# Увидь меня настоящую

Олеся Нилова

Встреча, которая изменит всё. После мучительного расставания Кира думала, что её сердце навсегда останется холодным. Но судьба готовила ей неожиданный подарок – встречу с Ним. Майкл врывается в её жизнь, как ураган, снося все преграды и разжигая огонь желания.

Но готов ли он разделить с ней не только полные страсти ночи, но и жизнь?

КИРА


Ночь выдалась по-настоящему жаркой. Во всех смыслах. Температура в конце мая побила какой-то там рекорд за последние двадцать лет. А выпитый алкоголь добавлял жара и без того горячей ночи.

Кира с коллегами вот уже третий час выпивала в одном из самых модных клубов города. Сама девушка давно не посещала такие заведения. В ночных клубах она была от силы раз пять за свои двадцать четыре года. И дело было не только в деньгах, которых что во времена студенчества, что сейчас, вечно не хватало. Скорее, ее не привлекал ночной образ жизни. Она любила ночь, но в уединении, в своей постели за просмотром сериалов или чтением книг. А шум, гомон и развязность вкупе с обилием алкоголя пугали ее и вызывали сильный дискомфорт.

Но сегодня особый случай. В клуб ее пригласили. И не только ее, а всех коллег женского пола. Девушек в рекламном агентстве «Стар» было всего пять: сама Кира – менеджер по рекламе, она занималась поиском и обзвоном клиентов, заключала договоры, контролировала создание макета и выход рекламы; Стелла – фотограф агентства, лучшая подруга Киры; Анжела – менеджер проектов; Эмми – креативщик; и собственно виновница сегодняшнего торжества – Андреа – секретарь руководителя. И сегодня Андреа проставлялась: их директор переходил в другую фирму и забирал с собой любимого секретаря.

Сегодняшний день был последним для Андреа в их офисе, поэтому отказывать ей в походе в клуб было никак нельзя. Ни для кого был не секрет, что секретаря и директора связывали не только деловые отношения, как и то, что оплачивал банкет именно начальник. Впрочем, после пяти выпитых бутылок Просекко это уже никого не волновало. Смех становился все громче, танцы смелее, разговоры – развязнее.

Как дело дошло до того неловкого разговора, Кира уже и не помнила. Но изрядно подвыпившая Анжела стала клеиться ко всем мужчинам в радиусе двух метров, и достигла определенных успехов. За столик к девушкам то и дело подсаживались кавалеры. Один парень сменял другого. В итоге Анжела и Андреа отжигали на танцполе с двумя горячими брюнетами. Стелла вот уже полчаса сидела за барной стойкой в телефоне, выясняя отношения с уже бывшим парнем. Кира помутневшим взглядом осматривалась вокруг.

Очередной парень – явно младше девушек – сидел за их столиком и весело общался с Эмми. Кира разговор не поддерживала. Ей было неинтересно, подташнивало, да и особого желания общаться с персонами мужского пола у нее не было. После расставания с Грегом прошло уже два года, но слишком уж сильна была та боль, что он причинил ей своим предательством. Так что сейчас Кира чувствовала себя более чем неловко. Парень и Эмми начали целоваться, совершенно не стесняясь ее. Казалось, они были не прочь заняться сексом прямо на столе. Кира не выдержала:

– Ребят, может, уединитесь?

Эмми и парень, почти не отрываясь друг от друга, расхохотались.

– Твоя подруга – душнила, – прикусил он мочку уха Эмми.

– Она мне не подруга. Просто коллега, – креативщица впилась губами в губы парня. – А душнила она по жизни.

Кира опешила. Да, они с Эмми подругами никогда не были. На работе общались постольку – поскольку, и вряд ли вообще бы оказались в одной компании, если бы не Андреа. Но ляпнуть такое – это уж слишком! Какое право она имеет!

– Ты совсем уже? – вытаращила глаза Кира. – Какого… ты меня оскорбляешь?

– Детка, – протянула Эмми заплетающимся языком, – ну какое же это оскорбление? Это чистая правда. Ты душнила! Я знаю тебя только по работе, но, уверена, и в жизни ты такая же: скучная, унылая, асексуальная, нудная душнила.

Кира потеряла дар речи. То ли от количества выпитого, то ли от того, что она и в самом деле чувствовала себя унылой и несексуальной, в глазах начали скапливаться слезы.

Перед глазами всплыла картина их с Грегом прощания. Когда она, рыдая, пыталась узнать у него, почему же он изменял ей на протяжении всех их отношений. И в ответ получила практически те же слова, которыми наградила ее Эмми. Она помнила металл и насмешку в его голосе, как будто это было только вчера. Он не стеснялся в выражениях. В его глазах Кира была скучной, абсолютно неинтересной и неженственной. В ней не было страсти, она была неспособна завести мужчину, не могла расслабиться в постели и доставить мужчине удовольствие. Грег выплевывал обидные слова ей в лицо, а она даже не защищалась, молча глотала слезы.

Она и сама чувствовала, что недостаточно хороша для него. Грег – самый популярный парень школы, капитан футбольной команды, высокий, красивый, сексуальный. Ни одна девушка не могла спокойно пройти мимо этого красавца. И он с удовольствием отвечал школьницам взаимностью. Ходили слухи, что он спал со студентками, и именно от них набирался опыта в постели. Когда он вдруг в выпускном классе пригласил ее на танец на одной из вечеринок, Кира не поверила своему счастью. Она решила, что это розыгрыш. Что сейчас кто-то выскочит из-за угла с камерой и скажет, что над ней, дурочкой, просто посмеялись. Но нет, Грег не отходил от нее весь вечер, вызвался проводить до дома. А около дома нежно поцеловал в губы и сказал, что так устал от навязчивых и распутных девиц. Ему хочется серьезных отношений с порядочной девушкой, и она, Кира, идеально для этого подходит.

«Еще бы», – с гордостью тогда подумала она. Кира из небогатой, но интеллигентной семьи, отлично училась, не была замечена ни в каких скандалах. И наконец, она была девственницей. Да что там, она и поцеловалась-то в первый раз как раз в тот вечер. И быстрый чмок в губы от Грега произвел на нее эффект фейерверка. Она минут сорок после их расставания стояла в ванной перед зеркалом, улыбалась, как дурочка, касаясь губ, ей даже умываться не хотелось, чтобы не смыть с себя его вкус и запах.

С того вечера она стала девушкой Грега. Вся школа стояла на ушах от этой новости. Кира была смущена и растеряна, она боялась как раз реакции общественности. Но Грег был рядом, оберегал ее, сразу пресекал все разговоры. Он окружил ее такой заботой, что Кира влюбилась без оглядки. Их первую ночь Грег обставил, как в кино. Был загородный дом его родителей, камин, свечи… Кира о таком даже не мечтала, она чувствовала себя героиней любимых романтических фильмов.

Но первый раз у них получился не совсем таким, как она представляла. Сначала она жутко стеснялась, когда Грег раздел ее. Она очень комплексовала по поводу свой внешности, зная, что ее ноги не такие длинные и грудь не такая пышная, как у всех девушек Грега, что были до нее. К тому же то на спине, то на груди у Киры периодически появлялись какие-то высыпания, и та ночь не была исключением. Она была рада, что ее тело освещают только свечи и отблеск огня в камине. Она пыталась внушить себе, что так выглядит гораздо привлекательней. В итоге от напряжения ее начало трясти, что не могло остаться незамеченным для Грега. Но, казалось, его это не спугнуло. Он был нежен и ласков. Хотя Кира чувствовала, как тяжело ему сдерживаться. И она радовалась – вот как сильно ее хочет этот сумасшедше привлекательный парень!

