Ана Фармиго
На перекрёстке чувств

Глава 1

Этот день мог бы начаться иначе, не будь это я – Вероника Далтон. Если вы не знаете, кто я такая – поздравляю, вам повезло. Я – самая невезучая девушка в мире. И это не преувеличение. Только я могла завалить последний выпускной экзамен из-за постоянных стычек с отцом и вечного недосыпа.. Я, конечно, люблю Рича, он мой отец, но он слишком придирчив, и я не справляюсь. Поэтому и переехала в кампус – чтобы жить с крысами и тараканами, но только не с ним. Честно? Это был лучший выбор из всех возможных.. Кажется, я опять слишком много думаю, пора собраться и встретить этот день с новыми силами – как и всегда, с боевым настроем. Я иду на пересдачу, из-за чего не спала последние три дня, зубрила до изнеможения, и, если судьба хотя бы чуть-чуть на моей стороне, – на этот раз у меня всё получится.

Я стою у зеркала и смотрю на своё отражение, пытаясь навести хоть какой-то порядок. Заплетаю тёмно-каштановые волосы в простую косу – ничего особенного, просто чтобы не мешались. Подвожу голубые глаза – быстро, легко, привычно. Немного туши, лёгкий блеск на губах – и всё, Вероника Далтон готова к бою. У меня миловидное, аккуратное лицо, хотя вечно кажется усталым. Пухлые губы, высокий рост, стройная фигура – мне часто говорили, что я красивая, но в такие дни это не имеет значения. Сегодня важнее не внешность, а выдержка.

На улице прохладно, несмотря на то что уже лето. Я зябко кутаюсь в куртку, поправляю ремешок сумки на плече и выхожу на тротуар.

Двадцать минут – и я уже в метро, среди сонных лиц, запаха кофе и чужих разговоров. Утро в Вашингтоне шумное, прерывистое, но знакомое до мелочей.

У мраморных ступеней университета я задерживаюсь на секунду. В руках – термос с кофе, как оберег. Я держу его крепко, будто от него зависит моя судьба. Может, так и есть.

Три часа мучений. Три часа, во время которых мне казалось, что время остановилось. Но вот – всё позади. Я сдала.

Выходя на улицу, я впервые за долгое время позволяю себе по-настоящему вдохнуть. Прохладный воздух касается щёк, и кажется, будто мир снова начинает вращаться.

– Ну что, Ронни… – шепчу себе. – Можешь поздравить себя.

На губах появляется лёгкая, мимолётная улыбка. Не победа, но шаг к ней.

Может позвонить Крису? Крис – зеленоглазый красавец блондин, и по совместительству мой лучший друг, с которым мы познакомились на первом курсе университета, только он изучал французский, а я – архитектуру. Не будь он геем, я бы с ним встречалась, ведь Кристофер – человек, который всегда рядом, когда нужно выслушать. Он не спешит с советами, но всегда выскажет их, когда посчитает, что они действительно нужны. Он не будет осуждать, он будет поддерживать, даже если ситуация сложная. Его главная сила – это способность поддерживать эмоциональное равновесие и дарить уверенность тем, кто рядом, но у жизни свои планы, поэтому нам никогда не быть вместе, разве что только я сменю пол.

Достаю телефон, и набираю его номер.

– Алло, Крис, – я невольно улыбаюсь.

– Привет, Ронни-Нонни, ты сдала?

– Конечно нет, ведь ты же меня знаешь, – пытаюсь сдержать смех.

– Да ты рехнулась, Далтон! – Крис смеется в трубку. – Я знаю, что ты пытаешься не заржать прямо сейчас.

– Твоя взяла, да, я сдала. Отметим?

– Ah, voilà! Я знал, что ты справишься. Но сначала ты позвонишь Ноа и обрадуешь ее!

– Как скажешь, босс. – смеюсь. – На связи.

– Bientôt, mon amie! – подмигивает он через трубку. – Скоро увидимся!

Кладу трубку и, чуть ли не как ребёнок, скачу к метро. А зачем ей звонить, если могу сказать всё лично?

Вот я уже в кампусе. Потому что на меня с разбега налетает эта рыжая бестия – моя подруга Ноа – и обвивает шею смертельной хваткой, как умеет только она.

– Ноа, Ноа, ты меня сейчас задушишь! – выдыхаю я, покраснев, как помидорка черри.

– Ты сдала! Наша Нонни сдала! Напьёмся?

– Мы? Конечно. Подожди… откуда ты узнала?

– Болтушка-Крис, как всегда. И нет, я не обижаюсь, что ты мне не позвонила.

– Я люблю тебя, – говорю вслух, а про себя думаю: «Спасибо, что у меня есть такая всё-понимающая подруга».

После часа расспроса и болтовни о девичьих секретах пришёл Крис. И я аккуратно, пока не видит Ноа, показала ему свой кулачок, как бы говоря, – «Беги, а то получишь». Но он вежливо сделал вид что не заметил, и мы принялись обсуждать куда пойдём. Единогласно выбрав клуб в паре кварталов от нашего кампуса, Крис предложил сделать мне его «фирменную» прическу. И вот тут в который раз стало ясно: хоть он и знает французский в совершенстве, его настоящее призвание явно не филология. Как только в его руках оказываются расчёска и лак для волос, он преображается – глаза загораются, движения становятся точными и вдохновленными, словно он не просто укладывает волосы, а творит. Мы с Ноа давно шутим, что если бы Крис открыл собственный салон, туда бы стояла очередь из желающих преобразиться. Да что там, я бы записалась первой.

После получаса волшебства, которое Крис творил с моими волосами, прическа была готова. Я взглянула в зеркало – и передо мной предстала роскошная девушка с объёмной шевелюрой К этому образу я выбрала платье цвета крем-брюле и чёрные туфли на высоком каблуке. Лёгкий, неброский макияж подчёркивал голубизну моих глаз, добавляя образу завершённости и немного таинственности.

Мы занимаем места у барной стойки, и заказываем по первой порции Джина-тоника. В клубе довольно громко играет музыка, и нам приходится кричать чтобы услышать друг друга.

Прошло несколько минут, и я почувствовала действие пьянящего напитка, который гнал кровь по моим жилам с бешеной скоростью, как мне казалось. Немного погодя, Ноа, выпив ещё стакан, хватает меня с Крисом и тащит на танцпол. Крис с Ноа сразу же отдаются ритму музыки, я же веду себя немного скованно, но потом музыка поглощает меня, обволакивает каждую клеточку моего тела, и я танцую, танцую, как в последний раз. После пары треков, я рухнула на стул возле стойки и с жадностью не присущей мне, выпиваю ещё порцию этого зловещего напитка, и наблюдаю за друзьями. Заметив, что я пропала. Ноа подходит ко мне, заваливается на стул и заказывает у бармена коктейль. Открывает рот и что-то кричит мне, но я не понимаю, и подставляю ухо, чтобы хоть что-то разобрать.

– Кажется то.. …рень …..трит … тебя, – мне становится смешно.

– А?, – я подставляю ухо ещё ближе.

– Я говорю, – тот парень явно пялится на тебя. Думаю, ты ему понравилась.

– Брось, Ню, я никому не нравлюсь. Это мне ещё с рождения приписано.

– Это ты брось, Ронни, иди познакомься, и проведи незабываемую ночь.

– Ага, я лучше останусь старой девой, чем займусь сексом с первым встречным. Иди танцуй, Ню.

– Ты такая зануда порой, ладно. Не скучай.

Смотря вслед уходящей на танцпол подруге, я перевела взгляд на того самого парня, про которого она мне вещала. Разглядеть я толком ничего не смогла, лишь то, что он высокого роста, и, о черт, он пялится на меня! Пора мне уходить отсюда, моя кровать явно соскучилась по мне, как никто другой.

Делаю жест Крису, чтобы он подошёл, и перекрикивая музыку говорю:

– Крис, уведи меня отсюда, пожалуйста.

– Ро… , – Я прерываю его.

– Быстро! Я вздыхаю. Извини, но кажется с меня хватит на сегодня. Пойдём, а? – И строю ему свои щенячьи глазки. Он всегда меня прощает, при виде их.

– Ладно, Ро, давай только заберем нашу пьяную звезду танцпола и пойдём. – Я одобрительно киваю ему.

Придя в нашу комнату, я, не обращая внимания на Криса и Ноа., сняла своё платье и рухнула на кровать, не успев заметить как провалилась в сон.

Утро началось довольно тяжело. Проснувшись от звонка телефона, и изнывая от головной боли, я взяла трубку.

– Алло? – голос у меня немного хриплый, только проснулась.

– Алло, доченька.

Секунда – и я узнала её. Тёплый, чуть усталый голос.

– Мам? Это ты? – я резко сажусь на кровати и поглядываю на часы. Восемь утра. Конечно, кто ещё может звонить в это время.

– Прости, что так рано, – мягко говорит она. – Просто не могла дождаться. Ты сдала, Вероника?

Я улыбаюсь. Даже сквозь сон, даже с этой усталостью в теле – внутри что-то приятно дрогнуло.

– Да, мам. Всё отлично. Три часа ада – и всё позади. Экзамен сдан, диплом почти в руках.

– Слава Богу… – облегченно выдыхает она, а потом немного тише добавляет: – Я знала, что у тебя всё получится. Просто… очень переживала.

Несколько секунд мы молчим. Я представляю, как она сидит на кухне в Литл-Роке, с кружкой кофе, с тем самым розовым халатом, который не меняет уже лет десять. За её спиной, наверное, Лекси включает телевизор слишком громко.

– Я скоро приеду, мам, – говорю я. – После выпускного, как и обещала. Возьму отпуск, и просто… побуду рядом.

– Я буду ждать тебя, милая. И Лекси тоже. Она уже спрашивала, когда ты наконец появишься. Сказала, что испекла бы тебе кексы, но всё время путает соль с сахаром.

Мы обе засмеялись – тепло, по-домашнему.

– Мам… – я немного замялась. – Спасибо, что верила в меня.

– Это потому что я знаю, кто ты, Вероника. Сильная, умная, упрямая, как твой отец, – она усмехается. – Но главное – у тебя доброе сердце. И ты всё выдержишь. Всё.

Я чувствую, как в горле встаёт ком.

– Я люблю тебя, мам.

– И я тебя, родная. Очень. Береги себя.

