Елена Кипарисова
Дорога в Ирий

1

– Мы проехали поворот.

Андрей закатил глаза на это громкое заявление, крепче вцепившись в руль, чтобы вместо него не ухватиться за тонкую и хрупкую шею Лизы. Казалось, другого способа добиться от нее тишины просто не существовало.

– Нет, точно, – не унималась девушка, для пущей убедительности размахивая руками, чудом не влепив незаслуженную пощечину сидевшему позади Вадиму, который уже полчаса как молчал, задумчиво уставившись в окно на единообразный сельский пейзаж, состоявший из ровных зеленых полей и редких островков леса. – Нужно было там свернуть. Сначала на Занадворовку, а дальше бы вышли на нужную дорогу.

– Мы правильно едем.

– Откуда ты знаешь? – голос девушку звенел на высокой ноте, казалось, прибавь она еще пару тональностей, и его можно было бы использовать в качестве звукового оружия. – Навигатор сдох еще пару часов назад. А карта вообще доисторических времен.

– Две тысячи шестой год, – услужливо прочла Ника мелкий шрифт на обороте потрепанной дорожной карты, рядом с адресом типографии, расположенной где-то в центральной части России. – Вполне свежа.

– Шутишь? Ей почти двадцать лет!

– А, по-твоему, что за это время здесь могло измениться? – не выдержал Андрей, слишком резко дернув руль вправо, объезжая размытую дождями яму, отчего машину слегка занесло. – Построили новое высокоскоростное шоссе? Или нет, наверное, добавили развязок. И теперь в «Серебряные озёрца» можно добраться по прямой за каких-то пару часов по ровному идеальному асфальту. Мы в жопе мира. Смирись уже.

Лиза замолчала, скрестив руки на груди и недовольно надув губы, при этом, не забывая периодически бросать на парня взгляд полный презрения. Но тот лишь довольно улыбнулся, когда в машине ненадолго установилась неловкая пауза, дав всем короткую передышку от разговоров, которые после долгой утомительной поездки по разбитым российским дорогам, стабильно переходили в ссору.

Они выехали еще засветло, под ободряющие крики Лизы, которая уверяла, что все успеют выспаться в машине, немного замешкавшись только на этапе погрузки – утрамбовать все необходимое в багажник «старичка» «чероки» оказалось непростой задачей. Со стороны это походило на эвакуацию, а не на непринужденный уикенд на лоне природы. Помимо трех палаток, в машину удалось забить пять пакетов с едой, по большей части, сублимированной, ящик водки для парней и ящик сока для девочек, которые «не пили крепкое». В этой суматохи за бортом едва не остался пластиковый контейнер с маринованным для шашлыка мясом. Даже несмотря на то, что дверцу багажника едва удалось закрыть, никто из них не мог отделаться от чувства, что они забыли нечто очень важное. Увы, волноваться об этом уже не имело смысла – знакомый город довольно быстро остался позади, как и последние признаки цивилизации.

– Ты хоть знаешь, куда мы едем? – не выдержала долго молчания Лиза, вертясь на переднем сидении, а потом вырывая из руки Ники многострадальную помятую карту. – Север? Юг? Как мне ориентироваться? По солнцу?

– Давай дождемся ночи и поедем по звездам, – рыкнул Андрей, утомленный долгой дорогой, но еще больше присутствием девушки. – Конечно, я знаю. Следующий поворот направо.

– Я ничего не хочу сказать, – тихо подал голос Саша, то ли пытаясь уладить конфликт, то ли – разжечь его сильнее. – Но вы хоть один знак видели по дороге?

– Ничего последние полчаса.

– А до этого была какая-то пересохшая речка. Мыськино?

– Муськино.

– Маськино.

– Продолжайте в том же духе, – хмыкнула Лиза, расправляя карту, которая заняла большую часть салона, и задумчиво водя пальцем по разноцветным линям. – Я ничего похожего и близко не вижу.

– С чего вдруг кому-то обозначать на дорожной карте речушку, в которой даже воды нет? – резонно спросил Андрей. – Это пригород, здесь не принято отмечать каждый поворот. Так что без паники. Я помню дорогу.

– Да ты всего один раз там был! – Миловидное личико Лизы стало пунцово-красным, а макияж, столь аккуратный поутру, уже потек от неимоверной жары, пробравшейся в салон. – А на обратном пути сомневаюсь, что вообще трезвым.

– Ты видишь здесь какую-то другую дорогу?!

– Ребят, – примирительно завел Саша, начиная нервно поправлять сползающие на нос очки в тонкой металлической оправе, – давайте вспомним последний момент, когда дорога была знакомой. Кафе «Лесная Поляна»?

– Издеваешься, это было три часа назад, практически у самого выезда из города, – простонал Андрей, одной рукой потирая глаза, в которых начали появляться разноцветные «мушки». – Потом было Крапчино, далее поворот на Рязановку, потом село Славино.

