический барьер. Он, словно мембрана, отделял усадьбу от осадивших её врагов. По его поверхности плавали алые разводы, напоминающие масляные пятна – характерная черта для щитов Бафомёта.

Снаружи стояли странные стальные коробки с колёсами – «автомобили».

А люди поблизости держали уродливые палки-конструкторы из дерева и металла – «автоматы».

Я стремительно пополнял свой словарный запас, вспоминая значения каждого увиденного объекта. Память нового тела была весьма кстати.

Главной силой, как и в любом нормальном мире, здесь оставалась магия.

Напротив входа в усадьбу, в окружении десятка вооружённых людей, стоял высокий парень. На его плечах небрежно висела дорогостоящая меховая шуба. Длинные золотистые волосы были уложены в хвост. Он держал руки перед грудью, формируя из завихрений света энергетический шар.

Как только магическая сфера сформировалась окончательно, она слетела с рук мага и ударилась о барьер нашей усадьбы. Он завибрировал и взорвался в яркой вспышке. Следом задрожал и дом, и земля на которой он стоял.

Мощная магия. Этого блондина нельзя оставлять в живых, раз Богатовы претендуют на то, что нам принадлежит.

Я вытянул трость наверх, чтобы было видно белую ткань и пошёл вперёд, с прямой спиной и высоко поднятым подбородком.

Наши враги это быстро заметили. Несколько женоподобное лицо вражеского мага оскалилось в улыбке и он опустил руки. Его бойцы приготовились.

Пока мы приближались к ним, я насчитал не меньше сорока человек с автоматами, группами стоящих вокруг усадьбы. Действительно, осада.

Как только мы приблизились, барьер отреагировал на наше присутствие тёплым свечением на том участке, где мы были. Мы без препятствий прошли сквозь него.

– Гордые володари Велёсовы, – широко распахнул руки светловолосый маг. – Вы оказались мудрее, чем я ожидал! Честно сказать, я думал, что вы приползёте ко мне только после того как я разрушу вашу магическую защиту и вытащу кого-нибудь из вас из подвала за волосы. Но нет, вы включили разум! Браво!

Он издевательских захлопал. Окружающие его бойцы засмеялись. А я нутром чувствовал, как накаляется сердце Олега и гвардейцев. Они злились.

Я отбросил трость с белым флагом в грязь.

– Где мой старший брат? – спокойно спросил я, не мигая смотря в глаза аристократа.

Магия наполнила мои глаза и горло. Пробудились «Взор Власти» и «Голос Власти» – две способности, дарованные мне Бафомётом, чтобы подавлять волю слабых людей.

– Ты про того безбашенного, кого мы захватили в плен? Он уже там, где ему самое место – в подвале нашего поместья, – широко улыбнулся блондин. – Я тебя не знаю. Хотя… не ты ли тот бездарный Велёсов, которого за глаза называют «Обрубком»? – его гвардейцы зашлись в новом приступе смеха.

– Думаешь, меня так назвали из-за отсутствия дара? – я медленно расплылся в улыбке, которая в прошлом заставляла сердца моих врагов леденеть от ужаса.

– Не понял? – тут же смутился он и заморгал, нервно дёрнув мышцами лица. Его проняло.

– Позже узнаешь, – я продолжил неотрывно смотреть ему в глаза. – Зачем пришли?

– Забрать своё, – прищурился он и через силу натянул на лицо поганую ухмылку. – Теперь окрестности Озёрска и прилегающая к нему мананитовая шахта принадлежит нам!

– Правда? – я чуть склоняю голову на бок. – Документ есть?

– Напишем! А сейчас немедленно сними свой барьер. Я со своими ребятами зайду в вашу халупку и поговорю с главой клана, раз он не осмелился выйти ко мне лично. Если будете вести себя хорошо, то никто не пострадает. Отдадите заложников, выплатите контрибуцию за ранение моего брата, перепишите шахту с землёй и мы оставим вас гнить здесь дальше.

Он желает буквально лишить мой род последнего дохода. А судя по состоянию усадьбы, у нас и так всё плохо с деньгами.

– Не получится, – я пожимаю плечами. – Барьер создал не я и даже не мой отец. Ты знал об этом?

– Бред не неси.

– Сам поразмысли. Если бы мы могли создавать барьеры такой силы, что ты не можешь пробить его уже несколько часов, то разве мы бы сидели в своей усадьбе?

– Хм… не заговаривай мне зубы, – с меньшей уверенностью сказал он.

– Пойдём, наедине я объясню тебе всё подробнее.

– Никаких мне не надо объяснений, только капитуляция! – он эмоционально взмахнул руками. Начал раздражаться, это хорошо.

– Скучный у нас разговор, – я скучающе склонил голову набок, смотря на гвардейцев Богатовых. – Может, сразимся?

Он широко распахнул глаза от удивления. – «Сразимся»?! Вы проиграли! Я вот-вот разнесу ваш сраный барьер к чертям собачьим!

– Почему же ещё не разнёс?

– Ты… – он нервно облизнул губы, собираясь с мыслями. Каждое слово, сказанное сейчас, запомнится его гвардейцами и разнесётся по всему клану. – Ха! Потому что если мы его разнесём, то нам придётся убить каждого взрослого мужчину в вашем роду! А так у вас есть шанс на выживание.

– Уверен в своих словах? – подавляемая ранее ненависть вскипела внутри меня. Я с трудом удерживался, чтобы не убить этого молодого идиота прямо здесь и сейчас.

Единственные причины, почему я этого не делал, это наличие моего брата у них в плену и туманные перспективы дальнейшей войны.

– Не заговаривай мне зубы! Немедленно сними свой барьер!

– Скажи, ты наследник?

– Я – Артур Богатов, второй наследник клана Богатовых! Так что да, я – наследник! – с нескрываемым раздражением высказался он.

– Второй, значит, – я кивнул. – А хочешь стать первым?

– ЭТО НЕ ТВОЁ ДЕЛО! – он вскрикнул. Я задел его за больное.

– Я могу тебе помочь. Правда, могу. Но для этого нужно поговорить с твоим старшим братом. Устроишь?

– Да отстань ты уже от меня! Если бы не твой чёртов белый флаг, я бы уже поджарил вас всех и отправил в качестве шашлыков своему отцу! Либо сдавайся, либо проваливай в свою сраную усадьбу!

Отлично, я разозлил его достаточно сильно. Ещё чуть-чуть и он начнёт полностью поддаваться моей силе. Теперь самое сложное – дать ему понять, что общаться со мной гораздо выгоднее, чем конфликтовать.

Я кивнул ему. – Хорошо. Мы сдаёмся. Но перед капитуляцией я кое-что должен сказать тебе без лишних ушей. Как с твоей стороны, так и с моей. Это связано с барьером. Тут есть проблема.

Напряжённое лицо Артура слегка разгладилось. Но уголёк недоверия тлел у него во взгляде. – Ты что-то задумал, болтун?

– Нет. Я предельно честен, – я принял предельно серьёзный вид.

– Брат? – со спины неуверенно заговорил Олег.

– Ждите здесь. Я сделаю всё, чтобы вы выжили.

Артур триумфально улыбнулся. Потому что почувствовал свою власть. Наверняка в тот момент он уже прокручивал в голове, как будет выслушивать мои мольбы о пощаде. Подобное точно грело ему душу.

А значит этим нужно пользоваться. Он на крючке.

– Веди, – обратился я к Артуру, позволяя ему вести за собой – то есть играть роль главного. Пусть ещё больше почувствует свою значимость. После той истерики, на которую я его спровоцировал, рискуя собой и другими, это станет для него отдушиной.

Мы прошли через ряды его гвардейцев. Экипированы они хорошо, выправка есть. Но слишком уж развязно себя ведут. Переговариваются, отпускают друг перед другом шутки. Сосредоточены едва ли двое из всей десятки, они и сопровождали меня с Артуром.

Боевого опыта с серьёзными противником у них немного.

– Сплошная грязь. Жить в таком свинарнике – себя не уважать, – усмехнулся Артур, подходя к крупногабаритной машине, с контейнером позади – мобильному штабу. – Неудивительно, что вы таким жалким образом проиграли.

Он остановился.

– Значит так, Велёсов. Сделаешь хотя бы одну глупость и я превращу тебя в кучку пепла. Понял меня?

– Обойдёмся без глупостей, – заверил я.

Не совсем тот ответ, которого он ждал, но тем не менее Артур кивнул.

Он сделал короткое движение рукой и вокруг него появился доспех из золотистой энергии.

– Это на случай, если ты вздумаешь поиграть в героя-смертника. Знай, что я в ранге ратника. У вашего клана нет ничего, что могло бы пробить мою защиту, – потом он повернулся к своим бойцам. – Ждите здесь.

Мы с ним поднялись в мобильный штаб.

Тут я понял, что ошибался. Никакой это не штаб. Это попытка сделать передвижной дворец в военном антураже. Максимум комфорта и роскоши, с минимумом военной практичности и аскетизма.

Здесь был планшет с GPS-картой местности, была аппаратура подавления мобильной связи, была станция экстренной радиосвязи. Но всё это занимало едва ли четверть всего пространства. Остальное занимали роскошные кожаные диваны, минибар, огромный плазменный телеэкран, массажное кресло.

Внутренний воин внутри меня поморщился от всей этой ненужной ерунды, которой не место на передовой. Это всё должно быть в богатых личных покоях, но никак не там, где царит смерть и льётся кровь.

Зато я многое вспомнил.

– Что скривил рожу? Завидуешь? – бахвально улыбнулся Артур. – Да, мы – Богатовы, можем позволить себе комфорт в любом месте. Мы этого достойны. Ты пусть и аристократ, формально, но такое, наверняка, видишь впервые.

– Зачем всё это на войне? – я задал ему вполне справедливый вопрос.

Он презрительно рассмеялся. – Какой глупый вопрос! Мы – аристократы, мы должны всегда быть отдохнувшими, чтобы принимать важные решения. В этом секрет каждого сильного рода – уметь принимать верные решения. Вы с этим не справились, поэтому в упадке. Ладно, ты меня утомил. Что ты там хотел сказать, «Обрубок»?

Артур подошёл к минибару и налил в бокал премиального красного вина. Алкоголь – коварный враг, слишком сильно бьёт по здоровью даже в маленьких дозах.

– У меня к тебе предложение. Очень выгодное.

– Ваша капитуляция выгодна сама по себе, – сказал он, делая глоток.

– Ты хочешь власти над своим кланом, а я хочу, чтобы мой род выжил. Если хочешь – я сделаю тебя главой Богатовых всего за два звонка.

Он замолк, с крайней степенью подозрения смотря на меня.

– Хренов клоун, так я и знал, что ты задумал пакость, – прошипел Артур.

– Никаких пакостей. Я просто убью твоего отца и брата, а ты уберёшься прочь с моей земли и оставишь нашу мананитовую шахту в покое. Конечно, уже в роли главы клана Богатовых.

Его злоба сменилась на растерянность. Но потом он взял себя в руки. «Голос Власти» уже незаметно подточил его волю.

– Если ты задумал подставить меня, то у тебя ничего не выйдет. Записей здесь не ведётся и видеокамер нет. Да и сам я не горю желанием тебе подыгрывать.

Лжёт, как дышит. Пытается состроить картинку порядочного сына и брата, а на деле из него так и лезет это желание. Он заинтересован, но не понимает, как я могу ему помочь.

И чего на самом деле это будет ему стоить.

– Тогда просто набери номер своего брата. Мы с ним поговорим и ты всё поймёшь.

Артур замер, поставив бокал на стол. Он хмурился и боролся сам с собой. Но соблазн описанной мной перспективы слишком манил, чтобы не попробовать.

– Как ты себе это представляешь?

– Так и представляю. Звони, – я поймал его взгляд и вложил в свой голос предельную Силу. Мои слова обрели твёрдость калёной стали, что острыми иглами погрузились в ум Артура. – Ты обретёшь власть, а я спасу свою семью.

Он часто заморгал, совершенно не понимая собственные ощущения.

Это не удивительно. «Голос Власти» очень некомфортно слышать даже тем, кто может ему сопротивляться. А Артур не из таких.

Во-первых, у него слабая воля. Из него бы не получился сильный лидер клана. Слишком много любви к роскоши и слишком быстро выходит из себя.

Во-вторых, я раздёргал его эмоциональное состояние. Он испытал слишком много сильных эмоций всего за несколько минут, что сделало его уязвимым.

В третьих, он пригубил вина. Немного, но даже эта капля подточила его возможность мне сопротивляться.

«Голос Власти» и «Взор Власти» – вот постоянные дары Бафомёта, с помощью которых я подчинял слабых людей своей воле, вне зависимости от их социального статуса. А Артура я незаметно и по чуть-чуть обрабатывал с самого начала нашего разговора.

– Я… – он растерянно задрожал, – они меня высмеют если ты…

– Они умрут. Сегодня же. Звони. Всё будет хорошо, Артур. Можешь не сомневаться, мне очень выгодно, чтобы ты стал главой Богатовых и пощадил мой род.