Кладу трубку, ухожу глубоко в свои мысли, и опять проваливаюсь в сон. Проснувшись, смотрю на часы, уже 11:48, кое-как поднимаюсь с кровати и ползу в душ. Снимаю бельё, и становлюсь под прохладные струи воды, боже, как хорошо. Выйдя из душа, я стала более-менее похожа на девушку своих лет, а не на скрюченную старушку, которая вползала туда.

День пролетел незаметно, я наводила порядок в комнате. Приготовила нам с Ноа поесть. И лёжа на кровати строила планы на завтрашний день.

– Ро, что делаешь завтра? – спросила Ноа, словно прочитав мои мысли.

– Думаю, одолжу у Дженни велосипед и покатаюсь с утра. А потом заеду выбрать платье для выпускного.

– Серьёзно?! – с широко распахнутыми глазами воскликнула она.

– Что?.. – удивлённо переспросила я, не понимая, чем вызвано её потрясение.

– Ты ещё не купила платье? Ронни, как ты могла?! – укоризненно протянула Ноа, будто я совершила государственное преступление.

– У меня пересдача была на носу. Да и вообще, платье – не главное в жизни.

– Это говорит в тебе зануда, – фыркнула она. – Каждая девушка мечтает о выпускном и о шикарном платье, которое сделает её королевой вечера!

– В том-то и дело, Ноа, – я усмехнулась. – Я не каждая девушка.

– Ладно-ладно, – протянула Ноа, закатывая глаза. – Ты хотя бы позволишь мне помочь тебе выбрать платье?

– Хорошо, – вздохнула я, уже зевая. – Но сейчас я ложусь спать.

– Сладких снов, Ронни.

– Сладких снов, Ню.

Глава 2

Меня разбудил будильник своим раздражающим попискиванием. Бросаю взгляд на часы – 08:00. Сажусь на кровать, растираю глаза и пытаюсь вспомнить сегодняшний сон. Мне снилось, как мы счастливы – я, мама и отец. Только сон, не более. Они никогда не будут вместе. Если отец выводит меня из себя, то что уж говорить о маме. Ведь это у меня в семье «железные нервы». Ладно, хватит об этом. Пора собираться – день обещает быть неплохим.

Я надела свои любимые джинсовые шорты – слегка потертые, удобные, с высокой посадкой – и свободную хлопковую рубашку, заправленную небрежно спереди. Волосы оставила распущенными – тёмные пряди падали на плечи и развевались при каждом шаге. Собравшись и одолжив у Дженни велосипед, я выехала с территории кампуса и направилась в город. Раннее утро, прохладный воздух, любимая песня в наушниках – что может быть лучше? Проехав пару кварталов, я разглядывала окружающий мир: деревья, раскачивающиеся в такт ветру, людей с утренним кофе, машинный поток. Я пыталась отгадать марки автомобилей, играя сама с собой, пока не переключила плеер на Лану Дель Рей и не начала подпевать ей под нос. Но не успела закончить припев – как руль дёрнулся, и я врезалась во что-то, как мне показалось, огромное.

– Твою мать! – выругалась я, грохнувшись на асфальт вместе с велосипедом.

– Что за чёрт?! – прозвучал рядом раздражённый мужской голос.

– Простите… – пробормотала я, не поднимая головы. Виновато, но машинально.

– Я же сказала – простите! – буркнула я, с трудом поднимаясь с асфальта.

– Кто выпускает таких, как ты, на дорогу… – никак не угомонится он.

Я, подняв велосипед, повернулась к этому надоедливому типу и уже собиралась отчитать его, но осеклась на полуслове:

– Слушайте, я не собираюсь…

– Что? – с ленивой ухмылкой перебил он.

Чёрт, а он симпатичный. На меня смотрел высокий, широкоплечий парень, в серой футболке и джинсах. Темные волосы, глаза цвета расплавленного металла. Взгляд цепкий, внимательный. Уголки губ чуть подрагивают в сдержанной ухмылке.

– Эй, ты тут? – он наклонился чуть ближе и помахал рукой у моего лица.

Поняв, что слишком долго пялюсь на него, я спохватилась и продолжила фразу:

– Я не собираюсь вымаливать у вас прощение, ползая на коленях. Я уже извинилась. А вы – грубиян.

Он засмеялся, глядя прямо на меня. Вот хам! – мысленно прорычала я, схватила руль и направилась дальше, прочь от него.

– Эй, подожди! – всё ещё смеясь, окликнул он.

– Слушайте, что вам нужно? Я уже извинилась. Больше нам не о чем говорить.

– Ладно-ладно, с извинениями покончено. Просто… может, познакомимся? Я Дин.

– Поздравляю.

– Дин Миллер, если быть точным.

– Серьёзно? Сам Дин Миллер?

– Ага. Знаешь меня?

Я одарила его взглядом, полным сарказма.

– Нет. А теперь – иди к чёрту.

С этими словами я села на велосипед и, не оглядываясь, поехала в сторону кампуса. И только когда скрылась за углом, поймала себя на мысли, что, чёрт возьми, улыбаюсь.

Зайдя в комнату, я не успела толком переступить порог, как Ноа с перепуганным взглядом подскочила ко мне.

– Ро, что случилось? Что с ногой?!

Только тогда я заметила, как со злости даже не почувствовала – с колена сочилась кровь, медленно стекая по голени.

– А, это? Просто врезалась в одного придурка. Но, если честно, он заслужил.

– Что? В какого ещё придурка?!

– Не знаю. Сказал, что он Дин Миллер.

– Подожди… Серьёзно? Дин? Сам Дин Миллер?

– Да, самовлюблённый Дин Миллер. Почему ты так удивлена?

– Вероника, это же выпускник нашего универа! Он закончил три года назад.

– Ну и что? Боже мой, какая знаменитость.

– Ничего себе… Он же закончил с отличием! За ним пол-кампуса бегало, особенно девчонки.

– Ноа, меня это не интересует.

– Что он от тебя хотел? Почему ты так взъелась? – всё не унималась она.

– Да ничего. – Я закатила глаза.

– Ронни, я тебя знаю. Он что-то сказал?

– Он хотел познакомиться. Ты довольна?

– А ты?..

– А я послала его.

Я подняла палец и ткнула им в воздух, прерывая её, пока она не успела выдать восторженный визг.

– Лучше помоги мне обработать рану. И пошли уже платье выбирать.

Она кивнула, тяжело вздохнув.

– Извини, Ро.

– Всё в порядке. Пошли.

Вот мы уже в одном из «супер-мега-крутых» магазинов одежды, а точнее – в бутике с уценёнными вещами. Ноа вяло плелась за мной, закатывая глаза так часто, что могла бы соревноваться с павлином за внимание.

– Ро, ну зачем ты меня сюда притащила? – протянула она, как обиженный подросток. – У меня аллергия на старомодную одежду!

– Ноа! Я же сказала – на другое платье мне не хватит. Так что терпи.

– Нет, ну пожалуйста, не порть мне выпускной. Давай я куплю тебе нормальное платье?

– Нет. Не обсуждается.

– Но…

– Нет!

– Ронни!..

– НЕТ! – рявкнула я, подбирая платье.

Я повернулась к женщине за стойкой, миловидной и немного старомодной на вид.

– Я возьму это платье.

– Прекрасный выбор, мисс, – сказала она с тёплой улыбкой.

Платье было цвета топлёного шоколада, с изящным вырезом в зоне декольте и молнией на спине. Скромное, но элегантное.

– Господи, ты серьёзно? Это же прошлый век! Из какого оно вообще столетия? – прошипела Ноа у меня за спиной.

Женщина слегка усмехнулась.

– Мне кажется, или я просила кое-кого не вмешиваться? – холодно бросила я.

– Ладно, ладно. Молчу.

– Вот и прекрасно.

В остальном день не предвещал ничего особенного. После похода по магазинам мы заглянули в кафе – в паре кварталов от нашего дома – поболтали о девчачьих глупостях, что, признаться, не совсем в моём стиле. Но было приятно. Иногда и мне хочется просто расслабиться.

Обратная дорога до кампуса прошла в тёплой тишине: ветер трепал волосы, солнце уже клонилось к закату, и в этом было что-то безмятежное.

Когда мы дошли, я облегчённо выдохнула. Честно говоря, я вымоталась. Такие вылазки – точно не моё. Но всё же… выпускной. Стоит того.

Поднявшись в комнату и раскидав пакеты где попало, я тут же плюхнулась на кровать. Едва открыла рот, чтобы что-то сказать Ноа, как в дверь постучали.

Это была Бриджет – наша соседка по этажу и одна из лучших студенток выпуска. У неё длинные белоснежные волосы ниже плеч, стройная фигура и глаза цвета капучино. Вечно спокойная, собранная, но с какой-то неуловимой теплотой в голосе. Она выглядела так, будто только что сошла со страниц журнала о студенческой мечте.

– Я войду? – тихо спросила Бриджет, заглянув в комнату.

– Конечно, Бридж, о чём речь! – улыбнулась я, махнув рукой, чтобы заходила.

– Ронни, вообще-то… я к тебе, – с лёгкой неловкостью сказала она, заходя внутрь.

– Да? Что-то случилось?

– Ой, нет-нет, всё в порядке. Просто… этот парень… он очень милый, и… в общем… я сейчас.

Я моргнула и обернулась к Ноа:

– Ты понимаешь, в чём дело?

– М… нет, прости, вообще нет, – пожала плечами она.

Через пару секунд Бриджет вернулась. В руках у неё была аккуратная коробка, перевязанная лентой.

– И что это? – спросила я, стараясь звучать непринуждённо, хотя внутри всё слегка подрагивало от неожиданности.

– Ах, это! – Бриджет улыбнулась, почти сияя. – Меня всего лишь попросили передать.

– Да, и кто же? – тут же встряла Ноа, аж подпрыгивая от любопытства. – Кто он?! Кто это?!

– Ронни, я просто обещала передать. Думаю, тот, кто это оставил, приложил имя. Я пойду, – сказала она и мягко вышла, оставив нас наедине с коробкой и кучей вопросов.

– Ну что, Ро, тайный поклонник? – заговорщицки прищурилась Ноа.

– Этого мне ещё не хватало, – пробурчала я. – Надеюсь, просто ошиблись адресом.

