# Проект Адам: Контракт Молчания

Юрий Кочетков

«Проект Адам: Контракт Молчания» – это не славный путь к будущему, а дорога в Ад, вымощенная благими намерениями.

Талантливый учёный Джон Картер желал изменить мир. Он и не подозревал, что мечта исполнится самым кошмарным образом. Работа в таинственной Организации или тюрьма?

Условия работы идеальны. Но правда ли всё это?

Вскоре рай оборачивается адом. Невероятные технологии и огромные ресурсы при полной изоляции от мира! Цель Организации – выйти на новый уровень человеческой эволюции! Но какова цена таких стремлений? Что скрывают те, кто носит маску добродетели?

Джон вынужден участвовать в жестоких экспериментах, скрывая ужас самообладанием. Но кто же сможет выслушать молодого исследователя и не сдать его Руководству?

Чтобы выжить, ему придётся играть «по правилам». Чтобы остаться собой – нарушить их. Спокойная равнодушная жизнь или спасание людей? Готовы ли Вы пройти с ним путь жестокости и коварства, сохраняя человечность и любовь к дорогим людям? Это ещё предстоит выяснить…

## Глава 1: Тайны нашего мира


– …Дамы и господа, поприветствуйте бурными аплодисментами лучшего выпускника нашего университета! На сцену выходи-и-т Джо-о-он Ка-а-рте-е-р! – Произнёс ведущий.

– Скажите нам, Джон, как Вам удалось достичь таких высот в обучении? Многие могут учиться хорошо, многие – отлично, но быть лучшим удаётся только единицам! – Продолжил он.

– Что ж, эта часть моей жизни была полна как трудностями, так и интересными приключениями! Однако я не хотел бы выделять одних людей как лучших, а других – как просто хороших. Все мы учимся, чтобы стать профессионалами в тех областях, которые в дальнейшем принесут пользу людям! – Ответил я, слегка волнуясь.

– Какая пронзительная речь! Превосходные человеческие качества только что продемонстрировал нам Джон Картер, прошу ваших аплодисментов, дорогие зрители!

– Однако скажите нам. – Продолжил ведущий с энтузиазмом. – Что Вы хотели бы сказать своим кумирам, а также нашим преподавателям и, особенно, студентам, которые только становятся на путь открытия и достижения в своей жизни новых высот?

– Самое главное – всегда быть хорошим человеком. И не забывать, что препятствия на вашем пути – это лишь способ улучшить свои навыки, свои духовные и нравственные качества. Ну и, конечно же, всегда помнить тех, кому вы были небезразличны. Благодаря своему стремлению стараться во благо людей, преподавателям, вложившим в меня частичку своей души, и всем тем, кто просто поддерживал и был рядом, мне удалось достичь больших высот как в учёбе, так и в других областях жизни.

– Вот такая красивая речь станет завершением нашего прекрасного вечера! – Cказал ведущий с удовольствием. – Пожелаем Джону Картеру удачи в его будущих приключениях, ведь я уверен, что их будет немало! Всем спасибо! – Закончил он свою речь и спустился со сцены.

«Да! Именно сейчас начнётся моя самая настоящая и увлекательная часть жизни!» – думал я, покидая сцену – «Передо мной столько возможностей, столько идей, ожидающих своего часа ворваться в мир под именем великого открытия Джона Картера и его команды!»

Вечер был довольно скучным. Все лишь ели и поздравляли меня с заслугами. Было не совсем очевидно, искренне они это говорят или из вежливости. Я не любитель шумных людных мест, поэтому как можно скорее удалился с праздника, отправившись к себе домой.


Моя новая жизнь началась так, как я и представлял себе. Завершив наконец своё обучение в университете, в скором времени поступил на работу в Научно-исследовательский центр. Было нелегко попасть туда, но моя небольшая известность помогла мне пробить защиту из их достаточно странных требований. К слову, мой багаж знаний пришёлся им очень кстати. Я с нетерпением желал взяться за опыты и исследования чего-нибудь нового и удивительного. Изобрести или сделать открытие того, что сделало бы прорыв в различных областях науки!

У меня всегда были знания и способности, намного превышающие уровень таланта моих сокурсников или одноклассников, да и в целом мне легко давалась и химия, и биология со всеми их тонкостями, поэтому попасть в научную среду после выпуска было достаточно простым делом.

Я был счастлив. Новое начальство и коллеги приняли меня с теплом и уважением, как будущего ведущего специалиста и товарища. Мне был предоставлен огромный набор оборудования, реактивов и прочих полезностей, что крайне сильно расширило спектр моих интересов и возможностей! Лаборатория, в которой я работал, стала тем самым вторым домом, в который всегда было приятно приходить.

Уже через некоторое время мне позволили собрать свою собственную команду, став в ней старшим исследователем. Мы могли самостоятельно ставить цели и работать над проектами, воплощая наши, с первого взгляда, невероятные мечты и задумки. Одной из таких целей стала разработка специального гена, способного повлиять на иммунную систему человека. Укрепить её многократно! Или даже сделать её неподвластной многим болезням! Что ж, если спуститься с небес на землю, скажу, что мы пока не добились чётких результатов, однако уже скоро сможем представить миру невероятную разработку!


Несмотря на непреодолимое желание отдать всего себя исследованиям и открытиям, мне не хватало порой спокойствия и умиротворения, а также родственной души, с которой можно было бы разделить и радость, и горе. В поиске истинной любви я в свободное время, а именно по вечерам, гулял в парках и других как более, так и менее людных местах. Но с личной жизнью мне не везло. То ли дело было во внешности, то ли мне становилось слишком скучно с теми, в ком я не находил вдохновение для новых своих открытий и идей. Не сказать, что у меня были слишком высокие запросы. Скорее, я просто прислушивался к чувствам своего сердца. Однако оно почти не давало откликов от времяпровождения с любой из девушек, с которыми успешно удалось познакомиться на прогулках.

Ещё я часто посещал специальные полигоны или иные стрельбища. Мне нравилось оттачивать свою меткость в стрельбе, хоть оружия своего не имел и понимал, что вряд ли мне это вообще когда-нибудь понадобится.

Такая, с одной стороны, не скучная жизнь продолжалась у меня примерно три года. Мне и моей команде удалось достичь невероятных высот в разработке нашего уникального проекта! Можно даже сказать, что мы уже буквально в шаге от феноменального прорыва. Остались считанные дни!

В целом, за эти годы я немало разбогател. Более мелкие, но не менее значимые разработки давались мне с трудом. Например, какое-нибудь лекарство или даже, как помнится, одна известная компания, включающая в себя лучшие салоны красоты в мире, сделала заказ в наш исследовательский центр на изобретение нового, крайне эффективного крема или мази для лица и кожи в целом. Бюджет был воистину колоссальный. Нам предоставили всё необходимое. Избегая подробностей, стоит отметить, что именно после этого заказа я смог позволить себе и машину, и дом! Страшно представить, сколько же денег получило моё руководство… Впрочем, не важно.

Вернёмся к нашему проекту. Я был так счастлив достигать всё больших и больших результатов, что начал рассказывать о них даже своему кактусу, не говоря уже о моём пушистом мяукающем друге – Яго. Однако последнее время мне начало казаться, что выносить свою идею за пределы круга команды и начальства – это пагубная идея. В течение времени я лишь только убеждался в том, что совершил очень грубую ошибку.

Как известно, слухи разлетаются быстро. Вы расскажете что-то знакомому из прошлого, он расскажет своему знакомому – и так множество раз по цепочке! В любой точке мира подобным явлением никого не удивишь. А вот кому попадёт эта информация – никогда не узнаешь!

В один пасмурный день я стал замечать на себе подозрительные взгляды. Люди в мрачных одеяниях с капюшонами или очень стильно одетые джентльмены с портфелями в тёмных очках – никто из них не сводил с меня взгляд. Хотелось бы верить, что это из-за растущей популярности, но нет! Их перекошенные лица и нахмуренные брови не внушали доверия.

Последствия моей чрезмерной болтливости не заставили себя ждать. Мне начали названивать люди с неизвестных мне номеров и предлагать сотрудничество. Но для подробностей они хотели очной встречи. Такой расклад дел немного пугал и вызывал волнение. Как удалось узнать позже по воле случая, а затем и от своих коллег, я привлёк внимание одной неизвестной всем нам организации, которая предложила моему начальству проспонсировать наш невероятный проект. Причём почти безвозмездно! Условием было лишь то, что мы обязуемся отправлять им отчёты и видеоотчёты о нашей работе, что было достаточно простым требованием. Моё руководство сразу дало добро. Так за нашими достижениями началась слежка. Однако почему-то членам этой организации были предоставлены мои личные данные, что, конечно же, мне не понравилось. К тому же, меня не покидало ощущение, что слежка за мной происходит не только в рабочее время, но и во всё остальное! Лучших друзей у меня не было, поэтому поделиться с кем-либо личными проблемами я не мог. Я решил, что стать тише воды, ниже травы – лучший способ погасить заинтересованность неизвестных лиц. Однако и это не помогло…

Однажды недалеко от работы меня поджидали какие-то люди. Они с доброй улыбкой и приятным дружественным голосом подошли ко мне и представились:

– Моё имя – Арнольд Кларк. Рядом со мной стоят мои коллеги – Джек Уэльс и Крис Фостер. – Сказал один из них, видимо, самый главный.

– Здравствуйте. Это Ваши люди мне названивают? – Ответил я слегка презрительным тоном.

– Скорее, наши партнёры. Однако оставим эти мелочи и перейдём к самой интересной части разговора. Во-первых, от всей души желаю поздравить Вас с такой великолепной идеей, которую, надеюсь, Вы уже в скором времени реализуете. Также хочу отметить, что мы почти безвозмездно согласились профинансировать вашу команду, так как видим всю сложность вашей работы.

– Благодарю Вас за это, но что Вам всё-таки от меня нужно? Меня охватывают сомнения, что только ради выражения своего понимания и восхищения можно караулить человека возле места его работы. – С подозрением произнёс я.

– Верно мыслите. Мне это нравится в Вас, Джон. Скажите, хотели бы Вы расширить масштабы своих исследований? Заняться более глобальными разработками, чем просто какое-то лекарство или крем для набора лучшей косметики этих столь небольших компаний?

– Столь небольших? – Арнольд смог поразить меня своим вопросом. – Их финансовый вклад был неоценим! И Ваш тоже, не отрицаю, но…

– Джон, подумайте. Хотели бы Вы выйти на новый уровень? Получить невероятную работу, крайне приятную заработную плату и, вновь упомяну это, возможность работать над проектами глобального масштаба? Новые технологии, всё ещё недоступные другим людям, новая команда самых лучших профессионалов со всего мира! – Он говорил это с такими горящими глазами, что трудно было не поверить в его слова.

– Это всё звучит очень заманчиво, однако у меня уже есть хорошая команда, прекрасная работа и проект, который вот-вот принесёт свои плоды! Более того – пользу всему миру! Мне просто непозволительно было бы бросить своё дело, когда я на пороге одного из величайших открытий!

– Как Вам проект по созданию гена или вещества, способного развить в человеке способности к невероятной регенерации? А что насчёт способностей организма противостоять критическим температурам? Ну и, конечно же, лаборатория с новейшим, самым передовым оборудованием? И в качестве приятного дополнения крайне высокая оплата труда.

– Вау… Это, конечно, удивляет… Ведь всего этого в мире ещё нет. Однако даже сейчас смею дать свой отказ. Я не могу подвести ни свою команду, ни своё начальство. Преданность – одно из важнейших качеств личности, которую не купишь за деньги. – Сказал я, хотя в уме был в восторге от такого предложения.

Несмотря на ещё несколько попыток завербовать меня непонятно куда, мне удавалось уверенно давать свои отказы. Хотя, когда Арнольд сказал, что будет позволено довести свой проект на новом месте, я немного замешкался, однако всё равно не отступал от своей позиции ни на шаг.

Видя свои безуспешные попытки убедить человека, уже сильно опаздывавшего на работу, эти джентльмены лишь улыбнулись и, слегка поклонившись, попрощались со мной.

– Благодарю, Джон Картер, за Ваше время и внимание. Мне кажется, что мы ещё встретимся. – Сказал Арнольд и удалился вместе со своими компаньонами.

Что ж, в тот момент я испытывал смешанные чувства. Однако небольшое волнение всё-таки захватило большую часть моей груди.

В конце рабочего дня я решил поехать в мой второй дом за городом, чтобы ненадолго отвлечься от городской суеты. К счастью, впереди были выходные, которые беспрепятственно позволяли мне совершить задуманное.

## Глава 2: Контракт «Молчания»


Внезапно зазвонил телефон. Мне пришлось резко подпрыгнуть с кровати в воскресное утро. Какой болван будет звонить в такую рань, да ещё и в выходной день?! Было трудно не проклинать его. С трудом дойдя до аппарата, я вяло поднял трубку и спросил, кто звонит.

– Хей, Джон! Это Элвис! Приезжай скорее! Знаю, что у тебя сегодня законный выходной, но тебе это безумно понравится!

– Вот именно – законный! – Ответил я с небольшим недовольством. – Говори, что случилось. Не хочу попусту ехать так далеко.

– Ты не поверишь, Джон! Наш проект наконец-то завершён! Испытания прошли катастрофически успешно! Мы хотим провести финальное испытание, но нужна именно твоя подпись, чтобы согласовать его с дирекцией! Да и разве не хочешь ты взглянуть на своё детище?! – С большим энтузиазмом словно кричал Элвис.

– Вот так поворот! Срочно собираюсь и выезжаю! – Обрадовался я столь приятным новостям.

В моей груди зародилось чувство долгожданной победы. Восторг переполнял всё тело! Я не мог не отреагировать на такое событие, поэтому начал быстро собираться и выходить из дома.

Ох! Я чувствую, что это будет самый лучший день в моей жизни! Вскоре моя нога надавила на педаль газа, всё увеличивая и увеличивая скорость машины. Благо, дорога была почти свободна, поэтому до города удалось домчаться за пятнадцать минут. В воскресенье по утрам всегда мало народу на улицах, чем мне вновь довелось воспользоваться, немного нарушая при этом правила дорожного движения.

Что?! Да вы издеваетесь! На самом коротком пути до моей работы расположились полицейские, перекрыв дорогу. Регулировщик показал направление, в котором я вынужден был двигаться. Но что же там могло случиться? Вот вам и безлюдное утро выходного дня… Пришлось съехать на другую двухполосную дорогу.

Впереди меня ехал большой чёрный джип. Думаю, его скорость была тридцать-сорок километров в час, что достаточно мало для почти полностью свободного пути. Естественно, первая мысль, которая меня посетила – это обогнать медленную черепаху и ускориться. Только я закончил перестраиваться и пошёл на опережение, как джип подрезал меня, резко перестроившись с одной полосы на другую, а затем сразу начал давить на тормоза! Моё тело вздрогнуло, и руки рефлекторно выкрутили руль влево, выводя меня на встречную полосу. Это была подстава! Моментальное столкновение со встречкой не дало мне возможности даже увидеть опасность перед собой. Всё случилось так быстро… Мимо разбитых машин пролетела ещё одна легковушка. Пытаясь в момент аварии избежать столкновения, она не справилась с управлением и улетела в витрины расположенного рядом магазина … Последнее, что я успел увидеть, – как тот самый джип ускорился и спокойно уехал с места происшествия. Затем наступила темнота…


Мои глаза потихоньку начали открываться… Я медленно оглядел глазами толпу, стоящую рядом. Это были врачи и полицейские, а также несколько групп зевак, вечно жаждущих поглазеть, что же произошло. До меня не сразу дошло, что моё потрёпанное тело лежит на носилках, а руки прикованы к ним наручниками. Один из врачей, закончив осматривать меня, повернулся к полицейскому.

– Это удивительно, но этот человек жив! Более того, он почти в полном порядке! Головой хорошенько стукнулся, честно говоря. Можете его забирать. Только дайте ему окончательно прийти в себя. – Сказал доктор.

– Благодарю вас. – Ответил сотрудник полиции и повернулся ко своим коллегам. – Товарищи, пакуем его.

Меня аккуратно положили на задние сидения полицейской машины и повезли куда-то. Когда я пришёл в себя, то быстро смог понять бедственное положение своих дел. Паника охватывала мою душу всё сильнее, а ум с невероятной скоростью нагнетал обстоятельства. Мы едем в полицейский участок – это уже очевидно.

Спустя время наконец-то машина остановилась. Двое сотрудников помогли мне выйти и, держа за руки, повели в комнату для допросов. Затем они вышли, оставив меня со своими разрушительными мыслями.

Ожидание утомляло меня. Ещё и головная боль появилась так невовремя! Наконец-то кто-то показался в дверях. Мужчина и женщина – очевидно, полицейские, – зашли в это помещеньице и сели напротив меня. Знать бы только, кто из них добрый коп, а кто – злой. Кажется, сейчас выясним.

– Джон Картер, скажите, Вы помните, что произошло? – Спросил мужчина.

– Да, попал в аварию… – Слабым голосом ответил я.

– Как Вы думаете, кто виноват в том, что случилось? – Продолжил допрашивающий.

– Чёрный джип подрезал меня… устроил автоподставу… Я на рефлексе крутанул руль влево и вырулил на несчастный случай…

– Что за чёрный джип? Вы запомнили номер?

– Не совсем… Мне кажется, что там были одни семёрки… Или всего две… Простите, точно сказать не могу…

– Может, Вы специально выехали на встречную полосу? – Встряла в разговор напарница мужчины. В её голосе отчётливо слышался упрекающий тон. Теперь роли сотрудников мне были ясны.

– И зачем мне это делать? У меня прекрасная жизнь была. Высокооплачиваемая работа. Хорошие друзья и коллеги. С чего мне вдруг лишаться всего этого, устраивая ДТП в воскресное утро? – Сказал я так, словно разговаривал с ребёнком.

– В каком состоянии Вы находились за рулём Вашего автомобиля? – Я почувствовал, как девушка усилила своё давление, но не собирался бояться или подыгрывать ей.

– В трезвом. – Коротко дал я свой ответ.

– К слову, Джон, о Вашей жизни. – Перехватил инициативу диалога полицейский. – Расскажите нам про то, кем вы являетесь и каковы Ваши мотивы в жизни.

Этот вопрос мне показался подозрительным уже только по его формулировке. Да и уверенность засела в моей груди, что эти люди уже достаточно знают про меня, просто хотят убедиться, что я не стану обманывать их. Пришлось рассказать сотрудникам о своей жизни от окончания университета и до сегодняшнего дня. Мне казалось, что многократно упомянуть настоящего виновника ситуации будет очень кстати. Но даже множество раз подчеркнув в своём рассказе тот джип, во мне появилось сомнение, что это ни разу не помогло хоть немного оправдать меня.

– Да, Джон, мы слышали много таких историй. Кто-то кого-то подрезал, кто-то не уступил, кто-то нарушил ПДД… Но итог один – случилась авария. – Словно профессор в университете заговорил мужчина. – Вам следовало врезаться в этот джип. Тогда удалось бы избежать всех этих жертв.

– Жертв? – С этого момента я начал сильно волноваться. Одно дело устроить ДТП, а другое – убить человека, даже по случайности… Видно по мне или нет, но я запаниковал…

– Да, Джон. В результате инцидента погибло четыре человека. Мы уже успели признать Вас виновным.