– Угу, – его взор словно застелил туман. Он неуверенными движениями отключил подавитель мобильной связи, вытащил свой дорогостоящий сенсорный телефон и набрал номер, потом протянул гаджет мне.

Я приложил его к уху.

– Алло, Артур? Какого демона ты звонишь по лично…

– «Слово Силы: Смерть».

Послышался стук упавшего на пол телефона, а потом тяжёлый удар падения тела. С той стороны закричала женщина.

На левой руке я ощутил жжение. На ней проявилась первая из тринадцати отметок.

– Теперь ты наследник, – я протянул телефон Артуру. – Набирай своего отца.

Глава 2

С мутными глазами Артур приложил телефон к уху.

– Алло?

В ответ только непрекращающийся женский крик, слышный даже мне.

– Почему кричат? – с мутным взглядом он спросил меня.

– Твой брат умер. Теперь ты наследник.

– Я наследник, – Артур глупо улыбнулся. Но тут же замер, словно его ошарашило током. Он замотал головой и испуганно сбросил звонок. Его взор начал проясняться. – Как это возможно?! Что ты сделал?!

Что-то потекло из моего носа. Я дотронулся пальцами. На них остались яркие кровавые капли. Переусердствовал с «Голосом» и «Взором». Тело слишком слабо, чтобы я мог использовать силы внушения так долго и сильно. Поэтому Артур и начал приходить в себя.

– Я убил твоего конкурента, Артур. Теперь ты мой должник.

– Ничего подобного, – он неверяще замотал головой и сделал шаг назад. В его глазах плескался страх. – Это невозможно.

– Телефон у тебя в руках. Можешь сам позвонить своему отцу и узнать у него, но будь готов – они выяснят, что именно ты звонил своему брату перед его кончиной. Они легко сложат два плюс два и поймут что это ты виноват.

– Ты подставил меня! – Артур истерично завопил.

– Отнюдь. Я просто исполняю твоë желание. Осталось только повторить то же самое с твоим отцом и вуаля – ты глава клана Богатовых.

– Я убью те…

– Умрёшь раньше, – я жёстко прервал его на полуслове. – Только попробуешь и отправишься за братом. Мне терять нечего, а в моей силе ты уже убедился.

Он замер, словно испуганный кролик перед удавом.

– Но я этого не хочу, – уже мягче продолжил я. – Мне не нужен такой враг как ты. Наоборот – нам гораздо выгоднее быть хорошими друзьями. Ты ведь и сам это понимаешь, не так ли?

Артур нервно заморгал.

– Давай заключим сделку?

– К-какую?

– Ты клянёшься мне в верности. Потом я убираю главу клана Богатовых, а ты занимаешь его место. Про нашу маленькую сделку мы никому ничего не говорим. Все в шоколаде.

– Нет, я не могу… – неуверенно мямлил он.

– Тогда твой отец наверняка убьёт тебя. Кому нужен сын-братоубийца?

Он схватился за голову, но всё никак не решался сделать последний шаг. А потом телефон зазвонил. Глаза аристократа округлились от ужаса.

– Отец! Это отец, он всё понял! – голос его дрожал. – Он убьёт меня!

– Присягни, немедленно. У нас нет времени! – велел я ему.

Сомнения Артура развеялись моментально. Он отбросил телефон и преклонил колено.

– Я клянусь в верности!

– Слово Силы: Верность, – жжение на моей левой руке редко было настолько приятным. Отныне Артур Богатов не сможет сопротивляться моим приказам или когда-либо предать. – Молодец. Теперь возьми трубку и убедись, что это отец. Потом дай телефон мне.

Он подорвался и дрожащими руками принял звонок. – Отец?

Послышались приглушённые яростные крики, среди которых я узнал: «ты что, совсем охренел щенок?», «паршивый недоносок!», «что ты сделал со своим братом?». Артур протянул мне телефон дрожащей рукой.

Я принял его и приложил к уху.

– …мало я бил тебя в детстве! Если ты немедленно не явишься, то я лично…

– Слово Силы: Смерть, – тирада главы Богатовых прервалась моментально. Третья отметка выжглась на моей коже.

Три «Слова Силы» из тринадцати менее чем за пять минут. Я никогда не тратил их с такой скоростью.

– Поздравляю со вступлением в титул… – в голове всплыло наименование его титула, – боярин Богатов.

Я кинул растерянному Артуру телефон и без сил завалился на кожаный диван. Использование даров Бафомёта выпило из меня все соки. Хотя казалось бы, я «обрабатывал» всего одного молодого парня, далеко не самого сильного.

– Что теперь будет? – задавленным голосом спросил он.

– Теперь, мой юный друг, мы отправимся в вашу усадьбу и ты вернёшь мне моего брата. Затем мы арестуем твоих самых амбициозных и догадливых родственников, а также повысим жалование гвардии до максимума. Чтобы тебя не сбросили с трона в первый месяц.

Он проглотил ком в горле.

– Да не бойся ты, – ободряюще ухмыльнулся я. – Опыт в таких делах у меня есть.

***

Колонна из военных автомобилей въехала в приусадебный двор. Здесь, в отличие от моего поместья, было всё: хорошая дорога, контрольно-пропускной пункт, а по пути сюда боевые посты через каждые несколько километров.

То, с чего можно начинать путь к власти.

Да и усадьба Богатовых вполне внушала своим внешним видом. Просторный сад, в котором ещё не начали просыпаться растения после зимней спячки. Аккуратные вымощенные плиткой дорожки и пока не работающие фонтаны, каменные лавочки.

Стыдно вспоминать, что у Велёсовых из удобств была только беседка и старые скамейки. Подобие сада тоже имелось, но было раза в четыре меньше чем у Богатовых. Мы отставали от них по всем пунктам.

Но в первую очередь – по самой усадьбе. У нас это было старинное деревянное строение, местами ветхое. А вот у Богатовых – это был полноценный дворец из высококлассного кирпича, с гранитными колоннами. Снаружи дорогая лепнина и современные панорамные окна.

Пусть роскошь на войне я не одобрял, но вот жильё должно быть комфортным. Богатовы с этим справлялись на отлично.

Я вышел из мобильного штаба сразу вслед за Артуром. Сзади меня сторожили двое гвардейцев Богатовых. Я считался здесь скорее заложником, имеющим право вести переговоры, чем полноценной стороной.

Но на самом деле, я был здесь истинным хозяином. По крайней мере, пока Артур жив и при власти.

Нас встречала группа из нескольких придворных, одетых в одежды слуг и встревоженной немолодой женщины в богатом платье, чьи черты лица напоминали Артура Богатова.

– Сынок! Сынок! – женщина бросилась обнимать невесёлого и бледного Артура. – Твои отец и брат погибли! – она навзрыд зарыдала в грудь парня.

Секунд пять.

Потом отстранилась и с предельно нейтральным лицом объявила ему, весело блестя глазами. – Теперь ты глава клана Богатовых. На завтра назначена церемония принятия титула. Твой благородный, – последнее слово она цедила сквозь зубы, – отец оставил тебе великое наследие.

– Соберите всех членов клана, которые сейчас в поместье, матушка, – холодно ответил ей Артур словами, которые я заставил его выучить наизусть. – Нам предстоит очень серьёзный разговор.

Затем он сделал незаметное движение пальцами. Капитаны гвардии, которые были с ним при осаде моего дома, молча разошлись по сторожевым постам. У них своя задача, которую они получили на пути сюда.

А мы пошли внутрь усадьбы.

Внутреннее убранство не уступало внешнему: огромные хрустальные люстры, доспехи на манекенах, расписанные золотом и мебель из далёкой страны… Италии, вот как она называлась!

Воспоминания тела стремительно восстанавливались.

В углу каждой комнаты дежурили вышколенные слуги. В воздухе витал приятный аромат каких-то эфирных масел.

Мы прошли по дорогому паркетному полу, и вошли в просторную гостиную комнату, с ярко пылающим камином.

Артур сел в самое большое кресло, находящееся во главе длинного стола. Я не садился рядом, а встал у окна, охраняемый всё теми же двумя гвардейцами. Видимость того, что я пленник, нужно соблюдать.

Я поправил воротник. К нему был незаметно прикреплён миниатюрный микрофон, взятый из мобильного штаба. А сигнал от него принимал микронаушник, находящийся в ухе Артура.

Постепенно в зал стали стекаться Богатовы. Они были разными: кто-то мужчина с суровым видом бывалого вояки, кто-то миловидная женщина с улыбкой настоящей леди, кто-то словно уставший от жизни библиотекарь с мешками под глазами.

Но большинство из них объединяло три вещи: светлые волосы, надменные лица и недоверчивые взгляды, которыми они стреляли друг другу в спины. Не клан, а змеиный клубок!

Я чуть не улыбнулся. Так приятно оказаться там, где ты привык одерживать победы.

В прошлой жизни, при дворе молодого императора всё было точно так же. Только масштаб побольше.

Когда зал заполнился, я насчитал примерно двадцать человек.

Я отвернулся к окну и едва слышно прошептал в наушник: – Напряги их.

Получив указание, Артур выдержал небольшую паузу. Примерно две минуты он демонстративно перестукивал пальцами по подлокотнику кресла. Потом внимательно обвёл взором присутствующих.

– Юнусовы где?

– Сынок, они уехали на охоту за час до твоего возвращения, – мило, будто ангел, заворковала мать семейства. Но я видел, как ей тревожно сейчас.

– В список их, всех до единого, – гвардеец позади Артура кивнул и что-то записал в свой планшет. – Дьямоновы где?

– Рядом с их домом прорыв случился, – уже тише добавила женщина.

– Проверьте, есть ли там всплеск маны, если нет – Дьямоновых тоже в список, – гвардеец сделал ещё ряд пометок. – Теперь о вас, здесь присутствующих. Кто-то из вас стоит за убийством моего отца и брата, а также последовавшим покушением на меня самого.

Я улыбнулся. А парень не такой бестолковый, каким кажется сначала. Я отдал новый приказ: – Обостряй.

Артур резко встал и руками разорвал свою рубашку, демонстрируя длинный свежий глубокий порез, проходящий через всю грудь до верха живота. Неопасный, но эффектный, благодаря правильному углу надреза. Я знал в этом толк.

Колено Артура подрагивало от волнения.

– Эту рану оставил подосланный ко мне убийца! И я знаю, что его послал один из вас! Если он признается сам, то я даю слово, что его близкие не пострадают.

В помещении все словно забыли как дышать.

– Не хотим по хорошему? Ладно, будем по-плохому! ГВАРДИЯ!

Двери с шумом раскрылись в один момент. Внутрь зашли вооружённые гвардейцы, обвешанные защитными артефактами. С момента прибытия они успели вооружиться в главной сокровищнице рода Богатовых, так что представляли из себя могучую силу.

Но хватит ли её, чтобы одолеть потомственных одарённых?

– Что за поклёп?! Где доказательства?! – тут же встал член одной из побочных ветвей Богатовых. Молодой, крепкий, с серьёзным лицом и пристальными карими глазами.

Провокация, как есть. Но оставлять это безнаказанно нельзя. Я шепнул в микрофон: – Поставь его на место.

– Ты смеешь так говорить со мной – главой своего клана?! – взъярился моментально Артур.

– Ты – не глава клана, пока мы – клан, этого не подтвердим! Слишком подозрительны обстоятельства смерти твоих отца и брата, чтобы мы не увидели в этом выгоду для тебя! Я требую доказательств твоей невиновности!

– ВЗЯТЬ ЕГО! – рассвирепел Артур.

Гвардейцы без разговоров двинулись исполнять приказ. Но тут поднялся пожилой мужчина, покрытый шрамами и с тростью в руках.

– Молодые люди, успокойте горячую кровь, – его голос был чуть хриплым. – Если вы уважаете меня – Валерия Богатова, самого опытного воителя нашего рода.

Все остановились и прислушались. Он явно пользовался авторитетом. Он продолжил:

– Для начала стоит отказаться от поспешных выводов. Давайте сопоставим то, что нам известно о смерти достопочтенных главы и его первого наследника. Обстоятельства их внезапной кончины очень странные, если не сказать – мистические.

– Я – Никита Богатов, согласен, – добавил ещё один аристократ, с цепким взглядом и болезненной бледностью на лице. – Больше всего похоже на крайне сильный дар вражеского рода. Оба умерли во время телефонного разговора с вами, господин Артур.

Плохо.

Артур смотрел на него взглядом, полным и гнева, и страха.

– Ты намекаешь… что… это… – Артур задрожал всем телом от злости, – сделал я?!

– Боюсь, что все факты указывают на это, Артур, – ответил за Никиту Валерий и сделал шаг вперёд.

– Заканчиваем с ними, – шикнул я в микрофон и развернулся.

Но Артур уже и так был на грани срыва. – Предатели! Вот вы и показали своё лицо, убийцы моего отца и брата! – он покрылся магическим доспехом и истерично захохотал. – ВЗЯТЬ ИХ!

Гвардейцы не мешкались. Он бросились вперёд, словно натасканные боевые псы. Ещё бы, они жаждали выслужиться. За каждого захваченного бунтовщика им обещали десятикратное жалование.

БАХ!