– Это где были вкусные пирожки? – мечтательно вторил ему Саша, даже закрыв глаза от блаженства. – Нужно было брать побольше. Знаю, никого не интересует, но я скоро умру от голода. Кто сказал, что ехать всего пару часов?

– Если бы мы не заблудились.

– Мы не заблудились! – прикрикнул на девушку Андрей. – Найди на карте Саратовку. Мы до нее не доехали, а свернули налево. Нашла?

– Подожди. – От напряжения Лиза даже закусила нижнюю губу, буквально уткнувшись с головой в карту. – Тут несколько дорог. Какая?

– Та, что идет через реку.

– Они все через реку!

– Отдай карту Нике, – холодно скомандовал Андрей, находясь в шаге от того, чтобы бросить руль и вцепиться в Лизу, по итогу убив их всех в нелепой дорожной аварии. – Я серьезно. Ты мне не помогаешь.

Как только карта, зашуршав, перекочевала на заднее сиденье к девушке, на пару минут в салоне автомобиля повисла тишина, прерываемая лишь неясным бормотанием Ники:

– А Подрязановка была?

– Вроде бы была Зарязановка, – задумчиво ответил ей Саша. – Судя по названиям оба села должны находиться рядом.

– Рядом с чем?

– С Рязановкой.

– Мой предварительный вердикт – мы рано свернули, – голос звучал неуверенно, но в тот момент Ника озвучила мысли всех, находящихся в машине. – Мы не доехали до поворота на Мышкино и ушли вверх, в сопку. Совсем в другую сторону.

– И… – натужно спросил Андрей, нервно барабаня большими пальцами по рулю.

– И на нашем пути нет никаких озер.

– Что?!

Возмущение поднялось такое, будто взлетела потревоженная стая голодных чаек. В общем гуле нельзя было разобрать ни слова – они перебивали друг друга, создавая разрушительную волну паники. Андрей свернул на обочину и ударил по тормозам, так резко, что всех бросило вперед.

– Хватит! А ну заткнулись! Все!

– Это ты нас сюда завез! – громче всех закричала Лиза прямо в ухо парню, в подтверждение своей неприязни ударив его открытой ладонью по плечу. – Ну и где мы теперь, умник?

– И как нам выехать на нужную дорогу?

– Только разворачиваться, – пожала плечами Ника, полным печали взглядом осматривая присутствующих, будто у кого-то могла появиться идея получше. – Обратно к Мышкино.

– Да ты издеваешься! – Андрей выхватил карту из руки Ники, расправляя ее и на пару секунд теряясь в тесном клубке разноцветных линий. Лабиринт, который не удавалось безошибочно пройти с первого раза. – Да быть такого не может, что к озеру ведет только одна дорога. Нам нужно срезать.

– Да пока мы доберемся мясо сварится! – в отчаянии взвыл Саша, бросая голодный взгляд в сторону багажника, казалось, готовый броситься на его спасение прямо сейчас. – Может, ну его озеро.

– В смысле? – запротестовала Лиза. – Я в такую жару в лесу париться не буду. Вы обещали озеро, так что, будьте добры, везите.

– Может, найдем место где-нибудь поблизости? Речку? Да хоть болотце, – предложила Ника, всю дорогу ютившаяся между двумя крупными парнями на заднем сиденье, закипая от духоты и недостатка свободного пространства. – Я уже согласна на лужу.

– А я нет. Ищите озеро, – категорически отрезала Лиза. – В нашей богатой стране что, одно озеро на весь край?

– Так говорит карта, – попыталась урезонить подругу Ника.

– Ребята… – В пылу спора никто не обратил внимания на Вадима. – Ребята!

Не дождавшись ответа, он тяжело вздохнул и вышел из машины, разминая ноги. Те поначалу не слушались, по коже расползлась сеть мурашек, а правую лодыжку свело легкой судорогой. Хромая, он прошел вперед, поворачиваясь и привлекая внимание друзей, а потом указывая куда-то в сторону леса, начинающегося сразу за глубокой размытой канавой. Заляпанный грязью и низко прибитый к земле, но все еще держащийся вертикально, стоял дорожный указатель, едва заметный на пестром фоне. Вадиму пришлось немного спуститься вниз, заскользив по каменистой насыпи, чтобы добраться до металлического столба. Вцепившись в него, парень свободной рукой протер знак, морщась от облака пыли, зависшего в воздухе прямо у его лица, а потом громко чихнул.

– Бельезерье, – нараспев прочитала Лиза, задумчиво склоняя голову набок, будто пытаясь рассмотреть надпись лучше. – Это же должно иметь какое-то отношение к озеру?

– На карте ничего такого нет, – предостерегающе произнесла Ника.

– Да выброси ты уже этот бесполезный кусок бумаги! Мы приехали!

– Куда?