Мой мир только что разделился на «до» и «после». Я всё никак не мог поверить в то, что говорит мне сотрудник. Неужели это всё один большой ночной кошмар? Я же учёный! Я не могу никого убить! Просто не могу! Ужас и смятение поглотили меня… Закон и правда предписывает столкновение в таком случае, чем выезд на встречную полосу… Оправдать меня было бы крайне трудно даже опытному адвокату…

– Но… этого не может быть… – Растерянно промямлил я. – Есть какие-нибудь способы доказать свою невиновность? – Муки совести охватили меня за сказанное. Смерть четырёх человек – слишком высокая цена, чтобы не быть наказанным… Но это же не моя вина! Это всё тот джип!

– Нет, Джон, Вы по уши в… этой ситуации.

Резко мои мысли сменились на сильное желание доказать вину водителя той машины. Наш разговор шёл ещё несколько минут. Как бы я ни пытался помочь себе очистить своё имя – всё безуспешно… Пришло ещё два сотрудника. Громилы какие-то… Взяли меня под руки и повели на выход из комнаты.

– Джон Картер, Вы будете помещены под арест до выяснений подробностей и дальнейшей передачи дела суду. – С этими словами меня чуть ли не закинули за решётку.

Здесь просто ужасно… Холод и отвращение охватывали всё тело, разум и душу. Но как могла моя жизнь так резко пойти под откос? Надо подумать… надо подумать… А время всё шло. Медленно и мучительно. Я начал вспоминать о том, как я докатился до жизни такой, а именно события до происшествия. Джип перестроился, я свернул с основного пути… звонок с работы… удача с проектом… Да что ж такое! Ничего не приходит в голову! Что же может спасти меня?.. Хотя…

Внезапно меня посетила интересная мысль. Те люди из одной организации, поджидающие меня возле лаборатории! Они предлагали работу, но услышали отказ. В моей голове чётко засели слова одного из них: «…мы с вами ещё встретимся…». Только теперь мне это показалось угрозой. Неужели я связался с какой-то мафией и своим отказом «перешёл ей дорогу»? Вдруг это действительно их вина, а в том джипе сидел их человек? Но кто бы поверил и, главное, проверил эту теорию… Несправедливо…


Под конец рабочего дня я услышал какие-то странные звуки из основной части здания. Через пару минут в дверном проёме показался какой-то человек, не похожий на любого из здешних сотрудников. Да он одет как врач или учёный! Но почему ему позволили сюда пройти? Это закрытая зона для обычных людей…

Короткая стрижка и уже немолодое, но серьёзное лицо выдавали в нём уверенного в себе человека. Он посмотрел на меня и улыбнулся как-то по-хитрому, после чего направился к моей «клетке». В своей руке неизвестный держал какое-то непонятное устройство, напоминающее нейрализатор из известного фильма.

– Здравствуйте, Джон Картер. Рад видеть Вас в добром здравии. – Начал он диалог со мной.

– Э-м… здравствуйте… Кто Вы и откуда меня знаете? – Спросил я неуверенно.

– Мне многое известно о Вас. Работа, семья или её отсутствие, а также жизненные сложности, в которых Вам довелось сейчас оказаться. Но обсудим это позже, сейчас я хочу поговорить о Вашем будущем, его печальной или яркой стороне.

– Знаете… Вы не похожи на госслужащего. Как Вам удалось проникнуть сюда? – С любопытством спросил я.

– Видите эту штуку у меня в руках? Передовая технология нашего времени. Никому не доступное сокровище, способное «сбивать с толку» оборудование и даже людей. – Человек снова по-хитрому улыбнулся. – Применив его, я загипнотизировал сотрудников полиции и велел им на время покинуть территорию. Прежде, конечно же, отключил все камеры, мешающие мне добраться до Вас.

– «Добраться до меня»… Это звучит очень жутко… Скажите уже честно, Вас послали меня убить? Я перешёл дорогу какой-то мафии? Это они заточили меня за решёткой?! – Мой голос окрасился недоверием и упрёком.

– Нет, Джон. Уверен, с мафией у Вас проблем нет. Но, переходя скорее к делу, хочу сказать, что могу поспособствовать Вашему досрочному освобождению! Вы же не хотите остаток жизни провести в заключении? – С энтузиазмом сказал неизвестный.

– Кто Вы всё-таки такой? И почему хотите мне помочь? – Недоверие всё ещё присутствовало в моём голосе.

– Ох, да, прошу прощения. Где же мои манеры?! – Словно разочаровался в себе человек в халате. – Меня зовут Арнольд. Я представляю интересы своей Организации, о которой мне скоро придётся Вам поведать.

– Название у этой организации есть?

– Хм… У неё нет названия. Мои работодатели держат в тайне свою деятельность и не зависят ни от правительства, ни от кого-либо ещё. Опережая твой вопрос, хочу сказать, что мы не занимаемся чем-то неправильным. Наша Организация создаёт передовые технологии и разрабатывает различные вещества и препараты, способные сделать жизнь человека прекрасной! Изменить его суть! Открыть новую ветвь эволюции!

– Стойте, стойте… Как может правительство не знать об этом? Будь у вас всё законно, не было бы нужды скрывать свои исследования, если они действительно направлены на помощь людям.

– Верно. Но не совсем. Узнай правительство про нашу Организацию, оно затребовало бы свою долю от прибыли, отчётность и полную демонстрацию всех наших разработок. Как ни печально, любая страна пошла бы на это. Так ведущие лидеры смогут получить невероятные для них технологии, что в одно мгновение сместит равновесие сил. Нам же этого не нужно. Мы стремимся помогать людям, делать их буквально прочнее! Но об этом Вы узнаете позже.

– Не совсем понял, какую роль играю я в этом?

– Мы знаем про Ваш проект, Джон. Руководство весьма довольно Вашими результатами. Оно готово помочь Вам выбраться отсюда, но за ответную услугу.

– Стойте! Я вспомнил Вас! Это же Ваша группа людей поджидала меня тогда возле работы? Вы мне сказали, что «мы ещё встретимся»! – В моей голове наконец-то сложился пазл. Теперь я всё понял. Если верить словам Арнольда, то их Организация будет пострашнее мафии. В таком случае…

– Эй, – продолжил я возмущённым голосом, – так это Ваших рук дело! ДТП было ловушкой! Это из-за Вас я оказался здесь!

– Истина всегда сокрыта, Джон. Её поиски могут привести Вас к печальным исходам. Какова ни была бы причина Вашей неосторожности, я могу лишь предложить Вам выход. Всего два варианта: либо вы садитесь в тюрьму на срок от двадцати лет до пожизненного заключения, либо не губите свой потенциал понапрасну и ищите выход… – Арнольд сделал паузу. – Так какой вариант Вас больше устраивает, Джон?

– Вы даже вину свою не признаёте! Хоть меня это злит, но не могу не согласиться… Я готов рассмотреть Ваши предложения… – Безнадёжность проскользнула в моём голосе.

– Рад, что Вы приняли верное решение.

– Но как удастся вызволить меня отсюда? Разве это не будет считаться побегом?

– Не волнуйтесь, наша Организация обо всём позаботится. Мы достаточно влиятельные люди.

– Что ж, Джон. – Продолжил Арнольд. – Вам придётся стать нашим сотрудником и изолироваться от «внешнего мира», кроме, конечно же, ваших будущих «новых» коллег. Это печально, но Вам придётся забыть все свои прошлые связи, в том числе и о семье… У других больше не будет возможности связаться с Вами. Сегодня вы не вернётесь на прошлую работу, не вернётесь и домой. Организация позаботится и о том, чтобы никто Вас не искал. Для остальных Вы будете мертвы. Мы позаботимся об уликах и передаче информации.

– Но можно же мне с ними хотя бы в последний раз увидеться?.. – С печалью сказал я, зная, что придётся оставить своих маму с папой с тяжёлым камнем на сердце после известии об утрате сына…

– Увы, это невозможно. В целях нашей и Вашей конфиденциальности. Лучше расскажу подробнее о работе. Она будет состоять из таких же исследований, что Вы проводили и раньше, но теперь спектр изучаемых областей будет расширен, финансирование будет безграничным и масштабы разработок поразят ваш разум! Ещё Вы получите доступ к передовому оборудованию. Смею заметить, самому лучшему во всём мире! Недоступному для глаз простых людей. Всё максимально просто. Вы будете должны выполнять обязательные работы, а в свободное время будет доступна другая деятельность, соответствующая Вашим потребностям и желаниям. Так Вы сможете проводить даже собственные исследования. А находящаяся неподалёку зона отдыха не разочарует. Активный, пассивный, медитативный – всё, что угодно! Естественно, выделим для Вас место жительства возле работы.

После услышанного у меня уже не осталось сомнений в том, что недавняя авария была подстроена. Но это не поможет мне избежать тюремного заключения. Видимо, Организация и правда достаточно сильна, раз способна так разрушительно влиять на жизни людей… Мне ничего не остаётся, кроме как и дальше слушать этого человека.

– Ах, да, к слову, о самом важном…– После небольшой паузы продолжил Арнольд. – Вам необходимо будет подписать контракт «Молчания», обязующий до конца жизни хранить в тайне всё увиденное и услышанное как здесь, так и на новой работе. Нарушение условий – смерть. Справедливая цена за отсутствие умения держать язык за зубами.

Меня действительно напугало это условие. Сначала подстроенная авария, а теперь и смерть за разглашение. Такая практика действительно где-то применяется, но никогда не приходилось думать, что сам однажды подпишусь на это… Выбора у меня нет… Даже такие условия звучат лучше, чем сгнить в тюрьме. Ведь я также лишусь и родителей, и друзей, и работы, но просто буду сидеть за решёткой… А так хоть пользу людям приносить буду… Если его слова, конечно же, правдивы… Мне нельзя губить свой потенциал…

– Это ужасно… Но я согласен на такие условия. Сколько мне предстоит работать на Вас, чтобы «выплатить долг» за своё спасение? – Очередная безысходность в голосе вырвалась наружу.

– Это Ваш пожизненный билет, Джон. Ровно до выхода на пенсию. Далее – свобода. Возможно, меньше, чем всю жизнь. Но это уже зависит от Руководства.

Вероятно, заметив моё замешательство, Арнольд подбодрил меня тем, что как работа, так и новый коллектив мне очень понравятся, поэтому не о чем беспокоиться. Однако, если поразмышлять, это всё звучало слишком подозрительно хорошо: чудесное спасение из заключения, новая работа с расширенными возможностями и прочие плюсы. Это не могло меня не настораживать.

После моего согласия человек в халате тут же достал нужные документы и ознакомил меня с ними. Я начал пробегать глазами по условиям. Всё действительно было так, как говорил Арнольд. Некоторые уточнения и подпункты вызывали вопросы, но выяснять подробнее мне не хотелось, к тому же, ещё и голова заболела… Решение было достаточно сомнительное, но в итоге я всё-таки взял у него ручку и подписал бумаги.

– Поздравляю с успешным спасением своей жизни, Джон! Добро пожаловать в нашу дружную Организацию! Обещаю, ты не пожалеешь! – Договорил человек и открыл решётку, освободив меня прямо средь бела дня.

Идя по коридорам полицейского департамента, я обратил внимание, что на нашем пути не попалось ни одного полицейского, а камеры были повёрнуты ко стенам, перекрывающим обзор. Арнольд усмехнулся и сказал, что не соврал про гипноз и свободный путь. Однако мне кажется, что он что-то утаивает от меня. Что-то, что в итоге скажется на моей жизни…

Мы успешно покинули полицейский участок…

## Глава 3: Путешествие в один конец


Выйдя из участка, я заметил, что нас ждал чёрный джип. Вероятно, именно тот, который и был виновником происшествия! Быть уверенным в этом мне не дано. Номер того джипа я не запомнил. Когда меня посадили на задние сидения, водитель сразу же оказал почтение, поприветствовав дружелюбным голосом, но на его хорошие манеры мне было всё равно.

– Это же из-за Вас случилась та авария?! Вы специально подрезали меня! – Возмущённым голосом спросил я. – Человек в халате и водитель попросили меня успокоиться.

– Джон, пока я добирался до Вас, смог изучить эту ситуацию… и сделать вывод: происшествие являлось не более чем неудачным стечением обстоятельств. Однако сейчас есть только один выход – это быть примерным сотрудником в Организации, и тогда со временем Вы узнаете всё, что захотите.

Не знаю, от его ли слов или от всех этих событий, но я внутри себя просто сгорал от злости. Мой разум, как ни странно, давал мне понимание того, что возмущаться и спорить нет смысла, ибо у меня действительно только один выход, а точнее, шанс на спасение, как я тогда и думал, когда подписывал бумаги.

– Джон, ещё один важный момент. Мне потребуется завязать Вам глаза в целях нашей общей конфиденциальности. – Твёрдо потребовал Арнольд, на что я с безысходностью согласился.


Едем уже около полутора часов. В один момент человек в халате обратился ко мне:

– И кстати, Джон. В условии Вашего контракта было прописано, что Вы не имеете права разглашать информацию об аварии и аресте, в которых находились до недавнего времени. Надеюсь, Вашему взгляду удалось обратить на это внимание? Условия Контракта будут нарушены и в таком случае.

Меня не удивило то, что я мог что-то упустить, поэтому в ответ лишь медленно и укоризненно произнёс: «Да-да-а…».

По истечении ещё некоторого времени машина наконец-то остановилась. Мне развязали глаза. Я вышел из машины и увидел, что вокруг нас только густой лес. Недалеко от машины располагалась небольшая избушка. Вскоре джип уехал, а Арнольд пригласил меня идти за ним.

Это место действительно пугало. Вдруг они и правда хотят от меня избавиться?! Я спросил о том, где мы находимся, на что этот надоедливый исследователь ответил чётко и коротко: «в лесу». Судя по всему, этого умника спрашивать о чём-то бесполезно. И всё же меня немало пугает неизвестность, в которую я успел погрузиться: сначала авария, потом угроза тюрьмы, непонятное спасение, долгая дорога с закрытыми глазами, а теперь лес и старая избушка, к которой мы с незнакомым человеком идём. Всё это уже кажется не столько организацией, сколько просто действиями каких-то маньяков.

– Что нас ждёт в этой избушке?! – Не выдержал я и спросил с долей волнения.

– Не стоит судить это сооружение по внешнему виду. Скоро Вы всё сами увидите. – Ответил спутник. – Не волнуйтесь, Джон. Вам теперь бояться нечего, хе-хе. – Словно чувствуя тревогу в моём голосе, добавил Арнольд.

Мы вошли в избушку. Но я не увидел в ней ничего примечательного: пустые сгнившие столы и стулья, кровать и другая сломанная мебель. Арнольд подошёл к одной из стен избушки, наклонился и скинул ковёр с люка от погреба. А затем начал его открывать. Атмосфера ужасно гнетущая! Меня безостановочно посещают мысли о том, чтобы ударить чем-нибудь Арнольда и сбежать.

Однако он открыл вход в погреб и сказал, что внизу будет лифт на их основной перевалочный пункт или, как выразился сначала, – ПП. Затем учёный добавил, что избушка – лишь прикрытие.

– Спуститесь, Джон, и убедитесь сами. – Сказал спутник уверенно.


Без особого желания я пошёл к лестнице и начал осторожно спускаться. Затем увидел действительно иную картину, чем ожидал: посреди погреба стоял большой блок из какого-то неизвестного мне материала. По центру блока расположены двери. Конструкция выглядит современной, очень надёжной и прочной. Я уверен, что передо мной достаточно большой лифт.

Арнольд закрыл за собой люк и спустился ко мне, а затем тоже подошёл к лифту, нажал на кнопку и приложил какую-то белую карту.

– Видите, ничего страшного, как я и говорил. – Сказал он.

Двери лифта открылись, и мы вошли в кабину. Арнольд нажал на единственную кнопку, а затем снова приложил карту к какому-то терминалу. Лифт поехал вниз. Всё это выглядело нелепо, поэтому я спросил, неужели всех новобранцев приводят такими странными путями, на что Арнольд будто с упрёком ответил: «Только для особых случаев». Пояснять он, видимо, не собирался. Ответ этого умника мне снова не понравился…


Двери лифта открылись, и я сначала даже не поверил своим глазам! Где-то под землёй есть целый закрытый комплекс с кучей охраны, оборудования и сотней людей! Множество автоматических и охранных систем! Всё это поражало воображение!

Арнольд повёл меня куда-то. Через пару минут мы пришли в отсек с жилыми помещениями. Спутник заселил меня в комнату номер семь.

– Вам даны новые вещи. Переоденьтесь в них, пожалуйста. – Вежливо произнёс исследователь. – После этого можете принять пищу или лечь отдыхать. В скором времени Вас и других новобранцев вызовут на инструктаж и объяснят дальнейшие действия.

– Сколько я проведу здесь? Чем мне предстоит заниматься?

– Это место – всего лишь перевалочный пункт, в котором новобранцы проходят несколько инструктажей, после чего отправятся на своё новое рабочее место, однако подробности Вы узнаете позже, а провести здесь придётся от силы день, два, ну или три. Большую часть времени новички обычно сидят в своих комнатах, однако можно будет пообщаться и с другими как новенькими, так и сотрудниками. Ведь здесь Вы не в тюрьме, Джон, а в шаге от настоящей работы. – По-доброму объяснил Арни.

Делать было нечего. Я переоделся в выданную форму. Это банальная и неинтересная одежда: обычный белый халат, штаны и медицинские туфли. На столе возле кровати стоял армейский сухпаёк. Ни разу не побрезговав лакомствами, я вскрыл его и начал есть. Завершив приём пищи, решил лечь на кровать и дождаться команды от вышестоящих лиц. Закрыв глаза, я начал обдумывать происходящее, а также прошлое и дальнейшее будущее, если таковое у меня всё-таки есть.

В какой-то момент по голосовой связи внутри комнаты прозвучало, что новобранцы группы «И» должны собраться в учебном классе номер семнадцать через десять минут. Ладно уж, если мне и предстоит заниматься полезным для людей делом, то подойду я к своей задаче ответственно. Этой мыслью мне удалось подбодрить себя. Я встал с кровати и подошёл к двери, а затем попытался открыть её, но требовалась какая-то неизвестная карта доступа. Однако через несколько секунд дверь открылась, а за ней стоял, судя по всему, сотрудник этого места, который поприветствовал меня и объяснил маршрут, по которому следует идти, чтобы найти нужную комнату. Затем он направился к соседней двери, полагаю, чтобы направить ещё одного новобранца к нужному месту.

Вот я уже иду по коридорам и гляжу по сторонам. Все системы и объекты в этом ПП вызывают у меня искренние удивления, восторг и страх одновременно. Роботы, трудноотличимые от человека, голограммы прямо как в кино, а ещё парящие в воздухе устройства – всё это не могло не вызывать восхищения от человеческого ума. Самым интересным мне показалось орудие труда, позволяющее перетаскивать объекты разной массы при помощи какого-то голубого лазера, похожего на крайне жёсткую пружину или трос.

Это что-то неописуемо грандиозное! Арнольд не соврал! Эти люди действительно обладают секретными технологиями! Значит, всё не так плохо, как я думал! А что, если… Ой!.. – Кажется, я так сильно увлёкся окружающими технологиями, что не заметил и врезался в девушку, которая стояла около одного из балконов и с интересом всматривалась в работу сотрудников данного места. Мы с маленьким грохотом упали на пол.