Я осторожно взяла розовую коробку и медленно развязала бантик. Под крышкой – платье. Изумрудного цвета. Роскошное, легкое, с открытыми плечами и деликатной вышивкой по подолу. Я не могла не восхититься – оно было потрясающим.

– Бо-же-мой! – воскликнула Ноа. – Неужели выпускной всё-таки будет спасён?

– Ноа, подожди. Сначала надо понять, от кого это…

На дне коробки лежала карточка. Простая, белая, с ровным почерком. Я взяла её в руки и прочитала вслух:

Прошу прощения за то, что ты врезалась в меня.

Надеюсь, тебе понравится это платье – я выбирал его на свой вкус.

Приятного выпускного. Скоро увидимся. – Д.М.

Несколько секунд в комнате стояла тишина. Я чувствовала, как лицо моё вспыхивает. Не от стыда. От замешательства. И чего-то другого, чего я пока не могла признать.

– Д.М… – протянула Ноа, вытянув шею, будто это поможет ей разглядеть между строчек больше, чем было написано. – Это же…

– Дин Миллер, – закончила я за неё, глядя на платье, как будто оно вот-вот заговорит.

– Вот это я понимаю – извинение, – выдохнула она с восхищением. – Если ты не наденешь это платье, я перестану с тобой разговаривать.

Я молча провела рукой по ткани. Коралловый цвет мягко переливался в свете лампы.

– Он странный, – пробормотала я.

– Но симпатичный. И, похоже, очарован тобой, – Ноа ухмыльнулась и подмигнула.

– Ну уж не знаю, – тихо ответила я, сжимая в пальцах карточку. – Но, похоже, выпускной и правда будет… интересным.

– Я тебе завидую! – Ноа театрально упала на кровать. – На тебя запал сам Дин Миллер. Я бы только мечтать могла о таком. Если он тебе не нужен – может, уступишь его мне?

– Да пожалуйста, – смеюсь я, поднимая платье.

– Ну так что? Примеришь?

Я закатываю глаза, но понимаю: не отвертеться.

Платье оказалось идеальным. Цвет, фасон, даже длина – всё село, будто сшито по мне. Хм. У этого Дина… хороший вкус. Интересно, как он угадал мой размер? Впрочем, это не важно, если он будущий парень Ноа.

– Может, пойдём спать? – мягко спрашиваю я, уже чувствуя, как усталость подступает к вискам.

– Ро, я чуть позже. Хочу дочитать пару страниц, – отвечает Ноа, устроившись поудобнее с книгой в руках.

– Хорошо… Сладких снов, Ню.

– Сладких снов, Ронни.

Следующие два дня пролетели просто незаметно. Мы сходили в кино с Ноа и Крисом. Сделали генеральную уборку в комнате. Я ходила по магазинам с Ноа, давая свои «незаменимые» советы в выборе одежды. Потом мы обошли всевозможные салоны красоты и, наконец, вернулись домой.

Уставшая, я написала матери SMS, указав в нём время и место проведения выпускной церемонии. Немного отдохнув, отправилась готовить нам ужин. Я любила готовить – правда, делала это не так часто и только по настроению, но у меня это довольно хорошо получалось, и друзья всегда хвалили мои эксперименты.

Когда ужин был готов, в дверь постучались. Это был Крис. Я накрыла на стол, и мы принялись есть спагетти с сыром и болтать в дружеской обстановке.

Речь шла обо всём: о том, какие у нас планы на лето, о завтрашнем дне, кто куда пойдёт работать – и ещё тысяча тем. Мы могли болтать часами, не замечая, как летит время, что произошло и на сей раз. Когда я посмотрела на часы, было уже начало первого. Сославшись на усталость, я сказала, что хочу лечь спать.

– Неужели уже полночь? – удивлённо пробормотал Крис. – Наверное, мне пора.

– До завтра, Крис, – почти в унисон устало промычали мы с Ноа.

– До завтра, девчонки.

Расстелив постель и пожелав Ноа спокойной ночи, я выключила свет и плюхнулась в свою мягонькую кроватку. Не знаю, каким образом он пробрался в мои мысли, и зачем я вообще о нём вспомнила – но в голове вдруг возник этот чёртов Дин Миллер.

«Скоро увидимся». Что бы это могло значить?

И ещё: как он вообще узнал, кто я такая? Где я живу? Кто пустил его в кампус? Мы же только столкнулись на улице… Или… он спросил у кого-то? У Бриджет? Или, что хуже, у Криса? Я немного поёжилась. Конечно, это всего лишь платье и записка, ничего страшного. Но всё равно – немного жутко. Или… волнительно? Чёрт. Прекрати, Ронни.

Это была последняя мысль перед тем, как я окончательно провалилась в сон – с сердцем, стучащим немного чаще, чем обычно.

Глава 3

Наутро меня разбудил истошный крик Ноа.

– Ронни, мы проспали! – орала она, бегая по комнате с расчёской в руках.

– Чего?.. – пробормотала я, не до конца проснувшись.

– Мы проспали! Поднимай свою сонную задницу и бегом умываться!

Я кое-как поднялась с кровати и поплелась в душевую. Резкий поток холодной воды вернул меня к реальности – каскады прохлады смыли остатки сна и суеты.

Когда я вернулась из душевой, посреди комнаты стоял Крис – в белоснежной рубашке, черном, безумно дорогом костюме и с той самой фирменной ослепительной улыбкой. Он выглядел просто сногсшибательно! Мысли о Дине Миллере испарились в ту же секунду.

– Боже мой! Да ты – красавчик! – воскликнула я.

– Боже мой! А ты – нет, – с улыбкой отозвался он. – Давай приведём тебя в порядок, Ро?

Я только благодарно кивнула.

Собрав всю косметику и кучу прибамбасов для волос, Крис с серьёзным видом принялся за работу. Я провела полтора часа под его волшебными руками – и, когда он, наконец, развернул меня к зеркалу, я ахнула.

На меня смотрела девушка… незнакомо красивая. Словно это была не я, а кто-то другой – утонченная, сияющая. Моя прическа представляла собой изящные кудри, собранные на затылке в изогнутый узор. Милые белые цветки были вплетены так, будто спускались каскадом – от макушки до плеч. А ещё – платье. Изумрудное, глубокого насыщенного оттенка, будто сотканное из теней леса перед закатом. То самое, что он мне прислал. Я сначала хотела отнести его обратно или спрятать куда подальше – пусть пылится до лучших времён. Но потом… потом я просто надела его. Вместо того, что сама выбрала в секонде. Даже не потому, что оно красивее. А потому что в нём я чувствовала себя как-то иначе, не той, что вечно на нервах и в спешке, а женщиной, настоящей, почти счастливой.

– Ты – волшебник, – прошептала я.

– Я знаю, – без тени смущения ответил он.

В знак благодарности я обняла его и поцеловала в щёку.

Ещё полчаса мы ждали, пока соберется Ноа – хотя, по иронии, именно она бурчала на нас за медлительность.. Ноа, конечно, сияла. Она выбрала платье оттенка шампанского – короткое спереди, длинное сзади, с расшитыми пайетками рукавами и открытой спиной. Её рыжие волосы были собраны в небрежный, но идеально выверенный пучок, а тонкие золотые серьги мерцали в свете солнца, словно подчеркивая каждое её движение. Ей даже не нужно было ничего говорить – она уже выглядела как главная героиня вечера.

Выпускная церемония должна была начаться в шесть. Потом – долгая речь ректора о том, какую сложную мы проделали работу, закончив университет, и что это наш путь в светлое будущее. Следом выступали ребята из университетской газеты, те, кто получает красный диплом, волонтёры и прочая свита. Я их называла отшельниками – никакой личной жизни.

Когда Ноа закончила возиться, ей пришло смс. Потянувшись к телефону, она сказала:

– А! Я вызвала такси. Наверное, уже ждёт нас.

Мило улыбнувшись и взяв сумочку, она потащила нас за собой. На такси мы быстро добрались до парковки западного кампуса нашего колледжа.

Когда Ноа наконец закончила возиться, ей пришла СМС. Потянувшись к телефону, она сказала:

– А! Я вызвала такси. Наверное, уже ждёт нас.

Мило улыбнувшись, взяла сумочку и с радостью потащила нас за собой. На такси мы довольно быстро добрались до парковки западного кампуса.

Сегодня он казался каким-то особенно важным. Я вдруг ощутила себя так же, как тогда, в самый первый день здесь. Может быть, потому что теперь я ухожу отсюда навсегда. И всё выглядело иначе. Даже красивее. Здесь прошли мои лучшие и, одновременно, самые нелепые годы.

– Ладно, пора выбираться, – сказала я, выдыхая.

Мы вылезли из машины и направились к входу.

– Я так волнуюсь! – лепетала Ноа.

– Что? Крис, ты слышал? Ноа Дикинсон волнуется!

– Да-а! Это как комета Галлея! Раз в семьдесят пять лет, – усмехнулся Крис, слегка подтолкнув Ноа локтем.

– Да бросьте вы! Просто у меня дурное предчувствие.

– Ню, ты же сама помогала всё организовать. Всё будет отлично, обещаю.

– Да, знаю… но всё равно кажется, что что-то пойдёт не так. Ладно, идём веселиться! – резко переменившись в лице, с широкой улыбкой сказала она – как умеет только Ноа.

Мы шли долго – или мне так казалось. Особенно в туфлях на каблуках. Даже пять минут превращаются в вечность, когда ступни болят уже через два шага. Но, услышав оглушительный шум толпы, мы поняли – мы на месте.

Трибуны пестрели сине-белыми шариками, повсюду были баннеры, музыка, крики выпускников, шум, смех. Я невольно улыбнулась – и одновременно почувствовала лёгкую грусть.

– Ну что? Пойдём поздороваемся?

– Да, вон Скарлетт – мы вместе ходили на испанский.

– Девчонки, я вас догоню, – пробормотал Крис и исчез в толпе своих знакомых.

Мы направились к Бриджет, но у меня зазвонил телефон.

– Алло?

– Доченька, я у шатра с выпивкой. Ты не могла бы встретить меня?

– Конечно, мам. Отличное место, стой там, я иду.

Я поприветствовала Скарлетт:

– Покажешь наши места? Я только встречу маму и сразу вернусь.

