Рина Ских
Игрушка богов

Глава 1

Дверь. Ненавистная дверь с золотистым орнаментом. Ничего особенного, обычная деревянная. Но кто бы знал, как я ее ненавижу! Глубокий вдох, медленный выдох. Выхода нет. Возможно, стоит смириться. Я почти готова сдаться…

Сегодня опять покажу характер. Мне не позволено говорить в его присутствии без разрешения. «Я здесь никто, и зовут меня никак», как говорилось в одном известном стихотворении. Эти познания мне вдалбливают достаточно жестко и давно, чтобы я поступилась многими своими принципами.

У меня здесь даже имени нет. Искорка. Как кошку обозвали или породистую лошадь. Чтобы вам всем сгореть! Тем, кто это со мной делает, и тем, кто это позволяет!

Я не могу говорить, что-то делать и даже смотреть без приказа, но никто не отберет у меня последнее мое своеволие. Танец. С помощью него можно сказать все, что угодно и показать любые чувства. И я это сделаю. Опять. Не думаю, что наказание будет более жестоким, чем в прошлый раз. Но, я слишком давно здесь стою в нерешительности. Меня ждут.

Войти в зал, старательно не смотря по сторонам. Привычно подойти к музыкантам и шепнуть им пару слов. Услышать звуки музыки. Пора!

Шаг, провести полупрозрачным платком перед лицом, прогнуться назад, словно от ветра. Склониться, как бы в поклоне и стремительно выпрямиться, перекрутившись вокруг своей оси, создав маленький вихрь. Выбросить в сторону платок. Гордо шагнуть вперед, в последний момент задержавшись, словно передумав, и плавно повести бедром в сторону, сделав завораживающие движения руками.

Шаг в сторону, еще, не забывая соблазнительно покачивать бедрами. Приподняться как можно выше на цыпочки, подняв руки и лицо вверх, и сделать тряску всем телом… Музыка сменилась. Теперь это тягучая мелодия, слегка грустная, почти без барабанов. Сделать волну животом. Да, знаю, ему это нравится. Никто здесь так не умеет.

Развернуться к нему спиной, вновь сделать тряску. Заворожить его то ускоряющимися, то замедляющимися движениями. Вновь переход музыки. Пройтись по комнате. Совсем рядом с ним. Почти слышу, как учащенно бьется его сердце. Сквозь опущенные ресницы вижу его взгляд, полный вожделения. Резко остановиться, качнуться, низко прогнуться всем телом и, внезапно, выпрямиться, больно хлестнув его волосами по лицу. Торжествующе посмотреть на его сатанеющее выражение лица и с ненавистью прошептать: "Никогда не буду твоей".

Хлесткая пощечина. Падаю. Музыка внезапно смолкла. Его рука больно впивается в подбородок, задирая мою голову вверх. Второй он рвет полупрозрачные лоскутки, которые называются "моей одеждой", причиняя мне боль. Он в бешенстве.

– Это мы еще посмотрим.... Искорка, – говорит он мне, буквально выплевывая ненавистную мне кличку.

Мне почти страшно… Почти…

        ***

Очень громкий шум за окном. Крики, ругань. Что за… А, ну да, это же всего лишь сон. Очередной страшный сон из череды тех, что преследовали меня почти каждую ночь вот уже почти год как. Это все уже в прошлом. Никто меня не найдет здесь. Может, уже и не ищут даже, но предосторожность не помешает.

Я села на кровати, слегка прищурившись, когда луч солнца попал мне на лицо. Меня еще слегка потряхивало после неприятного сна. Подойдя к тазу в углу комнаты, я плеснула на лицо холодной водой. Немного полегчало. Взглянула в небольшое зеркало на стене. Там отражалась моя бледная от страха физиономия, с лихорадочно горящими глазами и растрепанной шевелюрой.

И все же я еще слишком похожа на нее. На ту, которую, возможно, продолжают искать. Ничего, преобразить можно любого с помощью простейшей косметики. Сначала приведу себя в порядок, а потом можно спуститься вниз и позавтракать. Или, точнее, пообедать, судя по времени.

Как хорошо, что мне нет нужды вскакивать ни свет, ни заря и бежать на работу. Вернее, идти на работу нужно, но библиотека открывается ближе к вечеру, когда студенты спешат после занятий выполнить домашнее задание или подготовиться к зачету. Конечно, обычные жители города тоже заходят туда, но негласно она считается "студенческой". Здание расположено на одной улице с академией, поэтому неудивительно, что жаждущие знаний первым делом идут туда.

Работенка не пыльная, мне нужно только выписывать книги тому или иному студиозу, заводить карточки на новых читателей, изредка наведываться в читальный зал, чтобы проверить, не портят ли ценные издания юные гении, и помогать в поисках литературы.

Книги я всегда любила, а в скромной библиотекарше вряд ли заподозрят бывшую жительницу гарема. На то и расчет. К тому же я там не одна работаю. Всем заправляет Астрид. Женщина в возрасте, но все еще довольно энергичная, которая без возражений приняла меня в свое время. А когда она узнала, что я умею читать, сразу же назначила своей помощницей и с работой мы теперь справлялись вдвоем.

Я замоталась в плотную простыню, которая полностью скрадывала плавные линии моего тела и визуально добавляла килограммов восемь-десять. Поверх нее надела длинное безразмерное платье серого мышастого цвета. Застегнула на все пуговички. Прекрасно, среднестатистическая фигура – не стройная, но и не совсем толстая. Обычная. Вот только лицо все еще подводило. Было в нем что-то нездешнее. Если дома я особо ничем не отличалась от других, то здесь стала слишком приметной.

Я полностью раздвинула шторы, чтобы больше света попало в комнату. Немного поморщилась с непривычки после темноты. Затем уселась перед зеркалом, достала чемоданчик с косметикой и начала свое преображение.

Первым делом намочила свои светлые волосы, тщательно расчесала их, чтобы максимально выпрямить, и туго стянула в пучок на затылке. Все же жалко мне было их состригать или перекрашивать – я их отращивала лет пять. Когда-то. А сейчас сверху можно нанести что-то вроде воска или геля, чтобы они не распустились и стали на несколько тонов темнее. С волосами готово.

На кожу следует нанести пудру или белила в несколько слоев, чтобы добиться обычного светлого оттенка кожи для этой местности. Смуглых людей здесь не очень много. Разве что летом. Ничего, скоро и я смогу обходиться без искусственных белил.

Нанести темные тени на брови. Все, готово – на губах и глазах ни грамма косметики. Теперь я выгляжу неприметной библиотекаршей, стеснительной девушкой непонятного возраста, не красавицей, но и страшненькой не назовешь. Просто никакая – взглядом скользнешь в толпе и даже не вспомнишь, что видел. То, что нужно, чтобы не привлекать внимания.

Теперь осталось спрятать подальше полупрозрачный пеньюар черного цвета с кружевами, закрывавший спину, слегка грудь, но полностью открывавший живот, и такие же полупрозрачные шаровары. В таком виде я убегала с дворца. Теперь их использую вместо пижамы.

Все, готово, пора идти обедать, а там уже и в библиотеку можно не спеша пойти, прогулявшись по парку недалеко от нее. Еще раз все проверив, я взяла легкий плащ, а то ночью может быть прохладно, вышла и закрыла за собой плотно дверь.

В коридоре вновь нестерпимо воняло перегаром и блевотиной. Никак к этому не привыкну. Как же мне все это осточертело. Приходилось жить в самой дешевой таверне, которую только можно найти, здесь же и питалась, так как личная кухня здесь не предусмотрена.

Уходила засветло, но возвращалась уже глубокой ночью, а иногда и под утро – дурацкая система работы библиотеки "до последнего клиента". Вернее, пока последний посетитель, охочий до знаний, не решит покинуть ее – так официально записано в правилах заведения. Каждый день превращала себя в чучело и совершенно добровольно. А что делать – я хочу жить. И для этого буду делать все возможное.

Села за столик, брезгливо отметив, что вновь он в чем-то липком. Надеюсь, это всего лишь разлитая брага. Хмурый хозяин поставил передо мной миску с… я лучше не буду думать с чем – меньше знаешь, крепче спишь. Нехотя зачерпнула ложкой и, зажмурившись, проглотила. Боже, КАК такое можно приготовить из органических продуктов?! Как же я скучала о тех днях, когда, весело что-то напевая, готовила на своей любимой уютной кухне. Ничего, никто здесь еще не отравился. Вроде бы.

Посмотрела на время – через два часа открытие библиотеки. Можно прогуляться, посидеть на лавочке в парке, подышать свежим воздухом… Решено, иду.

* * *

Я сидела под деревом, смотрела на закат и вспоминала, как здесь оказалась. Почти год прошел, а воспоминания все еще так свежи…

Бежать, бежать быстрее, я не могу позволить, чтобы меня догнали. Вряд ли тогда выживу, но последние дни будут очень мучительными. В боку уже колет, плащ цепляется за деревья, но я не могу его скинуть – он хоть как-то прикрывает мое полуголое тело и согревает от ночной прохлады. Вот, опять, резкий рывок и я стремительно лечу на землю, больно ударившись щекой о какую-то корягу и ободрав колено.

Так и думала: плащ зацепился за ветку, и я вновь из-за этого упала. Слезы заволакивают глаза. Всепоглощающий ужас, пронзительные крики и… их обугленные тела. Нет, не думать, иначе не смогу бежать дальше.

Когда выберусь отсюда – можно будет выплакаться, побиться в истерике, впасть в депрессию, но только если буду в безопасности. Закусив губу, поднимаюсь и, отцепив плащ, продолжаю свой бег. Ноги уже изранены в кровь, я ведь сбегала босиком, но меня это не волнует – главное успеть выбраться отсюда, а потом… А что потом? Не важно, главное выбраться. Остальное не важно!

Вдалеке уже слышны крики стражников, еще быстрее бегу куда-то в темноту, продираясь сквозь колючие кусты и огибая деревья. Очередной рывок моего плаща. Я оборачиваюсь, дергаю его, застежки ломаются, и я вновь падаю, но падаю вниз, качусь по пологому склону, сдирая кожу и ставя себе все новые синяки. Сильный удар по голове, темнота…

* * *

Пришла в себя явно не в лесу. Я лежала на чем-то мягком, накрытая чем-то теплым. Первым моим порывом было вскочить и бежать отсюда, пока он не вернулся. Но, резко сев, скорчилась от нестерпимой боли в груди, глухо застонав. Неужели сломала ребро? Это все, конец. Я не смогу опять, после всего. К тому же, вряд ли мне так просто спустят с рук мою выходку. Лучше умереть сразу.

В соседней комнате послышались шаги. Я испугано замерла. Если это стражник, то у меня еще есть шанс выхватить у него меч и вонзить в себя. Или в него.

На пороге комнаты замялись, не спеша входить. Я, решившись, сделала глубокий вдох, о чем тут же пожалела. Ребра мне напомнили, почему так делать нельзя и я, не сдержавшись, вновь вскрикнула. В комнату стремительно вошел мужчина. Безоружный. Однако…

– Ты чего это удумала? Тебе мало увечий, еще усугубить свое положение захотела?! Постельный режим, живо! – прогрохотал он гулким басом.

Неожиданно даже для себя легла обратно. Сердце гулко стучало в груди. Но этот мужчина не казался опасным. И на евнуха точно не похож. Массивный, бородатый, но невысокий. Хоть я и дома была довольно высокой девочкой, но по сравнению с людьми этого мира, вообще каланча. Ростом с их среднестатистического мужчину. Ничего не понимаю.

Он тем временем подошел ко мне, деловито потрогав своей ручищей мой лоб. Одобрительно кивнул каким-то своим мыслям и вновь вышел из комнаты. Я потрясенно смотрела ему вслед. Буквально через минуту он вернулся, неся в руках плошку с чем-то ароматным, предположительно супом. Словно в ответ мой живот громко заурчал. Я покраснела. Гигант хмыкнул.

 – Ешь, пока не остыло. Хотя нет, тебе лучше не двигаться, сейчас я тебя сам покормлю, – добродушно пробасил мужчина, присаживаясь на стул возле моей кровати.

 – Не надо, я сама, приподнимусь только. Где я? Кто вы? Что со мной дальше будет? – забросала я его вопросами.

Он помог мне облокотиться на подушки и подал суп. Сам же нахмурился.

– Дядькой Тарином меня кличут. Я здесь что-то на вроде местного лесника. Шел проверять силки, что мальчуганы здесь, бывало, ставят, как глядь – ткань какая-то на кусте трепыхается, зацепилась видимо. Я подошел поближе, думал, может, обронил кто – заберу к себе. Найдется хозяин – отдам, а нет – и мне пригодится. Начал отцеплять ее, а смотрю – застежки-то дорогие, чай, золотые будут. Глядь, и куст поломан. Как будто свалился на него кто. Подхожу к обрыву, а там ты лежишь на берегу на камнях. Еще немного и в воду бы свалилась, а река Стреминка потому так и называется – стремительная больно, ни человек, ни зверь оттуда не выплывет. Ты не отвлекайся, ешь. Я и подобрал тебя. Подлечил твои синяки и ранки, а вот головой и ребрами ты сильно ударилась. Вроде не сломала ничего, но ушиб знатный вышел. Ты как, помнишь кто ты, откуда? – поинтересовался дядька Тарин после своего рассказа.

Я лихорадочно соображала. Стоит ли ему рассказывать или не стоит? Тем временем он внимательно на меня посмотрел и опять хмыкнул.

– Знаешь, у меня была дочь, на тебя чем-то похожа. Но вот любопытная была – жуть просто. И все хотелось ей сбегать на замок недалеко отсюда посмотреть. Однажды она пошла туда. А вернувшись, рассказывала, какого господина дивного она там встретила. И добрый он, и смелый, и красивый, и веселый. Все рвалась туда вновь. Уж как мы с матерью ее ни отговаривали, но бегала она к нему. А потом однажды не вернулась. Кто-то из односельчан рассказывал, что видел, как она садилась к нему на лошадь и в замок с ним въехала. Я долго пытался выяснить, что да как. Узнал лишь, что господин наш охоч до молоденьких девушек, и чем больше их у него, тем лучше. Не вернулась к нам больше наша Астрина. А еще совсем малышка, двадцать три годка лишь стукнуло. Я пытался что-то доказать, бегал к старосте, но нам лишь ответили: "Ничего не знаем, надо было лучше следить. Небось, сбежала с каким-то ухажером". И на этом все. Через два года ее родовое дерево засохло, знамо нет ее больше на этой земле. Хриса не выдержала этого известия, слегла, а через месяц и ее не стало. Вот и перебрался я в лес, не могу я с людьми общаться. Не доглядел, – грустно закончил он свой рассказ.