– Да какая разница, – девушка буквально светилась от радости, от нетерпения ерзая на сидении. – Название многообещающее. Давай, залезай и поехали, – поторопила она Вадима, пританцовывающего вокруг машины, в попытке сбить прилипшую к одежде грязь. – Трогай, шеф.

Машина крадучись двинулась вперед, притормозив перед поворотом – грунтовая дорога, чуть уже той, по которой они ехали до этого, шла по прямой метров сто, а потом уходила куда-то вниз, теряясь в высоких зарослях кустарников с крупными белыми цветками.

Андрей многозначительно хмыкнул, всматриваясь вперед и пытаясь разглядеть, что ждет их за живой изгородью цветущего леса, а потом как бы невзначай оглядываясь назад. Обратную дорогу он знал на отлично, даже выжимая все из старенького джипа по максимуму, по такой разбитой грунтовке ушло бы около двух часов, чтобы добраться до отправной точки. При самом лучшем раскладе на место они бы прибыли далеко после полудня, потеряв практически весь световой день. Парень широко зевнул, потираю уставшие глаза. Пожалуй, стоило рискнуть:

– Пусть там будет это чертово озеро.

– Аминь, брат, – вторил ему Вадим. – Давайте уже отдохнем по-человечески.

Пейзаж за окном долго не менялся. Только высокие стены леса, плотно примкнувшие к дороге и практически не пропускающие солнечный свет. Тот остался где-то позади, решив не идти следом. Несмотря на тридцатиградусную жару и слабо работающий кондиционер, Андрей поежился – сказывалась усталость или температура вокруг действительно резко упала.

– Только не говорите, что погода испортилась, – захныкала Лиза, склоняя голову и всматриваясь в небо. – Обещали дождь? Мы хоть тент взяли?

– Есть зонтик от солнца.

Дорога оказалась на удивление ровной и прямой, пожалуй, даже лучше некоторых заасфальтированных в городе. Ни ям, вымытых ливневыми дождями, ни поваленных веток, преграждающих путь, ни даже мелкой гальки и острых камней, способных повредить машину, ни развилок. Андрей даже расслабился, в ожидании, когда же деревья, наконец, расступятся, поставив их перед фактом – пан или пропал. Райское озеро или вонючее болото – все было лучше бесконечной дороги в неизвестность.

– Приехали, блин, – подал голос Саша после продолжительного молчания, прилипая к окну. – Это то, что я думаю?

Лес стал редеть, все чаще просвечиваясь насквозь слепящими солнечными лучами, рисующими по обе стороны от дороги красивый кружевной рисунок из света и тени. Щурясь, Андрей не сразу понял, что так удивило друга. Он даже притормозил – подвижная картинка замерла, прорисовывая размытые очертания. Лесной пейзаж, так и просящий, чтобы его увековечили на холсте теплыми масляными красками, бесцеремонно разбавлялся уродливыми деревянными крестами, накренившимися то вправо, то влево, казалось, раскачивающимися на ветру. Кое-где виднелась хлипкая проржавевшая оградка, по большей части теряющаяся в высоких зарослях.

– Ну, – задумчиво произнес Вадим, – если здесь есть кладбище, наверняка, где-то поблизости деревня.

– А ты, я смотрю, оптимист.

– Я просила озеро, а не деревню, – поморщилась Лиза, – и тем более, не кладбище. Просто газуй, не хочу этого видеть. Напомните, почему я решила поехать с вами в это фееричное путешествие неудачников?

– Потому что других друзей у тебя нет.

Общее настроение резко качнулось, а потом и вовсе упало до нуля. Тишина стала гнетущей, давящей, точно грозовое облако, нависшее над головами и предвещающее бурю. И ничто не могло разогнать его – ни солнечная погода, ни мировой запас спиртного. Предвкушение веселого пикника сменилось предчувствием испорченных выходных. Когда же впереди из неоткуда выросли маленькие деревянные домики, яркие и разноцветные, как фруктовое драже, разбросанные в шахматном порядке по обе стороны дороги, никто из ребят даже не отреагировал, рассматривая эту идеальную пасторальную сценку с усталым безразличием.

Но стоило признать, деревенька выглядела крайне умилительно. Лес полностью расступился и затерялся на втором плане, открывая небольшую равнину с редкими невысокими деревьями. Солнечный свет с каким-то радужным неестественным отливом, бликовал на глянцевых покатых крышах, а небольшие придомовые палисадники тонули в красочных пестрых цветах. По правую сторону от поселения на несколько гектаров расстилались поля – как лоскутное одеяло, сшитое из идеально-ровных квадратов – от зеленого до ярко-желтого. По левую – возвышался горный хребет, напоминающий острые звериные клыки, вырастающие прямо из земли. На вершине одной из гор, настолько отвесной, что казалось невозможным, что ее каким-то образом смог покорить человек, высился какой-то православный алтарь, будто оберегая это богом забытое местечко.

– Это «Бельезерье»?

– И где мое озеро?

