Фауст. Трагедия. Часть вторая
Поэтический перевод: А. И. Фефилов
Иоганн Вольфганг Гёте

Переводчик А. И. Фефилов

© Иоганн Вольфганг Гёте, 2025

© А. И. Фефилов, перевод, 2025

ISBN 978-5-0065-2865-9 (т. 2)

ISBN 978-5-0065-1399-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Иоганн Вольфганг Гёте

Фауст
Трагедия
Часть вторая
Поэтический перевод с немецкого: А.И.Фефилов
2025

От переводчика

ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ПОЭТИЧЕСКОГО (СТИХОТВОРНОГО) ПЕРЕВОДА

Я взялся за перевод «Фауста» И.В.Гёте не только как любитель поэзии, но и как языковед, обладающий специальными знаниями в области Языка и Речи; как лингвист, разрабатывающий методологию соотношения Языка и Сознания, Речи и Мышления; а также как переводчик, имевший дело с практикой устного и письменного перевода; и как преподаватель, долгие годы читавший лекции по теории перевода (транслятологии) для студентов немецкого отделения переводческого профиля – будущих профессионалов в сфере межкультурной коммуникации.

Диалектики утверждают, что язык в целом является формой мысли. Иначе говоря, языковые формы, имеющие своё собственное содержание, а именно, словесные звукозначения, соотносятся в акте именования, обозначения и говорения с внешним содержанием какой-то мысли. В столкновении языковых значений и мыслительных понятий порождаются новые, интегративные смыслы. Прямые словарные эквиваленты в этой связи могут привести в лучшем случае к модификации исходной мысли, в худшем – к её непониманию или искажению.

Как когда-то говорил Блез Паскаль, французский математик, физик и одновременно литератор и философ, «форма должна быть изящна, но этого мало, она должна соответствовать содержанию».

«Изящность формы» создаётся, прежде всего, благодаря рифме. Рифма – это созвучие, фоническая согласованность отдельных звуков и слогов, а также более сложных, комплексных звукосочетаний. В основе рифмы лежит естественная потребность речи к звуковому уподоблению, или звуковой инерции. Под звуковой инерцией я понимаю появление в речевом потоке, а именно, в каком-нибудь из последующих слов, связанных по смыслу, аналогичного звука, имеющегося в предыдущем слове. Это можно продемонстрировать на следующем примере: Слава – — солдатская. Слава – — боевая. Слава – — прошла. Звуки или слоги в сочетающихся словах ассоциируют друг друга, стремятся к единению, уподобляются. Сочетающиеся же слова, в свою очередь, согласуются по смыслу, имеющемуся в каждом из них, или объединяются по отношению к какому-то внешнему понятию, ср. сладкий мёд, железные нервы.

В трагедии «Фауст» И.В.Гёте актуализируются следующие модели рифмовки: (1) АБАБ, (2) ААББ; (3) АББА, которые, по мере целесообразности, я также использовал в поэтическом переводе (здесь: одинаковые буквы символизируют созвучие строк), ср.:

(1) Сон, как маленькое воскресенье

обновляет чувства на корню.

Наступает время исцеленья,

подними свой взор навстречу дню!

(2) Заливаются светом равнины, высокие горы.

Трубный звук разрывает пустые просторы.

Жаром солнце пылает, трещит в небесах.

Болью свет отдаётся в открытых глазах.

(3) Лишь нам работа тяжкая годна

Гудят деревья, пилы завывают.

Трещат пупы и руки нарывают.

Но грубая работа умникам вредна.

Известно, что в погоне за красивой формой, «когда не мысли придают словам достоинство, а слова мыслям» (Б. Паскаль), можно извратить смысл переводимого оригинала. Слова, используемые в качестве одежды для мысли, могут переключить внимание читателя на языковую мишуру. Переводчик от таких опасностей не застрахован.

Даже разная последовательность слов или строчек может породить различные смысловые нюансы, ср.:

(1) Невесте же нашепчем в ушки

– жених её над ней смеётся.

Расставим с двух сторон ловушки.

Авось в них кто-то попадётся.

(2) Нашепчем же невесте в ушки

– над ней её жених смеётся.

Расставим с двух сторон ловушки.

Авось в них кто-то попадётся.

(3) Все хвалят здесь свои деянья.

И не считают за грехи пороки.

Богиням ни к чему признанье.

Они не знают, что они жестоки.

(4) Все хвалят здесь свои деянья.

Богиням ни к чему признанье.

Они не знают, что они жестоки.

И не считают за грехи пороки.

Исходя из данных особенностей поэтического текста, я избегал, где это было необходимо, не только буквального, но и построчного перевода. Однако это не означает, что буквальный и построчный перевод во всех случаях был несостоятелен. Проповедуя герменевтический (смысловой) способ поэтического перевода, я не возводил его в абсолют.

Наконец, я старался передать в рифмованной форме не текст-оригинал, как таковой, а то, что стоит за этим текстом. А за текстом стоит та действительность, виденье которой определяется не столько языком, сколько индивидуально-историческим мировоззрением, которое И.В.Гёте воплотил в философской трагедии «Фауст».

В заключение следует также отметить, что во второй части трагедии «Фауст» И.В.Гёте сильно «перегружает» читателя образами греческой и италийской мифологии, что затрудняет чтение «с пониманием». В помощь читателю я даю толкование основных мифологических понятий в примечаниях. И ещё – в некоторых пассажах Гёте использует так называемый «белый стих», не имеющий концевой рифмы, но обладающий определённым размером, что также учитывалось мною при переводе.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ. Живописная местность

Фауст, усталый, встревоженный, в полудрёме лежит

на лугу, усеянном цветами.

Сумерки.

Над Фаустом кружится множество привлекательных

крошечных духов.

АРИЭЛЬ

(пение, сопровождаемое звуками эоловых арф)

Цветами покрывает землю дождь весенний.

Он зеленит поля. Он в радость всем живым.

И эльфов маленьких великий дух спасенья

готов помочь как добрым людям, так и злым.

К нему слетелись вы, волшебные создания.

Толчётесь роем над склонённой головой.

Вы сможете его избавить от страданий,

душевных пыток, предназначенных судьбой.

Освободите человека от напасти.

Избавьте память от былых невзгод.

Ночь поделите не четыре части

Для каждого первоначала свой черёд.

Огонь и воздух, твердь и вод прохлада.

В уставшем теле немощь сокрушат

И канет в Лету прошлых бед армада.

Блаженным светом напитается душа.

ХОР ЭЛЬФОВ

(пение поодиночке, по двое

или в других сочетаниях)

Надвигается прохлада ночи.

Сумерки укутались в туман.

Пряный запах издают цветочки.

Воздух опьяняет как дурман.

Убаюкивает сладкая истома.

Сердце укачала колыбель.

И глаза отяжелила дрёма.

День, ушедший, запирает дверь.

Тьма ночная землю накрывает,

расставляет звёзды по местам.

Небо россыпью переливает.

Здесь сияет и сверкает там.

Сгрудились дубы на косогорах.

Поле ковыля покрыла седина.

Блики звёзд купаются в озёрах.

В ясном небе плавится луна.

Сон, как маленькое воскресенье

обновляет чувства на корню.

Наступает время исцеленья,

подними свой взор навстречу дню!

Зеленью окрасились низины,

проявляют очертания холмы.

Выгнули поля ухоженные спины.

Низвергает свет господство тьмы.

Повернись и ты лицом к рассвету.

Постарайся бодрость оседлать.

Призови рассудок свой к совету.

Насладись желанием желать.

Дерзанья есть. Нет сожаленья.

Пока толпа плетётся не спеша.

Берись за дело без сомненья.

Осилишь всё, к чему лежит душа.

Восход солнца сопровождается сильным шумом.

АРИЭЛЬ

Вот видно, как дочери Зевса, прекрасные Оры

раскрывают в пространстве небесные створы.

Разум разбужен звучаньем грядущего дня.

Фебом зажжённое солнце стреляет лучами огня.

Заливаются светом равнины, высокие горы.

Трубный звук разрывает пустые просторы.

Жаром солнце пылает, трещит в небесах.

Болью свет отдаётся в открытых глазах.

Что не видимо, то никогда не увидишь.

Что не слышимо, то никогда не услышишь.

Прочь от яркого света в чащобу лесов.

Слышать хочешь – заройся в цветочный покров.

ФАУСТ

Пульс жизни снова бьётся с полной силой.

Вливает в сердце день грядущий благодать.

Земля, ты этой ночью вновь меня скрепила.

И понудила разум чувства обуздать.

Наполнила желаньем, возродила планы

благих деяний, чтоб созидать, творить.

На оголённом сердце затянула раны.

смогла в мир внешний двери отворить.

Круг жизни предо мною развернулся.

уходят сумерки, но не во тьму, а в свет.

Мир тысячами звуков содрогнулся,

вспорхнул из леса, вылился из рек.

Ветки деревьев сон с себя встряхнули,

Их напитали корни влагою земной.

Листочки трав наверх глаза взметнули.

слезятся жемчугом росы ночной.

Я нахожусь в объятиях земного рая.

Свет солнца обласкал вершины гор,

и скалы влажные лучами протирая,

в ущелье падает, сползает за бугор.

Придав отчётливость и блеск лощине,

он причиняет боль моим глазам.

Вот так бывает часто по причине

излишек следствия. Конец мечтам!

Мы света жаждали, пришло спасенье!

Хотели пламень жизни вновь зажечь.

Но радость омрачает опасенье,

что солнца свет нас может и обжечь.

Любовь, мученье – что чему виною?

Что с нами происходит, не понять.

Мы к солнцу обращаемся спиною.

Стремимся свет на темень поменять.

Хочу довольствоваться светом малым

и наблюдать, как водопад кипит,

разбившись на миллионы брызг о скалы,

он больше не гудит, а лишь шипит.

Эфир, насыщенный прохладой водной,

вдруг превращает солнце в радугу цветов,

Соцветья выгибаются дугою небосвóдной.

Глазам являются в виде сплошных мостов.

Мосты между землёй и небом – не спасенье,

а скоротечный путь… и свечка под венцом.

Вся жизнь – как восхожденье и сниженье

между началом и безвременным концом.

Жизнь – отблеск света, отраженье.

Так радуга блестит после дождя.

Как скоропроходящее явленье.

Возникнет вдруг – исчезнет навсегда.

Дворец императора

Тронный зал. Государственный совет в ожидании

императора. Трубы. Входит придворная челядь,

великолепно одетая. Император восходит на трон.

Справа от него становится астролог.

ИМПЕРАТОР

Приветствую всех верноподданных окрест,

приехавших издалека и близлежащих мест.

Мудрец-астролог мой, сидит на месте справа.

Но где мой славный шут, где левая забава?

МОЛОДОЙ ДВОРЯНИН

Он следовал за Вами, но споткнулся

о шлейф Ваш. И у входа растянулся.

Я полагаю, он чуть-чуть забылся,

или от собственного веса завалился.

Толстяк был унесён из зала прочь.

Едва ли сможем мы ему помочь.

Возможно, он уж óтдал Богу душу,

оставив на земле свою свиную тушу.

ДРУГОЙ МОЛОДОЙ ДВОРЯНИН

Но тут другой шут появился.

Неведомо, откуда объявился.

Всех растолкал. Натура сверхактивна.

Одет изысканно. Но рожа столь противна…

Что даже тошно на неё смотреть.

При одном виде можно очертеть.

Пред ним скрестила копья стража.

Но шут прорвался в зал. Как он отважен!

МЕФИСТОФЕЛЬ

(преклонив колено перед троном)

Отверженному хочется вернуться

и в ожиданьях своих не обмануться.

Всё, что желанью вопреки всплывает,

Не так уж отвратительно бывает.

Что с нетерпением мы ждём порою,

всегда противно общему настрою,

гонимо, чтоб не быть доступным,

привычно объявляется преступным.

Мне ситуация в стране знакома.

Я знаю, кто и с кем стоит у трона.

(Не тот ли, кто себя поставил вне закона?)

А к власти рвутся те, кого с небес изгнали.

И незаслуженно анафеме предали.

Пора позвать того, кто в ухо дышит.

Чьё имя на слуху у всех, кто слышит.

ИМПЕРАТОР

Отбрось своё словесное лукавство!

Оно мне не поможет править царством.

Загадки задавай вон этим господам.

Иначе я тебе азы приличия воздам.

Разгадывать – для них святое дело.

Приятней будет мне, пока не надоело,

когда предлóжишь ты готовую отгадку

на нашу царскую, но трудную загадку.

Мой старый шут, как будто околел,

но оголять фланг левый я бы не хотел.

Не за него будешь служить, а вместо

А, ну-ка становись живей на его место!

НЕВНЯТНЫЕ ГОЛОСА ИЗ ТОЛПЫ

Для нового шута старание…

А для народа новое страдание…

Откуда он вообще-то взялся?..

Как к трону царскому пробрался?..

А почему наш старый шут свалился?..

Неужто ко двору не пригодился?..

Тот толстый был, бочонок не мужчина.

А этот хмырь столь тонок, как лучина.

ИМПЕРАТОР

О, слуги верные из всех углов и весей!

Хоть звезды в нашу пользу блещут,

вы собрались здесь положенье взвесить.

Не все из вас в ладоши страстно хлещут.

Там наверху прописаны по нотам

богатство, счастье, слава и успех.

Но вы, я вижу, предались заботам,

которые, как говорят, тревожат всех.