Приглушенный свет и отблеск огней делали его еще более сногсшибательным. Грег был спортсменом, в прекрасной физической форме. Кира проводила пальчиками по его твердому прессу, а он напрягался еще больше от ее прикосновений. Ниже пояса Грег был просто совершенен. Кира раньше видела мужское естество только в фильмах для взрослых, что смотрела тайком от родителей. И в ее представлении Грег был безупречен. Такого совершенства она не могла себе даже представить.

Губы Грега скользили по ее телу – от шеи ниже, и ниже. Когда он поцеловал ее ниже пупка, девушка содрогнулась и втянула живот. Грег улыбнулся и нежно поцеловал ее еще раз. Губы спускались ниже – к внутренней стороне бедер. В этот момент Киру парализовал страх. Даже зародившееся желание не смогло побороть его. Она вся сжалась в комок, и как ни старался Грег расслабить ее умелыми губами и руками, ничего не вышло.

Когда он, наконец, вошел в нее, боль была нестерпимой. Кира прикусила губу до крови, слезы катились градом, но она мужественно терпела и не издавала ни звука. Слишком было велико желание доставить удовольствие этому парню. Грег не мог больше сдерживаться, он двигался все быстрее, издавая стоны удовольствия. Кира внутри просто скулила от боли, но по-прежнему не издавала ни звука. Где же то блаженство, от которого так стонут женщины в кино? Что с ней не так? Почему ей так больно? Все эти вопросы проносились в голове у девушки. Но она видела, что Грегу хорошо, и это заставляло ее терпеть.


ГРЕГ

Он вбивался в податливое тело Киры, мышцы ее лона плотно обхватывали его член, внутри нее было так горячо. Черт, у него ни разу не было девственницы. Это было невероятное ощущение. Грег был на седьмом небе. Быть первым, пометить территорию – это доставляло ему ни с чем не сравнимое удовольствие. Кроме того, эта девчонка была от него без ума. И Грег был уверен: она позволит ему делать все, что он захочет. Вон даже сейчас, он видит, насколько ей больно. Но ничего, терпит. Терпит ради него, даже улыбаться свозь слезы пытается. Насмотрелась, небось, в кино, как стонут актрисы порно. Пытается постанывать и царапать ему спину. Хотя он уверен, что она умирает от боли. Да и черт с ней, слишком долго он ее окучивал.

Когда Грег узнал, что Кира невинна и никогда ни с кем не встречалась, его охватил азарт. Сексуальный опыт у него был довольно богатый, но все девушки, с которыми он спал, были уже довольно опытны. Они сами вешались на него, раздвигали ноги в первую же встречу, не гнушались никакими позами и способами доставить ему удовольствие. Ему это все быстро наскучило. Большинство его партнерш были старше. Он любил спать со студентками, благо, выглядел он старше своих семнадцати лет, и поначалу те даже не понимали, что он еще школьник. Первой его женщиной стала как раз студентка юрфака, на три года его старше. Они познакомились в клубе. В ту ночь Грег шел в клуб с четкой целью – лишиться девственности. И Джули с радостью ему в этом помогла. Сын богатых родителей, Грег был обеспечен собственным жильем – роскошной квартирой на двадцать пятом этаже, поэтому он повез Джули к себе и позволил ей сделать его мужчиной.

Потом Грег совершил ошибку – встречался с ней какое-то время, пока она не стала слишком навязчивой, ревновала его ко всем подряд. А верность ей хранить парень не собирался. Ощутив вкус к сексу, Грег пустился во все тяжкие. Осознав свою привлекательность, он вступал в отношения со всеми, кто не был против. А таких было немало. Это было весело, но даже это вскоре ему наскучило. Грег не терпел однообразие, а его жизнь в итоге стала однообразной. Пока он не впустил в нее Киру.

Девушка из параллельного класса никогда особо не привлекала его внимания. До той вечеринки. Он услышал, как в компании парней обсуждали подслушанный разговор девчонок о Кире: мол, она была девственницей, и даже не целовалась ни с кем. Девушка слыла серой мышкой. Ничего особо примечательного в ней не было. Училась она на отлично, в скандалах замечена не была, родители были уважаемыми людьми. Говорили, что она планирует поступать на факультет журналистики. Кира участвовала в олимпиадах, занимала первые места. И встретить ее можно было скорее в библиотеке, нежели на вечеринках. Но на эту вечеринку она по какой-то причине пришла, и даже немного выпила. Грег, стоя в углу с банкой пива, беззастенчиво разглядывал девушку, стоявшую у окна и задумчиво смотревшую на улицу.

Казалось, ее утомляет окружающая суета и шум. Она нервно теребила каштановую прядь, смотрела на часы и периодически растерянным взглядом обводила комнату. Тем вечером она была в коротком платье цвета морской волны, выгодно подчеркивающем тонкую талию. Выдающихся окружностей у Киры не было, но все же при детальном рассмотрении Грег нашел ее весьма привлекательной. Небольшая грудь, худые стройные ноги… Но самым запоминающимся в девушке были ее волосы: каштановые, густые, они доходили до лопаток.

«Обычно в школе они были прямыми, значит сегодня она их чуть завила», – подумал Грег. Ей шли кудри.

Вдруг Кира повернула голову в его сторону, будто почувствовав прожигающий взгляд. Ее глаза. Грег почему-то не смог отвести взгляд, хотя и не собирался выдавать свой интерес. Что-то такое было в ее зеленых глазах, чего он не видел раньше. Если бы он спросил, что чувствовала в тот момент Кира, она бы ответила, что очень испугалась, поймав его взгляд. Испугалась, потому что собиралась посмотреть на него тайком. Но увидев его обращенный на себя взгляд, не успела быстро сориентироваться и спрятать свои чувства. Поэтому в ее глазах застыло одновременно смущение, восхищение, страх и первая в жизни влюбленность…

Грег не мог считать всех эмоций, но ощутил, что должен чувствовать на себе этот ее взгляд. Этот взгляд должен принадлежать только ему. И она, ее тело, волосы – все это должно принадлежать только ему. Он не позволит никому попробовать ее на вкус раньше него. Грег резко поставил банку с пивом на столик рядом и направился к Кире, проигнорировав одноклассницу, норовившую повиснуть у него на руке.

Кире казалось, что воздух застыл вокруг нее и нагрелся. Щеки заполыхали, когда она осознала, что он приглашает ее на танец. Ей казалось, что все взгляды в помещении обращены на них. А его взгляд прожигал ее насквозь. Протянутая рука Грега повисла в воздухе. Кира осознала, что пауза затянулась, становилось неловко. И она, наконец, впустив воздух в легкие, на выдохе, протянула руку и вложила ее в его горячую ладонь.

Она никогда не забудет песню, под которую они танцевали свой первый танец. Это теперь их песня. И под нее они будут танцевать свой свадебный танец. Как же красив Грег будет в костюме. А она – она наконец почувствует себя принцессой, как мечтала с детства. Она обязательно будет в платье цвета шампань, которое подчеркнет ее талию и хрупкие плечи, а волосы она соберет высоко. Мама говорит, ей так очень идет. И цветы, она обязательно вплетет в прическу цветы.

