# Хозяин леса

Екатерина Евдокимова

Юная студентка София отправляется в загадочную поездку. Её цель – написать доклад о лесе, ставшем легендой городка, в котором она и проживает. Но судьба готовит сюрприз: исследование проходит в таинственном особняке, принадлежащем потомку одного из основателей города…

Что скрывается за стенами старинного дома? И почему настоящий владелец куда моложе и привлекательнее, чем рассказывают легенды?

## Глава 1

– Никуда я с вами не поеду, это даже звучит бредово! – Поехать в лесной поход на неделю для написания доклада, ага, разбежалась!

– Да не поход это, говорю же, ну что ты опять заладила!– слегка уязвлено сказал парень, совершенно не желающий отступать.– Это мероприятие организовывает наш университет, мы идём в лес не со спальником и палаткой, а в шикарный особняк одного из спонсоров, считай это бесплатной путёвкой! Сейчас лето, самое время развеяться и как следует развлечься.

Этот парень настолько легкомысленный, даже несмотря на то, что его семья одна из основательниц города, внёсшая огромный вклад в создание и развитие нашего университета, все равно – это крайне странная идея.

Да, в наших местах кроме густого леса, наполненного всяческими «невероятными слухами», которые вынесли на уровень лекций по истории, ведь: «Этот лес сыграл немалую роль в военных действиях почти вековой давности, он спас наш, на тот момент, только набирающий силу город и огромное множество жизней, а так же ......».

Многие лекции начинались именно с этих слов, которые уже на автомате проигрывались самым противнейшим голосом в мире. И почему такой увлекательный предмет ведёт именно Евгений Иванович.

Преподаватель был самый обычный – полноватый и лысеющий мужичок, совершенно не примечательный, вот только имеющий поразительную способность: рассказывать о невероятных событиях в небывало скучной форме! А ведь из-за такого почитания событий минувших времён этот предмет считается чуть ли не главным!

Бесспорно, такая история заслуживает внимания, однако, как бы я не пыталась сосредотачиваться на высоком и скрипучем голосе  – мысли о побеге каждый раз вытесняли всю жажду знаний!

– Макс, ну ты ведь понимаешь что странно вторгаться в дом столь уважаемого человека чуть ли без приглашения, это странно и невежливо! Несмотря на всю свою известность, этого Бешева почти никто не видел.

–Не переживай, обо всем договорился мой дед. – Весело подмигнув мне, парировал парень, будто это волшебным образом меняло ситуацию.

Я долго смотрела на него преувеличенно серьёзно, до тех пор пока мой дорогой друг не сдался и не выложил все подробности.

Как оказалось, Владимир Бершев, как один из основателей города, был хорошо знаком с Василием Чернышовым, соответственно дедом моего друга. Несмотря на все его титулы с его внуком мы были знакомы ещё с пелёнок и, в конце концов после несчастного случая, дедушка стал моим опекуном до совершеннолетия.

От воспоминаний почти пятилетней давности остался сладковато-горький привкус.

С одной стороны в результате нелепой случайности погибли оба моих родителя и поскольку живых родственников у меня не нашлось, Василий Чернышов взял опеку над ребёнком своего друга. К моему отцу он относился как к сыну, что смог заменить ему родного, который ушёл из этого мира через год после рождения Макса, так и не раскрыв личность матери.

В начале я вела себя волчонком. Мне не нравилась жалость и забота, которые казались наигранными, однако дедушка всегда оставался добрым и терпеливым, а Макс, не смотря на начальную ревность, всегда защищал меня, что бы ни происходило.

Нам всем тогда было непросто и я очень благодарна им за все, ведь теперь – это самые дорогие и близкие мне люди.

Верно заметив на моем лице выражение лёгкой грусти, Максим положил ладони на мои плечи и приободряюще сжал.

– Не переживай ни о чем, я всегда смогу постоять за тебя. К тому же, дед не стал бы предлагать нам эту поездку, если бы не был уверен в «её культурной ценности и необходимости» – повторяя дедушкин тон произнёс парень, после чего мы оба весело рассмеялись.

– Да уж, ты умеешь убеждать, —добавила я уже весело – уболтаешь кого угодно!

– Неужели ты во мне сомневалась? – теперь уже он смотрел на меня, надув щеки, до тех пор пока я не сдалась и мы оба не покатились со смеху.

***

На следующий день, после непродолжительных сборов, вся группа собралась у городской площади во главе с Евгением Ивановичем. Тот, в свою очередь, привычным высоким голосом, пересчитал всех участников и, дождавшись автобуса, усадил всех на места согласно списку. Будто это имело хоть какой-то смысл, ведь спустя пару мгновений студенты расселись в хаотичном порядке несмотря на периодические ворчания преподавателя.

– Нервничаешь?– спросила подсевшая ко мне девушка, оказавшаяся моей хорошей подругой: милой тихой, с короткой стрижкой и с толстыми очками, в которых, казалось, ничего не видно.

–Немного, – ответила я спустя несколько секунд, все ещё продолжая наблюдать за утекающим в окне городским пейзажем. –  Мы ведь едем на закрытую территорию, которая гораздо глубже доступной для всеобщего посещения… Это, Даш так… Волнительно?

Девушка ответила мне улыбкой, часто закивав.

– Понимаю тебя! Такое ведь не каждый день случается!

В глазах девушки было столько предвкушения, что я даже потерялась. Это ведь она об отдыхе говорила? Или о красавчике – владельце, о котором сейчас шепчется весь автобус?

Девушка, поняв ход моих мыслей, выразительно надула щеки, на что я лишь хмыкнула, отказываясь раздувать слухи. А она в свою очередь, игриво толкнула меня в бок, рассмеявшись.

– Хочешь сказать тебя Это все не волнует? – Даша определённо имела ввиду Бершева…

Я честно задумалась.

– Не знаю… Пока, все это кажется мне непонятным.

Подруга посмотрела с явным сомнением, а я лишь посмеялась.

– Меня что-то всем этом смущает, но я, скорее всего, слишком много думаю… А на счёт Бершева – кажется это очень непростой человек.

– Имеешь в виду, с ним будет сложно поладить?

– Типа того, человек, о котором мало что знает даже дедушка – не может быть простым.

Даша вздохнула, но согласилась, понимая что со мной не получится обсудить все налетевшие на него слухи.

Поэтому мы быстро обсудили планы, полученные за год оценки и на что это доклад сможет повлиять, а после обе погрузились в свои мысли.

Мы любили побыть наедине с самими собой, может поэтому в своё время и сдружились.

Тем временем, за окном уже стемнело.

Все вокруг оживлённо перешёптывались о таинственном Бершева, с каждым разом приплетая все больше смелых теорий, переходя от комедий к ужасам.

Время пролетело незаметно.

Автобус миновал городские окрестности, заехав в большие лесные владения.

Деревья сменились рощей, а широкий асфальт сузился до маленькой дорожки, в которую еле вписался наш транспорт.

Солнце скрывалось за пушистыми облаками, напоследок оставляя на небе тянущиеся малиновые разводы, что через пару мгновений бесследно растворились в темноте.

В этот вечер не было ни единой звёздочки. Путь освещался лишь редкими светлячками и горящими фарами нашего автобуса, создавая атмосферу ещё большей таинственности.

Вдруг эти шутки имеют место быть? Каков шанс, что мы действительно окажемся в сказочном доме, окружённом волшебным лесом?

Даже сейчас, глядя вверх, казалось, что тяжёлое набухшее небо вот-вот обвалится, напоровшись на пики вековых сосен, так и не пустив нас глубже. Словно стража, что уже на пороге пытается отвадить простых обывателей из такого волшебного места.

А может просто мне было страшно заезжать дальше, кто знает, что ждёт там впереди…

И тем не менее, автобус удачно миновал все преграды и остановился возле заранее распахнутых ворот.

Звук мотора стих и даже ребята, галдевшие без остановки, притихли.

Казалось, стоит только выйти наружу – и пути назад уже не будет. Внутри появилось странное ощущение страха и трепета перед скрывавшейся за воротами махиной, пусть и спрятанной в темноте.

Здесь нам предстоит прожить ближайшие две недели.

Вот только… почему у меня такое чувство, что назад пути уже нет?


## Глава 2

Автобус проехал во внутреннюю территорию, оперативно высадил нас, оставив без железного убежища, и повернул назад, обдав доброй порцией выхлопного газа. Студенты столпились в одну живую кучку, и пока велась очередная перекличка, восторженно вздыхали, обсуждая дом невероятных размеров, выстроенный в стиле шале, который не смотря на изначально простую задумку, в здешнем исполнении выглядел невероятно роскошно. Деревянную наружность этого гиганта со всех сторон окутывал сад, который, сейчас, в ночной тишине создавал жуткое впечатление, будто нет между нами и лесом высокой стены, а все невидимые глазу чудовища притаились в его недрах, выбирая кого бы сцапать первым. Бррр..

Кажется воображение сегодня настроено шутить со мной как никогда прежде. Переключив своё внимание на окружающую меня группу, я присоединилась к весёлому обсуждению новой обстановки.

Аля, Саша и Кристина – наша «неразлучная» троица, в то время пока мы шли ко главному входу, всё непрерывно обсуждали потрясающий вкус хозяина дома и снова наши разговоры вернулись в прежнее русло, где мы с Дашей, весело хихикая, соглашались с девочками, в то время как мальчишки: Марк и Вадим, во главе с Максимом пытались нас запугать, придумывая уже новые истории про страшных чудовищ, которыми была напичкана каждая комната особняка. Да, здесь они были повсюду: под каждой кроватью, и в шкафах и за поворотами, даже в туалете оказалось крайне небезопасно! Про лес и говорить страшно!В этом тёмном древнем месте, конечно же, было полно духов и голодных диких зверей, поджидающих зазевавшихся студентиков. Вот только сейчас, в такой большой компании, эти «страшные» истории вызывали лишь смех и еще больше подогревали интерес к этому загадочному поместью. К слову, про которое, практически никто не слышал до этой поездки, кроме, разве что, Максима и меня, помню дедушка случайно обмолвился «о лесном домике моего дорого друга» в котором ненадолго остановился, ага, в «домике», все бы «домики» были такими.

Под звуки разрывного смеха мальчишек и ворчание нашего историка в компании главного зануды- Арсения, мы подошли к парадному входу. Двери открылись настежь, доведя до страшного волнения Евгения Ивановича, однако тот вовремя спохватился и снова нацепил на себя прежний важный вид, увидев встречающего нас дворецкого.

Нас поприветствовал улыбчивый мужчина с проседью в волосах, одетый в чёрный фрак с вырезанными спереди полами и длинными узкими фалдами сзади, чем придал и без того роскошной обстановке ещё более богатый вид.

Хоть это и был, по большей части, деревянный дом, он отличался невероятно высокими потолками и огромными комнатами изнутри. Первым делом мы попали в просторный холл высотой в два этажа с двумя лестницами по бокам, плавно текущими на следующий уровень, который поддерживало множество видимых потолочных балок и пара вертикальных, служившие еще и некоторым разграничением комнат. Следующее, что приковывало взгляд- это обилие картин, ими был завешан почти весь коридор, восхищая своим мастерством каждого, кто на них взглянет, тем самым выдавая тонкую натуру владельца.

Так как время близилось к ночи, наш милый провожающий Альфред, подметив всеобщую усталость, которая проглядывалась, не смотря на весь энтузиазм, первым делом, определил всех по комнатам.

Все спальные места были подготовлены согласно именному списку и так уж вышло, что я оказалась там уже после того, как подали готовый вариант, как обычно, из-за слишком долгих раздумий. Поэтому итоговое распределение вышло таким: историка поселили в отдельную гостевую комнату на первом этаже, Аню с Кристиной и Дашу с Сашей в соседние спальни на втором, а на против, в самой большой,  разместили четверых парней, чему они были несказанно рады. Я же оказалась на третьем этаже с самой малой площадью, состоявшем всего из одной гостинной и еще пары комнат, одну из которых мне и предложили. Она оказалась светлой и просторной, с большими окнами, выходившими в сад, огромной двуспальной кроватью, укрываемой полупрозрачным зеленоватым балдахином, да еще и с собственной ванной.

Альфред несколько раз извинился, что успели подготовить только эту комнату на, практически, нежилом этаже и пообещал, что завтра же подселит меня в одну из женских компаний, на что я убедительно попросила оставить все так, как есть.

Спальня мне понравилась, да и к тому же, подготовить ее было не самым простым делом и с моей стороны было бы крайне нагло требовать, перенести кровать и все необходимые вещи в другое место. К тому же зесь оказалось так тихо и спокойно, от чего другие варианты меня уже не привлекали.

Вежливо распрощавшись со своим новым знакомым, я захлопнула дверь и, не включая свет, вдохнула полной грудью здешний чистый, словно колодезная вода, воздух.

Усталость накатила мягкой волной, медленно расслабляя затёкшие плечи и поясницу. Раздевшись я направилась в душевую комнату, которая тоже оказалась очень просторной. Струи горячей воды смыли окончательно все напряжение, вызванное весёлой поездкой по лесному бездорожью, полностью успокаивая тело и баюкая разум, после чего кровать оказалась подобной мягкому облаку, на котором я с превеликим удовольствием уснула.

Утром вся группа собралась к завтраку в столовой на первом этаже. На стол накрывала дородная седовласая женщина с добрыми карими глазами и очаровательной улыбкой, однако не смотря на возраст, управлялась она с такой прытью и лёгкостью, которой не могли похвастаться многие из нас. Массивный дубовый стол ломился от еды, а воздух напитался самыми невероятными ароматами, так что мы не стали долго ждать и расселись по местам, накладывая горячую кашу, варёные яйца, лепёшки с мясом и сыром. На десерт же нас угостили  чашкой травяного чая с мёдом и кусочком малинового пирога, после чего все дурные мысли прошлого вечера окончательно сошли на нет. Сердечно поблагодарив виновницу нашей сытости- Севиллу, от которой никак не мог отстать наш историк, пытавшийся разузнать обо всех премудростях восхитительного малинового пирога, наша группа собралась в главной гостиной, делясь впечатлениями о новом месте.

При свете дня особняк вовсе не выглядел пугающим, наоборот, из-за обилия деревянных элементов и панорамных окон, он предстал очень уютным и тёплым. Жилые комнаты оказались просторными и удобными: с добротными кроватями, мягкими коврами и всеми предметами первой необходимости включая: зубные щётки, халаты, мыльные принадлежности, предоставили даже по паре домашних тапочек; а если учитывать вкусные завтраки, обеды и ужины- то и впрямь, можно считать это самым настоящим отдыхом. Причём, как не странно, поездка полностью оплачивается университетом, что, конечно, радует, но и наводит на странные мысли, однако, учитывая всеобщую помешанность на культуре , может это и неудивительно.

Главным источником информации стал Альфред. Он освежил общую историю, рассказав как несколько солдат, после затяжной битвы, бежали из полуразрушенного города, спасая оставшихся жителей, а некоторые – свои семьи. Когда закончились припасы и люди окончательно обессилили, показался лес, в котором они нашли временное убежище. Здесь разбили лагерь, который перерос в небольшие постройки и мирно просуществовал около года, пока солдаты восстанавливали силы. Тогда под командованием капитана Петра Чернышова было всего десять человек, в том числе двое его личных помощников Сергея Воронова и Владислава Бершева.

Одним пасмурным осенним утром, к лесу подошла вражеская армия, составом более тысячи человек и в одно мгновенье вырезала большую часть поселения, а все уцелевшие бежали в лес, в чью неизведанную глубь удалось заманить недруга, из которой он уже не вышел.

Со временем здесь образовался город, его как раз основали трое героев этой истории Воронов, Чернышов и Бершев, в доме последнего мы как раз и живем.

– Боже мой! – Оглядываясь, вскрикнула Аня.– Неужели этот дом стоит здесь еще с тех времен? Ему же уже больше восьмидесяти лет!

– Что вы, юная леди, – ответил Альфред в своей обычной мягкой манере – этот дом в те года был гораздо меньше и потерпел множество перестроек, тем более, что основную его часть выстроили гораздо позже. Сейчас, наиболее первозданный вид, имеет разве что пристройка, да и там переделывали все множество раз.

– А что на счет Бершева?– спросил Макс заговорческим тоном.– Он хозяин этого дома во втором поколении, значит он должен быть немногим моложе моего деда. Видите ли, во время нашей увлекательной поездки, – он перевел взгляд на Кристину, после чего та раскраснелась и стала смотреть на него испытующе,– так вот, поискав в интернете мы узнали, что ему не больше тридцати, как же источник мог так ошибиться?

Не смотря на всеобщее смущение, в конце концов не очень вежливо трепаться за спиной нашего благодетеля, мы дружненько придвинулись вперёд, словно стайка любопытных котят, и навострили уши. От такого внимания дворецкий слегка оторопел:

– Юноша, ваши слова имеют смысл.– Здесь Альфред взял секундную паузу, в которую, я совершенно уверенна, женскую половину нашей группы успело накрыть разочарование,– да вы все верно говорите, вот только, мой господин, был поздним ребёнком и сейчас, если я правильно помню, ему всего тридцать одни год, большего я рассказать не могу. -Вот только под пристальным девичьим взглядом, управляющему понадобилась еще одна пауза.– Да и не знаю я большего, – добавил он с лёгкой неловкостью и опаской, – хозяин весьма скрытный и неразговорчивый, однако вы сами можете с ним побеседовать, господин должен прибыть в ближайшие несколько дней.

Да уж, такой поток радости было сложно выдержать, так что наш милый Альфред, сославшись на важные дела быстренько ретировался в другую часть дома. Даже мальчишки, не смотря на некоторую обиду, очень хотели увидеть Бершева, в конце концов не все еще потеряно, он вполне мог оказать не таким привлекательным, как его успели обрисовать, вот только все мы понимаем, что деньги творят чудеса, а большие деньги способны сотворить настоящее чудо!