Могли бы мы исполнить обещание,

устроить бал из масок с бородой…

Зачем вам нужно это совещание?

Чтоб истязать себя какой-то ерундой?

Поскольку вы на встрече настояли.

Не стал назначенный совет я отменять,

чтобы на совесть мы греха не брали…

Уж раз чему-то быть, тому не миновать.

КАНЦЛЕР

Владыка! Добродетель, святость в ореоле!

Законы государства справедливы.

Мы все подвластны Твоей царской воле

Тобою движут славные мотивы.

Все жители империи об этом знают

Они тебя за это восхваляют.

Что требуют они, чего желают,

ты им даёшь. Но люди забывают.

Ум человеческий разве поможет

понять твою любовь и доброту,

когда в стране свирепствуют страданья,

зло порождает зло, беда зовёт беду?

Здесь тронный зал. С высот его не видно,

что царство погрузилось в тяжкий сон.

Как безобразье множится бесстыдно.

А беззаконие возведено в закон.

Мир заблуждений расцветает бурно

перерастает в банду подлецов,

которые ведут себя нахально, дурно.

– Перехлестали в наглости своих отцов.

Чужим добром завладевают дерзко.

Воруют урожай, уводят жён друзей.

Язык свой оскверняют бранью мерзкой.

Мораль двойную порождает фарисей.

С плиты алтарной похищают кубки,

подсвечники, кресты. Ну, а потом

бахвалятся, раскуривают трубки.

и тычутся в столы раздутым животом.

При этом хвастаются краденым богатством.

И всё им сходит с рук, живут без наказаний.

За неудачниками наблюдают со злорадством.

В суд не являются для дачи показаний.

Обманутые истецы у входа в суд толпятся.

А в мягком кресле восседающий судья

взирает безразлично, как плодятся

плуты, мошенники, законы обойдя.

С преступником судья вступает в сделку.

Невинному выносит приговор.

И, выставив вперёд свой нос-сопелку,

довольно потирает руки крючкотвор.

Страна разорвана на частные владенья.

В них упраздняется связующий закон.

А разум пребывает в заблуждении

– отсутствует какой-либо канон.

На сотни смыслов распадается рассудок.

Но среди них смысл здравый не найти.

Командует народом предрассудок,

Он сам себя не сможет превзойти.

Вконец отчаявшись, муж благородный

идёт к продажному невежде на поклон.

Льстить начинает как плебей безродный.

Вот так мошенником становится и он.

И перед взяткой устоять не в силах!

Законники давно уж не карают, а берут.

Купаются в деньгах, а не в чернилах.

С народа за услуги нагло мзду дерут.

Представил всё я в мрачном свете.

От сказанного пухнет голова.

Но не соврал, ведь я в ответе,

по крайней мере, за свои слова.

(Пауза)

Наносят вред себе, и от него страдают.

Такой разлад не спишешь со счетов.

Доколь в империи закон не уважают.

Между управой и народом нет щитов.

И если так всё продолжаться будет,

плебей на власть пойдёт с копьём.

Народ в покое не пребудет.

И сам начнёт карать огнём.

ВОЕНАЧАЛЬНИК

Кто-то убит, кого-то убивают.

Какое-то свирепство в наши дни.

Закон не любят и не исполняют.

Конечно, мы не с ними. Но одни!

Никто не слушает команд военных.

И не торопится их выполнять.

Наш бюргер спрятался за каменные стены.

Свой замок рыцарь стал оборонять.

Клянутся в верности, а сами выжидают.

На прочность рыцари испытывают нас.

Лишь копят силы, но не помогают.

Солдат наёмный – для страны балласт.

Он ждёт, когда ему мы наконец заплатим,

за службу, за мундир, да за год наперёд.

На содержанье солдат мы больше тратим,

Чем ростовщик за пропитание берёт.

И если б мы наёмникам не задолжали,

(Давать-то нечего, казна пуста)

они б от нас давно сбежали.

Такая вот у нас беда.

Разграблена империя под их охраной

И если им позволить так служить,

то нам придётся поздно или рано

ряд неприятнейших моментов пережить.

В отдельных княжествах ещё есть силы,

законы соблюдать и не позволить красть.

Но беззаконные рвачи и заправилы,

всё делают, чтобы ослабить власть.

КАЗНАЧЕЙ

Склонять союзников нам на подмогу

бессмысленно. Наложено табу

на все субсидии. Я бью тревогу,

финансы утекают как вода в трубу.

А в отдаленных княжествах Твоих

кто правит, чьи это владенья?

Там нет давно уже людей своих.

Не пополняется казна. Нет отчисленья.

От центра государства, до его окраин

Мы столько дали всем свобод и прав,

Куда не сунься, всяк себе хозяин.

Строптивость всюду и упрямый нрав.

И подчиняться боле не желают.

Бесправными мы стали вдруг.

Верхи себя правами обделяют.

Низы эти права себе берут.

От партий нету никакого проку.

Нет выгоды, поддержки никакой.

Кажись, они при нас, на самом деле – сбоку.

Им всё равно хулить, иль обсыпать трухой.

Высказывают нам как будто уважение.

Но это всё заманчиво на первый взгляд.

Со временем глядишь – пренебреженье.

Ни гибеллины и ни гвельфы не хотят

вести с нами дела. И молча наблюдают.

Одни как будто за дворян кричат,

другие, вроде, за торговцев выступают.

и те и эти нам не помогают, лишь ворчат.

Всем сторонам до дел других нет дела.

Нет входа чужакам в свой огород.

Империя доходит до предела.

Нет денег, чтоб сплотить народ.

УПРАВИТЕЛЬ ДВОРЦОВЫМИ ДЕЛАМИ

И я в таком же положении, кстати.

Я сэкономил меньше, чем растратил.

Всем хочется добраться до добра.

А в кассе государственной – дыра.

Расходы всё растут, доходов я не вижу.

И каждый день удар по нашему престижу.

Ну как дворцовых поваров мне убедить?

Чтобы обильною едой господ не закормить.

Пока в достатке мясо кабанов и зайцев.

Сил хватит для бесед и разных танцев.

Хватает уток и гусей, индеек и цыплят.

Готовим также и молочных поросят.

Беда лишь в том, что не привозят вѝна.

С заморских погребов. А в чём причина?

Нам скоро нечем будет пищу запивать.

Когда былое начинаю вспоминать,

мои глаза своим слезам не рады.

Как много было вин из винограда

лучших сортов! Вино лилось рекой.

Подвал дворца.., сегодня он пустой.

Все эти бесконечные попойки

сиятельных господ… И неустойки.

Сметают со стола всё угощенье вмиг.

Сдерёт с меня три шкуры ростовщик.

Наш магистрат открыл для них подвалы.

С тех пор не устают звенеть бокалы.

А кто будет платить за то, за это?

Я б наложил на дармовую пьянку вето!

Пора халявщиков гнать с миром.

Не успевает вырасти, налиться жиром,

вся живность в императорских хлевах.

её уж забивают, режут и коптят на вертелах.

Мы заложили даже пух постельный.

А аппетиты наши так же запредельны.

В долг пьём и в долг едим. Вещай, отец!

Когда настанет вакханалии конец?

ИМПЕРАТОР

(после некоторого раздумья обращается

к Мефистофелю)

Скажи мне, шут. Не уж то всё так плохо?

МЕФИСТОФЕЛЬ

Не думаю, что надо громко охать.

Я вижу блеск Твой, света красоту.

И этот свет поглотит темноту.

Как можно усомниться в Твоей силе?

Конечно, есть проблемы в старом стиле.

Но слово царское – закон для всех.

Сказал – что сделал. Здесь успех!

И волю добрую, скреплённую рассудком,

во блага превратит народ своим поступком.

Фатальность бед лишь грязная клоака!

Блеск звёзд мы видим лишь на фоне мрака.

Всё тёмное природе зренья недоступно.

Не видеть свет во тьме – это преступно!

РОПОТ ТОЛПЫ

Проныра этакий… Но не глупец.

Конечно, врёт… Какой эффект!

Да как всегда… и на худой конец

нас ждёт очередной прожект…

МЕФИСТОФЕЛЬ

У каждого свои заботы в поднебесном мире.

Полно богатств у этих, у других – хлопот.

Безденежье у вас – держи карманы шире.

Кто вспух от голода, кто нарастил живот.

Нет, не валяются здесь деньги под ногами!

Хоть без щелей полы, и гульдены в ходу.

И, вроде, даже есть кому сорить деньгами.

Здесь тело у души идёт на поводу.

А в кладовýю вход, где золото хранится

в монетах, слитках, скрытое от глаз,

укажет дух земной. Пора с ним подружиться,

ведь только мудрость знает нужный лаз.

КАНЦЛЕР

Природный клад. Земные духи…

Вот так распространяют слухи.

Известно, за такие речи

людей ссылают на костёр.

Сей атеизм противоречит

христианской вере. Визитёр!

Ты сеешь смуту и сомненье

и выдаёшь юродство за спасенье.

Власть императора есть дух закона.

А доблестные рыцари – защита трона.

Ученье Божие несут во все пределы

духовные отцы, служители церквей.

Все получают за свои труды наделы.

Нет у властителя вернее сыновей!

У черни спутанный рассудок,

И движет ею лишь желудок.

Подвластна чернь еретикам и чародеям.

И предаётся отвратительным затеям.

Хлопот и бед немало доставляют нам,

поверившие мрачным колдунам.

Ты тоже своей шуткой чёрной

пытаешься всех с толку сбить.

Хотел под маскою притворной

господ к кладоискательству подбить?

МЕФИСТОФЕЛЬ

Черты учёности в речах ваших бытуют.

То, что нельзя пощупать, то не существует.

Вот, если я какую вещь держу в руках,

тогда она присутствует в моих мозгах.

Для вас всё ложно, если биты ваши карты.

У вас свои весы, для взвешиванья правды.

ИМПЕРАТОР

Претят мне эти ЕСЛИ БЫ, да КАК.

До смысла слов твоих я не дойду никак.

От проповедей сыт не станешь.

Лучше скажи, ты деньги нам достанешь?

Чем разглагольствовать, казну пополни.

Моё желание незамедлительно исполни!

МЕФИСТОФЕЛЬ

Достану золота я столько, сколько можно.

И даже больше, чем хотелось бы найти.

Но это так легко и в то же время сложно,

добыть в природе иль до кладов снизойти.

Боясь набегов дикарей и римлян жадных,

запуганный народ на протяженье долгих лет

закапывал сокровища в местах овражных.

Не успевал родным передавать секрет.

Чтобы достать сокровища без промедленья,

придётся рабский труд всем на себя взвалить.

Кишат сокровища кишмя в Твоих владеньях,

копальщики воздвигнут горы из земли.

То золото, что под землёй сокрыто,

принадлежит по праву лишь Тебе.

Кто собственником был – давно забыто.

Богатство это возвратишь себе.

КАЗНАЧЕЙ

В устах шута глаголет правда.

Такой подход вполне оправдан.

КАНЦЛЕР

Вам сатана надел петлю на шею.

Оставьте эту глупую затею!

Посыл не тот – скажу я откровенно.

Петля затянется мгновенно.

УПРАВИТЕЛЬ ДВОРЦОВЫМИ ДЕЛАМИ

Готов чуть-чуть душою покривить,

чтоб было чем господ кормить.

ВОЕНАЧАЛЬНИК

Дурак умён. И, кажется, не врёт.

Солдат не спрашивает, кто его спасёт.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Вы сомневаетесь в правдивости моей?

Тогда астролога спросите поскорей,

на что указывают звёзды в небесах,

где ложь и правда на земных весах.

РОПОТ ТОЛПЫ

Нашли общий язык шут и астролог…

Один хвастун, другой плутолог…

Один поёт, другой – рукою машет…

Дурак в дуду дудит, а умный пляшет…

АСТРОЛОГ

(говорит то, что ему нашёптывает Мефистофель)

От солнца блеск есть золота сиянье.

Меркурий – милость, денежное содержанье.

Венера – госпожа любви, очарованья.

Луна стыдливая – влюблённых душ слиянье.

Марс не вредит, а только угрожает.

Юпитер ярче и сильнее всех сияет.

Хотя Сатурн велик, но, кажется, что мал.

Его не ценим мы, но всё же он – металл.

В цене он не высок, но тяжелее всех.

Нацелены мы на большой успех.

Когда Светило совпадёт с Луной,

увидим знак меж небом и землёй.

Все блага возвернутся к нам с лихвой.

Дворцы, сады, упругость тел, дух боевой.

Всё это нам организует муж учёный

Чего не сможем мы, то сможет оный.

ИМПЕРАТОР

Два разных голоса. Одна и та же речь.

Но вот беда – не может эта речь меня увлечь.

РОПОТ ТОЛПЫ

Пустым словам не надо верить…

Пора бы пыл его умерить…

В три короба наговорят…

В конечном счёте обдурят…

МЕФИСТОФЕЛЬ

Не верят, что по золоту все ходят.

Стоят вокруг. Не доверяют мне.

Себя предубеждениями за нос водят.

Во мнениях сидят, словно в тюрьме.

В волшебный корень, мандрагору, верят.

А очевидный факт за чудо выдают.

Мир окружающий тупым аршином мерят.

И ложь махровую за правду продают.

Когда вы ощутите, как проходят годы,

и ваши ноги при ходьбе начнут дрожать.