Словно само пространство разорвалось языками золотого пламени. Валерий Богатов откинул трость и вспыхнул, как живой факел. Он одним ударом ладони рассёк тело ближайшего гвардейца, оборвав его жизнь.

Застрекотали автоматы гвардейцев.

Большинство людей бросились на пол, чтобы не попасть под шальную пулю или взрыв огня. Кто мог, уже сбежал или активировал на себе магическую защиту и пытался заползти хоть под какое-то укрытие.

– ХВАТАЙТЕ ПРЕДАТЕЛЯ! ВСЕ, КТО МНЕ ВЕРЕН! – Артур вопил что есть сил. В его руках начал собираться шар света.

Со свистом по залу пронеслись два клинка, сотканные из золотого света. Они чиркнули по доспеху Артура, а затем пронзили стоящего за ним гвардейца насквозь.

Никита Богатов – тот самый костлявый и бледный – виртуозно управлялся с летающими клинками из золотой уплотнённой маны. С каждым взмахом он забирал жизнь одного-двух бойцов гвардии. На нём тоже имелся магический доспех, непробиваемый для пуль. Под него залетела граната.

Оглушительный хлопок.

В моих ушах встал звон, на несколько секунд я потерял возможность слышать. В центре зала заклубился дым.

Валерий убивал уже четвёртого гвардейца, стоящего на его пути к Артуру. Пули просто плавились и расплёскивались жидким металлом, когда попадали в окружающее его пламя.

На полу лежали несколько трупов, включая того самого парня, что спровоцировал конфликт.

Солдаты гвардии уже не пытались захватить разбушевавшихся врагов. Они рассредоточились по углам, за мебелью и дверными косяками, отстреливаясь из автоматов и используя маломощные магические техники, наподобие простейшей «Энергетической Стрелы».

Если так продолжится, то Артуру конец. Но я не дам этому произойти! Богатовы должны остаться под моей властью! А значит я сделаю так, чтобы Артур победил!

«Слова Силы» использовать прямо сейчас нельзя. Слишком много здесь людей, которым нельзя о них знать. Нужно подобраться ближе!

Но у меня ещё один способ. Не лучший из всех имеющихся. Но единственный, способный переломить ход битвы.

Я выхватываю позаимствованный в мобильном штабе нож. Делаю быстрый надрез на ладони и отточенными движениями вывожу на земле пентаграмму своей кровью.

Бафомёт поможет обойтись без сложных печатей. Но плату придётся вносить самому.

Неказистая кровавая пентаграмма покрылась пылью и каменной крошкой от очередного взрыва. А я запитал её той немногой энергией, которая была у моего тела.

Без раскрытого дара человек слаб в магическом смысле. Но не беспомощен.

От резкого вливания энергии в печать, я получил мощный откат. Мой нос, глаза и уши закровили. В глазах потемнело.

Но я усмехнулся, бывало и хуже!

Пентаграмма вспыхнула чёрным пламенем – ритуал запущен, теперь нужно проваливать подальше. Я кувырком ушёл в ближайший угол, где скрылся за снаряжённым в доспех манекеном.

Зал озарила яркая вспышка.

Магическая сфера сорвалась с рук Артура и двинулась на горящего золотым огнём Валерия Богатого. Тот отреагировал молниеносно.

Золотое пламя и свет сошлись в противостоянии. Вокруг них задрожало пространство. Снопы обжигающих искр рассыпались во все стороны, прожигая пол из дорогой доски и тела погибших.

– АААА! – хриплый крик Валерия громом разнёсся по залу. Окружающее его пламя выросло в несколько раз, начав теснить трещащую сферу.

Вот-вот рванёт же, рванёт!

Артуру словно было этого мало. В его руках стала формироваться ещё одна сфера света. Сам парень дрожал всем телом, но не отвлекался ни на что и смотрел только на шар. Его взгляд сквозил подлинным безумием.

– Валим, валим нахрен! – послышались крики гвардейцев, которые приняли единственное верное решение. Они бегом бросились прочь, бросая оружие и артефакты.

Но тут сработала моя пентаграмма.

Пришла тьма. Чёрное пламя пентаграммы выстрелило вверх тёмным облаком, которое оттенило все источники света. Истинную тьму так просто не развеять.

– РРАУГАНАР! – рычащий шёпот услышал каждый. Каждый замер.

Клубья тьмы уплотнились, обретая материальную форму.

Склизская шкура, сочащаяся дурнопахнущей сероватой слизью. Она была похожа на сгусток плоти, а не живое существо. На ней улыбались десятки ртов с огромными чёрными губами, которые повторяли: – РРАУГАНАР! РРАУГАНАР!

А потом открылись глаза. Тринадцать пар. И каждый из глаз видел нас всех. Без возможности скрыться.

Оно ждало, пока я внесу свою плату.

Глава 3

– Ну привет, приятель, – почти беззвучно прошептал я одними губами. Но призванный демон слышал всё.

– Ты? Ты… Тытыты… – залепетали десятки губ в ответ, сливаясь в нестройный хор. – Не хочу… хочу… не буду…

– Убей старика и костлявого.

– Плата… Плата! Отдай дар!

Дар?! У меня его нет! Или я ошибался? Все ошибались?!

– Нет, дар останется со…

БАХ!

Очередной взрыв.

Меня отбросило назад и вбило в стену мощной ударной волной. Я вовремя увернулся от летевшего в меня доспеха.

Во всей гостиной было не лучше: мебель, тела, люди, всё это разнесло к стенам.

Тусклая вспышка света медленно гасла. В её эпицентре стоял, тяжело дыша, Валерий, охваченный золотым пламенем, уже не таким ярким и мощным как прежде. Он отчаянным взглядом посмотрел на призванного, а потом на отброшенного ударной волной Артура.

– Ты продал наш клан демонам, паршивый ублюдок! Я говорил твоему отцу, что тебя надо было удавить в колыбели! – с отчаянием взревел он и бросился на Артура.

Вторая золотая золотая сфера, ещё не завершённая и медленная, полетела в Валерия. Но тот просто ушёл от неё в сторону, дав ей разнести стену за его спиной.

Времени у меня не было!

– Левую кисть в плату! – крикнул я, но крик затерялся среди грома и треска разрушаемой стены.

– Нетнет, никогда плоть не возьму от тебя, – запротестовал чёртов демон, как капризный ребёнок. – Жизнь брата-брата внизу, в подвале…

Ну уж нет, сволочь глазастая! Брата я тебе не отдам!

Я подскочил к призванному, схватил его за отросток плоти и притянул прямо к своему лицу. Когда я коснулся его, тварь вздрогнула и сосредоточила на мне все свои глаза, но не посмела сопротивляться.

– Я сказал тебе – левую кисть! – приказным тоном объявил я.

Валерий на фоне накинулся на Артура и принялся осыпать его ударами горящих рук. Доспех парня сдерживал одну атаку за другой, но с каждой из них он истончался и становился прозрачнее. Артур делал неловкие удары в ответ, но в технике и опыте разгромно уступал противнику.

Засвистел рассекаемый воздух. Золотые клинки друг за другом вонзились в призванного демона, глубоко погружаясь в его плоть. Брызнула чёрная кровь.

Десятки губ издали утробный рык. Тринадцать пар озлобленных глаз нацелились на Никиту Богатова, который только сейчас понял, какую ошибку совершил. Он отступил на шаг назад, но было уже поздно.

Демон с проворством, которого нельзя ожидать от бесформенного куска плоти, покатился на обидчика. Раз, два, пять, шесть клинков вонзались в него на пути! След из чёрной крови оставался на всём её пути.

А потом он добрался до Никиты.

За мгновение из груды плоти показалось множество чёрных рук. Они схватили Никиту, уперевшись в его магический доспех, а потом подняли и стали с остервенением бить его об пол.

Это мой шанс!

Я пепепрыгнул через опалённый труп гвардейца и незаметно зашёл в спину к пламенному Валерию. Тот был полностью сконцентрирован на схватке с Артуром и просто не мог меня увидеть. Он уже добивал доспех ослабленного главы клана.

Пламя ревело, перебивая большую часть звуков. Но это и к лучшему, тем хуже будут слышать другие. Главное, чтобы дошло до самого Валерия.

Я приблизился предельно близко, чувствуя как жар опаляет мою кожу, едва не обжигая её.

– Валерий, стойте! Вы должны знать! – крикнул я, заставив его замереть на мгновение и сосредоточиться на моих словах. – Слово Силы: Смерть, – добавил я гораздо тише и улыбнулся. Четвёртая отметка выжглась на руке.

Золотое пламя иссякло моментально, будто резко потеряло доступ к кислороду. Валерий не дёргался, не кричал. Он завалился на одну сторону и упал на пол безжизненной куклой.

Просто умер. Без спецэффектов. Как и должно быть.

Тут же раздался свирепый и озлобленный крик. Артур бросился на мёртвого соклановца и принялся наносить ему жестокие удары руками, охваченными золотым светом. Уже через пару секунд тело Валерия мало походило на человека.

– Прекрати, – велел я и Артур остановился с занесённым кулаком. Он был недоволен, но противиться прямому приказу не смел. Он выдохнул и сел на пол, спрятав лицо в ладонях.

В другом конце зала кричал Никита Богатов. Он всё ещё сопротивлялся. Его магический доспех трещал и истончался. Магические клинки подрезали несколько рук призванного, из-за чего они заливали всё чёрной кровью. Но судьба аристократа была предрешена.

Я сжал кулак. Даже маяться с оплатой не пришлось. А то возвращать пожертвованную руку из астрала – это такое себе удовольствие.

Треск, потом дребезг. Магический доспех Никиты Богатова разлетелся на осколки. Демон дважды ударил его о пол, прежде чем крики прервались.

– РРАУГАНАР! – произнесли губы демона, обращаясь ко мне. – Ты? Ты. Воспользовался мной… мною… меня использовал… Плата?!

– Можешь съесть их трупы, – заявил я.

– РРАУГАНАР! – недовольно прорычал призванный, но спорить не стал. Он сам отказался от моей платы.

Трупы он есть не стал. Такие как он предпочитают живую плоть, а не мёртвую. Так что тварь просто рассеялась в клубе тёмного дыма.

Тем лучше. После сегодняшнего обо мне и так пойдут самые разные слухи.

Медленно и неуверенно из-за укрытий стали выглядывать люди. Те, кто не успели или не смогли сбежать.

Весь пол был усеян телами. Не меньше двадцати пяти человек, если считать гвардию и слуг. Богатовых самих полегло с десяток. Ещё куча раненых, они тихо стонали по углам. Те, кто мог, спешно поднимались, чтобы помочь. Среди них была и уцелевшая мать Артура.

Кровавая развязка.

Через час мы с Артуром стояли в кабинете его отца и беседовали наедине, без посторонних ушей.

– Мой клан уничтожен, – голос парня был подавлен. – Я сам в этом виноват. Все ратники погибли, кроме меня. А бойцы разъехались по своим имениям или возненавидели меня.

– Не нагнетай, – похлопал я парня по плечу. – Всё восстановишь.

– Ты – дьявол. Ты довел нас до этого. А я… – он сжал кулаки, – я купился на твою поганую ложь.

Я вздохнул и едва не закатил глаза.

Ну, а чего он ожидал? Он пришёл в мой дом, ранил моего брата, убил его людей, собирался забрать нашу шахту. Я что, должен был ему тапочки в зубах таскать, словно верный лабрадор? Феерический идиот.

– Ты стал тем, кем хотел – главой клана Богатовых. Вот и разгребай проблемы. Этим глава клана и должен заниматься. Не загоняйся, ответственность тебе по плечу, а если что – обращайся, я помогу.

– Ты уже «помог», – ядовито выцедил он.

– А ну возьми себя в руки! – я встряхнул его за плечи. – Ты – глава боярского рода, так не распускай слюни, словно тряпка! Ты либо справишься, либо сдохнешь! Так борись за свою жизнь и побеждай, чтобы возвысить Богатовых под своей властью!

Он отвернулся, избегая моего прямого взгляда. – Остальные соклановцы никогда этого не забудут.

– И хорошо, пусть помнят, что ждёт твоих врагов. Таков твой путь, как главы рода: раз взял своё, удерживай его зубами, чего бы это не стоило! А тех, кто попробует отнять – рви на части, пока он не отправится на тот свет! Таков суровый закон выживания – борьба!

Он не ответил. Но зерно сомнения я в его голову посеял.

Один из гвардейцев Богатовых вёл меня в подземелье, с прямым приказом «отдать пленника». Он сам не выражал большой радости по этому поводу, но умело скрывал эмоции. Хотя я чувствовал, что он бы с большей радостью свернул мне голову.

Юрий нашёлся в самой охраняемой камере подземелья. Дежуривший тут охранник – не гвардеец – с видимой неохотой ушёл, упомянув о скверном характере моего брата.

Внутри было аскетично: кровать с тонким матрасом и лёгким шерстяным одеялом; железный столик, прикрученный к полу, на котором стояла жестяная кружка и тарелка; дырка в полу в качестве туалета. На том и всё. Не было ни окошка, через которое видно солнечный свет, ни намёка на развлечения.