Остаток дня все мы провели в крайнем возбуждении. Велись серьёзнейшие переговоры по всем упомянутым темам, конечно разговор все время перетекал в другое, более романтичное русло, и тем не менее, мы успели поработать, составить чёткий план проекта, сделать кучу фотографий и конечно же обследовать каждый уголок дома. К вечеру Альфред показал несколько сохранившихся старых фотографий только построенного города, рассказал много новых интересных моментов, о которых не подозревал даже наш историк, например, что наши солдаты плутая забрели вовсе не в глухой лес, здесь уже был один лесничий, который и помог освоиться и залечить раны. А самое интересное то, что его избушка стояла как раз на месте нашего дома, который со временем просто перестроили, таким образом, это поместье оказалось  богатым ещё и на историю. Вот только время тогда было непростое, и сколько бы Евгений Иванович не пытался получить хоть одно письменное доказательство, управляющий лишь разводил руками, ссылаясь на слова своих предшественников, от чего нашему дорогому учителю и его главному «последователю» Арсению, только и оставалось давиться собственным возмущением.

День сменился вечером, большинство членов группы были переполнены новой информацией и едой, после наивкуснейшего плотного ужина, так что после сотни благодарностей Севилле, мы дружно собрались в одной из женских комнат, обсуждая весь сегодняшний день, а с уходом парней, разговор кардинально переменился, полностью сосредоточившись на Владе Бершеве. Сначала Кристина с Алей обсуждали его возможную внешность и внушительное состояние, прикидывали каково же встречаться с «таким» мужчиной, Саша прикидывала его месяц рождения, и ведь каким-то чудом выяснила, что он телец, а это знак со множеством достоинств… Достоинство, о да, мы представляли все так чётко и ясно, что весь этот милый разговор перестал быть таковым. Темы стали принимать на столько пикантные обороты, что я все- таки не выдержала и сбежала, сославшись на усталость, не желая слышать то, о чем я совершенно не готова была знать!

Дойдя до лестницы на третий этаж, голова полностью остыла, вытурив все постыдные мысли, возвращая прежнее чувство тревожности, то самое, что кольнуло меня еще до того, как захлопнулась дверца автобуса. Однако на то не было, как таковых, причин и сейчас оно порядком раздражало, поедая и оскверняя все новые впечатления от поездки.

Да уж, так я точно не хочу заканчивать этот день, поэтому, довольно быстро было принято решение прогуляться по территории и подышать свежим воздухом.

Дом, всего минуту назад, казавшийся таким шумным, опустел; на первом этаже, залитым закатными лучами сквозь панорамные окна, не было не души.

Быстренько спустившись и выйдя за входную дверь, я сделала глубокий вдох, сполна прочувствовав каждую хвойную нотку, и долго – долго смотрела на заходившее солнце и невероятно яркое оранжевое небо. Подойдя вплотную к ограде, мне захотелось увидеть больше красок, это стало не просто идеей, а необходимостью! Казалось, только это сможет полностью успокоить все чувства и мысли  – лишь взгляд на полную картину раскрашенного неба над пиками множества вековых елей, словно пытающихся дотянуться до самих облаков .

Конечно же выходить за каменную стену, на ночь глядя, никто не собирался, а вот залезть на неё – это совершенно другое дело, так что, найдя подходящее дерево в качестве опоры, мне понадобилась буквально щепотка ловкости, чтобы свершить задуманное.

Это было невероятно. Свежий воздух и небольшая высота, подействовали словно самое сладкое лекарство, вызывая лёгкий мандраж, сметая все возможные сомнения.

Так я просидела, свесив ноги,  до тех пор, пока солнце окончательно не закатилось и я не услышала шорох?

Опустив слегка ослеплённые глаза, мне не сразу удалось распознать огромную морду волка?! Нет, это было лишь кем-то, кто отдалённо его напоминал! Оно было больше двух метров в высоту, хоть и стояло на четвереньках. На меня уставились злые, налитые кровью глаза, а из открытой, приплюснутой пасти, похожей, больше, на лицо, чем на морду, виднелись очень длинные клыки, которые могли бы проткнуть меня на сквозь. Но это ещё не все.... Оно пригнулось, готовясь к прыжку, к одному прыжку, ведь между нами чуть больше двух метров, я как на ладони!

Инстинкты сработали моментально. Быстро задрав ноги, получилось сделать резкий кувырок назад. Я свалисаль на спину, выбив весь воздух, все- таки попав во внутреннюю часть двора. Вот только, услышав чёткий удар о стену, тело забыло о полной пустоте в лёгких, и понесло меня в дом.

Очнулась я у себя в комнате, задыхаясь от каждой попытки вдохнуть хоть крупицу кислорода. Слезы текли по щекам, сердце стучало как бешеное, а рот не мог издать и звука. Слегка успокоившись, все же вышло сделать живительный вдох, который отразился такой болью в лёгких, что я не удержалась и упала на пол, так там и заснув, заливаясь слезами, все ещё пытаясь отдышаться.

## Глава 3

– Маам, скоро мы уже приедем? Я голодная! – в нетерпении возмущалась совсем ещё юная девушка.

Время близилось к полуночи, городская дорога освещалась редкими фонариками, которые периодично подмигивали прохожим. Из нутра машины, обитой мягкой кожей, улица казалось совсем тёмной, а взошедшая луна лишь усиливала это чувство, будто впитывая немногий окружающий свет.

– Зайчонок, ну потерпи еще немного, мы скоро будем.. – голос женщины был плавным и нежным. Ее присутствие, ее неразличимый силуэт на переднем сиденьи вызывал ощущение полной безопасности. Хотелось, как обычно, обнять свои согнутые ноги и прикрыть глаза, наслаждаясь тихой музыкой и лёгким запахом корицы, который ненавязчиво пропитал весь салон. Вот только сегодня, я вела себя как маленький ребёнок, стыдясь таких сладких слов и надувая щёки.

– Ну мам, мне почти шестнадцать! – ответила я с лёгким раздражением, пытаясь спрятать смущение, на что получила еле заметную улыбку. – Прекрати меня так называть....

Мимолётное веселье моментально сползло с лица и в прозрачно – голубых глазах, отражавшихся в переднем зеркале появилась тревога и … страх?

Что – то здесь было не так, и сейчас, тихая фоновая музыка казалась громко, словно ее выкрутили на полную катушку.

– Что происходит мам? – я была спокойна, я так думала, ведь ничего не случилось, вот только голос дрожал, а из глаз потекли горькие слезы.

Мама… МАМ!

Но ее больше не было…

Я лежала на асфальте без возможности пошевелиться и открыть глаза. Мир вокруг меня кричал срываясь на скрежет множества машинных колес и сирен, но громче была только тихая расслабляющая музыка, перекрывшая собой все.

Мне было больно, но я не могла сказать не слова, голова раскалывалась, впитывая весь окружающий шум, а ещё этот едкий запах… Нещадно воняло металлом и солью, так сильно, что от этого запаха горели ноздри и сознание утекало куда-то в темноту, где было тихо и пахло корицей…


Ранним утром чувствовалась, еще не отступившая, ночная прохлада. За окном весело щебетали птицы, жужжали стрекозы, играясь в полупрозрачных утренних лучах.

Сегодня там была только мама.... Я уже очень давно не видела этот сон, и не хотела бы видеть, будь он неладен!

Все тело страшно затекло, а пальцы ног за ночь окоченели, и как бы не пыталась их растирать – согреться все равно не получалась.

Если снаружи холодно, то всегда можно надеть толстовку потеплее и выпить горячего чаю, вот только, если холод лезет изнутри, как не старайся – от него не убежать и не спрятаться.

Смирившись, было принято решение искупаться и хорошенько пробежаться, только это обычно и помогало в борьбе с душевной болью – бежать так быстро, пока лёгкие не полезут наружу, до тех пор, пока ноги не начнут гореть и подкашиваться. Да, это безумие так себя изводить, но еще безумнее плавать в глубинах своей боли и стахов, от которых остались лишь воспоминания и маленькая полосочка, чуть светлее остальной кожи, левее линии роста волос. Ее практически не видно, однако в такие моменты, она остаётся мрачным напоминанием той безумной ночи, от воспоминаний которой я пытаюсь сбежать, вот только, видимо мои ноги связаны.

Взяв себя в руки, я быстро нашла свои велосипедки и лёгкую толстовку, собрала волосы, игнорируя все неприятные ощущения. Остановилась.

Вчера вечером в лесу был волк, остальное скорее всего привиделось! Игра света, собственные оголённые нервы, да это могло быть чем угодно!

Я прекрасно помню первый месяц после аварии. Тогда кошмары становились явью, а сны сливались с реальностью. Каждый раз проигрывался один и тот же сюжет, та же машина, те же запахи… Вот только, порой, я разговаривала не с любящим, немного ворчливым отцом, а с тем, что от него осталось, мама…

После курса психотерапии и таблеток, которые все-таки пришлось пропить, стало лучше, а спорт стал хорошим выходом и поддержкой. Нет, не просто лучше, осталось всего несколько недель до моего двадцатилетия и, за последние пару лет, жизнь, наконец, стала прежней, я смирилась, приняла эту утрату и сейчас просто-напросто не готова выбросить в помойное ведро все свои старания и усилия тех, кто был со мной рядом…

Я с опаской посмотрела в окно, вгляделась в проглядывающие лесные заросли и… Не было в них ничего пугающего, совсем, напротив, в утренних лучах могучие хвойные кроны манили, казалось окунувшись в этот дурманящий еловый аромат, прочувствов прохладный игривый ветерок каждой клеткой своей кожи – мне станет лучше. Эти ощущения были странными и новыми. Раньше я практически не бывала в лесных окрестностях, скорее предпочла бы горячий песок и солёное море или вовсе прочтение какого-нибудь романа, а сейчас, ощущение будто… Будто я и не знала себя? И когда это предпочтения успели так поменяться, может я просто взрослею? Покрываюсь пылью мудрости, как обычно шутил Макс, хотя сейчас это не так важно.

На резном туалетном столике цвета слоновой кости, валялась дорожная сумка, которую я так и не разобрала полностью. Порывшись и перевернув и без того неупорядоченное содержимое, на самом дне отыскалась маленькая связка ключей с небольшим брелоком, который являлся еще и отпугиваем собак – когда – то подарил отец, после одной громкой истории о нападении стаи собак…

Мысли снова и снова стекались, словно по воронке в самую глубь, в которую лезть сейчас казалось опасным, однако, это наваждение предало смелости, помогло перебороть себя и выйти на пробежку, я ведь могу побежать по какой – никакой дороге, что вела к дому, а не по лесным тропкам, чего бы так и так делать не стала.

Собравшись и быстренько спустившись по лестницам, пока горела моя решимость, я выбежала во двор, и не останавливаясь свернула на главную асфальтированную дорогу, а точнее на то, что когда – то ею было – уже явное бездорожье со всеми кочками и самой противной пылью, которая здесь поднималась от каждого моего рывка. Признаться, моё внутренне возмущение на незапланированные трудности даже веселило, казалось, как мало порой нужно, чтобы посмеяться. Приободрившись и раскрасневшись от бега, я перешла на спокойный шаг, выравнивая дыхание, с удовольствием отмечая свежесть здешнего воздуха.

Вот только капельки утреннего дождя и пасмурные тучи, которые, видимо раньше предпочла не заметить, моментально привели в чувства. Через пару минут это уже были не лёгкие крапинки, нет, это была уже стена дождя, будь от не ладен! В миг вся одежда промокла до нитки, а тряпочные кеды захлюпали. Видимость резко снизилась, благо я отбежала не слишком далеко и дорога здесь была всего одна. Негодуя и злостно избивая образовавшиеся лужи ногой, гнев перешёл в злость, а злиться со временем надоело, и приняв случившуюся подлость, я тихонечко поплелась назад, выбросив весь негатив куда-то во вселенную, начиная раздумывая о теплом душе и сытном завтраке. Есть хотелось зверски, надеюсь, сегодня Севилла не поскупится на вкусности.

Вселенная оказалась мстительной. Сначала я увидела свет, а после, сквозь шум падающей воды, гудок машины? В гуще леса, в такую рань… Да какой был шанс?

Развернувшись, мне всё-таки удалось опознать машину, чёрного цвета внедорожник, а остальное скрыл дождь вперемешку с фарами, и как долго водитель собирается ими слепить?

Видимо из-за моей медлительности, мужчина решил не ждать моего «пробуждения» и вышел наружу, как-то очень громко хлопнув дверью. Он был высокий, выше меня наверное на голову, стоило ему только покинуть нутро этой железной громадины, как намокшая в миг белая рубашка облепила рельефный торс, чуть ли не оголяя его полностью, признаться, все обиды были позабыта, чего уж говорить о стыде… Я так удивилась, что, будто поневоле, стала разглядывала каждый сантиметр открывшегося мужского тела, перемещая взгляд с рельефного торса на , определённо, сильные бедра, скрывающиеся под классическими чёрными брюками, о боже, они сейчас вообще ничего не скрывали.

Пока я находилась в немом созерцании мужских прелестей, не ощущая абсолютно не смущаясь, что было невероятно странно и мне не свойственно, может это адреналин, а может я просто никогда не встречала представителей сильного пола с таким телом.

Какое-то время мужчина ждал пока я насмотрюсь или ,хотя бы отойду с проезжей части, освободив дорогу, однако видимо поняв, что с мет никто не сдвинется , он схватил меня за плечи и что-то раздражённо прорычал, но из-за такого шума и странности ситуации, расслышать что-то и сосредоточиться у меня физически не получалось. Потряхивания стали чуть настойчивее, видимо уже усомнились в моей адекватности. Я посмотрела в его глаза, золотисто- карие, которые казались скорее звериными, чем человеческими и сейчас в них читалось желание не спокойно переговорить, посмеявшись над ситуаций, а по-тихому меня прикончить, тем более в лесу прятать тело уж очень удобно.

Это как-то отрезвило, вся картина, наконец предстала в полном виде, а затем накрыло жгучее чувство стыда. О господи, как же мне провалиться сквозь землю?

Запаниковав и услышав плеск когда-то обиженной мною лужи, я потеряла равновесие, и с позорным криком грохнулась прямо на мужчину, втоптав его в грязь, в прямом смысле этого выражения, ведь вокруг развелась такая грязища, которая, наверное навсегда оставит след на его белоснежной рубашке.

Дождь поутих, перейдя на лёгкую морось и я смогла услышать множество незнакомых ругательств.

–Какого черта вы все ещё сидите на мне?– уже чуть более спокойно прорычал незнакомец, видимо все же решил, что я пришибленная и кричать на меня так же бесполезно, как на бетонную стену. Как же неловко вышло…

Все сегодня не так, начиная с самого пробуждения… Я все же не выдержала и, видимо перенервничав, расплакалась.

– Я просто испугалась! Как вообще можно было представить, что в глухом лесу окажетесь вы, и как я могла услышать звук этого гребанного мотора сквозь стену дождя!– всхлипы стали громче. – Откуда вообще мне было знать, что пойдёт дождь?

–… Грозовые тучи вам ничего не сказали?

– Да что вы! Вы.. – я повысила тон. – Да вы просто грубиян, который смотрит не на дорогу, а только по сторонам !

– А вы явно не смотрели по сторонам, даже после встряски.– добавил он, вздернув бровь.

Язвит, гад, и все-таки заметил как я на него пялилась, да, это было сложно не заметить, но можно же хотя бы сделать вид…

Вот только не смотря на все возмущение, лицо полностью залила краска. Как-то не кстати я вспомнила, что так и не слезла с него и сейчас, мои руки упираются прямо в его грудь, а между нами почти неощутимая, на сквозь промокшая одежда, черт, мне показалось или его дыхание стало прерывистым или это моё?

– Я понимаю, что вам очень удобно, однако пожалуйста слезьте, вы ставите меня в неловкое положение. – сказал он уже более низким голосом, который отозвался мурашками по всему моему телу.

Что это вообще происходит, как моё тело может так реагировать? Толком не с кем не встречалась и все? Теперь такую реакцию вызывает первый встречный?

Я слезла сползла с него так быстро, как только могла, пытаясь скрыть смущение и не думать, просто не думать не о чем.

Мужчина слегка приподнялся и резко шикнул от боли.

Настроение изменилось. После небольшой, но такой долгой паузы он сказал уже более спокойным тоном:

– Кажется, смягчив ваше падения, я повредил ногу, скорее всего самому дойти не получиться и загнать машину тоже. Вы ведь часть студенческой группы, что живёт в том доме?– он указал в сторону особняка, до которого оставалось меньше пяти минут ходьбы,– позовите Альфреда, он должен мне помочь.

– Как вы… Погодите, но ведь вы останетесь здесь, а дождь все ещё льёт!

– А вы предлагаете просто подождать здесь или, может, решили сами меня донести? – как не странно, говорил он уже с улыбкой, она оказалось такой очаровательной, у него есть ямочки…

– Обопритесь об меня! Я помогу вам встать и мы вместе дойдём,– сказала так решительно и резко, что ,видимо, прешла на крик.

– Вы так уверены в своих силах?– уставился он удивлённо и абсолютно недоверчиво. – Бросьте, лучше побыстрее позовите Альфреда, иначе сами можете простудиться и … Вы серьёзно? Что вы делаете?

–Помогаю вам подняться, – выдала я так решительно, что видимо окончательно убедив моего собеседника не сопротивляться.

Взяв его под руку и потянув, нам удалось поймать равновесие и подняться. С одежды стекала комьями грязь, дождь усиливался, пытаясь промочить нас до костей, зрелище было то ещё.

– Вы сильнее чем кажитесь, – решил пошутить, ведь шли мы очень медленно.