Вы осознаете, что силами природы

вам не дано и не придётся управлять.

Прислушиваясь к голосам природы,

что источаются из недр земных.

вы обретёте толику свободы.

постигнув тайные намёки в них.

Как только, из земли, прорвутся звуки.

и кверху заветвится пастернак.

Лопату и киркý берите в руки.

Копать идите! Это верный знак!

РОПОТ ТОЛПЫ

Я ощущаю на ногах стальные путы…

Покоя не даёт подагра, кости вздуты…

Большой палец ноги и ноет, и болит…

В спине прострел… В ушах звенит…

О чём нам эти знаки говорят?..

О том, что здесь зарыт под нами клад…

ИМПЕРАТОР

Давай же шевелись. Не улизнёшь отсюда,

пока нам не докажешь, что не лжёшь.

А я свой меч и скипетр отложу покуда

и делом сам займусь. Меня не проведёшь!

Но, если обнаружится бравада,

тебе одна дорога – в царство ада!

МЕФИСТОФЕЛЬ

Кто знает, может, мне туда и надо…

Я не могу сейчас сказать при всех открыто,

Где, сколько драгоценностей в земле зарыто.

Когда крестьяне вспахивают дёрн на новом поле,

горшки, наполненные золотом, находят поневоле.

Пугаются, дрожат. Не знают, как им быть.

По скудости ума пытаются их скрыть.

Где на поверхность золото всплывает,

там вход в старинные подвалы пролегает.

Как говорят – кто ищет, тот всегда находит.

Кто манну с неба ждёт, того успех обходит.

Богатство людям просто не даётся.

Спуститься в преисподнюю придётся.

Там среди гнили от былых веков

найдёте много золота и жемчугов,

изделья из рубина и из серебра.

Земля к искателям богатств добра.

Найдёте даже благородное вино.

Оно залито в бочки так давно…

Весь перечисленный изыск

вполне оправдывает риск.

Блестят сокровища, лишь отражая свет.

Там в подземелье света не было и нет.

Богатство окружает ужасающая тьма.

И путь к нему потребует ума.

ИМПЕРАТОР

Оставь свой мрак себе. Куда его я дену.

Вытаскивай на свет всё, что имеет цену.

Плута не видно в темноте. Нет к нему веры.

Как говорят – в ночи все кошки серы.

Корзины с золотом достань из преисподней.

Или расстанешься с башкой уже сегодня.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Возьми лопату в руки. Сам копай.

Крестьянский труд тебя возвысит

в глазах всех слуг твоих. Не уповай,

что от приказов все дела зависят.

И золотых тельцов огромные стада

в твои потянуться пределы. Господа

украсят жен, подруг своих любимых.

Величие достоинств мнимых

заменишь на величие богатства.

Не дашь врагу ни шанса для злорадства.

Блеск драгоценностей корону осветѝт.

И Твой императив империю сплотит.

ИМПЕРАТОР

Взялись за дело! Сколько можно ждать!

АСТРОЛОГ

(как выше)

Не стоит Их Величеству так поспешать.

Традиции дворца не нужно нарушать.

Бал-маскарад сначала проведём,

потом к Мамону за богатствами пойдём.

К терпенью призовём себя. Идея не созрела.

Не будем браться сразу за два дела.

Земные блага нам дадут на небесах.

Но взвесят прежде все заслуги на весах.

Получит благо тот, кто сам добро творил.

Тот радость пожинал, кто нрав свой укротил.

Тот пьёт вино, кто виноград растил.

Кто чуда ждёт, пусть укрепляет веру.

И воздадут тому, кто знает свою меру.

ИМПЕРАТОР

Потратим время на всеобщее веселье!

Великий пост наступит как похмелье.

Пока же празднуем наш карнавал.

Таких пиров давно никто не знал.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Круглый дурак с рожденья… не поймёт,

что добродетель связана с отплатой.

Чтоб в дураках не вечно оставаться,

свой мозг он заставляет напрягаться,

о камень мудрости трёт лоб покатый.

Но мудрости тот камень не даёт.

Поскольку мудреца не достаёт.

(Звучание труб. Все расходятся)

Просторный зал с прилегающими покоями, вычищенный до блеска и украшенный для маскарада

ГЕРОЛЬД

Не думайте, что на земле наших отцов

древнегерманские традиции в ходу;

что вы увидите здесь танец мертвецов,

чертей и ведьм – средневековую среду.

Вас ожидает праздник италийский…

Сходив к церковной власти на поклон,

перемахнув через хребет альпийский,

Наш повелитель получил права на трон.

Твори добро, но власть используй!..

Там в Риме наш имперский поводырь,

В неудовольствие себе, но в нашу пользу

смахнул губами с папских туфель пыль.

Себе надел корону золотую,

а нам напялил скоморошьи колпаки.

И мы переродились подчистую

в шутов. Кривляемся как дураки.

Я вижу, клоунов становится всё больше.

Проходят толпами, схватившись за бока.

Плодятся чаще и живут намного дольше.

Мир превращается в большого дурака.

Срослась корона с царской головою

А наша жизнь сродни с фиглярскою игрою.

САДОВНИЦЫ

(пение, сопровождаемое звуками мандолин)

Чтоб нам на празднике рукоплескали,

всю ночь мы резали, кроили и вязали.

Цветочки из лоскутьев ткани создавали.

Из шёлка, бархата, атласа и батиста.

Нам позавидуют дворцовые флористы.

Наши цветы искусственны и не душисты.

Зато не чахнут и не требуют ухода.

На них не действует коварная погода.

Они ласкают глаз в любое время года.

Мы эту красоту творим руками.

Самой природе не сравниться с нами.

Мы украшаем модниц нашими цветами.

А в мастерстве своём даём мы волю чувству.

Все женщины предрасположены к искусству.

ГЕРОЛЬД

На ваших головах цветут сады Эдема.

В цветном наряде блузки и вуали.

В искусстве старом – новая богема.

Такого мы от вас не ожидали.

Союз природы и искусства – непростой.

Как удивительно, что уживается порой

живое тело с мёртвой красотой.

САДОВНИЦЫ

Все товары – рукоделье.

Цены скажем наперед.

По названию изделья

знает всякий, что берёт.

ОЛИВКОВАЯ ВЕТВЬ С ПЛОДАМИ

Я не завидую другим цветам.

И по природе ненавижу разногласия.

Растенья ценят люди по плодам,

Я – символ благородства и согласия.

Я – воплощение гарантии успеха,

успокоения стихии, снятия проклятья.

Сегодня будет для меня утеха.

Мне бросят чью-то голову в объятья.

ВЕНОК ИЗ КОЛОСЬЕВ

Цереры милостей во мне не счесть.

Колосья лучше, чем оливковая ветка.

Такой венок на голове – как вуалетка.

Помимо красоты во мне и польза есть.

ФАНТАСТИЧЕСКИЙ ВЕНОК

Бледнокрасные цветочки,

вашим мальвачкам сродни.

Глянь на шёлковые почки.

От природы отдохни!

Всё во мне, как будто, ложно.

Но для моды все возможно.

ФАНТАСТИЧЕСКИЙ БУКЕТ

Я искусственный букет.

Для меня названья нет.

Собран я из разноцветий,

у которых нет имён.

Феофраст бы не ответил,

– хоть считал, что он умён -,

из чего и для чего я сотворён.

Знаю, я не всем по нраву.

Кто-то сразу не узрел,

что у дам снискал я славу,

что у них я преуспел.

Кто меня сегодня ждёт

и к своей груди прижмёт?

И к кому сегодня счастье

неожиданно придёт?

БУТОНЫ РОЗ

(НЕРАСКРЫВШИЕСЯ РОЗЫ)

Цветы матерчатые в услуженье моды

– лишь жалкая пародия на красоту природы.

Они не зацветали. И не видели рассвета.

Мы, раскрываясь, объявляем лето.

Кто нас срывает, ощущает счастье.

И проявляет к жизни сопричастие.

Мы оживляем чувства, ум и взгляд

и облачаем в праздничный наряд.

(В проходах зелёных аллей

садовницы с любовью раскладывают свой скарб)

САДОВНИК

(Пение в сопровождении теорб)

Пусть цветы благоухают

и наряды украшают.

У плодов другой искус —

их лучше пробовать на вкус.

Радуйтесь! Дивитесь диву!

Вишню, персики и сливу

здесь вы можете купить.

Там, где глазу нечем крыть,

языку судьёю быть.

Поэт пусть розы воспоёт.

Видит глаз, но рот неймёт.

Надкусишь яблоко – поймёшь.

До сущей правды ртом дойдёшь.

Среди обилия растений

– от почек, цвета и плодов

найдёшь себе без затруднений

продукт божественных трудов.

Под сменяющиеся звуки гитар и

теорб обе группы продолжают раскладывать свой

товар, предлагая его гуляющим.

Мать и дочь

МАТЬ

Когда на свет ты появилась,

ты красотою засветилась.

Ты личиком была мила

Фигурой то ж не подвела.

Тебе пророчила я жениха,

богатенького барчука

Но годы шли неотвратимо,

а женихи все пролетели мимо.

Усилия твои были напрасны.

Богатые нам не подвластны…

Ты в танце покрутись с одним,

немного пофлиртуй с другим.

А третьего ткни локотком

и губочки сложи цветком.

Взгляд зацепи на месте голом.

Малышка, покрути подолом!

Не искушай судьбу впустую!

Схватись за чашу золотую.

Среди повес найдётся наконец

тот, кто тебя потянет под венец.

Подруги, молодые и красивые, присоединяются к матери и дочери.

Начинается шумная, непринуждённая болтовня.

Затем входят рыбаки и птицеловы с сетями, удочками,

клейкими ветками для ловли птиц и другими принадлежностями

своего ремесла. Они смешиваются с толпой девушек,

заигрывают с ними, перебрасываются шутками.

ДРОВОСЕКИ

(вваливаются стремительно, толпою)

Места свободные, как просеки в лесу!

Чащобу превратим в открытую поляну.

Деревья валим, тащим по бурьяну.

Потом их шкýрим, пилим на весу.

Лишь нам работа тяжкая годна.

Гудят деревья, пилы завывают.

Трещат пупы и руки нарывают.

Но грубая работа умникам вредна.

А, что поделаешь? – Приходится потеть.

Чтоб не замёрзли неженки на печке.

Вы нам за здравие поставьте свечки,

чтоб вам от холода не околеть.

ПОЛИШИНЕЛИ

(с ужимками)

Ах, бедные глупцы богатым на потеху!

Ваш черный труд способствует успеху

не вашему… Пока молчит люмбаго

– ломайте спины на чужое благо.

Мы умные. Мы тяжести не носим.

И милости у вас не просим.

Нам даже шапки тяжелы подчас,

которые мы носим для прикрас.

Мы часто одеваемся в нелепые наряды.

Нам нипочём ни хохот и не злые взгляды.

Шатаемся по рынкам и среди народа

валяем дурака. Нам дорога свобода!

ПАРАЗИТЫ

(льстиво и сладострастно)

Вы поставляете дрова, а кто-то – уголь.

Но прогибается не только люд, но и ублюдок.

Тот, кто кивает головой и льстит в угоду.

И это свойственно почти всему народу.

Иначе гнётся тот, кто нас обогревает.

Ни угольщик, ни дровосек затылок не сгибает.

Огонь с небес не прилетит и тело охладеет.

Печь не гудит, камин теплом не веет.

Не чует лизоблюд дух жареного мяса

Опал у батюшки живот и опустилась ряса…

Но вот дрова и уголь оживили печи.

Готова пища, стол накрыт и загорелись свечи.

Дух рыбный и мясной носы волнует.

Богатый стол глаза интересует.

Все общество нахлебников повеселело.

И дружно принялось за дело.

ПЬЯНЫЙ

(неосознанно)

Сегодня всё сказать могу я напрямик.

Мне все дозволено. Прекрасный миг!

Я наслаждаюсь состоянием веселья.

И нет мне никакого дела до стесненья.

Давайте чокнемся и выпьем, и нальём…

А, может, хором мы застольную споём?

Моя бабёнка мой наряд забраковала.

С утра мне уши прожужжала.

Ей не понравился мой маскарадный вид.

Так выпьем же за праздничный прикид!

Наполните стаканы… чок, чок, чок…

Я в деле пития не новичок.

Мне в долг даёт хозяин заведенья,

даёт хозяйка и служанка… Загляденье!

Наполним вновь стаканы… чок, чок, чок…

Эй! Почему не пьёшь со мною, толстячок?

Я там, где должен быть, где мне приятно.

Пока стою я на ногах, мне всё понятно…

Но если лягу я под стол, то извините…

Ногами на меня не наступите…

ХОР

Братья выпьем! Чок, чок, чок!

Стал теснее кабачок.

За столешницу держись!

Под столом не очутись!

Герольд объявляет о приходе разных поэтов —

стихотворцев, воспевающих природу; придворных

стихослагателей; песенников, прославляющих рыцарей;

представителей любовной лирики; одописцев.

Все рвутся на сцену и хотят выступить первыми.

В давке они не дают сказать ни слова друг другу.

Только одному из них всё же удается вырваться вперед

и сказать несколько слов.

САТИРИК

Жаль, с публикой отсутствует контакт.

Но несмотря на то, что плохо нас встречают,

меня, поэта, обнадёживает факт

– здесь слушают, хоть слышать не желают.