 Мне стало жалко его. Но вот Астрину, честно говоря, не очень. Я вынуждена была там находиться, а она сама полезла. Хотя, не мне судить. По здешним меркам она еще почти ребенок. Подросток. Люди здесь живут примерно до двухсот лет и совершеннолетие наступает в двадцать пять. Я же попала туда за месяц до того, как мне исполнилось семнадцать. Сейчас мне двадцать. Или двадцать один? Точно теперь и не скажешь.

Родовое дерево тоже весьма интересная штука. Когда человек рождается, обязательно саженец высаживают. Он расцветает, когда человек становится юным, тускнеет, когда человек болеет, дает плоды, когда у человека рождаются потомки, и засыхает, когда человек умирает.

– Ты не серчай, но я знаю, что и ты оттуда. Всем известно, какую одежду там носят. И все знают, что девушки должны по замковым коридорам ходить в длинных черных плащах, скрывающих полностью фигуру, которые крепятся лишь на застежке под шеей, и снимают их лишь при входе в покои господина. Не бойся, не выдам тебя. Рад, что хоть кому-то удалось сбежать оттуда. Я могу тебе помочь, – продолжил Тарин.

 – Я буду рада любой помощи. Спасибо тебе и мне жаль твою дочь и жену. Меня зовут Алёна, – решила довериться я ему.

Может, и глупо вот так, первому встречному, но он уже мог меня сто раз выдать. Так нет же, лечил. Да и противопоставить ему я ничего не могу. Остается лишь смириться с неизбежным. Хуже уже не будет.

 – Алона?

 – Альона. Мягкое "ль"

 – Алиона?

– А-ЛЬО-НА, – медленно и четко произнесла я.

– Альена?– выдал совсем уж не похожий на мое имя вариант. Но неожиданно мне понравилось. Почему бы и не сменить имя, начиная новую жизнь?

– Да, пусть будет Альена, – устала спорить я.

– Оно имеет какое-то значение? – спросил он.

– Да, имя "Алёна" на одном из языков звучит как "факел", – нехотя пояснила я.

Какая ирония. Меня обозвали "Искоркой" даже не зная, что мое настоящее имя близко по значению.

– Тебе подходит. Откуда ты? Где твои родные? Как ты здесь оказалась? Ты не похожа на местных. У тебя смуглая кожа, волосы необычного оттенка, кудрявые и еще ты очень высокого роста, – начал задавать вопросы дядько Тарин.

– Я… очень издалека. Родных нет. Умерли незадолго до того, как я оказалась в этом замке. Владелец мной заинтересовался и… сделал меня… как бы своей, – запинаясь, начала рассказывать я, скрывая некоторые подробности.

 Все ведь не расскажешь даже самому близкому человеку.

 – А потом так получилось, что образовалась суматоха в замке, и мне удалось незамеченной скрыться, – скомкано закончила свой рассказ я.

 – У меня в городе есть двоюродная сестра, она работает в библиотеке. Я дам тебе вот этот амулет. Передай его ей и скажи, что от меня. Она тебя где-нибудь пристроит возле себя. Не пропадешь. Только у нее характер не сахар. Ну да тебе не выбирать. Вылечу тебя сперва – и можешь отправляться к ней, я объясню как. Вот, выпей отвар и поспи, – сказал Тарин и вышел из комнаты, предварительно сунув мне в руки кружку с пахнущим мятой отваром.

Я задумалась. Я много чего не сказала Тарину. Для него же лучше. Умышленно опустила некоторые подробности и не думаю, что когда-нибудь расскажу кому-либо об этом. Не говоря уж о сегодняшней ночи.

После выпитого отвара меня вновь потянуло в сон, и я уснула.

* * *

 В домике у Тарина я провела две недели. Когда полностью вылечилась, он собрал мне небольшой запас провианта и пару вещей жены. Вещи дочери он сжег сразу после ее исчезновения, чтобы не вспоминать. Странный обычай, но не мне судить.

– Вот только не знаю, волосы как-то скрути, чтобы не светить ими, и платье Хрисы надень. Великовато, знаю, но другого больше ничего нет, – пробасил он, неловко пытаясь всучить мне платье, в котором поместится две меня.

Тогда я и додумалась вначале закутаться в простыню. Благо, пояс платья прекрасно ее удерживал.

– Держи амулет, запомнила дорогу? – в сотый раз спросил дядька Тарин, стоя со мной на пороге дома.

– Я все запомнила, Тарин. Спасибо тебе за все, – и, поднявшись на цыпочки, неловко чмокнула его в щеку.

– Береги себя, дочка, и удачи тебе! – пожелал он мне и скрылся в доме.

 Не принято тут смотреть в след уходящему, чтобы удача ему сопутствовала. Я неловко утерла слезы и двинула в путь.

Глава 2

Словно очнувшись, я с удивлением поняла, что солнце уже почти зашло. Нужно было торопиться к открытию библиотеки. Воспоминания все еще ярки, как будто только вчера пришла к дверям библиотеки и сбивчиво рассказывала сокращенный вариант своей истории библиотекарше. Вначале жила с ней, но она и так ютилась в однокомнатной квартирке в спальном районе города. Узнав, что умею читать и писать, женщина сбросила на меня большую часть своей работы. Жалованье маленькое, но чтобы выжить – вполне хватало. К тому же мне много не надо.

Немного поднакопив, я съехала от нее в таверну. Сосуществовали мы мирно. Кроме того вечера знакомства на откровенные разговоры не шли. Она человек не особо разговорчивый, ну а мне, по вполне ясным причинам, распространяться и не хотелось. Так и жили. Она сама по себе, я сама по себе.

Каждый день я ждала, что меня найдут. После того, что сделала, мне не позволят умереть. Во всяком случае быстро. А я и так достаточно натерпелась.

Вот и дверь библиотеки. Я быстро взбежала по ступеням, не забыв перепрыгнуть через чертежи какого-то студента, лихорадочно пытающегося их собрать. Остановилась в нерешительности. Помочь – не помочь? Нет, помощь – это уже повод для знакомства. Нам такого добра не нужно, целее буду.

Больше не заморачиваясь, вошла в здание. Госпожа Астрид уже была там. Поджав тонкие губы, она мне высказала за опоздание. Дядька Тарин был прав – стерва еще та. Это было одной из причин, почему я так стремилась уйти от нее. А так, жить можно.

– Альена, я, надеюсь, ты не забыла, что сегодня нам привозят редкие издания? Мне уже нужно уходить, не забудь запереть все. И тщательно следи за читателями – только портить книги и горазды, – беззлобно проворчала она, направляясь к выходу.

Как же, "редкие издания". А то я не видела, как она с этими "изданиями" под ручку ходит. Хотя, после этого у нас действительно появляются редкие книги. Я смешливо фыркнула, тут же настороженно оглянувшись. Еще не хватало, чтобы меня заподозрили в проявлении эмоций. Не для этого так тщательно создавала репутацию "библиотечного сухаря". Сняв верхнюю одежду, села за стойку. Что ж, понеслась.

– Можно книгу "История становления Миальской империи" и что-то о рунах, только написанное понятным языком, у меня завтра зачет? – попросила какая-то девчушка.

Я с раздражением на нее взглянула. Вот за что им такое? Еще до всей этой истории с гаремом, я мечтала учиться в Академии Магии. Во времена жизни наложницей не раз слышала о ней. Вырвавшись оттуда, загадала, что, когда все это закончится, сделаю все возможное, чтобы туда поступить. И сейчас откладывала деньги с каждой зарплаты на обучение. Но такими темпами лишь до старости смогу скопить нужную сумму. И каждый день вынуждена видеть тех, кто учится там, но совершенно не ценит этого!

Вот как можно вспомнить о зачете лишь накануне?! Да я бы на их месте ночами не спала, готовясь ко всем предметам. А они даже не задумываются, какое счастье им привалило. Шикарно! Конечно, богатенькие родители заплатили за обучение, вот они и учатся, даже не задумываясь о том, что для кого-то это несбыточная мечта.

– Сейчас найду, – сухо сказала я.

Не вступать в конфликты, не привязываться ни к кому, не привлекать внимания. Вот мои главные правила. И уже год я неукоснительно их соблюдала.

Книги нашла быстро. История стояла неподалеку – имея свободный доступ ко всем книгам, я старалась прочитать как можно больше. А вот с рунами пришлось повозиться. До них еще не добралась, как до чтива на ночь, а руководства "для чайников" мы не держим. В конце концов, взяла ту книгу, что чаще всего берут, справедливо рассудив, что видимо она и есть самая хорошая.

Девушка молча приняла из моих рук книги, я же вернулась к своим делам. Еще нужно было составить учет того, какие книги находятся на руках больше недели (с учетом сессии, это очень смешно, проще написать тех, у кого нет задолженностей), проверить принесенные сегодня на предмет повреждений, подклеить поврежденные, проверить читальный зал, дать советы нуждающимся. В принципе, не так уж и мало.

Так в очередных заботах и прошел мой рабочий день. Или ночь? Не важно. Судя по всему, завтра довольно серьезный экзамен или зачет в академии – наплыв студентов просто неслыханный.

Но вот и последний студент уснул над книгой по теории проклятий. Я без сожалений его растолкала. Сперва он не понял, где находился, но затем все же кивнул и, так же не открывая глаз, двинулся в сторону выхода. Я взглянула на часы – через пару часов рассвет. Нервная работка.

Я все заперла и тщательно проверила. Книги всегда любила и не хотела, чтобы с ними что-нибудь случилось. Проверила замки на хранилище древних изданий. Все в порядке.

Потушив все свечи, двинулась к выходу. Каково же было мое удивление, когда увидела того самого упорного студиоза, сидящего возле двери и вновь спящего. Разозлившись, растолкала его немного грубее, чем собиралась.

– Вставай, давай! Какого черта?! – возмутилась я.

Он ошарашено заморгал ничего непонимающими сонными глазами. Я вздохнула. Вот и проявление эмоций. Ладно, может, спишет все на странный сон.

– А у вас тут дверь не отпирается. Я дернул – заперто, – пояснил он, вновь закрывая глаза.

– Не спи! Она наружу открывается, иди домой! – прикрикнула я на вновь засыпающего парня.

Тот машинально кивнул и вышел в дверь, любезно приоткрытую мной. Я еще раз все перепроверила и заперла библиотеку. Устало зевнула. Ничего, сейчас пара недлинных улочек – и я дома. Ммм… там кроватка. Как мне сейчас будет хорошо…

Я еще раз зевнула. Идти минут пятнадцать-двадцать, не больше. Конечно, можно дойти и за десять, сократив путь через парк. Но спасибо, воздержусь. Я уже не та наивная дуреха, сбегающая на ночь глядя из теплой квартиры и мчащаяся навстречу приключениям. Я жить хочу. Слишком многое для этого уже сделала и пережила. Только бесславно погибнуть от руки маньяка под каким-нибудь кустом мне и не хватало.

На ночь ощутимо похолодало. Я вся продрогла, но свою таверну уже видела в конце улицы. Заметив ее, максимально ускорила шаг.

Специально для меня калитку для прислуги на ночь не запирают. Тихонько в нее вошла. Стараясь не шуметь, поднялась по слегка поскрипывающим ступеням на свой этаж. Вот и моя дверь. Отлично. Покопавшись в холщовой сумке, нашла ключ от "своих апартаментов".

Замерзшие пальцы никак не попадали ключом в замочную скважину. Потом замок никак не отпирался. Я сильнее надавила плечом на дверь. Та оказалась открыта, и я с негромким вскриком ввалилась внутрь. Не успев сообразить что к чему, с ужасом поняла, что в комнате нахожусь не одна.

– Вот мы и дождались Вас, керра Альена. Долго вы, однако. Удачная ночка была? – прозвучал внезапно чей-то язвительный голос.

Вот и все. Тот, кого я весь этот год видела в кошмарах, меня нашел. И легко теперь не отделаюсь. Недолго побыла свободной.

Без лишних раздумий вскочила с пола и бросилась к двери. В любом случае, буду сопротивляться до последнего. Но на выходе меня перехватили.

– Куда-куда? Не торопитесь вы так, мы же еще и не начинали свой разговор. Вольхан, зажги свечу, – приказным тоном сказал человек, удерживающий меня в крепком захвате.

Все еще отчаянно на что-то надеясь, я стала бешено вырываться, царапаться и пытаться укусить. Использовать то, с помощью чего мне удалось сбежать из замка в свое время, почему-то и не помыслила. Да и не знала толком, как это работает. Но мне жестко заломили руку за спину и довольно грубо прижали лицом к стене, едва слышно выругавшись сквозь зубы.

В ту же минуту в комнате стало светло, заставив меня зажмуриться с непривычки. Привыкнув к свету, оглядела присутствующих, насколько мне позволяла моя неудобная поза. Двое мужчин: один у меня за спиной, второй держал в руках свечу и стоял у окна.

– Ловко ты ее как, – одобрительно заметил предположительно Вольхан.

Молодой еще совсем, едва справивший совершеннолетие. Светловолосый, с открытым взором, широкоплечий – картинка просто. Такие романтично настроенные юноши обычно не служат таким подонкам, как Радмир. Хотя, возможно, он недавно на службе и знает только вершину айсберга, то бишь, лишь мое преступление. А вот тот, что за спиной – тот мог.

Я буквально всем телом чувствовала его напряжение, его широкую грудь, прижатую к моему телу. Тут уж даже и не попыталась рыпнуться – все равно не удастся.

Он глубоко дышал. Видно, что не ожидал от меня такой прыти. Я была готова поклясться, что это верный пес Радмира – Рейган. Но по некоторым незначительным нюансам, еще не видя его поняла, что мое суждение ошибочно. Во-первых, он не воспользовался моментом и не облапал меня. Во-вторых, он хоть и прижимал грубо к стене, но и боли не причинял. Опять же, запах. От Рейгана часто пахло кровью. Здесь же ничего. Только терпковатый запах мужского пота, но едва слышный, что тоже говорило в пользу этого мужчины. У Радмира сменился цепной пес или я чего-то не понимаю?