Андрей только покачал головой, продолжая изучать пределы своего хлипкого терпения. Спасало только то, что их совместные поездки случались не часто, да и продолжались недолго – идеально, чтобы соскучиться друг по другу в разлуке, но не успеть рассориться в моменты краткого общения.

– Спросим у местных?

– Единственная толковая идея.

Машина неспешно тронулась вниз. Двигатель, до этого звучавший как нечто привычное и неприметное, зарычал громче, нарушая идеальную сельскую тишину. Казалось, рев разносился на десятки километров, и их прибытие не могло остаться незамеченным. На первый взгляд, деревенька выглядела необитаемой, лишь когда они подъехали к ближайшему дому, притормозив у высокого резного деревянного забора, и выключили мотор, до них донесся звонкий собачий лай – явный признак того, что поселение не было заброшенным.

Ребята притихли, выжидательно поглядывая друг на друга, но не предпринимая никаких попыток двинуться с места. Первый сдался Андрей, раздраженно прицыкнув, он отстегнул ремень безопасности и вышел из машины.

Солнце опустилось на плечи тяжелым горячим покрывалом, грея, но не обжигая, порыв ветра взъерошил волосы, принеся с собой потрясающий цветочный аромат, который вряд ли бы смогли воссоздать и самые талантливые парфюмеры.

Забор был чуть больше метра высотой, сбитый из гладких досок идеально одинаковой ширины, окрашенных чересполосицу – в зеленый и желтый. Подойдя ближе, парень заглянул в небольшой дворик с изумрудным стриженым газоном и выложенной разноцветными камнями тропинкой, ведущей к дому. Собачья будка находилась чуть поодаль – проследив за серебряной цепью, змеей извивающейся на земле, Андрей нашел саму собаку, высокую статную немецкую овчарку, рычащую, но скорее для общего порядка устрашая, чем действительно желая наброситься.

– Эй, хозяева! Есть кто?

В первые секунды все затихло, даже сторожевой пес замолчал, а потом раздалось металлическое лязганье и стук, расписная дверь, скрипя, отворилась, из темного проема выглянула молодая женщина, не решаясь ступить на крыльцо и рассматривая незваного гостя из-за угла.

– Привет, я… мы тут немного заблудились.

– Да вижу, что не местный, – ответила та грубым недовольным голосом. – У нас тут редко на машинах разъезжают.

– Мы ищем озеро.

– Озеро? – Девушка неопределенного возраста, с виду ей могло быть как двадцать, так и сорок, в длинном хлопковом платье в мелкий набивной рисунок вышла из своего укрытия, неспешной походкой подойдя к воротам. – Здесь?

– Мы ехали на выходные в Светлоярские Озерца и не туда свернули.

– Далековато вы от Светлых.

Женщина смотрела на него оценивающе, будто сканируя своими прозрачно-голубыми глазами, то хмуря светлые широкие брови, то растягивая полноватые губы в подобие улыбки – точно сама не зная, как реагировать на появление чужаков. Андрей старался уйти от колкого прямого взгляда, нерешительно переминаясь с ноги на ногу, порой поглядывая на машину, где притихли друзья, в поисках поддержки.

– Есть у нас здесь озеро, – смилостивилась перед ним незнакомка. – Серебрянкой зовем.

– Далеко?

– Вернуться придется. От развилки перед деревней нужно направо, потом вниз под гору. На вашей тарахтелке минут десять. Дорога-то проселочная.

– Спасибо, мы, значит, поедем… – Прозвучало это как вопрос, отчего парень стушевался только сильнее.

– Ну, езжайте, – с улыбкой разрешила женщина, подходя и слегка наклоняясь за забор, чтобы рассмотреть остальных. – Только осторожней. Места-то дикие.

Андрей кивнул, торопливо возвращаясь в машину и переводя дыхание только оказавшись на водительском сидении за закрытой дверью:

– Милая дамочка.

– Такая молодая, а в такой глуши живет. Странно, – протянула Ника, рассматривая женщину свозь тонированное стекло, но та словно видела их даже сквозь темную пленку, продолжая стоять у забора. – Что тут делать?

– Может, какой частный сектор. Эко-район, смотри какая территория ухоженная.

Дорога была чересчур узкой. Андрей, стараясь развернуться как можно аккуратней и не влепиться в соседский забор, нервно крутил руль, то газуя, то резко тормозя, отчего всех в машине бросала из стороны в сторону.

– Это что, краш-тест?

– Ага, не дрова везешь.

Парень, отмахнулся, на секунду отпуская руль и едва не врезаясь в деревянный столб у самого забора, на котором возвышалась не то птичья кормушка, не то почтовый ящик, представляющий собой сельский домик со всеми деталями в миниатюре.

– Черт!

– Простите, – примирительно крикнула в окно Лиза, когда из соседних дворов показались несколько любопытных жителей, привлеченных шумом и возней. – Мы уже уезжаем.