Хотя бы чисто, уже хорошо.

Но пусто.

В этот момент я сразу понял, что «кое-кто» решил проявить смекалку и спрятаться в засаде.

– Брат, это я – Марк, пришёл вытащить тебя отсюда.

Тишина.

– Мы договорились с Богатовыми. Сейчас я зайду в камеру, а ты не делай глупостей, – я медленным шагом зашёл внутрь. Дверь тут же захлопнулась.

В свете одинокой лампы за мной мелькнула тень. Мою шею схватили сзади в захват, но не душили, а удерживали.

– Что ты хотел получить на своё семилетие?! – спросил густой басовитый голос над моим ухом.

Мысли зароились в голове. Но воспоминание всплыло быстро.

– Хомячка-людоеда.

– Марк, это действительно ты? – захват исчез. Я обернулся.

Онсар – так его звали в моей прошлой жизни. А здесь Юрий.

Он был таким же высоким – на голову выше меня. Широкие плечи, атлетичная могучая фигура. Не человек, а медведь.

На теле потрёпанная, местами рваная шинель. На руках кандалы из тёмного металла, с вырезанными на них антимагическими рунами. Их связывала цепь.

Жёсткие чёрные волосы. Большие серо-голубые глаза. Низкие густые брови, начавшие срастаться на переносице. Широкая челюсть и волевой подбородок. Небрежная тёмная щетина.

Воин, как он есть! Был бы поменьше, цены бы не было. А то попасть по нему легко, стрелой, пулей или боевым заклинанием.

– Да, брат. Я за тобой, – сказал я, доставая из кармана ключ от кандалов. Короткий щелчок и руки Юрия оказались свободны.

Он нахмурился и серьёзным тоном спросил: – Что отец сделал?! Он отдал нашу шахту взамен на мою жизнь?!

– Не заводись раньше времени. Дома я тебе всё расскажу, а сейчас нам нужно убираться отсюда.

Юрий обернулся назад, на дверь, а потом приблизился к моему уху и прошептал. – Брат, я не могу уйти отсюда.

Я вопросительно поднял бровь.

– Перед этим мне нужно кое-что забрать. Но ты должен мне помочь.

– Юр. У нас с Богатовыми мир на самых выгодных условиях, – без тени шутки сказал я. – Мы не будем ничего у них похищать.

– Она сама пойдёт! – победно усмехнулся он.

– Она?!

– Да тише ты. Да, зовут Соня. Она племянница здешнего главы. Она залечила мои раны силой своего дара и заботилась, пока я лежал раненый. Ты бы видел, какие у неё таланты!

Ага, точно Онсар. Тот тоже был редкостным бабником.

– Ты чего лыбишься? – нахмурился Юрий.

– Да так, вспомнил кое-что. Раз хочешь жениться на девушке из этого клана – проси руки и сердца. Их новый глава будет… весьма лоялен к твоей просьбе.

Но тут он нахмурился ещё больше.

– Чего ты сразу руку и сердце-то?

– Ты же хочешь быть с этой «талантливой» девушкой. Вот и бери ответственность.

– Хм. Необдуманные решения – путь к поражению! Дома поговорим! Пойдём скорее, меня уже тошнит от этой каморки.

Я усмехнулся, подошёл к двери и несколько раз крепко ударил в неё. – Открывай!

Тишина.

– Ты что, оглох там?! – гаркнул Юрий, ударив дверь со всей силы, она аж слегка прогнулась вовне. Теперь его дар не сдерживался антимагическими оковами.

– Спокойнее, брат. Гвардеец плохо понимает, что может легко лишится головы, если господин Артур так прикажет.

Лязгнул засов. Дверь отворилась.

– Что же вы стучите сразу? Я даже вернуться не успел, – с издевательской ухмылкой сообщил бравый гвардеец. А потом Юра с рыком придавил его к стене.

– Слушай сюда, сморчок, – на фоне немаленького гвардейца, брат всё равно выглядел внушающе. – Я бы всё равно вышиб эту дверь, а потом засунул её тебе в задницу, даже не сминая в ДОЛБАНЫЙ СТАЛЬНОЙ КОМОК! ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ?! – красный от ярости Юрий проорал это прямо в лицо побледневшему бойцу.

– Понял, – но голос гвардейца был ровным, к его чести.

Юрий швырнул его на пол и решительно двинулся на выход.

Н-да, всё же Онсар себя контролировал получше.

– Дурацкая была шутка, – усмехнулся я недовольному гвардейцу и тоже пошёл на выход.

Поместье Богатовых мы покинули на их внедорожном автомобиле. Я получил от Артура срочный телефон, по которому мы могли связаться в любое время суток.

В том, что его клану настанет глубокая задница, не сомневался никто. Другой вопрос в том, как он выйдет из неё. А я, по мере сил, буду ему помогать. Не терять же столь выгодную фигуру? Да, внутри клана они ещё повоюют между собой. Может, соседи урвут кусочек.

Но это всё же лучше, чем жадный агрессивный сосед в полноте сил. Иначе моему роду не выжить.

Домой мы вернулись к вечеру. Нас вышли встречать Олег, слуги и даже матушка с сестрой…

Как давно я их не видел. Они были точно такими же, как и в тот день, когда я их потерял.

Матушка – Серафима. Светло-русые волосы, заплетённые в тугую косу. Чуть старше средних лет. Чёткие, даже немного резкие черты лица и большие добрые глаза голубого цвета.

Сестра – Люсия. Подвижная девчонка, в свои шестнадцать почти достающая мне до подбородка. Длинные чёрные волосы распущены и волнами обрамляют чуть вытянутое улыбчивое лицо, а серые глаза весело блестят.

Имена не те, к которым я привык. Но какая разница, если они живые?

Они бросились на нас с Юрой с объятиями. Он улыбался. А я нет. Потому что если прекращу сдерживать эмоции, то слишком многое выйдет наружу. А я этого не хотел

Тот, кто претендует на власть, не может выглядеть уязвимо в глазах других.

– Сынок! Сынок! – матушка обняла меня, а я крепко-крепко прижал её к себе. Потом отстранился и ответил скупым кивком. В горле моментально пересохло. – Ты спас Юру! Я не ожидала, что ты способен на такое. Мой мальчик! – она ласково коснулась моего лица.

Тут же на шею кинулась Люсия, которую я закружил вокруг своей оси.

– Марк! Ты наш герой!

Она засмеялась. Хотя всего несколько часов назад сидела в подвале, который содрогался от атак вражеского одарённого.

– Отец пришёл в себя? – задал я вопрос.

– Нет, – вперёд вышел Олег. – Всё ещё в коме. Мы перенесли его в спальню. Целитель говорит, что ничего сделать нельзя. Это неестественная кома, с которой он не способен справится.

– Ясно.

– А вот мне нихрена не ясно, что это значит? – Юра закончил обниматься с Серафимой и с претенциозным видом упёр руки в бока. – Какая кома?! С чего бы это?!

– Отец обратился к Велесу, чтобы он помог нам после твоей идиотской вылазки, – объяснил Олег. Он посмотрел на меня, – Он сказал, что попросит Велеса вселиться в Марка, чтобы сокрушить всех наших врагов. Но этого не случилось. Отец просто впал в кому, а Марк договорился с Артуром Богатовым.

– Значит, я был прав?! – в глазах Юры вскипела ярость. – Ты отдал нашу землю, взамен на моё освобождение!

– Нет, – сухо ответил я, не отводя взгляда от него. – Я просто подчинил Артура Богатова и заставил его служить себе. А тебя он выпустил, потому что я велел.

– Не понимаю, как это возможно?

– Маркуша? – тут же остолбенела Серафима, посмотрев на меня округлёнными глазами. Из них в следующий же момент брызнули два ручейка слёз, которые она спрятала в ладонях.

– Мам? – спросила Люсия, обеспокоенно приобняв женщину.

– Что это значит?! Марк, какого чёрта она плачет?!

Я проглотил ком.

– МАРК?! – Юрий подошёл ко мне и схватил за плечи, встряхнув. – Какого хрена она плачет?! Что такого в твоих словах?! Как ты договорился?!

– Убери руки, брат, – твёрдо сказал я.

– Нет, Марк, сначала ты всё мне расскажешь!

– Успокойтесь, оба! – крикнул Олег. – Мам, в чём дело? Почему ты плачешь?

Женщина взяла себя в руки и глубоко вздохнула, смотря на меня так, словно потеряла нечто невероятно ценное. Моё сердце сжалось от этого взгляда. Я даже не нашёлся, что сказать, впервые за многие годы.

– Мальчики. Нам… – она всхлипнула, но тут же с достоинством подняла подбородок. – Нам надо серьёзно поговорить. Пойдёмте в дом. Сегодня я расскажу вам одну из тайн вашей семьи. Но перед этим я хочу чтобы ты пообещал, Юра, что будешь держать себя в руках.

– Да что такое, мам? Я не понимаю! – весь боевой задор словно испарился, мой старший брат выглядел, как нашкодивший ребёнок в теле взрослого. – Что случилось-то?

– Пообещай! – настояла она.

– Ну, ладно, я буду держаться. Я постараюсь, – и отпустил меня.

Серафима взглянула на меня, её глаза стали как две льдины, холодные и отстранённые. Так не смотрят на своих детей. Её голос дрожал. – И ты… То, что внутри моего сына. Ты дашь слово, что не причинишь никакого вреда моим детям?!

Глава 4

– В это нет нужды, – спокойно ответил я. – Потому что я не являюсь для вас чужим человеком. Пойдёмте, поговорим.

– Дай слово, слуга Велеса! – крикнула Серафима. Юра тут же насупился, словно готовый к броску бык.

– Даю слово, мам.

– Не смей называть меня матерью, демон! – не выдержала она.

– Если ты что-то сделаешь с моим братом, который внутри тебя… – начал Юра.

– Нет! Не надо! – вклинилась между нами Люсия. – Мы даже не знаем, в чём дело, Юр! Сначала нужно выслушать обоих, – она подошла к брату и ткнула его пальцем в грудь. – Он спас нас, когда ты оставил нас без защиты из-за своего тупого желания показать какой ты великий воин!

– Он в теле твоего брата, Люси, – уже тише сказала Серафима.

– И что дальше? – Люсия повернулась ко мне. Она тоже мне не доверяла, я это чётко видел и понимал. Но она хотя бы пыталась разобраться. – Он же жив?

– Пойдём в дом. Там я вам объясню всё, что знаю сам. А ты, Серафима, расскажешь про секрет рода. Всё далеко не так, как может показаться на первый взгляд.

Я двинулся в поместье. В молчании за мной последовали все остальные.

Мы зашли в гостиную, где пылал растопленный очаг. Слуги приготовили чай, чашки с которым стояли на столике и испускали пар. Но к ним никто не притронулся. Все расселись: я в одно большое кресло по одну сторону гостиной, а семейство на диванчик и кресла поменьше с другой стороны.

– Сначала ты, Серафима, – сказал я и спокойно посмотрел на женщину. Хотя внутри меня бурлил целый гейзер противоречивых чувств, мыслей и эмоций.

С одной стороны – досада за несправедливость. Почему семья, которую я лишился в той жизни, в этой сама меня отторгает?

С другой стороны – понимание. Я для них чужой. Тот Марк, которого они знали, это другой человек.

С третьей – ответственность. Как бы они ко мне лично не относились, мой долг – защитить эту семью. Для этого меня сюда прислал Бафомёт. И это же решил я сам для себя. Они не сгинут, как мои близкие в том мире.

– Дети, ваш отец и мой супруг – Войномир Велёсов, относится к одному из древнейших кланов Российской империи. Вам известна история вашего рода, восходящего корнями ко временам древней Руси. Ему более тысячи лет. Велёсовы всегда выделялись на фоне других благородных семей.

Серафима многозначительно посмотрела в огонь.

– Потому что Велёсовы – это не просто магический клан, а клан колдунов – одарённых, способных заключать договоры с высшими сущностями, как богами так и демонами. В древности ваш предок заключил договор с Велесом, что они будут посвящать ему свои жертвы, а взамен он будет защищать наш клан.

– Подожди, мам! Но наш дар совершенно не связан с колдовством! – вспылил Юрий, встав с места. Его рука на глазах покрылась шерстью и на ней выросли длинные медвежьи когти. – Мы клан оборотней!

Женщина закачала головой. – Всё не так просто, сынок. Велес – это не демон, а божество, пусть и с демоническими чертами. Одно из самых могущественных, потому что он связан с основными силами природы – жизнью и смертью. Ему служат звери, духи и люди. В его власти давать своим служителям силу природы, в том числе через формы зверей.

Юрий посмотрел на свою медвежью лапу, потом сел обратно на своё место. Его ладонь вновь стала человеческой.

– Но один из ваших предков прекратил поклоняться Велесу. Он отказался приносить жертвы и за это лишился благословения бога природы. Это было больше ста лет назад.

– С тех пор начался упадок нашего рода, – задумчиво добавил Олег. – Ослабление дара, истощение шахты мананита, неудача для нас и удача для наших врагов.

Серафима ему кивнула.