И они будут танцевать в центре зала под их песню и ловить восхищенные взгляды… Эти мысли проносились в голове Киры, пока Грег нежно обнимал ее за талию. Его губы почти касались ее виска, отчего становилось трудно дышать, и выступила испарина. От Грега вкусно пахло каким-то древесно-свежим парфюмом. Ему очень подходил этот аромат. У Киры кружилась голова от эмоций. Казалось, она вот-вот потеряет сознание. Но в тоже время ей не хотелось, чтобы танец заканчивался.

Когда музыка прекратилась, Грег наклонился к ее уху и прошептал:

– Меня эта вечеринка утомила. Как насчет того, чтобы уйти?

Кира не нашла в себе силы ответить, лишь кивнула, не сводя с него влюбленного взгляда. Грег взял ее за руку и повел к выходу. Казалось, все разом замолчали и лишь наблюдали за тем, как покидает вечеринку эта необычная пара.

Кира и Грег были уже за порогом и не слышали, как, усмехнувшись, бросил фразу приятель Грега:

– Походу, Грег первым сорвет этот цветочек.

Парни загоготали и чокнулись банками с пивом.


КИРА

Спустя пять лет таким же теплым вечером, только на этот раз не весенним, а летним, Грег бросил Киру. Он сделал это прямо на ее выпускном в университете. После того, как она застала его занимающимся сексом в туалете с ее однокурсницей. Самое ужасное для нее, что она не смогла сразу объявить о своем присутствии. Ее будто парализовало. Она наблюдала за Грегом, и понимала, что с ней он никогда не был таким. С ней ему будто все время было скучно. Он по натуре был самцом, страстным, необузданным. А она как была зажатой мышкой в семнадцать лет, так и осталась ею в двадцать два. Поначалу Грег пытался расшевелить ее, менял позы, искал ту, в которой она сможет получить удовольствие, но все без толку. У Киры не получалось расслабиться, о том, что такое оргазм, она знала лишь понаслышке. Полностью взяв вину на себя, она приняла тот факт, что фригидна, но изо всех сил старалась доставить удовольствие Грегу. Она делала все, что тот захочет и постепенно научилась получать удовольствие от того, что делает приятно ему.

Однако, увидев его сейчас в туалете с Лейлой, Кира усомнилась в том, что ему с ней было действительно приятно. То, как он держал Лейлу, как неистово входил и выходил из нее, как стонал, запрокинув голову… «Вот сейчас ему действительно хорошо, – с горечью подумала Кира, – со мной он никогда не был таким… таким… открытым, расслабленным, полностью наслаждающимся процессом».

Кира не смогла дать любовникам знать о своем присутствии. Она стояла у входа в уборную и в отражении зеркал смотрела на то, как ее мужчина кончает со стоном в ее длинноногую, грудастую однокурсницу. Лейла застонала и выгнулась. Грег обхватил ее полные груди и дернулся последний раз. Несколько секунд он не выходил из Лейлы, потом взял ее за подбородок, повернул ее голову к себе и поцеловал.

– Детка, ты чума! – хрипло произнес он. – Впрочем, как всегда. – Он прикусил ее нижнюю губу.

Кира шумно вдохнула. «Впрочем, как всегда». Конечно, на что она рассчитывала? Что такой горячий парень столько лет будет хранить ей верность? Она не могла удовлетворить его в постели. Поэтому он искал удовольствий на стороне. Ее вина.

Услышав ее вздох, парочка обернулась. Кира встретилась с Грегом взглядом в отражении зеркала. В глазах у нее стояли слезы, но не могли пролиться.

– Давай поговорим, – произнесла она тихо, глядя на Грега.

Тот молча стянул презерватив, швырнул его в мусорку и натянул брюки. Лейла поспешно, не поднимая глаз, поправила трусики, одернула платье и выскочила из туалета.

Грег так же молча подошел к Кире и встал напротив. Глаз он не отводил.

***

Кира моргнула, отбрасывая воспоминания прочь. Тогда она плакала, умоляла его не бросать ее. А он отвечал, что испытывает облегчение от того, что она наконец все узнала. Потому что так больше невозможно. Он мучает себя, живя с ней. Он здоровый молодой мужчина, ему необходим качественный и регулярный секс. А она не может ему этого дать. Мало того, что секс у них крайне редко, так еще и она ведет себя, как бревно, в постели. Он наговорил много обидных слов, что она ледышка, абсолютно не женственная и не может завести мужчину, доставить ему удовольствие. Что она не уверена в себе и его заставляет тоже чувствовать себя ничтожеством.

Когда, икая от слез, она спросила его, почему же он был с ней столько времени, он, казалось, растерялся. Пожал плечами и ответил, что ему было удобно. Удобно быть с ней, получать ее заботу, безоглядную любовь. И при этом он неоднократно искал удовольствия в объятиях других женщин. Лейла была далеко не единственной…

Домой в ту ночь он ночевать не пришел. Утром Кира собрала вещи и съехала к родителям. Через пару месяцев она получила приглашение на работу в рекламное агентство, где и трудилась по сей день. И вот теперь, спустя два года после того унизительного диалога в туалете, разговор повторяется снова. И на этот раз обидными словами бросается женщина. Которая, пусть и не подруга, но все же коллега! И вдруг такое!

Кира сжала челюсти, чтобы не позволить слезам обиды пролиться.

– Ты перебрала, Эмми. Пора остановиться.

Кира забрала у коллеги бокал.

– Ууу, брось, зануда. И вовсе я не пьяна. Я правду говорю. Не сердись, Кира, – Эмми протянула руку и сжала предплечье Киры, капризно надув губки.

– Я же добра тебе хочу. Расшевелить тебя. Ну посмотри на себя! Мы два года знакомы, а ты как была тухлой рыбой, так и осталась. Ну я знала, что ты какой-то там тяжелый разрыв пережила, жалела тебя. Но сколько можно-то?! Одеваешься черт-те как, от мужиков шарахаешься. Лицо свое давно в зеркале видела? Оно же как у маньяка-убийцы! Я тут однажды видела ее из окна автобуса, – повернулась Эмми к пьяному кавалеру, – Боже! Ты бы видел, с каким лицом она по улице ходит! Я бы на месте мужчин не то что на нее не позарилась, а еще и стороной бы обходила.

– С чего это тебя вдруг прорвало? – Кира еле сдерживалась, беспомощно бросая взгляды на танцпол. Но коллеги, кажется, и не думали возвращаться за столик.

– Так мы и не собирались толком вместе за все два года. Работа и работа. А тут такой случай! Почему я не могу сказать все, что думаю?! – взвизгнула Эмми, покачнулась и ухватилась за руку кавалера, чтоб не свалиться со стула.

– Тихо-тихо, – парень, кажется, был куда трезвее Эмми.

– Кажется ты права, – взглянул он на Киру, – ей точно пора закругляться. Не бери в голову, – подмигнул он, – ты очень даже ничего. Миленькая. Грустная только очень, напряженная. Позволь себе расслабиться. Ничего страшного не случится. Уверен, тебе даже понравится.

Кира почувствовала, как его рука скользнула по ее ноге под столом. Девушка вздрогнула, резко сбросила его руку, схватила сумочку и выбежала из клуба.