Украдкой глянув в зеркало заднего вида, Андрей только сильнее нахмурился. Несколько фигур, будто участвующие в костюмированном представлении о быте Древней Руси, в хлопковых цветастых нарядах, отделились от домов и вышли на дорогу, провожая путешественников долгим взглядом.

– Впервые вижу деревню без стариков.

Жители действительно выглядели моложаво – три девушки в длинных сарафанах с классической тяжелой русской косой и двое мужчин в белых рубахах под пояс. Они продолжали медленно синхронно следовать за ними по дороге. Их фигуры становились все меньше, пока окончательно не исчезли за ближайшим поворот.

– Думаю, мы вторглись на какой-то закрытый фестиваль исторической реконструкции.

– Или деревню амишей.

– В любом случае, это было странно, – подытожил Вадим, оглядываясь назад, чтобы убедиться, что их новые знакомые оставили преследование. – Они смотрели на нас как-то враждебно.

– А ты чего хотел? – встрял Саша. – Никто чужаков не любит, а мы еще им чуть забор не снесли.

– Я контролировал ситуацию, – оскорбленно ответил Андрей.

– Ты лучше сейчас ее контролируй, поворот впереди.

Указателей не было, как и никаких признаков того, что по этой дороге вообще кто-то когда-то ездил. Торопа оказалась достаточно широкой для автомобиля и хорошо утоптанной, но цепкие колючие ветви какого-то кустарника обступили дорогу слишком близко, пару раз царапнув крыло. Андрей вцепился в руль, протяжно вздыхая и постанывая каждый раз, когда скрежет звучал особенно громко. Он терпеливо вел джип вперед, громоздкий и неуклюжий, больше веря в то, что впереди их ждет место для разворота, чем райское озеро. Но, как по волшебству, впереди, сквозь сетчатый рисунок листвы стал пробиваться свет, сначала тонкими полупрозрачными лучами, а потом сплошным ярким потоком, на короткий миг ослепив всех в машине. Когда же белые пятна перед глазами стали блекнуть, ребята увидели крутую дорогу, резко уходящую вниз, а дальше небольшое идеально-круглое озеро с ровной ультрамариновой гладью воды, в самом центре низины.

– Оно не серебряное, – только и смогла произнести Лиза, то ли растерянная, то ли разочарованная увиденным.

Чем ниже спускалась машина, тем выше поднималось общее настроение – скакнув от упаднического до шокированно-приподнятого. А стоило им только ступить на берег, усыпанный мелкой разноцветной галькой, даже самые большие скептики не смогли сдержать восторгов.

– Оно идеальное…

– Даже лучше этих Белых Луж.

– И народу никого!

Уголок, запрятанный среди лесов, оказался действительно райским. Первые несколько минут ребята лишь молча смотрели на голубоватую под этим углом гладь озера, прислушиваясь к ненавязчивому щебету птиц и ловя на коже ласковые порывы слабого ветра, по-особенному чистого и прохладного для полуденной летней жары. Благодаря высоким деревьям, часть берега была укрыта от палящего солнца спасительной тенью – идеальное место для палаточного городка.

Девушки не стали ждать особого приглашения, а на ходу скинули летние наряды, оставшись в купальниках, и с разбегу вбежали в воду, радостно визжа. Парни лишь переглянулись, обреченно начав разгружать машину и обустраивать лагерь.

– Надуйте моего фламинго, – плаксиво прокричала Лиза, хлопая руками по воде и вызывая море брызг, чтобы привлечь внимание.

– Ты и без него хорошо плаваешь, – возмутился Вадим, но послушно отыскал в багажнике спасательный круг и насос. – Вот же уродливое создание.

Когда три синие палатки наконец-то стали на свои места, а рядом задымился мангал, солнце уже начало клониться к закату, спрятавшись за пушистыми кронами деревьев, пуская к озеру лишь пару розовато-оранжевых лучей. Накупавшись, ребята сидели на берегу у костра, кутаясь в махровые полотенца – температура воздуха еще не успела упасть, но вода, первые минуты казавшаяся просто прохладной, довольно быстро становилась ледяной, наверняка беря начало где-то в горах. Пара рюмок горячительного напитка и их лица, до этого бледные, наконец, раскраснелись, а разговоры потекли непрерывным потоком, прерываясь только на пошлые шуточки и взрывы громкого хохота.

Шашлык жарился медленно, в частности потому, что никто из ребят, утомленных долгой дорогой и отдыхом, не горел желанием им заниматься. Уже стемнело, и лес наполнился умиротворяющим гудением, в котором четче всего выделялся шелест листьев и стрекот цикад. Воздух пропился ароматом костра и жареного мяса. Потрескивающие угли пускали в ночное небо снопы желтых искр, быстро угасающих и опускающихся на землю крошечными частицами пепла.

– Мы спать, – заплетающимся языком пробормотала Лиза, совсем разомлевшая от тепла и крепких напитков.