– Был лишь один способ вернуть вашему роду благословение славянского бога-чернокнижника, – она посмотрела на меня. – Принести жертву, достойную Велеса.

Повисла тяжёлая, гнетущая тишина.

– Значит, отец принёс в жертву Марка? – с болью в голосе спросил Олег, а потом спросил меня. – Но тогда кто ты? Демон на службе Велеса?

– Нет. Я человек, только из другого мира, – я пристально посмотрел в глаза каждому. – Меня звали Асур Майнд. И я был точно таким же человеком, как и Марк. Более того, у меня была точно такая же семья, как и вы. Такой же папа, такая же мама, братья и сестра. Характер, внешность – всё такое же, кроме имён. Поэтому я не могу назвать вас чужими.

– Что с ними сейчас? – спросила Люсия.

– Они были жестоко убиты много лет назад. Наш замок взяли враги и перебили всех. Точно как это могли сделать Богатовы. Я единственный остался в живых, потому что обладал редким даром, востребованным на рынке одарённых рабов-гладиаторов.

Велёсовы переглянулись между собой.

– А как ты попал сюда? – продолжила сестра.

– Велес помог мне отомстить, а в оплату отправил меня сюда, чтобы я помог вам.

Пламя в камине внезапно вспыхнуло, вырвавшись огненными языками за пределы камина. Оттуда послышался громкий утробный хохот.

Велёсовы побледнели, один за другим. Даже могучий Юрий.

– У него скверные шутки, – оскалившись, подметил я. – Не обращайте внимания.

– Он что, подслушивает?! – нервно оглянулся на меня Олег.

– Да. Теперь он будет везде и всегда. Привыкайте. Раз вы вернули его благословение.

– Что с моим сыном?! – взгляд Серафимы смягчился, в нём появилась надежда. – Ты слышишь его?

– Нет. Я не знаю, что с ним. Точно так же я не знаю, что с Войномиром. У меня другая задача – сделать так, чтобы ваш клан не сгинул. И я это сделаю, можете не сомневаться. Даже если придётся утопить в крови всех ваших врагов.

– Но у тебя даже нет дара, – пробормотал Олег.

На что я хмыкнул, медленно поднимаясь из кресла. – А вот это мы ещё узнаем.

После нашего разговора, Велёсовы не горели желанием со мной общаться. Только Люсия натянуто улыбалась и здоровалась при встрече, тогда как остальные просто избегали.

Я их не осуждал. Им было сложно принять, что в теле их сына и брата находится кто-то другой. Пусть союзник, но чужак.

Вот только я не был чужаком! Но объяснить им это было невозможно.

На следующее утро я встал ещё до восхода солнца. Первым делом отправился на пробежку вокруг усадьбы, на которой осилил всего семь кругов, прежде чем начал задыхаться холодным воздухом.

Потом принял душ – в это мире было невероятно удобно мыться горячей водой – и быстро перекусил яичницей с гренками, которую приготовили слуги. Для лёгкого завтрака подойдёт, но в обед нужно будет плотно поесть.

Энергии мне потребуется много. Потому что одной из первых задач я поставил повысить уровень физической подготовки тела. Сейчас он меня категорически не устраивал.

Тело Марка было слабым, быстро выдыхалось и с трудом выдерживало даже маленькие нагрузки. В прошлой жизни я спокойно пробегал двадцать километров и отжимался до двух сотен раз. А в этой не осилил и два десятка отжиманий.

А ведь именно от физической формы зависит, как эффективно я смогу пользоваться «Взором» и «Голосом», а также призывать себе слуг. Впрочем, сильный дар может с этим помочь. В том, что дар был, я уже не сомневался. Призванные демоны в этом вопросе не ошибаются. Они чувствуют силу лучше, чем гончие псы добычу.

Но этот дар нужно было раскрыть, а сначала – найти.

Я уединился на чердаке усадьбы, про который все словно забыли. Там было много мусора, пыли и старых забытых вещей, которые никто не убирал. Надо будет прислать слуг, чтобы прибрались.

А пока я сел на старинный ковёр, скрестив ноги и положил ладони себе на колени. Закрыл глаза.

Медленно вдыхая и выдыхая, я сосредоточился на себе. Сначала на теле, а затем на своём сердце – обычно дар располагается именно там.

Перед глазами представилось огромное чёрное пространство. Пустое и тихое. Только вдалеке что-то сияло красным светом. Я двинулся туда.

Чем ближе я подходил, тем более отчётливым становился источник ярко-алого света. Это был огонь! Целый пожар, пылающий посреди тёмной пустоты.

Дар, как он есть.

Обычно его пробуждают в начале подросткового возраста. Он плавно принимается будущим одарённым и становится частью его самого.

Но в девятнадцать – а этому телу было именно столько – всё уже не так просто. В этом возрасте дар раскрывать опасно. Он может изувечить душу и тело, если неправильно его раскрыть. Десятки одарённых превратились в пускающих слюни «овощей», когда не смогли совладать с даром уже повзрослевшего тела.

Однако выбора у меня нет. Я должен реализовать свой потенциал!

Я приблизился к красному пламени на расстояние вытянутой руки и коснулся его. Дар моментально взорвался языками пламени и перекинулся на мою руку, тело и кожу. Я зарычал от охватившей меня обжигающей боли.

Но терпел!

Красный огонь сжёг мою кожу и начал пожирать мышцы. Агония моя становилась всё сильнее. Я с трудом удерживал себя в сознании, помня что ни в коем случае нельзя теряться! Иначе я потеряю рассудок навсегда!

Всё закончилось резко. Боль исчезла, как и моё тело, вместо него было только пламя. Я сам был пламенем.

Я открыл глаза. Через окошко на чердаке пробивался яркий свет. Не меньше полудня. Я провёл в медитации как минимум несколько часов.

Ноги затекли. Так что я сделал небольшой комплекс упражнений из приседаний, растяжки шпагатом и прыжков. Остановился и сосредоточился, взывая к огню, с которым только что слился.

Дар отозвался мгновенно. Он был ещё слабым, неразвитым. Но потенциально мощным, я это чувствовал. На уровне или даже сильнее того, которым я владел в прежней жизни.

В этом мире маги подразделялись на восемь рангов:

Первый – новик;

второй – посвящённый;

третий – боец;

четвёрт – ратник;

пятый – искусник;

шестой – верховой;

седьмой – ведающий;

восьмой – волхв.

Новиком считался любой, кто способен хотя бы на какие-то заклинания.

А волхвы – это чуть ли не полубоги.

На всю Российскую империю их было всего шесть человек, из которых трое – император и члены его рода. А остальные трое – самые влиятельные князья империи.

Было сложно сказать, какое место я занимал в этой иерархии сейчас со своим даром.

Я выставил руку вперёд и направил внутреннее пламя по ней. С непривычки внутри почувствовалось жжение. Стало тяжелее дышать, всё тело напряглось, осваиваясь с новыми ощущениями.

Из раскрытой ладони вышел сноп насыщенно-красного, словно кровь, огня. Точно такого же, с которым я слился в медитации. Он закружился в вихре, а затем стал принимать человеческую форму. Спустя мгновение, напротив меня стоял огненный человек.

Точнее, он был больше похож на огненный силуэт. У него не было ни лица, ни одежды, ни волос, ни половых органов. Словно человека обтянули покровом из огня.

Он стоял и ждал команды, прожигая огненными ногами пол.

– Взлети.

Фантом воспарил на несколько сантиметров вверх, прекратив портить имущество моего рода.

– Двигайся вправо, – он послушно исполнил.

Затем я отдал команду пролететь вокруг меня, но не озвучил её. Только через мысли. Фантом послушно проплыл вокруг, в конце вернувшись на место.

Потом я попробовал создать второго. Но ничего не вышло, появился только сноп красных искр.

После следующей команды фантом втянулся в мою руку и снова вышел. На это уходило не больше секунды.

Решив поберечь дом, я затушил тлеющий пол и вышел на задний двор. Там можно развернуться, не боясь поджечь пыльный комод.

Более основательное тестирование показало многое. Фантом не мог принимать другие формы, кроме человеческой.

Он не был способен взрываться или использовать пламя на дальнем расстоянии, он всегда был цельным.

Зато он мог действовать очень быстро. Скорость его ударов многократно превосходила мою собственную. Он знал, как правильно и эффективно бить руками, ногами и их комбинациями. К тому же он мог выполнять простейшие команды наподобие «жди», «атакуй», «охраняй от…» и тому подобные.

Его движения отдалённо напоминали те, которыми я владел в прошлой жизни. Так что он скорее всего черпал свои навыки в моей памяти.

Предельное расстояние, на котором я мог использовать фантома, ограничивалось примерно пятью метрами. На шести он уже терял чёткость, а потом просто развеивался и его приходилось призывать заново. А это энергозатратно.

К концу тестов я был уставшим, но довольным.

– Так ты говорил правду, невероятно! – со стороны дома послышался восхищённый голос Олега. Он подбежал, удивлённо таращясь на лужицу растопленного снега, где только что был фантом. – В нашем роду уже несколько поколений не было огненных магов!

– Дай угадаю, с момента отречения от Велеса?

Он кивнул. – Да! Ещё пламя у тебя такое алое, будто кровь! – тут же его восхищение сменилось тревогой. – Но я не за этим пришёл, Марк… – он оборвался на полуслове. – Или мне обращаться по-другому?

– Марк подойдёт. Что случилось?

– У нас проблема! Мастер нашей мананитовой шахты не отвечает уже несколько часов!

– Понятно. Я разберусь, – и мы пошли в дом.

Внутри дома уже шло собрание. Капитан гвардии говорил с Юрием, а неподалёку сидела Серафима и о чём-то тихо говорила с Люсией.

– Я сам посмотрю, что там произошло! – ударил кулаком по столу Юрий.

– Господин, прошу вас не спешить, – отвечал капитан гвардии. Невысокий крепкий мужчина, с седыми висками и стальным взглядом опытного вояки.

Обе руки были забинтованы, как и торс. Он был ранен, поэтому вчера я его не видел. Звали его, кажется, Добрыня.

– Не спешить?! – Юрий уже начал загораться.

– Ситуация слишком необычна. Если это сбой связи, то техники из Озёрска решат проблему, а если нет – то это гарантированная ловушка.

– Доложите обстановку, – я подошёл ближе и взглянул на карту Ростовской губернии.

На ней наша усадьба, Озёрск и отмеченная большой синей точкой шахта мананита.

И Юрий и капитан Добрыня переглянулись друг с другом. Добрыня стал объяснять:

– С утра нет связи с озёрской шахтой мананита. Той самой, на которую претендовали Богатовы. Мы отправили запрос в Озёрск, так что там уже должна работать ремонтная бригада.

Что-то они недоговаривают.

– Но?

– Но потом нам сообщили о громких странных звуках со стороны шахты. А связь всё ещё не восстановлена, хотя обычно это дело пары часов.

– Я поеду туда и со всем разберусь! – громко объявил Юрий.

– Погоди. Слишком похоже на ловушку, чтобы бросаться туда сломя голову. Нужно провести разведку, а ты этого делать не умеешь.

– Откуда тебе знать?! – он навис надо мной, гневно буравя глазами. – Ты непонятно кто, непонятно откуда! Залез в тело моего брата и теперь ходишь, рассказываешь что я могу, а что нет?!

– Сынок, успокойся, – Серафима попыталась уладить конфликт.

– Не лезь, мам!

Я наклонил голову набок. – Да, Юр. Потому что мой старший брат был точно таким же упрямым болваном, который лезет на рожон при первой возможности. Вчера ты это продемонстрировал, из-за чего отцу и пришлось обратиться к Велесу. Так что моё присутствие здесь, вместо твоего брата – это следствие твоей ошибки.

На это ему не нашлось что ответить. Он шумно сопел и продолжал смотреть на меня, будто я должен испугаться и убежать в ужасе.

Увы. Со мной такое уже давно не работает. Я обратился к Добрыне.

– Капитан. Доложите, сколько людей охраняло шахту?

– Шесть человек, из них двое гвардейцев, остальные охотники из Озёрска.

Я присмотрелся к карте. – Судя по расстоянию, Богатовы вполне могли вчера послать туда отряд и захватить её. А сейчас их люди просто оказались без связи.

– Либо Богатовы вас обманули, – предположил Добрыня.

Он дерзкий. Это хорошо.

– Либо это. В любом случае пока я не посмотрю лично, не смогу сделать вывод. Готовьте машину и двоих гвардейцев.

– КАКОГО СРАНОГО ХРЕНА ТЫ СМЕЕШЬ ИГНОРИРОВАТЬ МЕНЯ?! – кулак Юрия обрушился на стол, с треском преломляя его.

– Тише. Не хочу тратить силы на твоё успокоение, – преспокойно ответил я. Тем не менее, я внимательно следил за ним, готовый в любой момент отреагировать на атаку.

– Я здесь наследник! Я здесь старший! Ты кто вообще такой?! – он ударил себя в грудь. – Бездарный болтун!

Я выставил руку в сторону, а потом выпустил из неё пламенного фантома. Все в зале одновременно охнули. Даже Юра застыл, в удивлении смотря на огненную фигуру.