Ночь не принесла спасительной прохлады. Было по-прежнему душно. Но Кира была счастлива вырваться из клуба. Каждый раз, когда ей доводилось бывать в таких местах, она чувствовала себя грязной. Сегодня же это чувство было особенно сильно. Противней всего было то, что Эмми озвучила мысли Киры о самой себе. После отношений с Грегом чувство собственной никчемности прочно поселилось в ней, а когда она пыталась забыть о нем, кто-то постоянно напоминал ей об этом. Кира вытерла подступившие слезы, вытащила телефон и написала девочкам, что едет домой.

Кира вздохнула и оглянулась по сторонам. Недалеко была стоянка такси: с тем, чтобы добраться домой, проблем возникнуть не должно. Садиться в машину пока не хотелось, было ощущение, что не хватает воздуха. В интернете она читала об этом клубе и вспомнила, что он находился на возвышении, а за ним должна была быть просторная терраса, с которой открывался потрясающий вид на город. Кире захотелось проверить эту информацию, она прошла было на террасу, но резко остановилась, увидев, что она там не одна.

Облокотившись на перила, там стоял мужчина. Он неподвижным взглядом смотрел на город, поднявшийся вдруг легкий ветерок взъерошил короткие каштановые волосы, челка упала ему на глаза. Мужчина смахнул ее и обернулся. Кира встретилась с ним глазами и вдруг впервые за много лет почувствовала, как земля кружится и уходит из-под ног. Так она чувствовала себя лишь тогда, в семнадцать, когда на вечеринке поймала на себе взгляд Грега и увидела, что он идет к ней. Больше эмоций такой силы она не испытывала. И вот снова. Что это? Сердце будто пропустило удар.

«Перебрала, должно быть», – Кира моргнула, стараясь отогнать наваждение.

Но не помогло. Наваждение в образе высокого статного незнакомца в черной рубашке и джинсах не развеялось. Наоборот, оно стояло и улыбалось ослепительной улыбкой. Выражение лица у Киры, должно быть, было наиглупейшим, потому что в глазах незнакомца девушка увидела едва уловимый сарказм.

– Вы в порядке? – наконец, произнес он.

«Лучше б он этого не делал, – промелькнула у нее мысль, – что это за голос такой? Им только в гипноз вводить. Я точно пьяна в стельку».

Кира неловко откашлялась:

– Да, простите. Голова закружилась, вот и вышла на воздух. Я постою тут, если Вы не против.

– Нет, конечно, – улыбнулся незнакомец. – Терраса-то общая. – Он вновь вальяжно оперся на перила и продолжил созерцать ночной город.

Кира встала на показавшемся ей приличным расстоянии, крепко вцепилась в перила, вдохнула жаркий воздух и на мгновение прикрыла глаза. Что за ночь сегодня такая… Слишком эмоционально насыщенная.

«Немного подышу и поеду домой. Хватит с меня. Не надо было вообще сюда ехать. И пить уж точно не надо было». Она покосилась на своего соседа. Волнение от его близости никуда не делось, напротив, только усилилось, разлившись жаром по телу. Отчего-то захотелось, чтобы он сгреб ее в охапку и крепко обнял. Она была уверена, что в его объятиях тепло и безопасно. И что пахнет он хорошо, она тоже была уверена.

Кира снова вздохнула. Получилось громче, чем ей хотелось бы. Мужчина удивленно повернулся к ней:

– Точно в порядке? Помощь нужна?

– Нет-нет, – растерялась она и буквально физически ощутила, как краснеет. Жар пылал изнутри, заставляя гореть не только щеки. «Чёрт, и почему он настолько потрясающий? – внутри заскулила она, – где их таких делают-то?!»

Потом голос разума все же взял верх: «Дуреха, ты пьяна в стельку и дико расстроена. Тебе сейчас кто угодно Аполлоном покажется».

На какое-то время на террасе вновь воцарилась тишина. А потом какой-то бес дернул Киру сказать:

– Вы хотели бы переспать со мной?

Спроси ее кто-то, что на нее нашло в тот момент, она бы не смогла ответить. Фейерверк из обиды, боли, причиненных воспоминаниями и словами Эмми, вырвался наружу этими дурацкими словами. Кира прикусила язык и испуганно вытаращила глаза. Но было уже поздно. Надеяться на то, что мужчина не расслышал ее слов, было глупо. Все он слышал. И теперь стоял в пол-оборота, заинтересованно глядя на нее. Вдруг уголок его рта чуть дернулся и пополз вверх, глаза в это время откровенно смеялись.

– Заманчивое предложение, – бархатным голосом протянул незнакомец.

– Господи, – Кира прижала ладони к пылающим щекам, – Простите. Я не знаю, что на меня нашло. Глупость какая… Я никогда, правда, поверьте… Я раньше никогда… – сбивчиво пыталась объясниться она, одновременно пятясь к выходу с террасы.

– Разве я сказал, что это глупость? Или в чем-то обвинил Вас? – мягко произнес мужчина, подходя ближе.

«Сейчас самое время грохнуться в обморок, чтоб избежать позора», – подумала Кира. Но по заказу терять сознание она, увы, не умела. Поэтому продолжала пятиться, пока не уперлась спиной в стену клуба.

Мужчина теперь стоял совсем близко. Чтоб сбежать, понадобилось бы оттолкнуть его. Почему-то делать этого совсем не хотелось. Кира знала, что там, за углом – вход в клуб, там полно людей. В любой момент кто-то может заглянуть на террасу. Но ей совсем не хотелось об этом думать. Все потеряло значение. Был только жар этой ночи и ее собственного тела, так откликающегося на близость совершенно незнакомого мужчины.

«Может, это и имел в виду парень в клубе, когда предлагал просто расслабиться…».

Интуиция Киру не подвела – от мужчины действительно очень приятно пахло. Когда-то ей так нравился запах Грега. Тут был совсем другой аромат, но вызывал он в ней даже большую бурю, чем в свое время запах ее парня. Он будто окутывал ее и внушал чувство полной безопасности. Почему-то Киру перестало трясти, она расслабила плечи, буквально впечатавшиеся в стену от напряжения, и подняла глаза на незнакомца. Он был совсем близко, молчал и только смотрел на нее своими темно-шоколадными глазами. Кира была не уверена, но ей казалось, что в них плещется интерес и вполне реальное желание.

Незнакомец наклонился совсем близко, она ощутила его горячее дыхание на своих губах, прикрыла глаза… В поплывшее сознание ворвался его негромкий голос:

– Да, я очень хотел бы переспать с Вами. Но, боюсь, потом Вы будете об этом жалеть. А я не привык, чтобы женщины жалели о близости со мной. Так что, увы…

Кира открыла глаза и растерянно взглянула на незнакомца.

– Значит, нет? – прошептала она и испытала облегчение. На что она, дуреха, надеялась? Даже если бы он решил воспользоваться в стельку пьяной девицей, она бы опять все испортила, выставила себя в постели полной дурой и неумехой. Как бы она чувствовала себя потом?

Кира облегченно вздохнула и испытала к этому человеку чувство благодарности. Было приятно осознавать, что не все мужчины мерзавцы, желающие воспользоваться беспомощностью женщины.