– Вы правы, поэтому обопритесь об меня как следует, мне дико неловко от того, что вы пострадали из-за меня.

Он усмехнулся, и этот звук вибрацией отразился по моему. От его волос пахнет хвоей.

–Как вы только поняли, что я из студенческой группы, – нужно сменить тему и быстро! -Неужели это настолько известное мероприятие?

–Не совсем, – он все ещё улыбался – признаться, я об этом совсем забыл. Только когда увидел силуэт на дороге, который, от чего-то совершенно не реагировал на гудок, мне почудилось что это один из лесных духов или же чаще фей, которые обитает здесь и заманивают в свои владения, – говорил так, словно это реальность, а не пугалки для детей. – Однако, вы оказались вполне живой и осязаемой, вот и вспомнил о прибытии гостей.

За короткой беседой мы быстро дошли до ворот.

На подъездной дорожке нас встретил перепуганный Альфред. Большая часть группы все ещё спала, так что лишнего шума не было. Конечно же я догадалась о личности моего нового знакомого, тем боле после столь говорящего приветствия нашего управляющего, который послал Севиллу за горячим чаем и сухим полотенцем, передав меня в её заботливые руки.

Мой новый знакомый -Влад с Альфредом удалились, я же немного выдохнула.

– Милая, вы уверенны, что сейчас стоит отказываться от чая?– спохватилась женщина, видно тоже нервничая из-за всей этой ситуации. – В такие моменты крайне важно согреться, чтобы не заболеть!

– Понимаю, только вот все эти события порядком меня вымотали, – я даже потёрла глаза для правдоподобности. – Больше всего на свете я хочу принять душ и проспать ещё пару часиков.

– Что же, – уже более спокойно и с мягкой улыбкой добавила. – Тогда вам лучше поторопиться и как следует поспать.

– Спасибо.

Откровенно говоря, я думала меня начнут допрашивать для чего я ушла так рано да ещё и в лес, придумала пару отговорок, которые точно нельзя назвать убедительными, хотя, что в такой ситуации будет убедительным?

Ну и славно, видимо здесь не принято задавать вопросы.

– Точно, милая леди, постойте! – как можно тише позвала Севилла, когда я почти минула первый этаж. – В комнате напротив вашей есть ванная, сама обстановка, конечно, не подготавливалась для проживания, но так, вам может быть, будет проще согреться и расслабиться.

– Вот оно как… Спасибо большое, я думаю мне это может пригодиться,– хотя точно не сегодня.

– Если проголодаетесь, можете найти меня на кухне, я вам и чай согрею, милая.

– Спасибо вам большое, если что, обязательно зайду.

Какая очаровательная женщина, наверное её детям очень повезло, от такой заботы даже на душе теплее стало.

Добравшись, наконец, в свою комнату и приняв благословенный горячий душ, я нырнула в мягкое одеяло и сгорела от стыда, нещадно переваривая произошедшее.

Сначала я бесстыдно пялилась на его тело, хотя, не буду к себя так строга, кто вообще смог бы устоять? Я впервые в жизни увидела такие чёткие рельефы в живую, конечно сквозь промокшую рубашку, но все же … А после, всерьёз возмущалась, сидя сверху и вообще…

Это просто случайность, да, так сложились обстоятельства и он должен это понимать! Все верно, я испугалась и от шока вела себя так странно! И все же, из-за меня он повредил ногу… В начале, этот мужчина показался грубоватым, вот только потом, стал вполне вежливым и даже всячески пытался разрядить обстановку, видимо заметив моё смущение… Говоря о духах, он ведь назвал меня феей, я ведь правильно поняла? Так аккуратно и завуалировано, но все же… Это так смущает, хотя в глубине души мне от чего-то приятно.

Ладно, сейчас не стоит так много об этом думать, сейчас главное отдохнуть, тем более под дождь, оказалось, так приятно засыпать. После нужно будет узнать о его самочувствии и хорошо покушать, а сейчас спать, спать и ещё раз спать!

Кто бы мог подумать, что сон без сновидений может быть столь желанным.

## Глава 4

К полудню я проснулась, точнее, меня разбудил запах свежеиспечённого хлеба, и, впопыхах, поправив одежду и волосы, направилась на кухню. Здесь уже никого не было. Оказалось, что уходящее вечернее солнце я умудрилась спутать с обеденным временем.

На месте я встретила Севиллу, она даже ничего не спрашивала, хватило лишь одного взгляда на мои заспанные глаза и их голодный блеск.

– Как раз хлеб подрумянился, вы, милочка, садитесь-садитесь, кушайте, столько проспать, должно быть вы очень устали, – говорила она, заботливо отрезая кусочек сдобы и добавляя баночки с земляничным и вишнёвым вареньем.

Я лишь утвердительно кивала, с большим удовольствием откусывая хрустящую корочку пропитанную тёплым сливочным маслом, запивая самым вкусным, как мне тогда показалась, чаем.

Вот что с людьми творит голод. Севилла принесла мне тарелку горячего мясного супа, щедро сдобренного сметаной, и на закуску подала несколько поджаристых до корочки сырных оладушек.

– Про вас спрашивал ваш друг, – говорила женщина, не переставая заботливо подкладывать угощения, – с которым вы обычно ходите, такой высокий с голубыми глазками, все спрашивал не заболели ли вы, раз под ливень попали. И девочки тоже интересовались, особенно та, что в больших круглых очках, говорила, что на прогулку собирались всей группой. – Женщина потупилась. – Вы хорошо себя чувствуете, душенька? Может вам чай какой лечебный заварить? У меня есть один, после него точно все пройдёт!

– Исследование, точно! И давно они ушили?– Спросила я, настолько чётко, насколько это было возможно с переполненным ртом.

Женщина тихонько посмеялась и успокоила, сказав, что группа ушла часа два назад и в скором времени придут, ужин то никто не пропустит, поэтому и переживать не было смысла, все уже случилось.

Так то оно так, вот только я хотела пойти именно сегодня, конечно мне было интересно узнать о лесе побольше вживую, тем более, сейчас там управляющий давал занимательные лекции, но это все вторично.

Я должна была убедиться, что то, что случилось со мной прошлым вечером – лишь игра воображения, хотелось лично найти какие-то зацепки, а идти одной и под вечер – не было никакого желания, если учесть как свежи мои воспоминания.

Поразмыслив, дожёвывая самую вкусную в мире сырную лепёшку, я поблагодарила Севиллу за вкусный ужин и проявленное беспокойство, добавив, что со здоровьем у меня все порядке,  а после отправилась в гостиную, где хранились все записи нашей группы, параллельно решив уточнить информацию о лесных обитателях у Альфреда, как он вернётся.

В правой части  комнаты стоял большой молочный диван с парой кресел ему под стать, возле них же, как это обычно и бывает, стоял журнальный стол, на котором временно располагались наши папки  с записями, небольшая стопка фотографий и большая тетрадь с планом изучения.

Историю здесь изучали досконально, вплоть до того, что постепенно прорисовывали карту окрестностей и оставляли несколько пометок. Вот например, справа от особняка, на прилегающей территории, находился сад, предположительно, внушительных размеров, который планировали изучить в ближайшее время; вот небольшой набросок лесных окрестностей, что лежит прямиком за поместьем, куда наша группа сегодня и отправилась; вот пометка о близ протекающей речушки, с небольшим рисунком коронки. Сто процентов на этот водоём у наших ребят не только научные планы, в конце концов, на дворе стоит жаркое лето и такой интерес мне более чем понятен.

А вот в левой, наиболее интересующей меня части возле главных ворот никаких пометок не было, что немного расстраивало, ведь в том самом месте я встретила какое-то странное существо. Да, я более чем уверена, что это просто волк, и не более! Вот только чем хищник, прыгающий на свою жертву, в данном случае, от него отличается? Вообще как-то странно, что здесь отмечена лишь небольшая территория за особняком. Почему я уверенна, что дальше мы просто не пойдем?

Может в остальных частях леса действительно водятся дикие животные? Но все же странно, ведь лес один, без как таковых разграничений на зоны, это ведь не цивилизация. В конце концов, территорию могут  помечать и отстаивать её неприкосновенность, разве что, сильные хищники…

Мне не нравились эти мысли. Что это за хищники, на чью территорию не станут соваться люди, которые проживают здесь довольно долгое время? Нет, скорее всего я надумываю или чего-то не понимаю.

Проведя ещё немного времени в гостиной, я заскучала, поэтому было принято решение прогуляться по саду, в ожидании ребят.

Каменистая дорожка, выложенная аккуратными плитняками, словно приглашала меня пройти глубже. Каждый шаг по ней отзывался приглушённым стуком, который растворялся в шелесте листвы. Когда я переступила порог каменистой ограды, у меня буквально перехватило дыхание от открывшегося зрелища.

Сад встретил меня целой симфонией чувств. В воздухе плавал пряный аромат цветущих магнолий, смешиваясь с терпкими нотками зелени. Лёгкий ветерок доносил до меня сладковатый запах спелых яблок и свежесть влажной земли. Я застыла на месте, заворожённая этой природной красотой.

Каменистую ограду обвивал изумрудный плющ. Его сочные листья переливались в лучах заходящего солнца, отбрасывая причудливые тени на бетонную тропинку. Казалось, что этот сказочный уголок создан самой природой, а не человеческими руками.

Здесь было много деревьев: яблони, усыпанные румяными плодами, которые так и манили сорвать их; магнолии, чьи цветы казались слепленными из пластмассы, но никак не настоящими; три уже отцветшие сирени, источающие нежный притягательный аромат; раскидистые сливы с набухшими от сока фруктами,чьи ветви гнулись под тяжестью урожая; по краям дорожки росли величественные кустовые вишни, заманивая сладкими налитыми ягодами.

Сейчас это место показывало всю щедрость летней природы, предлагая угощения каждому, кто пройдёт мимо. Теперь понятно, почему ягодные пироги Севиллы настолько сочные и вкусные.

Проходя вглубь сада, я все больше поражалась  красотой и запахами, от которых голова шла кругом, создавая совершенно новые комбинации ароматов. Здесь были большие клумбы с астрами вперемешку с анютиными глазками, пышные розовые пионы, пахнущие густым пчелиным мёдом; тигровые и белые лилии, приятно отражавшие солнечный свет, внося нотки свежести в эту безумную какофонию.

В этом волшебном уголке время словно остановилось, и я могла только восхищаться этим великолепием, чувствуя, как напряжение покидает моё тело, а душа наполняется спокойствием и умиротворением.

Говоря откровенно, тут было так много цветных композиций, чьи названия я попросту не знала, и сейчас жалела, что не очень внимательно слушала дедушку, когда тот рассказывал об их различиях и видах. Может, в следующий раз сюда прийти с соответствующей книгой? Или попросить Альфреда рассказать?

Ставя в голове галочку, проходя мимо неизвестного цветочка, я дошла до беседки – деревянной резной, полностью обвитой плющом, что создавало невероятное чувство уединения. Однако, она была не пустой…

На одной из лавочек, за таким же резным столиком, сидел Влад, одетый в лёгкий бежевый свитер крупной вязки, со слегка растрёпанными вьющимися волосами. Он что-то рисовал в маленьком крафтовом блокноте, причём так увлечённо, что не заметил моего прихода.

Я так и стояла в проёме, не решась пошевелиться. Сейчас он был таким естественным и расслабленным, боже мой, оказывается, Влад носит очки, которые ему невероятно идут! Сердце пропустило удар. Я не понимала, почему этот мужчина меня так привлекает. Это какое-то невероятное чувство родства, появившееся в нашу первую встречу: лишь раз взглянув на сосредоточенный, словно вырезанный из камня, профиль, я уже не могла отвернуться.

Его прекрасные карие глаза с россыпью жёлтых крапинок, они завораживали, заставляя ум и тело реагировать. Однако ещё больше восхищения вызывали пальцы – длинные, словно принадлежащие опытному музыканту, изящные и уверенные, легко скользившие по бумаге, словно танцуя с карандашом. Каждое движение было наполнено грацией и точностью.

Влад заметил меня и улыбнулся, не сказав ни слова, лишь смотрел внимательно,  изучающее. От раскрасневшихся щёк до сжатых пальцев – он заметил все. И почему мне кажется, что вместе с ноткой веселья в его глазах отражаются все мои чувства?

Мы изучали друг друга минутами, выражая чувства, которые просто не могли появиться после первой встречи. Это так удивляло, завораживало и … пугало?

– Можете присесть, – сказал он, не отрываясь от наброска, его голос звучал мягко, почти нежно …

Я неуверенно присела напротив. В прошлую нашу встречу мы оба были на эмоциях, передо мной предстала его грубоватая и саркастичная сторона, а сейчас, голос Влада звучал так мягко и тихо, вызывая волну мурашек по телу.

– Не ожидала, что вы увлекаетесь рисованием.

– Почему же? – спросил он, не отрываясь от рисования, словно был погружён в собственные размышления.

Создавалось впечатление, что сам процесс был настолько простым и понятным, что ему совершенно не было нужды прикладывать усилия.

– В нашу первую встречу, вы показались мне куда более … – Я пыталась подобрать подходящее слова, и в эту секундную паузу Влад с любопытством посмотрел на меня, тем самым окончательно сбивая с мысли.

– Я подумала, что вы, Влад … Куда более жёсткий по натуре, а рисование с этим совсем не вяжется.

Мужчина слегка улыбнулся, и я поняла, что сдала себя с потрохами, ведь он не представился.

– Личность на то и личность, она чаще всего многогранна. Вы тоже, Софи, в первую встречу показались мне очень смелой, – уже откровенно улыбаясь, добавил он.

Эта улыбка была такой тёплой и притягательной, что,  я невольно отвела взгляд. А он умеет отвечать на мои шутки, так было и в нашу прошлую встречу. В дружеских перепалках с Максом, мне всегда удавалось выходить победителем, а сейчас, я понимаю, что меня сделали. Конечно внутри поднялось возмущение, но даже самой оказалось сложно в это поверить, ведь этим прикрывается мое восхищение. В глубине души мне это нравилось и в этом невозможно не признаться.

– Откуда вы знаете моё имя? – я посмотрела ему в глаза, собрав всю свою уверенность.

– Полагаю оттуда же, откуда вы узнали моё. – После моего недоумевающего взгляда, он добавил: – ваш дедушка многое о вас рассказывал.

Да уж, сейчас мне стало по-настоящему неловко, ведь при мне Влада мы не обсуждали, но пускай лучше думает так, чем узнает про все наши женские обсуждения его персоны. И почему это похоже на то, что мой любимейший опекун пытался выгодно меня сосватать… Боже от этих мыслей становится ещё более неловко.

– Значит вы хорошо ладите?

– Достаточно. – коротко ответил он, словно вкладывая в слово особый смысл.

После этого, Влад предложил мне чашечку чая, вот только улыбаться перестал, продолжая своё дело.

– Извините за такую просьбу, но можно я посмотрю на то, что вы рисуете? – сказала я, спустя несколько минут молчания и слепого созерцания окружающих цветов. Уходить мне не хотелось.

Он внимательно на меня посмотрел, без улыбки и иронии, и не говоря ни слова повернул свой блокнот в мою сторону.

На тёмной, прессованной бумаге виднелись тонкие плавные линии, соединяющиеся в красивые раскидистые ветви магнолии. Здесь не было цвета, а сами линии, словно призрачные, едва просвечивались, создавая удивительное ощущение хрупкости. Каждый нераспустившийся бутон был выписан с такой точностью, будто художник запечатлел не просто дерево, а целую историю.

–У вас невероятный талант! Ваши работы … они словно живые. Вы точно занимаетесь этим не один год!– мой голос дрогнул от восхищения.

Влад лишь слегка кивнул, не отрываясь от работы. С удивительной ловкостью его пальцы порхали над листом, выписывая линии едва ощутимым нажимом карандаша.

– Как часто вы устраиваете выставки?

– Я не выставляюсь, – ответил он коротко, но в его голосе проскользнула нотка гордости.

–Но почему? Такие работы должны видеть люди! – я не могла скрыть своего удивления.

Он поднял глаза, и на мгновение мне показалось, что в их глубине промелькнуло что-то… сокровенное.

– В этих рисунках – моя память, мои чувства. Они слишком личные, чтобы делиться ими с незнакомцами.

– Но ведь то, что вы рисуете – невероятно! Вы точно занимаетесь этим не один год, может даже не одно десятилетие!

Молчание Влада наполнило пространство между нами тяжёлым напряжением. В этот момент я совершенно запуталась в происходящем. Казалось, будто он собирается уйти, потеряв ко мне всякий интерес. Но его пристальный взгляд говорил совершенно иное – он жадно впитывал каждую чёрточку моего лица, спускался взглядом ниже, рассматривая волосы и шею. Заметив моё смущение, Влад стал вглядываться ещё пристальнее, ловя малейшие изменения в выражении лица.

Наконец мужчина опустил глаза, позволяя мне слегка расслабиться, продолжая медленно наносить штриховку на рисунок.

– Вам пора возвращаться в дом, – его голос стал резче, будто он внезапно замкнулся. -Уже темнеет, а ваши друзья, наверное, волнуются.

Я замерла, не в силах пошевелиться. Что произошло? Почему его настроение так резко изменилось?

– Да… Вы правы, – прошептала я, неловко поднимаясь. – Спасибо за разговор.

Спускаясь по ступенькам беседки, я чувствовала, как сердце бьётся всё быстрее. Его последние слова прозвучали как прощание, но в то же время… как обещание?

– До встречи, Софи.

Он сказал это более низким тягучим голосом, так, что я почти забыла как дышать. Больше всего на свете, мне хотелось обернуться, увидеть его лицо и… Что бы оно выражало?

Я ускорила шаг.

Мне были очень понятны собственные мысли, куда бы они не прятались и чем не притворялись. Я хотела остаться. Просто сидеть в этой маленькой беседке, завешенной листвой, и смотреть на то, как он рисует, на каждое движение его рук, чью силу не смог скрыть даже большой вязаный свитер!