– Ох, прошу прощения! Я так увлёкся здешними технологическими красотами, что совсем перестал смотреть, куда иду, мне так жаль! – Мой голос прозвучал с долей жалости, а лицо скривилось от удара.

– Ой, да что Вы, молодой человек, я не меньше Вашего засмотрелась на происходящую вокруг нас технологическую революцию! Я Вас ни в чём не виню. – Ответила незнакомка, с усмешкой поглаживая место удара.

Я поднялся с пола и помог встать девушке. Мне сразу бросился в глаза её взгляд. Она смотрит на меня необычным образом, словно видит того, кто был её давним очень хорошим знакомым, Её глаза засияли скромной радостью.

– Вы в порядке?.. – После небольшой паузы спросил я, на что девушка мягким голосом и тёплой улыбкой ответила утвердительно.

Через пару секунд она с неподкупным интересом обратилась ко мне:

– …Кстати, а Вы случайно не знаете, как попасть в учебный класс номер семнадцать? Совсем из головы вылетело…

– К счастью, я тоже направляюсь туда. Могу предложить Вам отправиться вдвоём. – Как-то непроизвольно вылетело из меня такое предложение, что, как мне показалось, не только не удивило незнакомку, но и слегка обрадовало её. Или мне это просто показалось… В конце концов, она дала своё согласие.

– Вы тоже новобранец? – Продолжала она интересоваться, немного склонив голову от стеснения.

– К сожалению, наверное…

– Что Вы имеете ввиду? Вас что-то печалит? – Искренний интерес всё ещё пропитывал её сознание.

– Способ вербовки мне пришёлся не по душе. Но это долгий разговор… – Я решил не говорить лишнего и поскорее перевести тему.

– Надеюсь, у нас как-нибудь появится время и возможность для истории, я была бы рада побыть хорошим слушателем! – Внезапно сказала девушка, чем сильно удивила меня. Почему ей вообще интересно то, есть ли у меня причины быть опечаленным? Может, какой-то деловой интерес?.. Мы всё-таки, судя по всему, скоро коллегами станем…

Я плавно кинул на неё свой взгляд, словно пытаясь понять, чего она хочет добиться, но девушка смотрела прямо, слегка взяв руки в замок.

Уже пару минут мы в тишине блуждаем по коридорам. Девушка идёт немного впереди, рассматривая всё вокруг. Но это очевидно – тут всё слишком превосходное! Мне нравится, что она так заинтересована окружающими технологиями. Значит, будет хорошим специалистом. Но… если так посмотреть… то она выглядит очень даже симпатично: её длинные русые волосы легко могут вызвать восхищение, а светло-карие глаза внушают доверие. Ещё и фигура весьма красивая. Видно, что девушка скромна, хоть и хороша собой. Её походка не отличается от обычной, но всё-таки обладает какой-то привлекательностью.

Воу! Что это со мной! Да я же засмотрелся на неё на дольше, чем позволяют рамки приличия! Как же я этого не заметил…

– Мы с вами так неожиданно столкнулись! Я до этого наблюдала, как в этом месте сотрудники работают, но тут людей почти нет за тяжёлой работой – всё роботы всякие да машины чудные. – Внезапно заговорила она. Её пальцы непроизвольно теребили край халата – жест, выдававший внутреннее напряжение. Но в глазах светилось неподдельное любопытство, смешанное будто с надеждой, что я разделю её восторг перед технологиями.

– Да, не могу не согласиться. Восторг! Видимо, эта организация куда крупнее, чем мы думали! – Стоило мне ответить, как на лице девушки образовалась милая улыбка, выдающая удовлетворение ответом собеседника.

Наконец-то мы дошли до коридора, рядом с которым висела надпись: «Учебные классы №1-20».

– Уверен, нам сюда. – Возгласил я, после чего мы пошли дальше.

– Ой! Как же так?! – Слегка крикнула девушка, будто вспомнила что-то важное. – Мы с Вами уже некоторое время разговариваем и блуждаем вместе, а в скором времени, вероятно, и коллегами окажемся, а мне даже неизвестно Ваше имя! – Чувствовалось волнение в её голосе.

– Согласен, прошу прощения, это было невежливо с моей стороны. Я – Джон Картер, приятно познакомиться! – Вновь моментально вылетело из моих уст.

– Да что Вы! Не извиняйтесь, я и сама забылась среди таких технологических высот, и не только… – Девушка зачем-то сделала паузу, однако мне оставалось только продолжать идти, слушать и ждать, когда она наконец представится.

– …А меня зовут Лира. Лира Эллингтон. Мне тоже приятно познакомиться!

– Это достаточно редкое имя. Мне ранее не приходилось его слышать. – Задумался я вслух. – Но оно, несомненно, красивое.

– Мои родители хотели, чтобы моя жизнь была как красивая мелодия, порой плавная и спокойная, а порой быстрая и резкая, но в любом случае наполненная глубоким смыслом.

– Это была хорошая мысль. Ваше имя мне нравится. – Уверенно сказал я, тут же увидев, как Лира немного краснеет и смущается.

В это же время мимо нас прошли такие же новобранцы, которые поспешили попасть в учебный класс. Лира будто с удовольствием пригласила меня наконец зайти туда. Данная аудитория была не менее технологична, чем окружающее пространство вне помещения: левитирующие кресла, просторное помещение в белых цветах, столы с множеством неизвестных кнопок и прочее. Увидев свободные места, девушка предложила сесть рядом друг с другом. Отказывать не было причин, и я согласился, вдобавок ещё и улыбнувшись, но всё же от меня сокрыты её мотивы, зачем она уделяет мне столько внимания? Я не понимаю, это попытка наладить контакты с новыми коллегами? Но тогда почему именно со мной, когда вокруг достаточно много других людей? Или я ей приглянулся?.. Ну нет, определённо нет. Столько лет я искал ту, которая обратит на меня внимание, будет умна и красива, но чаще всего становился отверженным, а теперь именно в таком месте, именно после таких ужасных обстоятельств, которые со мной произошли, в мою жизнь приходит именно такая девушка? Быть того не может… Я не верю, ей определённо что-то нужно…

Мы сели за один стол. Остальные новобранцы тоже расселись по местам. Зашёл неизвестный человек, прошёл вдоль рядов и остановился в конце помещения, повернулся ко всем лицом и заговорил довольным и ярким голосом:

– Дамы и господа, я искренне рад приветствовать всех в нашем перевалочном пункте на пути к жизни вашей мечты на Станции! Так называется то место, где вы будете работать! Я знаю, что многие из вас оказались здесь из-за проблем, возникших в жизни, однако не стоит переживать. Мы здесь собрали вас не для того, чтобы как-то портить вам жизнь. Это не тюрьма, господа. Это ваша возможность! Возможность воплотить все ваши стремления и цели в реальность! Принести настоящую пользу человечеству, стать частью масштабных исследований на пути к величию всего человечества! Что за исследования? У нас, конечно, своя терминология, к которой вы привыкните позднее, а сейчас же я вам скажу кратко, понятно и поверхностно: мы стараемся вывести людей на новую ступень эволюции! Создаём препараты для модификации человеческих способностей и возможностей на генном уровне! Способность к длительному нахождению в экстремальных условиях без специального оборудования, например, на дне моря, когда вас окружают высокое давление, отсутствие возможности дышать и полный мрак… – У людей вокруг начал зарождаться интерес. – …Вас это не удивило? А что вы скажете на способность выдерживать экстремальные температуры, совершенно не согревая или не охлаждая себя никаким внешним воздействием? Будь то вы на полярном плато Антарктиды или купаетесь в магме… – Новобранцы начали перешёптываться между собой и восторженно «ох»-ать. – …Однако с купанием в магме у нас всё ещё возникают трудности, которые мы, очень надеюсь, с вами и преодолеем. Но даже этим мы не ограничиваемся. В наши планы входят разработки новейших научных и исследовательских оборудований и снаряжений… – В классе все продолжали переглядываться между собой. Было очевидно, что «модификация» человеческих способностей звучала как что-то невероятное.

– …Однако довольно. Перейдём непосредственно к той части, ради который мы здесь собрались. Начну со специальных карт доступа. Доступ к лабораториям и помещениям осуществляется только по ним. А теперь прошу быть внимательными, я буду называть цвет карт по уровню их значимости, от самых низкоуровневых к высокоуровневым:

– «Жёлтая». Базовый уровень – низкоуровневый исследователь: разрешён доступ в жилые модули, столовые, базовые лаборатории для изучения неопасных образцов. Разрешено получение стандартных ресурсов вида: пробирки, микроскопы, документация и прочее оборудование.

– «Зелёная». Аналитик: разрешён доступ к архивам с отчётами о прошлых экспериментах, лабораториям для изучения биоматериалов низкого и среднего уровней опасности доступ к картам-проводникам станции с пометками о зонах риска. Разрешено использование базового оборудования для синтеза веществ, например, антидотов.

– «Синяя». Исследователь: разрешён доступ к лабораториям для изучения мутагенов и их влияния на организм, экспериментальные зоны с биологическими образцами, но не выше высокого уровня опасности! Разрешён доступ в изолированные лаборатории, например, где содержатся образцы вирусов. Позволяет получать ресурсы: химические катализаторы, стабилизаторы и прочее. Доступ к проведению небольших экспериментов с животными. Однако не стоит осуждать данные методы. Вспомните, какими способами происходило развитие науки и медицины, тогда у вас не останется желания упрекать нас.

– Далее идут карты старших исследователей и руководителей, такие как: «оранжевая» (старший исследователь), «белая» карта (руководитель конкретного отдела), «красная карта» (стратегический руководитель), «чёрная карта» (избранный исследователь) и «золотая карта» (универсальный исследователь). Если вам удастся вырасти хотя бы до оранжевой карты, вас проинформируют о дальнейших ваших возможностях, а пока информации о более низкоуровневых картах доступа вам более чем достаточно. Но это лишь примерные звания, чтобы вы понимали иерархическую структуру на Станции. Изначально у вас всех будет «жёлтая» карта, однако некоторых руководство сразу повысило до зелёного доступа. Кого – узнаете позже.

– А теперь хочу наконец представиться. Я – Декстер Джонсон, исследователь «белого» уровня доступа. Однако руководство выбрало меня для определённой работы: вербовка сотрудников, если коротко. Не все получают такой доступ и возможности. У меня и моих коллег есть своё предназначение – искать по всему миру таких выдающихся личностей как вы, дамы и господа, а затем приглашать на работу всей вашей мечты и жизни. Простыми словами, я – вербовщик. Но не будем обо мне.

– Хочу уточнить, что карты доступа ни в коем случае нельзя передавать кому-либо, если только это не было поручено вам человеком с красным уровнем доступа или выше. Ещё немаловажно то, что вы обязаны подчиняться всем приказам высокоуровневых исследователей и не приступать к определённым работам, не имея письменного согласия со стороны начальства. Если в ходе исследований и разработок вам понадобятся ещё не доступные для вас ресурсы, то вы можете обратиться к более «старшему» по уровню доступа сотруднику и попросить его предоставить вам ресурсы. И вести соответствующие исследования под его надзором. В таком случае, ответственность за безопасность и порядок переходит на его плечи.

– Также мы самостоятельно распределим вас по отделам, уточнив в своих базах информацию по каждому, а именно – по его способностям и желаниям. И последнее, что я хотел бы сказать на этой встрече: советую помнить, что все вы между собой равны. Каждый должен и обязан относиться с уважением к своим товарищам из своего и других отделов. Вне зависимости от того, какую он имеет должность или уровень допуска. Успехи нашей организации строятся не только на талантливых учёных и других специалистах, но и на взаимоуважении, честности и порядочности.

– Итак, есть ли у кого-нибудь из вас вопросы? – Закончив свою речь, спросил Декстер.

Кто-то из зала начал спрашивать что-то про технологии и работу, но я не обращал на это внимание. Передо мной здесь и сейчас стоял один из тех, кто устроил подставную аварию в моей жизни. Но Лире часто удавалось отвлечь меня от нарастающей ненависти к Декстеру, каждую минуту восторгаясь предстоящими занятиями, да ещё и словно стараясь привлечь моё внимание. Ну почему она такая довольная и жизнерадостная, когда в этом месте жестоким образом вербуют людей, не оставляя им выбора?!

– Что ж, если вопросов больше нет, то на этом всё. Завершающий инструктаж нас ждёт завтра, а пока можете походить по территории или вернуться в свои комнаты, в которые, кстати, доставлены журналы с описанием видов нашей деятельности и много чем ещё! До встречи!

Декстер поспешно удалился, а за ним последовали и остальные. Я вышел последним, пропустив перед собой Лиру. Мы снова шли по коридорам, всё ещё осматривая всё и всех вокруг. Пройдя некоторую часть пути и свернув не туда, набрели на что-то, похожее на столовую. Лира предложила зайти туда. Хоть я и ответил, что уже успел поесть перед инструктажем, это не имело никакого значения – девушка настаивала, говоря, что не ела и проголодалась. Что ж, ладно, составлю ей компанию.

Так как мы являемся гостями на ПП, сотрудники бесплатно предоставили нам еду на выбор. По-джентельменски усадив девушку за стол, я взял подносы и понёс их к спутнице.

– Наконец-то настало время для историй, не так ли? – С искрящимися от интереса глазами произнесла Лира.

Но я начинать рассказ не спешил, поэтому слегка наклонил голову и задумался. Кажется, она быстро раскусила мой настрой.

– Скажите честно, Вы не хотите рассказывать о себе? – Спросила Лира с лёгкой грустью в голосе.

– Простите меня. Я не могу рассказать Вам подробностей… – В груди у меня зародилось небольшое чувство вины. С чего бы вдруг…

– Ну хорошо, я Вас поняла. В таком случае, начну первая. Расскажу свою историю. Надеюсь, так мы поймём, что можем доверять друг другу! – Она никак не сдавалась и продолжала с увлечением вести диалог. Я, в свою очередь, успел только удивлённо посмотреть на неё, ничего не ответив, прежде чем девушка начала свой рассказ.


От лица Лиры, до прибытия на перевалочный пункт

Меня также организация нашла в одном из исследовательских центров. После работы я получила на телефон сообщение от якобы «проверенной» социальной сетью организации. В сообщении было сказано, что начальство из этой Организации восхищается моими талантами и способностями и хочет предложить работу в новом, более приятном и масштабном месте, с более привлекательными условиями. Но я отказалась, так как мне уже нравилась и работа, и мои исследования, однако они ответили, что у них мне станет доступно бесконечно долгое расширение своего спектра знаний и исследований. Последним сообщением от организации стала просьба просто прийти на очную встречу и обсудить детали. В случае отсутствия у меня интереса ими будет принято решение больше не навязываться с предложениями о работе. Хоть я была и настроена на отказ, но всё же захотела предоставить им шанс заинтересовать меня, поэтому поверила и согласилась на встречу.

На самой встрече присутствовал только один человек. Его внешность была привлекательна. Представился Адамом. Он словно знал меня и мог выявить каждую черту моего характера, а также эмоции и мысли. Может, он и использовал их против меня, но, в любом случае, этот человек предложил очень хорошие условия работы. Ещё он сказал, что если что-то не будет получаться на текущей работе, то ко мне могут начать относиться осторожно, урезать финансирование, ограничить доступ к технологиям и прочее, однако на новой работе даже неудачи воспринимаются как успех, ведь «только опыт способствует расширению нашего кругозора и умений», поэтому Организация всегда поощряет сотрудников. Мне показалась странной формулировка его слов, но всё же я сделала акцент на «всегда поощряет». Даже начало казаться, что руководство там действительно хорошее и справедливое.

Но огромное положительное впечатление на меня оказало то, что Адам упомянул о проектах катастрофически больших масштабов, в виде разработки регенерации, укрепления организма, прочих способностях живых организмов и, вероятно, даже воскрешении недавно ушедших.

Я начала верить в то, что могу упустить действительно уникальную возможность к саморазвитию и улучшению условий работы. Однако я подумала, что, вероятно, могут быть и подвохи и прямо спросила об этом Адама. Он ответил, что есть только одно условие, которое обязательно должно быть соблюдено каждым сотрудником. После чего пояснил, что их организация является негосударственной и крайне секретной, поэтому распространение информации вне организации критично и рассматривается начальством как предательство. Но это было достаточно простым условием, поэтому я улыбнулась и с усмешкой сказала, что умею хранить секреты: хоть простого человека, хоть целой организации. Адам с такой же усмешкой ответил, что, в таком случае, подвохов нет и ей не о чем беспокоиться. Признаюсь, я дала слабину, и он добился моего согласия, после чего протянул какие-то документы, называемые Контрактом «Молчания», затем попросил подписать для присоединения к огромной команде учёных.

Я начала читать условия в Контракте и немало удивляться. Мне нельзя было встречаться с родственниками, а также предстояло работать именно в этой Организации до выхода на пенсию. Такие условия мало кому придутся по нраву, однако Адам успокоил меня тем, что у них есть множество разных отделов, поэтому если не понравится тот, куда определяют каждого новичка изначально, то можно будет запросить перевод на другую должность или запросить повышение. «Организация не скупится на поощрение сотрудников» – не уставал он напоминать время от времени. Ещё добавил, что с родственниками придётся проститься только лишь в рамках чрезвычайной секретности организации.

Из родителей у меня есть только мать. Отец ушёл на войну ещё в детстве и так и не вернулся с неё. Нам с мамой сказали, что он умер от заражения крови при полученных ранениях. Поэтому у меня одной из жизненных целей являлся поиск или разработка чего-то уникального, что могло бы спасти таких как мой бедный отец. Именно поэтому даже такое жестокое условие принятия на «новую» работу не стало преградой. Всё было ради возможности спасать жизни.

Остальные условия я посчитала приемлемыми и обоснованными, учитывая масштабы и возможности Организации. Однако, дойдя до конца документа, моему взгляду попалось самое ключевое условие – правило о неразглашении, нарушением которого являлась неминуемая смерть нарушителя. Я испугалась, но не сказала ни слова, однако Адам, видимо, сразу всё понял и пообещал, что всё будет в порядке, ведь «я умею хранить тайны».

В конечном счёте я сдалась и согласилась, подписав Контракт. Адам сказал, что я не могу пойти домой в целях конфиденциальности и неразглашения, однако всё же мне удалось настоять на этом, сказав, что нужно забрать необходимые вещи. К счастью, Адам согласился.

На выходе нас ждал чёрный джип, на котором мы поехали к моему дому. Вот только водитель мне не понравился. По пути он подрезал какого-то бедолагу то ли специально, то ли случайно. Надеюсь, что всё хорошо с тем водителем. В итоге мы поехали сюда. Под конец только мне завязали глаза в целях той же конфиденциальности, но я согласилась с этим.


От лица Джона, после истории Лиры

Я скривил лицо и немного разозлился.

– Это я был в той машине! – Тихим, но возмущённым голосом выплеснул из себя эти слова, однако вспомнил, что нельзя разглашать детали, поэтому резко перевёл тему… Девушка сильно удивилась от моей неожиданной реакции, но не успела ничего сказать.

– Как же так? Вы согласились оставить мать? – Спросил я, хотя и сам поступил также.