Не успела она расслабиться окончательно, как незнакомец нежно взял ее за подбородок, приподнял его и глядя ей в глаза произнес:

– Думаю, что Вы и о поцелуе завтра пожалеете, но не поцеловать Вас я не могу. Уж простите…

Он обольстительно улыбнулся и впился губами в ее губы. Глаза Киры распахнулись еще шире, она на какое-то время забыла, как моргать. Губы незнакомца были мягкими, горячими и настойчивыми, но в то же время нежными. Он не спешил проникнуть ей в рот, играл с ее губами, покусывая и втягивая в себя то верхнюю, то нижнюю губу, отчего по всему телу Киры будто пробегал волнами ток. Она закрыла глаза и отпустила себя. Боже, как давно ее никто не целовал! Девушка приоткрыла губы, как бы приглашая…

Мужчина не стал медлить: его язык проник ей в рот, начал ласкать ее умело, не спеша, распаляя Киру все больше. Она запустила руку в его волосы и притянула его ближе. Он в ответ обхватил ее бедра и прижал к своему твердеющему телу. Одна его рука скользнула к лицу, ладонь поглаживала щеку. Кира, казалось, обезумела. Она не знала себя такой. Что-то дикое, необузданное поднялось из самой глубины ее навстречу мужчине, которого она видела впервые в жизни. Она хотела его так, как не хотела никого и никогда. Разум окончательно покинул ее, тело было готово отдаться ему прямо тут, у стены клуба, полного людей… Чем закончилось бы это безумие, одному Богу известно, но дверь клуба распахнулась, послышался пьяный смех и разговоры. Какая-то компания вывалилась наружу. Незнакомец отпрянул от Киры, задержав на мгновение большой палец на ее нижней губе, взглянул пристально ей в глаза. Его взгляд, казалось прожигал ее и обнажал душу. Мужчина резко отпрянул и завернул за угол.

«Ушел. Всё закончилось». Киру начала бить мелкая дрожь. Тело, обезумевшее от желания, отказывалось слушаться свою хозяйку. На террасу завернула компания парней и девушек. Они не обратили особого внимания на вжавшуюся в стену Киру. Она прижала сумочку к груди и кинулась прочь, села в первое попавшееся такси и смотрела в одну точку на протяжении всей дороги домой.

Оказавшись в квартире, Кира первым делом бросилась в душ. Смыв с себя все события этой ночи, девушка рухнула в постель без сил. До самого утра Кира не сомкнула глаз. Перед ней стоял образ незнакомца – совершенно чужого ей человека, которому она была готова сегодня отдать всю себя…


МАЙКЛ

День выдался непростым. Казалось, Майкл уже привык к ссорам с отцом, но каждый раз это выбивало его из колеи. Вот и сегодня начавшийся исключительно в деловом ключе разговор, снова перешел на личности. Отец не так давно сообщил о своем новом приобретении: маркетинговом агентстве. Предыдущие владельцы погрязли в долгах и вынуждены были выставить агентство на продажу. Отец, недолго думая, выкупил его и теперь намеревался поставить Майкла во главе. Парень был вне себя от ярости, пытаясь в который раз объяснить отцу, что не собирается быть бизнесменом и сидеть на одном месте. Вот уже много лет он был одним из самых известных фотографов в стране, разъезжал по миру, его работы скупали самые популярные журналы и интернет издания. Майкла всем устраивал такой, как выражалась мама, кочевой образ жизни. Он жил без привязки с одному городу, дому, женщине. Постоянных отношений у него не было, он не испытывал в этом необходимости. Мама сетовала на то, что в двадцать девять лет пора уже остепениться и завести семью, сделав ее бабушкой. Но Майкл был непреклонен, а мать слишком любила его, чтоб настаивать.

Другое дело – отец. На что он только не шел, чтобы вернуть сына домой. Он даже платил некоторым изданиям, чтобы те отказывали Майклу в публикации фото. Когда это раскрылось, между отцом и сыном разгорелся огромный скандал. Какое-то время после этого мистер Хоуп оставил сына в покое, и тот пару лет и вовсе не появлялся дома. И вот опять. Стоило Майклу приехать к родителям, как отец объявил, что делает его директором маркетингового агентства.

Вернулся Майкл в родной город на время, с одной целью – помочь хорошему другу раскрутить небольшую фирму, директором которой тот готовился стать. Надолго парень задерживаться не собирался.

Убедить сына мистер Хоуп попытался тем аргументом, что Майкл сможет развить свои таланты фотографа и дизайнера, сам будет публиковать свои фото в рекламных проектах и сделает себя номером один в рекламном бизнесе. Скандалили отец и сын уже несколько дней. Наконец, морально вымотавшись, Майкл уехал ночевать на квартиру школьного приятеля – Стива, владельца ночного клуба. В эту ночь Стив затащил приятеля к себе на работу, чтоб тот развеялся.

Сам Стивен, хоть и был владельцем клуба, не гнушался работой бармена. Ему доставляло удовольствие обслуживать посетителей, заигрывать с симпатичными гостьями, выслушивать истории подвыпивших клиентов. Какое-то время Майкл стоял за стойкой и развлекался, слушая диалоги приятеля с гостями, потом его это утомило, и он вышел подышать на террасу.

Ночь была адски жаркой, ветерок поднялся совсем незначительный, но все же принес немного облегчения. Майкл оперся о перила и стал смотреть на город своего детства и юности. Перед ним открывался прекрасный вид. Майкл всегда любил ночь за ее особую магию. Огни большого города, простиравшегося на много миль, сливались в причудливый рисунок. На горизонте они будто объединялись со звездным небом и являли собой невероятную картину. «Давно я не делал ночных фото, – подумал Майкл, – надо бы взять камеру и поснимать отсюда».

Его размышления прервал стук каблуков. Смотреть, кто там, было лень. Каблуки, значит, женщина. Наверняка подвыпившая, а то и пьяная. Общения с дамой навеселе ему сейчас хотелось избежать. Поэтому он даже не повернул голову, продолжая смотреть на город.

Слева послышался вздох. Майкл смахнул упавшую на глаза челку, слегка повернул голову в сторону звука и на мгновение застыл. Его взгляд встретился с глазами девушки. Он поначалу даже не разглядел ее полный облик, все внимание привлекли именно глаза. В них было столько всего: и боль, и отчаяние, и вина, и обида… «Очень грустные глаза, – подумал Майкл, – но какие прекрасные».

Он широко улыбнулся девушке. Казалось, она была растеряна и смущена. Майкл привык к тому, как реагируют на него женщины, и это его забавляло. Милая незнакомка не оказалась исключением.

– Вы в порядке? – произнес он.

Девушка кашлянула и хрипловатым голосом произнесла:

– Да, простите. Голова закружилась, вот и вышла на воздух. Я постою тут, если Вы не против.

– Нет, конечно, – улыбнулся Майкл. – Терраса-то общая.

Чтобы не смущать девушку, он снова оперся на перила и отвернулся. Боковым зрением он увидел, как незнакомка встала от него на безопасном расстоянии, прикрыла глаза и делала медленные вдохи-выдохи, будто пытаясь успокоиться. Непростая, видимо, у нее выдалась ночь.

Вдруг раздался довольно громкий вздох. Майклу показалось, что он полон отчаяния. Он обернулся к девушке, она выглядела совсем потерянной.

– Точно в порядке? Помощь нужна?

– Нет-нет, – растерялась она и опустила взгляд.

Майклу стало неловко. Ему хотелось что-то сказать ей, спросить, может, быть, проводить ее домой. Но отчего-то он испытывал сейчас смущение, что было ему совершенно не свойственно. Поэтому он просто молча отвернулся и продолжил наблюдать за городом, боковым зрением, однако, следя за незнакомкой. Казалось, внутри нее происходила какая-то борьба. Она то поднимала, то опускала взгляд, будто принимая решение. И вдруг, резко повернувшись к нему, выпалила:

– Вы хотели бы переспать со мной?