– Но в нашем роду…

– Это ответ. Я – избранник вашего покровителя Велеса, который, повторюсь, вытянет ваш клан из ямы. Но для этого тебе нужно слушать, что я говорю. А если не хочешь – можем решить этот вопрос как в старину, через поединок.

Послышался топот. В дверях появился растрёпанный парнишка, смотрящий на нас испуганным взглядом. Я узнал его – это сын одного из слуг.

– Милсдари! Милсдари! Там такое! С шахты сигнал пошёл! На связь вышли!

– Что говорят? – спросил я.

– Страшно хохочут! Требуют шкуру бафомётого щенка!

Глава 5

– Что это значит?! – уставился на меня Юрий.

– Что это совершенно точно не твоё дело, – я повернулся к Добрыне. – Капитан, действуем как я сказал. Это ко мне.

– Кто такой бафомётов щенок?! – Юра не отступал.

Я ухмыльнулся. – Видимо, я. Повторяюсь, это не ваше дело.

– Бафомёт… – прищурился Олег, с подозрением смотря на меня. – В легендах его отождествляют со славянским Велесом. Он считается не то демоном, не то астральным божеством. Ему поклоняются несколько могущественных кланов Европы.

– А ты разбираешься в вопросе, молодец. Всё верно. Велес – это и есть Бафомёт. И если какая-то сила бросает ему вызов, значит, вам с ней точно связываться не стоит.

Я вышёл из зала, Добрыня за мной. Юрий и остальные Велёсовы остались на своих местах.

Для начала я посетил точку связи в подсобке, через которую и общались с шахтой. Сигнал был нечёткий, постоянно прерывался и был полон шумов.

Но стоило мне подойти ближе, как все помехи исчезли. Эфир стал идеально чистым. Оттуда прозвучал скрежещущий, словно лязг когтей по металлу, голос:

– Не заставляй меня ждать щеночек. Твои шахтёры и солдатики могут закончиться слишком быстро! – слова перешли в приступ леденящего кровь хохота.

Однако у меня он породил только приступ раздражения.

Связь пропала.

Тварь, я до тебя доберусь. Никто не смеет угрожать моим людям!

Я тут же взял двоих гвардейцев, чьи лёгкие раны были уже залечены родовым целителем, и направился к машине – бывалому, но ещё надёжному внедорожнику. У него меня ждали Юрий и Добрыня.

– Возьми меня с собой, – сейчас старший брат не выглядел как бесноватый самодур. Более того, он имел виноватый вид. – Вдвоём у нас больше шансов победить любого врага.

– Кто-то должен защищать усадьбу, – отрезал я. – Лучше тебя на эту роль не подойдёт никто.

– Я не могу оставить тело своего брата без присмотра. Ты должен это понять, – перегородил он мне путь к двери автомобиля. – Марк мой младший брат. Я никогда не прощу себе, если с ним что-то случится. Даже если сейчас он… спит.

– Ты об остальных подумал? Если ты умрёшь, то им конец.

Он нахмурился. Ему было нечего ответить.

– Тогда позвольте мне отправиться с вами, – вперёд вышел Добрыня. – Я смогу вам помочь, ваше благородие.

– Во время осады Богатовыми ты не вызывался вперёд, – подметил я.

– Я был без сознания, – чуть смутился капитан гвардии. – Поэтому хочу искупить свою ошибку.

– Если ты не можешь сражаться, то проку от тебя нет. Сам должен понимать.

– Мне известно, как привести в действие защитные заклинания шахты. Мой род отвечал за это поколениями, – он гордо выпятил грудь вперёд. – Если неустановленный противник в ней, то мы сможем устроить ему сюрприз. К тому же, целитель частично залечил мои раны, так что автомат я удержу.

– Добро, – я кивнул и мы забрались в автомобиль, обогнув Юрия. В руках у гвардейцев были автоматы.

С магическими артефактами у клана было туго, зато огнестрел имелся.

Путь до Озёрска в основном проходил с тряской и ухабами на всём пути. Только ближе к самому городу мы въехали на более-менее нормальную дорогу, которая содержалась на имперские дотации.

Озёрск был небольшим городком с населением в две тысячи человек. Его главной задачей было обслуживание озёрской мананитовой шахты, принадлежащей моему клану. А сама земля, на которой город был расположен, так же принадлежала нам.

Вот только по большей части это было скорее формальностью. О чём меня и информировал Добрыня.

– Официально город управляется имперским губернатором, назначенным из столицы. Но на особенных условиях. Из городского бюджета должен ежегодно выплачиваться платёж в казну вашего клана, а любой бизнес Велёсовых пользоваться в нём преимуществами, наподобие отсутствия налогов и дешёвых кредитов.

– Должен, но не выплачивается. Ты на это намекаешь?

– Да, господин Марк. Уже больше десяти лет губернатор в открытую игнорирует свои прямые обязанности. А из-за обдирательских налогов, которые он наложил на фирмы вашего клана, вы лишились почти всех своих активов, – Добрыня говорил с откровенной неприязнью.

– У тебя к нему личные счёты?

Он отвернулся в окно, за которым проносились леса.

– Да, господин. Он мой брат, который предал свой долг и отказался служить вашему клану, когда ваш дед отказался выдавать за него свою дочь. Этот подлец опозорил мой род.

Потомственный слуга, разочарованный невозможной любовью. Как банально.

– Что случилось дальше?

– Он бежал из дома. Отучился в столичном университете. А через много лет был назначен на должность губернатора Озёрска, откуда всячески гадит вашей семье. У него нет ни совести, ни чести, – скрежетнул зубами Добрыня.

– Он нарушил закон. Но кого-то это устраивает, – я хмыкнул. Человеческий мир везде одинаков.

– Да, господин. Ваша мананитовая шахта давно не даёт покоя ни соседям, ни имперским властям. С каждым поколением, у вашего клана оставалось всё меньше друзей, которые могли бы ему помочь.

– Из-за чего мы закономерно пришли к тому, что имеем сейчас.

– Верно, господин.

– Ты очень хорошо вовлечён в дела семьи. Брат не постеснялся упомянуть при тебе о моём скромном секрете, – я бросил взгляд на одного из гвардейцев, невозмутимо сидящих на передних сиденьях.

– Я всю жизнь посвятил службе. На ней же и закончу её. Мой младший сын погиб вчера, во время вылазки против Богатовых. Я горжусь им, – тем не менее, в глазах мужчины была видна скорбь.

– Вам есть, чем, – я пожал капитану руку.

– Ваш отец и ваш брат мне доверяют. Я скорее умру, чем обману это доверие.

Это мы ещё проверим. Возможно, неоднократно.

Я не уловил в словах Добрыни никакого лукавства. Но доверять словам – опасно. Вся суть человека всегда видна через его поступки.

– Подъезжаем к Озёрску, господин, – отчитался водитель.

Грязные широкие улицы. Серые домишки, за которыми возвышались несколько панельных многоэтажек. По дорогам ездили старые автомобили, выкрашенные в бледно-жёлтую или серую краску. В основном открытые грузовозы, доверху набитые рудой с редкими белыми прожилками – мананитом.

В памяти ясно всплывали более дорогие и современные автомобили, которые Марк знал по посещению столицы несколько лет назад. Да и военные автомобили Богатовых были на несколько порядков лучше ездящего по Озёрску старья.

Словно этот город и сам мой клан отстали от современности на несколько десятилетий. И это отставание тоже придётся сокращать.

Мы остановились перед старым двухэтажным зданием из красного кирпича. Окна и двери ветхие. На крыше грязный подтаявший снег, из-за чего сверху капает. Над входом висит потрёпанная табличка: «ООО Озёрский Мананит».

Мы вошли без стука.

Здесь царила разруха. Обшарпанные стены. Свистят сквозняки. В коридорах сыро и пахнет гнилой древесиной. Хуже, чем в последней крестьянской халупе. Те, несмотря на бедность хозяев, как правило были ухоженными.

– Какого лешего?! – взревел Добрыня. – В том месяце господин выделил на ремонт восемь тысяч золотых рублей!

Женщина, сидящая в приёмной за низким столиком, растерянно посмотрела на всех нас, а потом живо метнулась к стационарному телефону.

Но один из гвардейцев оказался быстрее. Он схватил аппарат, отодвинул его в сторону, а затем вовсе выдернул из розетки.

Добрыня вперился в женщину уничтожающим взглядом. – Где Филимон?! Где этот грёбаный директор?!

– Наверху. В своём кабинете, – пряча глаза, ответила женщина.

– Господин Марк. Понимаю, мы торопимся и у нас нет времени на разборки с управляющей компанией, но то, что вы видите – это позор! Я не понимаю, как так получилось, но позвольте мне разобраться!

– Нет, Добрыня. Разберусь с этим я, а ты мне поможешь. Веди в кабинет, – велел я капитану.

Тот встал по стойке смирно. – Слушаюсь, ваше благородие.

Один из гвардейцев остался в приёмной, контролировать кому входить и выходить. А мы втроём поднялись наверх.

В коридорах было пусто. Половина кабинетов пустовала или пребывала в полнейшей разрухе. Только одна дверь выглядела хорошо – новенькая, из надёжного бронированного металла. На ручке виднелся незнакомый мне механизм, так что я не стал её трогать.

Добрыня подманил к себе гвардейца рядом с нами и что-то шепнул. Тот понимающе кивнул и подошёл к двери.

– Срочная доставка, Филимон Палыч! От губернатора!

За дверью послышалось копошение и неразборчивая ругань. Дверь перед нами открылась.

Оттуда вышел плюгавый упитанный мужичок в деловом костюме, с залысиной и маленькими глазами. Чем-то напоминал поросёнка.

Гвардеец моментально скрутил его и завёл внутрь. Следом зашёл я и Добрыня.

– Так-так-так, и что это тут у нас? – спросил я, слегка охреневая от убранства кабинета.

Вот тут-то всё было отлично. Чисто, на стенах свежие обои. На месте окна стеклопакет. Позади полки с книгами, выставленными в ровные ряды и пронумерованными по томам.

Дизайнерский стол из дерева был уставлен статуэтками: золотой бык, голая женщина, бюст… хозяина кабинета в полный размер его головы.

«Потрясающе».

– Вы кто такие?! Вы знаете кто я такой?! Вы знаете с кем связались вообще?!

– Знаем, Филимон. А вот ты, кажется, что-то перепутал, – чеканя каждое слово ответил Добрыня.

Гвардеец швырнул Филимона в дорогое кожаное кресло и прижал за плечи сзади, чтобы тот не дёргался. А тот и не спешил, он испуганным взглядом смотрел на капитана гвардии и попытался натянуть улыбку. В его глазах появилось осознание.

– Добрынюшка! Хе-хе! Это ты! Давно, – он сглотнул, – не виделись. Как его благородие господин Войномир пожива-а-а… – гвардеец сжал плечи Филимона стальной хваткой, тот болезненно сжался.

– Итак, Добрыня, напомни, что этот человек должен был сделать? – спросил я.

– Да, ваше благородие. Филимон Павлович – директор компании вашего рода «ООО Озёрский Мананит». В том месяце ваш благородный отец выделил деньги на ремонт управляющего офиса, то есть всего этого здания. В отчёте, Филимон заявил что ремонт практически завершён.

– Я не врал! Просто мы начали с подвальных помещений! – запротестовал директор. – Господин Юрий может всё подтвердить!

– Зайдём с другой стороны, – сказал я, рассматривая висящую на стене карту логистических путей. – Отчёт о добыче выложи.

– Конечно!

Гвардеец ослабил хватку и Филимон вытащил из ящика аккуратный документ в файле.

Я принял его и внимательно ознакомился. – Тут указано, что ежедневная добыча составляет десять тонн. Добытая руда в этот же день транспортируется на склад, а оттуда идёт покупателям.

– Всё верно, ваше благородие! Сегодня у шахты какие-то проблемы со связью, но мы уже послали туда бригаду связистов.

Я скомкал лист и выкинул его в мусорку. Затем подошёл к столу и оперевшись на него руками, навис на замершим Филимоном.

– Знаешь, почему та лапша, которую ты пытаешься вешать мне на уши – это полное дерьмо?

– П-почему лапш…

– Потому что я, чтоб тебя черти драли, видел перевозимую руду! И колонну из нескольких автомобилей, которые перевозили нихрена не десять тонн! – я схватил побледневшего от страха директора за галстук и затянул лицом на стол. – А склад ваш расположен за городом, мы мимо него проезжали! Кто объяснит ему, в чём прокол?!

– В том, что на склад они завозят руду ежедневно. И должно быть десять тонн, – пояснил Добрыня. – А автотранспортная колонна, которая везла руду сегодня, была доверху набита. Там не меньше сорока тонн, насколько я разбираюсь в грузоподъёмности грузовиков.

– Это месячный груз, остатки! – пытался оправдаться Филимон.

Я положил руку ему на затылок и вдавил её в стол. – Ещё раз солжёшь и я проломлю тебе череп. Понятно?