– Честно, я всё же очень сильно колебалась перед принятием такого решения. Но когда-то, на похоронах отца, мною было обещано папе и себе, что найду лекарство от всех таких болезней, чтобы люди могли жить. «Именно это обещание и верность слову помогли мне принять то решение…» —Слегка серьёзным тоном произнесла Лира.

– Вы доверили мне секрет, который может разрушить вашу жизнь. Даю слово, никто об этом больше не узнает! – Уверенно произнёс я.

– Секрет? Разрушить жизнь? О чём Вы? – Удивлённо и слегка напугано спросила Лира.

– Как же? Разве не запрещено рассказывать о том, как и каким образом Вы попали в это место? У нас в Контракте прописана соответствующая строчка! – Прошептал я взволновано.

– Мной внимательно был прочитан этот договор. В нём ничего по этому поводу не было. Неужели у Вас есть такое условие? – Всё ещё с удивлением ответила девушка.

– Вы совершенно правы. Именно поэтому я не могу рассказать Вам свою историю… – Короткое молчание ненадолго прервало наш диалог. – …Но это не значит, что я не доверяю Вам. Могу рассказать всё, что не запрещено Контрактом. В знак своей открытости, я скажу только одно: моё «приглашение» на работу было менее добровольное, намного более опасное и неспокойное, чем Ваше.

– Теперь мне точно всё ясно, однако надеюсь, что когда-нибудь я смогу узнать все подробности.

Когда же мы доели, каждый отправился в свою комнату, проводив друг друга добрыми улыбками и взглядами. Под вечер я посмотрел несколько журналов, после чего лёг спать.


Ужасный стук в дверь заставил меня проснуться. Кто-то вошёл в мою комнату. Это был тот же самый вчерашний сотрудник, который призвал собираться и ждать сообщения по всеобщей голосовой связи, после чего развернулся и ушёл к следующим новобранцам. Благо, я успел одеться и позавтракать. Уже через минуту прозвучало то самое сообщение о необходимости прибыть в учебный класс номер семнадцать. Я вышел из комнаты, недалеко от своей двери увидел Лиру. Она, заприметив меня, улыбнулась и помахала рукой, подзывая к себе. Вместе мы отправились на второй инструктаж. Во время пути Лира рассказывала свои хорошие сны и представляла будущую работу. Но у меня всё было иначе. Я ответил, что мне снились только кошмары, и что предчувствие в груди не очень хорошее. Вскоре мы зашли в учебный класс.

– Дамы и господа, я рад приветствовать вас на втором нашем инструктаже. – Начал свою речь Арнольд. – Сегодня вы узнаете о видах досуга вне рабочего времени, а также немного про саму Станцию. Начну с небольшого напоминания того, о чём мы говорили вчера. Цели нашей общей работы заключаются в создании генов, способных противостоять множеству экстремальных условий, в которых обычный человек не протянул бы долго. К примеру, критически высокие или низкие температуры, высокое давление, ночное видение, кислородное голодание в тех или иных условиях, непробиваемая, твёрдая кожа и прочее. Далее упомяну, что с повышением вашего уровня доступа вам будет открываться всё больше секретной информации, секретных разработок и прочего, поэтому есть смысл делать свою работу качественно или даже работать сверх плана для скорейшего повышения. Интересный факт, который не оставит вас без трепета в сердце: при заключении Контракта каждый из вас видел условие об отсутствии возможностей связаться с родственниками в целях секретности нашей Миссии. Однако, дойдя до самого последнего уровня доступа – золотого, – вы сможете сами руководствоваться своей свободой в полной мере, соблюдая лишь некоторые минимальные правила, установленные самым Высшим руководством. Так что всё в ваших руках… – Все новобранцы – и Лира в том числе – не могли, судя по всему, поверить своим ушам. Внезапно, у всех, помимо многочисленных причин усердно стараться на благо общества, появилась одна из самых важных целей, располагающая к ещё большему искренне желанному и честному труду.

– …Вернёмся к теме сегодняшнего инструктажа. Как я говорил, у вас будет определённое время на работу. После неё вы сможете заниматься тем, чем захотите – у нас есть любые зоны отдыха: бассейн, спортзал, тир, теннис, боулинг, шахматы, настольные игры и прочее. Знайте, что руководство предоставляет всё, что захотят сотрудники: и одежду, и любые другие вещи. Также имеются и отпуска с выбором конкретных мест для выезда: санатории, пляжи многих морей, горы и множество других мест. Однако, естественно, всё изолировано от внешнего мира, поэтому вместе с вами могут отдыхать также только сотрудники нашей организации.

– Ещё напомню, что на работу в лаборатории и иные помещения для исследований приходить только в специальном костюме: защитный халат, очки, маска, – но не для всех, – специальная обувь и перчатки. В своё нерабочее время можете ходить в том, к чему душа лежит. Однако, если проводите собственные исследования, всё равно одевайтесь в соответствующие защитные элементы одежды.

– А теперь несколько моментов про Станцию. По прибытии вам выдадут «жёлтые», а кому-то «зелёные» карты доступа, а также необходимое снаряжение и несколько комплектов однотипной одежды исследователя. В течение последующих пары лет вы будете проходить обязательные специальные курсы по подготовке. Там вы будете узнавать о новых технологиях, получать новые знания и объяснения.

– Хочу поднять одну из самых важных тем – уровни опасности веществ или объектов исследования. По уровне угрозы жизни они бывают следующими: 0 – безопасный, 1 – условно безопасный, 2 – опасный, 3 – агрессивный. «Условно безопасный» означает, что пострадать можно только при некотором взаимодействии с объектом, а «агрессивный» – безусловное нападение на вас и всё окружающее. Как я и сказал ранее, мы работаем и с живыми существами, поэтому их модификация может привести к изменению уровня их сознания. Выделяют следующие уровни сознания: 0 – полуразумные, 1 – разумные, 2 – мыслящие, 3 – «сверхразум». Думаю, тут объяснять вам не нужно… – Люди были изумлены услышанным, но молча и с большим интересом продолжили слушать. Однако я не разделял их восторга. Мне всё ещё не нравился тот тип на сцене…

– …В заключение хочу показать вам некоторые экземпляры живых существ, получивших уровни опасности 1 и 2, а также уровни разумности 0 и 2 соответственно. Примерно с такими существами вам придётся рано или поздно столкнуться. Надеюсь, в целях изучения, а не личного взаимодействия. – Декстер сделал небольшую паузу. – Шучу, конечно же, для изучения! Изначально это были безобидные кролики и хомяки, но теперь, хоть они и приобрели уродливость, получили достаточно высокий уровень регенерации и отсутствие потребности в пище. Теперь они буквально питаются «лучами солнца». Или лампы лабораторной… – Зрелище на картинках новобранцам явно не нравилось, но это не внушало им ни капли ужаса, что достаточно странно. Наоборот, эти люди слышали только то, что хотели слышать: научные достижения, модификация живых организмов, новые горизонты и прочее.

– …Что ж, пришло время завершать нашу встречу. Но перед этим, конечно же, вопросы. Есть ли у кого-нибудь вопросы? – Множество новичков снова протянуло руку, чтобы спросить что-то про науку и достижения. Но меня всё ещё одолевает смутное чувство. Эти картинки достаточно ужасны, чтобы задуматься о гуманности таких испытаний. Но пугает даже не это. Возможно, в глубине своих мыслей я боюсь задать себе один вопрос по поводу этих исследований…

Когда же новобранцы перестали спрашивать, Декстер подвёл итоги:

– И помните: вы все подписали договор с нашей организацией. Теперь вы не можете просто взять и уйти от нас, когда вам вздумается. Однако повторю то, что вам уже много раз рассказывали: условия для жизни будут хорошими, а все ваши потребности – удовлетворены в достаточной мере, поэтому можете не считать место своей работы чем-то вроде тюрьмы или плена – кому как угодно. Также держите в голове самую важную мысль, дорогие мои коллеги: вы будете работать ради Высшей цели. Все ваши старания помогут как всему человечеству, так и отдельным экземплярам общества. А теперь ступайте, можете идти. Через некоторое время вас оповестят о прибытии вертолётов, а когда вы придёте на площадки, разобьют на отделы, к которым вас определили. Желаю всем успехов в усовершенствовании жизни человеческой, хе-хе! – Декстер вновь побежал к выходу. Новобранцы же остались в классе и начали знакомиться друг с другом и обсуждать поставленные на инструктажах темы. Лира присоединилась к обсуждению. Мне это всё было не нужно, поэтому я не стал следовать её примеру и вышел из помещения, после чего направился к себе в комнату. Вероятно, не следовало бросать её там одну, да и какое-то неприятное ощущение давило на грудную клетку…

Я стремительно шёл к повороту в конце коридора и почти достиг его.

– Джон! Постойте! Почему Вы ушли? – Внезапно прозвучало со спины. Для меня стало неожиданностью, что Лира последовала за мной.

– Я думал, Вы проявили желание сблизиться с будущими коллегами, разве нет?

– Мне хотелось бы со всеми познакомиться, но меня озадачил Ваш резкий уход от нового общества, поэтому я заволновалась и пошла за Вами. – В её голосе действительно ощущалось волнение. Но почему она волнуется за меня? Мы знакомы всего лишь день!

– Простите меня, но я ощущаю плохое предчувствие насчёт этой работы.

Лира пыталась выразить поддержку, и я сделал вид, что мне это помогло. Мы вместе пошли в столовую и провели ещё несколько интересных бесед о жизни друг друга.

Прошёл час. По голосовой связи передали, что вертолёты готовы к отправке на Станцию и новобранцам требуется в течение тридцати минут явиться на стартовую площадку, после чего был указан маршрут от наших жилых модулей до площадки. Также добавили, что необходимо надеть тёплую одежду, которую сотрудники принесут в ближайшие десять минут.

Вот я уже нахожусь в своей комнате и собираю вещи. Правда, только те, что мне здесь выдали. Своих то у меня уже не осталось – кто-то вынес их, пока мы были на инструктаже… Сволочи… Однако осталось надеть пуховик и отправиться в назначенное место.

Там меня уже ждала Лира и команда сотрудников ПП. Они провели перекличку и распределили почти всех новобранцев по отделам. На очереди оставались Лира, я и ещё пара человек.

– Джон Картер!.. – Прокричал какой-то сотрудник. Я сразу же откликнулся. – …Отдел «Биологических Исследований»! Прошу встать сюда… – Продолжил он.

– Лира Эллингтон!.. – Лира откликнулась. – …Отдел «Регенеративной Биоинженерии». Прошу присоединиться к этой группе.

Не знаю, что со мной, но мне стало резко неприятно. Вероятно, в глубине души я желал, чтобы мы были с Лирой коллегами, ведь наконец-то так повезло познакомиться с интересным человеком, даже подружиться, но сейчас меня разделили с ней…

Эта девушка смотрит на меня немного расстроенным взглядом. Я не выдержал и спросил сотрудника, можно ли сразу перейти в другой отдел, но в ответ получил лишь отказ. Аргументировали его тем, что переход возможен только после некоторого времени работы и подтверждения своей полезности в другой области, в которую сотрудник желает осуществить переход.

Выхода нет, придётся смириться с решением начальства… После распределения каждая группа зашла в свой вертолёт. Лира с грустью в глазах и уже без своей милой улыбки помахала мне рукой и крикнула, что мы ещё встретимся. Конечно же, я помахал ей в ответ.

Так получилось, что в группе «Биологических исследований» оказался только я, поэтому, чтобы не вызывать отдельный транспорт, меня посадили с другой группой в их вертолёт. Вертушки стартовали не одновременно, с некоторым интервалом между взлётом. Мой взлетел последним…

Летели около двух часов. Новобранцы всё это время переговаривались между собой, периодически обращаясь ко мне.

– Где эта станция? Долго ещё лететь? Я ничего не вижу! – Сказал один из новичков.

– Конечно, не видите. Станция так огромна, что было бы нелепо оставить её незасекреченной или, говоря по-простому, не спрятанной. Поэтому при создании такого огромного строения использовались не менее секретные материалы и вещества для обеспечения «прозрачности» или «невидимости» объекта. Однако не волнуйтесь, мы уже близко. На некотором расстоянии вы сможете узреть её величие. Прозрачность исчезнет. – Ответил сотрудник.

Вертолёт пролетал возле заснеженных гор, было очень холодно, несмотря на закрытые основные двери. Очевидно, что Станция находится достаточно далеко от цивилизации. Через десять минут пилот крикнул: «Приготовьтесь к высадке, товарищи исследователи!». А ещё через семь минут я уже стоял на площадке и восхищался величием данного места. Судя по всему, здесь начнётся моё невероятное путешествие в мир чудесных технологий и увлекательных исследований…

## Глава 4: Тайны человеческой природы

Когда я сошёл с вертолётной площадки, ко мне подошёл один из сотрудников и попросил следовать за ним. Зайдя в комплекс, меня и остальных новичков попросили пройти несколько приборов, которые обследовали каждого человека на наличие необычных генов или иных внешних или внутренних изменений. Сразу после прохождения один сотрудник из каждого отдела встречал своих новобранцев.

К мне подошёл исследователь и представился Филом, а затем сказал, что отведёт нас к жилым модулям, чтобы я мог устроиться на новом месте. Пока они шли, он рассказывал про дружный коллектив, невероятные возможности и технологии, а также замечательные условия для жизни.

– Что ж, вау, конечно, но не по шаблону ли Вы рассказываете мне о прелестях работы в данном месте? – Спросил я с усмешкой.

– Моя задача – рассказать Вам только то, что я посчитаю нужным, а также то, во что верю сам. Вы скоро убедитесь в том, что из моих уст исходит только правда. К тому же, уже нет смысла вводить Вас в заблуждение, Джон. Контракт подписан. – Ответил Фил с улыбкой.

Мой новый собеседник также уверял меня в том, что кормят здесь изумительно в каждой из многочисленных столовых. Спустя пять минут ходьбы мы свернули в один из коридоров с жилыми модулями и подошли к модулю номер семь, рядом с которым стоял какой-то сотрудник.

– Представляю Вам, Джон, нашего Капитана – начальника отдела «Биологических Исследований».

– Очень приятно. – Протянул я руку новому руководству. Капитан ответил доброжелательной взаимностью.

Капитан дал мне «зелёную» карту доступа и сказал, что к моей карте также привязан доступ в жилой модуль, поэтому иные объекты в виде ключей и других карт не понадобятся. После чего он похвалил меня и сказал, что не всем удаётся так сразу получить «зелёный» уровень доступа.

– Значит, в тебе что-то есть, хе-хе! – Продолжил Капитан.

Так же он рассказал, что в данном отделе, помимо меня и его, работает ещё одиннадцать человек: доктор Браун, Соловей, Джек Воробей, Паучок, Фил, Василевс, Сьюзен, Роберто, Дин, Морфеус и Саймон. Ещё начальник поведал, что у многих здесь есть свои прозвища, и если я захочу, то смогу выбрать себе любое свободное, ведь у них даже есть специальный терминал, показывающий, какие прозвища уже заняты. Мне это показалось достаточно странным или даже нелепым.

– Так каждый исследователь становится немного уникальнее как личность. Интересная задумка от руководства. – Поделился своим мнением Капитан.

Он показал мне жилой модуль и уточнил, что сейчас полдень, и к двум часам дня от меня требуется прийти к ним в лаборатории на экскурсию, а с завтрашнего дня приступить к работе, а точнее – пойти на курсы, а пока что мне было позволено обустроиться. С доброй улыбкой на лице Капитан покинул жилой модуль. Сразу после этого Фил сказал, что сегодня он со мной на целый день – это решение Руководства. Этот добрый паренёк предложил мне оставить вещи и сразу пойти «прогуляться» по Станции.

– Не поверите, Джон, но даже месяца не хватит, чтобы обойти все помещения в комплексе! – Скорее всего, это так пошутил мой новый коллега.


Однако я с неподкупным изумлением осматривал жилой модуль. Даже появилось ощущение, что мне выделили номер «люкс» самого лучшего отеля в мире. Хоть комнатка и небольшая, но её качество – выше всех похвал. Иными словами, как ни странно, мне всё понравилось с самого прибытия: все помещения чисты, люди уважительно относятся друг к другу и видно, что каждый знает свою работу. Наверное, мне придётся согласиться с тем, что всё намного лучше, чем я думал. Хоть после такой вербовки это будет достаточно трудно.

Мы с Филом шли через зоны отдыха, одна из которых меня интересовала больше всего. Приятно осознавать, что даже здесь я могу посещать тир, не оставляя это своё хобби в прошлом. Самым приятным оказалось то, что все удовольствия на Станции будут либо бесплатными, либо дешёвыми, учитывая озвученную Филом мою зарплату в размере пятидесяти тысяч долларов в месяц! И это только у исследователей низких уровней! Да уж, на прошлой работе я получал куда меньше. Но на что же ещё тут можно тратить деньги?..

Конечно, за еду в столовых нужно платить, как и за некоторые развлечения в виде тира, но такой зарплаты хватит даже на то, чтобы почти без раздумий скупать всё подряд в любых количествах. Это действительно замечательные условия для усердной оправданной работы, по сравнению с окладом во внешнем мире.

Фил сказал, что работа идёт с девяти утра до четырёх или пяти вечера, а в остальное время можно заниматься своими экспериментами. Сам же мой новый товарищ был исследователем «синего» уровня доступа. Он сказал, что сможет делиться ресурсами и оборудованием для личных опытов, чем смог меня расположить к себе.

Что ж, ладно, я наконец-то отбросил все негативные мысли и искренне обрадовался за себя. Это место идеально. Лучшие возможности, лучшее оборудование, лучшие умы человечества собраны в одном месте! Возможно, та авария – не такое уж и печальное событие, если в итоге оно так сильно повлияло в лучшую сторону на мою жизнь.


К двум часам дня я явился к Капитану, и тот представил меня почти всем членам команды. Знакомство проходило удачно, у всех складывались обо мне приятные впечатления. Каждый начал рассказывать про себя что-то интересное в виде научных достижений, просто интересных опытов или событий из жизни. Я ощутил, что новый коллектив мне тоже понравился. Хорошие люди. С некоторыми даже перешли на «ты», хоть я и старался придерживаться официального стиля общения.

Дальше начальник поведал про наши лаборатории и ознакомил с оборудованием и его использованием. В заключение он сказал, что теперь я могу пойти и снова пообщаться с новыми коллегами – с моей «новой семьёй», однако в то же время попросил не сильно отвлекать их от работы.

Мне хотелось снова подойти к Филу, так как с ним я уже был знаком и ещё раз хотел уточнить имена остальных коллег, однако путь к товарищу перегородила собой какая-то девушка, судя по всему, являющаяся одной из выдающихся специалистов в отделе. Её я ещё не видел.

– Ну привет, красавчик. Нас с тобой не познакомили, хочу это исправить. – Неожиданно начала незнакомка. – Меня зовут Сьюзен Фостер, особого какого-то прозвища я себе не выбирала, да и не считаю нужным. Ну это так, к слову. А как зовут нашего дорогого новичка? – С явной кокетливостью в голосе произнесла девушка.

– Джон Картер, имею «зелёный» уровень доступа.

– Хм-м… Джон… какое интересное имя… Мне нравится! – Продолжала она, слегка касаясь моего локтя. – А хочешь ли ты узнать что-нибудь о нашем коллективе? Я могу рассказать тебе всё, что знаю!

