Моргана Стилл
Сердце пустоты

Пролог

Космос не прощает ошибок. Он лишь записывает их в шрамы на корпусах кораблей и в морщины на лицах тех, кто осмелился бросить ему вызов.

Джейк Вейланд знал это лучше многих. Его массивная фигура, закованная в потертый летный комбинезон, казалось, была вытесана из самого гранита космических битв. Шрамы на его лице – глубокий рубец через бровь, оставленный плазменным осколком, и сеть мелких отметин от стычки на орбитальной станции – рассказывали историю человека, который слишком часто смотрел смерти в глаза. Серые глаза, узкие и подслеповатые от вечного вглядывания в мерцающие дали, отражали свет приборов, как далекие звезды. Пальцы в поношенных перчатках с обрезанными кончиками нервно постукивали по штурвалу, выдавая напряжение, которое он так старался скрыть.

Лира Шен была его полной противоположностью – хрупкой, словно сотканной из теней и голубого свечения экранов. Ее худощавый силуэт сгорбился над спектрографом, длинные пальцы с тонкими шрамами от лабораторных ожогов летали по панели управления. Синие волосы, выцветшие от времени и дешевого красителя, выбивались из небрежного узла, обрамляя бледное, почти прозрачное лицо. Но больше всего поражали глаза – огромные, неестественно черные, они поглощали свет, словно крохотные черные дыры. В них постоянно что-то вычислялось, даже когда она смотрела на тебя, а не на приборы.

Анна Сорокина стояла у шлюза, прислонившись к стене с мрачной грацией хищника. Ее рыжие волосы, коротко остриженные, торчали в разные стороны, будто ее только что ударило током. Веснушки на скулах и носу делали ее похожей на девчонку, если бы не глаза – зеленые, с желтыми вкраплениями, они смотрели на мир с постоянным вызовом. Левая рука, механическая, старой модели "Ориона", скрипела при малейшем движении. Она не скрывала ее – наоборот, подчеркивала черной краской и царапинами, будто бросая вызов всем и вся.

Их корабль, "Звездный Бродяга", был таким же израненным, как и его экипаж. Корытообразный, с обшивкой, напоминающей лоскутное одеяло из заплат разного цвета, он едва держался на плаву. В кабине витал вечный запах перегоревшего кофе, статики и чего-то металлического. Над креслом пилота в прозрачном кубе висела единственная пуля с надписью: "Первая ошибка".

Они уже прошли через ад. Но самое страшное ждало впереди.

Потому что космос не прощает ошибок.

И у него отличная память.

Глава 1. Разгром «Каравеллы»

Орбитальная станция «Гармония-12», 2189 год

Дождь из раскалённого металла яростно бил по корпусу «Звёздного Бродяги», словно невидимый кузнец ковал их гибель на наковальне космоса. Джейк Вейланд, стиснув штурвал до хруста в суставах, вручную выводил корабль из-под огня. Очередной взрыв сотряс левый борт, и в кабину ворвался едкий дым, обжигающий лёгкие, как память о прошлых ошибках.

– Рекс, щиты? – голос Джейка был хриплым, а по виску, перерезанного осколком, стекала тёплая струйка крови, смешиваясь с потом.

– Двенадцать процентов. Вероятность выживания: 3,7%. Рекомендация: сдаться. – ответил андроид, его механический голос звучал почти издевательски спокойно.

– Хрен им!

На радаре пульсировали три метки – два пиратских истребителя с рваными силуэтами, будто вырезанными из тьмы, и грузовое судно «Каравелла» – их последний контракт, их последняя надежда. Которая теперь превратилась в смертельную ловушку.

Лира вцепилась в спинку кресла, её пальцы побелели от напряжения.

– Джейк, они берут «Каравеллу» на абордаж!

– Вижу.

Он видел всё. Видел, как пираты в чёрных скафандрах с кроваво-красной эмблемой скрещённых клинков вскрывали шлюз, как хирурги, оперирующие без наркоза. Видел, как капитан «Каравеллы» – седой ветеран с протезом вместо ноги и глазами, полными холодной решимости, – поднёс пистолет к виску. Последний выстрел прозвучал в вакууме беззвучно, но Джейк его услышал.

– Это «Клинки Эриды», – прошипела Анна, целясь из бортовой пушки. Её голос был острее лезвия. – Твои старые дружки, Вейланд.

Пять лет назад он был одним из них. Пока не предал. Пока не попытался убежать.

Последний залп «Клинков» разорвал «Каравеллу» пополам, и груз – медикаменты для умирающей колонии на Титане – рассыпался в пустоте, как лепестки мёртвого цветка.