В этот момент меня охватило внезапное осознание: я до сих пор не знала, как он оказался здесь, что заставило его так холодно отреагировать на упоминание дедушки и почему его присутствие вызывало во мне такой трепет.

Его руки, уверенно державшие карандаш, выдавали в нём человека, привыкшего к точности и контролю. Было что-то завораживающее в том, как лёгкими, почти невесомыми движениями он создавал на бумаге целые миры.

А его улыбка …  Вся его сущность говорила о человеке, который предпочитает оставаться в тени, но при этом притягивает взгляды окружающих своей внутренней силой, заставляя с ним считаться.

И всё же эта улыбка, эта игриво вздёрнутая бровь – реакция, которая казалась мне до боли знакомой и родной, словно мы были знакомы всегда.

Домой я шла медленно, погруженная в свои мысли. Почему Влад так резко изменился? Что скрывалось за его холодным тоном? Эти вопросы крутились в голове, словно назойливая мелодия. Я пыталась понять его реакцию, но чем больше думала, тем больше запутывалась в собственных догадках.

Вечерняя прохлада нежно окутывала сад, а лёгкий ветерок тихо шелестел в кронах деревьев, когда я переступила порог дома.

Внутри царила совсем другая атмосфера – тёплый свет ламп разгонял сумрак, а до моего слуха донеслись оживлённые голоса и заливистый смех вернувшихся ребят. Эти звуки, словно невидимая нить, выдернули меня из паутины собственных мыслей, возвращая к реальности.

Проходя по коридору, я постепенно привыкала к домашней обстановке, вдыхая знакомый аромат выпечки и свежестью вымытых полов. И тут мой взгляд наткнулся на Максима. Он стоял вполоборота ко мне, но, почувствовав моё присутствие, резко обернулся. В его глазах читалось явное беспокойство, а между бровями залегла тревожная морщинка.

– Я уже собирался тебя искать! – его голос звучал чуть резче обычного. – Ты проспала весь день, потом куда-то исчезла, и даже Севилла не знала, где тебя искать!Он эмоционально махал руками, выговаривал мне все что только думал, а после, успокоившись, тихим голосом добавил:

– Ты хоть представляешь как мы переживали, как я переживал? Я не помню, когда ты в последний раз спала так много, это было, разве что пару лет назад, когда ты… – он резко замолчал, не закончив фразу, и его взгляд стал особенно внимательным.

Не говоря ни слова, парень шагнул ближе и осторожно положил руки мне на плечи. В его прикосновении чувствовалась нежная забота, смешанная с явным беспокойством, будто он пытался через касание понять моё состояние.

От его слов мне стало стыдно и одновременно тепло на душе.

– Я в полном порядке! – заверила я, тоже положив руки ему на плечи. – Утром шёл дождь и я проснулась раньше обычного, вот и решила днём нагнать свой сон, – широко улыбнувшись, добавила. – Спасибо, что так волнуешься за меня, в следующий раз мы прогуляемся вместе и возьмём с собой друзей. Здесь просто невероятный сад.

Плечи Максима немного расслабились, однако он все равно нарочито серьёзным тоном ответил:

– В следующий раз не заставляй меня так волноваться!

– Хорошо, в следующий раз мы обязательно возьмём с собой Кристину, и ты точно не будешь переживать! – невероятно милым тоном добавила я, видя всю палитру красок на его лице.

Он оттолкнул меня, явно смущаясь.

– Бесишь меня! – ответил он с чувством, направляя на меня свои руки в попытке защекотать, однако у меня вышло увернуться.  На его очередные неудачные попытки, я лишь манерно взмахнула волосами и показала язык. После такой наглости он все-таки не выдержал и погнался за мной, явно пытаясь восстановить свою подпорченную репутацию. На что мне удавалось удачно уклоняться, весело взвизгивая и время от времени передразнивая его.

Мы весело добежали до гостиной, где собрались ребята, которые, оторвавшись от обсуждений,  разом обратили на меня все своё внимание, засыпая вопросами.

– Ты не заболела? – с лёгким беспокойством спросила Даша.

– Что ты нет, просто вспомнила, что мы не только работаем над проектом, но и отдыхаем!

– Точно! – поддержал меня Вадим, как обычно препираясь с Марком. И что они опять не поделили? –  Я тоже хотел остаться! Зачем вообще идти на подобные вылазки после дождя?

– Вечно ты чем-то недоволен! – разговор подхватил Марк. – Дождь шёл не так уж и долго, к тому же мы не заходили слишком далеко, и тут не было никакой грязи!

– Ааа… Достал, – и Вадим показушно накрыл голову подушкой, на что Марк отреагировал как и подобает лучшему другу – надавил на подушку сильнее!

И пока мальчики игрались, Даша в компании девочек решила рассказать о результатах их исследования, показывая фотографии заснятой природы. Ну и конечно же, несколько забавных, где Крис в обнимку с Аней и Сашей корчили рожицы, а парни, явно извожённые в грязи, пытались испачкать, до глубины души, перепуганного Арсения. О, вот их разнимает историк, заслоняя объектив камеры, что-то недовольно бормоча.

– Вам должно быть было весело. Следующий раз я точно не пропущу!

– И никто не пропустит, – весело сказала Даша. – В следующий раз мы пойдём на речку, и я надеюсь, ты взяла купальник или что-то подобное?

–Пф, обижаешь. Я догадывалась, что без купания не обойдётся!

Мы с Дашей остались разговаривать, пока Максим пошёл разнимать расшумевшихся друзей, а девчёнки направились в комнату, весело хихикая.

– Ты видила Влада Бершева? – спросила Даша, заговорчески посматрива на уходящих девочек.

– Да, – сердце пропустило удар. – Перекинулись приветствиями и на этом все.

– Надо же, мы видели его лишь мельком, когда они с Альфредом мимо проходили. Девочки попытались подойти и поздороваться, вот только он ушёл так быстро, что ничего не вышло, однако улыбнулся из вежливости и результат ты сама видишь, – показала подруга в сторону скрывшейся компании. – Даже парни были слегка на взводе, конечно, кто бы мог подумать, что он окажется таким … Загадочным.

Она смотрела на меня, явно пытаясь понять моё отношение к происходящему, на что мне удалось отмахнуться, мол всего лишь поздоровались, а дальше –  мирно задремала в соей кроватке. Как не странно, такой ответ её вполне устроил. И пока мы шли в свои комнаты, я вдруг вспомнила один вопрос, который не давал мне покоя.

– А что насчёт диких зверей? – спросила я, стараясь говорить небрежно.

– Зверей? – Даша приподняла бровь.

– Ну да, вдруг здесь водятся волки или что-то подобное?

– Ох, Соф, ты что! Это частная территория, и Альфред говорил, что большинство животных давно вывезли. Остались только кролики да белки.

– А те, кого не вывезли?

– Ну… некоторых пришлось… устранить. Они были агрессивными или больными.

– И ты правда думаешь, что здесь нет никого крупнее лисы?

– Уверена. Последние десять лет егеря не находили никаких следов.

– Вот оно как… Это, конечно, меняет дело…

Мы ещё немного поговорили, правда, я уже с трудом могла поддерживать хоть какую-то тему. Списав все на усталость, мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по спальням.

Как только дверь моей комнаты захлопнулась, я опустилась на пол, не в силах переварить услышанное. Такого просто не может быть… Я ведь точно что-то видела, и этот удар об стену это … Что это вообще такое?

Прогнав мысли в десятый раз, в голову не пришла мысль лучше, чем просто утром самой спросить у Альфреда.

Может Даша что-то неверно поняла?  В конце концов, не могут же лисы быть такого размера… И я более чем уверена, что мне не показалось – ощущения были слишком реальными.

Но что, если Даша все же права?

Сомнения терзали меня, но одно было понятно точно – завтра я должна получить ответы. И я не остановлюсь, пока не узнаю всю правду.

## Глава 5

Тёмный вечерний лес, закрывший небо своими кронами, нависал страшным чудовищем, поглотившем лунный свет. Вокруг было сыро и холодно, а ещё пугающе пусто, так, словно меня лишили зрения. Оставалось лишь на ощупь искать выход. Откуда-то послышался крик, тоненький и тихий, при этом звучавший он так отчётливо, будто я сама была его источником.

Почему-то, услышав эти пугающие звуки, самым важным стало не выбраться, а найти их источник, помочь, утешить, спрятать…

Я шла, держась за тонкую нить голоса, ускоряясь с каждым шагом. Было страшно. За нее, за ту что кричала.

Позади послышался хруст сухих веток. По спине пробежали мурашки и, обернувшись, я увидела уже два знакомых силуэта чудовищ с неестественным широким оскалом на таком же нереальном лице. Они на четвереньках подкрадывались к этому тоненькому голоску, звук которого становился все более отчётливым, постепенно принимая форму ребёнка.

Под высоким деревом сидела маленькая девочка лет шести, в тоненьком белом платьице, напоминавшем скорее ночнушку, явно не подходящую для холодной ночи. Она плакала навзрыд, а рядом с ней стоял высокий размытый силуэт мужчины, грозно смотрящий на оскалившихся чудовищ. Как бы я ни пыталась вглядываться, и не видела ничего: ни черт девочки, которые размывались с каждым моим приближением, ни человека, охранявшего несчастного ребёнка, от жестокой участи.

Осознание того, что это сон, пришло сразу же, как только я увидела перед собой тёмный ночной лес. Как ни странно, он не пугал, лишь вызывал вопросы, показавшись мне обычной игрой напуганного воображения. Видимо, доводы прошедшего дня смогли произвести сильное впечатление.

За окном снова было раннее утро, пробуждающее воспоминания об уже минувшем дне, оставляя налёт лёгкой грусти и смущения.

Бодро встав с кровати и потянувшись, я ощутила неприятную голодную судорогу, сковавшую мой пустой желудок, отгоняющую все посторонние мысли.

Вчера добраться до ужина не получилось , поэтому приняв освежающий душ и переодевшись в чистую одежду, пропитанную ароматом любимого «снежного» кондиционера, я поспешила вниз, в надежде на чашку ароматного кофе и чего-нибудь съедобного со вчера.

Дом встретил тишиной и покоем – все ещё спали, а часы на телефоне показывали только пять утра. Даже не помню когда вставала так рано, конечно, вчерашний день в расчет не берем.

И почему только, несмотря на столь невероятные, даже пугающие происшествия, в голове крутился всего один навязчивый образ? Лишь вспомнив его имя, как в голове не оставалось место ни для чего другого …

Однако животу не было дела до страданий мозга и переживаний сердца. Сказал, – голоден, так хоть из кожи вон лезь, но найди еду!

Пройдя последний лестничный пролёт, я повернула в сторону кухни, которая оказалась невероятно светлой и большой с металлическими конструкциями цвета меди, придающими этому месту весьма солидный вид.

У островка в центре кухни стояла Севилла, перебирая сочную ягоду. Заметив меня, она тут же спохватилась и с самой доброй на свете улыбкой предложила чай со всякими вкусностями.

– А здесь есть кофе? – спросила я, воспользовавшись моментом. В конце концов, что может лучше привести в чувства?

Женщина слегка задумалась и, подойдя к верхним полочкам над плитой, стала обыскивать шкафчики. После, не найдя ничего нужного, она переместилась дальше к уже более внушительный дверкам, за которыми оказался никогда не виданный мною запас чая, занимавший все пространство широких полок, да такому выбору позавидует даже британская королева! Однако нужного и здесь не нашлось.

– Душенька, послушайте, я посмотрю в кладовой, там должна была сохраниться баночка растворимого кофе, вы только подождите меня здесь! – говорила она, промывая перепачканный в ягоде руки.

– Севилла, постойте, не стоит так заморачиваться из-за меня, я могу выпить и чашку чая! – кто бы мог подумать, что кофе в этом доме – это что-то настолько недосягаемое…

Однако женщину было не остановить, и сняв заляпанный передник, она двинулась в другом направлении. Где, видимо, и была эта кладовая о которой я понятия не имела. Если она ищет там кофе, хотите сказать, что там есть ещё чай?

– Севилла, может я вам хотя бы вам с ягодами помогу, рас уж так отвлекаю! – мне нужно было сделать хоть что-то, чтобы не чувствовать себя капризной девицей, которой не дали с утра выпить кофе!

– Милочка не стоит… -однако мой настойчивый, полный неловкости, взгляд сделал своё дело и помявшись, женщина все же согласилась. – Просто вытащите оставшиеся косточки у вишен пока меня не будет, я вернусь очень скоро! – и, действительно, в удивительно быстром темпе, она чуть ли не бегом пошла в сторону выхода.

Кто бы мог подумать, что Севилла так ревностно относится к своей работе, хотя, полагаю другого и невозможно было представить, узнав её хоть немного.

От чего-то такая настойчивая забота, вызвала во мне искреннюю улыбку, наполнив сердце невероятными тёплыми чувствами. Поэтому, в приподнятом настроении, настроившись во что бы то не стало помочь Севилле, я практически дошла до тазика спелых вишен и ведь у меня почти это получилось! Вот только на пути к заветной цели пол оказался предательски скользким! Благо во время моего несанкционированного полёта нашлась опора в виде спасительного кухонного островка, об который я чуть не убилась!

На полу виднелись капли красного сока, в котором я умудрилась полностью уделаться, к тому же истоптать весь пол, причём так, будто здесь кого-то убили, не меньше! Мои следы были невероятно заметны на чистой репутации пола, выложенного молочной плиткой.

Я долго смотрела на это безобразие, метаясь между поиском тряпки для пола и салфеток для своей одежды, благо моя одежда сегодня состояла из обычных чёрных лосин и такого же цвета худи, поэтому мой мозг незамедлительно направил все силы на то, чтобы быстро замести следы этого недоразумения.

Вот только что-то во всей этой истории не давало мне покоя, но что именно… ? Кажется будто моё подсознание заметило невероятно важную деталь, которую никак не могло протолкнуть в кипу беспорядочно крутящихся мыслей, в конце концов время не резиновое и Севилла вот-вот придёт. Видит бог, если она увидит все это безобразие я со стыда провалюсь под землю на этом самом месте!

Под широкой каменной раковиной все же нашлась обычная, знакомая мне половая тряпка с прилегающим к ней ведром, поэтому, не теряя ни секунды я в темпе обтёрла до чиста плитку, поражаясь её качеству и состоянию. На ней не было ни единой царапины, будто здесь вообще никто не ходит! Ни одно место даже не протёрлось, ощущение, будто пол недавно выложили .... а я его так хорошо изгадила … что же, с моей стороны это было ожидаемо.

Спрятав все следы преступления и вернув «оружие» уборки в прежнее место, я наскоро прошлась найденными влажными салфетками по своей одежде, хотя на ней все равно ничего не было видно и уверенно встала возле таза с ягодами, приняв невероятно важный вид. Практически в это же время вернулась Севилла с баночкой растворимого кофе, извинилась за такой немногочисленный выбор и заварила мне кружечку. Пока я довольно сёрбала, она глянула на нетронутую вишню и мне все же стало дико стыдно! Сама же вызвалась и сама ничего не сделала … И все же хорошо, что Севилла не застала меня, пока я враскорячку пыталась сохранить свою гордость…

– Так получилось, что первая же вишенка брызнула в меня соком … – говорила я нервно и невероятно смущённо, однако мою маленькую ложь было сложно раскрыть, ведь это почти правда! К тому же худи все ещё было мокрым, что не давало повода усомниться. – В итоге я потратила все время, отмываясь … Извините, никудышная из меня хозяйка… – для полноты картины я развела руки в извиняющемся жесте, надеясь, что здесь нет камер … И почему такие умные мысли всегда приходят после?

– Ничего, милая, это приходит с опытом, – Севилла загадочно улыбнулась. – Хочешь попробуешь ещё раз? – женщина заулыбалась и ладонью показала подойти ближе. С каждым разом она кажется мне все очаровательнее и очаровательнее!

– Да, конечно, я хочу вам помочь!

Радостно подойдя к ней ближе, мы, словно давние подруги, весело принялись за дело.

– Попробуй сначала слегка надавить на кожицу, давай возможность соку вытечь, – она аккуратно продавила свою вишенку, посматривая за тем, как я пытаюсь повторить на удивление сложное движение. – Теперь переверни ягодку и на ощупь раздвигай разрезанное место, выталкивая косточку. Так даже если что и брызнет – то уже не в тебя! – она широко улыбнулась и повторила то же самое с другой вишней, подстраиваясь под мой темп.

Так мы и перебирали ягодку за ягодкой, мило обсуждая будущий вишнёвый джем и просто наслаждаясь приятной компанией.

– Никогда бы не подумала, что даже в таком, казалось, простом занятии есть столько хитростей! Вы настоящий знаток своего дела!

– Ну что ты, милочка, у тебя тоже очень неплохо выходит! – женщина указала на скромную кучку, аккуратно сложенных косточек.

Мы попытались перехвалить друг друга, но потом, поняв ситуацию, обе рассмеялись и сошлись на том, что прекрасно выполнили работу, ведь к этому моменту не осталось ни одной ягоды.

– Севилла, – окликнула я женщину, пока та отошла к навороченной микроволновке, разогревая оставшиеся со вчера булочки.

– Сейчас все уже будет готово, вам, должно быть не терпится! Столько времени сидели голодной! – послышался первый сигнал о готовности и пока она загружала вторую порцию выпечки, я все же решилась спросить.

– Спасибо большое, Севилла, я хотела кое-что у тебя уточнить, – я слегка замялась, ведь сейчас этот вопрос прозвучит слишком неожиданно, но другой возможности может и не быть! – В этом лесу водятся волки?

– Волки? – женщина так же продолжала заниматься своим делом, но было заметно, что она заострила на мне все своё внимание.