Он задрожал и промямлил: – Понятно, ваше благородие, пожалуйста, простите…

– Месячный груз развозят со склада, который за городом. Он даже не въезжает в Озёрск. А мы видели колонну прямо на улицах. Теперь, когда твоя ложь развеяна окончательно, ты выложишь сюда настоящий отчёт. Понятно?

– Да, конечно. Разрешите пожалуйста?

Я убрал руку с его головы. Он очень быстро подсуетился и достал из ящика нужную бумагу. В этот момент гвардеец за его спиной внимательно следил, чтобы Филимон не выкинул никаких глупостей.

– Итак, – я взял настоящий отчёт в руки и принялся изучать.

Семьдесят тонн руды в сутки, в среднем. Около двух тысяч с лишним в месяц. Колоссальная разница, колоссальные доходы, которые проходили мимо казны моего клана.

Колоссальное преступление, за которое полагается только одно наказание – смерть.

– Ты понимаешь, что тебя ждёт, Филимон?

– Простите, простите! Меня заставили!

– Кто?

– Ростовы! Ростовы меня заставили! Они угрожали, что со мной случиться несчастный случай и мои детки останутся без отца! – он сложил руки в умоляющем жесте. – Прошу, не оставляйте моих дочек без папы, пожалуйста!

– Что именно ты делал для Ростовых, кроме воровства руды и подделки отчётов?

– Я…

– БЫСТРО ГОВОРИ! НЕ ПРИДУМЫВАЙ!

– Я подделывал отчёты, специально создавал непредусмотренные траты, замыкал на фирмах Ростовых все логистические и производственные цепочки. Технику брали у них, рабочих нанимали через них, специалисты тоже их!

– То есть ты, по сути, передал всю шахту в управление Ростовым? – он заплакал и вжался в сидение.

Но хуже всего было не это. Я повернулся к Добрыне, он напрягся от моего взгляда.

– Как отец мог это допустить?! Он что, вообще не смотрел, что здесь происходит?!

– Ваш отец не может покидать поместье, – по многозначительному взгляду Добрыни я понял, что это тема отдельного разговора. – Вопросами «Озёрского Мананита» занимался ваш старший брат и управляющий клана. Они ездили сюда и проверяли отчёты.

– Ясно, – я глубоко вздохнул и перевёл взгляд в окно, на светло-серое небо. Успокаивающая картина.

Я резко схватил со стола бюст Филимона и от всей души бросил его в стену. Скульптура разлетелась вдребезги, оставив на стене след от удара.

Вот это успокаивало ещё сильнее.

Ну не может Юра быть таким идиотом! И предателем тоже не может! И это сильнее всего сводило меня с ума!

Если такие просчёты – это следствие его кретинизма, значит его вообще нельзя подпускать к делам клана. А если нет, то какая должна быть причина, чтобы уничтожать свой клан, лишая его колоссальных доходов? На украденные деньги мы могли бы вооружить гвардию не меньше чем у Богатовых!

– Кто ещё участвовал в схеме? – мой голос был ровным. – Губернатор?

– Да, ваше благородие. Губернатор, Ростовы, Богатовы, ряд предпринимателей из Озёрска. У меня е-есть с-список, – Филимон начал заикаться.

– Хорошо. Теперь к главному, Фил. Что случилось на шахте?

– С-связь пропала.

– Официальную версию сразу забудь. Я тебя спрашиваю: что ты думаешь?

– Н-не знаю. Те кто с-со смены ушли, ничего н-не говорят. Всё было н-нормально, а потом тишина. Потом на п-перевалочной базе начали звуки слышать: п-пение какое-то. Больше ничего не з-знаю, – он стал заикаться.

– Ясно. Вот и узнаешь. Как только соберёшь все бумаги и списки, поедешь с нами. У вас десять минут. Добрыня, проконтролируй. Я буду ждать вас внизу.

– Господин, мне нельзя в ш-шахту! Фирма в-встанет!

– Ничего. Я разрешаю. Официально она не работает, пока не разберёмся с произошедшим на месте. Может, там прорыв случился. Может такое быть? – я пристально посмотрел в глаза директора.

– М-может.

– Ну вот и отлично. Не боись, Фил. Пока ты мне нужен – тебя не казнят. Риски вырастут только в том случае, если твои дружки явятся тебя спасать. Тогда я буду обязан тебя убить, – улыбнулся я, демонстрируя огоньки, загоревшиеся на кончиках пальцев.

Через пятнадцать минут мы загрузили все документы в автомобиль и быстро выехали из города. Я не желал здесь задерживаться ни на минуту. Раз губернатор в схеме, то когда он узнает о случившемся, то непременно попробует нас остановить. А доказательства должны быть у нас на руках.

Спустя три часа пути мы заехали на перевалочную базу – небольшой рабочий лагерь, стоящий примерно в километре от входа в шахту. Вокруг дикий лес.

В лагерь свозили руду перед её отправкой на большой склад. Здесь всё было в порядке: рабочие догружали на грузовики остатки руды, добытой в ночную смену; кто был свободен – курил и разговаривал о произошедшем. Связь отсюда уже не работала.

Вот только рабочих здесь было столько, что я вообще не понимал, на какие деньги они все содержатся. Мой клан просто не вкладывал в шахту столько денег, чтобы оплатить им зарплаты и обеспечить их всем необходимым.

Это значило только одно. Ростовы не просто воруют. Они уже вкладываются в МОЮ шахту так, словно считают её своей. Естественно, все прибыли уходят им.

По моему приказу Филимона заперли в одной из бытовок. К ней же я приставил гвардейца и велел убить непутёвого директора, если кто-то приедет за ним.

Предательство всегда должно быть наказано.

Затем я, вместе со вторым гвардейцев и Добрыней поехал к шахте.

Приближался вечер, темнело. Когда мы подъехали к шахте на сотню метров, небо внезапно озарилось ярким зелёным светом, похожим на полярное сияние. За окнами автомобиля послышалось стройное хоровое пение. В нём я отчётливо слышал потусторонний смех.

Тогда я ещё не представлял себе, кто ждёт меня в недрах земли.

Глава 6

Пение становилось всё громче.

Мы выехали из леса на просторное пространство, вычищенное от деревьев. Впереди высилась огромная скала, на которую сверху падали лучи зелёного света.

Машина остановилась. Я велел гвардейцу охранять авто и ждать нашего возвращения, а в случае опасности быстро уезжать. Документы «Озёрского Мананита» были всё ещё в машине и их в любом случае нужно сберечь.

Сам я, вместе с Добрыней, пошёл ко входу в шахту, выдолбленному в скале. Зловещему и тёмному, словно бездна.

Из него выходили рельсы, на которых стояло несколько автоматических вагонеток. Рядом с ними была пустующая парковка грузового транспорта.

Как только мы вплотную подошли ко входу, пение резко оборвалось. Вокруг нас повисла гнетущая тишина. Излюбленный приём тварей астрального плана.

Они любят играть с нашими чувствами восприятия. Сами они немного иначе устроены и кроме привычных нам пяти чувств, они ещё очень хорошо ощущают эмоции. Некоторые из них ещё и получают удовольствие от сильных эмоций.

Особенно от гнева, печали и, конечно, страха. Поэтому они не упускали возможности испугать, если она у них была.

Но меня на эти дешёвые фокусы было не купить. Я слишком хорошо знал суть этих сущностей, приходилось неоднократно сталкиваться. По разным причинам: договоры, призыв, подчинение, сражения, торговля и любовные утехи.

Исключительно ради дела!

Суккубы были выше всяких похвал. Упругие задницы, витые рога, которые словно были созданы чтобы держаться за них, когда готовишься засадить под вертлявый хвост.

Хорошие были времена.

Мы с Добрыней взяли шахтёрские фонари-каски из пустой сторожки и пошли во тьму.

Подпорки, рельсы под ногами и никаких признаков жизни. Все фонари, которые должны были работать круглосуточно, не светили.

Впереди послышался отдалённый смех. Добрыня нахмурился, дёрнувшись для активации защитных техник, но я остановил его рукой и покачал головой. Не время. План мы оговорили ещё заранее и должны его придерживаться.

Потом в свете наших фонарей показались силуэты шахтёров. Крепкие, испачканные в земле мужики стояли вдоль тоннеля и неподвижно держали руки перед собой в молитвенном жесте. Глаза у них были закрыты.

Казалось, они даже не дышат.

Я прикоснулся к ближайшему и убедился, что пульс был. Но на попытки поговорить они не реагировали. А стоило толкнуть, так они выравнивались и возвращались ровно на ту же позицию.

Я многое повидал, но застывшие в молитве люди? Чем-то напоминало способности моего прежнего дара. Я тоже мог заставить человека принять любое положение и замереть в нём. Но чтобы сразу на десятки и сотни людей?

Шеренга из шахтёров уходила далеко в глубь шахты. Чем дальше мы забирались, тем сильнее хмурился Добрыня. Я же всё меньше понимал, что именно здесь происходит.

Мелочи такая сильная и масштабная магия не под силу. А сильному демону или иной сущности сложно удерживаться в материальном мире, если нет зацепки на колдуна-призывателя. Да даже с ним они не способны существовать в нашем мире больше пары часов.

А шахта пребывала в таком состоянии уже практически сутки.

– Господин, – нервно дёрнул меня за плечо Добрыня и указал на шахтёров.

Кое-что изменилось.

Они улыбались.

– Не обращай внимания. То, что засело дальше, просто выводит тебя на эмоции. Развлечение у него такое.

– Какой проницательный щеночек, – хором чуть ли не пропели застывшие шахтёры, не теряя улыбки.

Добрыня, несмотря на перебинтованные руки, потянулся к короткому клинку на поясе.

– Покажись уже, чудик. Хватит прятаться, – расслабленно ответил я. – Всё равно любая пакость, которую ты сделаешь, обернётся против тебя.

Шахтёры ничего не ответили. Только из глубины шахты послышался новый приступ хохота.

Ну ладно, жопа астральная. Ох и надеру я тебе уши, ох и надеру!

То, что оно говорило, уже многое упрощало. Потому что я уже понимал, что драться оно не намерено. Если бы могло и хотело убить – уже обвалило бы шахту или использовало бы для этого шахтёров. Заманивать нас глубже причин просто нет.

Шахта пошла под углом, вниз. Через несколько минут впереди забрезжил свет знакомого светло-зелёного оттенка. Оттуда же звучали нестройные голоса, будто вразнобой.

– Ниже тон, ниже, куколки мои! Ниже! – скрежетчущий голос становился отчётливее по мере нашего приближения.

– Радость.

– Дивной искрой божьей.

– Ты слетаешь к нам с небес.

Хриплые голоса вяло блеяли, выговаривая слова. Будто из говорящих выпили всю жизнь, оставив их без намёка на эмоции.

Мы спустились к ним.

Выдолбленный в скале зал был ярко освещён зависшими под потолком сгустками энергии, растянутыми словно шлейф. Отдалённо напоминало всё то же полярное сияние. В стенах белели прожилки мананита.

В самом зале творилось какое-то безумие.

Трое шахтёров стояли с выпрямленными спинами и смотрели в одну точку, словно заворожённые. Их глаза тускло светились бледно-зелёным светом, а рты двигались по очереди, каждый из них зачитывал свою строчку:

– Мы в восторге беспредельном…

– Входим в храм твоих чудес…

– Ты волшебно…

– Всё-всё, тише, куколки. Званый щенок Бафомёта пришёл, – напротив этих людей сидело существо.

Его человекоподобное тело было покрыто белой шерстью. Пальцы с длинными острыми когтями удерживали тонкую палочку, покрытую витиеватой резьбой, материал внешне напоминал кость. Волчья голова существа оскаливалась, будто в улыбке.

Он был одет в старомодный сюртук и пёстрые красные штаны из бархата. А в качестве сидения он использовал спину стоящего на четвереньках шахтёра.

– Мы ждали тебя! Куколки, поприветствуйте нашего гостя! – он взмахнул палочкой, вокруг которой на миг появились нити из зелёного света. В следующий миг трое шахтёров чтецов синхронно завыли человеческими голосами.

Выглядело неестественно абсурдно. Стоящий рядом со мной Добрыня занервничал ещё сильнее.

– Кто ты такой? – спросил я, медленно двинувшись к существу. Расстояние между нами должно быть хотя бы пять метров.

Он хохотнул и взмахнул палочкой. Все трое шахтёров моментально замолкли.

– Можешь называть меня Люпусом, щенок, – он внимательно осмотрел сначала меня, потом перевёл взгляд на Добрыню. И облизнулся, словно увидел кусок сочного мяса с кровью.

Добрыня боялся. Тварь это хорошо ощущала.

– Что ты забыл в моей шахте, сущность? – пять метров есть. – Тебя сюда никто не звал.

– Меня не нужно звать, я сам прихожу, – он встал, выпрямившись в полный рост. Почти два метра. – Видишь ли, ты оказался не там, где надо. И теперь надо тебе кое-что объяснить, прежде чем ты натворишь ошибок.

– Да ладно? – я даже слегка засмеялся. Это выглядело уж слишком забавно.

Я не был самым сильным колдуном, но определённую славу среди астральных тварей снискал. Её точно хватало, чтобы они дважды подумали, прежде чем наглеть в моём присутствии.