Поэты, прославляющие тьму и загробный мир, просят извинить их за то, что не могут прийти, так как они в настоящий момент ведут с новоявленным вампиром интересную беседу, из которой может развиться новое течение в поэзии. Герольд принимает это к сведенью и вызывает представителей греческой мифологии, которые появляются, облаченные в современные костюмы. Однако и в этой одежде они не теряют своей самобытности и прелести.

АГЛАЯ

Мы в жизнь вдыхаем Божью благодать.

И учим благодарно брать и отдавать.

ГЕГЕМОНА

Чтоб радости испытывать, давая,

или желания чужие исполняя.

ЕФРОСИНА

Постоянно, шаг за шагом

Отвечать на благо благом.

Входят три парки

(богини судьбы)

АТРОПОС

Из нитей ткём живую ткань.

И окантовываем жизни грань.

Работаем мы в Божьей мастерской.

Слывём ткачихами судьбы людской.

Но прежде, чем манипулировать судьбой,

Нам нужно расчесать в куделю лён сухой.

И свить крутящуюся нить времён.

Пока дух жизни в тело не внедрён.

Челнок туда, сюда я истово гоняю.

И нить одну с другой переплетаю.

Вот, наконец, готово полотно!

Жизнь из него кроить не всем дано.

КЛОТО

Мне ножницы доверила сестра,

кроить судьбу она не успевает,

сноровкой прежнею не обладает.

К тому ж бывает не всегда добра.

Используя гнилую пряжу кой-когда,

жизнь людям превращает в муку.

Иль обрекает их на вечную разлуку.

Промеры делаю я тоже иногда…

Я в праздник ножницы подальше убрала.

Не стану резать гибельные складки.

Пусть люди веселятся без оглядки

Судьба не судит. Закусила удила.

ЛАХЕЗИС

Знаю я, как соблюсти порядок,

как крепко нить веретеном завить.

как не запутать, на цевьё навить.

Чтоб не было обрывов и запрядок.

Мне тоже от судьбы не скрыться.

Кручу веретеном и направляю нить.

Мир кончится, ему ни жить, ни быть,

лишь стоит мне хоть раз забыться.

Вам жизнь испытывать неймётся?

Берегитесь! Ведь пересиливать себя

в мирских увеселениях нельзя!

Не ровен час – вдруг нить судьбы порвётся!

ГЕРОЛЬД

Тех, что сейчас входят, знать опасно!

О них читали мы в старинных книгах.

Но выглядят все трое так прекрасно…

Быть нерадушным я не в силах.

Вам прикасаться к ним не безопасно.

Встречаться с ними – для души мученье.

Они зовутся фуриями не напрасно.

От них исходят зависть, гнев и мщенье.

Хоть с виду – сущие голýбки,

и на слуху – за справедливость.

Карают злом за все проступки.

Присуща фуриям глумливость.

Всяк хвалит здесь свои деянья.

И не считает за грехи пороки.

Богиням ни к чему признанье.

Они не знают, что они жестоки.

АЛЕКТО

От нас вам ни уйти, ни скрыться.

Мы ублажим вас сладкой лестью.

С пути намеченного сбиться

поможем. Мы придём к вам с вестью.

Сорвём с вас благородства маски.

Кому-то скажем, что его невеста

другим мужчинам строит глазки.

Что для него в душе её нет места.

Что тянется она к его богатству.

У ней всё время несварение желудка.

Она горбата. Тяготеет к чванству.

И далеко не сизая голубка.

Невесте же нашепчем в ушки

– жених её над ней смеётся.

Расставим с двух сторон ловушки.

Авось в них кто-то попадётся.

Жених с невестой могут помириться.

Но недоверие растёт, душа гноится.

МЕГЕРА

Поссорить, а затем оставить вместе?

Всё это пустяки. Здесь мало мести!

Семейное житьё я превращу в ненастье,

измажу желчной краской счастье!

Время суровое людей разводит.

Рядом со счастьем горе ходит.

Глупец желанное упустит, увлекаясь.

За более желанным, где-то погоняясь.

Он к неизвестному протянет руки.

Отвергнет всё привычное от скуки.

Жара на солнце ему в тягость.

А холод ледяной во благость.

Играю я на слабостях презреннейших людей.

Ко мне придёт на помощь славный Асмодей.

Меж мужем и женой порвётся связь живая.

Мы этот мир погубим, семьи разбивая!

ТИЗИФОНА

С трудом я верю в ваши чудеса

Предпочитаю яд! Не словеса!

Караю за предательство мечом.

Не делай вид, что ты здесь не при чём!

Мой голос разнесёт по ветру весть.

И горы эхом отзовутся: «Месть!»

Прощения не жди, гуляка, ловкий плут.

Ответишь головой за сладострастный блуд!

ГЕРОЛЬД

Прошу собравшихся посторониться!

Гора живая в зал войти стремится.

Покрытая восточными коврами.

С клыками, хоботом и вздутыми боками.

Красавица гигантом этим управляет.

Лишь тонкой палочкой его цепляет.

Когда большое малому покорно.

Такое женщинам понравится бесспорно.

Когда же сильный слабым понукает.

Такой расклад мужчин не впечатляет.

А в башне, наверху красуется нарядом

другая женщина, с величественным взглядом.

Две пленницы в цепях плетутся рядом…

Одна – подавлена, тревожна и пуглива.

Другая – весела, небоязлива.

Не будем говорить о жизненных основах.

Расскажут сами, почему они в оковах.

БОЯЗНЬ

Что празднуют у вас – мне непонятно.

Здесь чад от факелов, там свет лампад.

Мне зреть на лицемеров неприятно.

Тут разложенье нравов и разлад.

Кругом насмешники и зубоскалы.

Ухмылки ваши – знаки тёмных сил.

Вы заполняете зловоньем залы.

Вчера помог, а завтра загубил.

Меж другом и врагом межа условна.

Хотите вы расправиться со мной?

Я почему-то всему миру не угодна.

Мне цепи уготовлены судьбой!

Угроза нависает сверху. Где спасенье?

Я вся дрожу – в ногах оцепененье.

НАДЕЖДА

Ах, сёстры милые, как рада я вас видеть!

Нет истинных причин бояться, ненавидеть.

Вас маски заставляют сблизиться с обманом.

Вы временно опьянены дурманом.

Но утром скинете чужое облаченье,

и вновь вернётся к вам прозренье.

Пробудится в вас собственная воля.

И наваждения погаснут как уголья.

Гулять мы будем в поле, а не в зале.

Душою отдохнём и как в начале

искать пойдём довольство и покой.

И счастье повенчается с судьбой!

РАЗУМНОСТЬ

Два врага на свете есть. О них знает и невежда.

Это дикая боязнь и бесплодная надежда.

Заковала я их в цепи, чтобы вас не отвлекали.

Чтобы люди не боялись и дела не забывали.

Я командую колоссом. Он везёт и не боится.

Наверху привязан трон. А на нём сидит царица.

И она не ждёт удачу. И надежду не лелеет.

А велит творить дела. Выгоду от них имеет.

Ей сопутствует победа. Она славой овладела.

Нет боязни, нет мечтаний, ведь она богиня дела!

ЗОИЛО-ТЕРСИТ

Ну, вот! Я появился между делом.

И сразу же берусь за дело смело.

Мозги вам сдвину набекрень.

Чтобы не мучила мигрень.

Та женщина, что наверху стоит,

она себя Победой мнит.

Она приводит меня в ярость…

Но там, где сила, там и слабость.

А тот, кто светится в лучах победы,

ввергает люд в очередные беды.

Что в прочем меня сильно веселит…

Но кто из вас мозгами шевелит,

поймёт, что не порю я чепуху.

Увидишь верх, лишь глядя снизу.

А низ заметишь, сидя наверху.

И вопреки природному капризу

прямая линия становится кривой,

а ложь кривая – правдою прямой.

Метаморфозы на руку не только мне.

Они суть жизни для людей на всей Земле.

ГЕРОЛЬД

Ты хочешь все устои подменить.

И мир двурушностью заполонить.

Я жезлом праведным тебя пронжу.

Ты – мразь! Сейчас я это людям покажу.

Тебя, я вижу, ни к чему пронзать.

Слова твои – твоей природы стать.

Свернулся карлик сызнова в змею.

И кажет переменчивую суть свою.

Гадючья куча образует плоский круг.

И раздувается в яйцо, и лопается вдруг.

Выскакивают из него два существа.

Ехидна и вампир как идеал сродства.

Полузмея спешит извиться за порог.

Ушастый нетопырь упёрся в потолок.

Пытаются друг к другу вновь прильнуть

Я не желаю к сему обществу примкнуть.

РОПОТ ТОЛПЫ

Вокруг меня танцуют привиденья…

Отродье празднует день навожденья…

Бегом отсюда, пока держат ноги…

Мне неуютно здесь. Душа в тревоге…

И этот мерзкий дух… Мы как в угаре…

Отколь взялись здесь эти твари?..

ГЕРОЛЬД

Я герольдом служу на маскарадах.

Отслеживаю зорко, чтоб в нарядах

к нам не прокрался колдовской вредитель,

иль дьявольских желаний исполнитель.

Ещё вчера я не был суеверен

Сегодня же в себе я не уверен.

Для привидений вход закрыт – все это знают.

Они же в залы к нам сквозь окна проникают.

Я допускаю только приглашённых.

Не духов, а персон одушевлённых.

От призраков защиты я не знаю.

Я бестелесный мир не понимаю.

Вон, гости новые к нам прибывают.

Через толпу, на колеснице подъезжают.

Без шума, беспрепятственно, спокойно.

В волшебном блеске, быстро и достойно.

Возница в козлах восседает. Что я вижу…

В зал на конях?! Удар по моему престижу.

А кони фыркают. И удила, как будто, гложут

Мне боязно… Спасайтесь все, кто может!

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

Сложили крылья и как вкопанные встали!

И не смотрите дико исподлобья!

Слова мои – мои поводья.

Я вас хвалю за то, что мы не опоздали!

Поэзия в толпу с небес нисходит.

Пегас прокладывает путь иной.

Крылатый конь парит над бороздой,

но никогда по борозде не ходит.

Жизнь без поэзии сегодня – день вчерашний.

Где герольд? Кто же нас представит?

Хоть имя славы нашей не убавит, не прибавит.

Но аллегория звучала б здесь изящней.

ГЕРОЛЬД

Иносказание в моих устах звучит ужасно.

Глашатай я, а не поэт. Оно мне не подвластно.

Размахивать не буду рукавами.

Представлю вас обычными словами.

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

Попробуй. Может быть, удастся.

ГЕРОЛЬД

Ну, что ж. Нам следует признаться.

Ты молод и собой хорош.

Пока ещё подросток, но похож

на взрослого мужчину. Без сомненья

становишься объектом вожделенья

у женщин страждущих. Ведь ты для них

готовый соблазнитель и жених.

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

Речи твои ласкают слух.

Но подбери слова, чтобы взметнулся дух.

ГЕРОЛЬД

Твои глаза – ночная мгла.

В них впору провалиться.

И кожа на руках бела.

В тебя не грех влюбиться.

Ах, если б девушкой ты был,

то не было б иных причин.

Ты б новую стезю открыл.

Имел успех бы у мужчин.

Купаясь в блеске ореола,

поэзия парит на грани пола.

Но девушкам ты более по нраву

– преподнесут любовную отраву,

преподадут тебе амурную науку.

Забудешь поэтическую муку.

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

Глянь, кто восседает там вверху.

На колеснице в блеске славы.

Ты дифирамбы пой ему.

Уж мне достаточно твоей забавы.

ГЕРОЛЬД

Похож на короля. В богатстве тонет.

Везёт тому, кому он благоволит.

Едва ли похвала моя его затронет.

Смотреть на нас он даже не изволит.

Он взглядом ищет неимущих.

Он самый добрый средь дающих.

Он главный Бог для всех берущих.

Счастливей всех среди живущих.

Живём не для того, чтоб обладать,

а для того, чтобы дарить и отдавать.

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

По виду внешнему читать умеешь.

Но сути, глубины пока не зреешь.

ГЕРОЛЬД

К достойному не липнет похвала.

Не отражают сути зеркала.

Они показывают внешний блеск.

Нет проку также и в сплетении словес.

Мне кажется, что он мне был знаком.

Осанка благородная и стать при нём…

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

Да, это ж Плутос, Бог богатств бездонных!

Ваш государь так жаждал встречи с оным.

ГЕРОЛЬД

А ты при нём… Что в услуженье ходишь?

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

Я восполняю то, что Плутос с роду не имел.

Я тот, кто поэтическим богатством овладел.

Он обладает благами земными.

А я владею благами языковыми.

ГЕРОЛЬД

Хвалиться ты мастак. Все это слышат.

Реальные богатства покажи. Пусть все увидят.

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

Я господин богатого воображения

Могу и образ превратить в изображение.

Смотри, я щёлкну пальцем и карета

как будто снова в жемчуга одета.

Вот вам сокровища и украшения.

Предметы модные для восхищения.

Глаз радуют, но не ласкают ухо.

К блестящей мишуре моё искусство глухо.

ГЕРОЛЬД

Как встрепенулась вдруг толпа гостей.

Хватают всё подряд. Рабы своих страстей!

Но что это? Оптический обман?

Сокровища, что оттопырили карман,

вдруг превратились разом в побрякушки.

Вместо серёжек – портяные мушки.

Жемчужинки как мотыльки летают.

Богатства лживые всех раздражают.