– Да, откровенно говоря… – я мысленно прокрутила все в голове, мне не нужны отговорки. – В одну из своих прогулок я нашла следы больших лап … Подобные, кажется, принадлежат, довольно, крупному животному.

Севилла смотрела на меня внимательно, полностью оторвавшись от работы, и это так контрастировало с её обычным весёлым настроением, что внутри что-то подсознательно съёживалось. Она выглядела совершенно спокойной и расслабленной, вот только в слегка вздёрнутом подбородке, выпрямившейся спине и серьёзном взгляде читался совершенно другой человек.

– Что же, Софи, могу тебя заверить, что волков здесь нет, – женщина улыбнулась, но в этом уже привычном, жесте что-то изменилось, он был более загадочным, совершенно не подходившем простодушной седовласой женщине. – Впрочем, я не буду пытаться тебя убедить, что следы «просто показались».

– Что вы имеете ввиду? – внутри росло напряжение, которое я, как могла, старалась скрыть.

– Милая Софи, ты же знаешь историю этого места? – на моем лице было лишь недоумение, это тут вообще причём? – О, наверняка знаешь, учитывая присутствие этого говорливого учителя.

Она задумалась, выдержав паузу и добавила самым мягким и певучим голосом, на который только была способна:

– После того, как тысяча солдат сгинула в здешних лесных топях, появились странный звуки, шорохи, заманивающие прохожих, часто просьбой о помощи, – женщина с любопытством смотрела на мои округлившиеся глаза, весело улыбаясь моей реакции и эта улыбка была отнюдь не заразительной. – А потом стали видеть чудовищ с телами животных и человеческими головами до страшного изуродованными, – Севилла обошла край кухонного острова и облокотилась на его внешнюю часть, сокращая расстояние между нами. – Они приходили с закатом солнца и утаскивали в свои владения сердобольных прохожих, решивших помочь.

Наступила пауза, в которой я, как могла, пыталась переварить все сказанное, веря, что Севилла шутит, а ещё усилием воли не попятиться, ведь широкий кухонный остров между нами, сейчас казался крохотным.

– Никогда не слышала эту историю, какая-то детская пугалка? – прозвучало это не так небрежно, как я бы хотела, от чего женщина рассмеялась, окончательно стирая подобие улыбки на моем лице.

Почему-то она сейчас пугала куда больше, чем все эти россказни и само понимание того, что какая-то выдумка, похожая скорее на сказку – единственное, что объясняло происходящее.

– Душенька, ну что вы сделали такое испуганное лицо? Я ведь просто рассказала историю. Тогда были страшные времена и чем только весь происходивший ужас не объясняли, – бодро пригладив фартук, женщина выложила из микроволновки давно разогретую сдобу и вернулась к своему обычному поведению.

– Милая, поешьте, вам нужно подзарядиться силой на весь день! – говоря это, она выложила пару самых аппетитных булочек в маленькую тарелку передо мной.

От чего-то есть перехотелось, скорее уж, наоборот, желудок был не готов принять в себя что-либо, словно чувствуя надвигающуюся опасность.

– Извините, я поем чуть позже, что-то живот прихватило, – прозвучало так тихо и сдавленно, что я не узнала свой голос.

– Вот оно что, ладно, придёте в следующий раз, – такие тёплые слова, раньше казавшиеся полными заботы, были наполнены холодным равнодушием.

Севилла говорила с привычной улыбкой, но сейчас, я понимала, что она не настоящая. Женщина внимательно разглядывала моё лицо, словно пытаясь прочесть мысли, и в этих глазах не было прежней доброты. Передо мной была совершенно незнакомая мне женщина, пугающая меня до чёртиков.

– Я пойду, пройдусь. Спасибо за кофе, мне понравилось, – я попыталась улыбнуться на столько легко и непринуждённо, на сколько это было вообще возможно с ногами, готовыми унести меня отсюда в любой момент!

Севилла все-таки отвела взгляд, и тоже улыбаясь на прощание.

– Приходите, Софи, я вас буду ждать.

– Непременно!

Я ушла не оглядываясь, с ровной спиной, всеми силами стараясь не перейти на бег. Казалось, если обернусь увижу что-то на столько пугающее, что не смогу забыть и за век.

Почему эта беседа вызвала во мне столько эмоций?

Севилла, может, просто не хотела говорить на эту тему? Или просто решила напугать, на столько вжившись в роль рассказчика страшных историй? Черт, да что происходит? Меня так колбасит от обычной страшилки, которую точно знает каждый второй житель этого города … Это ведь просто я такая нелюбознательная?

Или я слишком много думаю, или с этим местом что-то не так. Нет-нет-нет, в голове слишком много мыслей и эмоциональных потрясений, для одного утра это уже слишком! Нужно действительно пройтись и разгрузить голову, в конце концов, допить ещё неостывший кофе!

С этими мыслями я все дальше отходила от злосчастной кухни. На первом этаже, слева от главного входа, есть выход на веранду, куда и было решено пойти. Новая обстановка – это именно то, что сейчас нужно!

Это место оказалось очень уютным с двумя входами: через главных холл и отдельной частью со стороны улицы. Деревянный тёмно-коричневый пол заставили плетённой мебелью для отдыха, застеленной пушистыми пледами и подушками. Среди всего прочего здесь оказалось даже подвесное кресло, так и манившее в него запрыгнуть. С металлического навеса свисали виноградные лозы, скрывающие своими сочными зелёными листьями всю внутреннюю часть веранды, помогая насладиться заветным отдыхом.

Лишь переступив порог я снова увидела знакомую широкую спину, на этот раз в идеально отглаженной белой рубашке. Мужчина держал в руках чашку горячего чая с легким медовым ароматом.

– Вы, видимо, меня преследуете, – Влад повернулся в мою сторону, вежливо улыбаясь.

– Я надеюсь не помешаю? – почему-то от одного его вида все тревожные мысли разом ушли на второй план.

– Можете присаживаться, – добавил он, жестом указав на свободное место. – Более чем уверен, что если не здесь, то вы найдёте меня где-нибудь ещё. – С этим было сложно не согласиться. Все наши встречи были неожиданными…

Мужчина, явно в хорошем расположении духа, спокойно допивал сладкий чай, бросая на меня взгляды в перерыве между своими размышлениями. Как бы я не старалась подумать о чем-то своём, все мои мысли возвращались к человеку передо мной, а сердце предательски подпрыгивало каждый раз, когда наши глаза встречались. Сегодня он был без очков, от чего его взгляд казался более выразительным, да и вообще, когда он одет в одежду, подчёркивающую его спортивную фигуру, само присутствие Влада ощущалось куда острее.

– В этом доме очень много сортов чая, но при этом всего одна баночка кофе и та в подсобке. Вы не любите кофе? – в очередной раз встретившись взглядами, я не удержалась и все же спросила. Мне просто интересно от чего в этом доме столько чая…

– Кофе определённо не мой напиток, – его губы игриво изогнулись, окончательно выбивая почву из под моих ног. – У каждого свои слабости, – он сделал ещё один глоток и присел со мной за столик, теперь уже полностью сосредоточившись на нашем разговоре. – Вы ведь тоже из-за своих предпочтений, каким-то образом отыскали в этом доме кофе, – значит, все же это были его бесчисленные запасы чая. Действительно удивительно, как в доме человека, который смотрит в мою кружку с явной снисходительностью, оказалась банка растворимого кофе…

– Вы любите сладкое? – спросила я, не отрывая взгляда.

– Сладкое? – он приподнял бровь, от чего моё сердцебиение значительно ускорилось. Боже, этот простой жест в купе с его низким голосом буквально сводили с ума!

– Да, в прошлый раз вы предложили мне сладкий чай, и сейчас в вашей чашке тоже есть мёд, – так, главное успокоиться, все-таки не каждый день мы обсуждаем чай, с ним …

От моих слов, мужчина тихо засмеялся и этот смех был подобен музыке, без преувеличений … Как бы я не пыталась вернуть свой разум в «нормальное» состояние, каждая его реакция и жесты, вызывали во мне волну чего-то нового и непонятного, но такого, от чего уже не укрыться. Мне оставалось лишь с замиранием ловить каждую новую эмоцию, запоминая, словно пробуя на вкус. Сейчас, когда Влад казался таким естественным и расслабленным – я не могла отвести глаз от его лица, от того, как играют тени на его скулах, как пульсирует жилка на шее, от его глаз, искорки в которых напоминали сладкий коричневый сахар … Такой сладкий и притягательный.

– Вы очень наблюдательны, Софи.

От чего-то я смутилась.

– Что ж, вы оказались правы. Сахар действительно моя маленькая слабость, а вы, судя по всему, перпочитаете более … Насыщенные вкусы? – его голос звучал так плавно и при этом чётко, заставляя чувствовать себя околдованной!

– Можно сказать и так! – скрывать такие новые и странный чувства оказалось сложно, вот только мужчина внимательно вглядывался в моё лицо, всматривался в глаза, кажется прекрасно все понимая, а я, пользуясь случаем, без капли стеснения запоминала эту его игривую сторону. – По крайней мере, кофе мне очень нравится, – добавила я, до конца не понимая о чем именно говорю.

Снаружи разыгралось утреннее солнце, озаряя своим светом, все чего могло коснуться. Однако и оно споткнулось о плотные шторы укрывшей нас лозы, от чего теней на веранде стало больше, делая без того напряжённую атмосферу интимнее…

В какой-то монет разговаривать мы перестали, однако образовавшаяся пауза совершенно не казалась неловкой. Стало так тихо, что собственное сердцебиение мне показалось громким, а ещё дыхание – воздуха словно стало меньше, заставляя прерываться при каждой попытке вдохнуть. Влад посмотрел на меня и сейчас в его, потемневших от расширенных зрачков, карих глазах не было веселья … Скорее нетерпение, постепенно становившееся жадностью. Он продолжал рассматривать мой небрежный вид, причём так, что я не чувствовала на себе это проклятый чёрных худи, словно сидела перед ним обнажённой.... Но как не странно, неловкости не было, ведь я рассматривала его в ответ, позволяя себе совершенно новые мысли, что оказалось не сложно, когда на нем была белая рубашка, под которой просвечивались все рельефы напряжённых мышц. Его руки с проступающими венами, тянущимися по предплечью, сжали чашку с давно допитым чаем крепче и больше всего на свете мне хотелось к ним прикоснуться … Почувствовать его кожу на своей.

– Ко мне вдруг пришла такая странная мысль, – я не узнавала свой голос, который сейчас звучал куда тише и слаще обычного. – Картины, которые висят в холле, они показались такими знакомыми … Вы знаете, они чем-то напоминают ваш рисунок, который вы показали в прошлый раз.

Я осеклась, снова посмотрев на него, черт, он смотрел так горячо и внимательно, что все эти разговоры показались лишними …

– Та же детализация, такие же плавные линии, это все ведь ваши работы?

Влад улыбнулся, смотря на меня так, что я почувствовала себя словно была искушена дьяволом. Мужчина аккуратно поставил на стол настрадавшуюся чашку и плавным движением растянулся на диване, опираясь об один из подлокотников.

– Ты очень догадлива, Софи, у тебя отличная память, – он с некоторым весельем наблюдал за моей реакцией, которую я сама совершенно не понимала. Его улыбка, тон голоса, особенно такая открытая поза притягивали, заставляя хотеть подойти к нему ближе, прикоснуться к рукам, узнать, какие на ощупь его волнистые волосы, почувствовать его запах … И откуда только в моем непорочном мозгу такие несоответствующие мысли, которым, однако, совершенно не хотелось сопротивляться.

– У тебя есть ещё картины? – моё вольное обращение дрожью прошлось по нам обоим.

– Хочешь посмотреть? – его голос звучал хрипло и так … сладко.

– Да, покажи.

Я удивлялась собственной настойчивости и … игривости? Да, мне определённо нравилось все происходящее!

– Хорошо, – Влад поднялся со своего места и, подойдя ко мне, протянул руку. – Пойдём.

Его ладонь была тёплой, с более грубой кожей и куда больше моей. От самого ощущения такой близости по всему телу пробежала дрожь, сворачиваясь где-то внизу живота, требуя большего.

Мы поднимались по пустым лестницам, пока все ещё спали, все так же держась за руки, не сказав друг другу ни слова.

Мастерская была расположена на третьем этаже, куда никто из нашей группы не успел добраться. Здесь было много света, гладкие белые стены, завешанные листками с карандашными набросками. Больше всего поражало обилие картин. Разные по форме холсты стояли рядами, изображая ручей под лучами света; закатное небо, придерживаемое кронами елей; цветочную поляну, в самой глубине леса. И это были лишь немногие творения, замеченные мною.

Влад аккуратно отпустил мою руку, проводя к дальнему углу комнаты. Без его прикосновения стало как-то неуютно.

Здесь стоял большой кожаный диван насыщенного шоколадного цвета рядом с низким стеклянным столиком, в окружении множества завешанных полотен.

– А что на них написано? – прервала я мирное молчание, потянувшись к одной из картин, однако мужчина перехватил мою руку, будто пропуская ток сквозь тонкую кожу, ставшую невероятно чувствительной.

– Не стоит, – сказал он полушёпотом, медленно перебирая мои пальцы.

– … Хорошо, – голос прозвучал хрипло, а сердце застучало как бешеное. Как простое прикосновение может ощущаться так интимно?

Я решилась сделать то же самое. Сначала переплела наши пальцы, отмечая то, на сколько они длинные, проходясь по каждой из венок. А дальше рука сама поползла выше. Боже, он такой красивый, кажется будто передо мной не человек, а одна из античных статуй, вылепленная руками влюблённого мастера. Коснувшись предплечья, я слегка вздрогнула, ощутив его прикосновение на своём лице. Влад лишь кончиками пальцев, обвёл контур подбородка, медленно спускаясь к шее, нежно касаясь ключицы.

– Это все, что ты хотела посмотреть? – говоря это, он заправил за ухо мою выбившуюся прядь и аккуратно приподнял лицо, снова вернувшись к подбородку. Его голос звучал так низко и хрипло, отражаясь вибрацией по всему моему телу, заставляя ноги подкашиваться. Мужчина смотрел пристально потемневшими от расширенных зрачков глазами, которые сейчас напоминали бездонный омут, заглянув в который уже никогда не получится вырваться, хотя … Никто и не станет.

– Мне нравится все то, что я вижу, – это единственное что получилось произнести. Конечно же про картины никто и не думал.

Мужчина слегка улыбнулся и ,ещё раз медленно проведя пальцами по волосам, отстранился, причиняя этим почти физическую боль.

– Мне пора уходить, – сказал он уже привычным спокойным тоном, оставляя меня стоять на том же месте. – Тебе тоже нужно поторопиться, большая часть твоей группы уже проснулась.

Внутри, как-то неприятно кольнула обида, хотя, неужели я действительно хотела большего? Сейчас, от этого осознания, моё лицо покрылось краской и поворачиваться в сторону Влада категорически не хотелось!

– Да, точно! Время так быстро пролетело! – все же не удалось скрыть смущение в своём голосе, черт.

Выдержав небольшую паузу, Влад, добавил:

– Как будет время, приходи сюда снова, – обронив это, он плавно закрыл дверь, за которой я некоторое время прислушивалась к его удаляющимся шагам, не сразу решившись обернуться.

Это звучало как обещание чего-то большего, вызывая плохо контролируемое чувство радости …

И почему я только так реагирую на мужчину, которого почти не знаю? Да уж, тяга к прекрасному рано или поздно до добра не доведёт …

Я спустилась на корточки, положив голову на колени. Такая Софи была мне не знакома. С появлением Влада в моей жизни, что-то внутри изменилось, стремительно и бесповоротно… и пока я не понимала как на все это реагировать.

Немного успокоившись, было принято решение спуститься в столовую, где уже собралась почти вся наша группа.

Вокруг витал аппетитный аромат поджаренного хлеба и молочной каши, от которого рот наполнился голодной слюной, напоминая о необходимости хорошенько подкрепиться! Чувства и мысли мне ещё предстоит переваривать, а пока, нужно пополнить запас сил!

Я села за свободное место рядом с Дашей, которая мило улыбнулась мне в ответ.

– Ты сегодня необычно долго спала, – заметила девушка, передавая сладкую булочку с середины заполненного едой стола.

– Ну ты и соня! – с дальнего угла послышался весёлый голос Макса, сидевшего в компании ребят. – Чуть завтрак не проспала! – на что я красноречиво показала язык и получила тот же жест в ответ.

– Вы не меняетесь, – посмеиваясь, сказала Даша, смотря на нашу дружескую перебранку.

Пока мы весело посмеивались друг над другом, ко мне подошла Севилла вежливо предложив мою порцию каши, добавив ещё пару вкусностей. Как не странно от утреннего напряжения не осталось и следа. Сейчас я была ей несказанно благодарна за такой вкусный завтрак, видимо, тогда все же местная пугалка произвела на меня впечатление, а на голодный желудок тревоги усиливаются!

За столом царила вполне обычная для нашей компании идиллия. Девчонки заговорщически переговаривались то и дело взвизгивая от смеха, парни увлечённо обсуждали что-то своё, активно жестикулируя. Максим, привычно возмущенно, пытался что-то доказать Арсению, а тот в свою очередь сохранял непробиваемое выражение лица, словно, действительно считал всех вокруг идиотами. Марк, сидевший рядом с источником конфликта, то и дело поддакивал то одному, то другому, брезгливо доставая из своего овощного салата лук. Который, однако, и не думал убавляться, ведь с другой стороны Вадим, подленько улыбаясь, втихую, подкладывал ему свой.