Майкл выпрямился и уставился на девушку во все глаза. Серьезно? Он был даже разочарован. Оказалось, что она мало чем отличается от всех тех, с кем он проводил всего одну ночь. Майкл любил секс, любил женщин и не любил отказывать тем, кто сам предлагал себя. А таких было много. Постоянными отношениями он никогда себя не обременял, и его это вполне устраивало. Майкл почувствовал себя глупо от того, что решил, будто эта девица другого сорта. Она показалась ему особенной. Но нет, он ошибся. Чего еще может желать одинокая подвыпившая дамочка в клубе?

Он с сарказмом приподнял бровь и своим самым обольстительным голосом произнес:

– Заманчивое предложение.

– Господи, – девушка испуганно прижала ладони к щекам, – Простите. Я не знаю, что на меня нашло. Глупость какая… Я никогда, правда, поверьте… Я раньше никогда… – в глазах ее застыл такой ужас, что Майкл усомнился в правильности своих выводов. Похоже было, что девчонка и правда ляпнула не подумав. Может, под влиянием алкоголя, а может, что скорее всего, ее бросил парень, и она просто от отчаяния хотела ему отомстить.

Незнакомка пятилась к выходу с террасы, но ее траектория сбилась, и она уперлась спиной в стену клуба. Отступать ей было некуда. В Майкле проснулся инстинкт охотника. Появилось стойкое желание не отпускать ее, приблизиться к ней, ощутить ее запах…

– Разве я сказал, что это глупость? Или в чем-то обвинил Вас? – как можно мягче произнес Майкл, подходя к ней. Девушка тряслась, как птица, пойманная в силки. «Того и гляди в обморок грохнется, дуреха», – улыбнулся про себя Майкл.

Он практически прижимал ее к стене. Казалось, девушка вот-вот расплачется или потеряет сознание. Похоже, она действительно переживала из-за того, что ляпнула. Майкл быстро понял, что допустил ошибку. Нет, она не из таких… Отчего-то стало легко и приятно. Он наклонился к незнакомке, от нее пахло полевыми цветами и немного алкоголем, что совсем не портило впечатления. Он вблизи увидел ее глаза: насыщенно зеленого цвета, а радужка отливала шоколадом. Очень необычный цвет. А главное, он никогда не всматривался в глаза ни одной женщины. Но от этих глаз просто не мог оторваться. «И я ведь трезв, так что со мной происходит?» – недоумевал он. Девушка зажмурилась.

Слова вырвались сами собой:

– Да, я очень хотел бы переспать с Вами. Но, боюсь, потом Вы будете об этом жалеть. А я не привык, чтобы женщины жалели о близости со мной. Так что, увы…

Майкл легко пожал плечами. Девушка распахнула свои удивительные глаза и взглянула на мужчину одновременно с растерянностью и облегчением.

– Значит, нет? – прошептала она.

Казалось, напряжение отпустило ее, она расслаблено опустила плечи.

Майкла бросило в жар. Он не мог просто отпустить ее. Какое-то наваждение… Только поцелуй, один поцелуй, и наваждение спадет. Он был уверен. Ничем она не отличается от других. Да, ему стало жаль глупышку. Он мог бы отвезти ее в гостиницу, овладеть ей, а что потом? Скорее всего, рыдала бы, дуреха, от того, что напилась и переспала с незнакомцем. Нет. Майкл всегда спал с женщинами с их согласия. А тут было очевидно, что девчонка уже тысячу раз пожалела о своей несдержанности на язык. Поэтому пусть идет себе. Он ее не тронет. Но всего один поцелуй… И он успокоится. Наверняка.

Майкл приподнял голову девушки за подбородок и посмотрел прямо в глаза:

– Думаю, что Вы и о поцелуе завтра пожалеете, но не поцеловать Вас я не могу. Уж простите…

Майкл не мог сдержать улыбку, увидев шок в глазах девушки. Он овладел ее губами, не торопясь целуя то верхнюю, то нижнюю губу. Губы у незнакомки были нежные, пухлые. «Просто созданы для поцелуев», – мелькнула мысль. Он представил, как она порхает губами по его телу, целует грудь, живот, спускается ниже… В паху все загорелось и напряглось. Девушка вдруг расслабилась, подалась к нему навстречу и призывно приоткрыла губы. Майкл будто сошел с ума: он ворвался в ее рот, завладел ее языком, ласкал его, посасывал. У девушки вырвался стон, у него – что-то похожее на рык. Мир вокруг перестал существовать. Девушка запустила руку в его волосы и притянула его к себе, он в ответ прижал ее бедра к паху. Ему хотелось, чтобы она ощутила, как он желает ее.

Теперь она не походила на робкую птичку, девушка осмелела и целовала его с упоением, прижимаясь к нему все ближе. Майкл помнил, что недалеко стоянка такси, он готов был схватить ее, усадить в машину, увезти в ближайший отель и овладеть ею. Не похоже было, что незнакомка против. Наоборот, она, кажется, готова отдаться ему прямо тут, у стены. Порыв повернуть ее к себе спиной и задрать платье прервал громкий звук распахнувшейся двери и пьяный гогот посетителей клуба. Майкл отпрянул от девушки; какое безумие плескалось в его глазах, он мог только догадываться. Незнакомка смотрела на него не менее безумным взглядом. Он обхватил ладонью ее лицо, на миг задержал большой палец на нижней губе, резко развернулся и ушел.

«К лучшему, – думал он. – Безумие какое-то, просто безумие…»


КИРА

Утром Кира сидела за кухонным столом и сонно помешивала кофе. Чувствовала она себя отвратительно. К счастью, наступили выходные, и у нее было время прийти в себя. Девушка с тоской оглядела студию, которую ей подарили родители. Да, квартира была небольшой, но зато ее собственной, и находилась недалеко от работы. Сегодня в планах Киры было сделать уборку, но после вчерашнего ей было трудно даже шевелиться.

Стелла прислала сообщение, что познакомилась вчера в клубе с потрясающим парнем, и ночевала у него. Кира, превозмогая головную боль, пыталась вспомнить, как звали бывшего Стеллы, с которым она еще недавно встречалась и вроде вчера выясняла отношения по телефону, но не смогла. В отличие от нее, подруга была свободных нравов и меняла парней, как перчатки.

Кира пожелала Стелле хорошего дня, отложила телефон и обреченно вздохнула: уборка сама себя не сделает. Во второй половине дня она, наконец, покончила с домашними делами. Осталось только вынести мусор. Девушка вышла во двор и принялась рассортировывать отходы по бакам.

– Прошу прощения, Кэнвелл стрит, 48, это здесь? – Раздался голос позади. Кира замерла. Знакомый был голос. Черт, ну не могло же ей так «повезти». Девушка удрученно подумала, что вид ее оставляет желать лучшего: видавший виды спортивный костюм, пучок на голове, ни грамма косметики на коже, после вчерашней попойки напоминающей пожеванный пергамент.

Боясь обернуться и удостовериться, что не ошиблась, она буркнула в ответ:

– Да.

– Спасибо. – Несколько удивленно прозвучал голос. Его обладатель прошел мимо по направлению к подъездам. Не может быть… Он зашел в ее подъезд. Черт, черт. Кира стукнула себя ладонью по лбу. Что этот красавчик из клуба забыл здесь? Она надеялась, что после вчерашнего поцелуя вообще никогда его больше не увидит. А тут вот он, нарисовался. Да еще в ее доме. Может, в гости пришел?