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

Я понял, Герольд, ты толкуешь маски.

Озвучиваешь форму, а не содержанье.

Про суть гостей придумываешь сказки.

И подменяешь истину желаньем.

Не будем споры доводить до ссоры.

Здесь нужен ас, чтоб суть увидеть.

К чему укоры и пустые разговоры

о том, что нам любить и ненавидеть.

(обращается к Плутосу)

Квадригой управлять мне велено тобой.

Но я лишь исполняю твою волю.

Я правлю кóнями. Ты управляешь мной.

Но что оставила судьба на мою долю?

Мне суждено, сражаться за тебя с врагом.

Сметать с пути препятствия, преграды.

Лавры победы на челе твоём. Не на моём.

Но я служу тебе не за награды.

ПЛУТОС

Я подтверждаю правоту твоих речей.

Скажу открыто и без колебаний,

Ты дух от духа моего до мелочей.

Ты воплощение моих желаний.

И ты меня богаче разумением.

Я высоко ценю твоё служение.

Сплетён венок твоим умением.

Дороже он, чем это богатение.

Мои слова правдивы и честны.

Любезный! Нет тебе цены!

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

(обращается к толпе)

Я показал вам явь моих речений.

Я рассыпал их щедрою рукой.

Над головами в виде украшений.

Не все восприняли свет золотой

поэзии моей – души пометы.

А предпочли блестящие предметы.

Но есть и те, над головой которых

сверкают маленькие огоньки.

Не жду от них перерождений скорых.

Но есть надежда. Тѐплится внутри,

что огоньки поэзии не превратятся в дым,

а бурным пламенем взметнуться к небу!

И станет дух богатством основным

для жаждущих…, народу на потребу.

БАБЬИ ПЕРЕСУДЫ

Квадригой управляет шарлатан…

А рядом шут работает локтями…

Не человек, мешок с костями…

А на костях болтается кафтан…

Как будто год не ел, не пил.

Потом на службу заступил.

ТОЩИЙ СКРЯГА

Отродье бабье! Прочь от меня!

Я знаю – вам не нравлюсь я.

Когда-то женщины очаг хранили.

С расчётливостью их мужья дружили.

У всех достаток в доме был.

И каждый в дом, что мог тащил.

Вчера был в теле я и побогаче

Сегодня скрягою зовут меня и не иначе.

Набиты были сундуки добром.

Кубышки – златом, серебром.

Сегодня же мужья ленивы.

А жёны их не бережливы.

Лишь тратят, а расчётов не ведут.

Мужья у них на поводу идут.

Финансов меньше, чем расходов.

Желаний больше, чем доходов.

Мужья погрязли все в долгах.

Их жёны вертятся в шелках

с любовниками на виду у всех,

забыв про совесть и про грех.

Им всем – Гоморра и Содом!

Я – скупердяй. Я – скопидом.

ПРЕДВОДИТЕЛЬНИЦА ЖЕНЩИН

Умерь, борзóй, свой нрав собачий.

Ты лжешь про нас и чушь несёшь.

Сидишь на сене, пёс бродячий!

Сам не живёшь, и нам жить не даёшь.

ЖЕНЩИНЫ В ТОЛПЕ

Тебя нам, пугало, ещё не доставало!

Ему по морде съездить не мешало!

Нас чучелом соломенным не испугать.

Всех честных жён ему не оболгать!

ГЕРОЛЬД

Замолкнуть всем! Жезлóм стучать не стану!

Драконы повинуются тому, кто ими правит.

Показывать свою свирепость перестанут.

Их Плутос взглядом усмирит, стоять заставит.

Драконы могут быть покорными порою

Вон как легко по воздуху парили,

расправив свои крылья над толпою.

Огнём из зева никого не опалили.

Но публика из робкого десятка.

Не в силах устоять подольше.

Толпу смелó, и мест в достатке.

Сильнее страх – свободы больше.

Платос сходит с колесницы

ГЕРОЛЬД

Как царственно он с колесницы сходит.

Рукой взмахнул – и скряга с сундуком

спускается к нему и медленно подходит.

Чудовище загнуло головы крючком.

Из зев драконовых лишь дым выходит.

К себе возницу подзывает он кивком.

Речь поучительную о поэзии заводит.

ПЛУТОС

(обращаясь к мальчику-вознице)

Скажу тебе, мой друг, для утешенья.

Беги отсюда прочь без промедленья.

Уехать следует тебе в иное царство.

где правит не богатство и коварство,

а поэтическое слово и искусство.

Где в глубине души пылает чувство.

Где ты принадлежишь лишь самому себе.

Где красота и доброта сопутствуют судьбе.

Ты там в уединении свой мир создашь.

И совесть за свободу не продашь.

МАЛЬЧИК-ВОЗНИЦА

Да, я считаю тебя кровным братом

У нас с тобою родственные души.

Жизнь внешнюю ты украшаешь златом.

Мир внутренний я очищаю от бездушья.

Должны все люди для себя решить.

Жить беззаботно, в золоте купаясь.

Или трудиться, чтоб в согласье жить

с миром поэзии. Душой отогреваясь.

Не все хотят идти за мной в духовный мир.

Для многих золото – единственный кумир.

Благодарю тебя, что мне дарýешь волю.

Как только позовёшь – я предпочту неволю!

(Уезжает так же, как и появился)

ПЛУТОС

Пора изъять из сундука богатства.

Замки откроем гѐрольдским жезлóм.

Вот где скрываются оковы рабства.

Глаз обжигает дьявольским огнём!

Короны, цепи, кольца и монеты

как угольки в камине тлеют и горят.

Изделья золотые, роскоши предметы…

Мамона символы всех поглотить хотят.

ВЫКРИКИ ИЗ ТОЛПЫ

Взгляните-ка туда! Ну, что за чудо!

Сундук до верху золотом набит…

Я не могу смотреть, мне стало худо!

Глаза мои вылазят из орбит…

Чеканный звон дукатов грудь стесняет.

Здесь чаши золотые, россыпи монет.

Корона царская мой взгляд пленяет.

Мечтал я о богатстве столько лет!

Мне стóит только наклониться.

Я чувствую, что это не обман.

Мои глаза не могут ошибиться.

Монеты сами катятся в карман.

Но, если сможем мы договориться,

сумеем захватить весь чемодан!

ГЕРОЛЬД

Вы что задумали, глупцы?

Богатство захватить хотите?

Ведь это ж маскарад, слепцы!

Быстрей отсюда уходите!

Купились на златой дурман,

вы, неотёсанные чурки?

Приятней вам чарующий обман.

Вам правда не нужна, придурки!

Вам только бы неправедно стяжать!

Как вы на всё чужое пáдки.

Ах, Плутос, их пора всех гнать.

Чтоб убежали прочь и без оглядки!

ПЛУТОС

Толпу от ценностей я отгоню

твоим жезлóм, чтоб напугались.

На золотом огне его я раскалю,

чтоб блики в пламя превращались.

Хотите проявить своё нутро.

Скрываете лицо под маской.

Вас привлекает не своё добро.

Сейчас я вам устрою встряску.

Вкруг золота сжимается кольцо.

Но ваши маски скоро запылают.

Мой праведный огонь вам опалит лицо

И боль над алчностью возобладает.

Крики и давка

Хотел я взять вон то кольцо,

как вдруг мне обожгло лицо!

Все к выходу! Скорей назад!

Не нужен нам ваш маскарад!

Нас заживо всех сжечь хотят!

Поджарят нас как поросят!

О, если б крылья я имел,

я вмиг отсюда б улетел!

ПЛУТОС

Толпа отхлынула. Стал шире круг.

Всесильный страх прогнал хапуг.

Никто не пострадал от моего огня.

Чтоб прекратилась вся эта возня

Я начерчу незримый круг вокруг меня.

ГЕРОЛЬД

Есть дело, есть его исход.

Тебя послушался народ.

ПЛУТОС

Не нужно утешать себя. Это – пустое.

Одно волнение пройдёт, придёт другое.

ТОЩИЙ СКРЯГА

Вы наслаждаетесь пустым пространством.

А за незримым кругом зримо столько баб!

На злато пялятся. Считают шарлатанством

ваш круг. Я чувствую, что я ещё не слаб,

чтоб приударить за какой-нибудь красоткой.

Мне нужно снова их внимание привлечь

не языком, не пантомимой, не бородкой!

Я фокусом диковинным могу увлечь…

Ермолить золото начну я как сырую глину.

Увидят женщины во мне желанного мужчину!

ГЕРОЛЬД

Скелет ходячий. Он ещё острит.

Но что из золота сей тип творит?

Фигурки мерзкие он лепит из него.

Срамные вещи радуют его.

Показывает женщинам свою лепню.

Верни мне жезл. Я скрягу прогоню!

Он попирает нравы и мораль.

Сломать свой посох о него не жаль!

ПЛУТОС

Шут без дурачества – не шут.

Что нам грозит, не знает он.

Какие беды нам грядут…

Нужда страшнее, чем закон.

СУТОЛОКА И ПЕНИЕ

Несётся с гор, с лесных долин

дремучая толпа. Их властелин

– великий Пан, бог гор, лесов,

родитель всех земных плодов.

Без заморочки заступают в круг.

Ввергают всех в панический испуг!

Им ведомо всё то, что не дано нам знать.

Сбежались лешие попеть и поплясать.

ПЛУТОС

О вашем Пане и о вас мне всё известно.

Народ лесной, напористый и интересный.

Я в круг магический обязан вас впустить.

Чтоб удовольствие от карнавала ощутить.

Пусть всё диковинное будет обозримым.

А что нас ждёт, останется незримым.

Пока не знает люд, куда судьба ведёт,

что в будущем она преподнесёт.

ДИКАРСКИЕ ПЕСНИ

Вы, расфуфыренные твари!

Таких как мы, вы не видали.

Мы не отёсаны, суровы,

Но очень крепки и здоровы.

ФАВНЫ

Мы пляшем. Вы гарцуете.

Мы скачем. Вы танцуете.

Мы кое-чем на вас похожи.

Конечно, мы не белокожи.

Рога, козлиные копыта.

И тайна жизни не прикрыта.

Но ваши женщины нас любят.

Они влечение в нас будят.

Глаза у фаванов блестят.

Красавицы плясать хотят.

САТИР

Сатир на двух ногах козлиных

спускается вслед за толпой.

Силён и бодр. В местах низинных

он вроде бы как сам не свой.

Он не поймёт, как жить тут можно

почти во тьме и в тесноте.

Здесь неуютно и тревожно.

Он там, в горах сам по себе.

Покой и свет. И посему

весь мир принадлежит ему.

ГНОМЫ

Живём мы все одной семьёй.

Плетёмся маленькой гурьбой.

Лампадами мы освещаем путь,

чтобы со скал не соскользнуть.

Одежда наша соткана из мха.

Удобна. Для работы не плоха.

Кишим повсюду словно светляки.

Мы настоящие хирурги-горняки.

Вскрываем в скалах залежи руды.

Чтобы в металле не было нужды.

Проходы пробиваем и сверлим.

Наш труд почётен и необходим.

Дары земли мы поднимаем на-гора.

Мы в недрах золото находим иногда.

Но лучше б это золото не добывать.

Мошенники не перестанут воровать.

Железо нужно, чтобы сеять смерть.

Чтоб золота побольше заиметь.

Такая вот земная круговерть…

Не соблюдает божие заветы негодяй.

Присвоит всё, хоть сколько дай.

А тот, кто заповеди соблюдает,

теряет больше, чем приобретает.

Не виноваты мы, что в мире тарарам.

Придется всё это терпеть и вам и нам.

ВЕЛИКАНЫ

В ущельях Гарца проживаем мы

Все нас считают дикими людьми.

Природа-мать нас силой наделила.

И от людей подальше отдалила.

У каждого сосновый ствол в руке.

Мы ходим как по луже по реке.

На празднике встречаемся мы с вами.

Мы полуголые, прикрытые ветвями.

Могучее, сильнее всех богатырей.

Мы даже царских стражей здоровей.

НИМФЫ

(окружив великого Пана, поют хором)

Великий Пан. И вожделенный.

Любимый нами Бог вселенной.

Всеобщему веселью рад.

Серьёзен, добр. И нет преград,

для нас, чтобы развлечь его.

Мы знаем господина своего.

Обычно ночью он не спит.

Глазами звёзды шевелит.

Под сводом неба голубого

лежит. Нет времени благого

как сумерки. Ручья журчание

ласкает слух ему. Касанье

ветерка бодрит и возбуждает.

И всяк в лесу об этом знает.

Как только в полдень он заснёт,

так сразу всё в буковнике замрёт.

не смеет колыхнуться лист.

А птицы прекращают свист.

Боятся нимфы пальцем шевельнуть.

стояли там, где и должны заснуть.

И если закричит во сне он вдруг,

скуёт живых панический испуг.

Подобен его голос стону моря,

или рёву сильной бури. Тому горе,

кто это слышит. Даже храбрый воин

готов пуститься наутёк. Лишь Пан достоин

грозной славы, что впереди его идёт.

Да здравствует наш Бог, который нас ведёт!

ДЕПУТАЦИЯ ГНОМОВ

(великому Пану)

Мы знаем, где хранятся горные щедроты.

Волшебная лозина к ним нас привела.

Рудой и золотом забиты наши гроты.

Нас вдохновляешь Ты на добрые дела.

Мы трудимся во тьме, как троглодиты.