– Куда мы сегодня направляемся? – спросила я Дашу с аппетитом дожёвывая сладкий перец, на что подруга смотрела с явным непринятием моих гастрономических предпочтений. В один день все мои вкусовые пристрастия попали, прямо таки, в эпицентр внимания…

– Сегодня у нас запланирован, скорее отдых, к обеду мы собираемся на речку! – сказала она воодушевлённо. – К тому же мы планируем устроить пикник, боже, я очень давно не была на пикнике! – девушка довольно зажмурилась, доедая поджаристый хлеб с вишнёвым джемом. – Как же это вкусно! – она облизала пальцы и потянулась за добавкой. Ещё бы это получилось не вкусно.

– Должна признаться, я сама этого очень жду! Надеюсь вода будет достаточно тёплой, чтобы в ней можно было искупаться! – в предвкушении, я доедала свой салат. И почему такая вкуснятина как сладкий перец мало кому нравится? – Лето скоро закончится, а купальный сезон я ещё не открыла! – на что моя подружка активно закивала, забивая рот сладкими вкусностями.

После плотного завтрака, все разбрелись по комнатам, заранее собирая вещи в эту вылазку, и уже через пару часов, во главе с Евгением Ивановичем все стояли готовые в коридоре у главного входа.

На этот раз Альфред остался в доме, ссылаясь на срочные дела, поэтому просто заранее показал нашему историку как добраться до нужного берега и, на всякий случай, нарисовал схематическую карту.

Перепроверив сумки, спустя еще пол часа, наша группа, наконец-то, направилась по намеченному маршруту.

Я же, даже не осознавая своих действий, при выходе из дома внимательно рассматривала широкие окна третьего этажа, почему-то ожидая встретиться с уже хорошо знакомыми карими глазами.

## Глава 6

Около десяти минут наша группа продвигалась дальше в лес, который словно хвойный шатёр, укрыл его от палящего дневного солнца.

Альфред прописал на импровизированной карте все чётко. Так, что даже никогда не бывавший здесь раньше смог бы найти нужную дорогу. Вот три дерева причудливо склонившиеся, словно обсуждают нас – новых гостей. Вот и отмеченный овраг, который был на столько хорошо спрятан, что не зная о нем, можно было бы спокойно попасться в его ловушку. Пройдя дальше, мы увидели стенку деревьев, которая и прикрывала весело журчащую речку. С этой стороны она была неглубокой, имела два, достаточно, широких берега, на которых мы и разместили свои сумки. А главное: в этом месте сошёлся весь свет, от которого мы были укрыты на протяжении всего пути, что создавало невероятное ощущение присутствия чего-то волшебного. Ребята разинули рты от такой красоты и не долго думая заняли «козырные» места под солнцем.

–Я так и не загорела этим летом! – воодушевлённо сказала Кристина, собирая светлые кудрявые волосы. – Аня! Помоги мне намазать спину кроемом!

Девушка с высветленными, явно в ручную завитыми локонами, подбежала к подруге и помогла размазать плотный крем по открытой спине. К ним присоединилась Саша, перетащив вещи Ани и свои ближе к Крис, доставая косметические баночки из совей сумки, шлепки и полотенце. С их стороны послышалось весёлое щебетание и обсуждение грядущих планов.

–Не переживай Крис,– весело посмеивалась Саша. – С такими стараниями мы тебя уже сгоревшую утащим!

Аня робко улыбнулась, а Кристина, притворно надула щеки и показала язык.

– Да иди ты! – девушка манерно мотнула головой, и отвернулась, делая вид, что ей нет никого дела до подруги, от чего та расхохоталась ещё громче.

Ребята полукругом разложили свои вещи, оставляя в центре место под общее покрывало, на котором планировалось устроить пикник.

Солнце стояло высоко, растворяя свой свет на водной глади, тем самым делая её ещё более манящей и тёплой.

Первыми купаться побежали парни. Они оказались не слишком предусмотрительными, поэтому плавали в длинных шортах.

Должна была признать, не смотря на то, что у нас не спортивный факультет— все ребята были неплохо сложены! Поэтому, развалившись на берегу реки за ними было весьма приятно наблюдать.

Ко мне подсела Даша и попросила натереть ей спину солнцезащитным кремом. Что ж, видимо загореть здесь планировал много кто.

Я осматривала окрестности. Здесь было невероятно красиво! Создавалось впечатление, что это совершенно дикий уголок живой природы, на который мы пролезли, словно варвары.

Высокие ели росли по краям, создавая приятные длинные тени, окутывая свежим хвойным запахом. Все это окружение создавало невероятное ощущение спокойствия и уединения с природой. Даже громкие крики обрызганных девчонок и отчаянные попытки парней стащить их с берега не смогли его переплюнуть!

Когда мы только приехали— ребята казались самыми обычными, невероятно уставшими от года университетской учёбы. В глубине души, никто не был воодушевлён этой поездкой, а сейчас … В них словно вдохнули жизнь, в глазах каждого появился тот самый озорной блеск, предвкушая что-то новое.

Я смотрела на Крис, которая вечно жаловалась на свои веснушки,  всегда казавшиеся ей грязью, в чем она меня в конце концов убедила. Однако сейчас, они действительно украшали гладкую золотистую кожу, предавая ей особую изюминку.

Макс, напротив, всегда был излишне смазливым, однако сейчас черты его лица приобрели угловатость, делая его более мужественным и … симпатичным? Хотя, может в глубине души я всегда считала его лишь маленьким ребёнком, который слишком рано остался без родителей … Я была для него заботливой сестрой,  совершенно не заметив, как он вырос. Как же быстро пролетело время, мы ведь уже совсем не дети.

Волна холодной воды наконец настигла и меня. Одежда промокла до нитки, благо хоть худи я снять успела и сейчас промокшая светлая футболка не была такой уж проблемой.

– Долго ты собираешься там сидеть? – смеясь крикнул Макс, и снова окатил меня водой.

Да уж, мы выросли. Именно поэтому, я гордо задрав голову бросилась по его душу, предварительно все же подвернув  промокшие штаны.

Реванш был получен. Пару раз опрокинув парня в воду и хорошенько окатив водой, я вошла в раж! Только этот хитрец решил тактически отступить, заключив со мной перемирие, явно испугавшись более жестокой расправы.

Это действительно было похоже на отпуск. Всем было весело и время летело незаметно. Поэтому, когда все достаточно устали плескаться – проснулся голод, так что было принято решение устроить долгожданный пикник.

Севилла не поскупилась на угощения! И пусть это и была походная корзинка, она оказалась до верху набитой разными вкусностями, которые мы с девочками красиво расставили на покрывало. И даже успели сделать пару фото! Перед тем как парни зверски накинулись на еду, испортив картинку… И конечно, поняв, что фоткать больше нечего, мы с таким же аппетитом наложили себе походные вкусности.

Марк с Вадимом принялись рассказывать смешные истории, случившиеся за пришедший учебный год. Здесь вспомнили и неловкие заикания Макса на экзамене по философии. Упомянули и  забавно разрисованную фотографию Арса на доске почёта— как лучшего студента факультета, пусть и проговорились тем самым перед историком. Он же, в отместку, напомнил парням все их бредовые доклады по своему предмету, заставив их заткнуться. Но не надолго. Дальше накинулись на меня, припоминая все мои неуклюжие истории: от разбитых стаканов, до случайно сломанной дверной ручки в аудитории… Она действительно держалась на добром слове! Однако, как бы я не пыталась оправдываться – шуток становилось все больше и к тому моменту, как запасы еды опустели – вся группа пребывала в приподнятом настроении, блаженно переваривая вкусности.

Солнце чуть опустилось за высокие кроны деревьев, давая передышку покрасневшей коже. Стало прохладнее, поднялся лёгкий ветерок и такая погода была мне куда милее палящих лучей.

Я растянулась на своём покрывале и смотрела куда-то вдаль, сквозь толщи деревьев. Ручеёк тихонечко зажурчал, заигрывая со стайкой мошек, которые неведомым чудом не слетелись на нашей запах еды, продолжая летать над водой.

Тело расслабилось, а веки потяжелели. Сейчас все пережитые заботы казались неважными. Почти все.

В этих заходящих солнечных лучах отражалось тепло карих глаз, от которых я не могла укрыться даже в своей голове. Прикосновения, тихий глубокий голос, взгляд, устремленный в самую душу…

Все это вызвало волну мурашек. Они лёгкой волной пробежались во всему моему телу, скручиваясь в низу живота, становясь сладкой тягучей истомой…

Лицо запылало краской и я невольно вздрогнула. Да что б его…

В глубине леса игрались солнечные лучики, отражаясь от гладких поверхностей, словно заманивая зайти поглубже. Они выглядели так странно и приглушенно, словно там было что-то мерцающее изнутри, прячась среди стволов деревьев.

– Соф, ты куда? – на секунду оторвавшись от веселья спросил Максим. – В кустики? – играючи добавил он.

– В кустики!– я улыбнулась, какой же он ребёнок!

За деревьями спряталась небольшая полянка с мягкой свежей травой, усыпанная маленькими разноцветными цветочками, в обрамлении кустарников дикой малины. Это действительно была малина! Никогда не встречала её в лесу, к тому же, росла она так аккуратно, словно её сюда подсадили. Хотя, может и подсадили, кто её знает. Все здесь выглядело нереальным…

Подходя к колючим зарослям, я чуть было не свалилась в овраг, который несколькими часами ранее мы прошли с группой. Да уж, вот тебе и малина! Отсюда его совсем не видно… Однако, желание отхватить себя часть лесных даров никуда не делось. Поэтому, медленно обойдя злосчастную ямку, я сорвала горстку больших и спелых ягод, которыми планировала поделиться с остальными.

Вот только подняв взгляд я вздрогнула. И сначала даже не поверила в происходящее.

Передом мной стоял самый настоящий олень! С ветвистыми рогами и глубокими чёрными глазками, который уже не пойми сколько наблюдал за мной.

В испуге я замерла, просто наблюдая за его действиями. Вот от кого отражался солнечный свет… Его мягка шкурка словно светилась тусклым призрачным светом. Казалось, если к нему прикоснуться —он просто исчезнет. Животное с интересом рассматривало нежданную гостью, однако агрессии не было. А спустя пару мгновений олень и вовсе стал медленно приближаться, словно тоже боялся меня напугать.

Зверь внимательно изучил содержимое моих ладоней и, видимо совсем осмелев, одним метким движением съел все сорванные мною ягоды. Это было так неожиданно и неуместно, что я рассмеялась. Кто вообще мог себе представить, что вместо того, чтобы проявить агрессию, это милое животное весом в половину тонны, просто, как шкодливый ребёнок, украдёт еду из моих рук!

Олень, облизал мои пальцы и стал весело дёргать головой, явно предлагая нарвать ещё ягод.

Кустик заметно поредел, а мне даже попробовать не удалось! Поэтому, сорвав самую сочную малинку, я не думая направила её к себе в рот. Да – не мытая, но что поделать? Мой замшевый друг негодуя уставился, даже губу надул, совсем как человек. Эта картина очень забавляла и я беззлостно хихикнула.

– А что ты хотел? Здесь ягод почти не осталось, а ты и так съел целую кучу.

Олень смотрел на меня, сощурив чёрные блестящие глазки с длинными ресничками. Он пару раз хлопнул ими, и грациозно развернулся, направившись в другую сторону, периодически оборачиваясь. А как только, расстояние между нами стало больше, олень и вовсе остановился, уставившись на меня  как на дуру. Будто это я веду себя странно!

Что ж, или ягодка оказалась волшебной, или олень просит следовать за ним. Я сделала несколько неуверенных шагов вперёд, а он, как собачка весело запрыгал и пошёл дальше, периодически контролируя мои передвижения—вдруг отстану.

К чему в такие моменты искать скрытый смысл в том, что и так бессмысленно? Поэтому я отпустила ситуацию и просто шла следом.

Этот красавец привёл меня к небольшой полянке, усеянной малиновыми кустиками. Он терпеливо подождал, пока я переварю все что случилось. А потом, совершенно ненавязчиво, подошёл к одному с самыми сочными ягодами и слегка приоткрыл рот, ясно давая понять зачем меня привёл.

Я покатилась от хохота, истерично говоря об абсурде ситуации и о волшебном олене. Что за чушь… Вот только мне пришлось довольно быстро взять себя в руки, ведь я не хотела случайно задеть чувства оленя… Который в нетерпении ритмично вилял хвостиком…

Я быстро набрала полные руки ягод, наслаждаясь сладковато-кислым запахом, и протянула долгожданное лакомство этому странному животному, которое поглотило все за считанные секунды.

Вторую порцию он ел уже более размеренно, и, я заметила, как мягкая шёрстка стала мерцать и переливаться, не смотря на заметно потемневшее небо. Нет, никакое солнце не смогло бы так отразить свет.

Я протянула руку к этому загадочному зверю, который еще секунду назад, щекотя мою руку, слизывал остатки малины. Он не сопротивлялся. А когда я прикоснулась к гладкой лоснящейся шкурке, тот и вовсе прикрыл глаза, будто действительно был ручным.

Это было странно … Но так естественно, словно и не могло быть иначе. Я чувствовала саму его сущность. Казалось, мы были частью друг друга и частью чего-то куда большего. Мягкий свет стал чуть ярче, окутывая мои руки, а после и все тело.

Чувства спутались. Это было так понятно и знакомо, но при этом я вообще не понимала что происходит. Кажется, олень почувствовал мои сомнения и отодвинулся, позволяя прийти в себя.

Солнце почти село, создавая в лесу длинные тёмные тени, до этого не замечаемые мной.

– Мне нужно вернуться, ты покажешь мне путь?

Олень, казалось, расстроился, но пошёл в обратном направлении, легонько задев моё плечо.

– Да, да, я иду за тобой!

Я шла за ним без сомнений, и, как не странно, лес не пугал, напротив— я никогда не чувствовала себя так комфортно, как сейчас.

Мы прошли под пушистыми ветвями елей, которые с каждым вдохом напитывали своей силой. Это ощущалось необычно. Чувство было очень тёплым и приятным … В какой-то момент, я буквально стала частью этой огромной экосистемы! Притронувшись к стволу дерева – в голове всплыли окрасочные образы. Оно показало, как прекрасны дождливые дни, как сладко его питает солнце и как приятно держать в своих кронах птичье гнёздышко. Ветер, играючи растрепал мои волосы, окутывая речной прохладой. Он принёс запах сочных ягод, растущих там, где их было бы невозможно заметить, не зная. Чуть правее от меня, за толщей деревьев резвилось кроличье семейство, где мама-крольчиха была крайне недовольна безобразиям своих детёнышей. Малыши то и дело, носились, врезаясь в мягкие зелёные кустики и на зло матери, пачкали гладкую шубку. Крольчихе замучено вздохнула, словно жалуясь мне на вот такие ежедневные безобразия.

Все вокруг было живым. Сам лес каждую минуту делал новый глубокий вдох, наполняя меня невероятной энергией.

Однако, от такого обилия образов, что в одночасье появились перед моими глазами—голова неистово заболела. Казалось кто-то проткнул мои виски тонкой длинной иголкой и сейчас нещадно её прокручивает!

– Черт! Как же больно! – образов вмиг стало ещё больше, а боль стала просто невыносимой. Что-то было не так. Но во всей этой какофонии звуков, запахов и голосов было сложно понять хоть что-то!

– Замолчите! – я бы свалилась на колени, если бы мой новый друг не позволил на себя опереться. Животное занервничало, но исправно вело к людям. Он хотел мне помочь.

Голоса в голове переросли в крики, утробные скрипучие. Это даже на крики не походило, скорее, на странную смесь скрипов и вздохов. «Сссс....Сссссддддрррх».... Слов было не разобрать, однако стало страшно. Это все могло быть каким угодно, но уж точно не хорошим!

Мы очень медленно дошли до места встречи. Я изо всех сил опёрлась на оленя, пытаясь устоять на деревянных ногах.

Крики становились шёпотом, а картинки превращались в мутное пятно, которое постепенно развеивалось. Я вздохнула с облегчением. Лес теперь был просто лесом.

Ноги затряслись и абсолютно отказывались меня держать.  Я бы перевела дух и присела на траву, которая недавно так и манила своей мягкостью. Вот только олень замер и это напрягло куда больше усталости. Сильное мощное животное  напряглось и сжалось из-за всех сил, пытаясь оставаться на месте чтобы… защитить меня?

Все случилось быстро и больно. От сильного толчка копытом, я отлетела на добрых два метра и, прокатившись, свалилась в какую-то яму, снова хорошенько приложившись всем своим телом, хоть высокая трава и смягчила падение.

Я не понимала, что происходит. Голова пыталась судорожно все обдумать, но выходила какая-то каша, а тело, хоть и временно отключилось от боли – постепенно давало о ней знать.

Аккуратно я попыталась встать, и у меня это почти получилось, если бы не знакомые рычащие звуки, и шелестение травы, которые издавал явно не олень! Всего за пару мгновений запах гнили заполнил собой все. Черт, это не могло быть ошибкой, лишь раз встретив это огромное чудовище— и его образ навсегда отложился в памяти. Теперь стало по-настоящему страшно. Животное, которое весит несколько сотен килограмм—испугалось… Защищая меня… Нет, только не это… С ним ведь все будет в порядке?

Из глаз потекли слезы, стало холодно, на столько, что казалось я должна была сдохнуть от обморожения.

Звуков на верху стало больше, но я обратила внимание только на один – длинное громкое визжание, чем-то напоминающее собачий скулёж, от которого сердце готово было остановиться.

Я упала на противно мягкую траву, окончательно выбившись из сил. Был шанс помочь! Нужно просто закричать, чтобы эти чудища отвлеклись от него! В пару прыжков он сбежит! Тело, пожалуйста, слушайся!

Руки дрожали в бессмысленных попытка пошевелиться. Резкая боль пронзила всю грудную клетку, кажется ребра были сломаны. Тело совершенно не двигалось, позволяя лишь паре струек солёной воды вытечь от бессилия. Я пробовала кричать, вот только ничего не вышло! Лишь хрип, такой тихий, что может мне он и вовсе показался.

