Екатерина Богаева
Билет к себе

По платформе сновали люди: кто-то выходил из подземного перехода в спешке ища нужный вагон, кто-то из встречающих высматривал в толпе прибывших пассажиров знакомые очертания, кто-то радостно вдыхал воздух родного Нижнего. А может и воздух свободы. Им обычно пахнут все новые места, когда пытаешься убежать от прошлого.

Алёна везла по мокрому покрытию платформы свой чемодан вдоль стоящего состава в поисках нужного вагона. Её глаза блуждали по окнам поездов, отражающих капли только что прошедшего дождя в лучах закатного солнца. Где-то в области груди засела тревога, потому что ей было непросто уезжать из родного города, хоть и с туристической целью. Девушка не привыкла путешествовать одна, но решилась на эту авантюру, потому что остро нуждалась в перезагрузке.

Нужный вагон вскоре был найден, Алёна остановила свой блестящий чемодан и замерла в ожидании начала посадки. Рядом проходили и останавливались люди, но она словно никого не замечала. Её карие глаза были полны печали. Она понятия не имела что её ждёт впереди, но она очень надеялась, что это путешествие что-то прояснит в её жизни.

Девушка вдохнула вечерний воздух августа, откинула свои темные волосы назад и решительно шагнула к проводнице.

Открыв дверь купе, Алёна увидела лежащего на верхней полке паренька лет двадцати с книгой в руках. Кажется, это был учебник по анатомии.

– Добрый вечер, – формально поздоровалась Алёна и стала убирать чемодан в отсек под своей кроватью. Парень лишь молча кивнул в ответ и снова уставился в учебник.

Спустя минуту дверь купе снова открылась, и в дверях показалась пожилая женщина невысокого роста с темными вьющимися волосами и зелеными глазами, обрамлёнными мимическими морщинами. Женщина была одета в стильный жакет и брюки. Она миловидно улыбнулась и, пожелав всем доброго вечера, стала устраиваться на нижней полке.

– Ну и погодка, не правда ли? – спросила пожилая женщина с улыбкой обращаясь к Алёне. – Август нынче больше похож на октябрь, не находите?

Алёна молча кивнула и опять уставилась в окно. Вести светские беседы не входило в её планы на этот вечер.

Дверь снова распахнулась, и в купе вошёл высокий коренастый мужчина в кожаной куртке с дорогим кожаным портфелем. У него была стильная стрижка и аккуратно подстриженная борода.

Он молча окинул всех взглядом, буркнул под нос что-то похожее на приветствие и закинул свой портфель на верхнюю полку, которая находилась над Алёной. Мужчина сразу не понравился Алёне своей напыщенностью и лоском, поэтому она бегло взглянула на него и также невнятно поздоровалась в ответ.

– Я немного посижу с вами? – спросил мужчина, обращаясь к пожилой женщине. Оказывается, он всё-таки умел внятно объясняться. – Не успел поужинать, прямиком с работы.

– Конечно, сынок, – понимающе ответила женщина. – У меня есть чай с мятой в термосе. Будешь?

– Не отказался бы, – оживился мужчина. Женщина налила ему в ёмкость от термоса горячий чай и обратилась к Алёне:

– Дочка, будешь?

Алёна отвлеклась от окна и растерянно спросила:

– А с чем чай?

– Да с мятой же. Сама собирала у сестры на даче в экологически чистом районе. Арома-а-атная, – женщина мелодично протянула это слово и показательно вдохнула аромат, доносящийся из её термоса. – И говорят успокаивает.

– Успокаивает – это хорошо, – негромко произнесла Алёна. – Если я вас не обделю, то была очень благодарна.

– Да что ты, милая, ни в коем случае. Есть куда налить?

Алёна кивнула и достала из пакета термокружку. Женщина до половины наполнила ее чаем и вдруг вспомнила про парня сверху. – Сынок, может чаю?

– Спасибо, бабуль, не буду, – ответил парень, не отрываясь от учебника.

– Бабуль… – с усмешкой повторила женщина. И гордо заявила, – меня Валентина Петровна звать.

Она посмотрела вопросительно на Алёну, но та не торопилась отвечать, и задумчиво отпила глоток ароматного чая.

– Алексей, – гордо произнес молодой мужчина, стараясь заполнить неловкую паузу. При этом он активно пережевывал свой ужин из пластикового ланч бокса, который ему наверняка собрали навынос в каком-нибудь недешевом кафе. Но набитый салатом рот не мешал ему продолжать говорить. – Девушка, наверное, хочет остаться загадкой.

– Это, голубчик, несомненно её право, – защитила девушку Валентина Петровна. Алёна никак не отреагировала и продолжила пить чай, уставившись в окно.

По громкой связи заговорил машинист поезда, проводница проверила наличие пассажиров в купе, поезд тронулся.

Когда Алёна допила чай, а мужчина закончил ужин, то оба поблагодарили женщину за заботу и принялись устраиваться на своих местах. Алексей с бормотанием стал забираться на верхнюю полку. По всей видимости он был не в восторге от доставшегося места, т.к. скорее всего покупал билет в последний момент. Да и грацией он, мягко говоря, не обладал от слова совсем, поэтому этот акробатический этюд получился у него только со второй попытки. Забравшись, он негромко включил фильм на планшете. Алена достала телефон и уткнулась в листание ленты новостей. Валентина Петровна смотрела в окно. Парень лениво переворачивал страницы учебника.

За окном моргали фонари и тени деревьев, колеса равномерно постукивали по рельсам, а вагон успокаивающе покачивался. Алёна набрала в телефоне сообщение: «Я в поезде. Люблю тебя». В ответ мгновенно пришло: «Хорошо, мама. И я тебя».