А кто-то среди бела дня богатства раздаёт.

Всем изобилием владеют паразиты.

Когда же расхитительству конец придёт?

Бери наши богатства в свои руки.

Ты сможешь их по праву раздавать.

Избавишь нас от нетерпимой муки

Наступит в этом мире благодать.

ПЛУТОС

(к герольду)

Пора настала обстановку оценить.

Мы ситуацию не в силах изменить.

Нам с духом следует собраться.

Людскому ужасу не поддаваться.

Потомки нас в обмане обвинят.

Всё станут отрицать. И исказят.

Но если записать – не пропадёт,

что на глазах у всех произойдёт.

Молва людей не безупречна.

Взгляд мимолётен, буква вечна.

ГЕРОЛЬД

Я занесу всё в протокол, что здесь увижу.

Не повредит бумага нашему престижу!

Вон, в окруженье гномов Пан подходит.

От бешеного пламени он глаз не сводит.

А языки огня то вверх взлетают,

то в бездну, пышущую, улетают.

Пан весел, бодр. Игре огня дивится.

Подходит ближе. Даже не боится.

Внутри колодца слышен гуд глухой.

Как будто воинов труба зовёт на бой.

Пан наклоняется, глядит… И вот беда!

В колодец падает его большая борода.

Взмывает в высоту, объятая огнём.

Вдруг вся одежда загорается на нём!

Горит венец, и шерстяная грудь.

На коже боль. Дым не даёт вздохнуть.

Веселье превратилось в страх.

Все поняли – горит монарх.

Костюм из пакли, и травы сухой

истлел. И Пана нет. Есть царь лихой.

Пожар спалит наш маскарад.

Лес синим пламенем объят.

Всепожирающий огонь

приносит дым, угар и вонь!

Искрятся жемчугом костры.

Всё валится в тартарары.

Но что я слышу? Ропщет люд.

Уже все хором вопиют.

Друг друга к правде подстрекнут.

Враз виноватого найдут.

Да будут прокляты все те,

кто нас к такой привёл беде!

Сгорит дворец, погибнем мы!

Такой пожар страшней чумы!

Ожоги император получил!

Его в такой костюм кто облачил?

Себя и нас хотел сгубить!

Как смеешь ты его судить?

О, юность, ты научишься когда

от дела отличать фриволье?

О, власть верховная, хоть иногда

соединяй свой разум с волей!

Мы все в огне. Кто нас спасёт?

Куда судьба нас заведёт?

Дворец роскошный до утра

Наверняка сгорит дотла.

ПЛУТОС

Страхом движимый народ

на подмогу нас зовёт!

Стукну посохом святым

по настилам половым.

Гром заглушит треск огня.

Дождь пойдет средь бела дня.

Молний блеск! Потух пожар!

Запах трав! Прошёл угар!

Дыма нет! Пришёл туман!

Нет ожогов! Нету ран!

Свежестью наполню зал!

Будет так, как я сказал!

Духов злых я усмирил.

Магию я применил.

САД ПРИ ДВОРЦЕ

Восходящее солнце. Император, окружённый придворными.

Фауст и Мефистофель, прилично и неброско одетые, стоят

перед ним, преклонив колени.

ФАУСТ

Простишь ли, государь, нам фокусы с пожаром?

Надеюсь, время не потратили мы даром?

ИМПЕРАТОР

(даёт знак, чтоб встали)

Не против я, чтоб чувства всколыхнуть,

хоть фокус этот не в ладах с законом.

Готов я был поверить, страх спугнуть.

Едва не возомнил себя Плутоном.

Я очутился вдруг на тлеющей скале,

Она искрилась вся и жаром отдавала.

Внутри неё бурлило что-то, как в котле

и в пламя тысячи огней объединяло.

Взвивалось пламя вверх. Водило хоровод.

Вдруг исчезало. Вырываясь под напором,

то пламя золотое обращалось в свод

большого кафедрального собора.

Между изогнутых, сверкающих колонн

шли, молча, люди раболепной чередою.

Все к трону моему сходились на поклон.

Владыкою огня я чувствовал себя порою.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Ты повелитель всех стихий на самом деле!

Ты одолел огонь, когда все оробели.

И если вдруг ты бросишься в пучину моря,

коснёшься дна ногой – окажешься в фаворе.

И вкруг тебя закрутится вся жизнь морская.

Светло-зелёная волна, сгибаясь и вскипая.

Сомкнётся в гребень, станет тебе крышей

пурпурного дворца, которого нет выше.

Куда бы не ступил – ты в центре под водою.

Дворцы и живность движутся вместе с тобою.

Стены дворца хоть и прозрачны – неприступны.

Подплыть к тебе не сможет хищник крупный.

Вот золотистой чешуёй драконы блещут.

Акулы дерзкие от смеха твоего трепещут.

Цветные рыбки плавают вдоль стен прозрачных.

Такого разноцветия здесь на земле невзрачной

никто не видел никогда. И как Пелей второй

ты покоришь богиню вод, Фетиду, добротой

чтобы взойти на трон и справедливо править.

ИМПЕРАТОР

Ты можешь грёзы эти при себе оставить.

У трона вод морских большая толчея…

МЕФИСТОФЕЛЬ

Остался водный мир. Земля давно твоя!

ИМПЕРАТОР

Приблизился ко мне ты не случайно.

Из тысячи ночей одну устроил ночь.

Ты появился как Шахерезада тайно,

чтобы меня очистить и стране помочь.

Когда все тяготы мне опротивят снова.

Ты будешь отвлекать меня от кабалы

мирской, к которой я судьбой прикован.

Доколь заслуживаешь ты высокой похвалы!

УПРАВИТЕЛЬ ДВОРЦОВЫМИ ДЕЛАМИ

(входя, торопливо)

О, государь, позволь мне доложить.

Не думал я до дней таких дожить…

Счета погашены. Ростовщики молчат.

Нет адских мук, как много лет подряд.

Воспрял я духом. Чувствую подъём.

Как будто бы на небе я седьмом!

ВОЕНАЧАЛЬНИК

(также поспешно)

Войскам твоим уплачено сполна.

Они надёжны, если вдруг война.

Ландскнехты чувствуют себя моложе.

Трактирщики довольны, девки тоже.

ИМПЕРАТОР

Да, кажется, дышать всем легче стало.

На лицах челяди вдруг счастье засверкало.

Все рвутся доложить мне о своих успехах.

Наполнен зал не ропотом, а смехом.

КАЗНАЧЕЙ

(указывает на Фауста и Мефистофеля)

Докладывают пусть они! Ведь это их заслуги.

ФАУСТ

Мы не докладчики, а слуги.

Вон канцлер ваш спешит с отчётом.

Он пользуется здесь большим почётом.

КАНЦЛЕР

(медленно приближается)

В мои года я праздную победу.

Все внемлют мне как буквоеду!

Вот у меня в руках указ,

Его я донесу до вас.

«Об этом знать должны все артофаги

что стоимость сего клочка бумаги

составит тыс'чу крон. Ваши издержки

для извлеченья золота из недр имперских

покроются с лихвой. Последует оплата

по обязательствам и сумме вклада.

Как только золото казну пополнит,

империя свой долг немедленно исполнит».

ИМПЕРАТОР

Я чувствую – здесь налицо подлог.

Сей документ я подписать не мог.

Прошу сейчас же провести дознанье,

кто подписал моей рукою это предписанье

и не понёс за это наказанье?

КАЗНАЧЕЙ

Ты сам поставил подпись. Нет обмана!

Когда на маскараде был ты Паном,

И залы превратились в сущий ад.

Мы пробрались к тебе сквозь этот чад

и канцлер громко просьбу огласил:

«Чтобы народ тебя не огорчил

и торжество твоё подольше длилось,

ты росчерком пера всем сделай милость!»

Ты благороден был в ту ночь, как никогда.

Бумагу подписал… Нет худа без добра.

Перенесли на штемпель подпись мастера.

Количество бумажек выросло до ста.

Размножили мы счастье для людей.

Народ стал веселее и добрей.

У всех вдруг появилось дело

жизнь в городах вновь закипела.

У мира на устах имя твоё гремит.

Знак подписи твоей заложен в алфавит.

ИМПЕРАТОР

Бумаги с подписью моей дороже денег?

Годятся, чтобы оплатить солдат и двор?

Но если это так – у нас нет возражений.

Мы прекращаем этот разговор.

УПРАВИТЕЛЬ ДВОРЦОВЫМИ ДЕЛАМИ

Расписки разлетелись по рукам.

Менялы ловкие владеют ими.

Они в ходу по правилу «куплю-продам»

За них расплачиваются золотыми.

И, разумеется, без скидки – серебром.

У мясников, портных открыты двери

для обладателей билетов. Все кругом

хотят приобрести билеты без потери.

Кроит торговец, а закройщик шьёт.

Мир одержим наживою – о ней все говорят.

В трактирах и пивных вино рекой течёт.

Пьют за монарха и тарелками гремят.

МЕФИСТОФЕЛЬ

А кто желает променаду посетить,

тот сможет за билет любовь купить.

Красавица стоит и глазками стреляет,

павлиньим веером свой ротик прикрывает.

Сама же от билета не отводит взгляда.

Любовнику и кошелёк носить не надо.

Листком бумаги расплатиться можно.

Она его на грудь припрячет осторожно.

И дело ваше в шляпе, как говорят обычно.

И даже для священника привычно

в молитвенник листочек свой вложить.

Сподручнее солдату ценности хранить

в кармане. А не в пояс набивать монеты.

Прости мне, государь, тираду эту.

На фоне низких дел высокие дела

запоминаются быстрее, чем слова.

ФАУСТ

В недрах земли твоей хранятся

несметные богатства. И без дела.

Ум мелочный не может разобраться,

как много их, где их пределы.

Фантазия бессильна их объять.

Взирает дух земли на них бесстрастно.

И только духу можно доверять

ведь безграничное ему подвластно.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Бумаги ценные. Нет смысла напрягаться.

Богатству своему ты можешь счёт вести.

Не обязательно менять и торговаться.

Захочешь золото и жемчуг обрести,

менялы тут как тут к твоим услугам.

Изделия из золота из-под земли найдут

– хоть цепь, хоть чашу. Жемчуги – подругам.

И, если цены на металл не упадут,

ты заложи его, чтоб оплатить билеты.

Сегодня скептики смеются нам в лицо.

А завтра, устыдясь, и наплевав на этикеты,

билетики скупать начнут в конце концов.

Наступит день, имперские заделы

наполнятся деньгами до предела.

ИМПЕРАТОР

Своим богатством рейх обязан вам.

Я по заслугам вашим вам воздам.

Вы знаете одни, где золото лежит.

И строго охранять его вам надлежит.

Куда укажите, там будем и копать.

Спешите долг свой честно исполнять.

Два казначейства мы в одно соединим.

Казну земную с неземной объединим.

КАЗНАЧЕЙ

(Фаусту)

Не против я трудиться рядом с чародеем.

Надеюсь, трудности мы сообща преодолеем.

ИМПЕРАТОР

Сейчас готов я всех деньгами одарить.

Кто, как и где их сможет применить?

И для чего? С какою целью?

ПАЖ

Предамся тотчас я веселью!

ДРУГОЙ ПАЖ

Куплю своей подруге кольчико и бусы.

КАМЕРГЕР

Продолжу пить, как прежде, но со вкусом.

ДРУГОЙ КАМЕРГЕР

Я с другом в кости поиграть хочу.

ВАССАЛ

(подумав)

Долги за земли и за замок заплачу.

ДРУГОЙ ВАССАЛ

Добавлю деньги эти я к деньгам своим.

ИМПЕРАТОР

Подвигнуть вас хотел к делам благим…

Кто знает вас, тот догадаться сможет.

Богатство изменить вас не поможет.

Заняться пожелали тем, чем занимались.

Какими были вы, такими и остались.

ШУТ

(входя)

Бросаешь милости налево и направо.

Так одари меня, ведь я имею право…

ИМПЕРАТОР

Мой шут, ты возродился? Ты на смерть плюёшь.

Но если денег дать тебе, ты сразу их пропьёшь.

ШУТ

Ты раздаёшь не деньги, а бумажки.

Хоть и волшебные – они не греют ляжки.

Не знаю, что и делать… Это – бред.

ИМПЕРАТОР

Бери, но не используй их во вред.

Скорее собирай! Вон сколько их летает!

ШУТ

В пять тысяч крон бумажка? – Мне не помешает!

МЕФИСТОФЕЛЬ

О, пьяная кишка на двух ногах!

Воскрес? Танцуешь на деньгах?

ШУТ

Я часто воскресал, но, чтобы так…

МЕФИСТОФЕЛЬ

От радости вспотел, дурак.

ШУТ

Чтобы бумажка вместо денег…

Как бы подняться с четверенек…

МЕФИСТОФЕЛЬ

На эти векселя ты можешь всё купить,

чтоб живот набить и глотку промочить.

ШУТ

Смогу купить я замок со столпами

на берегу реки, с лесами и полями?

МЕФИСТОФЕЛЬ

Старинный замок Траун! Без сомненья!

На зависть всем дружкам.

Станешь хозяином огромного именья.

Тебе сейчас всё по зубам!

ШУТ

Я тотчас же вступаю во владенье

сего прекрасного именья!

(Уходит)

МЕФИСТОФЕЛЬ

Ну, кто ещё не верит нашей глупой шутке?