– Что ж вы так? Вас ищут довольно много людей, а вы и не прячетесь особо. Сидите в городе, близ замка. Да только вот профессию не сменили. "Ночных бабочек" проверяли в первую очередь – но вас там не было. Работаете со своими постоянными клиентами, а? – глумливым голосом спросил этот человек. После чего сдернул капюшон с моей головы.

При этом меня отпустили, и плащ мой тоже отобрали. Мужчина отошел на пару шагов, желая, видимо, насладиться моим внешним видом и смятением. Смешно, господа. Ну-ну, как вам мое мешковатое серое платье под горло?

Парень у окна слегка напрягся и поставил свечу на столик, готовый в любой момент броситься мне наперерез. Только зря, я не буду сбегать. Сейчас. Все равно не удастся. Схватят, еще и свяжут. А так я не раз предприму попытку побега.

Если же до замка этого сделать не удастся – тоже не беда. Есть местечко, где меня никто не сможет достать. Только темно там и затхло. И, говорят, там нет никого, лишь пустота. Ну да, смерть привлекательной никогда не была. Только вот лучше выберу ее, чем продолжение тех ненавистных ночей. И я не забыла, беглую рабыню ожидает наказание. А рабыню, совершившую преступление при помощи магии? То-то же.

Поэтому сейчас не торопилась. Была вполне спокойна. Лишь насмешливо взглянула на мужчин. Без плаща и капюшона на "ночную бабочку" я явно не тяну.

– Керра Альена? – на всякий случай переспросил Вольхан, недоверчиво взирая своими чуть наивными глазенками.

– Нет, – быстро сориентировалась я.

– Как нет? А что вы здесь делаете? – совсем смешался он.

Мне стало смешно. Такой наивный, а ведь старше меня, судя по всему. Хотя ладно, они здесь взрослеют медленнее. Да и мне помогли распрощаться с детством в рекордные сроки. Парадокс, но пребывая в такой паршивой ситуации, я еще и веселиться умудрялась.

– Да так, мимо проходила. Дай, думаю, зайду по-соседски, соли одолжу, пирог испечь хотела. А то дети встанут, а мамки нет. Плакать будут горемычные, ой, на кого ж я их покинула, кто ж за ними присмотри-ит, – начала подвывать я.

Заметив, что глаза Вольхана стали уж совсем немыслимых размеров, я будничным тоном добавила:

– Ну, я пошла?

– Стоять! Вольхан, ты кому веришь и куда смотришь?! Она это! – рявкнул второй.

Вот тут я и присела там, где стояла. К счастью, возле кровати находилась. Но промолчала.

– Это она, точно знаю. Только вот почему в таком виде? – подозрительно спросил он, не сводя с меня глаз.

Я ему ответила таким же пристальным взглядом. А что? Ворвались в комнату, требуют непонятно что. Вернее, понятно что. Но я ведь еще смогу выкроить у судьбы шанс и сбежать еще раз, верно?

Что же сказать по поводу его внешности? Как уже заметила раньше, довольно мускулист, но не перекачан. Высокий, широкий, так сказать. Почти лысый. Лишь короткий ежик волос пробивается. Уши слегка великоваты и немного оттопырены, нос тоже немаленький, губы красивой формы. Глаза серые, льдистые. Что еще добавить? Впечатляет. Не красавец, но смотреть хочется. У Вольхана красота более совершенна, но там все понятно сразу. А тут мелкие дефекты создают идеальную картину.

– Повторяю. Почему ты в таком виде?

О, да мы, кажется, злимся? Ну-ну. Я безразлично пожала плечами и отвернулась к окну.

– Ладно. Это неважно. Дошли до нас слухи любопытные, что от одного человека, которого зовут Радмир, сбежала рабыня. Странно, не правда ли? И сам побег очень странный – говорят, девушка не знала вообще никого, неместная она, но воспользовалась сильным переполохом в замке, неясного происхождения, и вырвалась на волю. Да так удачно, что вот уж год прошел, а найти ее никто не может. Терпение Радмира истончается, страшно представить, что будет с непокорной рабыней, когда ее найдут. А ее найдут. Человек не может пропасть бесследно, – вкрадчивым голосом начал мужчина, присаживаясь на столик напротив меня.

Я неосознанно вздрогнула, представив такую перспективу. От его зоркого взгляда это не укрылось, и он буквально просиял торжеством.

– Я так поняла, вы не от него. Напрашивается вопрос: что вам нужно? – устало спросила я.

То, что они не от Радмира – радовало. Настораживало другое – зачем им я?!

– Какая прыткая. Ну что ж. Ты права, нам действительно нет никакого дела до беглой рабыни. Но вот то, что беглая рабыня могла заметить, находясь в этом замке – другое дело… – многозначительно посмотрел на меня коротковолосый, похоже, главный в этом дуэте.

Я изобразила внимание. Но на самом деле ситуация становилась еще хуже. Действительно, я не раз становилась свидетельницей таких сцен, за которые ненужных свидетелей убирают. Повезло, что на рабынь обращали не больше внимания, чем на кошку. Но вот сейчас, как только все расскажу, меня уберут. Лишняя информация мало кого делает счастливым и успешным, особенно, если у него нет могущественных покровителей. Поэтому я пожала плечами с независимым видом.

– Ничего не знаю.

В следующую секунду рука мужчины скользнула ко мне и сжала за шею. Не сильно, но ощутимо для того, чтобы понять – шутки кончились. Близость мужчины волновала. Одновременно хотелось зашипеть, как разъяренная кошка, выпустить коготки, но и чтобы он ушел вовсе с комнаты – тоже как-то не было желания. Мало мне мучений выпало? Хотя, это все же во мне говорит врожденное любопытство и авантюризм. Спокойная и размеренная жизнь библиотекарши не для меня.

– Мы так не договаривались. Ты ведь хочешь жить, правда? Умная девочка, раз столько умудрялась скрываться. И ты не "ночная бабочка" я прав? – утверждающе спросил он, почти ласковым голосом.

– Допустим. И что дальше? Какая бы информация вас ни интересовала – где гарантия, что после этого я выживу? – резонно спросила, слегка приподняв бровь.

Как ни странно, но я не испугалась. Мне довелось пройти через такой ад, что не уверена есть ли хоть что-то, способное пробудить во мне страх.

– Ты права. Гарантий никаких. Но ответить тебе придется. Произойдет ли это добровольно – решать тебе. В свою очередь могу обещать, что не буду пытаться сам или через кого-то тебя убить после этого, – сказал он и отступил в сторону.

Я тут же вскочила с кровати. Подошла к столику, возле которого насторожено замер другой вояка. Схватила кувшин с водой и жадно отпила прямо из него. Черт, черт, черт! Куда же я влипла? То, что меня этот красавчик не убьет – безусловно радовало, но это не противоречило тому, чтобы меня не убил кто-то другой, тот же Вольхан. Мысли лихорадочно скакали в голове. Я пыталась найти выход из этой ловушки. На миг зажмурившись, решилась. Будь, что будет! Устала прятаться. Затем повернулась к главному.

– Допустим, я расскажу все, что знаю. Но кроме этого я хочу вознаграждение. И, опять же, откуда вам знать, говорю ли я правду? – произнесла то, что так и вертелось на языке.

Мне показалось или в его глазах мелькнуло сожаление? В ту же секунду я почувствовала ошеломляющую боль в голове. Дерьмо! Я не восприняла как угрозу парня, оставшегося за спиной! Чертов маг! Сознание поспешило меня покинуть. В наступающей темноте я успела услышать тихие слова главаря.

– И вновь ты права. Гарантий никаких. Умная девочка, но тебе не повезло, – вновь легкий налет сожаления.

И я провалилась в сон без сновидений. А нет, сновидения были. Муторные белесые тени, кто-то что-то от меня хочет, но что именно – не пойму. Ко мне взывают, я должна куда-то идти… Кому я должна? Из гарема я сбежала. Все, никому больше не должна ничего.

– Какого … ты сделал?! Ты ее убил? – внезапно четко расслышала я.

– Айк, честное слово, не хотел. Стандартное подавление воли, она бы выдала нам всю информацию, слив необходимые образы мне и все, уснула бы с чистой совестью и о нас бы никогда даже не вспомнила! – оправдывался Вольхан.

– Да, ты понимаешь, что только что сделал?! Ты, винторог безрогий, человека невинного убил! – продолжал грохотать голос Айка.

– Не думаю, что она невинная была – столько времени в гареме провести, – с сомнением произнес этот …цензура… в свое оправдание.

– Что?! Да ты вообще соображаешь, что говоришь?! Ты всю нашу операцию подвергаешь риску! – вполне согласился с моими мыслями Айк.

Вот тут мое любопытство не выдержало, и я с трудом открыла глаза, чтобы увидеть разъяренного Айка и почти вжавшегося в угол с виноватым видом Вольхана. Ууу, зараза плешивая, чуть не убил меня. Почему плешивая? Потому что я ему волосенки его повыдергиваю!

– А кто такие винтороги? – не смогла удержаться я.

– Ты жива?! – донеслось в ответ. Причем если от Айка удивленное, то от Вольхана явно облегченное.

Я лишь пожала плечами. А как еще можно ответить на этот вопрос? Нет, я пошутила, и вновь повалиться на пол?

Еще в гареме обратила внимание, что на меня очень странно действовала магия, приводя не к тем результатам, которые ожидались. Но в чем дело – объяснить не могла.

– Пойдем по другому пути, – констатировал Айк.

Затем сел рядом со мной. Я насторожено отодвинулась, насколько это было возможно. В теле чувствовалась слабость. Мужчины же, как только поняли, что умирать не собиралась, вновь стали вести себя, как хозяева положения. Я не возражала – пока они в своем праве. Против мага и явного бойца я и в лучшем состоянии ничего противопоставить не смогла бы.

– Почему на тебя не подействовало заклинание? – для начала спросил он.

– Не знаю. Каждый раз реакция непредсказуема, – ответила я.

– Тогда это все объясняет… – задумчиво произнес Вольхан.

Хорошенький поворот. Мне вот, к примеру, ничего не объясняло. Ну, что ж, послушаем что мне скажут. А пока можно обдумать, как бы сбежать от них поскорее, да понезаметнее.

– Ну что так смотришь? Прости за неудобство. Нам нет особого дела до того, что же именно ты сотворила. Официально рабство запрещено, но Радмир умудряется обходить законы. Мы тебя не сдадим ему, обещаю, – вздохнул Айк, встретившись со мной взглядом.

– И поэтому вы меня сейчас едва не убили? – скептически хмыкнула я.

– Это случайность. Поверь, мы не хотели причинить тебе вред, – тихо и проникновенно ответил мужчина.

– И с чего мне вдруг вам верить? – насторожено спросила я.

– С того, что будь это не так, ты была бы уже мертва! – не выдержал маг.

– Вольхан! – прикрикнул на него Айк.

– Резонно. Ладно, а от меня-то вы чего хотите? – устало махнула рукой я.

Не то, чтобы их заявление меня очень успокоило, но я устала. Устала от постоянного страха, да и день сегодня был трудным. Хотелось уже спать. Чем быстрее разберусь со своими посетителями, тем быстрее смогу лечь спать. А завтра уже подумаю над тем, куда бы мне перебраться. Ведь если меня нашли эти двое, то что мешает сделать то же самое людям Радмира? То-то же.

– Ты знаешь что такое Амулет Стихий? – спросил Айк.

Я задумалась. Что-то очень знакомое, совсем недавно об этом читала в одной из книг. Вспомнила!

– Это сосредоточие власти императора. Пока этот амулет находится у него – никто не может завоевать нашу империю. Передается по наследству, в день коронации. Я права? – уточнила я.

– Да, все верно. И недавно он исчез. Его похитили из дворца. Ищут везде, где только можно, но не могут найти, – выдал еще порцию информации Айк и замолчал.

– Насколько мне известно, при дворе находится целый штат прорицателей и магов, которые спокойно могут найти иголку в стоге сена. Каким бы могущественным артефактом не считался этот амулет, он подчиняется общим правилам. В чем же проблема? – не поверила я.

– Соображаешь. У артефакта есть еще одно свойство. Это Амулет ЧЕТЫРЕХ Стихий. Вода, огонь, земля и воздух слились воедино, даруя амулету невиданную силу. А что можно соединить, то можно и расколоть на части. Понимаешь? – продолжил Айк.

– Ты хочешь сказать, что теперь это не один амулет, а четыре его составляющие, которые практически невозможно отыскать по их ментальному слепку, так как его попросту нет? – дошло до меня.

– Верно. Все, что смогли узнать прорицатели, так это то, что амулет попал в поместье кера Радмира, – сказал он.

От упоминания этого имени меня невольно передернуло. Но я быстро постаралась взять себя в руки. Впрочем, я еще успела краем глаза поймать сочувствующий взгляд Вольхана.

– Его допросили? – с надеждой спросила я.

– Нет. Думаю, для тебя не секрет, что на западе назревает конфликт. Рианская империя давно точит зуб на нашу территорию. Если станет известно, что империю больше ничто не защищает – начнется война. Радмир человек могущественный, тебе ли не знать. Его состояние лишь немногим уступает состоянию императора. Напрямую действовать невозможно, ведь целого амулета в его замке точно нет. Думаю, частей тоже. Он не тот человек, что станет хранить такие опасные улики у себя под боком, – продолжил Айк.

– Вдруг он его уже продал? – буркнула я. Уж меньше всего мне хотелось сейчас вникать в детали заговора против императора.

– Тогда бы уже на всех углах кричали о войне. Или же просто в одно прекрасное утро император не проснулся, а на его месте объявился самозванец с амулетом в руках. Нет, Радмир хитер. Он только подыскивает кому бы выгодно продать этот амулет. Думаю, он будет выжидать еще несколько месяцев точно. А амулет он разделил с кем-то еще. Очевиднее всего, что у него есть подельник или подельники. Кто-то, кто от него зависит полностью, и кто такой же беспринципный подлец, как и он, – задумчиво протянул мужчина.

– Это все логично, но причем тут я? И почему ты сейчас все это мне рассказываешь?! – забеспокоилась я, прекрасно помня, что случается с нежелательными свидетелями.