– Уже? – возмутился Андрей. – Сейчас только… только второй час ночи. Самое веселье.

– Оставь хоть немного этого веселья на завтра, – осадила его Ника, все это время по максимуму разбавлявшая водку соком, практически не чувствуя опьянение. – И уложите уже Сашу спать.

Ярый трезвенник именно сегодня почему-то решил «оторваться по полной», но первые же сто грамм на голодный желудок полностью лишили парня координации в пространстве, а вторые – способности мыслить здраво. Последние пару часов Саша лишь задумчиво раскачивался на небольшом пеньке возле костра, глупо хихикая и изредка вставляя что-то невпопад.

– Да ладно вам, – хохотнул Андрей, – ему же еще никогда не было так хорошо.

– А завтра утром никогда в жизни не будет так плохо.

Будто подтверждая слова девушки, над их головами разнесся величественный звон одинокого колола. Столь громогласный и пугающий в ночной тишине, что ребята шокировано замерли на своих местах, точно застигнутые за чем-то постыдным. Считалось, что колокольный звон настраивал на возвышенный лад, но это вряд ли относилось к ночному лесу, где любой звук казался пугающим.

– Напугали до усрачки, – выругался Вадим. – Здесь что, рядом церковь?

– Нет, это с той горы. Помните, на ней что-то было. – Звон утих, но Ника все еще стояла, пригнувшись к земле, точно ожидая, что ее поразит молния, на месте обратив в пепел. – Какой-то памятник.

– Ты издеваешься? – расхохотался ей в лицо Андрей, прихрюкивая от удовольствия. – Кто полезет в такую высоту ночью? И ради чего?

– Не знаю, но напугать меня им точно удалось. – Вадим, поднялся на ноги, заскользив по мелкой гальке, едва не упав. – Это тонкий намек, что нам пора спать.

– И ты, Брут?

– Давайте закругляться, пока не пришла толпа с факелами и вилами.

Ника подхватила под руку подругу, которая послушно, хоть и неуклюже, последовала за ней:

– Чао, лузеры, – махнула она на прощанье парням, прежде чем с шумом упасть на колени и поползти в палатку.

– Серьезно, ложитесь спасть, – подытожила Ника. – Завтра еще целый день.

После ее ухода палаточный лагерь притих. Пока девушки укладывались спать в палатке, еле слышно перешептываясь, парни молча и бесцельно бродили по берегу, пытаясь навести порядок, спрятав от диких животных все съестное и личные вещи, но туман в голове не позволял сосредоточиться, отчего все происходящее выглядело как массовка для малобюджетного фильма про зомби – тени, пошатываясь, бродили вокруг палаток, что-то бессвязно мыча, когда спотыкались или наталкивались друг на друга.

В женской обители уже погас свет, а в лагере все еще было неспокойно. Андрей сдался первым, без сил упав поверх спальника и даже не став разуваться. Вадим попытался уложить Сашу, но сумел дотащить сопротивляющегося друга только до палатки, усадив прямо на каменистый берег.

– Я отлить, – отмахнулся тот, предпринимая попытку подняться на ноги, но соскальзывая с небольшого каменного уступа и съезжая ближе к озеру. – Я в порядке.

Вадим какое-то время наблюдал за борьбой друга, который уверенно встал на четвереньки и медленно как черепаха двинулся в сторону ближайших кустов практически у самой кромки леса:

– Туда и обратно, – сурово скомандовал он, очень сомневался, что парень в таком состоянии вообще может куда-то далеко уползти.

Тушить костер Вадим не стал, оставив тот мирно тлеть, отдавая в ночной воздух немного тепла и света. Перед тем как провалиться в сон, он услышал, как Сашу тошнит, а потом лишь мирный треск догоравших поленьев.

Лес гудел и вибрировал, раскачиваясь перед глазами из стороны в сторону. Земля была мягкая, словно он ступал по надувному батуту, пружиня и перекатываясь при каждом шаге. А когда гравитация победила, Саша с удивлением осознал, что под руками мелкие острые камни, больно режущие руки, а не воздушная перина. Ноздри защекотал сладковатый запах тины, вызвав в желудке очередной болезненный спазм. Казалось, тот уже полностью опустел, но едкая желчь все еще рвалась наружу, обжигая пищевод и оставляя во рту кислый привкус. Единственным плюсом во всем происходящем было то, что сознание понемногу прояснялось. Или ему только так казалось.

Обернувшись, он увидел, что, несмотря на болезненную усталость в руках и коленях, едва ли отполз от лагеря метров на тридцать. Три черных домикам-палатки и слабый тлеющий огонек костра, точно крошечная свечка – все уже спали. Махнув рукой на сковывающие его до этого рамки приличия, Саша с тоской посмотрел на недостижимо-далекую мрачную стену леса, которая могла бы стать отличной уборной, решив довольствоваться малым – небольшим кустом шиповника, словно огромный еж замершим на каменистом берегу. Больно оцарапав руки в попытке отодвинуть подальше раскидистые ветви, Саша примостился поодаль, уже не волнуясь, что кто-то из друзей проснется и увидит его голую бледную задницу на фоне дремлющего леса.