Появилось ощущение, что у меня нет выбора, поэтому я согласился. Если провести оценку её внешности, то выглядит она как настоящая модель: чётко выраженный подбородок, идеальная пропорция губ, прямой и небольшой нос, красивые оранжевые глаза с хитрым взглядом, роскошные, тёмные, слегка вьющиеся волосы, ну и, конечно, халат исследователя на ней сидит тоже идеально, лишний раз подчёркивая фигуру. Однако слишком «приветливое» поведение настораживает меня и ставит под сомнения некоторые её высказывания…

– Я Вас не видел, когда Капитан знакомил меня с коллективом. – Осторожно произнёс я.

– Ох! Что же ты, Джон! Никаких «Вы», пожалуйста! Мы же теперь близкие коллеги всё-таки. – Девушка по-хитрому улыбнулась. – Мне нужно было быть в другом месте в тот момент, но теперь я здесь и рада уделить внимание новичку.

Первоначально я поинтересовался уровнем доступа Сьюзен. Оказалось, она тоже имеет «зелёный» уровня доступа и работает на Станции уже год. Ещё я вспомнил, что одного человека из нашей команды зовут Джек Воробей и поинтересовался, действительно ли это его имя.

– А, этот болтун, так тут всё просто. Сам себе прозвища он не выбирал. Я точно не знаю, но кто-то это сделал за него. Прозван он так из-за умения выкручиваться перед руководством и любви к болтовне и сарказму. С тех пор так его и называем – Объяснила мне Сьюзен.

– А ещё тут есть некий Соловей. Это который разбойник? – С нейтральным лицом специально пошутил я.

– Ха-ха! Ошибаешься, дорогой, этот то прозван так за красивый мужской голос. Его прозвище мы выбирали голосованием, и я предложила именно такое. – С небольшой гордостью ответила девушка. После этого она ввела меня в курс дела: чем отдел занимается на данный момент, что для этого нужно и прочее.

Со следующего дня у меня начались курсы по подготовке. Так и прошло две недели. Я обустроил свой жилой модуль, поближе познакомился со всеми членами команды, кроме же Дина и Морфеуса, – те вели себя тише остальных и были не особо разговорчивы, но при этом доброжелательны.

Сьюзен почему-то всегда держится ко мне ближе, чем к остальным. Не понимаю, для чего я ей нужен. Она стала часто просить меня о чём-то, приглашать понаблюдать за результатами её работы и вообще вести себя так, словно мы знакомы уже давно. Однако время от времени в моих мыслях порой появлялись образы Лиры. Её голос, приятная улыбка и слегка смущённый вид. Интересно, где же она сейчас может быть и чем занимается? Странное чувство находит на меня, когда я о ней думаю…


Пройдя первый этап курсов, я перешёл в новый учебный класс, где были собраны новобранцы из нескольких отделов. Усевшись на одно из свободных мест, я подпёр рукой голову и стал ждать. Кто-то зашёл в класс, осмотрелся и направился к моему столу.

Этого не может быть! Это же Лира! Она сама и не заметила, как подсела именно ко мне! Крайне неожиданная встреча! Я… я чувствую тепло, окутавшее мою душу… Да и она смотрит на меня так же, как и в первую встречу – с надеждой и малозаметной радостью. Я сказал, что рад её видеть, и она ответила взаимностью, после чего мы договорились погулять по Станции после лекции. Очень неожиданно! Весь «урок» я сидел и ждал его окончания.

Во время прогулки Лира долго рассказывала о том, что её ожидания оправдались и что всё обещанное на перевалочном пункте было правдой. Коллеги, еда, зарплата и крайне широкий спектр возможностей воодушевляли её. Я не мог с ней не согласиться.

– …Однако мне жаль, что мы не работаем вместе. Буду честна, я часто вспоминала Вас за прошедшее время… – Лира сделала паузу, словно ожидала такого же признания и от меня. Пропитанные взаимностью слова вылетели из меня также неконтролируемо, как и прежде.

Я предложил Лире в дальнейшем общаться не так официально, перейдя на «ты», на что она, к счастью, согласилась.

– …Ещё мне кажется, что было бы хорошей идеей периодически встречаться в нерабочее время. Я слышал, здесь есть прекрасные сады. Прогулка, как минимум, будет полезна для здоровья. К тому же, думаю, на такой работе всегда будет тема для обсуждений. – Немного смущённо я закончил свою мысль. Удивительно! Я ей предложил проводить время вместе! Похоже, не разум берёт надо мной контроль…

В это время Лира словно ещё больше оживилась, чем прежде. Её мягкое и наполненное радостью «Да, это очень хорошая идея» моментально оставило отпечаток у меня в груди. Появился некий туман в голове! Ох, как же мне продолжить беседу?! Я не могу ничего придумать! Ритмичное и учащённое биение сердца подливает масла в огонь. Прошу, Лира, скажи что-нибудь! Это неловкое молчание почему-то разрывает меня на части! Что со мной? Каждая мысль, приходящая в голову, почти мгновенно превращается в ещё один запутанный узел и ускользает от меня…

– Что ж, теперь мы ходим на одни и те же курсы, но, думаю, это ненадолго. После их прохождения, когда начнём работу над проектами, можем встречаться каждый третий день. Так мы будем успевать совмещать и работу, и собственные исследования или увлечения, и встречи» – Наконец-то продолжила диалог Лира. Я же промычал «угу» и одобрительно кивнул в ответ. Дойдя до развилки коридоров, мы с доброй и нежной улыбкой попрощались, после чего я проводил Лиру взглядом до очередного поворота. Она несколько раз оглядывалась на меня. Что же это может значить?..

Так продолжалось несколько недель. Курсы, свободные исследования, тир, прогулки в парках и встречи в столовых с Лирой, а также многократные обращения Сьюзен ко мне с просьбами о помощи или поддержке, предложениями поболтать или обсудить что-то. Сам я начал привыкать к Станции и ориентироваться в ней. Мне нравилось то, чем доводилось заниматься. Мысли о подставной аварии почти угасли. Ой, конечно, ещё я сблизился с Филом больше, чем с кем-либо из команды! У меня даже ощущение, что мы становимся друзьями, а не просто добрыми коллегами. Тем же временем меня уже полностью допускали к работе наравне с остальными. Наш отдел занимался изучением и разработкой естественного восстановления организма в чрезвычайно краткие сроки. В основу был взят принцип регенерации гидры: полное воссоздание «потерянных» конечностей из небольших «остатков» тела или даже клеточной взвеси.


В один из таких же обычных дней я прогуливался с Лирой по парку и через некоторое время увидел в далеке идущую Сьюзен. Внезапно она остановилась и посмотрела в мою сторону. Хоть расстояние между нами было относительно большое, но я смог разглядеть её скрюченное от удивления лицо. Она смотрела несколько секунд, а затем развернулась и пошла куда-то. Не думаю, что мне стоило обращать на это внимание.

В тот же вечер, перед завершением обязательной работы, ко мне подошла Сьюзен и начала расспрашивать:

– Как продвигается твоя работа?

– Мне кажется, что хорошо. Чувствую, ещё месяц, и мы закончим эту замечательную разработку.

– А как твой день прошёл?

– Хороший был день, как и всегда. Теперь ежедневно я делаю что-то полезное как для общества, так и для себя.

– О-о! А собираешься ли вновь пойти в тир?

– Сегодня нет, мы с Филом пойдём в местный бар. Говорят, там лимонады и коктейли – высший класс. А в тир пойду завтра, если получится.

– Интересно, а мог бы ты научить меня стрелять? Я никогда не держала в руках… оружие!

– Мне кажется, инструктор будет тебе намного полезнее в этом деле, чем я. Он мужик хороший, словно спит с оружием – так много про него знает.

– А, слушай, тут на Станции так много отделов! Тебе нравится в нашем?

– Да, определённо. Моментальная регенерация из группы клеток в целое тело – такое мне даже во сне не снилось. Это не просто научный прорыв, а целая биологическая революция!

– А ты уже знаешь кого-нибудь из других отделов? Я вот знакома и с биоинженерами, и с людьми из «Биомеханической Интеграции», и много с кем ещё.

– Не успел ещё познакомиться со всеми. Хотел наладить контакт со своей командой в начале.

– Так уж ни с кем не знаком? Вроде как девушка, с которой вы шли в парке, из отдела «Синтетической Фармакологии», я не ошиблась?

– Да, ты права, с ней знаком.

– Она тебе кем-то приходится?

– Лира – первый человек, с которым я познакомился на новой работе. Ещё на ПП. Поэтому нам есть, о чём поговорить. Почему ты поднимаешь этот вопрос?

– Интересуюсь жизнью своего коллеги. Ведь Капитан часто любит говорить, что мы – семья, мощный механизм, каждый элемент которого является неотъемлемой частью.

– Уверен, он прав. Что ж, мне пора на встречу, до завтра, Сьюзен.

Мы попрощались. Сьюзен таинственно улыбнулась и ушла. После этого я действительно пошёл с Филом в бар. Кажется, мой новый друг попал под влияние веселья… Он говорил удивительные вещи, словно раскрывая тайны, которые следовало держать под замком, по крайней мере, в обычном мире, среди обычных людей.

– Как ты думаешь, почему в нашем современном мире не решены ещё столько проблем? Неизлечимые болезни любых стадий по типу рака или прогресс, стремительно растущий только в создании способов облегчения жизни и развлечений?.. Я отвечу тебе, Джон. Это всё потому, что наша замечательная Организация ищет по всей планете умы, отличающиеся от большинства. Все самые лучшие экземпляры инженеров и учёных собраны здесь, поэтому только у этой Организации имеются новейшие разработки и достижения в науке, которые обычным людям открываются далеко не сразу.

– Почему же они хранят в тайне все свои открытия? – С удивлением спросил я.

– Не владею точной информацией, так как мой уровень доступа слишком мал, чтобы знать такое, однако мне кажется, что Начальство может продавать кому-то результаты своих исследований. Естественно, за невероятно крупные суммы денег.

– Не думаю, что государство их финансирует, поэтому вполне возможен и такой ход событий. Однако мне действительно хотелось бы, чтобы мои открытия доходили до обычных людей, вне зависимости от их финансового состояния. – С надеждой произнёс я.

– Это похвально, но жизнь порой распоряжается иначе, чем мы хотим. И это не всегда к худшему…

Закончив встречу, я вернулся к себе в жилой модуль и лёг спать. Мне вспоминался сегодняшний день. Особенно в голову лезут мысли о встрече со Сьюзен. Что же она так «липнет» ко мне? Я кажусь ей перспективным учёным, которого она хочет привлечь в свою собственную команду, или всё куда проще, и она просто испытывает симпатию?.. *Внезапно поток мыслей прервался на пару секунд*. Испытывает симпатию… Ко мне? Ну нет, она слишком хороша для меня. Ни разу в моей жизни я не был так близко к столь привлекательной и умной девушке… Но вдруг… Нет, это точно не так. Зачем ей такой, как я? Действительно ли я могу нравиться кому-то? Во внешнем мире, может, нет, но здесь…

Я слегка тряхнул головой, чтобы очистить разум от мчащихся мыслей. Однако это только усугубило частоту их появления, но я вспомнил про Лиру. Про тот диалог, в котором она предложила встречаться каждые три дня. Те ощущения, нашедшие на меня, и ту несвязность мыслей, окутавших мой разум.

Что же это было? Обычно в общении с людьми я не проявляю себя подобным образом. И это странное чувство тогда… Я ведь периодически испытываю его, когда мы проводим с ней время. Почему она вообще предложила мне эти встречи? Неужели я и ей симпатичен? Ей и Сьюзен – двум привлекательным и умным девушкам одновременно? Ха-ха, что за вздор! Такого точно не может быть… Почему моё сердце начало стучать чаще? Что я вообще сейчас ощущаю? Надо понаблюдать за ними и за собой. Но это позже. А сейчас я хочу расслабиться…


Прошла ещё неделя. Мои успехи в работе были неоспоримыми. Оставалось совсем немного. В какой-то день ко мне обратился доктор Браун и завязал диалог, в результате которого мы познакомились поближе. Такое ощущение, что Браун словно имеет способность располагать к себе людей. Может, это у всех, кто обладает «синим» уровнем доступа? В заключение доктор сказал, что теперь частенько будет работать рядом со мной, а также мы наше общение станет частым явлением. «Считай, что ты перешёл на новый уровень доверия в нашем коллективе, мой друг» – сказал он и пошёл по своим делам. Я всё ещё не понимаю: они всегда так к новичкам относятся или я действительно какой-то уникальный, что многим из команды хочется держаться ко мне поближе? Может, я просто хороший человек?..

В вечер этого дня к семи часам я отправился в парк к Лире, с приподнятым настроением уходя с работы, однако внезапно меня потянула за руку Сьюзен и попросила о срочной помощи. До встречи с Лирой осталось полчаса. Что ж, думаю, я успею. Следуя за коллегой, я подошёл к исследовательской установке, в которой происходило интенсивное бурление каких-то жидкостей. В течение некоторого времени мы что-то замешивали, варили, переливали и раскаляли. В один момент Сьюзен сказала мне дальнейшие шаги выполнения задачи, а сама ушла со словами о скором возвращении, предварительно строго наказав не спускать глаз с её эксперимента, иначе может произойти взрыв.

Я довёл до конца её эксперимент и начал следить за жидкостью, медленно кристаллизующейся во что-то необычное. До встречи с Лирой осталось десять минут… Даже спустя некоторое время Сьюзен так и не появилась. Меня начало охватывать волнение. Пара минут, и я опоздаю на встречу…

Через семь минут Сьюзен наконец-то пришла, принеся с собой форму для выравнивания объекта исследования. Она поблагодарила меня за помощь и сказала, что дальше сделает всё сама. Не дослушав её слова, я побежал к Лире. Мне ужасно не нравится оказываться в неловких ситуациях, особенно, возникших по моей вине, а также терпеть не могу показываться не пунктуальным человеком! Это заставило меня, не жалея сил, двигаться к парку.

Прибежав к назначенному месту, я увидел Лиру, сидящую на скамейке и держащую в руках ромашку. Заметив меня, она встала и мило улыбнулась. С признанием своей вины, я извинился за опоздание и даже начал оправдываться, однако моя спутница не стала акцентировать на этом внимание и предложила просто продолжить их встречу, что вызвало тепло у меня на душе.


Прошёл ещё месяц. Курсы, которые проходили мы с Лирой, закончились. К сожалению, я стал меньше с ней видеться, однако наше правило «каждых трёх дней» всё ещё жило и становилось только крепче. Ощущения, которые я испытывал в процессе наших встреч, – всё ощутимее и сильнее. Однако я стал замечать, что Сьюзен зачастила с просьбами. То помочь ей перенести что-то, то помочь провести эксперимент, то проконтролировать тот или иной объект исследований, помимо всего прочего. И именно в те самые дни, когда мы должны были встречаться с Лирой. Я начинаю верить в то, что это не случайные совпадения, но никаких вопросов задавать Сьюзен не буду, потому что в среднем на пять встреч приходилось всего лишь две просьбы. Да и неправильно как-то упрекать девушку в том, что она считает меня надёжным коллегой, которому можно доверить свои личные эксперименты.

Настал тот самый день, когда наше долгосрочное исследование подошло к концу. Команда отдела «Биологических исследований» произвела на свет возможность создать новое поколение живых организмов со «встроенной» полной регенерацией! Впечатляюще!

Я услышал, что Руководство направило Капитану вопрос о том, кто проявлял себя лучшим образом в ходе разработки. Начальник великодушно вписал моё имя в ответное сообщение и в скором времени я получил повышение в виде «синего» уровня доступа. Это потрясающе! Мой карьерный рост идёт куда быстрее, чем у большинства моих коллег! В тот же день я разговаривал с Капитаном и доктором Брауном:

– Я впечатлён, друг мой. Вы – самый молодой исследователь с «синим» уровнем доступа, несмотря на фору в виде изначальной «зелёной» карты доступа. – Сказал Браун.

– Не смущайте человека, коллега, ему ещё предстоит долгая работа, чтобы получить, хе-хе, «офицерские» уровни доступа. Да и, к слову, я сам когда-то также быстро вырос с новичка до «синячка», хе-хе-хе-хе! Однако молодец, юноша. Ты нам действительно очень помог. Надеюсь, впредь мы будем и дальше работать также слаженно и усердно – Подхватил нить разговора Капитан.

– Я вам очень благодарен за интересный опыт и наставничество, которое вы мне оказали. – Ответил я. – А Вас, доктор Браун, я отдельно хочу поблагодарить за наше с Вами взаимодействие. Вы многому научили меня, многое показали за это время. Я рад, что могу работать в команде таких профессионалов!

Вскоре пришла Сьюзен и, вместо обычного молниеносного погружения в беседу героев, внезапно предложила по случаю успеха в разработках дать Джону прозвище. После чего сказала, что она уже собрала всех в соседней лаборатории. Когда мы пришли, в помещении бурно велось обсуждение. Из вариантов были и «строитель», и «марафонец», и «мегамозг», и даже «жеребец». Но последнее слово осталось за Сьюзен, когда она выкрикнула: «Искатель!», обосновав это тем, что я усердно работаю, словно ищу ответы сразу на все вопросы во вселенной. Команда немного подумала и согласилась с мнением коллеги.

После этого доктор Браун пригласил меня поговорить наедине. Внезапно он спросил, как я оказался на Станции. Но память мне не изменяла. Я знал, что никому нельзя это рассказывать, и попытался уклониться от ответа, однако Браун упомянул аварию, в которую я когда-то попал. Моя голова сразу напряглась, а из уст вылетел вопрос, откуда тот знает про аварию. Доктор ответил, что ему ведомо многое и по-доброму улыбнулся. После этого он решил закончить диалог и удалиться. Он и раньше мне казался немного странным. Но сейчас эта планка поднялась до небес.


Спустя ещё тринадцать дней мы с Лирой встретились в лучшей пиццерии на Станции. Инициатором встречи стала она. Мы вновь провели прекрасный душевный разговор. Наша беседа шла и про родственников, и про детство, и про мой новое прозвище, и про то, кем хотели стать в детстве. Удивительно, но Лира всегда знала, что будет стремиться спасать жизни! Она верила, что станет либо врачом, либо учёным, который однажды спасёт мир!

– Не знаю, насколько мне удастся спасти мир, но прилежным учёным мне удалось стать. – С небольшой долей доброго смеха произнесла Лира.

Я же рассказал, что в детстве мечтал стать космонавтом, однако в один момент понял, что мои способности к быстрому обучению и знания, превосходившие сверстников, пригодятся там, где я смогу помочь людям.

– В таком случае, мы с тобой имеем не только общую работу, но и общие цели. – Словно с чувством удовлетворения ответила Лира, на что я со скромной улыбкой утвердительно закивал головой.

Я не сразу заметил, но мы впервые не говорили про работу, наши исследования и коллег. Произошло что-то странное. Будто в груди уже какое-то время поселился тёплый огонёк необъяснимо возникающих ощущений, которые я всё не мог объяснить. Хотя мне кажется, что это уже и не нужно. Мы ещё долго общались на разные темы, шутили, смеялись и сделали вывод, что вдобавок имеем и схожие интересы, увлечения и даже мнения в некоторых моментах!