– Мы работаем на императора, что-то вроде тайной службы, только выполняем разные щекотливые поручения, о которых не должно быть огласки. Для всех остальных же мы просто наемники. И вокруг замка Радмира мы крутились несколько недель. Возле самого замка и в поселке рядом с ним, собирая разнообразные слухи и сплетни. Так и узнали о тебе. То ли служанке, то ли рабыне, которая зверски убила несколько человек. После этого подлая убийца сбежала. Но ее усиленно ищут, предлагая немыслимую награду за ее поимку. Но особое условие: она должна быть живой. Наталкивает на определенные размышления? – многозначительно посмотрел на меня Айк.

– Наталкивает. Ты недоговариваешь. Так и не сказал зачем вам я? – невозмутимо ответила я, никак не прокомментировав ту информацию, что он мне сообщил.

– Ладно. Продолжим. Также нам стало известно, что эта девушка была любимой игрушкой Радмира. И присутствовала практически при каждой его встрече с гостями. Конечно, были и другие рабыни, но эту он выделял. Поговаривают даже, что она присутствовала и на тайных встречах Радмира. Такая себе комнатная зверушка, – продолжил Айк, будто специально медленно проговаривая все эти слова.

Я низко опустила голову и сильнее сжала край покрывала побелевшими пальцами. Несколько раз глубоко вдохнула-выдохнула, стремясь отогнать нежелательные воспоминания подальше.

– Кажется, мы уже выяснили, что я и есть эта рабыня. По факту! – резко почти приказала я.

Айк посмотрел на меня со странным выражением лица. Мне даже показалось, что он взглянул с одобрением.

– У меня есть веские подозрения, что ты присутствовала при расщеплении амулета, – прямо сказал он.

– Может и так, но это давно было и… Постой! Давно! Ты сказал, что амулет похитили недавно. Я из гарема сбежала почти год назад. Либо вам нужна не я, либо что-то не сходится, – внезапно сообразила, что меня смущало все время, пока Айк говорил.

– Повторюсь, соображаешь. Амулет пропал полтора года назад. Все это время ведутся тщательные поиски, нашли того, кто совершил преступление, но он на тот момент был мертв. Некроманты допросили его тело, только вор также мало что знал. В общем, не буду тебе рассказывать все подробности расследования. Радмир умеет заметать следы, иначе бы не сколотил такое состояние практически из ничего. К тому же ты тоже заставила за собой побегать. Тебя мы не сразу нашли, помогли те же прорицатели. И менталисты, которым удалось зацепиться за обрывок следа твоей ауры в лесу, рядом с замком Радмира. Если точнее, это удалось одному менталисту, самому талантливому из них. Который, впрочем, едва не угробил тебя всего полчаса назад, – скосил взгляд на Вольхана Айк.

– Я же не знал, что магия на тебя не действует, – покаянно опустил голову он.

Судя по всему, он совсем недавно окончил академию. Следовательно, действительно весьма талантливый парень. Впрочем, мне от этого ни холодно, ни жарко.

– Допустим. Я действительно присутствовала почти при каждой встрече Радмира с его гостями. Но я не разглядывала их. Тем более не видела и не слышала, чем они там занимались. Мне вообще было приказано изображать из себя, как ты сказал "живую игрушку" или "комнатную зверушку", – кисло улыбнулась я.

Тут я немного покривила душой. Я никогда не теряла надежды на то, что когда-нибудь выберусь из того гиблого места. Поэтому всегда жадно прислушивалась к каждому разговору, который только могла услышать, занимая столь низкое положение. Айк был прав, на наложницу обращали внимания столько же, сколько и на кошку. То есть, не вспоминали о ней, пока не возникало желание поиграть с ней, подразнить или выместить на ней плохое настроение. Впрочем, речь сейчас не о том. Если как следует напрягу память, я, безусловно, вспомню хотя бы суть разговора. Мне только нужно примерно знать, когда это произошло. Хотя, смутные воспоминания уже сейчас начали всплывать в голове.

– У тебя есть характер, в тебе присутствует недюжинный ум. Я уверен, что ты можешь быть нам полезна. Постарайся вспомнить. Вольхан тебе поможет. Не волнуйся, без магического вмешательства. И мы после дадим тебе щедрое денежное вознаграждение, которое позволит тебе перебраться отсюда подальше, – принялся ласково уговаривать меня Айк.

Я с сомнением на него посмотрела. Но деньги мне нужны. А поделиться информацией… Почему бы и нет? Уж мне-то она без надобности, зато эти оставят меня в покое. Да и какая разница соглашусь я или нет? Информацию из меня вытянут в любом случае, по этому поводу иллюзий я не строила, но спускаться в пыточную раньше времени не собиралась. Ломалась так, для видимости.

– Хорошо. Я согласна, – решилась я.

Мужчины с облегчением вздохнули, но рано радовались. Я слишком много пережила, чтобы позволить себе беспечность. Хотя, тут вернее будет сказано, что я слишком хотела жить, чтобы не понимать, чем для меня чреваты эти воспоминания.

– Но при условии, что сейчас мы составим договор, в котором будет указано, что вы обещаете меня отпустить живой-здоровой и не преследовать после того, как выполню обещанное. Плюс, вы указываете сумму денежного вознаграждения. Завтра я отнесу этот договор к магическому нотариусу и только после этого постараюсь предоставить вам нужную информацию, – обворожительно улыбнулась.

Честно говоря, ожидала возмущений с их стороны. Внутренне была готова даже к тому, что меня попытаются убить на месте, наплевав на тот факт, что я им нужна. Уж кому, как не мне знать, на что способен разозлившийся мужчина. Но все обошлось. Айк лишь невыразительно хмыкнул, Вольхан же просверлил недовольным взглядом, но особой злости на его лице также не заметила.

– Справедливо. Согласен составить прямо сейчас, – ответил Айк.

Я поспешила подать ему бумагу и грифельный карандаш. Пользоваться чернилами так и не научилась, но, к счастью, их использовало лишь высшее общество. Остальные же спокойно обходились карандашами, что мне только на руку.

Айк быстро набросал текст на бумаге. Я внимательно пробежалась глазами по строчкам. Вроде все правильно. На строке, где указывалась цена моей информации, я остановилась и едва удержалась, чтобы не присвистнуть.

– Сто золотых?

Понимала, что информация весьма важна, но такой суммы не ожидала. Для сравнения мое жалованье чуть меньше двух золотых в месяц. Я откладывала каждый раз, но скопила пока около девяти золотых.

 Конечно, я понимала, что после сегодняшней нашей встречи вся моя жизнь вновь кардинально изменится. Вот только чем меньше сумма была бы указана в договоре, тем в большей безопасности себя чувствовала. Несмотря на мою браваду, внутренне я дрожала, как осиновый лист.

Я спокойно могла рассказать все, что знаю. Вот только это не обычная сплетня, а информация государственной важности. Девяносто девять случаев из ста, что меня после этого постараются убрать тем или иным способом. Люди, знающие о заговоре, долго не живут. Будь в договоре указана сумма в пределах десяти золотых – можно было бы еще на что-то рассчитывать.

А так… Не те это деньги, чтобы так просто с ними расстаться. В принципе, я еще в самом начале разговора понимала, что моя жизнь висит на волоске. Мои раздумья и требование составить договор – лишь отсрочка неизбежного. И да, я просто тянула время, надеясь сбежать сегодня же ночью. И никуда эту бумажку завтра не понесу.

– Да. На большее можешь не рассчитывать, – спокойно ответил Айк.

Я склонила голову, чтобы они не заметили моей скептической ухмылки. "На большее не рассчитывай", а ведь жизнь, собственно, и есть это "большее". Но я больше ничего не сказала. Нельзя подавать виду, что я им не доверяю больше, чем того требует ситуация. Хоть внутренне и была готова к смерти уже давно, легко сдаваться не собиралась. Все, что мне нужно – это чтобы они поверили в то, что завтра я пойду заверять договор магическими печатями, и ушли. Скоро рассвет, в это время много людей выходили через городские ворота, и стражники особо их не отмечали. Это и есть мой шанс ускользнуть незаметно.

– Все верно. Завтра ближе к полудню я заверю этот договор, и можно будет встретиться там же, чтобы я рассказала вам все, что вспомню, – как можно искренне улыбнулась я.

– А чего тянуть? Подобного рода конторы открываются через пару часов после рассвета. Вот сейчас поспим пару часов, а с утра сразу же туда и пойдем все вместе, – ехидно улыбнулся Айк.

Я потеряла дар речи. Все мои надежды только что рухнули.

– Но… как же? Здесь одна кровать! – лихорадочно начала я искать причину, по которой они не могут остаться.

– А ничего, мы и на полу ляжем, правда, Вольхан? – подмигнул ему Айк. Тот хмуро кивнул в ответ.

– Но как же я в комнате одна с двумя мужчинами? – почти в отчаянии я выпалила крайне смехотворную отмазку.

– Хочешь сказать, для тебя это новый опыт? – прищурился он.

Я вспыхнула до корней волос. Все время, что я здесь жила, только и делала, что пыталась отогнать картинки прошлого. Получалось с трудом, но все же. На меня накатила уже почти позабытая волна бессилия и отчаяния. К глазам подступили слезы. Я сильно сжала руки в кулаке и глубоко вдохнула, силясь вернуть свое самообладание.

– Прости, вырвалось. Твоей чести ничего не угрожает. Мы просто не имеем права позволить тебе сбежать, – сказал он и, тут мне точно не показалось, виновато отвел глаза.

Вольхан так же молча потушил свечу. Не знаю уж о чем думал этот паренек, но после того, как он едва меня не угробил, все его красноречие куда-то подевалось. Впрочем, это меня не касалось. Нужно и вправду постараться уснуть и попытаться улизнуть завтра в толпе.

На удивление, в сон я провалилась довольно быстро. Этому также научилась в гареме – спать, пока была возможность, давая усталому телу отдых. Там вообще быстро учишься ценить любые мелкие радости жизни…

Айк

Я так и не уснул, постоянно дергаясь от каждого шороха. Но сколько бы ни смотрел на кровать – бывшая наложница спала и не предпринимала никаких попыток сбежать.

С одной стороны – это радовало, но с другой – слишком подозрительно. Не могла девушка, которую уже год усиленно искали множество людей, просто взять и сдаться без борьбы. Следовательно, она что-то задумала. Осталось лишь выяснить что.

Я вновь бросил хмурый взгляд на кровать. На императора я работал не сказать, чтобы очень уж давно, но достаточно для того, чтобы с первого взгляда определять достоин ли человек уготованной ему участи или нет. Эта девушка явно не заслуживала смерти. Но приказ есть приказ. После того, как она все расскажет – придется ее убрать.

За последние пару лет она едва ли не единственная, кто вызывал жалость и сочувствие. Хотя вот как раз жалости тут и не было, скорее уважение. Но все это не важно, приказ императора нужно исполнять. Каждый, кто замешан в историю с похищением амулета, весьма близок к смерти.

Глава 3

Альена

Проснулась я, как всегда, от кошмара. Но это все стало уже чем-то обыденным. Сдерживать себя научилась давно, так что кроме бледной кожи следов плохого сна не было. Да и это скоро пройдет. Хмурым взглядом окинула дрыхнущих охранников. Впрочем, Айк проснулся, как только я села на кровати.

– Доброе утро, – настороженно сказал он.

Я ему лишь кивнула в ответ и поспешила умыться. С вечера так и не смыла косметику – было не до того. Да и волосы толком не расчесала. Вот сейчас и буду мучиться.

– Что ты делаешь? – услышала со стороны Вольхана спустя пару минут.

– Привожу себя в порядок, разве не видно? – огрызнулась я, только закончив с водными процедурами.

– Но… ты такая красивая… – тем же удивленным тоном сказал он.

– Ты что, раньше девушек не видел? – раздраженно спросила я.

В свете последних событий я весьма остро реагировала на замечания о моей привлекательности. Да и трезво оценивала свои внешние данные. Симпатичная, но не больше.

– Знаешь, мне тоже непривычно. Обычно, девушки, смывая косметику, превращаются в нечто обыденное, градус привлекательности снижается. У кого-то больше, у кого-то меньше. В редких случаях ничего не меняется или открывается иная грань красоты. У тебя же наоборот, – заметил Айк.

– Напомни, сколько вы меня искали? – хмуро спросила я.

– Ты права. Маскировка то, что надо, – одобрительно усмехнулся он.

Но буквально через секунду несколько виновато отвел взгляд в сторону.

Будто не знаю, что свидетелей живыми не отпускают. Ничего, мы еще повоюем. Я расчесала свалявшиеся после сна волосы и заплела кое-как в простую косу.

– Я готова. Выходим? – деловито поинтересовалась, закончив приготовления.

Мужчины, больше не сказав ни слова, проследовали за мной к выходу. Не знаю как Вольхан, а Айк ждал от меня какой-то неожиданности. Об этом свидетельствовали его нервные немного скованные движения и цепкий взгляд, который он от меня не отводил. Но пока была в людном месте, я не беспокоилась. Наоборот, усиленно показывала, что ничего не боюсь.

На выходе из таверны поздоровалась с трактирщиком.

– Альена? Тебя прямо не узнать. А я давно говорил попробовать сменить прическу и выспаться. Рановато ты уходишь. Заходить еще будешь перед работой? – заботливо поинтересовался он.

– Да, конечно. Вот, друзья сестры приехали, попросили город показать. Я скоро вернусь, – вежливо улыбнулась я.

Во дворе также поинтересовалась здоровьем конюха и попросила ближе к вечеру подвезти меня к библиотеке. И на самой улице встречному пацаненку дала монетку, чтобы он сообщил госпоже Астрид о моем возможном опоздании. Все это я выполнила ненавязчиво, будто сегодня обычный день. И каждому не забыла сообщить, что пошла со знакомыми своей сестры.

По-настоящему эта информация дойдет лишь до Астрид. Она знает обо мне все и уж тем более ей известно, что никаких родственников у меня нет. Значит, со мной что-то случилось. При благоприятных обстоятельствах я вернусь. А нет – и ждать меня не стоит. Как пришла, так и ушла.

Остальные диалоги же были для отвода глаз, да и просто, чтобы позлить своих "охранников". Чем больше народу знает, что я ушла в сопровождении двух мужчин, тем больше будет разговоров, если не вернусь. Конечно, сомневаюсь, что мне это хоть чем-то поможет, но усложнит жизнь моим сопровождающим точно.