Голова кружилась, а в висках начинала пульсировать незнакомая раздражающая боль, точно сверла, работающие пока на малой скорости, но готовящиеся вгрызаться в хрупкий череп на полной мощности. Сохранять вертикальное положение было невероятно сложно, гул в ушах нарастал, а перед глазами поплыли радужные круги, раскрашивая скучную статичную темноту в яркие краски. Он сосредоточился на этом танце, даже что-то счастливо напевая, когда вдруг обратил внимание, что один белый шар не подчиняется его выдуманному ритму, блуждая вдоль кромки леса, то исчезая, то появляясь между деревьями.

Точно загипнотизированный, он двинулся на свет, едва переставляя заплетающиеся ноги и на ходу подтягивая и застегивая брюки. Но как Саша не старался добраться до источника света, тот методично отдалялся, играя с ним – то ближе, то дальше. Как только парень достиг леса, двигаться стало проще – земля под ногами перестала предательски проседать, а деревья давали надежную опору. Подъем дался тяжело, но даже хрипящая одышка и давление в груди не остановили его, лишь замедлили. Саша упал на колени, делая передышку, хотя биение в груди, тяжелое и частое, не оставляло ему никаких шансов.

Закашлявшись, парень едва сдержал очередной приступ рвоты. Всему виной был запах – резкий и кислый, оставляющий после себя нотки горечи, точно скисшее молоко. Подняв голову, Саша увидел свет, совсем близко, мягкий и успокаивающий, такой теплый, что парень невольно улыбнулся, ощутив на лице его невесомую вуаль. В этом сияющем коконе, танцуя, кружилась девушка, тонкая полупрозрачная ткань едва прикрывала ее округлые формы, больше подчеркивая, чем пряча. Копна золотых волнистых волос ниспадала ниже пояса, несколько прядей падало на лицо, как фата закрывая лицо. Она протянула к Саше тонкую изящную руку, поманив за собой. Сквозь шум ветра до него донесся ее звенящий переливчатый смех, словно магическое заклинание, околдовавшее и без того затуманенный рассудок. Несмотря на усталость и головокружение, Саша поднялся на ноги, из последних сил волочась следом. Девушка сияла – ночной лес буквально оживал от ее мимолетных прикосновений, расцветая мифическими пульсирующими огненными цветами. Ночью стало светло как днем. Парень даже зажмурился, когда перед его лицом вспорхнул огромный мерцающий мотылек.

– Постой… – Он не был уверен, что произнес это вслух, в любом случае, ничего не изменилось. Девушка его не слышала.

Силы иссякли, и Саша завалился вперед, больно ударяясь коленями обо что-то твердое и упираясь носом во влажную землю, отдающую сыростью и чем-то подгнившим. Свет вокруг стал угасать, из мягкого и золотого переливаясь в синевато-зеленый и мутным туманом спускаясь ниже, точно флуоресцентное одеяло, стелясь между широкими стволами деревьев. Подняв взгляд, парень разочарованно вздохнул – незнакомка пропала, оставив в воздухе лишь сладкий дурманящий аромат цветов.

– Где ты?

Ответом ему был девичий задорный смех.

– Лиза? Ника? Девчонки, просто дотащите меня до кровати. Я в говно.

Но смех стал только громче, кружась вокруг заплутавшим эхом. Подняв голову и прищурившись, Саша увидел слабое свечение впереди, а на его фоне несколько изящных женских фигур, сотканных из ночного сумрака. Это точно были не его подруги.

Высокие стройные силуэты, не стесненные лишней одеждой. Парень не верил своим глазам, впервые в жизни видя обнаженное женское тело столь близко. Тонкие талии, высокие полные груди. Зачарованный, он полз вперед, практически вгрызаясь в вязкую землю, чтобы продвинуться еще на пару сантиметров ближе и не пропустить этот завораживающий танец. Лица девушек казались размытыми пятнами, теряясь за завесой длинных густых волос. Но его совсем не интересовали их лица. Головная боль, тошнота, все отошло на второй план. Осталась только похоть, точно укол адреналина, заново запустивший сердце.

Он тянул вперед руки, в надежде прикоснуться к светлой гладкой коже, наверняка, нежной и бархатистой на ощупь как шелк. Но вместо тепла женского тела кончики пальцев обожгла ледяная прохлада горновой воды. Сам того не заметив, он дополз обратно к озеру, вот только знакомого лагеря видно не было, только непроглядная черная гладь и мелькающие силуэты девушек, сейчас будто светящиеся изнутри холодным лунным сиянием.