Мама ждала у стойки с фужерами дешёвого шампанского. Её было невозможно не заметить: высокая, стройная, сдержанно элегантная, она выглядела совсем не на свой возраст. Тёмно-синее платье до колен подчеркивало тонкую талию, а короткий пиджак с изящной брошей на лацкане придавал образу собранности и утончённости. Волосы были аккуратно уложены, макияж – минимальный, но безупречный. У неё была та самая спокойная красота, что не кричит, а просто существует – уверенно и достойно.

Увидев меня, мама расплылась в такой тёплой, искренней улыбке, что я на миг снова почувствовала себя маленькой девочкой, бегущей к ней с рисунком на криво вырванном листе.

– Милая… – тихо сказала она и обняла меня, поцеловав в макушку. Затем, чуть отстранившись, оглядела меня с головы до ног. Её взгляд остановился на изумрудном платье.

– Ты выглядишь… просто невероятно, Вероника. Я так горжусь тобой. И тем, кем ты стала. – Её глаза блестели, и в этот момент мне вдруг очень захотелось, чтобы этот вечер запомнился нам обеим надолго.

– Мам?

– Что, милая?

– А папа? Он приедет?

– Звонила ему. Сказал, что подъедет позже. Мол, у него срочные дела… Наверное, досматривает футбольный матч.

– Ха, точно. Надеюсь, обойдётся без сюрпризов.

Забрав маму, я нашла девочек, и Скарлетт проводила нас до мест на трибуне. Я показала маме сектор для родителей.

Противный писк микрофона заставил всех вздрогнуть. Видимо, кто-то случайно коснулся его. На сцену вышел старый мистер Джефф – и начал свою ободряюще-печальную речь.

Прошёл почти час, и наконец началась выдача дипломов. К счастью, фамилия у меня – Далтон, так что недолго ждать. Да-а, вот и мой выход. Рукопожатие. Фото для альбома. Ура. Я – выпускница Вашингтонского университета.

И – по традиции – все подбрасывают в воздух свои шапочки.

– А теперь – все танцевать! – крикнула одна из активисток после прощальной речи.

Я обернулась – и тут ко мне на всех парах несется Ноа. Я не успела даже выдохнуть, как она повисла у меня на шее, а следом нас медвежьими лапами обнял Крис.

– Ну что, выпускники? – подмигнул он.

– Выпускники! – хором ответили мы и снова все крепко обнялись.

– Танцевать! – выкрикнула Ноа. – Крис, составишь компанию одинокой девушке?

– С превеликим удовольствием, мадам, – с ухмылкой ответил он, и они растворились в танцующей толпе.

Я осталась одна и вежливо отказывала парням, которые приглашали меня на танец. Ну да, я так делала… пока не появился он.

Он – в чёрном смокинге, который сидел на нём чертовски хорошо. С чуть взъерошенными тёмными волосами и глазами цвета грозового неба – прохладными, но будто читающими тебя насквозь…Он улыбался, обменивался рукопожатиями, и кого-то явно искал.

Когда его взгляд остановился на мне, он будто прошёлся по моему телу: от живота, по талии, к груди и – наконец – к лицу. И тогда он улыбнулся. Настоящей, подлинной улыбкой. Будто знал меня всю жизнь. Что было особенно странно – ведь пару дней назад он грубил мне на улице. Да, это был Дин Миллер. И какого чёрта он тут делает?.

Он подошёл ближе, остановившись всего в шаге.

– Честно? Не думал, что ты его наденешь… – он кивнул на моё платье. – Но тебе в нём просто потрясающе. Правда. Спасибо, что дала ему шанс.

Я едва успела моргнуть, прежде чем он добавил, глядя прямо в глаза:

– Потанцуем?

– Опять вы? – буркнула я без особого энтузиазма. Чёрт меня дёрнул, но я сказала первое, что пришло в голову:

– Я уже танцую. – И схватила проходящего мимо Трента под руку. – Потанцуешь со мной?

– С удовольствием, детка, – не растерялся он.

Как бы противно мне ни было танцевать с Трентом, я танцевала. Не знаю зачем. Может, просто хотела, чтобы Дин отстал. А может – чтобы он начал ревновать. Но он лишь ухмыльнулся и закружил на танцполе Лекси – эту глупую нахалку, что вечно вешается на любого парня с машиной или приличным счетом в банке. Полная моя противоположность. Я никогда ни за кем не бегала, но сейчас не об этом.

От тягостных мыслей и нарастающего стыда за свою глупость меня отвлекло нечто куда хуже – наглая рука моего партнера по танцу опустилась на мою задницу. Я вздрогнула, как сторожевая собака, заметившая чужака на своей территории.

– Убери руку, Трентон, – процедила я сквозь зубы.

– Да брось, тебе же нравится, – прошептал он мне на ухо, а потом ещё и чмокнул в шею.

Я попыталась вырваться, упершись ему в грудь:

– Трент, не надо… Я…

И тут появился он – Дин. Мой нежеланный герой. Чёртов спаситель. Всё как в дурацком фильме для девочек. Но в тот момент я была ему искренне благодарна.

– Эй, приятель. Кажется, девушка не в восторге от твоего поведения, – холодным голосом сказал он, глядя на Трента.

– Да брось, мы просто развлекаемся, – буркнул тот, хмыкнув.

– Если бы вы развлекались, она бы не пыталась тебя оттолкнуть, – всё тем же ледяным тоном произнёс Дин.

– Тебе что, больше всех надо? – зашипел Трент. – Танцуй со своей…

– Да, милая? – перебил его Дин, обняв меня за талию так, будто это и правда я – его девушка. Я даже не успела ничего сказать, как он резко шагнул вперёд, схватил Трента за лацкан пиджака и оттащил в сторону.

– Ты, видимо, не понял, – сказал он уже сдержанно, но в голосе клокотала ярость.

Трент замахнулся, но Дин увернулся и ударил его в челюсть – коротко, точно. Тот отлетел назад, пошатнулся, чуть не упал.

– Тронешь её ещё раз – и сам не встанешь, – проговорил он глухо, сквозь сжатые зубы.

– Ты с ума сошёл?! Она тебе даже не девушка! – взвыл Трент, потирая подбородок.

– Может, скоро будет, – хмыкнул Дин, бросив на меня быстрый взгляд.

Я застыла, не зная, что чувствую. В голове звенело – от толпы, от стыда, от слишком пристального внимания. Я была польщена… и разозлена. И, главное, не хотела всей этой драмы – особенно когда увидела, как на нас пялятся все вокруг.

Сквозь шум я услышала, как кто-то пробирается через толпу:

– Простите! – кричала Ноа. – Пропустите! Там моя подруга!

Она буквально влетела в круг, расталкивая зевак локтями, и тут же кинулась ко мне:

– Боже мой! Что вы тут устроили?! Ты в порядке? – тараторила она, вцепившись в мою руку.

– Да… просто… вышло недоразумение… – начала я, но она, как всегда, перебила.

– Привет! – пронзительно пропела она, повернувшись к Дину и одарив его самой невинной и кокетливой улыбкой.

И в этот момент я испытала мерзкое, липкое чувство – смесь разочарования и ревности. Казалось, моя подруга, моя Ноа, променяла меня на парня, которого едва знает. И не просто парня – того, кто только что вытащил меня из неприятной ситуации. А теперь она сияет рядом с ним, будто это она – героиня этой сцены.

Но я молчала. Я не хотела быть той, кто устраивает сцену. Не хотела, чтобы Дин подумал, будто мне есть до него дело. Я ведь сама уверяла Ноа, что он мне абсолютно неинтересен.

– Привет, – спокойно ответил Дин, переводя взгляд с меня на неё.

– Я Ноа Дикинсон, – с лёгким придыханием представилась она.

Дикинсон. Вот уж точно – фамилия, которой она хвасталась только при особых случаях. При упоминании мистера Рональда Дикинсона все сразу понимали, что перед ними – кто-то с деньгами, связями и, как минимум, пентхаусом в центре.

И я просто смотрела. Молчала. И пыталась не выдать то, что внутри всё уже кипит.

– А я – Дин Миллер. И мой отец чинит машины, – спокойно отозвался он, даже не пытаясь скрыть насмешки.

О боже. Он не только проигнорировал её демонстративный "статус", но и прошёлся по нему с лёгкой иронией. И, черт возьми, мне это понравилось. Это было… раззадоривающе. Приятно. Слишком приятно.

Ноа явно не ожидала такого ответа. Она скромно улыбнулась и, чуть смутившись, быстро сменила тему:

– Ну как тебе наш выпускной?

– Честно? Лучше, чем три года назад, – ответил он с лёгкой тенью улыбки.

Её глаза тут же загорелись.

– Конечно лучше! В этом году я помогала с организацией. Кстати, как тебе шампанское? Я буквально выпросила у папы бюджет побольше, чтобы у нас были только хорошие напитки!

– Если честно… пойло ещё то. Хотя не хуже, чем в баре за два квартала отсюда, – с невозмутимым видом пожал плечами он.

Огонёк в глазах Ноа заметно потух. Мне стало одновременно неловко… и немного весело. Бедняжка. Старалась произвести впечатление, а он ловко её приземлил.

Похоже, Дин понял, что перегнул палку, и решил немного сгладить ситуацию:

– Зато посмотри, как тут всё красиво оформлено. И ты сегодня выглядишь потрясающе.

Ноа сразу оживилась:

– Спасибо! Ты тоже… эээ… очень… неотразим, – залепетала она, кокетливо поправив локон, выбившийся из пучка

– Может, сбежим отсюда? – предложил он с полуулыбкой.

– Конечно! Я как раз хотела это предложить! Куда едем?

– Есть один клуб на Олив-стрит. Там классная атмосфера.

– О, да, я обожаю это место! Часто туда захожу, – соврала она, не моргнув глазом. Мы с ней туда никогда даже близко не подходили.

– Вероника, а ты с нами? – неожиданно повернулся ко мне Дин.

– Нет, спасибо. Я, пожалуй, останусь.

– Да, Рони не любит шумные тусовки, – тут же вмешалась Ноа, улыбаясь, уже вцепившись в Дина под руку. – Ну, уходим?

Вот стерва, – пронеслось в голове. И всё же… разве я не сама сказала, что он мне не интересен? Разве не я позволила ей вот так легко развернуться и пустить в ход свои "чары"? Ты сама виновата, Ронни. Сама.