К магическому нотариусу мы добрались быстро. И за пару монет он выделил нам комнату без окон с одним выходом, чтобы выполнить условия договора. Меня начала было колотить дрожь от безысходности, но я быстро взяла себя в руки. Мы еще поборемся.

– Ну, ты готова? – подал голос Вольхан.

В комнате находились стол и два кресла. Вольхан занял место за столом, Айк же остался стоять у двери и приглашающе указал на второе кресло. Я только фыркнула от подобной предосторожности и села на предоставленное место.

– Задавай вопросы, – сказала я вместо ответа.

На столе между нами лежал договор, в котором были написаны наши настоящие имена. Взгляд парня то и дело возвращался к строчке, где было мое имя. Видимо, он все силился прочесть его правильно. Но та магия, что позволила при переходе понимать здешний язык как разговорный, так и письменный, иногда давала сбой и я писала некоторые фразы на родном.

– Подожди. Сначала выясним до какой степени можно помочь тебе вспомнить при помощи магии, – помотал головой он.

В ту же секунду я почувствовала, как нечто чужеродное коснулось моего сознания, но не торопилось в него проникать. Я вся напряглась. "Щупальце" отпрянуло.

– Тебе больно? – тотчас же обеспокоенно спросил Вольхан.

– Пока нет, – насторожено ответила я и закрыла глаза.

Иногда мне удавалось заметить магию именно так. В последнее время это происходило все чаще. Не зря в моем распоряжении была вся библиотека.

Ко мне вновь потянулось "щупальце", но в этот раз оно было немного тоньше.

– Стой. А можешь сделать его еще тоньше? – спросила я, вспомнив некоторые моменты из книги по ментальной магии.

– Вообще могу, но такое действие предполагает очень больших затрат магии. Да и используется лишь тогда, когда нужно, чтобы объект не заподозрил вмешательства. Ты же и так знаешь, что сейчас происходит, – удивился моей просьбе Вольхан и продолжил тянуться щупом ко мне.

В следующую секунду мне будто кувалдой дали по голове. Судя по сдавленному возгласу, Вольхану также сполна перепало этих сказочных ощущений.

– А я говорила, – удовлетворенно произнесла я, вытирая кровь, потекшую из носа.

Маг только ошалело помотал головой, затем с подозрением уставился на меня.

– Ты училась в Академии?

– Нет. Я бывшая наложница, забыл? – язвительно напомнила я.

– Ты выставила защиту, – продолжил упорствовать он.

– Не я. Оно само. Магия мне не подчиняется, – пояснила неохотно.

– Тебя должны были лишить силы, как только их у тебя обнаружили. Или же, если достаточно средств, отправить в Академию, – в задумчивости отозвался Айк.

– В данный момент это существенно?

– Не особо. Продолжайте, – махнул рукой он.

– Сделай так, как я сказала. И тогда оно позволит тебе использовать магию. Как это будет выглядеть? Сам результат? – напряженно взглянула я на мага.

– Если все получится верно, ты у себя в голове увидишь все, что тогда происходило. Начнешь рассказывать, я буду задавать вопросы – ты описывать то, что видишь. Клятва на бумаге не даст тебе соврать.

Глубоко вдохнув, я кивнула. Постаралась абстрагироваться, настраивая себя, что все хорошо, здесь безопасно. Почувствовала легкое прикосновение к своим мыслям. Внутри меня будто зашевелилась какая-то сила. Я чувствовала, как она скручивается в тугие спирали, готовая защитить меня от чужеродного вторжения, но пока терпела. Пыталась представить себя плывущей по течению, полностью расслабленной. Судя по всему, мне это удалось.

   В какой-то момент у меня все немного поплыло перед глазами, и я на время перестала воспринимать действительность. Пришла в себя от легкого похлопывания по щекам.

– Альена? Ты в порядке? Все закончилось. Альена! – немного обеспокоенно спросил меня Айк, когда я проморгалась и немного потрясла головой, стремясь быстрее прийти в себя.

Но почти сразу меня догнали воспоминания сегодняшней ночи и утра. Мне хватило ума не показать, что я уже вновь чувствую себя нормально. Видимо, слишком увлеклась самовнушением, что полностью расслаблена и в безопасности. Такое уже было пару раз, когда мне нужно было срочно абстрагироваться от всего и побыть бездушной куклой.

– Да… Что-то мне нехорошо… – слабым голосом прошептала я.

Моя кожа на лице уже очень давно не видела солнечного света, будучи покрытой тональным кремом. На фоне более смуглой кожи рук и шеи, можно было сказать, что я побледнела.

– Прости, я старался как можно аккуратнее, – виновато извинился Вольхан.

   Я удивленно на него взглянула, не ожидая подобного признания. Айк также выглядел обеспокоенным, но не из-за моей судьбы. Это было ясно сразу.

– Не получилось? – осторожно спросила я.

– Ты что, не слышала? Сама же отвечала, – удивился маг.

– Нет. Я была занята тем, чтобы вновь тебя не оттолкнуть, – раздраженно ответила я, не торопясь вставать с кресла, в которое меня усадили.

– Ты все рассказала, что было в тот день. Ошибки быть не может – амулет попал к Радмиру и он его разделил, – ответил Айк.

– Тогда я могу идти, ведь так? – напряженно спросила я, готовая в любой момент уйти в сторону, позволяя внутренней силе действовать.

Вот только одно дело – совершить преступление против подонка, которого даже император не может прищучить, и совсем другое – против людей этого императора.

– Не все так просто, – покачал головой Айк.

– Вы обещали. Мне не нужны деньги – просто позвольте уйти, – твердо сказала я, поднимаясь на ноги.

В конце концов, с самого начала не верила в то, что мне заплатят и отпустят с миром. Хотя, надеялась. От наивности, увы, мне так и не удалось избавиться.

– В день, когда разделили амулет, они подстраховались. Наложили заклятье, согласно которому увидеть части амулета и взять его в руки сможет лишь тот, кто уже находился в комнате на тот момент. Радмир не такой уж дурак. Думаю, ты не случайно там была. Ты его страховка. На тебя это заклинание тоже распространилось – ты сможешь увидеть и забрать часть амулета, как бы она ни выглядела в тот момент, просто будешь знать, что это – оно. Мы не можем тебя отпустить, – покачал головой Айк.

– Прости! – услышала я со стороны Вольхана и не успела обернуться к нему, как мне сзади на голову обрушилось что-то тяжелое.

Айк

Девушка рухнула как подкошенная. В последний момент я успел ее подхватить прежде, чем она соприкоснулась с полом. Внимательно посмотрел ей в лицо. Сомнений нет – она без сознания.

То, что она нам рассказала, сильно подпортило наши планы. С другой стороны, теперь эту девушку нельзя убивать. Наоборот, лишь с ее помощью можно собрать все части амулета, а значит, ее нужно беречь.

Вольхан с сожалением взял в руки заверенный контракт. Повышенное чувство справедливости этого парнишки ранее не мешало делам, но и задания раньше были направлены против отпетых негодяев.

– Я ведь несильно ее? – тихо спросил он.

– Нет. Очнется через пару часов, – покачал я головой, подхватывая ее на руки.

– И что теперь?

– Нужно доложить императору. Не сомневаюсь, что он примет решение отправить Альену вместе с нами на поиски украденного амулета. А до того она побудет у меня. Нужно сейчас же ее туда доставить. Ты останешься с ней, я же отправлюсь в замок.

Мы молча вышли от нотариуса. Мудрый человек сразу заметил имперские нашивки на наших рукавах и даже слова не сказал о нашей спутнице, которая была без сознания. Ему еще детей на ноги поднимать, до чужих несчастий дела нет.

– Айк, ты договор рассматривал? – подал голос Вольхан, когда мы уже были почти у моего дома.

– Не было нужды. Ты же знаешь, – отмахнулся я, размышляя о своем.

– Девушку зовут не Альена.

– И что? Ясное дело, что она взяла другое имя после побега. Да и в гареме сомневаюсь, что была под своим именем, – не придал этому значения я. Тем более, что мы уже были у моего дома.

– Ты не хочешь знать как ее зовут? – все не унимался парнишка.

– Ну и как? – сдался я, укладывая бывшую наложницу на свою кровать.

– Я не знаю, – ошарашил меня Вольхан.

– То есть как? Ты же читал договор, я видел, – не понял я.

И даже на миг прекратил искать одну очень важную вещь в верхнем отделении письменного стола.

– В том-то и дело. Я не могу прочесть ее имя. Я не знаю на каком языке оно написано. Даже не уверен буквы ли это в нашем понимании. Отдаленно они похожи на руны, из которых состоят старые заклинания. Но это не они. И уж тем более не могу себе представить откуда эта девушка их знает, – затараторил Вольхан.

– Вот и спросишь у нее, когда очнется, – пожал плечами, защелкивая на запястьях девушки небольшие кандалы.

– Не слишком ли? – поморщился Вольхан неодобрительно.

– Поверь, я от этого радости также не испытываю, но мы не имеем права на ошибку – слишком многое стоит на кону. К тому же они легкие, цепочка меж ними скорее декоративная. Ты или я при усилии смогли бы ее порвать. Опять же, я ее ни к чему не приковываю. Просто если она надумает бежать и каким-то образом сможет тебя провести – это усложнит ей задачу. Да и на улице она с таким украшением далеко не уйдет, – поморщился я.

Мне тоже претило то, что я вынужден был делать. Но сейчас, когда стало полностью известно, что случилось с амулетом в тот день, у девушки были неплохие шансы выбраться из этой истории живой и, возможно, еще и получить что-то в награду. Во всяком случае, у меня есть несколько дней, чтобы убедить в этом императора. Недаром он правил уже столько лет без волнений и кризисов. Он с юности выделялся тем, что всегда умел принимать самое оптимальное решение в любой ситуации.

Глава 4

Альена

Я проснулась внезапно, будто от толчка. Голова гудела. Точно, мне же этот вшивый маг двинул по ней. Я не спешила подавать признаки жизни, анализируя ощущения.

Дико хотелось пить. Кроме этого и головной боли было что-то еще, что доставляло мне легкий дискомфорт. Но что? Лежала я на чем-то мягком. Воздух был чистым, вокруг стояла тишина. Хотя нет, кто-то в комнате все же был. Прислушавшись, я уловила его дыхание, когда он шумно вздохнул.

Лежать и дальше было бессмысленно, и я открыла глаза. Дернула рукой. Услышала мелодичное позвякивание. Скосила глаза на запястье.

– Что-о?! – вырвалось у меня. Даже Радмир меня никогда не сковывал.

– Ты проснулась? Прости, так надо, – услышала я смущенный голос Вольхана позади себя.

– И почему я прикована? – постаралась взять себя в руки я.

– Ты не прикована. Просто на руках эти браслеты. Это идея Айка, не моя, – поспешно открестился он.

Я тяжело вздохнула. Что с ним поделать? Сев на кровати, поморщилась. Боль в голове еще давала о себе знать.

– Чем это ты меня? – хмуро поинтересовалась я.

– Пепельницей, – застенчиво ответил он.

Я на него удивленно воззрилась. Мда, такого не ожидала.

– Прости, нельзя было допустить, чтобы ты сбежала. Пить хочешь? – спросил он между прочим.

– Да. Давно я здесь? – задала я следующий вопрос, напившись воды.

– Не очень. Час, от силы полтора, – ответил он, избегая смотреть мне в глаза.

– Ясно. И часто вы похищаете девушек?

– Что? Нет! Никогда. Ты первая, – заверил меня он.

– Приятно быть первой, – промурлыкала я, томно поведя плечиком.

Вольхан закашлялся. Я же равнодушно отвернулась, рассматривая обстановку. Здесь было уютно, хотя и на мой вкус чересчур строго. Деревянные панели на стенах, массивный письменный стол из темного дерева, пара кресел в углу, небольшой шкаф для одежды из того же материала, что и панели. Небольшая, но мягкая кровать. Пожалуй, все. Но это лучше, чем сверхроскошная обстановка гарема, где все утопало в шелках, мехах и золоте. И уж тем более лучше, чем старая, провонявшая дымом и спиртным таверна.

– Где мы?

– Это дом Айка, – помявшись, осторожно ответил парень.

– А где он сам? – поинтересовалась, поняв, что Вольхан здесь остался сторожить меня, чтобы не сбежала.

Не скрою, такие мысли меня уже посетили. Вот только не зная, где именно нахожусь, не имея места, куда можно бежать и без гроша в кармане – далеко не уйду. Да и Вольхан не будет спокойно наблюдать. А мне нужно время. Хотя парень он, судя по всему, совестливый, может и удастся убедить его отпустить меня.

– Ушел по делам. Ты не нервничай, все будет хорошо, Айк что-нибудь придумает, – принялся уговаривать меня Вольхан, по-своему трактовав мое молчание.

– Что со мной теперь будет? Я не хочу умирать молодой. Я так мечтала о свободе, – страстно начала шептать я, заламывая руки и, будто не нарочно, позвякивая цепями. При этом с мольбой смотрела на Вольхана глазами, полными слез.

Давить на жалость – первое, чему научилась в гареме. Сопротивляться не сразу стала, слишком боялась. Это потом уже, когда стала любимицей Радмира, осмелела. Ну а после одного случая мне стало просто плевать на свою жизнь и последствия моих поступков. Впрочем, сейчас не об этом.

– Ты будешь жить, и свободна будешь, но потом. Просто поможешь вернуть амулет – и все. Не стоит думать, что мы бессердечные. Ты тут в безопасности, – поспешил заверить меня он.

И, что самое странное, он действительно верил в свои слова. Такой большой мальчик, а еще такой наивный. Я едва сдержалась, чтобы скептически не хмыкнуть на его слова.

Вместо этого опустила голову вниз и немного мотнула головой, позволяя волосам рассыпаться по плечам. После чего горько всхлипнула и слегка срывающимся голосом прошептала:

– А ведь мои родители наверняка уверены, что их дочь мертва. Я так и не смогла вырваться, чтобы вернуться к ним.

Это была ложь. Родителей моих уже давно похоронили, возможно, вместе со мной.

– А как ты попала в гарем? – заинтересовался Вольхан.

– Не знаю. Мне кажется, это была какая-то магия. А потом меня просто не выпустили. И только мне удалось сбежать – появились вы, а мне теперь грозит смерть, – я горько разрыдалась, усиленно всхлипывая.