Запах дурманил, сладковатый, но не приторный. Он щекотал ноздри, оставляя в голове головокружение и чувство полета. Саша отрывался от земли, больше не чувствуя под собой твердой опоры. Чистый девичий смех то звучал у самого уха, то отдалялся, ненадолго пропадая. Он тянулся за ним, пытаясь поймать и припрятать для себя. Но девушки потешались над ним, взяв его в тесных хоровод обнаженных соблазнительных тел и не позволяя прикоснуться.

Всего один поцелуй. Саша был настолько возбужден, что кончил бы и от одного касания. Хотя для двадцати лет стоического воздержания было достаточно и одной мысли, красочной и реалистичной – парень точно знал, насколько гладкой и горячей была их кожа и как мягко пружинила под пальцами упругая молодая плоть. И ему почти удалось. Он потянулся к незнакомке и их пальцы соприкоснулись. Лишь на долю секунды. Сквозь тело прошелся электрический разряд, сначала испугавший его внезапной вспышкой боли, но быстро сменившийся одурманивающим удовольствием.

Девушка тихо засмеялась, поманив парня за собой. Она ступала беззвучно, словно скользила по поверхности воды, не создавая брызг. Луна отражалась от глянца озера, создавая мягкое серебряное свечение, точно неоновая подсветка, играющая на ее соблазнительных изгибах. Девушка наклонилась и провела кончиками пальцев по водной глади, вызывая на ней едва заметную рябь, а затем отправила в сторону Саши дождь из мелких прохладных брызг.

Тот поморщился, на секунду прикрывая от неожиданности глаза, а когда вновь открыл их, загадочная незнакомка исчезла. Крупные капли прилили к стеклам очков точно назойливые насекомые, не позволяя ничего рассмотреть в ночном сумраке. Недовольно прыснув, парень сорвал их лица, без сожаления отбросив в сторону. Мир вокруг окончательно потерял четкие грани, став однообразным темно-серым пятном, будто все краски перемешались, потеряв свой изначальный цвет.

На несколько нестерпимо затянувшихся секунд его сердце замерло и отяжелело, не желая биться дальше без прекрасной гостьи. Мир, в котором не было ее, не имел смысла. Лишь прищурившись так сильно, что левое веко начало подрагивать, парень заметил движение, в какой-то паре метров от себя. Ровная поверхность воды, в лунном свете казавшаяся тонким листом сияющей стали, вздувалась, расходясь в стороны симметричными едва заметными волнами.

Его прекрасная незнакомка была под водой, манила за собой, испытывала… Насколько серьезны были его чувства и намерения? В тот момент его совсем не волновал тот факт, что ему еще ни разу не приходилось плавать вне бассейна без подстраховки. У него просто не было времени на столь долгие раздумья. Девушка уплывала от него, обещая навсегда затеряться в темных водах озера.

Зажмурившись посильнее и набрав полную грудь воздуха, Саша бросился в воду, неуклюже и грузно, как собственно и все, что обычно делал. От удара зазвенело в ушах, а часть припасенного кислорода, вырвалась на свободу и пошла вверх горсткой мелких пузырей. Парень замахал руками, как его учил инструктор, не сразу соображая, как погрузиться глубже и в какую сторону плыть. Вода обступила его со всех сторон, беря в мягкий, но не непроницаемый кокон. Холод, изначально показавшийся лишь легкой щекоткой, быстро скользнул внутрь, ледяным облаком засев в легких. Даже с открытыми глазами, парень ничего не видел, только жидкий черный мрак, точно живое существо, кружившееся вокруг него, не в силах решить – проглотить его целиком или немного помучить.

Паника должна была стать предсказуемой и ожидаемой, но Саша не успел уловить момент ее появления. Секунда и парализующий ужас уже был внутри него. Парень открыл рот, чтобы закричать, но поток бурой воды тут же лишил его голоса, скользнув в горло юрким угрем и заполнив до отказа легкие. Тело стало тяжелым, налившись цементом, отчего каждое движение, заторможенное и запоздалое, тянуло его вниз.

На пару секунд лицо девушки возникло перед Сашей совсем близко, бледное и идеальное, подобное фарфоровой кукольной маске, окутанное вихрем светлых волос. В темных мытных водах девушка сияла серебром, завораживая своей холодной красотой, не позволяя парню думать ни о чем другом. Легкие пылали огнем, грозясь разорваться от перенапряжения, тело сводило болезненной судорогой, но даже в тот миг кислород казался ему не столь желанный как незнакомка. Ее пальцы заскользили по его груди, прослеживая ребра, легко, словно перышком. Парень дернулся, заглатывая еще больше воды и ощущая на языке едкий привкус тины.

Девушка засмеялась, даже сквозь толщу воды он слышал этот искристый перезвон, становившийся все громче. Ее руки касались его тела, то нежно поглаживая, то болезненно пощипывая, но не позволяя увернуться. Не лаская, а мучая.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.