Остаток вечера я провела с мамой и пьяными однокурсниками. Было уже около одиннадцати, когда я начала подмерзать и решила уходить. И тут появился он… мой отец.

Время шло к одиннадцати, значительно похолодало. И я подумывала насчёт того, чтобы уже уйти, как тут появился отец. Отлично! Он как всегда в своем репертуаре. Прийти на какое-то важное событие в моей жизни под самое его окончание. Спасибо, папочка.

Он шатался, выглядел уставшим и был… конечно же, пьян.

– Привет, Р-р-они, – буркнул он, подойдя и источая запах дешёвого виски.

– Ричард, ты ужасен! – возмутилась мама.

– О, Джанин… – ухмыльнулся он. – Давно не виделись. Обнимемся?

– Папа, серьёзно? – голос у меня дрожал, хотя я старалась держаться. – Опять ты всё испортил. Опоздал, как всегда. Ты даже сегодня не смог прийти вовремя…

Он попытался протянуть ко мне руку, но я оттолкнула её. Резко. Почти инстинктивно. Он едва не упал.

– Извините. С меня довольно. Мама, я ухожу.

– Вероника, подожди…

– Прости, мам. Я не могу. Я позвоню тебе завтра. Обещаю.

– Хорошо, родная, я всё понимаю и сама разберусь с ним. Иди. Я тебя люблю.

– Я тоже тебя люблю.

Я крепко обняла её, бросила короткий, полный презрения взгляд на отца – и ушла. Прямо сквозь толпу, прямо в ночь.

Господи, почему всегда так?

Почему он испортил нам жизнь своей слабостью? Почему он портит все важные моменты в моей жизни. Он пропустил выступление в балетной школе. Пропустил вручение аттестата, и пропустил мой последний выпускной в жизни! Он пропускал почти все важные для меня моменты. Для него на первом месте всегда был телевизор и бутылка пива в руке. Как же мне паршиво сейчас. Чувствую себя маленькой девочкой, которой пять лет и ей не купили мягкую игрушку.

Я шла по холодной улице, не разбирая дороги, с тяжестью в груди и комом в горле. Мысли путались, перескакивали с одной на другую. Как там мама? Где сейчас Ноа? Что делает с ней Дин? Почему мне вообще не всё равно?

Я не замечала ни пронизывающего ветра, ни боли в ногах. Просто шла и думала. Пока не поняла – я заблудилась. Оказавшись в незнакомой части города, я услышала доносящуюся издалека музыку. «Прекрасно», – подумала я. – «Пойду туда. Хуже уже точно не будет». Я прошла метров пятьдесят по пустой улице, пока не увидела источник шума. Это был клуб под названием «Огни Сент-Луиса» а на углу здания виднелась табличка «Олив-стрит, 119» Так это тот самый клуб, куда Дин и Ноа уехали от меня.

Ну уж нет. Не для того я сюда пришла, чтобы прятаться на улице. Я зайду – просто согреться. Всего на пару минут. Как только я вошла, в уши ударила музыка, в нос – запах пота, алкоголя и дешёвого лосьона. Отличное место, не правда ли?

Я двинулась к барной стойке. Хотелось только одного – немного покоя. Или хотя бы забыться.

– Абсент, – сказала я бармену, и села на высокий стул, стараясь не думать… ни о родителях, ни о Ноа, ни о том чёртовом Дине Миллере.

Бармен эффектно налил зелёную жидкость в рюмку, поджёг её и, не теряя ни секунды, метнул пылающий шлейф огня по поверхности стойки в мою сторону. Я поймала рюмку на лету, накрыла её ладонью – холодной от ночного воздуха. Пламя обожгло кожу, но мне было всё равно. Я выдержала несколько секунд, а затем одним глотком опрокинула в себя обжигающий абсент. Горло обдало жаром, в желудке расползлось тепло, и на несколько минут голова освободилась от липких, злых мыслей. Но, как оказалось, совсем ненадолго.

Моё внимание привлекла пара посреди танцпола. Вернее, не пара – платье. Золотистое, обтягивающее, до боли знакомое. Платье Ноа.

Они танцевали с Дином под ритмичную мелодию. Её пальцы утонули в его роскошной шевелюре, а его рука без стеснения скользнула вниз, сжимая зад девушки, которую я называла своей лучшей подругой. Она даже не подумала отстраниться. Во мне всё кипело. Во мне всё кипело. Ещё секунда – и их губы слились в поцелуе. Таком, от которого отворачиваются – или бросаются в драку. Мне хотелось врезаться в эту сцену, сорвать с неё это платье, вцепиться в её роскошные волосы… но я стояла. Просто стояла и смотрела, как они целуются, как будто меня не существует.

В следующую секунду я схватила сумочку и вылетела из клуба пулей. Холодный ветер хлестал лицо, глаза резало от обиды. Рыдать? Нет. Я не собиралась плакать – у меня не было на это права. Я просто бежала, не разбирая дороги, пока силы окончательно не покинули меня. Через пару кварталов я заметила автобусную остановку. Металлическая лавочка казалась спасением – или приговором, я уже не понимала. Я села, прижалась щекой к холодному стеклу и прикрыла глаза. Всё внутри ныло. И всё равно – я уснула почти сразу

Я села, зевая и потирая онемевшие руки. Хоть бы телефон уцелел… О, слава небесам – он был в сумочке. Разряжен, конечно. Я уже не надеялась, что он включится. Отлично. Теперь ещё и без связи.

Пора выбираться отсюда. Роль городского бродяги явно не для меня. Странно даже, что за всю ночь никто не украл мою сумку. В ней осталось немного наличных – как раз хватит на билет на автобус.

Минут сорок я торчала на остановке, дрожа и стуча зубами. Мне было уже всё равно, куда ехать – лишь бы попасть куда-нибудь, где тепло. К счастью, автобус шёл до знакомой остановки.

Полчаса в пути, потом пятнадцать минут виляний по кварталам, и вот я у дверей кампуса. Выдыхаю. Захожу.

Глава 4

В комнате царил настоящий хаос. Одежда, косметика – всё было раскидано повсюду, как после урагана. В углу, возле кровати, валялось красное платье Ноа, и рядом с ним – лифчик. Противно даже думать о том, что тут происходило. На самой кровати, закутавшись в одеяло с головой, лежало тело моей лучшей подруги.

Не раздумывая, я стянула с себя платье, которое уже успело стать тяжёлым и липким от вчерашнего вечера, и направилась в ванную. Ужас. От моей когда-то роскошной причёски остались жалкие клочья, а лицо опухло от холода, как у несчастного щенка, забывшего дорогу домой.

Не в силах смотреть на это, я забралась под горячие струи воды и, наконец, позволила себе разреветься. Хотелось вымыть из себя всё – вчерашнюю боль, обиду, разочарование. Хоть на минуту почувствовать, что всё снова под контролем.

Я плакала тихо. Сдержанно. Не хотела, чтобы кто-то услышал, не хотела ни сочувствия, ни расспросов. Просто хотела остаться одна.

Когда слёзы иссякли, я вымыла голову, потом всё тело, будто оттирая воспоминания. Затем насухо вытерлась и надела свою любимую жёлтую пижаму: короткие шортики и майку с мишками Тедди. Никогда мягкая ткань не казалась мне такой утешающей. Я плюхнулась в кровать и моментально провалилась в сон.

Разбудила меня Ноа. Она сидела на краю моей кровати, что-то бормотала себе под нос с недовольным выражением лица.

– Где тебя черти носили, Ронни?! – раздражённо выпалила Ноа, сидя на краю моей кровати.

– Нигде. Просто решила прогуляться. Вечер и так был испорчен появлением отца. Но, похоже, ты пропустила самое интересное, – съязвила я, не глядя на неё.

– Твоя мама звонила несколько раз на мобильный, но ты не отвечала. В итоге она набрала меня.

Я закатила глаза. Терпеть не могла, когда она начинала фразы и бросала их на полпути.

– И? – выплюнула я раздражённо.

– Я сказала ей, что не видела тебя после выпускного, но, скорее всего, ты спишь и просто не слышишь телефон. А когда сама вернулась… тебя не было! Где ты была, Ронни?

– А тебе и правда интересно? Может, лучше расскажешь, где была ты, Ноа? – я резко повернулась к ней. – Давай поговорим об этом.

– Что с тобой, Ронни? Я тебя не узнаю, – в её голосе прозвучали и упрёк, и грусть.

– А я – тебя. Ты променяла меня на первого встречного. Тебе не было интересно что со мной, тебе был интересен он. Не думала, что ты так умеешь. Целоваться с парнем, которого знаешь один вечер, давать ему лапать себя – это теперь нормально?!

На секунду она замерла, будто не ожидала, что я так выложу всё в лицо.

– Я не хотела тебя бросать, Ро. Просто… он мне действительно понравился. Подожди… откуда ты знаешь, что мы пе…

– Что?! Ты с ним спала?! Браво, Ноа! Просто аплодирую стоя! – я фыркнула, перекатываясь в сидячее положение. – Знаешь, я всегда думала, что ты умнее.

Да, звучала я как строгая тётка, но эмоции хлестали через край. Я открыла рот, чтобы добавить ещё что-нибудь ядовитое, как вдруг в дверь постучали.

Супер, наверное, я так орала, что нас слышали на весь этаж. Ноа подскочила, как ужаленная, и поспешила к двери. А через секунду в комнату зашёл он.

Конечно. Кто же ещё. Дин.

На нём были тёмно-синие джинсы и белая рубашка поло – классика, но смотрелось всё это на нём довольно хорошо.

– Привет, девчонки, – с дружелюбной улыбкой сказал он.

– Привет, – пискнула Ноа, тут же зардевшись, как школьница.

– Здравствуй, принц, – буркнула я с сарказмом, глядя на него исподлобья.

Он метнул взгляд на меня – и, черт возьми, даже не дрогнул.

– Милая пижамка, Вероника, – с усмешкой бросил он, разглядывая мишек на моей груди. Казалось, моя злость его развлекала.

Я только хмыкнула и отвернулась.

– Вогнал тебя в краску, детка? – сказал он, уже обращаясь к Ноа и приобняв её за талию.

– Немного… – пролепетала она, смущённо улыбаясь.

Да уж. Скромница. Или притворяется?