Сверху доносились страшные звуки, которые я отказывалась понимать… Стало по-настоящему страшно, ведь рёва больше не было—лишь звуки рвущейся кожи и утробное довольное рычание.

Хотелось кричать. Внутри стало так больно и тяжело, что не было сил все это вытерпеть!

Пушистые облака, как-то совершенно незаметно потемнели, роняя на тёплую землю первые холодные капли, словно оплакивая неумолимую утрату.

Все как в ту ночь … Тогда тоже шёл холодный дождь, мешая разглядеть трассу на которой распласталось то, что раньше можно было назвать машиной. Вспышка света. Глухой удар и больше ничего, лишь оборванные нити разговоров… «Какое ужасное происшествие… Боже, как же деточка теперь будет…»– это был очень знакомый голос, кажется соседка, вот только почему она плачет? Голова трещала по швам так, что была готова взорваться.... «Появился пульс, нужно …» – и  снова сознание ушло в темноту. Я не понимала того, что случилось, осознание пришло не сразу. «Она закрыла ее собой»…

Слова резали больнее ножа, к горлу подступила привычная тошнота… Все так же, как и тогда… Я лежала на мокрой траве бесшумно рыдая, подставив лицо дождю, давая смыть горячие слезы. Время шло слишком медленно, казалось, будто прошла целая вечность …

– Помо…кх....гите… – я снова стала беспомощной маленькой девочкой, вмиг прочувствовав окружающий холод. А если меня никто не найдёт? Со мной просто случится то же самое, что и с тем несчастным оленем, который… Думать об этом категорически не хотелось, может он всё-таки сбежал? Вдруг у него получилось сбежать… Благо на верху все стихло, значит  тех тварей уже нет.

Вот только какой во всем этом смысл, если я не могу даже встать?

Дождь прекратился так же быстро, как и начался. Показались тёплые закатные лучи, а это значит, что времени прошло не так много, может быть, меня даже не начали искать.

Послышалось шелестение травы, ко мне кто-то приближался. Хотелось крикнуть как можно громче, дать понять, что я здесь в каком-то тёмном овраге, только бы заметили! Но, благо рычание послышалось прежде, чем из моего рта успел вырваться хоть один звук. Нет – нет – нет, только не это, но почему они вернулись?

Паника захватила меня так сильно, что казалось даже сердце стало биться тише. Только бы не заметили…

Рычание становилось все ближе и ближе… А что если они достаточно разумные и просто знают, что я здесь и просто-напросто вернулись закончить начатое? Тогда… Все пропало?

Звук остановился чётко надо мной. Однако, вместо громкого рычания и скорой смерти, я услышали лишь скулёж?

На мгновение все стихло, а после послышались лёгкие, но уверенные шаги чётко в моем направлении!

Кто-то остановился за моей спиной, словно не решаясь подойти. Я попыталась приподняться на локтях, вот только это крошечное движение отозвалось жуткой болью в рёбрах, выбивая невольный крик.

В это же мгновение нежные сильные руки аккуратно подхватили меня, не позволяя вновь свалиться на землю. Я сразу поняла кто это, ещё до того, как встретилась с встревоженными карими глазами. От его тела исходил горьковатый хвойный запах, который был куда слаще здешних елей.

Я попыталась что-то сказать, вот только из глаз полились слезы, так, что их было не остановить. Влад нежно прижал меня к себе обеими руками, плавно поглаживая по спине.

–Ты в безопасности.

На мгновенье рыдания стихли и мужчина, слегка отодвинувшись, посмотрел мне в глаза, держа так же крепко. В напряжённом лице читалось столько беспокойства, которое, действительно было сложно передать словами. Я слегка приблизилась, так, что смогла почувствовать его горячее дыхание на своей коже.

– Я думала мне конец. Я … так рада, что ты пришёл…

Глаза снова заблестели от подступившей влаги. Боже… Как же я благодарна тому, что Влад оказался рядом, если бы не он…

Мужчина медленно, высвободив руку, провёл большим пальцем по щеке, вытирая скатившуюся слезинку. Тепло его тела согревало, давая такое необходимое ощущение безопасности, а ещё … заставляло желать большего. Достаточно было бы приблизиться всего на сантиметр…

Я аккуратно провела все ещё влажными от дождя ладонями по широкой груди, плечам, плавно отчерчивая рельефы. Он плотнее сжал губы. Вот только дыхание стало прерывистым, а взгляд с нескрываемым желанием опустился ниже. Я рефлекторно прикусила нижнюю губу, заставив Влада издать тихий сдавленный рык, пробежавшийся вибрацией по всему моему телу, в конец лишая рассудка.

Вот только от неловкой попытки приблизиться, боль снова вернулась, от чего мужчина моментально пришёл в себя.

–Прости,– произнёс он хрипловатым голосом, как можно аккуратнее поднимая меня на руки.– Не больно?

Больно было, но скорее от того, что сердце решило окончательно продолбить мои настрадавшиеся ребра!

– Нет, все в порядке…

Влад внимательно наблюдал за моей реакцией, оставаясь на месте, а я все больше заливалась краской, переваривая происходящее.

– Пора возвращаться, меня наверное ребята ищут!

Не выдержав, я все же отвернулась, на что услышала лишь тихий смешок. Однако, возмутиться я не успела. Влад сжал меня крепче и достаточно быстро понёс в сторону дома.

Мужчина шёл с удивительной лёгкостью и грацией, сглаживая неровности лесных тропок, словно я ничего не весила. А ещё, создавалось впечатление, что он знает здешние окрестности на зубок.

–Как часто ты бываешь в этом доме?– попыталась я спросить максимально невинно, вот только мужчина не спешил отвечать, заставляя меня нервничать. – Ты идёшь с такой уверенностью, словно прожил здесь всю жизнь!

– Можно и так сказать, – ответил он после короткой паузы, откровенно улыбаясь, заметив мою реакцию. – Но это было давно, кажется … уже больше двадцати лет назад …

В момент Влад сделался серьёзным. Может, тогда случилось что-то плохое, что так его и не отпустило?

– Значит, ты провёл здесь своё детство…

– Ха-ха-хах …– он весело засмеялся, удивляя такой быстрой сменой настроения.

Мужчина внимательно посмотрел на меня и на мгновение, в его взгляде промелькнуло что-то лукавое, заставляя сердце пропустить удар.

– Да, в какой-то степени ты права.

Он игриво мне улыбнулся, оставляя только больше вопросов. Вот только задать их я не успела. Мы вышли на знакомую полянку, где сидели несколько членов нашего отряда. Арсений с Кристиной смотрели на меня во все глаза сначала краснея, потом беднея, разглядев мой внешний вид.

– Куда ты пропала? – девушка спросила уверенно, но при этом было хорошо заметно её смятение, а ещё … обида?

– София упала в овраг, – ответил Влад на адресованный мне вопрос. –  Сейчас, её как можно скорее нужно отнести домой и осмотреть. Поэтому, пожалуйста, задайте ей все вопросы тогда, когда она будет полностью в порядке.

Голос Влада звучал привычно ровно, вот только совершенно не предполагал возражений.

Мои согруппники только и могли, что в удивлении открыть рот. Конечно, когда «звезда» всех последних сплетен вот так просто с тобой разговаривает, волей-неволей  занервничаешь. Только Влад не удосужился подождать ответа, лишь поудобнее прижал меня к себе и так же невозмутимо пошёл дальше.

– А где Макс и остальные? – крикнула я вслед, от чего мужчина слегка замедлился.

– Они пошли тебя искать, а мы остались на случай, если ты вернёшься, – оживился Арсений, нервно поправляя очки. – Они должны скоро вернуться.

Я с тревогой посмотрела на Влада. Что если те чудовища ещё там? Вот только он, предугадав мой вопрос, плавно покачал головой.

– С ними ничего не случится.

Мы ускорились. С одной стороны я почувствовала облегчение, а с другой… Значит Влад знает о тех тварях, которые на меня напали? И судя по всему, он знает о них куда больше меня, значит …

Влад изначально знал о том, что здесь происходит и при этом мы, студенты, которые в прямом смысли приехали в самое их логово ничего не знали?

– Альфред, её нужно осмотреть!

До дома мы дошли с поразительной скоростью, и, так же быстро, меня отнесли в  комнату на третий этаж. Да уж, ну и денёчек выдался …

Влад аккуратно положил меня на мягкое покрывало, вот только в глаза он мне не смотрел.

Альфред выглядел не на шутку взволнованным. Мне хотелось сказать, что не все так плохо, только вот боль решила дать о себе знать.

Причём вся разом, тем самым выставив счёт за спокойную возможность добраться до дома. Ее в какой-то момент стало так много, что я перестала слышать и в какой-то момент все погрузилось во тьму.

****

– Черт и куда она подевалась!– парень со всей мощи лупанул по ближайшему дереву, зло сверкнув голубыми глазами. – Черт бы ее побрал! Ушла не сказав ни слова, а сейчас может и вовсе помирает в какой-нибудь канаве! Глупая неуклюжая девчонка!

Максим еще раз лупанул по несчастной коре, окончательно сдирая кожу с костяшек.

– Может она уже вернулась! Как и договаривались, через десять минут мы должны вернуться, закругляемся! – девушка тревожно смотрела на парня сквозь толстые линзы очков, еле сдерживаясь от слез. – Все будет хорошо— добавила девушка, словно убеждая саму себя.

– Софи у нас везучая … Но … Давай посмотрим ещё в том месте, кажется за тем деревом был овраг.

Парень уверенно ткнул в нужном направлении и, не дожидаясь Дашу, пошёл вперёд. Переубедить его было для нее невозможно, так что девушка со вздохом пошла следом. Она очень переживала о судьбе своей подруги, но сейчас, все что оставалось – это верить в лучшее. Раз её не нашли, значит, Софи может быть и дома? Пить любимый крепкий кофе, с головой погрузившись в старую зачитанную книгу … Внутри все сжалось … Пусть с ней все будет хорошо, пожалуйста …

Максим остановился и уставился перед собой не реагируя на вопросы.

– Что за черт… – сказал парень низким голосом, от которого у девушки волосы встали дыбом. Там ведь не…

На негнущихся ногах Даша поравнялась с парнем и вскрикнула.

Та тёмной траве, лежала огромная тушка, которую девушка изначально приняла за человеческую. Но нет.

Даша резко отвернулась, чувствуя, как все содержимое желудка пошло обратно. Это не она, это не она … Черт!

Максим подбежал к упавшей на колени девушке, помогая держать волосы.

– Я подумала это Софи! – Даша уже в голос зарыдала, позволяя помочь  подняться. – Макс, пойдём отсюдова! Я больше так не могу, она точно должна быть дома … Я … я… Девушка быстро задышала, в попытке хоть как-то успокоиться.

В лесной тишине раздалось громкое трещание дешёвой пластиковой рации, заставив подпрыгнуть от страха обоих.

– Первый прием! Софи в доме, возвращайтесь.

– Третий тебя понял.

Быстро убрав рацию в карман, Макс схватил Дашу за предплечье и быстро потащил назад. Там где не было связи, рации оказались очень полезным приобретением.

– Она все-таки дома— сказал парень с большим облегчением.

Вот только появилось очень много вопросов. Для начала, их никто не предупреждал об оленях, которые могут здесь обитать. Хоть это животные и травоядные, но из-за своей комплекции и пугливости – могут здорово навредить людям. Но главное не это. Только что Макс увидел тушку этого самого животного разорванную в клочья! Значит здесь все это время были хищники, для которых естественно охотится на такую крупную добычу… И если судить по тому как тело было разорвано, это был кто-то не меньше медведя …Софи пошла как раз в ту сторону… Черт, это ведь действительно могло случится с ней!

Пока вся группа собиралась парень был очень тихим, совершенно на себя не похожим. Однако, сегодня все были немного не в себе.

Благополучно добравшись до дома, Альфред коротко пояснил то, что случилось с Софи.

– Бедняжка поскользнулась и свалилась в овраг, благо мистер Бершев оказался в этих окрестностях на прогулке и смог ей вовремя помочь. – Тяжело вздохнув Альфред продолжил. —Она сейчас крепко спит. Из-за трещины в рёбрах ей пришлось дать хорошее обезболивающее, так что не стоит ее беспокоить.

Ребята нервно заохали, а преподаватель и вовсе, начал корить себя за невнимательность. Кто-то спросил о характере травмы, как скоро она поправится, а некоторые и вовсе стали расспрашивать о Бершеве, на что Кристина смогла дать достаточно красочный ответ.

Со временем, успокоившись, все всё же решили разойтись по комнатам и навестить Софи завтра. Девушки тихо перешептывались с парнями, Евгений Иванович в весьма пасмурном настроении направился к себе. Даша тоже ушла, уже клюя носом из-за всех пережитых эмоций.

А вот Максим остался.

– Мне нужно ее увидеть.

В голосе парня слышался пугающий холод, особенно на контрасте с обычной весёлостью и доброжелательностью.

– Но позвольте…– Альфред занервничал, увидев такую перемену настроения. – Девушка ведь спит!

– Я просто хочу убедиться, что с ней все хорошо. Мне нужно ее увидеть.

Управляющий замешкал, но все же решился проводить юношу в комнату, поняв, что отступать тот не намерен.

– Прошу вас, помедленнее!

Мужчина запыхавшись, все же сам хотел открыть дверь комнаты. Вот только она сама отварилась, выпуская хозяина дома.

– Что ты делал с ней в одной комнате? – срываясь на крик, прорычал Макс, вплотную подойдя к Владу.

– Я её спас – сказал Бершев с ледяным спокойствием, заставляя Макса злиться ещё больше. – Я не сделал ничего, что ты смог бы посчитать неприемлемым.

Макс не нашелся с ответом, да и разговаривать с этим гадёнышем не было никакого желания.

Войдя в комнату, парень увидел девушку мирно спящую на своей кровати. Конечности все были на месте и дыхание было ровным. Напрягала лишь виднеющаяся на груди повязка и непривычная бледность. Как же она так умудрилась…

– Молодой человек..

Альфред сказал это уже более мягким голосом, заметив состояние парня. А Максим же не стал провоцировать управляющего и, невнятно поблагодарив, вышел из комнаты.

Влада рядом не было, да и пошёл он куда подальше! Думает, что ему все дозволено, высокомерный придурок!

Что-то с ним было явно не так, но сейчас мозг был слишком перегружен, а тело настойчиво требовало отдыха. В конце – концов, София жива – и это сейчас главное.

В голове возник образ мирно лежавшего оленя с невероятно гладкой, словно вычесанной шёрсткой, разорванного с особой жестокостью … А еще, может ему показалось но … От него словно исходило тусклое, еле заметное сияние, которое он в отличие, от Даши сумел разглядеть.

****

Я резко проснулась. Голова ужасно гудела, но боли не чувствовалось. Я попробовала медленно встать с кровати и, как не странно, у меня это не плохо получилось. Скорее всего Альфред вколол какой-то обезболивающий. Вот чего в голове такая каша…

За окном стояла ночь, однако сон как рукой сняло. К тому же, по -страшному захотелось пить. По ощущениям, как из пустыни вернулась! Да, как будто я прямиком из горячих песков, где по мне проехались танком … Что же, если чувство юмора есть, значит не все так плохо!

Слегка пройдясь по комнате и окончательно убедившись в своей возможности ходить, я направилась на кухню за водой.

Кто бы мог подумать, что туда ведёт так много здесь ступеней…

Мне потребовалось хорошенько отдышаться, после проделанного длинного пути, то и дело понося строителей. Вот зачем здесь так много ступеней, когда уже придумали лифт?

О том, как я буду возвращаться—подумаю потом…

Вот только на подходе к кухне послышались тихие всхлипы. Пусть их и было почти не слышно, но в них было столько отчаяния и боли, что у меня сжалось сердце.

– Как долго это будет ещё продолжаться! – практически кричал какой-то очень знакомый голос…

– Это должно скоро закончится, – тихо и размеренно говорил … Альфред!

– Скоро? Когда это скоро наконец наступит?!– в женском голосе послышалась злоба. – Он просто сдох от лап этих падальщиков! А сколько вообще сдохло наших из-за них? Они же растопчут все, что здесь есть!

– Тише, Сив, мне тоже тяжело, но мы уже близко! Мы ждали почти столетие, так что для нас неделя?

Повисла пауза. Я стала медленно пятиться назад. Что бы они не обсуждали мне это не нравилось, а еще, все мое существо понимало – нельзя чтобы меня заметили!

Послышались всхлипы вперемешку с каким-то непонятным рёвом, от которого по всему моему телу пробежали мурашки. Люди таких звуков не издают!

– И почему только ей не дали сдохнуть сейчас?

Я застыла на месте. Голос принадлежал Севилле. Он звучал по-другому и говорила она по-другому, но это точно она!

– Сама же знаешь, этого нельзя сейчас допустить, а произошедшее сегодня было просто случайностью.

– Но эта … Это все из-за этой твари! – голос уже не был похож на женский. Вообще, странно полагать, что такие звуки – это человеческая речь.

Я убежала. Так быстро и тихо, как только могла, совершенно не разбирая дороги.

В тёмных коридорах послышался цокот. Странный такой, будто от копыт. Но он быстро прекратился, а я уже была совершенно точно в безопасном месте. Непонятно как, но ноги привели меня в мастерскую.

Я тихонько прикрыла дверь и не меньше десяти минут просто прислушивалась, ощущая как как встал на дыбы каждый волосок на теле. Но все было тихо. Кроме завываний холодного ветра, в стенах третьего этажа никого не было слышно.

Но все же, выходить пока не хотелось.

Ночью это помещение выглядело совершенно по-другому. Через большие арочные окна проникал лунный свет. Он мягко падал на бетонные стены и пол, зарываясь в пушистый коричневый ковёр возле кожаного дивана.