Но внезапно что-то изменилось… Здесь и сейчас я ощущаю какую-то лёгкость на душе… Чёткая уверенность в том, что передо мной сидит не просто коллега из другого отдела или подруга, а девушка, к которой я осознал свои чувства. Это что-то невообразимое! Такой спектр ощущений и эмоций! Я уже не слышу, что она говорит! Моё сознание охватила волна ощущений! Всё это крайне необычно!

– Ты мне нравишься, Лира… – Я неосознанно прервал рассказ очередной её истории. Наступила пятисекундная пауза.

Я сижу и смотрю в её красивые глаза. Моё тело не двигается, но руки слегка дрожат. Я не издаю ни звука, ожидая, какова буде реакция девушки. Даже дыхание остановилось. На лице Лиры читались ярко выраженные радость и удивление, вызванные неожиданным признанием собеседника. Она начала краснеть и со скромной, но счастливой улыбкой опускать голову вниз. Я продолжал рассматривать выражение её лица, движение её рук, глаз и губ, хоть и ничего не смыслил в этом. Спустя ещё несколько мгновений, Лира подняла голову и ответила, что мои чувства взаимны. Это… это просто самый лучший день в моей жизни! Мой внутренний «Я», заставивший меня так неосторожно чуть ли не выкрикнуть признание, ликует от результата. Я уверен, что не контролирую движение своей мимики: мои тесно сомкнутые губы превратились в красивую счастливую улыбку, а глаза засияли. Теперь я знаю, что это именно тот окрыляющий момент, когда в жизни появляются ещё один смысл и радость!

После таких признаний мы продолжили общаться на различные темы, но уже оба чувствовали, как атмосфера нашей встречи поменялась на более близкую и открытую, чем было до того момента. Как и всегда, завершив встречу на приятной ноте, я отправился провожать Лиру к «дому». Мы шли медленно, растягивая прогулку ещё на некоторое время. Девушка радостно шутила и смеялась. Я не оставался в стороне и отвечал тем же. От нашедшего веселья и счастья нас шатало от стороны в сторону, руки и плечи соприкасались друг к другу. Нужно что-то ещё предпринять! Я уверен, что можно сделать этот вечер ещё лучше! Вскоре я собрался с мыслями и взял Лиру за руку. Она взглянула на меня с доброй улыбкой и слегка усилила хват своей руки. Через некоторое время наши пальцы были переплетены, словно мы – пара, давно окунувшаяся в необъятные миры друг друга.

Дойдя до отсека с жилыми модулями, куда должна была зайти Лира, мы остановились.

– До свидания, мой дорогой Джон-искатель. – С милой шутливостью в голосе произнесла Лира.

– Ну какой же из меня искатель – можешь называть меня Джоном. – С такой же шутливостью ответил я.

– Вероятно, искатель ключика от моего сердечка. – Сказала Лира с любопытством, заинтересованностью и надеждой в голосе.

– Видимо так! – Ничего лучше не придумал я для ответа.

Спустя несколько мгновений и переглядываний друг на друга, девушка сказала, что ей очень понравилась встреча, но уже пора идти. Я её понимал, да и самому мне уже нужно было идти в свой модуль. Лира сказала, что будет очень ждать следующей встречи, и я, конечно же, ответил взаимностью.

Наши взгляды были наполнены чем-то удивительно воодушевляющим. Чувства, которые мы раньше никогда не испытывали, проявлялись во всём: в голосе, прикосновениях, искренности, мимике и разговорах. Этот вечер должен запомниться нам навечно! Я подошёл ближе к Лире и молча обнял её с силой, чуть больше той, с которой я обнял бы дорогого друга. Моя душа вновь залилась сильными чувствами, когда она также молча взяла меня в свои объятия.

– До скорой встречи, Лира, я благодарен тебе за все мгновения, проведённые с тобой. – Милым и спокойным тоном заговорил я.

– И я благодарна тебе за всё. Скоро увидимся! – Завершила диалог моя спутница мягким и нежным ответом, после чего отправилась к себе в жилой модуль. Кажется, во мне сейчас пребывает самое настоящее счастье! Впоследствии оно окружало меня весь оставшийся вечер. Впервые за крайне долгое время я был доволен собой. Уверен, теперь при каждой встрече и каждом прощании мы будем укутывать друг друга в свои объятия.

## Глава 5: За кулисами


Прошёл год с момента моего прибытия на Станцию. За это время я успел завести новые знакомства, обзавестись хорошим другом и товарищем, которым оказался Фил, а также впервые в жизни почувствовать тёплую, взаимную близость к девушке. Естественно, моё прибытие в команду «Биологических исследователей» существенно повлияло на репутацию всего отдела. Научные достижения, совершённые как в команде, так и в одиночку, не остались без внимания Руководства. В один чудесный день «сверху» поступил приказ, который гласил, что будет повышен до следующего уровня доступа один сотрудник из отдела. Как остальные ни хотели бы собственного повышения, ни для кого не стало секретом, что лучший кандидат на повышение – это я. Команда, к счастью, отнеслась с пониманием и поддержкой ко мне и решению Руководства.

Для повышения оставался один важный этап – пройти внутреннее собеседование, по результатам которого будет выявлено, допущен ли претендент до получения нового уровня доступа или нет. Конечно же, я волновался, ведь повышение позволит мне взаимодействовать с ещё большим числом ресурсов и тайных или запретных лабораторий, поэтому просто непозволительно упускать такую возможность. Первым делом я отправился к доктору Брауну, как к своему дорогому наставнику.

– Доктор Браун, я хочу поговорить с Вами по поводу моего повышения. Вероятно, Вы знаете, что мне предстоит пройти собеседование, которое определит мою пригодность к должности.

– Лучше и не скажешь, мой добрый друг.

– Знаю, хоть вы и имеете такой же уровень доступа как у меня и не проходили то собеседование, но я всё равно хочу услышать от Вас какой-нибудь совет как от опытного человека, которому я доверяю.

– На вопросы отвечать придётся самостоятельно, Джон. Я дам тебе лишь два совета: не давай им честных ответов на вопросы, а также не подходи больше ни к кому за советами.

– Но почему? Разве я не должен показать свою готовность к новой должности через честность, собственные навыки и демонстрацию выгоды Организации? И почему ни с кем больше не обсуждать?

– Прости, дорогой друг, это всё, что я знаю и могу сказать.

Такой диалог не удовлетворил меня. Советы казались странными и нестандартными. Никто же так не делает, это даже нелогично! Подготовиться ко встрече с Руководством всё-таки я хочу, но единственными обладателями «оранжевого» уровня доступа у нас – это Дин и Морфеус. Я отправился к ним.

Эти ребята, являясь лучшими друзьями, были одними из первых исследователей в данном отделе. Они всегда как-то молчаливы, немного даже таинственны и подозрительны, но всё-таки дружелюбны. Предпочитают работать над проектами только вместе. Я ни разу не видел, чтобы в свободное время они проводили какие-то собственные исследования. Есть даже ощущение, что они хранят какие-то мрачные секреты, о которых никогда никому не расскажут.

– Дин! Морфеус! Приветствую вас, товарищи. Вы, как я знаю, уже давно здесь и имеете «оранжевый» уровень доступа! Хотелось бы получить от вас некоторых хороших советов, связанных с собеседованием, которое меня скоро ожидает. – Сказал я, почему-то чувствуя небольшое волнение.

Коллеги с нейтральными или недовольными лицами повернулись ко мне.

– Дам тебе единственный совет: отвечай честно на всё, не думай юлить. – Ответ Дина расходился со словами Брауна. Они явно что-то скрывают.

Морфеус молчал, с подозрением рассматривая меня с ног до головы.

– А-а… Хорошо, Дин, спасибо тебе. А ты что скажешь, Морфеус?

Морфеус молча засунул руки в карман халата и достал оттуда две конфеты: синюю и красную.

– Одна из них – правда, другая – ложь. Выбирай и ешь. – Медленно произнёс Морфеус.

Конечно же, мой выбор пал на «правду». Он протянул мне синюю конфету. Съев её, я ощутил приятный вкус шоколада и начинки.

– Честно говоря, был уверен, что есть подвох, однако конфета оказалась вкусной. Она не отравлена же? – В моём голосе выделялась волнительная усмешка.

– Нет. Но подвох есть. – Ответил Дин.

Хоть мне и не удалось их понять, но благодарностью своих коллег не обделил, а затем пошёл к месту работы. Свой вечер перед собеседованием я хотел провести, совмещая приятную компанию и отдых, поэтому решил пойти сначала в тир, а затем встретился с Лирой и Филом, чтобы втроём пойти ловить рыбу. Я рассказал им то, что услышал от коллег. Лира посоветовала слушать своё сердце, но в тот же момент думать, к каким последствиям может привести тот или иной ответ. Фил, в свою очередь, считал, что нужно говорить именно то, что будет способствовать продвижению по карьерной лестнице. Его слова звучали убедительнее всех, поэтому я решил, что уже на самом собеседовании выберу, чьего именно совета придерживаться.

На следующий день меня вызвало руководство. Я вошёл в красивый, но маленький кабинет, где ожидала моего появления девушка с чёрным портфелем в руках. Она сидела за столом, поглядывая на часы, а заприметив меня, сразу встала. Я поздоровался с ней.

– Добрый день, Джон Картер. Меня зовут Дарси Тэлон. Я – представитель отдела «Этического соответствия». Моя основная задача – определить уровень вашей пригодности к нашему общему делу, которое доступно только исследователям с высоким уровнем доступа, начиная с того, на который вы претендуете. Хочу сразу уточнить, что волноваться нет причин. Вас никто не уволит и не понизит. Отвечайте честно. И постарайтесь расслабиться. – Дарси достала из портфеля листы бумаги или какие-то документы.

– Да, конечно. Что Вы хотите от меня услышать?

– Джон, мы знаем, что Вам приходилось для проведения как рабочих, так и собственных экспериментов прибегать к использованию живых организмов в качестве подопытных или доноров биологических образцов.

– Да, ведь это являлось неотъемлемой частью эксперимента. Нужно было выяснить не только реакции организма на внедряемые изменения, но и уровень адаптации животного к ним. К тому же…

– Достаточно, Джон. Вас никто не осуждает и не обвиняет. – Перебила меня Дарси. – Мы и сами считаем, что использование живых организмов позволяет, к примеру, в несколько раз увеличить шанс на успех того или иного эксперимента. Однако речь не об этом. Мне интересен Ваш личный выбор животного для своих экспериментов. Понятно, что в некоторых опытах нужны определённые существа, поэтому будем говорить только про тот, в котором Вы выбрали крысу в качестве подопытного, когда в других клетках были такие замечательные зверюшки как кролики или белки. На чём основывался Ваш выбор?

– Оу… Ну… Не знаю, я не особо думал об этом. Так как не было определённого зверька, которого нужно было взять, то мой выбор просто пал на крысу.

– Но ведь клетки с кроликами были ближе к Вам. Так что побудило Вас взять именно крыс? Может, то, что они – вредители? Противные и мерзкие создания, разносчики болезней, обитатели самых бедных и грязных мест, только мешающие обществу.

– А-а…Наверное, так. – Неуверенность проскальзывала в моём голосе.

– Как Вы думаете, правильно ли поступает человек, когда ради высшей цели использует тварей, способных только мешать нашему обществу расти вверх?

– А разве крысы настолько способны вредить обществу?

– А разве только крысы являются вредителями? А что, если Вы заберёте десять тысяч жизней ради изобретения чего-то поистине уникального? Например, Вы с определённой, но высокой вероятностью получите лекарство от всех известных болезней. Больше не нужно отдельно изобретать что-то, ведь уже известна формула, способная исцелить любой организм, но для создания такого лекарства потребуются сотни или тысячи жизней.

– Ну, в целом, да. Крыс вряд ли кто-то будет жалеть…

– А если это будут не крысы? А, например, слоны, лошади, собаки, коты – да кто угодно.

– Не знаю… Десять тысяч котов или собак – это уже достаточно жестоко. Но как будто бы создание лекарства, способного исцелить от любого недуга – того стоит. Хоть мне и неприятно об этом говорить. Но так мы спасём ещё больше как людей, так и зверушек.

– Вы мыслите в правильном направлении. Теперь я покажу вам несколько картинок, которые немного откроют Вам глаза на нашу организацию. Эти создания получились в результате неудачных экспериментов с генами. – Мне стало немного противно, отчего я скривил лицо. Передо мной предстали уродливые тела некогда милых или просто хороших животных. Одно дело, когда животное сразу или почти сразу умирает в ходе эксперимента, а другое – когда обречено на страдания в облике дьявольской твари.

– Несмотря на успехи нашей организации во многих областях, нам приходится сталкиваться с неудачными экспериментами, результатом которых становятся порой бездушные монстры, имеющие появившиеся неопределённым образом способности. Однако сменим тему. – Дарси резко закончила обсуждаемый вопрос.

– Вы ничего не спросите? Может, будет ли мне страшно работать с такими созданиями?

– Не буду останавливаться на очевидном, данный вопрос закрыт. Следующий вопрос, который я хочу задать… – Девушка остановилась и всмотрелась в лист бумаги, видимо, с тезисами. – Как Вы считаете, правильно ли Мы сделали, устроив Вам подставную аварию, чтобы завербовать в нашу организацию?

Я сразу понял, что это трюк, чтобы вывести меня на эмоции, поэтому ответил спокойным тоном:

– Это было очевидным фактом. Однако я до сих пор считаю, что лучше было бы просто со мной договориться, чем портить умышленно жизнь. Мне нравится эта работа и, как видите, результаты подтверждают мои слова.

– Это действительно так. Теперь перейдём к более откровенной беседе. Знаете ли Вы, что человек может прожить жизнь тремя способами?.. Разрушая собственную жизнь или жизни других. Ведя нейтральный образ жизни, не мешая другим сосуществовать. А также жить, способствуя развитию себя самого или даже всего мира. Как Вы думаете, Джон, память о ком остаётся в истории или умах общества? О первых, вторых или третьих вариантах?.. Думаю, мы оба знаем ответ. Но что могут оставить после себя те, кто не способен работать на благо общества, во имя Высших целей? Так ли они бесполезны?

– Я считаю, что у каждого человека свой путь. Кому-то дано быть учёным, кому-то – космонавтом, а кто-то стал артистом. Мы все дополняем наше общество. Каждый является неотъемлемой его частью. Нельзя считать «лишними», например, художников или других проводников искусства, то же самое и с…

– А что насчёт бездомных? Обездоленных? Как они способствуют росту нашего общества? – Дарси перебила меня. Снова.

– Их можно привлекать к труду, общественным работам. Так будет выгодно для всех.

– Но будем честны, большинство из них, увидев такую возможность, продолжили бы лежать на своих картонках, пьянствовать или приставать к обычным людям. Как Вы считаете, можно ли их сравнить с теми же крысами из нашего первого вопроса?

– Нет, нельзя. Какая ни была бы их доля, они всё равно – люди.

– Но у них так много сходств с крысами: обитают в бедных и грязных условиях, питаются чем придётся, могут переносить различные болезни и прочее.

Мне стало не по себе. Поселилось в груди ощущение, что меня подготавливают к более серьёзным вопросам, не несущим в себе ничего хорошего.

– Но они же люди…

– Но всё же! А что, если мы сможем сделать из них что-то великое! Подарить им возможность изменить свою жизнь до неузнаваемости! Забыть о нищете и паразитизме! Стать лучшей версией себя – лучшей версией Человека!…

Меня немного пугала искренняя воодушевлённость Дарси и её сильная вера в то, что говорит. Но я не знал, как реагировать на это.

– Но как можно помочь им? Разве здесь не исследовательская Станция, а благотворительная?

– Мы можем привлечь их в наши исследования, Джон.

– Брать у них кровь или другие образцы?

– Думайте глубже, думайте шире! Их бесполезное существование перестанет быть таковым!

Теперь я точно почувствовал небольшой страх и мурашки, пробежавшие по коже.

– Вы хотите сказать об экспериментах на людях? – Обеспокоенно и негромко довелось мне спросить.

– Совершенно верно, Джон. Мы с Вами дошли до точки невозврата. Скажите мне, если вы пожертвовали десятью тысячами кошек ради создания совершенного лекарства, то что насчёт хотя бы тысячи жизней обычных, никому не нужных бездомных?

Я боюсь даже отвечать на такой вопрос! Мои моральные принципы переплелись с мыслями о Станции и этой работе.

– Это чересчур. – После сказанного сердце забилось очень сильно.

– Но вы спасёте миллионы! Миллиарды людей навсегда внесут Вас в историю человечества, а о той тысяче неизвестных попрошаек никто и не вспомнит.

– Наверное, лично мне не хватило бы духу нажать на какую-нибудь красную кнопку, убивающую моментально целую тысячу душ.

– А если говорить о совершенстве? Перевоплощать обездоленных в лучшую версию Человека. Со способностями, которые мы разрабатываем нашим дружным коллективом. Если это новый этап эволюции человечества? Хоть и идущий не совсем естественным путём. Тысяча душ в обмен на переход на другой уровень жизни, сознания и человеческого могущества. В любом случае, вы же понимаете, что на какой-нибудь войне гибнет в сотни раз больше добрых, хороших людей.

– Да, Вы, наверное, правы. Всё имеет свою цену. Я это уяснил.

– Последний вопрос, Джон. Вы боитесь кровавых зрелищ?

– Это связано с людьми? – Безнадёжно спросил я, на что Дарси медленно утвердительно кивнула. – Меня кровь не особо пугает, но…

– Вот и славно. – Дарси ещё раз перебила меня. – Благодарю за беседу. Она была очень продуктивной. Если Вы пройдёте отбор, то с Вами свяжутся. Отдыхайте, Джон. Сегодня можете взять выходной и обдумать всё. Однако хочу напомнить, что никому нельзя раскрывать детали нашей встречи. Даже высокоуровневым сотрудникам, не говоря уж о товарищах.

Дарси улыбнулась и покинула помещение. Я отправился в свой жилой модуль и провёл там весь оставшийся день, лишь пару раз выйдя в столовую, избегая при этом столкновений со знакомыми. Мой мир словно изменился до неузнаваемости… Эксперименты на людях?! Я даже подумать не мог, что здесь таким занимаются… неужели опыты со зверюшками – это самое простое, на что способна эта Организация?.. Они превращают их в уродливых существ… А вдруг и людей тоже?.. Ох, что-то меня тошнит… Кажется, я испытываю страх. Теперь уже не очень-то и хочется на новую должность. Надеюсь, меня не возьмут…


На утро я немного успокоился и стал мыслить трезво. По пути на работу меня подхватила Сьюзен.

– Ну что, как прошло собеседование у нашего юного и гениального Искателя? – С улыбкой и удовольствием произнесла она.

– Решение по поводу повышения ещё не вынесено. Меня как-нибудь оповестят.

– О-оу, ну не переживай, тебя обязательно повысят, красавчик! Уж я-то уверена.

– Угу. – Промычал я, после чего мы дошли до места работы.

В полдень решено было отправился в столовую на обед. К счастью, мне удалось встретил там Лиру. Мы обнялись и сели за один стол.

– Ну что, как прошло всё вчера? – С интересом и небольшим волнением спросила она.

– Мне запретили рассказывать то, что было на собеседовании… Но после него стало сильно не по себе. Я узнал достаточно много об этой организации, чтобы перестать восхищаться своей работой.