– Смущение тебе не идёт, – быстро бросил он, и прежде чем я успела выдать очередную язвительность, поцеловал Ноа прямо на моих глазах, одновременно сжав её за правую ягодицу. А она? Даже не дернулась. Лишь обвила его шею руками, будто ждала этого весь день.

Если бы я в тот момент испарилась в воздухе, они бы, кажется, даже не заметили. Словно меня тут не было вовсе. Я громко, с намерением, кашлянула – так, чтобы напомнить о своём присутствии. Но они не обратили внимания сразу. Только спустя секунд десять нехотя разорвали этот пошлый киношный кадр.

Когда Дин наконец отстранился, Ноа избегала моего взгляда, будто знала, что я её просто прожигаю глазами.

– Ну, что делали без меня, красотки? – с дежурной усмешкой спросил он.

Ноа быстро глянула в мою сторону и, словно спохватившись, ответила:

– Да ничего особенного. Болтали о всякой девчачьей ерунде, – жеманно улыбнулась она, чуть склонив голову.

Я крепко сжала зубы. Спокойно, Ронни. Ты взрослая. Ты не вцепишься ей в лицо. Не сейчас.

– Может, позавтракаем вместе? – предложил Дин, заговорщицки подняв бровь.

– Отличная идея, милый! – заискивающе пропищала Ноа, схватив его за руку.

– Вероника? – обратился он уже ко мне.

– Великолепная идея. Только не для меня, – язвительно отрезала я, даже не удосужившись посмотреть в их сторону.

– У вас что-то случилось? Или ты просто не можешь выносить моё общество? – в голосе Дина вдруг проскользнула неожиданная нотка беспокойства.

– И то, и другое, принц, – холодно отрезала я.

– Жаль. Тебе придётся свыкнуться с этим. – Он вдруг сказал это совсем другим тоном – серьёзным, даже грустным. Я не поняла, что именно он имел в виду, и от этого стало не по себе.

– Как скажешь, – натянула я вежливую, фальшивую улыбку.

– Пошли, милый. Видишь же – Ронни не в настроении, – заявила Ноа, как будто меня здесь и правда не было.

– Как скажешь, детка, – отозвался он с лёгкой усмешкой.

Собирались они ещё полчаса. Ну, точнее, собиралась Ноа. Дин скучающе стоял у стены, неторопливо скользя по комнате взглядом и изредка задерживаясь на мне, будто ждал, что я сорвусь. Но я лишь демонстративно игнорировала его.

– Всё, милый, я готова, – пропела Ноа, поправляя волосы, и напоследок чмокнула своё отражение в зеркале, как будто в знак одобрения собственного образа.

Наконец-то они ушли.

Я выдохнула – громко, как после бури. Интересно, сколько сейчас времени?

Пол одиннадцатого. Я спала всего ничего. Тело ломило, мысли путались, и я решила добить утро сном. А потом – позвоню маме, надо узнать, как она добралась и чем закончился этот дурацкий вечер.

Проснулась я ближе к двум. Комната была пуста. Отлично. Могу спокойно поговорить с мамой, без лишних ушей.

Чёрт, мой телефон. Вчера он просто разрядился, а зарядку я так и не воткнула. Отлично. Наверняка теперь в нём десятки пропущенных вызовов и сообщений. Я подхватила его с полочки у выхода, сунула кабель в разъём и села на кровать, уставившись на чёрный экран.

Через пару минут ожил экран с логотипом, и почти сразу начали сыпаться уведомления. Фух, не всё так плохо – всего девятнадцать пропущенных: четырнадцать от мамы и пять от Ноа. Ну, хотя бы не сотня. Надеюсь, мама не сильно злится.

Я нажала кнопку «вызов» и прислонила телефон к уху. Один гудок – и она уже подняла трубку. Плохо. Обычно она берёт после третьего.

– Алло, Ронни, дорогая! Почему ты не брала трубку? Я так волновалась!

– Мам, прости. Телефон сел, и я только сейчас поставила его на зарядку.

– Ты меня перепугала! С тобой всё в порядке?

– Да, просто… вечер немного вышел из-под контроля. После выпускного я пошла прогуляться, потом зашла в бар, чтобы немного остыть. Всё хорошо, честно. Извини, что не предупредила.

– Ронни, детка, не извиняйся. Я люблю тебя.

– Я тебя тоже, мам. А как прошёл твой вечер?

– О, просто прекрасно! В компании твоего пьяного отца, как обычно. Слава Богу, что мы развелись.

Я едва сдерживала смех.

– Верю. И чем всё закончилось?

– Он оприходовал всё бесплатное шампанское, потом устроил сцену и, конечно же, в итоге я вызвала ему такси. Всё как всегда.

– Главное, что ты сама в порядке.

– Да. Ну, всё, родная, мне пора собираться – у меня через пару часов самолёт. Мы с Лекси ждём тебя в Арканзасе.

– Может, тебя проводить?

– Нет, не надо, милая. Я справлюсь, а в Литл-Роке меня уже встретят.

– Хорошо. Передавай привет тёте Лекси. Я буду скучать.

– Обязательно. Пока, детка. Я позже тебе позвоню.

– Пока, мам. Целую.

Конечно, я думала, что мама останется здесь подольше, и мы вместе погуляем по городу, но увы. Тётя Лекси не может оставаться одна на долгое время – с её СДВГ маме порой приходится несладко. Нет, вы не подумайте, Лекси вовсе не какой-нибудь там псих, просто она часто делает глупости и многое забывает, поэтому мама боится оставлять её одну даже на пару дней. Надеюсь, в скором времени я смогу приехать к ним и насладиться их окружением.

Что ж, маме я позвонила. Теперь можно заняться своим внешним видом, – подумала я, направляясь к зеркалу.

«Боже, Ронни…» – только и пронеслось в голове. Похоже, сон и душ тебе совсем не помогли. Лицо такое же припухшее, а волосы спутались и торчали в разные стороны. С трудом расчесавшись, я собрала копну в небрежный пучок на макушке. Теперь – за лицо и зубы.

Разгребая бардак на тумбочке, я наткнулась на какую-то маску Ноа – с морскими водорослями и прочей ерундой. Отлично. Аккуратно нанесла липкую зелёную консистенцию на лицо и уселась читать книгу.

Разбудил меня резкий хлопок двери. Чёрт! Я уснула и перепачкала книгу своим липким лицом. Хотя… какая разница, всё равно это книга Ноа.

А вот и она вернулась со свидания. Вся сияет. Ну конечно, чему я удивляюсь – это же Ноа. Она и взгляд от Дина, кажется, воспринимает как личную победу.

Молча ушла в душевую и закрыла за собой дверь. Минут через пятнадцать вернулась в коротком шелковом халатике, с полотенцем, туго намотанным на голову. Сняв его, она начала расчесывать волосы, а потом вдруг резко повернулась ко мне:

– Ну почему ты такая?! – в её голосе прозвучало отчаяние.

– В смысле, какая? Со здравым смыслом и головой на плечах? Ну, прости, подруга.

– Я не хотела с ним спать.

– Но не смогла устоять, – саркастично вставила я.

– Ронни!

– Прости.

– Я не знаю, как так вышло. Мы приехали в клуб, я перебрала с текилой, он потащил меня танцевать… а дальше – не смогла сопротивляться его прикосновениям.

– Да уж, я видела.

– Что?!

– В смысле… Я хотела сказать…

– Ты нас видела?

– Случайно наткнулась на этот клуб, хотела просто погреться… а потом увидела вас, – сказала я с отвращением.

– Ронни, он тебе нравится? Иначе почему ты так злишься?

– Нет, конечно нет! Просто я в шоке от твоей беспечности, – соврала я. – Ну и как он в постели? – прокляла себя за этот вопрос, как только он слетел с губ.

– Я помню не всё… но то, что помню – он просто великолепен, – залилась румянцем Ноа.

Да уж. Переспать с парнем и не запомнить этого – просто верх благоразумия. Но что я, старая дева, чтоб судить?

– Слушай, Ронни… давай мириться?

Другого выхода у меня всё равно нет, так что:

– Давай, – согласилась я. Ноа тут же полезла обниматься.

– Кстати, Дин скоро придёт, – сказала она, всё ещё держа меня в объятиях.

– Вам что, времени не хватило? Зачем сюда его тащить?

– Мы позавтракали, сходили в кино, потом поехали сюда. Он отлучился ненадолго и сказал, что скоро вернётся. Хотим перекусить, когда он придёт.

– Ладно…

И действительно, через пятнадцать минут в дверь постучали.

Ноа, сияя, побежала открывать.

– Детка, наконец-то! А то я устал держать это, – сказал он, вытащив из-за спины охапку красных роз. А потом достал ещё одну – белую.

– Это всё мне? – захлопотала Ноа, протягивая руки ко второму букету.

– Милая, ну не будь такой жадиной. Второй букет – для Вероники.

– Что?! – воскликнули мы хором.

– Да, я просто люблю радовать девушек. Вы обе этого достойны.

– Ну что же, спасибо, принц, – не стала спорить я, заодно позлив Ноа.

– Вы уже решили, куда пойдём? Я зверски голоден.

– Я не пойду, спасибо.

– Брось, Ро, пошли с нами. Что ты тут будешь делать? – пока ещё дружелюбно позвала Ноа.

– Вообще-то я хотела заняться собой, – указала я пальцем на лицо. Да уж, я и забыла, что на мне всё ещё эта жуткая маска. Только сейчас поняла, как нелепо выгляжу перед парнем, который начинает мне нравиться.

– Ты и так обворожительна, – смеясь сказал Дин. – Пошли с нами.

Я посмотрела на Ноа.

– Да, пошли, сколько можно тебя уговаривать?

– Хорошо-хорошо. Только ненадолго.

– Ладно, малыш, мы пошли собираться. Не подглядывай, – подмигнула подруга.

Что же… Вечер обещает быть интересным. Посмотрим.

Глава 5

Мы пришли в маленький гриль-бар в двух кварталах от нашего общежития. Название – простое, как и всё в этом месте: «У Нэнси». Тяжёлые дубовые двери на входе, и внутри – тот же массив: барная стойка, столы, лавки. Но были и кожаные диванчики, явно дорогие. Дин выбрал один из них – в самом углу, почти изолированный от остального зала. Будто не хотел, чтобы нас кто-то видел.