Голос Люпуса стал твёрже. – Твой хозяин нарушил важное правило, когда затащил сюда твою душу. А правила нужно соблюдать. Впрочем, твоей вины в этом нет. Так что сильно наказывать тебя никто не будет. Я даже помогу тебе, предупредив.

Я с любопытством прищурился. А он продолжил:

– Слушай, щеночек. Ты и твой клан будете сидеть в этой дыре и никуда не высовываться. Копайтесь в земле, продавайте что найдёте. Тогда вас никто не тронет и, может, вскоре забудут. Но вздумаете рыпнуться выше – будете уничтожены, изведены под корень, – он закончил звучным рычанием. – Как и твоя семья в прошлой жизни. Усёк, щенок?

Сначала я даже подумал с ним не спорить. Просто выдворить из шахты. Ведь зачем заранее создавать себе врагов?

Но когда он заикнулся о моей семье. Об угрозе для неё здесь. Тогда я просто не смог позволить себе просто так разойтись!

– Знаешь, я сначала подумал что ты обычная загульная астральная тварь, – я улыбнулся. – Пришёл сюда поразвлечься, да поговорить с колдуном. Поэтому я был в замешательстве. Ну какая адекватная сущность полезет в материальный мир сама, без опоры на призывателя?

Его пальцы напряглись, крепче сжимая костяную палочку. А я продолжал:

– Но сейчас я всё понял. Ты – не загульная тварь. Ты – слуга, обычный холоп на службе своего господина, который велел тебе рискнуть своей шкурой чтобы попробовать меня испугать. Кто твой хозяин? Мефисто? Баал? Скорее первый, он с Бафомётом часто собачится. Я уже оторвал голову не одному его слуге.

– ЗНАЙ СВОЁ МЕСТО, ЧЕЛОВЕЧИШКА! – он взмахнул лапой, поднимая на меня палочку.

Но я даже не шелохнулся, продолжая улыбаться.

– Ты правда думал, что я не распознаю твой фокус? Ты – не воплощённая сущность, а всего лишь астральная проекция, удерживаемая здесь исключительно благодаря высокому магическому фону, обеспеченному мананитом и проектором. А раз ты проекция – значит твоего тела здесь нет. Ты просто мираж. Фальшивка! И силы твои ограничены.

– ВЗЯТЬ! – палочка вспыхнула зелёным светом, который выстрелил в стороны. Светлячки энергии понеслись к шахтёрам.

В тот же момент я даю сигнал рукой. Добрыня реагирует мгновенно. Заготовленная команда активирует защитные заклинания шахты.

«Рассеивание маны».

Белые прожилки мананита засветились в один момент. На стенах появляются яркие магические печати. Они выпускают в свободное пространство волны силы, которая сметает зелёный свет.

Люпус взвыл, схватившись за голову. Его реального тела здесь не было, однако разум – тут был. Его проекция задёргалась, неспособная удерживаться в одной форме.

В кармане шахтёра, на котором сидел Люпус, сверкнул зелёный цвет – астральный проектор. Я со всех ног бросился к нему и выхватил из кармана крупный изумруд.

– НЕТ! Не трожь! – Люпус пытался прийти в себя и помешать мне, но подавляющая сила защитного заклятья делала каждый его шаг невыносимо трудным.

Я выхватил нож и привычным образом рассёк свою ладонь, проливая кровь. Этой же ладонью я крепко сжал изумруд, подав в него свою силу. Кровь на камне потемнела и сгустилась, а потом превратилась в чёрные путы.

– НЕ-Е-ЕТ! – взвыл Люпус. Его разум оказался привязан к материальному миру моей силой до тех пор, пока я этого хочу.

Но это не всё.

Я подал новый поток силы, которая погрузилась в проектор и отсекла его от астрального плана. Проекция Люпуса тут же развеялась, а его разум остался в камне.

– ТВАРЬ! ТВАРЬ! ТВАРЬ! ТЫ СДОХНЕШЬ В МУКАХ! – из камня шёл сигнал, который я улавливал при концентрации на нём внимания. Но это вызывало только улыбку.

Все они так вопят первый год. Потом ничего, успокаиваются.

Отвернувшись от шумного камня, я пошёл к Добрыне. Он стоял, бледный и тяжело дышащий. Пробудить защитную систему целой шахты – это непростая задачка!

– Молодец, Добрыня. У нас хороший улов, – я подбросил изумруд в воздух и поймал.

– Рад служить, ваше благородие, – коротко поклонился капитан.

Через пару минут шахтёры начали приходить в себя. Они испуганными глазами смотрели на нас и спрашивали: «где свет?», «почему мы больше не слышим пение?».

Жертвы гипнотических заклинаний после освобождения обычно отходят от них несколько часов. В это время они могут испытывать желание вернуться в состояние гипноза. В нём нет никаких забот, никаких проблем и печалей. Не нужно по многу часов работать в грязи, вгрызаясь в твердь земли.

Вот только чем дольше гипнотическое заклинание воздействует – тем слабее становится разум его жертвы. Это может довести до того, что он просто превратится в слабоумного. Поэтому в любом нормальном обществе они запрещены к применению на людях.

Если речь не идёт о врагах государства, конечно же!

Одно из достоинств гипнотических техник – это возможность применения из одного мира на другой. Так как они воздействуют не на материю, а на разум живых существ.

Но я в гипнотических заклинаниях не силён. Мой козырь – дары Бафомёта. Они сложнее в применении, но их практически невозможно обнаружить.

Мы пошли наверх, взяв с собой шахтёра, у которого в кармане был проектор. Бедолага побледнел, но спорить не стал. Я заранее объяснил им, кто мы такие и чем чревато непослушание.

Пока поднимались, я думал о хозяине Люпуса. Я почти убеждён, что это Мефисто. Слишком свойственный для него почерк. Тот любит выставлять людей идиотами и превращать их в марионеток.

Но чтобы договариваться? Даже в форме запугивания? Нет, что-то тут не так. Он обычно действует сразу и наверняка: подчиняет или уничтожает. Раз он действует так осторожно, значит либо боится чего-то, либо пытается использовать.

Вот с этим-то и надо разобраться. Потому что где первый контакт, там будет и второй. Уже в ближайшее время. Но на этот раз всё проекцией не ограничится. В этом я был уверен.

Я посмотрел на проектор в своих руках. От моего воздействия внутри него появились тёмные прожилки. А ведь его кто-то подкинул тому шахтёру. Надо будет тщательно его допросить.

Мы вышли наружу.

Шахтёры уже собрались там, горячо обсуждая что с ними произошло. Тут было уже не меньше сотни человек и из шахты всё время выходили новые.

– Рассказывай, кто такой и откуда эта штука оказалась у тебя в кармане? – спросил я шахтёра, пронёсшего проектор в шахту.

– Яшка я, – он снял каску и уставился в землю. – Мастер сказал пронести вниз. Сказал: устанавливать какую-то штуку магическую будут. Работать станет проще.

Надо же, даже «Власть» использовать не пришлось. Я повернулся к толпе рабочих.

– Мастера вашего мне, живо!

Толпа загудела, шахтёры стали осматривать друг друга. Потом кто-то сказал: – Так он на базу пошёл, за транспортом. Сразу, как только вышел. Ещё торопился так.

Я позвал за собой Добрыню, Яшку и быстро пошёл к машине. Гвардеец уже ждал нас за рулём и прогревал авто.

– Начальник, а что нам делать-то? – спросил один из рабочих.

– Ждёте остальных, собираетесь все вместе и идёте на базу. Оттуда вас доставят в Озёрск. Работа на шахте приостанавливается до выяснения обстоятельств произошедшего.

Мы загрузились в машину, я впереди, а Добрыня и Яшка на заднем сидении. Документы пачкой лежали рядом с Добрыней. Мы резво стартанули по дороге и уже через триста метров настигли убегающего со всех ног мастера.

Как только он увидел фары нашего автомобиля, то припустил раза в два быстре и попытался завернуть в лес. Но громкий выкрик: «Стоять, стрелять буду!» со стороны Добрыни, живо остановил беглеца с поднятыми вверх руками.

– Далеко собрался, диверсант? – без тени шутки спросил я.

– Ваше бла-ародие, – удивлённо уставился он на меня, а затем посмотрел на Яшку, стоящего рядом. И тут глаза мастера округлились от ужаса. Он истошно закричал. – ВАШЕ БЛА-АРОДИЕ!

Добрыня, стоящий рядом, резко дёрнул меня в сторону.

Засвистел воздух, распарываемый острыми как лезвия когтями.

Яшка, ещё секунду назад выглядевший как человек, начал быстро покрываться бурой шерстью. Его голова искажалась, трансформируясь в волчью, а одежда рвалась под напором быстро разрастающихся огромных мышц.

Оборотень. Подвид – волколак.

Вот, почему он прятал глаза. Я бы увидел в них волчью натуру, готовую к пробуждению.

Я выбросил вперёд руку, выпуская из неё пламенного фантома. Но волколак был быстрее. Его когти успели нанести ещё один удар, который рассёк моё лицо, оставив на нём чувство обжигающей боли и три длинных глубоких пореза.

А потом пламенный фантом навалился на Яшку с «горячими» объятиями! Алый огонь моментально охватил волчью шерсть. Оборотень взвыл и заметался. Он в бешенстве стал размахивать руками, с каждым движением только сильнее утопая в пламени моего фантома.

Все бросились в стороны и смотрели за агонией неудавшегося убийцы. Спустя ещё пару секунд он упал и затих.

– Ваше бла-ародие! Он обещал съесть моё сердце, если я останусь в шахте и попробую с кем-то заговорить! Прямо перед этим зелёным сном сказал! Простите милосердно! – бросился в ноги мастер. – И глазища у него волчьи, у меня брат с волколаками встречался, рассказывал!

– Всё, вставай, я всё понял, – я поднял мастера на ноги. – Ты не виноват.

– Ау-у-у-у-у! – из леса прозвучал пронзительный волчий вой.

– АУ-У-У-У! – ответили ему, уже гораздо ближе к нам.

– Ау-у-у-у-у-у! – третий.

Вот и оно. У Мефисто не вышло со мной договориться, значит попробует уничтожить.

– В машину все, живо!

Среди деревьев засверкали голодные волчьи глаза.

Глава 7

Волколаки – это суперхищники. Они невероятно быстры, выносливы, живучи. Чуют кровь за много километров. Очень быстро восстанавливают свои ранения.

Если вступают во взаимодействие с волчьей стаей, то гарантированно становятся в ней вожаком – альфой, которому беспрекословно подчиняется каждый волк.

Но есть у него нюанс. Человек-оборотень может превратиться в волколака только при одном условии – под светом луны. Это происходит либо непроизвольно, когда оборотничество – это проклятье, либо по воле человека, если он посвящён в одно из волчьих братств.

Поэтому план с Яшкой был весьма хорош. Кто бы его не составил, он заранее рассчитал когда я приеду и что в этом время будет ярко светить луна.

Я ухмылялся своим мыслям, пока вытирал кровь со своего лица тряпкой. Она так и хлестала, к вещему ужасу мастера и мрачному недовольству Добрыни. Только гвардеец хранил полную сосредоточенность на дороге.

Машина тряслась, на всех порах гоня к базе. А за ней вереницей зверей бежали волки, во главе с огромным чёрным волколаком.

Спалил бы всех, да вот только в лесу ещё несколько таких тварей. Если остановимся – накинутся скопом и кого-нибудь точно порвут.

Повезёт, если они не тронут рабочих на базе. Если у тех есть хоть какие-то мозги, то они попрячутся в бытовки и носу оттуда не покажут.

Огненный фантом не отставая парил рядом с машиной. Наш щит и единственный действенный инструмент против волколаков. Огонь – это одна из немногих вещей, которая полностью перебивает их регенерацию.

Щёлкнул затвор автомата в руках Добрыни. Он был готов отстреливаться, если мы встанем. Но в трясущейся машине, особенно с ранеными руками, это был бы верх опрометчивости.

Впереди показались очертания базы. Там горело всего несколько уличных фонарей. Большинство рабочих уже уехали, там должны оставаться только сторожа, мой гвардеец и Филимон в одной из бытовок.

Разметая грязь мы въехали на базу. На улице никого, только в окнах мельтешат силуэты.

Раздался вой. По обе стороны от нас.

Не успели мы проехать через центр базы, как с крыши одной из бытовок прямо перед автомобилем спрыгнул волколак. Крупный, под два метра ростом, с нетипичным окрасом в серую и чёрную полоску.

Из-за бытовок рядом повыходили волки, тощие и голодные, а оттого крайне злые. Их альфа держал их на голодном пайке, чтобы они были готовы рисковать собой и убивать.

– Дави, – безэмоционально велел водителю я и приготовил использовать фантома, чтобы прочистить путь.

Гвардеец втопил педаль в пол и наш внедорожник, рыча, ринулся вперёд. Волколак отпрыгнул в сторону в самый последний момент, прямо перед соприкосновением с пламенным фантомом. Если бы не мой дар, он бы спокойно смял машину и порвал металл своими когтями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.