– Говорю же, ничего тебе не грозит. Скорее всего император после отчета Айка постановит, что ты отправляешься с нашей командой в путь. Сразу после того, как опознаешь к кому именно нам нужно наведаться, – все же не сдавался Вольхан.

Из этих слов я поняла, что Айк на приеме у императора. Пока император освободится, пока Айк расскажет все, пока они подумают вместе над решением, пока Айк вернется. Много это или мало? Смотря сколько идти к замку. Достаточно ли этого времени для того, чтобы я поняла, в какой части города находилась, добежала до таверны, забрала вещи и с людским потоком вышла за ворота? Не знаю. Может и успею, если буду действовать немедленно.

– Пожалуй, ты прав. Спасибо, что утешаешь меня, – слабо улыбнулась я, сморгнув последние слезинки.

И да, я относилась к тем счастливицам, которым слезы к лицу. Кончик носа слегка покраснел, уголки губ опущены вниз, на щеках блестела влага, взгляд трогательно беззащитный.

   Вольхан аж дернулся, когда я на него посмотрела с надеждой. Машинально похлопал себя по карманам, не в силах отвести виноватого взгляда.

– Я… Сейчас я дам тебе платок, – сказал он и повернулся к столу.

Бронзовую старинную лампу, стоявшую у изголовья кровати, я приметила сразу. Не раздумывая больше ни мгновенья, схватила ее и изо всех сил приложила ею Вольхана по затылку. Парень без чувств рухнул на пол.

Ничего, затылок за затылок – у меня голова тоже еще болит. Наручники я осмотрела еще, когда срывающимся голосом говорила с Вольханом, опустив голову. Браслеты явно были рассчитаны на мужские запястья – охватывали руку не плотно. Я прикусила губу и попыталась сдернуть браслет с одной руки, максимально сжав кисть руки, чтобы она стала уже, но он не поддавался. Не теряя больше времени и не обращая внимания на боль, резко дернула его.

Руку словно обдало кипятком. Я мельком взглянула на содранную кожу – ничего особенного. То же самое проделала и со второй рукой. Небольшая капля крови пробежала по коже и упала на пол. Туда же я бросила наручники. В руке лежавшего Вольхана я заметила платок, который он все же успел достать.

Наспех протерла им саднящие запястья и бросила испачканный клочок ткани тут же, сама быстро бросилась к выходу. К счастью, дверь даже не была толком заперта.

Район, в котором оказалась, был мне знаком, видимо, удача вновь мне улыбнулась. И я помчалась к своей таверне, спеша как можно быстрее убраться из этого города, захватив все самое необходимое.

Айк

Я возвращался домой после встречи с императором. Как и думал, тот пожелал вначале лично побеседовать с девчонкой. Встреча была назначена на завтрашний вечер, но я был знаком с представителем правящей династии не первый день. И уже понял по глазам, что в случае успешного возвращения амулета ей больше ничего не будет угрожать. И если она додумается попросить дальнейшую защиту от Радмира – также сможет ее получить.

Мой дом находится недалеко от замка, так что пришел туда быстро. Первое, что меня насторожило – это была тишина. Я быстро вошел в спальню, где оставил Альену.

На полу лежал Вольхан, а девушки не было. Первым делом привел в чувство парня. Возле него обнаружил наручники, немного испачканные кровью и свой платок, который до этого лежал в столе.

– Что здесь произошло?! – не сдержавшись, рявкнул я.

– Она плакала. Я пытался ее утешить и повернулся искать платок, – немного заторможено ответил маг, сжавшись под моим взглядом.

– То есть, ты, один из лучших выпускников Академии, повернулся спиной к девчонке, которая непонятно как выбралась из охраняемого гарема и при этом, если верить слухам, убила двух людей и покалечила еще троих?! – заорал я.

Вольхан еще больше сжался, напомнив собой беззащитного щенка. Я, не сдержавшись, от души стукнул кулаком в стену.

– Через сколько времени после моего ухода она очнулась? – постаравшись взять себя в руки, спросил я.

– Час. Может, чуть больше. И еще минут двадцать сидела на кровати, – подумав, ответил Вольхан.

– Итого, я с ней разминулся минут на пятнадцать. Не страшно. Сиди, сейчас я вернусь с ней, – приказал я и повернулся на выход.

– Айк… – позвал меня маг.

– Что? – спросил я, не оборачиваясь.

– Все равно, помягче с ней. Сдается мне, к Радмиру она попала не добровольно, – заметил Вольхан.

– Много ты понимаешь, – фыркнул я и выскочил из дома.

Альена

Я торопилась как могла. Меньше минуты мне понадобилось на то, чтобы сообразить куда идти. К сожалению, бегущая девушка привлечет много лишнего внимания, так что пришлось ограничиться быстрым шагом.

Конечно, было бы разумней не возвращаться в таверну, а сразу идти к городским воротам, но здравый смысл подсказывал мне, что без денег, еды и некоторых необходимых вещей я все равно далеко не уйду.

До таверны я добралась довольно быстро. Бегло кивнув хозяину, метнулась в свою комнату. Быстро начала кидать все необходимое в дорожную сумку.

Но я переоценила свои возможности. Услышав шорох, подняла голову. В дверях стоял Айк. Я напряженно замерла.

– А дальше что будешь делать? – почти спокойно спросил он, но я заметила, что его кулаки сжимаются и разжимаются от едва сдерживаемой ярости.

– Почему бы вам меня не отпустить? Я ведь просто хочу жить свободной. Это так много? – устало вздохнула я, толком не надеясь на ответ.

– Это возможно. После того, как ты поможешь вернуть амулет, – все же ответил он.

– Угу. Так же, как вы собирались отпустить меня после того, как я вам все расскажу? – скептически ухмыльнулась я.

Айк на секунду отвел глаза. Была бы супергероиней – воспользовалась моментом. Но я всего лишь девушка, которая трезво смотрит на жизнь, и понимала, что с этим бугаем мне не справиться и не убежать от него.

– Ситуация изменилась. Тебя хочет видеть император. Он задаст пару вопросов, предложит помочь в поиске и возвращении амулета. Попытаешься отказаться – заставят. Рискнешь сбежать – все равно найдут и убьют. Согласишься – после удачного разрешения ситуации можешь рассчитывать на свободу. Возможно, даже награду, – сухо ответил он.

– Почему я должна верить? – замялась я.

– А у тебя есть выбор? Хотели бы – ты бы давно уже была мертва. И твой спектакль утренний не помог бы, – хмыкнул он.

Его доводы звучали логично. Да и в конце концов, что мне терять? Я не тешила себя иллюзиями, знала, что рано или поздно меня найдут. Смерти также не боюсь. Но если есть шанс ее избежать, хоть и мизерный, почему бы не воспользоваться?

– Я согласна. Обещаю, что до встречи с императором не буду пытаться сбежать. В свою очередь, пообещай мне безопасность на тот же срок, – решилась я.

– Согласен. Идем, – сказал он и подал мне руку.

Я в недоумении на него уставилась. Тот поморщился, но не опустил ее.

– Сейчас пойдем к хозяину таверны, и ты скажешь, что… ммм… твоя матушка расхворалась и ты уезжаешь, чтобы за ней ухаживать. Заплатишь, если ему должна. Сюда ты больше не вернешься. Во всяком случае, пока не будет найден амулет, – деловито сказал он.

Я пожала плечами. Он был прав. Если выживу – скажу, что уже вернулась от матери, а нет – незачем посвящать всех в мои проблемы.

Хозяин таверны лишь сочувственно покивал головой на мой рассказ о "заболевшей матери" и пообещал до последнего в мою комнату никого не селить на случай, если я вернусь. Я постаралась как можно беспечней улыбнуться и пообещала, что как только вернусь в город – сразу же к нему и отправлюсь. За вещами, которые я оставила в комнате, он также обещал присмотреть.

Чем дальше отходила от таверны, тем неспокойнее мне становилось, но тем больше мне хотелось облегченно вздохнуть. Наконец-то можно перестать прятаться. Все же спокойная рутинная жизнь не для меня.

– Ты даже не спросишь как Вольхан? – внезапно отвлек меня от мыслей голос Айка.

– А что с ним не так? Ударить чересчур сильно я при всем своем желании не могла. Будем считать, что это ответ на тот удар, которым он наградил меня у нотариуса. Опять же, будет ему наукой, что даже к самому слабому противнику нельзя поворачиваться спиной, особенно если его загнали в угол, – без каких-либо угрызений совести пожала я плечами.

– Справедливо. Покажи руки, – внезапно без перехода сказал он.

– Зачем? – я удивленно на него уставилась.

Кисти рук еще саднило, но кожу повредила несильно, ранки уже не кровоточили. Через несколько дней будет и вовсе незаметно, что что-то было.

Но Айк не стал слушать, а просто схватил меня за одну руку и задрал рукав. Хмуро рассматривал секунд десять, затем отпустил.

– И зачем? – устало вздохнул он.

– Послушай, не нужно из себя строить непризнанного героя. И ты, и я прекрасно знаем, что договор у нотариуса – это просто отсрочка. После моего рассказа вы бы меня убили. Масса лазеек в нашем договоре. Оцарапать немного руки – невелика цена свободы, – выпалила я.

– Я не о том. Ты далеко не дура. Иначе не сбежала бы от Радмира и не скрывалась бы так долго. Вряд ли ты на самом деле рассчитывала сбежать от мага, которому известен твой слепок ауры и от одного из лучших сыскарей. Я уж молчу о том, что искали бы тебя не мы одни. В лучшем случае тебя бы поймали к завтрашнему утру. Тогда зачем нужно было ранить себя, если твоя затея все равно обречена на провал? – повторил свой вопрос Айк.

– Я все это знаю. Но ты забываешь о главном человеческом чувстве, которое позволяет, бывает, выбраться из самой сложной передряги, – пожала плечами я.

– Любовь? – скептически хмыкнул Айк.

– Какая, к черту, любовь? О чем ты вообще? Я говорю о надежде. К тому же нельзя упускать из вида мое возможное везение. От стечения обстоятельств тоже много чего зависит, – принялась рассуждать я.

– И это то, что тебя толкнуло попытаться сбежать? – недоверчиво усмехнулся Айк.

– Нет. Я бы себе не простила, если бы просто сидела, ожидая решения своей судьбы. Я должна была хотя бы попытаться, – честно призналась я.

Айк кивнул каким-то своим мыслям и больше ничего не говорил.

У него дома меня ждал до глубины души обиженный Вольхан. На секунду во мне даже зашевелилась совесть, но потом затихла. Я не обязана с ними сюсюкать. Своя жизнь ценнее. Маг еще немного обижено посопел, но затем понял, что это бессмысленно.

– Посиди с ней, я приготовлю ужин, – между тем сказал Айк и ушел.

Наручники на меня надевать не стал, и на том спасибо. Я прошлась по комнате и села в одно из кресел. Вольхан, помявшись, сел в соседнее.

– Здесь нет какой-нибудь аптечки или просто чего-нибудь для дезинфекции? – первой подала голос я.

Маг хмуро на меня посмотрел, но на минуту вышел куда-то. Затем вернулся с чистой белой тканью и темной бутылочкой в руках.

– Показывай, – сказал он, кивнув на руки.

Я тут же закатала рукава и протянула ему свои ладони. Честное слово, больше разговоров, чем тех царапин. Маг намочил ткань и плотно прижал к ранкам. От неожиданности я зашипела рассерженной кошкой. Было такое чувство, что я окунула руки в кипяток.

– Терпи, сейчас пройдет, – приказал он, не ослабляя хватки.

Спустя несколько секунд действительно стало полегче. Ссадины еще немного щипало, но уже не так сильно. Затем он убрал ткань. Я тут же взглянула на руки, опасаясь увидеть ожоги. Но на удивление царапины выглядели так, будто они появились четыре дня назад. Я с уважением взглянула на бутылочку в руках Вольхана, которую он поспешил унести обратно.

Когда парень вернулся, я уже думала о другом. Вещи свои я хоть и успела собрать, но из одежды там был лишь теплый плащ, очередное бесформенное платье и наряд из гарема. А на встречу с императором нужно надеть что-то приличное. И накраситься соответственно. Печальной красивой девушке всегда верят и сочувствуют больше. Нужно этим пользоваться.

– Вольхан, Айк тебе не говорил, когда я должна встретиться с императором? – спросила я у мага, который занял второе кресло и скоса на меня поглядывал.

– Нет. Не успел. А что? – ответил он.

– Да так, неважно. Ну чего ты такой хмурый? Ты меня сегодня тоже ударил по голове, так что мы квиты, – пожала плечами я.

Вольхан согласно кивнул, но промолчал. Спустя еще минут пять, он все же сподобился до вопроса.

– Так что у тебя с магией не так? – не выдержал он.

– Все не так. Колдовать не могу. Магия, направленная против меня, бывает, действует, бывает – нет, а бывает, что и вовсе получается совсем другой результат. Я не знаю, – ответила я почти чистую правду.

Умолчала лишь о том, что примерно год назад мне удалось все же воспользоваться ею, именно так мне удалось сбежать. И именно с того момента я принялась мечтать об обучении в Академии Магии. Ведь глупо иметь силу и не иметь возможности ею пользоваться, правда же?

– А в школе что говорили? – спросил Вольхан.

– Какой школе? Обычной? – переспросила я, не поняв вопроса.

– У тебя есть дар. Значит, ты обучалась в школе с магическим уклоном, так ведь? – с нажимом произнес он последнюю фразу.

Я же поняла, что тут у меня имеется значительный пробел в знаниях. Честно говоря, даже не задумывалась, откуда берутся одаренные студенты. А среди книг, которые успела прочесть, подобной информации не было.

– Боюсь, я тебя не понимаю, – осторожно начала я.

– Сила появляется лет в восемнадцать-девятнадцать. Но понять, что у ребенка дар, можно уже лет в двенадцать-тринадцать. В этом возрасте дети проходят тест, результаты которого показывают родителям. Если дар слабый, но у родителей есть деньги – чадо переводят в школу с магическим уклоном, где учат как распознавать магические потоки, плести заклинания, видеть суть артефактов и прочие азы. Если у родителей ребенка нет денег, но сам он довольно талантлив, его тоже берут в школу. Обычно к выпускному вечеру у всех сила уже проявилась, но заклинаниям их еще никто не обучал. Тогда те, кто хотят обучаться, но не имеют денег, устраивают представление. Вся знать собирается посмотреть на это. И довольно часто половину таких школьников принимают на бюджетном основании, – объяснил Вольхан.