Она метнулась к подъезду, ввела код и осторожно приоткрыла дверь. Никого. Осматриваясь по сторонам, Кира пробралась к лифту. Понявшись на свой этаж, она выдохнула с облегчением. Но двери лифта раскрылись – на нее в упор смотрел мужчина, страстно целовавший ее вчера у стен клуба. Кира обомлела. Она застыла на вдохе и только смотрела на незнакомца, распахнув глаза.

– Привет. – Улыбнулся тот.

Двери лифта начали закрываться, Кира вздрогнула. Мужчина остановил их и жестом пригласил девушку на выход. Она вышла, кивнув, и молча поспешила к своей двери.

– Вы тут живете? – Казалось, обрадовался незнакомец.

«Лишь бы не маньяк», – думала Кира. Угораздило же ее… Она молча кивнула, распахивая дверь и скрываясь в квартире.


МАЙКЛ

Вот это совпадение! Парень рассмеялся, спускаясь на лифте вниз. Когда он поехал смотреть квартиру для аренды, он не предполагал, что встретит ту самую «птичку» из клуба. Она еще и живет в соседней квартире. Так что будут соседями.

Майкл спешил в родительский дом, чтобы забрать вещи. Находиться с отцом под одной крышей было невыносимо. Пока он в городе, помогает приятелю с работой, поживет на съемной квартире. Район хороший, рядом с офисом. А тут еще и дополнительный бонус – девушка, заинтересовавшая его вчера.

Сегодня она выглядела совсем иначе. Было видно, что самочувствие ее после вчерашнего оставляет желать лучшего. Но все же она оставалась привлекательной, даже с пучком на голове и в растянутом костюме. Ее глаза все так же завораживали Майкла. Возможно, теперь он чаще будет видеть эти глаза. Парень улыбнулся своим мыслям. Настроение было отличное.


КИРА

Спустя пару часов после того, как она встретила незнакомца у лифта, он вновь вернулся. Она подглядывала в глазок, как он распахивает двери квартиры напротив и заносит туда вещи. Похоже, он всерьез намерен здесь жить. Вот же… Теперь придется выбираться из дома и возвращаться тайком. Ей не хотелось вновь встречаться с ним. Слишком уже неловко она чувствовала себя после того поцелуя.

Кира на цыпочках отошла от двери и забралась с пледом на диван, включив мелодраму. Дома она в безопасности. Раздался звонок в дверь, девушка вздрогнула. Она подошла и посмотрела в глазок – за дверью стоял Он. Кира поперхнулась попкорном, который пыталась пережевать.

– Добрый вечер. – Произнес незнакомец. – Меня зовут Майкл, я Ваш новый сосед. Пришел поприветствовать.

Девушка несколько раз глубоко вздохнула и открыла дверь.

– Здравствуйте.

Парень продолжал ослепительно улыбаться.

– Могу войти?

– Зачем? – Опешила Кира.

– Принес угощения в честь новоселья. – Он протянул руки с пакетами.

– Не стоит, я уже собиралась спать.

– Как Вас зовут? – Не сдавался Майкл.

– Кира.

– Очень приятно, Кира. Я не буду надоедать Вам, раз Вы устали. Просто возьмите. Тут ничего такого: сладости и мой любимый сорт чая. Полагаю, после вчерашнего Вы неважно себя чувствуете, этот чай должен помочь. – Он всучил девушке пакеты и, подмигнув, ушел к себе.

Кира растерялась. Она заперла в дверь и стала рассматривать подарки. В пакетах, действительно, оказались разнообразные сладости и китайский чай. Кроме того, там был набор для китайской церемонии. Девушка удивленно вздернула бровь.


МАЙКЛ

Она все-таки позвонила в дверь. Майкл довольно улыбнулся. Он не ошибся.

– Благодарю за угощения, но Вы оставили у меня набор для чайной церемонии. Или это тоже подарок?

– Вообще-то тоже. – Кивнул Майкл. – Я увлекаюсь восточной культурой, мог бы заварить Вам чай по всем правилам, но раз Вы устали…

– Ладно, можно и заварить. – Вдруг согласилась Кира. Она изучающе смотрела на него. Майкл осознал, что теряется под взглядом этих зеленых глаз. Это было для него в новинку.

Они прошли в ее квартиру. Майкл заварил чай, рассказывая девушке по ходу о традициях китайского чаепития. Некоторые из сладостей, что он принес, тоже были традиционными – китайскими.

– Похоже, Вы много путешествуете. – С завистью сказала Кира. Сама она ни разу не была за границей.

– Это моя работа. – Улыбнулся Майкл. – Я международный фотограф. Кочую туда-сюда, как выражается моя мать. Не сижу на одном месте.

– Зачем же сняли квартиру тут? – Удивилась Кира.

– Приятель стал директором рекламного агентства, попросил помочь раскрутить. У меня есть опыт в этом, я начинал карьеру в рекламном агентстве отца. Так что, пока помогаю ему, буду жить здесь. Квартира отличная, рядом с работой.

– Простите, а в каком агентстве работает Ваш приятель? – Осторожно спросила Кира.

– «Стар». – Невозмутимо ответил Майкл.

Девушка вздрогнула. Не может быть таких совпадений!

– Что-то не так? – Взглянул он на нее.

– Нет-нет, все в порядке. Просто любопытно, – поспешила заверить Кира. – Интересная работа, должно быть…

Вечер плавно перешел в обсуждение национальных кухонь мира, девушка комментировала вкус каждой сладости, что пробовала. Майкл рассказывал о своих поездках по свету. Впервые за долгое время Кире было с кем-то так уютно и спокойно. Особенно удивительным было то, что этот кто-то был мужчиной, с которым она едва знакома.

– Что с тобой было вчера? – Вдруг спросил Майкл. К этому моменту они, не сговариваясь, перешли на «ты».

– А что было вчера? – Притворилась дурочкой Кира.

– Ты была очень расстроена. Иначе, уверен, ты не набросилась бы на первого встречного. Вижу, что ты не из таких. – Он серьезно смотрел на нее.

– Да так, сказали мне одну глупость, а я приняла близко к сердцу. Ерунда. – Отмахнулась Кира.

– Расскажешь? – Спросил Майкл с неподдельным интересом.

Кира решила, что точно помешалась, раз взяла и рассказала о разговоре с Эмми, о прошлом с Грегом этому незнакомому почти мужчине. Закончив, она замолчала и опустила глаза, неловко крутя в руке пиалу. Майкл тоже молчал, задумчиво глядя в стену.

– Знаешь, что? – Наконец посмотрел он на девушку. – Раз уж вчера я стал свидетелем твоего душевного раздрая, то считаю обязанным тебе помочь.

– Каким образом? – Удивилась Кира.

– Я фотограф, напомню. И в сфере моих интересов – все, что я считаю красивым, будь то природа или люди. Я считаю тебя очень красивой и хочу, чтобы ты сама увидела себя такой. Предлагаю тебе фотосессию. Совершенно бесплатно. После нее ты посмотришь на себя другими глазами. Обещаю.

Кира не знала, что сказать. Предложение было сколь неожиданным, столь и заманчивым. На самом деле, она давно хотела посетить фотосессию – Стелла регулярно это делала, и ее соцсети ломились от профессиональных фотографий. Но Кира постоянно отговаривала себя, то списывая все на дороговизну, то не решаясь раскрыться перед камерой. Черный глаз камеры, направленный на нее, всегда пугал девушку. Поэтому она в свое время провалила несколько собеседований на телевидение. И сейчас, работая в рекламном агентстве, тоже всегда избегала работы перед камерой.