Тоненький лучик, заманивал, играл, отражаясь от гладкой стёганной кожи. Он мягко проваливался в плотную льняную ткань, стоявших рядом с диваном завешанных картин.

Внутри проснулся интерес. Конечно смотреть на «спрятанные» работы без разрешения не очень этично, да и Влад не горел желанием их показывать… Вот только, что же там может быть… Вдруг они расскажут мне о нем чуточку больше?

Слегка смутившись от собственных мыслей, я немного потопталась, подумала и все же сдёрнула с одной картины ткань!

Вот только от увиденного сердце быстро упало, наполнившись непониманием и обидой.

На меня в красивом витиеватом обрамлении смотрела девушка. Очень красивая девушка!

Бледна кожа, точенный подбородок в обрамлении тёмных вьющихся волос предавали ей аристократическую хрупкость. А в глубоких зелёных глазах, казалось, была заключена сама жизнь … Я не могла перестать на нее смотреть.

Чувства все перемешались. Я уже уверенно сдёрнула ткань с остальных картин, где тоже была она.

Вот девушка раскинулась на прекрасной цветочной поляне, вот бежит среди лесных деревьев в красивом зелёном платье, на котором глаза сияли ещё ярче, а вот она на мягком бархатном кресле, увлечённая чтением…

Картины были написаны так красиво и детализировано, что становилось ясно – написаны любящей рукой мастера …

Вот только где она? И почему Влад не хотел мне все это показывать?

В голове был целый рой вопросов, на которые мне сможет ответить только один человек. Вот только… Кто я для него, чтобы спрашивать? Что вообще между нами происходит?

Немного подумав, было принято решение оставить все вопросы на утро. Сейчас, в таком состоянии – в голову не придёт ничего путного. Поэтому я наспех завесила картины тряпками, стараясь лишний раз на них не смотреть и в чувствах, направилась в свою комнату.

Там я провалилась в, на редкость, глубокий сон, едва коснувшись подушки.


## Глава 7

Ночь оставила привкус боли.

Я проснулась резко, в поту, словно от кошмара, вот только в голове было пусто.

Прозрачная ткать балдахина мягко свисала, еле пропуская утренний свет. Тело казалось каменным, а мозг, работая на замедленной скорости – как мог вспоминал детали прошлого дня.

Взгляд блуждал по выбеленному потолку, цепляясь за накладные рельефы, переходящие в черную люстру с шестью плафонами, которую я до этого не замечала.

Сначала вспомнился пикник… Мирный отдых, наше баловство с Максом и ребятами, а потом … Олень, кажется… Да там определённо был олень! А что потом… Взгляд метнулся на широкое окно. Я всматривалась в еле видневшийся пейзаж, подсознательно пытаясь не думать…

Потом стало больно.

Воспоминания, камнем свалились все и сразу, да так, что захотелось кричать.

Я вспомнила про оленя, оставшегося на растерзание неведанным чудовищам, про свою боль в промокшем овраге, про страх, про голоса и про Влада, который каким-то чудом оказался рядом…

Я медленно приподнялась, отметив, едва ощутимое тянущее чувство в грудной клетке. Видимо плиложилась знатно… Быстро приняв душ и приведя себя в порядок, я направилась на первый этаж, терпя неприятные ощущения в теле.

Будто камаз переехал!

Мне нужно было поговорить с Максимом, он наверное так переживает… Не смотря на то, что больше всего на свете мне хотелось успокоить друга и поговорить с ребятами, на самом деле я искала Влада.

Он точно знает куда больше чем показывает и что бы там ни было, кажется, все это как-то со мной связано…

Вспомнился ненарочно подслушанный разговор Севиллы и Альфреда… Может ли быть так, что они говорили обо мне?

Я закусила губу.

Альфред всегда казался дружелюбным и беззлобным, просто образцом человека, знающего своё дело: всегда идеально отглаженный фрак, чёткие стрелки на брюках, даже белые перчатки перчатки оставались чистыми в любой ситуации.

Вот только не смотря на всю свою деловитость, управляющий постоянно терял свои очки, причём часто на голове! После усердных поисков – он сдавался, обречённо вздыхая и, как не странно, именно в этот момент они приземлялись прямо ему на нос! В этот момент, как по волшебству с него слетала вся спесь – Альфред облегчённо улыбался и неловко благодарил всех тех, кто готов был прийти на помощь.

Как подобный человек может всерьёз желать кому-то зла?

А Севилла… Некстати вспомнилась наша встреча на кухне, поведение, показавшееся мне странным… Вишня…

Я замерла.

Нет, все же что-то здесь определённо происходит, а я слишком привыкла верить, что  странности – лишь игра воображения.

Мысли путались в голове и казались бредовыми, вот только что в моей ситуации нормально? Чудища? Волшебный олень? Да уж …

Выводы сделать было сложно, значит, нужно узнать больше.

В гостиной собрались ребята, разбившись на группки, обсуждая что-то своё. Макса я разглядела не сразу, в конце концов, он был тем, кто скреплял всю нашу компанию – тем самым весельчаком, за которым все тянулись. А сейчас, я видела не на шутку серьёзного парня, в чьём лице не было и намёка на улыбку. Он стоял, заложив руки за спину, внимательно вглядываясь в панорамные окна, совершенно игнорируя ребят.

– Эй, мисс Неуклюжесть! – крикнул Марк, едва меня заметив. – Как ты только умудрилась так упасть? Альфред сказал, что у тебя ребра треснули!

Не смотря на шутливый тон, было видно, что парень на взводе.

Ко мне подскочили девушки, расспрашивая о моем самочувствии, среди которых я не нашла Дашу.

– Как так вышло, что сам Влад Бершев вынес тебя на руках? – спросила Кристина, чересчур пренебрежительным тоном.

– Т-т-ебе больно? – заикнувшись, Арс тыкнул пальцем в сторону моей грудной клетки, на что я просто покачала головой. Прямо представляю все его эмоции, когда этот гемофоб увидел меня в лесу такой потрепанной.

– Достаточно, не приставайте к ней так! Видите же, что она бледная как поганка! – голос прозвучал слишком громко, заставив моментально заткнуться всех, причём, скорее от неожиданности.

Макс подошёл ко мне достаточно быстро и, взяв за руку, увёл из общей гостиной, оставив ребят лишь молча смотреть в след. Я даже не смогла ничего сказать, даже пошутить и огрызнуться не вышло – он никогда не был таки серьёзным. Так видимо подумали и остальные.

Поднявшись на мой этаж,  парень аккруратно толкнул меня в мою комнату, глядя в мои круглые с блюдца глаза.

Я оставалась стоять неподвижно, пока лишь наблюдая за тем, как он ходит из стороны в сторону.

– Прости, я не должен был тебя так резко хватать и уводить, не говоря ни слова.

Максим остановился и запустил руку в волосы, взлохматив и без того небрежную причёску.

– Да, это было странно.

Снова тишина.

Парень опустил руки и как-то затравленно посмотрел на меня. В его голубых глазах было столько новых для меня эмоций и чувств, что я так и осталась стоять, не решаясь сказать хоть слово.

– Прости… Я слишком много обо всем этом думал. – Сказал он хрипловатым голосов, снова взъерошив волосы.

Максим всегда игрался с волосами, когда серьёзно нервничал или переживал, будь то важный экзамен или встреча с симпатичной одноклассницей, однако, казалось, что со временем она у него пропала…

– Прости, – мои слова прозвучали слишком громко в густой неловкой тишине. – Я заставила тебя так волноваться…

Мы смотрели друг на друга в молчании долгие минуты, а после, каждый сделал маленький шаг на встречу, а потом ещё один, словно вернувшись в далёкое прошлое.

Мы сидели на полу, обнимая и успокаивая друг друга. Я разрыдалась, но быстро сменила роль, утешая такого родного и эмоционального друга, ставшего мне братом… Ставшего мне семьёй.

Максим читал мне нотации не переставая, а я принимала их с самым серьёзным выражением лица, позволяя ему выплеснуть ему весть свой страх. А когда эмоции схлынули, мы рассмеялись, окончательно приходя в себя.

– Соф…

Максим посмотрел на меня задумчиво, словно решая в голове серьёзный вопрос.

– Что такое?

Я все ещё улыбалась и смотрела слегка удивлённо, на столь резкое изменения настроения.

Макс оглядел меня с ног до головы, тяжело вздохнул и уже расслабленно выдал:

– Тебе нужно отдохнуть, видела бы ты, на сколько сейчас бледная! – парень усмехнулся, и я не удержалась от шанса покривляться.

– Такая же бледная, как и прекрасная принцесса из сказок? – я свернула губы уточкой и часто захлопала глазами, вызывая новую волну смеха.

– Конечно как принцесса! Которая только что чем-то траванулась!

Парень встал с пола и на мой высунутый язык лишь красноречиво похлопал ресницами, явно меня передразнивая.

– Отдыхай, принцесса, а ребятам я сам скажу что с тобой все в порядке! Позже поговорим.

Максим захлопнул дверь и я осознала, на сколько устала.

Эта маленькая эмоциональная передряга, не смотря на хороший исход, значительно измотала, поэтому «просто отдохнуть и поспать» – оказалось действительно лучшей идеей!

Я прикрыла глаза лишь на секунду, казалось просто моргнула, а открыв снова –  оказалась в лесу, в тёмном страшном и холодном.

Было очень и очень, холодно! Тело озябло в мгновение ока, кожа покрылась мурашками, а зубы застучали.

Я с досадой глянула на босые ноги и оголённые руки, да на мне была ночнушка или летнее платьице, серьёзно? Даже в такой темноте отчётливо различались почти голые деревья, покрытые желто – оранжевыми листочками, значит— уже даже не начало осени.

Оглянувшись, в попытке найти хоть что-то, что могло бы помочь, я заметила лишь невероятного большие ели, куда больше, чем мне довелось увидеть в последние дни.

Красивое звёздное небо заволокли тучи, собирался дождь и в этой живой клетке не было видно и намёка на выход.

Я двинулась вперёд, обнимая себя в отчаянных попытках согреться и как на зло – шажочки получались крохотными, то ли от страха и холода, то ли мои ноги стали меньше.

В глухой тишине, прерываемой лишь завыванием ветра послышались множественные шорохи, плавно перерастающие шлаги. Они были слишком знакомыми, ведь в прошлый раз, лежа в овраге, я запомнила каждый издаваемый Ими звук!

Сердце ушло в пятки, когда послышалось рычание, а тело позабыло о холоде.

Отчётливо запахло гнилью и железом.

Удушающая сладость, которая присуща стухшим фруктам и мясу, заполнила собой воздух.

Я побежала, вот только движения замедлились ещё сильнее!

Звуков стало больше, и теперь, когда они были так близко, до меня дошло – это вовсе не рык и не вой, какой бывает у диких животных и не скрежет!

Это человеческая речь! Да, искажённая, словно чудища просто на просто забыли как говорить и издавали что-то отдалённо похожее на слова.

Я обернулась и увидела в паре метров от себя огромное существо на четвереньках, которое в холке достигала человеческого роста. Но самое страшное, это его морда, точнее – лицо.

Это было очень странное лицо: с неестественно широким ртом, прячущим множество заострённых зубов. Оно медленно приближалось, ведя за собой стаю себеподобных, всматриваясь пустыми глазницами, в которых виднелись лишь сгустки тени.

– Уууурррммм…ррррии..

Оно задумчиво, словно собака наклонило голову, пытаясь произнести фразу, калеча язык своими же зубами, от чего из пасти вытекала вязкая, давно стухшая и провонявшая падалью кровь…

Я втала как в копаная. От ужаса начало темнеть в глазах.

– Ууууууммммррр....

Оно встрепенулась, встряхнув некое подобие шерсти, больше походившее на сгустки темноты, и старательно попыталось повторить одно единственное слово, которое словно эхо, отражали остальные члены стаи.

Я попятилась. Чудища остановились и стали внимательно меня разглядывать. Казалось, ещё немного и у меня получится сбежать. Ещё всего один шажок назад и я буду в безопасности!

Главное чудовище на миг замерло, даже тьма, окружавшее его застыла, выжидая.

А дальше случилось то, от чего моё сердце ушло в пятки, потеряв всякую надежду на спасение. Сейчас я чувствовала себя раненной мышью в лапах кошки. Появилась надежда – вдруг наиграется и отпустит? А раны можно будет залечить… Но увы нет.

Оно улыбнулось, точнее –  оскалилось в неестественно широкую улыбку, выставляя на показ каждый свой клык, напоминавший тонкую острую иглу. И, наконец,  произнесло то, что так пыталось:

– Умри!

Эта фраза прозвучала слишком чётко и слишком быстро.

Хотя, последующий прыжок все же был куда быстрее.

Шанса убежать не было. Я не закричала – не успела. Кажется даже не слишком испугалась, когда увидела в сантиметре от своего лица широко раскрытую пасть.

Миг. Одно движение – и страх сменился удивлением.

Я почувствовала тепло и тягучий горьковатый запах, который перекрыл весь окружающий смрад.

Я подняла глаза, отметив, что телу больше не холодно.

На меня смотрел мужчина, невероятно красивый на контрасте с увиденным. Греческий профиль обрамляли отросшие волнистые волосы, придавая лицу утонченный, даже благородный вид.

Но больше всего пленили тёплые карие глаза, в которых было столько спокойствия и силы, что я невольно засмотрелась.

Достаточно было всего мгновения, чтобы я забыла о холоде, о невероятном животном страхе и о чудовищах, которые словно перестали существовать.

Я протянула свою крохотную, ещё детскую ладонь, коснулась лица, отчерчивая высокие скулы, замечая как губы мужчины дрогнули в улыбке … А когда вновь заглянула ему в глаза, оказалась мирно спящей в свое комнате, на мягкой не расправленной кровати.

Когда я так быстро уснула – не заметила.

Голова кружилась, а в теле появилась уже знакомая ломота, как вчера в лесу. Ощущение – будто меня что-то разрывает изнутри, но сейчас, это волновало меньше всего.

Я вспомнила его, это был не сон. Я действительно терялась в лесу, когда мне было шесть лет! Это озарение оказалось таким внезапным, что мне самой не сразу удалось в это поверить. Но это действительно было.

Тогда мы с родителями прогуливались в парке, как раз в той части леса, которую облагородили для отдыха.

Помню аппарат с сахарной ватой где работала приветливая смуглая тётенька, которая каждый раз дополнительно угощала меня то шоколадной конфетой, то сахарным печеньем. Она мне очень нравилась. И я часто лопала сладости возле  искусственного пруда, где мама любила устраивать пикники, а папа, вздремнуть под её разговоры.

Это время ощущалось внутри особенно тепло. Я любила сладости, даже слишком, поэтому мама поставила условие – минимизировать количество съеденных конфет за неделю, тогда, на выходных я съем все что захочу. Это была очень полезная для меня хитрость, ведь с тех пор не было ни одной проблемы с зубами.

В конце недели мы всегда приезжали сюда и встречались там с Максимом, когда тот был ещё совсем ребёнком. Они с дедушкой частенько делали обход, оглядывая работу города. Дед пытался привить с детства нужные навыки внуку, рассказывая о своей работе, вот только я более чем уверенна, что мальчик радовался таким вылазкам только из-за мятного мороженного с шоколадной крошкой.

Это были одни из самых счастливых воспоминай моего детства, большая часть которых безвозвратно стёрлась после аварии.

Лечащий врач говорил, что это защитная реакция психики на боль, что воспоминая могут вернуться. Вот только ничего не менялось, сколько бы я не возвращалась в это место.

Кроме поганой, тянущей сердце боли от утраты – я ничего не чувствовала.

А сейчас вспомнила и не понимаю, как такое можно забыть.

Это было много лет назад в осенний субботний вечер. Мы с родителями, как обычно, приехали сюда на отдых. Вот только, в один момент я потерялась и никто не понял как это случилось.

Родители в панике привлекли дедушку Максима к поискам, но на территории парка никого не было.

В начале никто и не подумал прочёсывать часть леса, огороженную тяжёлым металлическим забором с колючей проволокой в придачу. Однако в самом его сердце все же нашли девочку в слишком ярком белом платьице для глубокой холодной ночи. В округе обнаружили и лёгкую курточку, застрявшую на сучке, а чуть дальше пару разбросанных ботиночек. Все удивились, как ребёнок остался целым при таких условиях.

Как говорила мама, я не плакала, лишь сидела спокойно сидела на руках молодого человека из спасательной службы, которому удалось меня отыскать. Медики списывали все на шок, вот только она им не поверила. Случилось точно что-то страшное, потому что, как сказала мама, я смотрела слишком серьёзно и осознанно на всех собравшихся людей.

Никто не понимал, как я пробралась за забор, но после этого – территорию значительно урезали, усилив охрану.

После этого случая я на две недели слегла с температурой, был шанс, что уже и не выберусь, но все обошлось. По итогу мы с родителями перестали на выходных вместе проводить время таким образом. Даже школьные поездки за город были строго под запретом, хотя, мне, признаться, никогда туда и не хотелось.

Когда-то, спустя несколько лет, мама в чувствах вспомнила этот случай и очень удивлялась тому, что я больше никогда не говорила об этом, словно мозг напрочь стёр все события той ночи. Даже когда психиатр спрашивал о том, что произошло в лесу – я молчала, не помнила и не говорила.

Кто бы мог подумать, что воспоминая вернуться сейчас, во время случайной поездки … И кто бы мог подумать, что самой важной их частью будут не родители, чьи образы я так отчаянно пытаюсь не забыть, а мужчина, который меня спас.

Тогда я впервые встретила чудовищ и тогда впервые я встретила Влада – человека, который вытащил меня из этого леса.

А в том, что это был он – нет никаких сомнений! Ведь… С тех пор он никак не изменился.