Что странно, я об этом ни в одной книге не читала. Впрочем, много ли книг успела прочесть за этот год так, чтобы понять о чем она, вникнуть в ее суть? То-то же.

– А как же те, кто учился в школе, но не имеют денег и никого не заинтересовали? – спросила я.

– Они могут пойти в ученики к магам или алхимикам. Не скажу, что это очень выгодно, они до конца своей жизни (если, конечно, не решились отказаться от магии) имеют статус помощника и не могут возвыситься. Ведь ни силы, ни знаний особых не имеют. Но зато их зарплата немаленькая, – пожал плечами маг.

– Жестоко. Знать, что в академии учатся такие же, как ты, но им просто повезло родиться в богатой семье. Ты же на всю жизнь останешься обслуживающим персоналом, – заметила я.

– Знаю. Но государственной казне очень дорого обходится содержание Академии. Дорогие препараты, редкие ингредиенты, вечный ремонт, устранение последствий, в виде неправильно вызванных духов или поднятого мертвеца. Когда-то давно в Академию принимали всех желающих. Но сейчас мы просто не можем себе этого позволить. С каждым годом бюджетных мест все меньше. Сдается мне, что со временем они и вовсе исчезнут. Но те, у кого родители не имеют средств на обучение в Академии, редко стремятся учиться в школе. В последнем году там было всего четверо таких. Но всех четверых взяли в Академию. С осени начнут там обучаться. Если еще вступительный экзамен пройдут. Довольно частая практика – отречение от дара еще до того, как он открылся. Такова жизнь, – разъяснил мне маг.

Я в задумчивости покивала. Вольхан же с нездоровым интересом на меня уставился.

– Что?

– Откуда же ты такая взялась, что не только не проходила тест на способности, но и не знаешь о нашей системе образования? – с подозрением спросил он, сузив глаза.

Вот, а еще совсем недавно таким милым казался. Я тяжело вздохнула. Еще не хватало, чтобы меня приняли за иностранную шпионку.

– Из гарема. Забыл уже? – немного грубо ответила я.

– А до гарема ты где жила, в каком городе? – не унимался он.

– Кроме этого города и гарема я нигде не была, сколько помню себя в этом мире. И это не важно, – сердито отрезала я.

И это он мне показался простачком? Да я теперь не знаю от кого больше угрозы исходит: от него или от Айка! Впрочем, сразу после моей реплики он успокоился и, мне кажется, даже немного смутился.

– Хочешь, я принесу какую-то клятву, что не являюсь шпионом, никому не сливаю информацию и даже не знаю о политической ситуации в стране? – миролюбиво предложила я.

И это была чистая правда. В библиотеке были стеллажи с подобной литературой, но меня совсем не тянуло читать это. Я общие знания о мире прочла, какие страны есть – также знаю. Имя императора… ммм… знала. Сейчас как-то вылетело из головы. Ну, мне это знание особо не нужно было. Раньше.

– Не надо. Не похожа ты на шпионку, – поморщился он.

Я хотела было продолжить налаживать отношения с магом, но тут вернулся Айк и сообщил, что ужин готов. При этом он с подозрением осмотрел нас. И в первую очередь меня. Хотелось было помахать ему ручкой с мирной улыбкой, но я себя остановила. То, что шаткое перемирие у нас налажено, еще ничего не доказывает. Главное, что скажет император. Надо бы, кстати, вспомнить или узнать его имя хоть. А то неловко как-то.

Глава 5

На ужин была вареная картошка и жареные колбаски. Просто и вкусно. Хотя, хоть убейте, не могу представить Айка, который чистит картошку. Как выкалывает ножиком для чистки кожуры кому-то глаз – тут фантазия работает, что будь здоров. А вот на бытовых вопросах начинает сбоить. Впрочем, я ее понимаю.

Хотя, тут вспомнила о том, что картофель перед жаркой нужно еще порезать. Честно попыталась представить сие действие с Айком в главной роли. Ну, что я могу сказать? Если предположить, что картофель воодушевленный и нападет на воина, а он его крошит мечом – то да, вполне себе нормальная картинка стоит перед глазами. Я еле сдержалась, чтобы не хихикнуть – явно меня не в ту степь понесло.

Айк, словно догадавшись, о чем я думаю, с каким-то непонятным напряжением на меня уставился. Я тут же стала серьезной, нашла время дурачиться. Все же не в гости к друзьям зашла. Встретилась с ним глазами, но ни единой эмоции не смогла по ним прочесть. То ли ему польстила, когда решила, что он очень умен, а он на самом деле тупой качок, исполняющий приказы. То ли наоборот, недооценила, и он еще более опасен, чем мне представляется. Что ж, будем отталкиваться от последнего.

– Ты доела? Нужно обсудить твои дальнейшие действия, – прервал мои раздумья он.

Я не доела, но после такого заявления мне кусок в горло не полезет. Поэтому молча отодвинула тарелку и поднялась из-за стола. Было бы совсем нелишним попроситься принять ванну и выпросить что-то на сменную одежду, но это можно сделать и после. Разговор так разговор.

Мы прошли в другую комнату, где я еще не была. Обставлена она была тоже довольно скромно. Диван, два книжных шкафа, камин и журнальный столик, мохнатая шкура у камина. Впрочем, вполне возможно, что это такой ковер, я особо не рассматривала. Вроде все.

Айк с Вольханом уселись на диван и приглашающе кивнули мне на место рядом с ними.

Я немного потопталась и села на покрытие у камина. И да, это все же была шкура. Черная, большая, с очень длинным и мягким мехом. Хотелось бы увидеть зверя, который ее носил в ареале его обитания.

Мужчины смотрели с удивлением на то, как я удобно располагаюсь на шкуре, поджав под себя ноги. Понимаю, это выглядело странно. Но на это есть несколько причин. Первая: меня напрягает, когда я сижу близко к мужчине, думаю, не стоит объяснять с каких пор. В соседних креслах еще ладно, и то – если они стоят не впритык. Вторая: мне действительно удобно так сидеть, и я не считаю себя униженной, смотря снизу вверх.

Еще до гарема любила садиться на пол вместо стула. Конечно, только у себя дома. В гареме это стало скорее необходимым условием, но ничего скверного в этом не видела. Сидеть ведь тоже можно по-разному. Вот я и устраивалась всегда с комфортом. И третья: мне действительно интересно было, что именно лежит у камина: шкура или все-таки ковер.

– Завтра в шесть вечера император желает встретиться с тобой. После этой встречи станет намного проще. Все зависит от его решения, но нет причин думать, что оно будет отличаться от тех предположений, что я тебе поведал по дороге сюда. Ты должна быть готова к тому, что он начнет расспрашивать тебя о прошлом. Мне нет никакого дела откуда ты. Советую не врать, либо же называть такие факты, которые невозможно проверить, – мягко намекнул мне Айк на то, что мне необязательно раскрываться полностью перед правителем.

– Хорошо. До тех пор я останусь здесь, правильно понимаю? – спросила я.

– Да. Бояться тебе нечего, – кивнул Айк.

– А как зовут императора? – так и не смогла вспомнить я.

– А ты не знаешь? – удивился Айк.

– Знала. Но забыла, – невозмутимым тоном сказала я, не удержавшись, скорчила рожу.

Маг, взглянув на меня, прыснул от смеха. Мы с Айком покосились на него, мол, чего это он?

– Простите, вспомнилась бытность студентом, – ответил он.

– Императора зовут Джустис Донован Вилберн. Странно, что ты не знаешь, – неодобрительно покосившись на мага, ответил Айк.

– Все три имени его? – удивилась я.

Вспомнила, что слышала первое имя, но не все три сразу. Хотя, может, не обратила внимания? Чем больше я попадаю впросак на простых вопросах, тем больше понимаю, что какую-то не ту литературу читала в библиотеке. Действительно, зачем мне знать, как уничтожать нежить второго уровня? Или как готовить некоторые зелья? Хотя, последнее, возможно, мне бы пригодилось. В любом случае, множество книг, которые прочла, помогли бы мне учиться в Академии, но не использовать добытые знания в повседневной жизни.

– У правящей ветки принято первым называть свое имя, вторым – имя отца, а третьим – имя деда. Этим самым показывая, что за его спиной поколения правящей династии, – пояснил уже Вольхан.

Я задумалась. Было у меня когда-то давно такое увлечение. Пыталась понять о человеке, исходя из его имени. Иногда удавалось.

Имена местных для меня все иностранные, но конкретно этих трех имен я даже знаю значение. Первое вроде как «справедливость». Или «правосудие?» Что-то около того. Второе – «темный». Третье – «радостный» или же «весенний»? В любом случае, что-то близкое к этому. Интересно, у них те же обозначения? Нужно будет как-нибудь спросить у Вольхана. При условии, конечно, что я переживу завтрашний вечер. Кстати, значение имени Айк «рассвет». Но что-то не вяжется оно у меня с этим громилой.

– Это все? – поторопил меня Айк.

– Я могу принять ванну? – спросила я.

– Да, конечно. Сейчас покажу, где она находится, – ответил мужчина.

– И мне нечего надеть на смену. А это платье я хочу постирать, – смущенно сказала я.

Не то, чтобы совсем смутилась, но не очень приятно объяснять такие простые вещи мужчинам. Могли бы и сами додуматься. В сумку, которую я успела захватить из таверны, покидала лишь самое необходимое. Да и не успела ее толком собрать. Ни сменного белья, ни сменной одежды. Зато теплое одеяло и косметичка на месте. Мда.

– Вольхан может сходить забрать твои вещи. Думаю, хозяин таверны уже разложил их по каким-то мешкам и затащил в кладовку, – пожал плечами Айк.

Маг без лишних споров кивнул головой, подтверждая, что ему это несложно.

– А пока он принесет, можно мне какой-то халат? – спокойно попросила я. В конце концов, сами сюда притащили – пусть хоть минимальные удобства устроят.

– Халаты не держу. Могу дать свою безрукавку, – вполне миролюбиво предложил Айк.

Я хотела было съязвить по поводу того, что по канонам фэнтези мне полагается рубашка, но вовремя вспомнила свои первые годы пребывания в этом мире и осеклась. На книжную версию событий, выполненных в ироничном стиле, моя история явно не тянет. Либо же я уж очень сильно чем-то не угодила автору.

Дальше Айк провел меня в ванную, показал, как включается горячая вода и где находятся моющие средства. Дал полотенце и безрукавку.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что она из какой-то необычной ткани черного цвета. На ощупь как шелк, но выглядит как обычная хлопковая ткань. Я не стала дальше рассматривать ее и включила набираться горячую воду. В таверне, где я жила, такой роскоши не было. Все обходились тазом, для которого можно было отдельно нагреть воду.

Сама же тем временем принялась раздеваться. С наслаждением избавилась от уже несвежего платья и простыни, которую плотно обматывала вокруг своего тела. Мало того, что оно и так приносило дискомфорт, еще и жарко в нем. Ну теперь хоть можно особо не заморачиваться с маскировкой. Если завтра император будет мне благоволить, то буду под его защитой, хотя бы на время задания. Если же нет – никакая лишняя тряпка и слой косметики меня не спасет.

Как ни странно, но я не боялась предстоящей встречи. Даже, можно сказать, ждала ее. У меня появилась надежда на то, что моя жизнь сможет измениться к лучшему. И то, что с такой же вероятностью она может завтра оборваться, меня также не пугало. Появилась мысль, что если бы та сила, которая помогла мне сюда попасть, желала бы моей смерти – я бы давно уже была мертва. И даже если такие суждения ошибочны – что ж, я должна была умереть еще четыре года назад мучительной смертью. Какими бы ужасными не были эти года, но я их прожила, а не лежала в могиле. Стоит ли оно того? Думаю, да. Я слишком хотела жить. И если бы мне вновь предоставили выбор, я бы не изменила своего решения.

Так рассуждая, нежилась в теплой воде, разве что не мурлыча от удовольствия. Возможно, даже ненадолго уснула. Сказались практически бессонная ночь и переживания. Во всяком случае, я вздрогнула, когда в дверь постучали.

– Альена?! – немного обеспокоенный и сердитый голос Айка.

Но не успела я ответить, что все в порядке, как дверь распахнулась. От неожиданности дернулась и с головой ушла под воду. Впрочем, тут же отфыркиваясь, вынырнула и сердито уставилась на мужчину.

– Нельзя было подождать, пока я отвечу, прежде чем врываться ко мне?! – возмутилась я.

– Прости. Но я стучал и звал несколько раз. Ты не отвечала, я допустил мысль, что ты как-то нашла способ улизнуть отсюда, – нехотя ответил Айк, не спеша уходить.

– Кажется, я немного задремала. Скоро выйду, – смутилась я.

– Хорошо.

– А пока, может, подождешь за дверью? – намекнула я, видя, что Айк не торопится выходить.

Хотя, нужно отдать ему должное, на меня тоже особо не смотрел.

– Буду ждать за дверью, – так же спокойно ответил он и закрыл за собой дверь.

Дальше я без задержек вымыла свои волосы и выскоблила тело мочалкой. Гель полностью смылся с головы, вернув волосам природный оттенок. Как высохнут, нужно будет заплести косу, иначе с этой кудрявой копной так легко не справиться.

Тщательно вытершись большим полотенцем, надела безрукавку Айка. Как и ожидалось, она была на меня не просто большой, а огромной. Постоянно норовила соскользнуть с плеча. Но это еще не все. Ткань вела себя словно живая. Нигде не топорщилась, но как будто пыталась обтянуть то одну часть тела, то другую. По ощущениям это было, как если бы кто-то гладил меня по спине, животу, бокам. Правда, радовало, что длиной она мне была на ладонь выше колена и сама по себе была довольно плотной, так что временное отсутствие белья не особо тревожило. Скоро придет Вольхан, если еще не пришел, и в своей сумке я найду все необходимое.

Я быстро простирнула платье и простыню, повесила там же. Если Айк скажет, перевешу в другое место. По ходу обнаружила еще одно свойство безрукавки – воду она не пропускала. И капли, что стекали с волос, так же быстро пробегали по спине и груди и падали на пол.

Подумав, обмотала полотенце вокруг талии, на манер юбки с запАхом. Все же так было спокойнее.