Но тут ей предлагают бесплатную фотосессию. Майкл ей очень нравился, ей было с ним комфортно. А Стелла всегда говорила, что контакт между моделью и фотографом – это девяносто процентов успеха.

– А мы можем провести фотосессию здесь, у меня? – Негромко спросила Кира.

– Без проблем. – Довольно кивнул Майкл. Ему было приятно, что девушка недолго сомневалась.

– Ты сказал, что считаешь меня красивой. Почему? – Не выдержала Кира.

– Просто считаю. – Пожал плечами Майкл, улыбаясь. – Разве я могу объяснить, почему мне нравится человек? Либо нравится, либо нет. У меня все просто. Я много людей повидал, но далеко не каждый удостаивается чести стать моей моделью. Вот, взгляни – это сделанные мной портретные фото. – Он протянул девушке телефон.

Кира рассмеялась. Он высокого мнения о своих талантах. Но ее сарказм улетучился, когда она стала рассматривать портфолио Майкла. Его работы действительно потрясли ее. Казалось, ему удавалось заглянуть в самую душу человека и отразить ее на фотографии. Отличительной чертой всех фото было то, что особенное внимание Майкл уделял глазам моделей. Это были невероятные работы, и Кира со всей искренностью выразила свой восторг.

Фотограф улыбнулся. Было видно, что он не сомневался в том, какой эффект произведут его снимки.

– Ну так что, завтра? Все оборудование со мной, установлю тут у тебя, и все сделаем в лучшем виде.

– Прямо завтра? – Казалось, девушка начинает сомневаться в принятом решении.

– Могу снять тебя прямо сейчас, чтобы ты не успела передумать. – Глубоким голосом с хрипотцой произнес Майкл, наклоняясь к ней. Девушка поняла, насколько двусмысленно это прозвучало, внизу живота разлилось тепло, она облизала пересохшие губы. Мужчина не сводил с них глаз, но ничего не предпринимал.

– Нет, лучше завтра. – Пробормотала она, отстраняясь.

– Отлично. – Как ни в чем ни бывало объявил Майкл, начиная собираться. – Зайду в шесть. С утра есть дела, а потом я весь твой. – Он с улыбкой подмигнул девушке, отчего та опять растерялась и не знала, куда девать глаза.

– Спокойной ночи, Кира. – Произнес Майкл и вышел за дверь.

Девушка лишь кивнула, только сейчас осознав, на какую авантюру она подписалась.

Майкл вошел в свою квартиру и захлопнул дверь. Черт, что это только что было? Он никогда себя так не вел. Он безумно хотел эту девушку, в джинсах полыхал пожар. Но он не тронул ее, даже не поцеловал, хотя она точно была бы не против. Он видел это. Вместо этого предложил ей фотосессию и действительно хотел помочь этой дурехе увидеть себя со стороны. Он был безумно зол на ее бывшего, умудрившегося внушить молодой девчонке, что она фригидна и непривлекательна. Просто взял и испоганил ей будущее.

Майкл знавал таких экземпляров и от души ненавидел их. Пусть он и был бабником, но каждая женщина для него была достойной уважения. Он всегда сразу предупреждал, что не настроен на отношения, и спал с женщинами, лишь если они разделяли его точку зрения. Соблазнение скромных девочек, мечтавших о великой любви, никогда не было в сфере его интересов. Но что с ним делала эта «птичка», это что-то невероятное…

Майкл включил душ и встал под струи воды. Рука обхватила твердый член. Как она облизывала свои пухлые губки, как смотрела на него своими потрясающими глазами. Майкл представил, как она ласкает его ниже пояса, провел рукой по стволу вверх-вниз и застонал. У нее была небольшая грудь, она идеально бы поместилась в его ладонь. Когда он приблизился к ней, он видел, как затвердели ее соски – домашняя футболка не скрывала желаний тела Киры.

Майкл представил, как ласкает ее грудь, а девушка стонет и извивается под ним. Он ускорил темп – рука гладила член, сжимая его, а он представлял, как входит в эту невероятную девушку, спутавшую его мысли с самого первого взгляда. Наконец, он бурно кончил, со стоном, опираясь на стенку душевой. Майкл даже не помнил, когда мастурбировал в последний раз – до встречи с ней. Вчера, после поцелуя у клуба, он едва доехал до дома и так же, как сейчас, спустил пар в ванной. Девчонка буквально свела его с ума. Он запросто мог прихватить любую согласную на ночь без обязательств в клубе, но почему-то не стал этого делать. Вчера он представлял перед собой лицо Киры и кончил, обессиленно опираясь руками о раковину.

Мужчина вышел из душа, обернув бедра полотенцем, и начал готовить аппаратуру для завтрашней фотосессии. Он хотел, чтобы Кира увидела себя такой, какой он видел ее, хотел раскрепостить ее и выпустить из той клетки, в которой та сама себя заперла.


КИРА

Майкл пришел к шести, как и обещал. Помимо аппаратуры, он принес Кире пакет из модного бутика, на витрины которого девушка часто засматривалась, но зайти в внутрь так и не решилась. В пакете оказалось черное платье-комбинация с глубоким декольте. Нежная шелковая ткань облегала фигуру девушки. Глядя в зеркало, Кира видела там незнакомку. Она не носила такую одежду, считая ее уделом таких смелых, раскрепощенных девушек, как Стелла.

С Майклом явилась молоденькая особа, представившаяся визажистом. Они с парнем общались, как давние знакомые. Он давал ей указания, она с чем-то спорила, с чем-то соглашалась. Но в итоге сделала Кире невероятно нежный макияж, который вроде и был, но совсем не бросался в глаза. Майкл и визажист остались довольны.

– Это то, что ты хотел? – подмигнула девушка. – Макияж без макияжа.

– Ты умница, как всегда. Получилось идеально!

Кира сидела, будто кол проглотила, и не знала, что ей делать дальше. Кажется, отступать уже поздно. Майкл даже визажиста приобщил к делу, тратит на нее время. Но что она может поделать, если ее просто парализует от страха и неуверенности?

Визажист ушла. Майкл с улыбкой предложил Кире воды, та кивнула и сделала пару глотков. Затем фотограф встал позади камеры и начал говорить Кире, какие позы принять. Тут она совсем растерялась.

В течение получаса Майкл безуспешно пытался сделать снимки. Кира чуть не плакала – ей совершенно не удавалось сделать то, о чем он просил. Наконец, Майкл медленно поднял глаза на девушку. Та смотрела на него, не мигая, в глазах ее явно читалась паника.

– Так дело не пойдет. – Покачал головой мужчина. – Мы собрались здесь, чтобы сделать красивую фотосессию, но с таким лицом это не получится.

«Снова про мое лицо, – с горечью подумала Кира, – что же я сделаю, если оно у меня такое от природы?». Девушка чувствовала, что ее буквально парализует от страха. И как она вообще решилась на это. Пора заканчивать эту авантюру. Какая еще фотосессия?

– Прости, Майкл. – Девушка встала с дивана, оправляя платье. – Я, видимо, не готова к такому. Извини, я заплачу за потраченное время.

– Я не привык брать деньги просто так. – Твердо отрезал Майкл. – И, раз уж я здесь, камера здесь, и модель тоже здесь, то работу я выполню.