Сам королевский шут поверил прибаутке.

МРАЧНАЯ ГАЛЕРЕЯ

(Фауст и Мефистофель)

МЕФИСТОФЕЛЬ

Зачем позвал меня ты в дебри эти?

Или дворец не место объясняться?

Среди придворных при дворцовом свете

куда удобнее чудить и притворяться.

ФАУСТ

Не продолжай! Мне это надоело.

Ты снова хочешь увильнуть от дела.

Скажи, как расхлебать исправно

ту кашу, что ты заварил недавно?

Меня задёргали придворные пажи.

Что делать, я не знаю, подскажи!

Увидеть хочет государь – закон не писан —

Прекрасную Елену и Париса!

Воочию!.. В них видеть возжелал не он один

прекрасный идеал для женщин и мужчин.

Тебе придётся поднапрячься, понимаю…

Я слов на ветер не бросал и не бросаю.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Зачем же обещать?

Ведь это безрассудно!

ФАУСТ

После твоих чудес мне разрешать,

а им просить нетрудно!

Сначала императора и рейх обогатили.

Но разом захотели все, чтоб их увеселили.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Вообразил себе, что это так легко?

На стену непреступную мы здесь наткнёмся.

Нам до Елены далеко и слишком высоко.

И вряд ли в чуждые владенья мы прорвёмся.

Кощунственно теченье жизни нарушать.

Живьём Елену показать – не призрак рисовать,

как вексель вместо денег. Гораздо легче вызывать

виденья карликов, чертей и ведьм. Вот это мне под стать!

Средь всех моих красивейших чертовок

подобную Елене не найти,

как ни верти, как ни крути.

Нет соответствующих заготовок.

В конце концов, я вынужден признаться,

что ведьмы в героини не годятся.

ФАУСТ

Ты затянул свою волынку снова!

Вселяешь в душу вечные сомненья.

Ты создаёшь преграды, затрудненья

в делах, в которых я не образован.

Тебе достаточно промямлить две-три фразы,

как мы Елену заполучим сразу.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Она язычница. И у неё свой ад,

к которому я не имею отношения.

Тебе помочь я был бы рад…

Но… Пожалуй, есть одно решение.

ФАУСТ

Давай же! Действуй! И без промедленья!

МЕФИСТОФЕЛЬ

Открою тайну без какого-либо чванства.

В уединении богини восседают.

Вне времени и вне пространства.

Мне трудно говорить о них, их называют…

Праматерями. Иль началом жизни.

ФАУСТ

(вздрогнув)

Праматери? Начало жизни?

МЕФИСТОФЕЛЬ

Тебя испуганным мне видеть непривычно.

ФАУСТ

Праматери, праматери… Звучит так необычно!

МЕФИСТОФЕЛЬ

Праматери-богини людям незнакомы.

Путь к тайне смертным не увидеть.

Где их искать не знают астрономы.

А ты за то в ответе – чтоб их не обидеть.

ФАУСТ

Но как до них дойти, и как постичь?

МЕФИСТОФЕЛЬ

Не проторён к ним путь. И цель недостижима.

Их глубина для вас, людей, непостижима.

Сознанью неподвластна их природа.

В их мире нет запоров и замкόв.

Там одиноко, пусто… Ты готов?

Обречь себя на пустоту…

ФАУСТ

Изображаешь из себя святую простоту?

Оставь пустые фразы при себе скорей.

Здесь «кухней ведьмы» пахнет снова.

Напоминаешь мне дела минувших дней.

Понятье пустоты мне уж давно знакомо.

Учил пустое и пустому обучал.

Старался всюду говорить разумно.

При этом вновь в противоречия впадал.

И говорил вдвойне бездумно.

Скрывался я в глуши, подальше от людей,

от заблуждений и рассудочных обуз.

Был в одиночестве, но вряд ли стал умней

И чтоб не одичать, я с сатаною заключил союз.

МЕФИСТОФЕЛЬ

О, если б переплыл ты океан,

увидел безграничное пространство

и набегающие друг на друга волны.

Ты был бы красотою обуян,

презрев угрозы и природное упрямство.

И впечатления твои бы были полны

от глади моря, мчащихся дельфинов,

от солнца, облаков, луны и звёзд. Ты – посредине.

Но ТАМ не обнаружишь ты той пуповины,

которая соединяла бы тебя с земной твердыней.

Глаза не зацепляются, не устремляют взоры

и под ногами там нет никакой опоры.

ФАУСТ

Вещаешь ты как древний оккультист,

который не пускал юнцов к познанью.

Меня же ты толкаешь к осознанью

пустот… Хоть путь к ним не тернист,

но должен я использовать искусство заклинанья,

чтоб с его помощью там совершать деянья.

А ты будешь вкушать плоды моих трудов…

Но не смотря на то и это, я готов

измерить глубину твоих пустот

И, если разум мой меня не подведёт,

я обнаружу «ЧТО-НИБУДЬ» в твоём «НИЧТО».

МЕФИСТОФЕЛЬ

Приятно мне услышать, ЧТО…

познал мой друг

не только мир вокруг,

но за его чертою меня, чёрта.

Возьми вот этот ключик для комфорта.

ФАУСТ

Что открывать им в пустоте сплошной?

МЕФИСТОФЕЛЬ

Но до неё добраться нужно. Путь не прямой…

В сей малой вещи сила пребывает.

ФАУСТ

Ключ заблестел в моей руке. Как он сверкает!

МЕФИСТОФЕЛЬ

Он подойдёт к любым дверям

и обладает властью непомерной.

Он поведет тебя дорогой верной.

Спускайся вниз, к праматерям.

ФАУСТ

(содрогаясь от ужаса)

К праматерям?.. Название страшит.

От слова этого мой разум холодит.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Ты не настолько туп, чтоб слов бояться.

Не хочешь слышать то, что непривычно.

Ты ничему не должен удивляться.

Всё необычное становится обычным.

ФАУСТ

В привычном положенье дел мне нет спасенья.

А ожиданье чудес и новизны есть искушенье,

которое завладевает человеком, целым миром.

И служит мощным жизненным ориентиром.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Спускайся вниз! Иль «поднимайся ввысь».

Здесь разница не в сути, а в названии.

Лети к началу всех начал. Поторопись!

Видением несуществующего насладись.

Оно как облако завьётся вкруг тебя. Держись

от теней прошлого на расстоянии!

Взмахни ключом и отстранись!

ФАУСТ

(с воодушевлением)

О! Этот ключ меня преобразил!

Я чувствую приливы свежих сил!

Энергия по телу потекла.

Я рвусь вершить великие дела!

МЕФИСТОФЕЛЬ

Треножный жертвенник увидишь в глубине.

Стоит огнём объятый он на самом дне.

Вокруг него праматери сидят, стоят и ходят.

Здесь формы получают видимость и колобродят.

Так вечный смысл стремится к воплощению,

к преобразованию и быстрому возобновлению.

Они лишь видят очертания. Ты для них незрим.

Ты с духом соберись. Опасность упреди.

И смело подходи к треножнику с огнём.

Не мешкая, коснись его ключом!

Фауст имитирует решительное движение ключом в руке

(Мефистофель, наблюдая за ним, продолжает)

Вот так прильнёт к ключу треножник в одночасье.

Последует как преданный слуга он за тобой.

Наверх взлетишь. Тебе даст крылья счастье.

Пока они поймут, в чём дело, он уж твой.

Как только ты сюда прибудешь, поспеши!

Из тьмы ночной позвать Париса и Елену.

И перед публикой свой подвиг заверши.

Ты будешь первым, кто их вытащит на сцену.

Едва поверишь ты своим глазам

– окутает богов волшебный фимиам.

ФАУСТ

С чего мне начинать и как не промахнуться?

Как опуститься вниз и как наверх вернуться?

МЕФИСТОФЕЛЬ

Ногою топнешь раз – опустишься к треноге.

А топнешь ещё раз – окажешься в чертоге.

Фауст топает и проваливается вниз.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Вот только бы с ключом всё получилось.

Не обернулось бы большой бедой.

Откуда-то сомненье появилось,

хотел бы знать я сам, вернётся ль он домой.

Ярко освещенные залы

Император и князья. Двор в оживлении

КАМЕРГЕР

Вы сцену с духами хотели показать

Наш государь не будет долго ждать.

КАСТЕЛЯН

Советую вам не тянуть. Он может рассердиться.

И как бы вам перед величеством его не осрамиться.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Мой друг за дело взялся смело.

Уединился среди колб и грелок.

Познал секреты волшебства.

Подобные искусству божества.

КАСТЕЛЯН

Искусство, фокусы или магические трюки.

Нам всё равно. Желает государь кунштюки!

БЛОНДИНКА

Взгляните на моё лицо!

Сейчас оно как белое яйцо.

Но летом кожа в пятнах. Будьте так любезны!

Какое снадобье мне может быть полезно?

МЕФИСТОФЕЛЬ

Ах, душечка, что за напасти!

Весной приходят эти страсти.

Покрывшись пятнами не в меру,

ты превращаешься в пантеру?

Икру лягушки, жабьи языки… Возьми.

Смешай всё вместе, растолки и отожми.

И смазывай лицо полученным раствором.

При убывающей луне, в конце весны.

И ты увидишь очень скоро

– веснушки все сойдут с лица.

А недуг навсегда отстанет.

Твоя мордашка к лету станет

белее белого яйца.

БРЮНЕТКА

Все норовят поближе к Вам пробиться,

своей бедою с Вами поделиться.

И я хочу спросить, вопрос мой не простой.

Что делать мне с моей больной ногой?

Я отморозила её. Она распухла. Я ногу волочу.

Едва хожу. О реверансах и о танцах уж молчу.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Позвольте наступить на Вашу ножку.

Вам нужно потерпеть немножко.

БРЮНЕТКА

Мне не до флирта. Это неудобно.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Лечу подобное подобным!

Дитя моё, понять должны Вы

– другие методы леченья лживы.

Больные ноги лечатся ногами.

А животы – другими животами.

Подвинем ножку. Не противоречим!

Сейчас её мы вмиг излечим.

БРЮНЕТКА

Вы сделали мне больно нарочито!

У Вас ступня как лошадиное копыто.

О! Мне так больно! Как мне быть?..

МЕФИСТОФЕЛЬ

Про боль Вы скоро сможете забыть.

Вы будете гулять и вволю танцевать.

И, прижимаясь к кавалерам, ножку оголять.

ДАМА

(расталкивая всех)

Ну, пропустите же меня к нему!

Помочь он должен горю моему.

Я умираю от сердечных мук.

Так мил вчера со мною был мой друг.

Смотрел в глаза, был так любезен,

и о любви большой ко мне он грезил.

Сегодня же флиртует с молодой.

Меня «любимую» обходит стороной.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Я вижу, что твои дела невáжны.

Слушай меня! И сделай такой трюк.

Ты незаметно подойди к нему однажды.

И этим угольком измажь его сюртук.

Когда исполнишь всё, ты уголь проглоти.

Ни в коем случае не запивай его вином или водой!

И не успеет день пройти и ночь прийти,

как приползёт дружок к тебе, и будет твой.

ДАМА

Надеюсь, уголь этот – не отрава?

МЕФИСТОФЕЛЬ

(с негодованием)

Кощунствовать не нужно. Это не забава!

Мне этот уголь привезли издалека.

Цена ему столь велика,

Попробуй-ка её определи…

Изъят он из костра, когда-то на котором

церковники еретика сожгли,

покрыв себя проклятьем и позором.

ПАЖ

Влюблён я, но хочу заметить,

меня всерьёз не принимают.

МЕФИСТОФЕЛЬ

(в сторону, тихо)

Устал я слушать бредни эти.

(обращаясь громко к пажу)

Девицы молодые Вас не понимают.

Вам следует искать успех у престарелых дам.

Те, так или иначе, будут рады Вам.

Они в любви давно поднаторели…

За Вами очередь?.. Вы мне осточертели!

Быть может, мне им правду рассказать?

Но защитить себя правдивыми речами

я не смогу. Зачем мне рисковать…

Да будет не замечен Фауст матерями!

А в зале рыцарском уже тускнеет свет.

Дворцовая толпа плывёт по коридорам.

Для вновь прибывших мест свободных нет

– все отданы почётным визитёрам.

Ковры на стенах, древнее убранство.

Доспехи рыцарей, эпоха воздаяний.

Здесь духами забито всё пространство.

Не нужно никаких тут заклинаний.

Рыцарский зал

Слабое освещение.

Появляются император и придворные.

ГЕРОЛЬД

Я объявить обязан о начале представления.

И вкратце известить, что духи нам покажут.

Но я не в силах объяснить суть выступления.

Ведь духи эти – не сценические персонажи.

Кресла расставлены. И стулья сбоку.

Мы императора посадим близ стены,

чтоб видны были императорскому оку

изображения рыцарей, баталии войны.

Пускай любуется картинами сражений.

В историю своей страны опустится с небес.

А парочки влюблённые ждут наслаждений,

друг к другу жмутся в предвкушении чудес,

сидя вдали в укромных уголках и нишах зала.

Уж нетерпению пришёл конец. Все ждут начала!

Трубы

АСТРОЛОГ

Монарх наш повелел, чтоб драма началась!

Раздвиньтесь стены! Сцена заждалась.

Театр – искусство, а не шутовство.

По залу театральному шагает волшебство.

Ковры скрутились и поблёкли блёстки.