Алёна улыбнулась и отложила телефон. Валентина Петровна заметила её улыбку и тоже невольно улыбнулась от того, что что-то порадовало грустную попутчицу в этот вечер. В купе пахло сладкой мятой и спокойствием. Каждый был занят своими делами и мыслями.

Вдруг телефон Алёны издал звук оповещения. Девушка лениво потянулась за телефоном, лежащем на столе. На экране высветилось сообщение: «Может Сашке лучше пожить со мной, пока ты не найдешь работу? Сашка не против».

Несколько мгновений она сидела неподвижно, словно статуя. Её сердце сжалось. От страха навсегда потерять мужа, от страха жить с ребенком порознь, от обиды на себя. Алёна отвернулась к стене и её плечи судорожно задрожали. Несколько секунд она пыталась сдерживаться, но потом зарыдала в голос.

Алексей на верхней полке раздраженно накрылся с головой одеялом, а Валентина Петровна встревоженно приподнялась на кровати. Алёна начинала рыдать в голос, не в силах сдержать боль.

– Милая моя! – Валентина Петровна поспешила присесть на кровать к плачущей девушке. Она начала гладить её по спине, стараясь успокоить и шепча «всё наладится, всё пройдет».

Алёна села на постели вся в слезах:

– Простите, я не хотела вам мешать спать.

– Но помешала, – раздался из-под одеяла недовольный голос Алексея.

– Алексей, будьте снисходительны, просто так ведь не плачут, – защищала девушку Валентина Петровна. Алёна потянулась за бутылкой воды, стоящей на столике. Сделав несколько глотков, она неподвижно сидела несколько секунд, а затем резко зарыдала еще сильнее.

– Да блин! – раздраженно скинул с себя одеяло Алексей. – У меня завтра важная встреча, я бы хотел выспаться сегодня ночью! Не могли бы вы рыдать потише? Или в коридоре, например.

– Спокойнее, голубчик. – мягко произнесла Валентина Петровна. – У меня есть хорошее лекарство для девушки.

Женщина извлекла из своей сумки жестяную флягу и юбилейное печенье. Протянув непонимающей Алёне этот набор, командным голосом приказала:

– Пей!

Алёна недоверчиво посмотрела на женщину и на металлическую фляжку. Все ж прекрасно знают, что для воды такой сосуд обычно не используется. Но тем не менее, послушно сделала глоток. Вдруг Алёна закашляла, беспомощно стала хватать руками воздух в поисках печенья и, молниеносно его прожевав, спросила:

– Коньяк? Серьёзно?

Парень с учебником с интересом посмотрел на Алёну, которая прекратила рыдания, а Алексей с воодушевлением выглянул со своей полки и с улыбкой спросил у Валентины Петровны:

– Вы волшебница?

– Просто немного жизнь пожила, – отшутилась женщина и пожала плечами.

– Ну коньяк ей похоже помог лучше мятного чая, – заметил Алексей. И оба вдруг засмеялись. Алёна растерянно смотрела на женщину и спустя мгновение тоже улыбнулась с благодарностью.

– Меня Алёна зовут, – тихо сказала девушка. – Спасибо.

– Да не за что. Может я могу тебе чем-то помочь? – с участием спросила женщина.

– Только коньяк ей больше не наливайте, а то споите девушку, – встрял в диалог Алексей с верхней полки.

Алёна проигнорировала и эти слова, поблагодарила женщину и улеглась на подушку.

– Муж хочет, чтоб сын жил с ним, потому что у меня нет работы.

В купе повисла тишина. Никто не ожидал, что Алёна вдруг начнет что-то рассказывать о себе. Валентина Петровна положила свою руку на руку Алёне.

– Так найдите работу, в чём дело? – раздался непрошенный совет с верхней полки. Алёна так сердито посмотрела наверх, что Алексей даже спиной через матрас почувствовал её пронзающий взгляд и неуютно поёрзал.

– А вы думаете это так просто? – вдруг вспыхнула Алёна, снова села на кровати и стала громко говорить, обращаясь к верхней полке. – Когда ты 8 лет посвящала себя семье и ребенку, тебе говорили «я вас всех обеспечу, следи за домом», и ты за это время вообще разучилась зарабатывать деньги. А потом вдруг бац – «я съезжаю, ты изменилась»! А я за это время в своей сфере отстала, опыта не накопила. Тяжело возвращаться в профессию просто так, все контакты растеряла, а для нового надо учиться. Это время и деньги, которых у меня немного!

– Воу-воу, остынь, крошка, – смиренно произнёс Алексей, выглянув со своей полки. – Руки-ноги есть, голова тоже – справишься. На какие-то шиши ведь едешь в Питер.

– Не надо считать мои шиши! – запротестовала Алёна, а Валентина Петровна спокойно положила ей руку на плечо. – Мне мама оплатила поездку в Питер, чтоб я развеялась. А вместо этого мне какой-то заносчивый мужичонка советы раздаёт непрошенные!

Алексей молча лег обратно, решив не продолжать диалог и приготовился заснуть, как с нижней полки раздался новый вой. Паренёк на соседней полке отложил учебник, а через две секунды уже сидел рядом с Алёной, протягивая успокоительные таблетки.

– У меня, если что, еще сироп есть успокаивающий, – объяснил парень.

– Доктор Хаус? – язвительно спросил Алексей, хоть и смотрел на паренька с восхищением.

– Студент медицинского, – сказал, как отрезал парень.

Продышавшись и немного успокоившись Алёна с благодарностью посмотрела на паренька и Валентину Петровну:

– Простите меня, я правда не хотела вас ничем обременять. Спасибо.