В воздухе витал запах жареного мяса и старого дерева. Аппетит проснулся мгновенно – а вы должны знать, я ем за пятерых, правда, только при родных. Поэтому Ноа до сих пор уверена, что мне хватает чайной ложки салата. Ну-ну.

– Как вам тут, девочки?

– Ну и место… – с неприязнью протянула Ноа. – Лучше бы пошли к «Пеппи».

– А по-моему, тут классно, – честно сказала я.

– К «Пеппи» сходим в другой раз. А пока – заказывайте.

К нашему столику подошла смуглая девушка с пышной кудрявой шевелюрой. Улыбка тёплая, взгляд – добродушный.

– Привет, я Мишель. Что будете заказывать?

– Мне два говяжьих стейка средней прожарки и картофельные дольки, – начал Дин. – Вероника?

– Стейк из телятины, картофельные дольки и клубничный чай, пожалуйста.

– Прожарка?

– Средняя, – ответила я, немного стесняясь.

– А вам? – повернулась она к Ноа.

– Фу, мясо? Нет уж. Мне овощной салат и стакан воды.

– Всё понятно. Салат будет быстро, стейки чуть подольше.

Мишель ушла, а Ноа, скривившись, сказала:

– Пойду припудрю носик. Не скучайте.

Дин проводил её взглядом, потом повернулся ко мне и, вглядываясь, сказал:

– Кажется, я тебя где-то уже видел.

– Правда? Болван, – фыркнула я.

– Серьёзно. Ещё до того, как ты чуть не прикончила меня.

– Очень смешно. Где же?

– Вот если бы знал… Странно.

– Я не так часто где-то бываю, – опустила глаза я.

Повисла тишина. Неуютная. К счастью, цокот каблуков развеял её – Ноа вернулась. И, как ни странно, я даже обрадовалась. Между нами с Дином витало что-то странное. Тревожное. Или… притягательное?

Через пару минут принесли еду. И это было настоящее спасение. Телятина оказалась такой сочной, что просто таяла во рту. Я была искренне благодарна Дину за это место. А Ноа продолжала недовольно ковыряться в салате, практически не участвуя в разговоре. Честно говоря – мне это даже нравилось.

После обеда Ноа захотела заехать в торговый центр – ей пришла смс о распродаже. Конечно. Куча тряпья. «Только не это», – пронеслось в голове. Но я лишь пожала плечами и улыбнулась Дину.

В ТЦ Ноа моментально растворилась в толпе, а мы с Дином остались вдвоём и бродили по бесконечным коридорам, неспешно болтая.

– Любишь футбол? – спросил он неожиданно.

– Терпеть не могу, – ответила я с явным отвращением.

– Почему?

– Из-за него развалилась моя семья. Отец променял всё на пиво и телевизор. Мама решила не мешать его «счастью» и ушла.

– Прости… Я не знал, Рони.

– Всё нормально. А ты сам-то любишь?

– Футбол? Терпеть не могу, – усмехнулся он.

– Врёшь, чтобы угодить?

– Ни в коем случае. Иногда смотрю с отцом, но вообще – фанат бейсбола. Кардиналс навсегда.

– А в аэрохоккей ты играла?

Мы подошли к столу для аэрохоккея. За ним играли двое мальчишек, и, судя по крикам, один из них только что победил. Они, смеясь, уступили нам место. Тот, что пониже, сияя от гордости, пожелал мне удачи – и я хмыкнула.

– У нас в школе в восьмом классе даже чемпионаты проводили. Я, между прочим, побеждала не раз, – сказала я, подходя к правой стороне.

– Что ж, я тебя сделаю. У меня дядьки – асы аэрохоккея. Я учился у лучших, милая.

– Не зарекайся, принц.

– Только не называй меня так.

– Тогда давай сыграем на что-нибудь, – предложила я, чувствуя, как азарт приятно щекочет в животе.

– А вот это уже интересно, – ухмыльнулся он. – Если выигрываю я – ты целуешь меня.

– Только в щёчку, ясно? Напоминаю, ты спишь с моей подругой.

– Справедливо, – пожал плечами он. – А если выигрываешь ты?

Я на секунду задумалась.

– Если выигрываю я, ты исчезаешь из моей жизни. Навсегда.

"Что ты несёшь, дура?" – вопило моё подсознание. Но назад дороги уже не было.

Дин с сомнением поднял брови.

– Мне не очень нравится твоё условие, – сказал он, прищурившись. – Но я согласен. Всё равно через пару минут ты меня поцелуешь.

Я усмехнулась. Он был настолько самоуверен, что это даже раззадоривало.

Мальчишки окончательно освободили стол, и я, скользнув взглядом по поверхности, встала в стойку.

Игра началась. По нашей договорённости Дин подавал первым. Я легко отбила подачу

Он играл в защиту. Тактика «Слон» – грубовато, но стабильно. Мне оставалось только нападать. Шайба летела то влево, то вправо – и вот Дин промахивается, отвёл руку, и я забила. Один-ноль. Я не удержалась от злорадного смешка.

– Рано радуешься, детка. Готовься облажаться.

Он сменил тактику. Серию «Весёлый угол» я не выдержала – счёт стал 3:1 в его пользу.

– Кстати, – бросила я, перехватывая шайбу. – Откуда ты вообще узнал, кто я такая? И где живу? Мы ведь едва знакомы.

Он усмехнулся, не отрываясь от стола:

– Есть вещи, которые лучше не знать сразу. Правда ведь?

– А по-моему, наоборот, – ответила я, сузив глаза. – Чем больше знаю, тем спокойнее сплю.

– Вот ты и узнаешь. Со временем.

Ответ прозвучал почти зловеще, и почему-то по спине пробежал холодок.

Ладно, парень, настало моё время. Я сосредоточилась, стараясь не отвлекаться на его накачанные руки. Гол. Потом ещё один. Потом – ещё. 5:4.

– Ну что, готова проиграть?

– Готов навсегда забыть, как меня зовут?

– Посмотрим, – он лукаво улыбнулся.

Гол. И ещё один. Всего одно очко, Рони. Одно – и он исчезнет. Или нет?

Хочу ли я этого? Понятия не имею. По телу пробежала дрожь – неприятная, липкая. Я тряхнула головой, отгоняя мысли, и постаралась сосредоточиться на игре. Но, увы – это сработало ненадолго.

Дин воспользовался моментом и ловко загнал шайбу в мои ворота. Пока я витала в облаках – о нём же, между прочим. Нечестно! Но в правилах ничего об этом не сказано. Сама виновата.

Счёт сравнялся – 6:6. Ну что, судьба, на чьей ты стороне?

– Гооол! – ликующе выкрикнул Дин, вскинув руку в победном жесте.

– Поздравляю, – натянуто улыбнулась я.

– Разминай губки, красотка, – ухмыльнулся он.

Что ж, ты проиграла. Теперь ты должна ему поцелуй. И вряд ли он оставит тебя в покое. Будет целовать твою подругу прямо у тебя на глазах. При одной этой мысли внутри всё неприятно сжалось.

– О чём задумалась? – Дин смотрит внимательно, с лёгким удивлением.

– Всё нормально. Давай уже скорее покончим с этим.

– А вдруг этого больше никогда не будет? Нам стоит почаще заключать пари, – хмыкнул он.

– Больше слов – меньше дела. Давай уже.

Он наклоняется ко мне, постукивая указательным пальцем по своей щеке.

Я встала на носочки и аккуратно коснулась его кожи губами, предварительно сложив их трубочкой. Щека чуть колет щетиной, от ключиц доносится запах его парфюма – тёплый, дорогой, какой-то обволакивающий. На долю секунды мне захотелось уткнуться лицом в его шею и заснуть.

Кажется, я слишком долго держу губы у его щеки. Мы оба это заметили. Но ни он, ни я не отстранились. Что это значит?

– Эй, а что вы там делаете?

Я резко отпрянула. Голос прозвучал как пощёчина. Я обернулась – в нескольких метрах стояла Ноа с охапкой пакетов и ледяным выражением на лице. Она была в бешенстве. Забавно.

Дин спокойно шагнул в её сторону:

– Ничего. Мы с Ронни заключили пари, и она мне проиграла. Я забрал свой приз, – сухо ответил он.

Выражение лица Ноа менялось каждую секунду: сначала ярость, потом удивление, потом злость, снова замешательство…

– Не сердись, конфетка, – проговорил он, приобняв её и поцеловав в губы.

Лицо Ноа тут же смягчилось.

Наконец-то я дома. Как же хочется скорее лечь спать, но я понимаю, что и так слишком много спала за сегодня. Подумываю о том, чтобы отправиться на пробежку. Надо освежить свои мысли. Надеюсь, когда я вернусь Дина уже не будет.

Иду в душевую и переодеваюсь в беговые лосины и тоненькую майку. Решаю не брать с собой телефон, а только плеер. Прощаюсь с ребятами и выхожу на вечернюю улицу Сент-Луиса, освещенную неярким закатом.

Делаю глубокий вдох и бегу. Бегу, набирая скорость с каждым кварталом.

В наушниках гремит System Of A Down – Chop Suey. Люблю бегать под неё, да и к настроению подходит. Людей на улице не так много, так что столкновений не ожидается. Вспоминаю, как пару дней назад врезалась в Дина. Чего я хочу? Почему меня бесит мысль о том, что он прикасается к Ноа? Почему мне понравился аромат его парфюма и тепло исходящее от его шеи. А ведь он даже не прикоснулся ко мне. Может, я всё себе придумала, и я ему никогда не нравилась? А платье он подарил просто, чтобы извиниться. Ноа нравится ему больше, он целует её, спит с ней. А я просто оказалась рядом. Тогда почему его условием был поцелуй? Просто играет со мной? Эта мысль меня угнетает. Нет. Здесь явно всё сложнее. Если бы я была ему безразлична – его глаза смотрели бы на меня по-другому. Но не так, как они смотрели на меня сегодня утром. Я улыбаюсь. Решаю пробежаться по Першинг авеню и закончить сегодняшнюю пробежку. В 20 минут одиннадцатого возвращаюсь домой и облегченно выдыхаю – Дин уже ушёл. Ноа мирно сопит в своей кровати. Надо бы принять душ и лечь спать. Тихонько крадусь к комоду и беру банные принадлежности, быстро выхожу из комнаты и иду в душ на этаже. Здесь тихо и спокойно, как я люблю. А главное за дверью здесь не спит Ноа Дикинсон, которая может проснуться в любой момент и обрушить на тебя лавину глупых вопросов. Я захожу в душевую. Холодный, мокрый плиточный пол мгновенно пробирает до мурашек. Надо скорее включить воду. Поворачиваю кран – и на меня обрушивается поток ледяной воды. Я вскрикиваю, но тут же прикусываю губу, чтобы не разбудить остальных. Наконец вода становится тёплой, и я начинаю мыть голову.