– Ну не может же быть всё настолько плохо? – Расстроенно спросила Лира.

– Если меня примут на работу, то, вероятно, это сильно повлияет на моё поведение.

На протяжении разговора Лира всячески поддерживала во мне боевой дух и говорила, что будет рядом. Она верила, что меня могли просто напугать, чтобы посмотреть реакцию, однако сам я так не думал…

В середине дня, после обеда, поступило сообщение о необходимости прийти в офис отдела «Этического соответствия». На входе в отдел мою персону уважительно встретили и сопроводили к нужному помещению.

– Добрый день, Джон Картер, входите, пожалуйста. – Одобрительно сказала Дарси Тэлон.

– Здравствуйте. Я хочу скорее узнать о решении начальства. – Настойчиво, но с чувством страха ответил я.

– Не торопите события, Джон. Это важное событие, нужно как следует обсудить его. Руководство рассмотрело видеозапись нашей вчерашней встречи и вынесло своё решение по поводу Вашей кандидатуры на новую должность. Для получения повышения требовалось набрать хотя бы 70% этической пригодности по результатам собеседования, однако Вам удалось достичь только 45%. Очевидно, Руководство хотело написать отказ о повышении Вашего уровня доступа… – Во взгляде Дарси прослеживался упрёк. Услышав, что меня не примут, я незаметно вздохнул с облегчением. Девушка продолжила свою речь:

– …Однако, по неизвестным мне причинам, этого не произошло. Впервые в нашей практике повысили сотрудника, не набравшего минимальный процент пригодности. Поздравляю, Джон. Теперь Вы – исследователь с «оранжевым» уровнем доступа.

Мои глаза медленно округлялись во время монолога Дарси, а сердце снова забилось. Спокойствие, которое удалось обрести на несколько секунд, было также быстро разбито, как и приобретено.

– Но…как? Почему они вынесли такое решение?

– Не знаю, Джон. Я лишь доношу информацию. Вероятно, Вы – слишком ценный сотрудник, обладающий крайне полезными знаниями и способностями, требуемые нашим общим делом. Так что радуйтесь! Вы намного ценнее, чем можете себе представить. – Уже с улыбкой сказала Дарси.

Девушка протянула мне новую карту доступа и попросила сесть за стол, сказав, что нам ещё многое нужно обсудить.

– Мне нужно ещё что-то знать? – Спросил я, медленно забирая свой новый пропуск.

– Да, и весьма много. Вчера мы говорили с Вами про опыты над людьми. Так вот теперь Вы будете периодически проводить такие опыты. Однако, как говорится, в высших кругах этой Станции таких людей принято называть «расходниками». Вероятно, Вы понимаете почему. – Дарси внимательно рассматривала меня, анализируя реакцию.

– Потому что в этих испытаниях они гибнут как мухи? – Нейтральным голосом спросил я.

– Вполне корректное предположение. Но не волнуйтесь. Вы не поверите, но они сами согласились на эти опыты. С каждым расходником мы подписываем контракт, который отличается от того, что подписан Вами. Давайте я расскажу, как происходит набор такого «материала».

Тут я уже понял, что «влип» по самые уши, поэтому перестал волноваться и попытался реагировать на всю принимаемую информацию нейтрально.

– Отбор «материала» происходит по принципу ЗНД (Заключённый, Нуждающийся, Должник). Например, в какую-нибудь тюрьму для особо опасных преступников обращается наша Организация с целью набора добровольцев. С теми, кто откликнулся, связываются, предлагают полное или частичное снижение срока с дополнительными выплатами в обмен на ответную услугу. Подписывается Контракт «Молчания», после чего преступники отбывают в нашу секретную лабораторию, в которой проводятся испытания с их участием в течение тридцати дней. После чего с выжившими в рамках безопасности и дальнейшей секретности проводится консультация, в ходе которой решается, подлежит ли «объект» уничтожению, в следствие неспособности соблюдения условий Контракта. Прошедшие успешно консультацию отправляются в ранее покинутое ими место или в ими желаемое. За ними ведётся слежка в течение года. В случае раскрытия информации уничтожается сам «объект» и его контакты.

– Думаю, Джон, Вы и сами понимаете, что те, кто раньше разрушал наше общество, стало способствовать его развитию! Разве в этом нет смысла? Конечно же, есть! – Продолжила Дарси.

– Что насчёт должников и нуждающихся? Как понимаю, с ними должно быть проще?

– Совсем наоборот. У них порой даже меньше причин соглашаться на условия Контракта. У заключённых зачастую нет выбора. Нуждающимся предлагается помощь в обмен на те же ответные услуги. Если они выживают по истечении тридцати дней, то становятся настолько богатыми, чтобы всю оставшуюся жизнь совершенно не думать о деньгах. Причём со специальными выписками, доказывающими «чистоту» данных денежных средств. Большинство, как правило, соглашается. С должниками та же история. Организация выплачивает любые долги и накидывает сверху круглую сумму. Естественно, подписывается Контракт, тридцать дней исследований, консультация и слежка в течение года.

– Вы же просто обманываете их таким образом. Каковы их шансы на выживание?

– Нет, Джон. Они знают, что могут не вернутся с такого путешествия. Но всё равно подписывают Контракт. Их шансы вы узнаете, когда пойдёте на экскурсию по нашим Зонам Содержания. Это и есть наша следующая тема.

– Значит, самые важные опыты здесь – это те, что с участием людей. Я Вас понял.

– Поэтому наша Станция и Организация находятся в строжайшем секрете. Люди сочтут некорректным использование им подобных для усовершенствования общества. Надеюсь, теперь мы с Вами пришли к полному пониманию и принятию. Однако самая главная цель этого места – создание так называемых «Суперлюдей» – новый эволюционный вид живых организмов, выводящий человечество на новую ступень. Эти создания должны быть по виду точь-в-точь как мы, однако обладать способностями, которые обычному человеку даже не снились. Однако пока что наши самые лучшие исследователи не могут найти точную формулу создания таких совершенств. Обязательно в ходе модификаций появляются абсолютно непредвиденные мутации, до неузнаваемости меняющие человеческий организм.

– Получается, это и есть то самое «лекарство от всех болезней», ради которого требуются тысячи душ?

– Абсолютно точное высказывание. Теперь мы с Вами закончим нашу встречу. Но прежде – перезаключим Ваш Контракт «Молчания». Туда добавлены только некоторые новые строчки.

Я прочитал условия Контракта и действительно увидел только некоторые изменения: требовалось молчать обо всём, что мне довелось видеть и слышать на собеседовании и после него. Допускалось обсуждение увиденного и услышанного с сотрудниками, имеющими высокий уровень доступа (не ниже оранжевого), строго в отсутствии более низкоуровневых сотрудников. В итоге я подписал новый Контракт.

Дарси выразила благодарность, встала со стула и сказала, что меня пригласят на экскурсию через пару дней, после чего проводила до выхода из её отдела.

– Кстати, Джон, теперь Вам доступны все ресурсы и лаборатории для проведения экспериментов. Вы – старший исследователь. До руководителя вряд ли повысят так быстро, но всё возможно в этом месте. – Закончила Дарси подбадривающим тоном.

Герой поспешил на работу. Коллектив дружно поздравил меня с повышением. Они были абсолютно уверены во мне. Я присоединился к доктору Брауну и его экспериментам.

– Ну что, дорогой друг, как прошла встреча? – Спросил он.

– Хуже не придумать, честно говоря, но я не могу раскрывать детали, прошу прощения.

– Не извиняйся, Джон, я понимаю. Но хочу дать тебе очень важный совет, которого, надеюсь, ты будешь придерживаться.

– И что Вы хотите мне сказать?

– Что бы ты ни увидел дальше, Джон, чем бы ни занимался, не показывай свои истинные эмоции и реакции. Сдерживай их. Никто не должен знать, что скрывается внутри тебя на самом деле.

– Хорошо, благодарю Вас, буду следовать этим словам. Но хочу обсудить с Вами ещё один вопрос. Не секрет, что в наших Контрактах прописано то, что мы в этом месте навсегда. Но, если мы теперь тут навсегда, что делают в итоге с теми, кто уже слишком стар, чтобы работать, или со временем становится бесполезным?.. Получается… В целях обеспечения секретности его устраняют? В итоге, нас всех когда-нибудь убьют? – Я сам удивился, что сформулировал вопрос именно таким образом, говоря о смерти сотрудников, однако доктор Браун спокойным тоном ответил:

– О, нет, мой дорогой коллега, не волнуйся. Если ты выживешь в этом месте, за примерную работу тебя наградят: отправят во внешний мир с «мешком золотых», как говорится. Но, вероятно, будут следить за тем, чтобы секретность Станции была обеспечена.

– Если выживу?.. – Забеспокоился я.

– Да, друг мой. Поэтому и прошу не раскрывать своих истинных эмоций остальным на новой работе. Если ими будет выявлено то, что ты не способен приносить пользу так называемому «обществу», то может произойти всё, что угодно.

– А если я сам захочу уйти раньше этого срока?

– Вряд ли тебе это удастся, друг мой. Тебя сочтут предателем нашей «Высшей идеи» и пустят в расход.

– Но, а если я просто буду плохо работать? Смогу отправиться домой?

– Вопрос действительно хороший. Но ответа у меня нет. Никто ещё не рисковал так делать. Сам подумай, мой дорогой коллега, разве тебе здесь плохо? Есть время для отдыха, для принятия пищи, вкусной, смею заметить! Есть время на собственные исследования. По мере карьерного роста всё большими ресурсами сможешь обладать и пускать в ход. Разве ты не желал этого? А взамен требуется всего лишь делать определённую работу некоторую часть дня.

– Зато какую… – Моё мычание прозвучало с ноткой презрения.


Вечером я отправился к Лире. По пути меня настигали мысли о докторе Брауне. Было ощущение, что он знает намного больше, чем дано сотруднику с «синим» уровнем доступа, однако не буду придавать этому значения, так как впереди ожидают куда более весомые изменения в жизни.

Лира всегда могла не только приободрить меня, но и вселить тепло в душу, благодаря которому негативные мысли оставляли разум в покое. Данная встреча не стала исключением. Однако о работе мы тоже успели поговорить. Лира сказала, что в её отделе тоже было место на повышение, но она не прошла «собеседование», и взят был её коллега.

– Почему ты не сказала мне, что тоже пошла на собеседование? Я думал, что тебя не выбирали претендентом.

– Так и было, но Руководство в последний момент пригласило меня на эту встречу, поэтому я не успела рассказать об этом. – Ответила Лира.

Остаток вечера мы провели в объятиях, мило общаясь друг с другом на темы, отдалённые от работы и исследовательской суеты.

Получив повышение, я начал работать с более опасными биологическими и химическими веществами. Как и обещала Дарси Тэлон, меня пригласили на экскурсию в одну из Зон Содержания. Она выглядела как тюрьма с самыми современными, но и самыми ужасающими технологиями. Там располагалось множество специальных очень надёжных клеток в форме куба с лазерами вместо дверей. Сделаны они были из неизвестного мне тёмного переливающегося материала, больше похожего на сгусток тёмных энергий. В этих клетках я впервые увидел обратную сторону данного места. Вместо ожидаемых красивых, элитных, могущественных существ, похожих на усовершенствованных людей, я узрел порой даже уродливых, страшных и пугающих мутантов с различными способностями: от кого-то исходило небольшое свечение, кто-то мог растягивать свои конечности, у каких-то существ образовались несвойственные им клыки, чешуя, похожая на драконью, вертикальные зрачки как у хищников и множество других изменений. Это поразило меня. Я чувствовал, как ноги немного подкашиваются, а руки дрожат, однако совет доктора Брауна засел у меня в голове, поэтому старался скрывать свои эмоции.

– Поглядите, Джон, на этих «совершенств». – Сказал экскурсовод. – Разве Вы не чувствуете эти ощущения? Величие и сила, которые от них исходят – потрясающи. Пока что я провёл Вас по тем местам, где содержат результаты наших экспериментов, которыми изначально были обычными животными. Как вы видите, теперь каждая жертва в природе может поменяться ролями с хищником. Мы способны изменить ход эволюции! Каково Вам знать и ощущать, что Человек способен менять то, что формировалось тысячелетиями?! – Очень воодушевлённо рассказывал экскурсовод.

– Да… Это впечатляет. – Спокойно, но с долей сомнения отвечал я.

– Но самое впечатляющее ещё впереди! Пройдёмте со мной дальше. Вас ждут самые передовые разработки на нашей Станции. В обычное время сюда попасть Вы не сможете, но руководство приводит в эту Зону Содержания новых старших исследователей для демонстрации того, над чем работает наша Великая Организация! А также того, чего Мы все уже смогли достигнуть!

Мы прошли в следующую Зону. Она выглядела немного иначе. Всё в этом месте было пропитано страхом, сожалениями и болью. Атмосфера поистине гнетущая! А клетки выполнены из того же материала, что раньше, но теперь в них сидели мутанты поменьше.

– Узрите, коллега! Экземпляры наших «Суперлюдей»! – Голос экскурсовода звучал так, словно подражает чокнутым злодеям из фильмов.

Я взглянул на первого экспоната и сразу же пожалел об этом. Передо мной сидело сильно изуродованное существо и смотрело на таким пронзающим взглядом, что мне стало крайне некомфортно. Мой взгляд сразу же был направлен на другие объекты.

– Но это же мутанты, совершенно не похожие на людей. – Упрекнул я спутника, еле сдерживая эмоции.

– Не называйте их так, коллега! Это – величие человечества! «Суперлюди»! – Возразил экскурсовод.

– Но почему тогда они так выглядят?

– Вам наверняка рассказывали, что мы ещё не нашли решение этой задачи. В идеале, конечно, они должны выглядеть как мы, но быть намного умнее, сильнее и… Лучше! Посмотрите сюда, Джон. Здесь наши совершенства выглядят немного красочнее, как и те, что я покажу Вам далее.

Мутанты, которых показывал мне экскурсовод, выглядели действительно лучше, чем первый. Они всё ещё не были похожи на людей: высокие, широкие танки, словно созданные для войны каких-нибудь титанов, но не для созидания.

– Как я понимаю, тот первый «суперчеловек» был одним из первых удачных экспериментов?

– Да, Вы совершенно правы. Таких немного осталось. Большинство из них погибло.

В то же время на меня глядело множество взглядов: какой-то мутант смотрел с невероятной болью в глазах, другой – словно с желанием разорвать моё тело при первой возможности, а у некоторых были пустые взгляды, смирившиеся с тем, что с ними произошло.

Меня довели до конца Зоны Содержания. Экскурсия была закончена. Я уже собирался уходить, но экскурсовод сказал, что теперь я в своём отделе буду проводить только часть времени. А остальную часть дня находиться в местах, куда вызовут для проведения экспериментов с «суперсозданиями»: как животными, так и людьми. Я поблагодарил экскурсовода и поспешил покинуть территорию.


Вернувшись в свой отдел, я начал работу над новым исследованием в сотрудничестве с Дином и Морфеусом. Во время выполнения своих обязанностей удалось разговориться с Дином про экскурсию, которую мне недавно провели. К счастью, хотя бы с кем-то об этом можно было говорить. Я рассказал обо всём, что довелось увидеть там. Дин спросил, чего же я ожидал, когда шёл на повышение? Ведь эти «разноцветные карточки» дают не просто так. Что у всего есть цена. И что эту цену я ещё заплачу сполна.

– Знай же, Джон, ещё одну вещь. На «этой работе» повышение получить можно, а вот понижение – нет. Если будешь плохо выполнять работу – получишь предупреждение, а откажешься её выполнять или наберёшь пять предупреждений – сочтут изменником и отправят на исследования в клетку к «Суперлюдям».

– Они отправляют людей к этим монстрам? Словно на казнь?

– На самом деле всё не совсем так. Это тоже своего рода эксперименты. Организаторы – такие же исследователи, как и мы, – смотрят на взаимодействия «совершенства» с обычным человеком, если коротко.

– Был в нашем отделе один сотрудник. – Продолжил рассказ Дин. – Так он поднялся аж до «белого» уровня доступа, был заместителем нашего начальника – Капитана. В какой-то момент он не выдержал – то ли работа была слишком тяжела, то ли духом слаб – и отказался выполнять свои задачи. Руководство сделало ему предупреждение, но он ни в какую не собирался снова браться за дело. Конечно же, его сочли изменником нашей «Высшей идеи» и отправили на испытания в качестве расходника. Там он и сгинул.

Теперь я в полной мере осознал всю серьёзность ситуации, в которую попал. Путей назад уже не было. Оставалось только качественно выполнять свою работу и проводить опыты с «нейтральным» лицом, скрывая ото всех свои настоящие мысли.

– Чем выше уровень доступа, тем «сложнее» на моральном уровне становится работа. И выбора уже не будет. Те, кто знает это, не выделяются и просто выполняют свою обычную работу, но таких мало. – Внезапно добавил Морфеус. После его слов я понял, почему Дин советовал говорить правду – чтобы меня посчитали не готовым к таким экспериментам и не стали повышать. Но было уже поздно.


Очередной вечер. Лира вновь ждала меня в парке, поэтому, закончив свои дела на работе, я отправился к месту встречи, однако меня словно подкараулила Сьюзен и позвала со словами, что ей нужна срочная помощь. Это уже начало надоедать. Я медленно и глубоко вздохнул, стараясь не показать своё нежелание идти с ней, однако откликнулся и спросил, что у неё случилось. Мы пошли обратно в одну из лабораторий.

– Почему ты почти всё время следишь за мной или находишься где-то неподалёку? – Спросил я у Сьюзен. – Всегда, вот уже около года, когда я иду на какие-то встречи, ты именно в этот самый момент перехватываешь меня с просьбой, причём не всегда такой уж и сложной.

– Неужели ты не хочешь помочь своей милой коллеге? Разве я так надолго тебя задерживаю?

– Мне не трудно помочь, но почему ты всё время выбираешь неподходящие моменты? Я попадаю в неловкое положение, когда прихожу куда-то невовремя.

– Прости меня, но я считаю, что ты – единственный, кто отнесётся ко мне с пониманием, а не оставит один на один с трудностями. Более того, ты – один из лучших в этом отделе, поэтому мне очень приятно, что не оставляешь девушку в беде.

– Разве только я один? У нас все ребята хороши. Истинные джентльмены. Ты их пробовала просить о чём-то?

– Но мне хотелось, чтобы именно ты помог мне. Так я была бы уверена в надёжности найденного решения и неизбежном устранении любой проблемы!

Мы зашли в лабораторию. Помещение было пустое. Как оказалось, её просьба заключалась в том, чтобы я помог ей перенести оборудование с одного места на другое, так как оно требовалось для нового эксперимента. Это разозлило меня, но я всё-таки помог. Сьюзен, увидев его недовольное и слегка разозлённое лицо, удивилась и спросила:

– Джон, дорогой мой, почему ты такой недовольный? Ты злишься? – Расстроенно спросила она.

– Да, я немного испытываю злость, потому что у меня была назначена встреча, на которую я спешил. А твоя просьба могла быть направлена на любых оставшихся десятерых товарищей, не считая Капитана. – С явным недовольством прозвучали мои слова.