После этого вышла из ванной. Айк обнаружился здесь же. В ванную можно было попасть только из его спальни, так что мужчина ждал меня, сидя в кресле. Немного удивленно уставился на мою «юбку», но ничего не сказал.

Я внимательно на него посмотрела. Короткий ежик волос на его голове подсказал мне, что расческа у него вряд ли водится.

– Дать расческу? – опроверг он мои мысли.

Я в ответ кивнула. Получив вышеозначенный предмет, принялась расчесывать волосы, которые яро сопротивлялись, запутываясь еще больше. Примерно через полчаса я справилась. Айк все это время тихо сидел и о чем-то размышлял, не сводя с меня внимательного взгляда.

У него на столе я заметила пару карандашей. Поэтому, особо не задумываясь, скрутила узел на затылке и скрепила его этими письменными принадлежностями.

– Интересное использование, – хмыкнул Айк.

В ответ лишь пожала плечами. Хотелось задать очень много вопросов этому мужчине. С другой стороны, я не была уверена, действительно ли хочу услышать ответы.

– Вольхан еще не пришел? – между тем спросила я, вспомнив о насущном.

– Пришел, оставил твои вещи и ушел, – пожал плечами Айк.

– Куда? – удивилась я.

– К себе домой.

– А вы разве не вместе живете? – вырвалось у меня прежде, чем я подумала.

Действительно, глупо рассчитывать, что два взрослых мужика будут жить вместе. По тяжелевшему взгляду воина поняла, что нужно срочно исправлять ситуацию.

– Я не в том смысле, что вы вообще вместе, а в том, что… В общем, просто забудь! – вконец запуталась я.

Айк насмешливо кивнул. Мы еще немного помолчали. В отличие от футболки, мокрое полотенце неприятно липло к ногам.

– А где мои вещи? – спросила я.

Мужчина кивком указал на небольшую сумку, лежавшую у шкафа. Ну да. Вещей у меня в принципе было немного.

Я подхватила ее и пошла в ванную. Открыла и задумалась. Понятное дело, белье надену в первую очередь. А дальше? Здесь всего одно платье. И его придется надеть завтра к императору. Не хотелось бы его сегодня случайно испачкать.

Подумав, решила остаться в безрукавке Айка. Но надела еще полупрозрачные шаровары из гарема. А что делать? Безрукавка не очень короткая, и ноги сейчас не совсем обнаженные. Пойдет.

Удовлетворенно кивнув своим мыслям, я вышла с сумкой обратно. Айк вновь проводил меня удивленным взглядом, но промолчал.

– Где я буду спать? – решила уточнить я.

– Здесь.

– А ты?

– В соседней комнате на диване. Я сплю чутко, не сбежишь, – добавил он.

– Я же пообещала уже, что не буду пытаться до встречи с императором, – раздраженно отмахнулась я.

– Не сердись, я напоминаю, – миролюбивым тоном ответил он.

Я лишь дернула плечом и принялась раскладывать на одной половине кровати платье. Мда, для похода во дворец оно явно не тянуло. Грязно-болотного цвета, оно как нельзя лучше подходило для путешествия. На нем ни одного пятна не будет видно. Бесформенное, с широкими рукавами, под талией перевязано серой тесемкой. Оно гарантировало, что ко мне никто не будет приставать в случае чего. Вот и вся его ценность.

– Ты намного худее, чем я думал, – вдруг выдал Айк и вновь замолчал.

Я искоса на него взглянула, но промолчала. Пыталась разгладить ткань, чтобы хотя бы не было мятым.

– Ты в этом завтра пойдешь? – с тщательно скрытым чуть ли не отвращением вдруг спросил мужчина. Я немного вздрогнула от неожиданности – не слышала, как он подошел.

– Либо в том, в котором я была, если высохнет. Уж извини, другого нет, – беззлобно огрызнулась я. Будто сама не понимаю, что стыдно в таком показываться императору.

– Я что-нибудь до завтра придумаю, – пообещал между тем Айк.

Я пожала плечами и скатала это платье обратно. Присела на край кровати и вновь распустила волосы – так они быстрее высохнут.

– Тебя действительно сложно было узнать. Ты сейчас, и ты вчера – будто совершенно разные два человека, которые никогда даже не встречались, – в задумчивости сказал он и присел рядом.

Я тут же вскочила и села в кресло. Ну не могу сидеть так близко от особы мужского пола. В глубине души вновь появляется то мерзкое, полузабытое чувство страха и отчаянья.

Айк на меня внимательно посмотрел, который раз за этот вечер, но ничего не сказал по этому поводу.

– Как тебя зовут? – будто вспомнив что-то, спросил он.

– Ты головой не ударялся? Альена я, – удивленно ответила я.

– Тебе это имя дали в гареме? – уточнил воин.

– Нет, – разговор мне перестал нравиться. Но ничего особо личного он не спрашивал, так что переживать пока нечего.

– Но и не родители? – полуутвердительно спросил он.

– Не родители, – согласилась я.

– Не бойся, особо упорствовать в вопросах не буду. Как я сказал в самом начале, твое прошлое меня не интересует. Есть желание – придумай себе другое, – внезапно спокойно сказал он, будто уловив напряжение, витавшее в воздухе.

– Как ты? – прежде, чем успела остановить себя, выпалила я.

Айк слегка вздрогнул, но потом улыбнулся. Странно, но не смотря на все, что по его вине я пережила за последние сутки, я не чувствовала к нему неприятия.

– Не исключено, – подмигнул он.

Мне захотелось улыбнуться ему в ответ, но сдержалась. Пока не время расслабляться.

– Ты как-то странно отреагировала на имя императора. Не поделишься? – переменил тему разговора Айк.

– Там, откуда я родом, верят, что каждое имя имеет собственное значение, которое влияет на судьбу человека. Согласно этому утверждению, император справедливый, а его дед добрый, связанный с весной, возрождением, – попыталась объяснить я.

– Да, так и есть. Дед нынешнего императора действительно приносил радость людям. Но при этом не особо смотрел на последствия и после его правления, отцу нынешнего императора пришлось ввести жесткие рамки. Это вывело империю из кризиса, но народ особой любовью к нему не воспылал, не понимая, что так лучше для всех, – согласился Айк, задумавшись.

Я хмыкнула. Имя отца императора, что означает «темный» – и тут подошло. Интересно, а как можно интерпретировать имя Айка? С чем обычно связано слово «рассвет»? Может, с надеждой? Хм… А почему бы и нет? Надежда на изменение моей жизни в лучшую сторону.

– А какое значение имени «Альена»? – поинтересовался он между прочим.

– Его нет. Хотя, если написать его буквами другого языка «Alien-a», то без последней буквы будет означать «чужой». Буква «а» на моей родине обычно символизирует принадлежность к женскому роду. Так что, можно сказать, оно означает «чужая», – немного грустно улыбнулась я.

– А твое настоящее имя, что тебе дали родители, имеет значение? – не унимался мужчина.

– Да, имеет. «Солнечная», «сияющая», «факел». Но это все ерунда. Я считаю, что никакое имя не может повлиять на человека без его желания на то. Каждый кузнец своего счастья, – отмахнулась я.

– Может, ты и права. Ладно, уже поздно. Завтра важный день, – сказал Айк и ушел в ванную, где сразу зашумела вода.

Я немного полежала еще в темноте, прислушиваясь к звукам, доносящимся с улицы. Но, в отличие от той улицы, на которой находилась моя таверна, там было тихо. Вскоре Айк вышел из ванной и ушел в другую комнату. Там он еще походил туда-сюда, затем скрипнул диван и все затихло. Я еще немного повалялась, анализируя сегодняшний день и прикидывая, хочу ли я забывать прошлое и подменять его ложными воспоминаниями, и, так ничего не решив, уснула.

Глава 6

Дико страшно. Но есть надежда, что все получится. Только бы он не вернулся. Знаю, глупо надеяться, но что ему стоит задержаться еще на пару месяцев? И Мэри обещала позаботиться о том, чтобы моя тайна никому не раскрылась.

В дверь постучали. Я соскочила с подоконника, на котором сидела, и быстро скользнула в постель под одеяло. Никто не должен узнать, что со мной происходит.

– Войдите! – немного испуганно крикнула я.

Дверь отворилась, и вошла Мэри. Я с облегчением вздохнула. Больше всего боялась, что увижу Рейгана. Это станет началом конца, когда за мной придет он. Ведь это будет означать, что Радмир вернулся. И ни для кого не секрет кого именно он захочет увидеть первой.

– Доброе утро, госпожа, я принесла фрукты. Вам полезно, – сказала она, низко поклонившись.

С одной стороны, служанки стоят на ступень ниже нас, наложниц, а вот с другой… Мы никогда не обретем свободы, а они ее получают сразу, как только наступает их законный выходной. Но ни мы никогда не завидуем им, ни они нам.

– Спасибо. Ничего не известно? – осторожно спросила я.

– Нет, госпожа, пока все тихо. А у вас как дела? Ничего не беспокоит? – спросила она.

Эта пожилая служанка единственный человек в замке, с которым я общалась. Иногда мне даже казалось, что она мне сочувствует. Но я ей благодарна хотя бы за то, что она меня не выдала и обещала помочь в дальнейшем. Если сможет.

– Все хорошо. Хочешь потрогать? Он опять толкается, – предложила я и откинула в сторону одеяло.

Служанка бережно прислонила ладонь к моему животу. Я закрыла глаза и с удовлетворением почувствовала, как маленький человечек внутри меня пихнул руку Мэри изнутри.

Господи, я ведь многого не прошу. Пожалуйста, пусть Радмира не будет еще месяца три, пожалуйста. Уже ведь было такое, что он почти год отсутствовал, мне рассказывали. Так почему бы ему и сейчас не попутешествовать подольше? Разве я так много прошу?

В ответ на мои немые мольбы раздался стук в дверь. Не дожидаясь моего ответа, она распахнулась. Я прижала к себе одеяло. Служанка от меня отскочила. В дверях стоял Рейган и как всегда мерзко щерил в презрительной ухмылке свои гнилые зубы.

– Ну, что, девка, радуйся – твой господин вернулся и ждет у себя. У тебя двадцать минут, чтобы привести себя в порядок и прискакать к нему. Он соскучился, – в своей обычной манере сообщил он и, развернувшись, ушел.

Я в ужасе обернулась к Мэри. Та поспешила отвести взгляд. По моим щекам побежали слезы. Неужели это все? Я провела рукой по животу. Мне не верилось, что у меня его отберут. А зря…

***

Я проснулась посреди ночи на подушке, мокрой от моих слез. Рука машинально потянулась к животу, так ярко было воспоминание. Но на полпути себя одернула. Этого нет, и уже никогда не будет. Я сжалась на кровати в комок, подтянув к груди колени. Слезы бежали по щекам, но я их не останавливала.

– Будь ты проклят, Радмир! Никогда не забуду этого, никогда… – тихонько прошептала.

В этот момент поняла, что прошлое отбрасывать в сторону не собираюсь. Это было и его не изменить. Я не собираюсь жить им, но и не забуду никогда. И сделаю все, чтобы отомстить Радмиру. Немного успокоившись, все же уснула и проспала без сновидений до утра.

* * *

Проснулась от того, что где-то зашумела вода. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, где нахожусь. Я села на кровати и посмотрела в окно. Солнце было довольно высоко, значит, меня не стали поднимать с рассветом. С другой стороны, на утро для меня ничего и не запланировано.

Дверь ванной отворилась, и оттуда вышел Айк. Вокруг его пояса было обмотано полотенце. Я невольно залюбовалась его телосложением. Довольно мускулист, рельефная грудь и руки наталкивали на вполне определенные мысли, но я рассматривала его с чисто эстетическим интересом. На смуглой коже поблескивали капли воды. Подняв взгляд на его лицо, поняла, что он внимательно рассматривал меня в свою очередь. Я не стала смущаться, а просто подмигнула ему и соскочила с кровати.

– Моя очередь, – сказала я и скользнула в ванную.

Там наскоро ополоснулась и попыталась разодрать волосы расческой, которую захватила с собой сюда. Уснуть с влажными волосами, склонными к кудрявости – не лучшая идея. Немудрено, что они лишь наэлектризовались и окутывали теперь мою голову пушистым облаком. Ну, не страшно, скоро успокоятся, а затем их заплету.

Когда я вышла в комнату, вместо Айка меня там поджидал Вольхан. Он с удивлением посмотрел на мои взбунтовавшиеся волосы, футболку Айка и штанишки с гарема.

– Что? – деланно изогнула одну бровь я.

– Да нет, ничего. Айк пошел куда-то по делам. Обещал вскоре вернуться, – ответил Вольхан, справившись с собой.

– Ясно. Может, проведешь меня на кухню? Я заодно что-нибудь соображу на завтрак, – предложила я.

А что, готовить я умела и любила еще у себя дома. Кроме моей мечты попасть в Академию, у меня была еще одна – обзавестись своим домиком, с уютной спаленкой, садиком у крыльца, маленькой кухонькой и, естественно, ванной. Но ни первая мечта, ни вторая не были достижимыми. Во всяком случае, в ближайшем будущем.

Вольхан без вопросов проводил меня на кухню и даже показал, как открывается холодильный шкаф – сундук с магической начинкой, в котором не портятся продукты.

Не мудрствуя лукаво, я сообразила огромную яичницу с луком, помидорами и колбасой. В расчете, что Айку тоже останется, когда вернется. Пока же мы сели есть с Вольханом без него.

– Слушай, ты меня, конечно, извини, но имя у тебя какое-то чересчур длинное и странное, – не выдержала я и высказала свою мысль, когда мы уже доедали.

– Думаешь, ты единственная, кто это заметил? Я из сиротинца. Какой-то крестьянин нашел меня у подножия дерева, в зарослях молодых саженцев ольхи. Заморачиваться с именем он не стал. Так и записали – Вольха. А когда он ушел, обнаружили, что я, как бы, не девчонка. Но вымарывать имя из книги не стали, просто дописали еще одну букву, – несчастным голосом ответил он.

– А сокращенно как? – не унималась я.

– Лучше никак, – поморщился он.

– А если я буду тебя называть Вол? Хотя нет. Звучит не очень, – отказалась от идеи я.

– Меня так в детстве дети дразнили, – согласно вздохнул он.

– Мда… А если Хан? – предложила я иной вариант.

– Хм… Хан… Ты знаешь, неплохо, – улыбнулся он.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.