В душе хорошо. Стоишь под этим ровным, мягким потоком, и кажется, будто ты одна на планете. Только шум воды, пустое эхо душевой – и тишина. Как в фильме про зомби-апокалипсис. Обожаю такие.

Мысли текут сами собой, пока сквозь шелест воды не прорывается какой-то звук. Будто кто-то шлёпает босыми ногами по плитке. И хотя вода уже тёплая, по коже снова пробегает волна мурашек. Я выключаю воду, быстро заворачиваюсь в махровое полотенце. Слушаю. Тишина. Может, показалось? Наверное, просто игра воображения.

Шлёп-шлёп.

Чёрт.

Я хватаю свои вещи и почти бегом вылетаю из душевой – и тут же врезаюсь в чью-то грудь. Твёрдую. Накачанную. Мужскую.

Глава 6

Почему я всё время в кого-то врезаюсь? Да потому что у тебя сахарная вата вместо мозгов, Рони!

Боже мой. Я опять увлеклась своими мыслями – совсем позабыв о груди, в которую влетела.

Ой! Это же Трент. Тот самый, с кем я танцевала на выпускном.

В тусклом свете коридорной лампы я разглядела на его лице дурацкую ухмылку.

Чёрт. Он стоит передо мной в одних трусах и, похоже, не собирается сдвинуться с места. А меня от голого тела отделяет лишь кусок махрового полотенца. Неловкость? Немного. Нет, ладно – меня эта ситуация напрягает. Очень.

– Трент? – голос предательски срывается на писк.

– Привет, зайка, – говорит он, глядя на меня с отвратительно масляным взглядом.

– Что ты тут делаешь?

– Услышал крик, когда выходил из душа. Решил проверить – вдруг что случилось. А тут… такой приятный сюрприз, – он подмигивает.

– Гм. Я просто не ожидала, что вода будет такой холодной. Ладно, мне пора. – Хочется поскорее уйти.

– Подожди. Я хотел спросить… Ты и Дин… вы вместе?

– Нет, мы просто знакомы, – отвечаю слишком быстро.

Ну да. Конечно, просто знакомы. Ага, Рони.

– Мне правда пора. – Поворачиваюсь, чтобы уйти.

– Подожди же, – он хватает меня за руку, сжимает запястье. Не сильно, но достаточно, чтобы стало не по себе.

– Значит, ты не просто так пригласила меня на танец, да? – продолжает он. – Я ещё на втором курсе заметил, как ты на меня смотришь. Думаю, могу сделать тебе… одолжение.

Он проводит пальцем по моему плечу – медленно, мерзко – и останавливается у ключицы.

Меня передёргивает. Что он делает? Что он собирается делать?

Ответ приходит слишком быстро. Он наклоняется ко мне, его тонкие губы тянутся ближе.

Я резко упираюсь рукой ему в грудь.

– Лучше сделай себе одолжение – отвали, Трент, – бросаю я и разворачиваюсь прочь, не оглядываясь.

Прохожу по коридору, сердце бешено колотится.

В комнате – всё спокойно. Ноа сопит в своей кровати. Так приятно, когда она молчит.

Я бросаю полотенце, быстро собираю свои вещи и залезаю под одеяло.

Хочу забыться. Просто исчезнуть в тишине и сне. Перед тем как заснуть, мельком гляжу в телефон. Ни одного пропущенного. Только одно сообщение с незнакомого номера.

Вспоминаю твои нежные губки

“Д.М.”

Лежу и улыбаюсь как дура «твои нежные губки». Что ты задумал, Дин?

Подумываю не написать ли ему ответ, но решаю воздержаться. Хоть сообщение и было отправлено всего пару минут назад. Неужели он пытается играть со мной? Нет уж, я в такие игры не играю. Надо с ним поговорить. Когда-нибудь… А что я ему скажу? «Мне понравилось, как ты пахнешь, можно понюхать ещё раз?» Я не сдерживаюсь и невольно хихикаю. Ладно. Хватит думать о чужом парне, Рони. Лучше думай, как ты будешь общаться с отцом. Брр, хватит. Спать. Спать. Спать.

*****

Я бегу по белому песку, впереди меня бежит парень, но я не вижу его лица, только затылок. Я бегу за ним, догоняю его. Я уже совсем близко, хватаю его за плечи и запрыгиваю на спину, «ПОПАЛСЯ» кричу я и хихикаю, обвивая его шею руками. Он снимает меня со спины и сгребает в охапку своих нежных объятий. «Ты поймала меня, Рони.» «Иди ко мне». Наши губы сливаются в одно целое. Мне тепло и приятно. «Дин…» «Моя Рони…» «Рони» «Рони» «Рооони»

Я резко открываю глаза. Надо мной нависает Ноа с озадаченным лицом.

–Что снилось?

–М-м. Ничего. А что?

–Просто. Ты называла имя моего парня и странно улыбалась.

–Да, он спас меня от грабителя и исчез. Вот я его и звала, – навешиваю я.

– Да, Дин крутой парень! Кстати мы скоро идём на свидание, – мечтательно лепетала подруга.

–Здорово, – саркастически буркнула я и пошла чистить зубы.

Пока я чистила зубы в голову мне пришли тысячи способов как избавиться от Ноа, но я не могла этого сделать по двум причинам: 1) она моя лучшая подруга, 2) я не маньяк.

За последнюю неделю столько всего накопилось для размышления. Куда пойти работать, как я буду переезжать к отцу, что я испытываю к «парню» своей подруги, и Трент, который думает, что я на него запала. То ты живёшь тихой размеренной жизнью, и всем на тебя плевать, но стоит всего лишь сбить парня, который лезет под колеса твоего велосипеда, и твоя жизнь меняется. Я уже и не помню, когда я последний раз чувствовала себя совершенно спокойно. Нет, чтобы спокойно окончить университет, устроиться на хорошую должность в строительную компанию, найти парня и переехать в другой штат, я стою в ванной комнате старого общежития для девушек и думаю обо всем этом.

Когда с чисткой зубов было покончено, у меня больше не было причин, чтобы так долго находиться в ванной, пришлось вернуться и наблюдать, как Ноа уже около часа возится перед зеркалом, выбирая платье с разрезом поглубже. Выглядело это, мягко говоря, нелепо – как будто она собирается не на свидание, а на кастинг в сериал про ведьм из глянцевого ада.

При этом она умудрялась жаловаться, что я ей вообще не помогаю «своими ценными советами».

Спустя пятнадцать… или пятьдесят минут (время потеряло смысл), она, наконец, выбрала: платье лилового цвета с откровенным вырезом на левой ноге.

Вид получился вызывающим, то что и нужно мужчинам, то что нужно Дину… На кончике языка появился неприятный вкус горечи. Теперь он точно захочет с ней встречаться. В дверь постучали.

Ноа как бешеный бизон понеслась открывать двери.

–Приве-е-ет, – детским голосом протянула она.

–Привет, детка, – ответил до боли знакомый голос.

–Готова?

–Конечно, только сумочку возьму.

–Рони, не скучай тут без меня, – сказала подруга, состроив дурацкую гримасу и поспешила прочь, оставив за собой шлейф духов и раздражения.

–КАК ВЫ МЕНЯ ДОСТАЛИ!, – прокричала я, когда в комнате никого не осталось.

Может позвонить Тренту и отвлечься? Ещё чего! Он и так слишком много о себе думает. Да и обо мне – тоже.

Лучше позвоню отцу. Или, как принято называть мужчину, который тебя родил и постоянно разочаровывает? Вроде, – «отец».

Для меня было настоящим испытанием набрать его номер. Но выбора не осталось. Жить в кампусе я больше не могу, денег на аренду квартиры у меня нет, а оставаться с Ноа и выслушивать её бесконечные истории о парне, который никак не выходит у меня из головы – выше моих сил.

– Алло, – раздался хриплый голос.

– Привет.

– Это кто?

– Твоя дочь. Если ты, конечно, ещё помнишь, что у тебя есть такая.

– М-м, Рони… Да. Что хотела? – равнодушно отозвался он.

– Я больше не могу жить в кампусе. Придётся переехать к тебе на какое-то время.

– Некуда податься, ясно. Главное – вовремя приготовь пожрать, остальное не важно.

Мне хотелось завыть от злости.

– Я приеду через неделю.

– Пока.

«Пока» – не успела сказать я, потому что он бросил трубку. Впрочем, всё прошло не так ужасно, как я ожидала. Обошлось без сцен, без криков, без упрёков, что я снова мешаю ему «жить спокойно».

Остаток дня пролетел быстро. Я успела вытащить хлам со своих полок и даже наткнулась на альбом с фотографиями – снимки, собранные за все годы обучения. Вот я и Крис на игре по футболу, Крис строит рожицу, а я показываю куда-то пальцем. Наверное, в сторону того, кто снимал, по-моему, это была Нора – редактор университетской газеты.

Ещё несколько снимков с вечеринки в честь двадцатилетия Ноа. Она тогда изрядно набралась, поэтому на всех фото слишком широко улыбалась. Хотя, честно говоря, мы все тогда выглядели не лучше. Я была в красном платье чуть выше колена и в чулках, которые после весёлого вечера превратились в потрёпанные ниточки. Как это случилось? Не знаю.

Студенческая жизнь была насыщенной. Несмотря на вечное невезение, трудности лишь закалили меня, и за это я благодарна.

В альбоме осталось всего два пустых места – под фотографии с выпускного. Надо бы сходить в салон и вклеить туда пару отличных снимков. Всё-таки хочется завершить эту главу красиво.

Мне скучно. Я даже не знаю, что ещё можно прибрать в этой комнате.

И тут в голову пришла странная мысль: а не вспомнить ли мне школьные годы?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.