И таинством наполнились подмостки.

Вот я уже всхожу на авансцену.

Сейчас увидим мы Париса и Елену.

МЕФИСТОФЕЛЬ

(показывается в суфлерской будке)

Нашёптывать, что говорить и как

– моя стезя, моё предназначенье.

(Астрологу)

Ты в звёздном деле, кажется, большой мастак.

Значит, поймёшь мои фантазии без затруднения.

АСТРОЛОГ

Благодаря волшебной силе, колдовским делам

пред вашим взором предстаёт массивный храм.

Атланты каменные держат своды на руках.

И будто звёзды светятся на куполах.

Таких колонн здесь больше, чем потребно.

Хотя достаточно бы было всего двух, наверно…

АРХИТЕКТОР

Античный стиль мне кажется тяжеловесным,

каким-то грубым, неуклюжим и помпезным.

Здесь всё, что неразумно, то и превосходно.

А что громоздко, то и благородно.

У нас не строятся подобные соборы.

Намного лучше немассивные опоры.

Мне арки стрельчатые обостряют взгляд.

Башни игольчатые душу бередят.

АСТРОЛОГ

С почтением встретим звёздное явление.

Пусть магия словесная скуёт наш разум.

Фантазия освободит от заключения

наш дух! Смотрите, что приятно глазу!

Расслабьтесь, чувствуйте себя свободно.

Что невозможно, то правдоподобно.

(В глубине сцены появляется Фауст)

Вон в одеянии жреца протагонист.

И он же чудодей и фантазист.

Сей муж к праматерям нашёл дорогу.

Из бездны вековой он вытащил треногу.

Я чувствую приятный запах фимиама.

Пред нами древнегреческая панорама.

Благословим великое творение.

Нас ждёт счастливое видѐние.

ФАУСТ

(величественно)

Праматери! Я припадаю ниц.

Не знает ваша власть границ.

Вы предпочли уединение,

но не чураетесь общения.

Над вами кружатся картины миражей

То не живые люди – призраки людей.

Когда-то они жили жизнью полной.

Сегодня же парят безмолвно.

Да, это было и пробудет вечно.

Господство ваше бесконечно

Вы мир одушевляете дни, ночи напролёт.

Одним от жизни всё, другим – как повезёт.

Но люди ждут чудес невиданных от вас

И вот настал для страждущих сей час!

АСТРОЛОГ

Едва к треножнику ключом он прикоснулся.

Как мир вокруг него вдруг всколыхнулся.

Густой туман окутал сцену. Он клубится.

Он расползается повсюду и кружится.

То духи мечутся в сценическом эфире.

Переливаются как солнца свет в сапфире.

В движении духов музыка звучит.

Волной качается, как ветерок сквозит.

Вот музыкой объяты все колонны,

звучит триглиф, поют балконы.

И, кажется, поёт весь театральный храм.

И вдруг… всё стихло и рассеялся туман.

На сцене появляется…, вот вам сюрприз,

прекрасный юноша по имени Парис.

На сцене появляется Парис

ПЕРВАЯ ДАМА

В расцвете сил. Взгляд с поволокой.

ВТОРАЯ ДАМА

Как персик свеж. Налитый соком.

ТРЕТЬЯ ДАМА

Какие губы пухлые, резные!

ЧЕТВЁРТАЯ ДАМА

Тебе бы целовать такие!

ПЯТАЯ ДАМА

Нет утончённости. Как нарисован.

ШЕСТАЯ ДАМА

В движениях немного скован

РЫЦАРЬ

Похож на пастушка. Он не из высшей сферы.

Не чувствуются в нём придворные манеры.

ДРУГОЙ РЫЦАРЬ

Полунагой, он выглядит красиво.

Но двигается он неторопливо.

У женщин может он достичь успеха.

Хотел бы видеть я его в доспехах.

ДАМА

О! Как садится он. Ну, просто бесподобно!

РЫЦАРЬ

А на коленях у него Вам было бы удобно!

ДРУГАЯ ДАМА

Картинно голову подпёр рукой.

КАМЕРГЕР

Ведёт себя не так. И вид дурной!

ДАМА

Мужчинам только бы придраться.

КАМЕРГЕР

При императоре так изгиляться…

ДАМА

Он думает, что он один. И не на сцене.

КАМЕРГЕР

Нет разницы… Хоть на арене.

ДАМА

Он дремлет. Сон не может одолеть.

КАМЕРГЕР

Сейчас ещё начнёт сопеть, храпеть.

МОЛОДАЯ ДАМА

(с восторгом)

Прекрасный аромат. Он проникает в грудь!

И заставляет сердце биться. Не даёт заснуть.

ПОЖИЛАЯ ДАМА

Да. Это аромат любви. Меня не обмануть…

СТАРАЯ ДАМА

Божественной амброзии любовный фимиам.

Волнует юношей, девиц, мужчин и дам.

(Появляется Елена)

МЕФИСТОФЕЛЬ

Так вот она, виновница волнений!

Красива и стройна – в чём нет сомнений

для юношей, подверженных искусу.

Но для меня сия особа не по вкусу.

АСТРОЛОГ

Мне ничего не остаётся делать, как молчать.

Язык мой слишком беден, чтоб это описать.

Пред нами идеал. И ни один стиль поэмы

не сможет передать всей красоты Елены.

Коли виденьем этим наслаждаться будешь

– утонешь в сладких грёзах, сам себя забудешь.

Она к созданию стихов поэтов побуждала…

Счастливцы те, кому она принадлежала.

ФАУСТ

Криница красоты. Источник наслажденья!

Я вижу это наяву? Иль это наважденье?

По жизни прыгал как в траве кузнечик.

В сокрытом мире жалкий человечек.

А мир как был, таким он и остался.

В нём я не жил – к нему я прикасался.

Нет, я не смог познать законы мирозданья.

И вот она награда за мои старанья!

Увидел чудо я в зеркалье колдовском.

С тех пор я думал только об одном,

как превратить видение в реальность,

как отвратить судьбы фатальность.

И вот передо мной души очарованье.

С тобой останусь навсегда, пока дыханье

моё не остановит смерть. Тебе я подарю

всю страсть мою, в любви я воспарю!

МЕФИСТОФЕЛЬ

Успеешь воспарить… Всё в нашей воле…

Прошу тебя, не выходи из роли!

ПОЖИЛАЯ ДАМА

Да, не дурна собой.

И ростом не мала.

Но есть изъян такой

– несоразмерно тело с головой.

Вот если б голова была чуть-чуть побольше.

МОЛОДАЯ ДАМА

Вы присмотритесь к ней подольше.

– Изгибы тела по бокам не так уж строги.

К тому же у неё бесформенные ноги.

ДИПЛОМАТ

Фигуры женские мне не новы.

Она прекрасна с ног до головы.

ПРИДВОРНЫЙ

К Парису хочет тихо прошмыгнуть.

Чтоб сонного красавца не спугнуть.

ДАМА

В сравненье с ним она не впечатляет.

На фоне юной красоты не так блистает.

ПОЭТ

Блаженны вы в незнании своём.

Ведь красоту её мы видим в нём.

Вам следует напрячь воображенье.

Здесь истинно всего лишь отражение.

ДАМА

Кого играет здесь Парис? Чей образ он?

При свете лунном спит пастух Эндимион.

Какую роль начнёт играть Елена?

Да это ж видно всем. Она – Селена!

ПОЭТ

Ну, надо же! Сейчас его богиня поцелует.

Склоняется над ним. И пьёт его дыхание.

Я напряжён. Завидую. Меня это волнует.

Для всех мужчин такое испытание!

ДУЭНЬЯ

В присутствии всех нас? Какое непочтение!

ФАУСТ

Любовь к юнцу… Ввергает в изумление!

МЕФИСТОФЕЛЬ

Я слышу, кто-то тут обижен?

Нельзя ли на полтона ниже?

На сцене призраки. Не надо удивляться.

Пусть совершают то, к чему стремятся.

ПРИДВОРНЫЙ

Один лишь поцелуй и боле ничего…

Она на цыпочках отходит от него…

Проснулся… На Елену бросил взгляд…

ДАМА

Куда она идет? Вперёд или назад?

Я так и думала – не хочет уходить.

ПРИДВОРНЫЙ

Он чудо это сам себе не может объяснить.

ДАМА

А для неё и чуда нет. Ей всё это привычно.

ПРИДВОРНЫЙ

Однако возвращается. Как романтично!

ДАМА

И будто собирается учить,

как нужно женщину любить.

Мужчина глупый думает на самом деле,

что первый он у ней в любовном деле.

РЫЦАРЬ

Как царственно идёт! А сколько куражý!

ДАМА

Она распутница! Я слов не нахожу!

ПАЖ

О, если б мог я на его месте быть!

ПРИДВОРНЫЙ

Да, всяк хотел бы это счастье пережить.

ДАМА

Она в объятиях у многих побывала.

Не вспомнит лица тех, с кем ворковала.

Аж позолота на сокровище потёрлась.

Ей опыта не занимать. К юнцу припёрлась!

ДРУГАЯ ДАМА

Лет с десяти распутная. И что с ней сталось?

РЫЦАРЬ

Готов взять всё, что от неё осталось.

КНИЖНИК

По виду внешнему судить опасно.

Ведь человеческое зрение пристрастно.

Что наблюдаем, подлежит сомнению.

Мы склонны с вами к преувеличению.

Придерживаюсь я известного писания,

в котором сказано о царском обаянии

Елены. Старцы Трои восхищались ею.

Написанному возражать не смею.

Мне кажется, здесь есть резон.

Не молод я, но тоже возбуждён.

АСТРОЛОГ

Он действует умело и логично!

И это дело для него привычно.

Какой прекрасный лакомый кусочек!

Похоже, что она противиться не хочет.

О, да! Любовь не терпит заморочек.

ФАУСТ

Безумец дерзкий! Это уже слишком!

Назад! Ты!.. Беззастенчивый мальчишка.

МЕФИСТОФЕЛЬ

Своё ты видишь воплощенье мысли!

Но почему ты столь к нему завистлив?

АСТРОЛОГ

Скажу я в заключенье сцены.

То было «Похищение Елены»!

ФАУСТ

Так это похищение? А я здесь не у дел?

И песенка моя для театралов спета?

Из-под земли доставить духов я сумел.

И тьму веков рассеял в царстве света.

Я чувствую, что я обманут. Я – лопух!

Волшебным ключиком открыв треножник,

я с духами небытия столкнул реальный дух.

Теперь же я у двух миров заложник.

Спасу её! И волшебство употреблю!

Она моею станет в том и в этом мире.

Я колесо судьбы остановлю.

Праматери! Мой вопль о помощи в эфире

услышьте! И верните мне Елену поскорей!

Да, жизнь моя имеет смысл, но только с ней!

АСТРОЛОГ

О, Фауст! Он пытается взять силой

ту неземную красоту, которая его пленила.

Схватил Елену. Ткнул ключом Париса.

Гром грянул! Призрак испарился…

(Взрыв. Фауст падает. Духи исчезают в дымке)

МЕФИСТОФЕЛЬ

(Взваливает Фауста на плечи)

Вот, доигрались! Призраки не вечны.

Сам дурака взвалил себе на плечи.

Как быстро человек впадает в бред.

Что даже чёрту действует во вред!

(Темнота. Переполох)

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ. Комната Фауста

с высокими сводами

в готическом стиле в том виде,

в котором он её когда-то покинул

(МЕФИСТОФЕЛЬ выходит из-за портьеры.

Приподнимает её, оглядываясь назад.

На заднем плане виден Фауст, лежащий на старинной,

прадедовской кровати)

МЕФИСТОФЕЛЬ

Себя сгубил, влечению поддался.

Опутан разум твой любовной красотой.

Но всякий, кто когда-либо пытался

связать свою судьбу с Еленой роковой,

терял рассудок. И к нему не возвращался.

(осматривается)

Всё та же обстановка. Тот же хлам.

Цветные стекла окон. Затемненья.

Пожалуй, только паутина по углам

свидетельство какого-то движенья.

Вещи раскиданы. И прежний кавардак.

Чернила высохли. Бумага пожелтела.

Тут спёртый воздух. Это – саркофаг!

Но здесь когда-то жизнь кипела.

Знакомое перо я вижу вновь,

которым договор наш был подписан.

На кончике пера засохла кровь.

В ней путь к душе его прописан.

Время пройдёт, настанет нужный срок.

Узнают многие о нашей сделке.

Приобретёт перо какой-нибудь знаток.

И станет ценностью безделка.

Да здесь на вешалке та мантия висит,

в которой я разыгрывал доцента!

И поучал юнца как эрудит.

В ученье расставлял акценты.

Пошло ли наставленье впрок?

Не уж-то он обрёк себя на муки?

Быть может, не усвоил мой урок

и трепыхается в объятьях лженауки?

Как много в мантиях шутов!

Признаюсь, не лукавя, честно.

Ученые лишь постигают то,

что дьяволу давно известно.

(Снимает и встряхивает мантию,

из которой вылетают цикады, жуки

и прочие букашки)

ХОР НАСЕКОМЫХ

Привет тебе, наш прародитель!

Мы знаем – ты наш повелитель!

Ведь разбудил ты нас для дела.

Нет нашему веселию предела!

Ты к людям нас не зря расположил.

Летаем, ползаем, гудим, жужжим.

Вшей на одежде, разглядят быстрей,

чем обнаружится коварство у людей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.