– Вероятно, встреча со мной была намного важнее, раз судьба распорядилась так, что попался мне именно ты! – Попыталась отшутиться Сьюзен, но я не выдержал и суровым и чуть менее спокойным голосом сказал:

– Но мне важны эти встречи! Все встречи, на которые я хожу – являются неотъемлемой частью моей жизни уже. И в особенности та, на которую я шёл до твоего возникновения! И, буду с тобой честен, мне не нравится, когда ты отвлекаешь меня от них пустяковыми просьбами! В начале года они ещё были действительно важными, и я реагировал на них соответственно. Но со временем их важность стремилась к минимуму. Ты словно специально стараешься задержать меня.

Внезапно Сьюзен медленно подошла ко мне и взяла в свои объятия. Меня настолько шокировал такой ход, что я не мог пошевелиться несколько секунд.

– В таком случае, прости меня, Джон. Впредь я буду звать тебя, только если возникнет какая-нибудь действительно важная проблема… – Она сделала двухсекундную паузу – …И спасибо тебе за очередную бескорыстную помощь. Я это очень ценю.

Не знаю почему, но я мгновенно остыл. Даже почувствовал небольшое сожаление о том, что повысил свой голос на девушку, поэтому в последнюю секунду обнял её в ответ.

– Ладно, мне не стоило повышать голос. Я был немного не в себе после последних событий.

Сьюзен чуть-чуть отошла от меня.

– Я понимаю. Повышение, нервотрёпка с собеседованиями. Постоянная беготня туда-сюда. Надеюсь, ты доволен тем, что смог пройти всё это. Ещё надеюсь, что в следующем году и мне посчастливится стать исследователем с «оранжевым» уровнем доступа. – Спокойным и милым голосом ответила Сьюзен.

– Это того не стоит, поверь. Лучше оставаться там, где ты есть.

– Но почему? Больше возможностей, больше уважения среди коллег, больше ресурсов доступно.

– Мне запрещено раскрывать детали, прости.

Мы попрощались, и я пошёл к Лире. Очередное опоздание к ней на встречу некорректно, но не так критично, так как я множество раз уже опаздывал из-за Сьюзен. Однако в этот раз Лира впервые спросила меня о причинах периодических опозданий:

– Это из-за работы? У тебя много экспериментов? Или ты какими-то своими разработками занимаешься? Расскажи мне, милый. – Её голос был наполнен тёплым интересом.

– Нет. Ухожу с работы я вовремя, как только заканчиваю её и навожу порядок. Однако по пути мне часто попадается моя коллега – Сьюзен, – которая всегда просит помощи в неподходящие моменты, то есть, когда я иду на встречу к тебе или Филу.

Лира подняла брови и немного вытянула губы вперёд, а потом слегка втянула их. Кажется, услышанное ей не очень понравилось.

– И так в течение всего года она тебя «вылавливает»? – Удивлённо спросила Лира.

– Да. Сначала просьбы были весомыми, но со временем она будто их выдумывать начала. Или мне так кажется. Я не знаю.

– Видимо, наш дорогой Джон приглянулся своей коллеге. – Необъяснимый тон раздался из её уст, видимо, ожидая, какова будет моя реакция.

– Главное – это то, кто нравится мне. – Уверенно парировал я и обнял свою девушку.

Лира мило улыбнулась. Судя по всему, её устроил такой ответ. Мы продолжили свою встречу, вновь испытывая волшебное притяжение друг к другу.


Новый день принёс новые ощущения и события. Меня вызвали на новое место работы. Встретить нового члена команды направили сотрудников отдела «Сбора и Анализа Характеристик». Они сказали, что зовут их Альфред и Роуз и теперь являются моими новыми коллегами.

– Считайте, товарищ, что Вы работаете теперь на два отдела. Ваш начальный отдел остаётся в приоритете, однако в наш Вас периодически будут вызывать. – Сказал Альфред.

– К тому же, некоторые эксперименты и разработки, обязательно выполняемые вашим отделом, периодически попадают к нам для нашей дальнейшей работы, о которой мы скоро поведаем Вам, Джон. – Продолжила Роуз сразу после Альфреда.

– Это происходит потому, что наши с вами отделы плотно сотрудничают, поэтому вы для нас – своего рода поставщики качественного продукта. – Вновь подхватил нить разговора Альфред.

– Однако нам известно, что лично Ваш вклад в качество разработанных веществ, Джон, неоценим, поэтому благодарим Вас за помощь. – Закончила диалог Роуз.

Мне новые коллеги показались немного странными. Альфред и Роуз с таким интересом и скоростью дополняли фразы друг друга, что складывалось ощущение, будто они способны читать мысли. Мы пришли в специальное помещение, напоминающее достаточно большой учебный полигон.

– Это, коллега, – поистине удивительное место. Здесь мы узнаём способности наших «совершенств» и «Суперлюдей», об этом мы расскажем Вас тоже немного позже. – Начал диалог Альфред.

– Это наша площадка испытаний. Здесь на самом деле определяются не только способности объектов наблюдения, но и уровни их сознания и опасности. – Продолжила Роуз. – Представьте себе, Джон, что превращение обычного крокодила в неубиваемого ящера даст ему не только невероятную силу и внешние преобразования, а также сознание! Сознание, порой мало чем отличающееся от человеческого! А порой и превосходящего!

– Для этого, конечно, нужны человеческие и животные ресурсы. Сначала мы засовываем на эту площадку какого-нибудь оленя и смотрим реакцию «совершенства». При условно успешном результате эксперимента помещаем уже человеческий ресурс и вновь смотрим на реакцию, а заодно и способности объекта исследования. – Закончил мысль Альфред.

После разговора эти двое пригласили меня проследовать за ними в командный пункт. Они поднялись по лестнице и зашли в бронированный блок с различными системами. Там они рассказали об устройстве управления панелями для некой «помощи» взаимодействия объектов на площадке, а также о других записывающих устройствах и системах защиты в виде турелей и прочих современных инструментов ликвидации неугодных. После чего пригласили в один из офисов отдела по «Сбору и Анализу Характеристик».

Меня посадили в кресло перед достаточно большим экраном и начали рассказывать про наше следующее задание:

– Что ж, коллега, пришло время обсудить работу. – Начал Альфред.

– Кстати, хочу поздравить Вас, Джон. Вы в нашем отделе – самый молодой исследователь с «оранжевым» уровнем доступа. К слову, здесь все сотрудники не ниже такого уровня, но лишь пару человек имеют «белый» уровень. Они – по-настоящему впечатляющие люди. Столько отдают себя работе! – Сказала Роуз.

– Да, это верно. И мы однажды достигнем такого уровня, но сейчас не об этом. – Перехватил инициативу разговора Альфред. – Вас когда-то в Перевалочном Пункте, по пути на Станцию, посвящали в уровни опасности веществ или объектов. Однако, скорее всего, было сказано не всё или Вы могли что-то забыть. Я проведу Вам небольшой инструктаж. Первое, что вы должны усвоить как новичок – это не использовать никакие приборы без указания более опытного сотрудника или старшего по уровню. Так Вы обеспечите безопасность себя и окружающих. Второе – не покидать командного пункта до завершения испытаний. Можете не волноваться о том, что огромное стекло, которое вы там видели, может быть разбито или пробито одним из «совершенств» или «Суперлюдей». Ещё ни одному объекту не удавалось это сделать, а попыток было достаточно много, уж поверьте. Но всё-таки если это случится, то сразу же активируются защитные экраны, полностью заблокирующие это «окно». – Альфред остановился на пару секунд, дав мне возможность переварить услышанное.

– Теперь расскажу Вам про уровни опасности объектов. Буду краток, есть четыре уровня опасности: 0 – безопасный, 1 – условно безопасный, 2 – опасный, 3 – агрессивный. Их иначе кличут «нулями», «тройками» и так далее. «Нули» не нападут на Вас, даже если негативно воздействовать на них. «Единицы» атакуют лишь в случае опасности или нарушения их «спокойствия». «Двойки» могут атаковать в любой момент времени, ну, а «тройки» специально постоянно ищут жертв для нападения.

– Однако мы на площадке говорили, что объекты могут получить сознание и разум «в комплекте». – Продолжила Роуз. – Так вот у них тоже есть свои уровни: 0 – полуразумные, 1 – разумные, 2 – мыслящий, 3 – «сверхразум». Последние появляются очень редко и только у «Суперлюдей».

– У каждого «совершенства» и «Суперчеловека» имеется свой номер. – Добавил Альфред. – Первая цифра в номере объекта как раз и является уровнем опасности. Второй цифрой обозначался его уровень разумности. Оставшиеся цифры добавляют в зависимости от вида существа и ещё дополнительных особенностей. Для своего уровня доступа Вам, Джон, достаточно знать только первые две цифры объекта, чтобы оценить его.

– Сегодняшний эксперимент как раз и состоит в том, чтобы выяснить уровни опасности и разумности новосозданного «совершенства». На испытании с животным объект показал себя достаточно спокойным. Сам по себе не нападал. Неизвестно, как будет с «расходником». Это мы и должны выяснить. – Сказала Роуз.

– Через два часа мы отправимся на площадку испытаний. За это время Вам нужно осмотреться у нас в отделе и запомнить путь от офисов и лабораторий до площадки испытаний. До скорой встречи, коллега! – Закончил Диалог Альфред.

Мы покинули помещение. Я стоял и думал, что моё первое же задание будет ужасающим. Эксперимент с живым человеком, да ещё и на выявление уровня агрессии какого-то жестокого мутанта… Не знаю, какова моя роль здесь, но зрелище будет уж точно не из лёгких. Нужно найти что-нибудь успокаивающее.

Почти через два часа, раздобыв в столовой данного отдела успокоительное и выпив его, я отправился на площадку испытаний, по пути успев усмехнуться с того, что в столовой продают что-то от нервов. Видимо, как раз для новичков. Там уже во всю шла подготовка к предстоящему эксперименту. Увидев меня, Альфред и Роуз жестами позвали к себе в пункт наблюдения.

– Ещё раз приветствую Вас, коллега. – Сказал Альфред. – Мы как раз заканчиваем с подготовкой и через пять минут начинаем. А пока что Роуз объяснит суть Вашей задачи.

– Так как Вам, Джон, хорошо знакомы вещества, которые мы будем использовать, то на Ваши плечи возлагаются такие задачи как распыление и иное применение веществ, необходимых для активного взаимодействия объекта исследования с «расходником». Или иначе – повышения его «уровня неусидчивости». Проще говоря, мы будем говорить, какой именно эффект хотим получить, а Вы выберите нужное для этого вещество и примените его, используя, к тому же, вот это оборудование.

Роуз показала ладонью на специальную аппаратуру, расположенную рядом со стеклом, откуда была видна вся площадка испытаний. Мне это место показалось очень неудачным, однако выбирать не приходилось.

Опыты начались. Я, Альфред, Роуз и ещё трое исследователей располагались в командном пункте. Каждый занимал свою «позицию». Все алгоритмы действий были чётко отлажены, а сотрудники с максимальной серьёзностью подходили к делу. Они нажимали какие-то кнопки, явно запуская процессы активации системы безопасности и специальных машин, назначение которых мне пока было неизвестно.

Кто-то из команды разблокировал одну из огромных дверей. Оттуда вышло существо, очень похожее на медведя, только в десять раз уродливее, в два раза больше, а на вид во множество раз опаснее: его клыки были острее кинжалов, сам медведь шёл на задних лапах и растерянно смотрел в разные стороны. После этого открылась ещё одна дверь – уже поменьше. Из неё вытолкнули человека, одетого в голубые рубаху и штаны с тапочками, очень похожими на тюремную форму. Увидев огромную тварь перед собой, человек впал в ступор и не мог ни пошевелиться, ни звука издать. Он остолбенел в одно мгновение. Мутант подошёл к нему достаточно медленно, встал на все четыре лапы и начал обнюхивать его.

Я был невероятно напряжён, ведь прекрасно понимал, что сейчас на моих глазах человека, живого человека разорвут в клочья. Кажется, если бы не успокоительное, то мой разум просто не смог бы выдержать этого зрелища. Даже одно ожидание смертельного исхода неизвестного мне человека стало настоящим испытанием. Однако я не мог среди «своих» показывать страх, нерешительность и даже сочувствие, чтобы не стать «бесполезным» для Организации и не попасть на место того бедняги – стать «расходником». Сердце уже забилось очень сильно, а дыхание словно замерло…

Обнюхав и осмотрев человека, мутант отошёл от него, не поворачиваясь спиной, после чего оглянулся в сторону командного пункта и посмотрел на меня жалобным взглядом, отчего моё сердце ушло в пятки. Я так погрузился во взгляд медведя, такой испытал страх, что даже не сразу услышал поступивший приказ об активации распыления на «совершенства» химического вещества, вызывающего у него противное ощущение боли! Мои дрожащие руки залили вещество в специальную трубку, после чего пальцы нажали на красную кнопку. Распылители, располагающиеся по бокам от мутанта, произвели выстрел фиолетовыми газами. Как только на мутанта попало вещество, оно превратилось в электрические заряды и сильно повредило медведя. Он стал другим, взбесился, зарычал то ли от боли, то ли от своей звериной сущности, а затем резко побежал, прыгнул с места и напал на всё ещё стоявшего в ступоре «расходника», разорвав его на части.

Перед самым последним прыжком медведя я успел отвести взгляд и закрыть глаза. Это помогло снизить эффект, но понимание происходящего «дорисовало» мне картинку исхода, вызвав прилив тошноты, которое еле удавалось сдерживать. Через несколько секунд, открыв глаза, я увидел то, что и врагу не пожелал бы: части тела разбросаны по всей площадке, а сама она забрызгана кровью.

«Коллеги» в командном пункте объявили данный этап эксперимента успешным и присвоили животному «первый» уровень опасности. Я сделал необходимые записи эксперимента, о которых мне сообщил Альфред. Но на этом всё не закончилось. Исследователи продолжили наблюдение за объектом, который к тому моменту вёл себя совсем странно. Медведь медленно ходил на четырёх лапах по площадке с опущенной головой, периодически шатая ей влево-вправо, словно осознавая то, что он сейчас сделал, и чувствуя вину за это.

– Да! Вот оно… – С удовольствием выкрикнул один из исследователей. – Поглядите, коллеги! Приборы фиксируют повышенную эмоциональную нестабильность «совершенства». В данный момент они показывают глубокую печаль и обеспокоенность… Поглядите на движение его головы! Исходя из собранных данных, объект осознаёт свой резкий переход из состояния спокойствия в звериную ярость. Но, более того, проявляет некоторые симптомы депрессии! Исходя из этого мы уверенно можем присвоить ему «второй» уровень разумности. – Почти все исследователи согласились с мнением своего коллеги, однако кто-то всё же решил подискутировать по поводу корректности выбранного уровня. Но в итоге «двойка» была утверждена.

– Что ж, дорогой коллега, первые два этапа испытания пройдены. Мы определили уровни опасности и разумности «совершенства». Осталось дело за малым. Пора раскрыть тебе ещё одну цифру в номере объекта – уровень его живучести. В этом и состоит следующее испытание. – Обратился ко мне Альфред.

– Если коротко, – Подхватила диалог Роуз, – то уже здесь существует пять уровней живучести: 0 – существо, тяжело переносящее любые повреждения, 1 – существо имеет обычную живучесть, свойственную его виду, 2 – существо, способное стойко перенести повреждения тела и внутренних органов, 3 – существо имеет возможность использовать частичную регенерацию, перенося даже самые тяжёлые повреждения и отсутствие частей тела, 4 – существо неубиваемо, либо использует полную регенерацию, способно восстановиться с помощью минимального набора клеток. Примерно так и устанавливаются уровни. Всё просто, Джон.

Медведь тем временем сидел посередине площадки с опущенной головой. Но его спокойствие длилось недолго. Внезапно были активированы системы защиты, направленные в сторону объекта. Я со стиснутыми зубами смотрел на несчастного медведя и ожидал дальнейших действий от своих коллег. Шквал снарядов со всех сторон обрушился на мутанта. Завопив от боли, он упал на бок и стал прикрывать лапами голову и шею, насколько мог это сделать. Стрельба прекратилась, медведь лежал еле дыша. После нескольких секунд он с огромной тяжестью попытался подняться на две передние лапы, после чего вновь посмотрел в мои глаза. Я понимал, что сделать ничего не могу и стоял с не менее жалобным лицом, почти упираясь в защитное стекло, пока мои коллеги бегали и что-то записывали, вычисляли и ожидали.

– Нужно ещё немного подождать! Он может оказаться «тройкой»! Ждите! Он вот-вот исцелится! Но формула не так сильно изменена по сравнению с предыдущей! – Прокричал один из исследователей.

– Получен ответ от Руководства!.. – Спустя пару секунд произнёс кто-то из команды.

– Активировать лазерную пушку! Он не регенерирует, значит, не представляет для нас никакой пользы. Ликвидировать! – Сурово произнёс исследователь, прочитавший письмо начальства.

У меня после услышанного призыва к убийству мутанта в очередной раз пошли мурашки по спине, только теперь они были в разы ощутимее. я не понимал, зачем убивать и без того бедное животное. Какую пользу он должен был им принести, зачем им нужна была его регенерация? На все эти вопросы не дано получить свои ответы…

Прозвучал выстрел. Лазер насквозь прошёл тело мутанта. Глаза медведя, всё ещё смотревшие только на меня, начали понемногу закрываться, а его руки – ослабевать. Я не понимал, как и почему после стольких ранений это бедное животное ещё способно было находить в себе силы держать свой взгляд на мне. Это пугало и восхищало одновременно.

Один из исследователей, увидев, что объект всё ещё в живом состоянии, отдал приказ произвести выстрел в голову. Так и произошло. Медведь закрыл глаза и упал замертво. Дальнейшее моё присутствие было необязательным, поэтому Альфред позволил мне покинуть площадку испытаний и пожелал хорошего дня. Я медленно вышел за дверь и в скором порядке покинул место проведения экспериментов. Стоило только забежать в свой модуль, мне не удалось сдержать тошноты. Меня долго шатало в разные стороны. Разум был помутнён, а тело обессиленно. Я сел возле кровати и свернулся в комочек.


Прошла неделя. За это время мой разум восстановился и начал работать как обычно. Не забуду увиденное никогда… Это тот отпечаток в памяти и душе, который останется со мной на всю жизнь. Меня за неделю ни разу не вызвали в отдел «Сбора и Анализа Характеристик». Видимо, дали время прийти в себя, чтобы принять случившееся и продолжить работу. Может, это просто было посвящение в высшие ряды исследовательского состава? Теперь название этого отдела мне кажется совсем иным, чем раньше…

В этом ужасном месте только два человека и одно хобби помогали мне не сойти с ума. Фил всё же стал для меня лучшим другом, с которым можно хорошо провести время, увести мысли от предстоящих испытаний и работ. Тир же помогал выплеснуть все накопившиеся эмоции. В свою очередь, самым важным человеком для меня оставалась Лира. С ней я мог погрузиться совсем в иной мир, которому были бы чужды жестокости, порождаемые на этой Станции.

## Глава 6: Быть человеком – сложно


Прошёл ещё месяц. На жестокие испытания меня вызывали за это время четыре раза. Каждую неделю по одному разу – это я уяснил для себя. Два из них закончились успешно: «расходники» выжили, что не могло не радовать мою душу, ведь, несмотря на приём успокоительных препаратов, мне приходилось сильно переживать за каждого человека, при этом тщательно продолжая скрывать эмоции.