– Вот и наш гонорар, – Джейк плюнул в угол кабины, но горечь во рту осталась.

Лира молча смотрела на обломки. В её глазах стояло что-то, от чего сжималось сердце – не упрёк, не страх, а понимание. Понимание того, что они теперь часть этого хаоса. Навсегда.Бар «Последний шанс 2.0», станция «Дедал-5»

Бар пах дешёвым виски и кровью. Джейк швырнул на стойку чип с остатками аванса.

– Виски. Настоящий.

Бармен-киборг с раздражением посмотрел на него:

– Ты уже должен «Клинкам» 50 тысяч. Они сказали: в следующий раз – принесешь свои пальцы.

– Тогда налей двойной.

За соседним столом Лира изучала данные с «Каравеллы».

– Джейк… тут что-то не так. Она повернула экран: «Каравелла» трижды меняла курс. И везла не только медикаменты.

– Нас подставили, – Анна ударила кулаком по столу. Кто-то слил маршрут.

Джейк не ответил. Он смотрел на Лиру – на её тонкие пальцы, на синие пряди волос, выбивающиеся из хвоста. На губы, которые он почти поцеловал месяц назад, после той пьяной ночи у реактора.

Анна заметила его взгляд. Её механическая рука сжала стакан так, что стекло треснуло.

– Я пошла отсюда, – резко сказала она, вставая. Осколки битого стакана звякнули о стол, но она уже повернулась и шла к выходу, даже не оглянувшись.

«Звёздный Бродяга», грузовой отсек

Тени от щелевых светильников тянулись по стенам, будто чёрные трещины в реальности. Анна преградила Вейланду путь, её голос прозвучал тихо, но с ледяной остротой:

– Ты ослеп, Вейланд. Она играет тобой.

Он попытался пройти мимо, не глядя:

– Не мешай, Сорокина.

Но она не отступила. В её словах дрожала давно копившаяся горечь:

– Помнишь, чем закончилось для того, кто в последний раз поверил тебе? Ты сбежал. Как всегда.

Он резко развернулся, чтобы уйти, но её пальцы впились в его запястье, цепко, словно стальные когти.

– Я стояла рядом, когда ты закапывал свою совесть. Лира даже не догадывается, кто ты на самом деле.

В этот момент дверь со скрипом отъехала в сторону. На пороге застыла Лира, в её руках дымился повреждённый чип.

– Я кое-что обнаружила… – её голос оборвался, когда взгляд скользнул по ним.

На потрёскавшейся поверхности чипа мерцала кроваво-красная маркировка:

«Собственность «Орион Индастриз». Серия «Эпсилон».

Глава 2. Тень сестры

«Звёздный Бродяга», грузовой отсек

Пластиковый чип хрустнул в её пальцах, треснув под напором сжатых судорогой ногтей. Лира не чувствовала боли – только ледяное, методичное бешенство, пульсирующее в висках.

– Это с «Каравеллы»? – её голос был гладким, как лезвие, заточенное до неестественной остроты.

Джейк видел, как её зрачки расширились, поглощая свет – точь-в-точь, как тогда, на Хребте Пандоры, когда она впервые наткнулась на лабораторные записи. На страницы, испещрённые номером «Образец 12» и кривыми биометрическими графиками её сестры.

– Да, – Анна отпустила его руку, и её пальцы на мгновение замерли в воздухе, будто не решаясь произнести следующее. – Но медикаменты были лишь прикрытием. «Орион» прятал что-то ещё.

Лира развернулась к терминалу резко, словно её дёрнули за невидимую нить. Пальцы пронеслись над клавишами, высекая цифры и символы с яростной точностью.

– Рекс, взломай протоколы «Каравеллы». Всё, что связано с серией «Эпсилон». Всё.

Андроид безмолвно подключился, его оптический сенсор сузился до тонкой щели, вытягивая данные из повреждённой матрицы. Голограммы вспыхивали и гаснули, вырисовывая контуры спрятанной правды.

– Обнаружены криокапсулы. Двенадцать единиц, – его голос был ровным, но в нём проскользнула едва уловимая статическая рябь. – Назначение: транспортировка биоматериала.

– Какие ещё данные? – Лира наклонилась вперёд, её тень перерезала экран пополам.

– Файл повреждён. Но сохранились координаты: заброшенная станция «Дедал-9».

Воздух словно вырвали из её лёгких.

Флешбек: 2174 год. Лаборатория «Орион»

Холодный белый свет. Лира (14 лет) прижалась ладонями к стеклу, оставляя на нём мутные отпечатки дыхания. За прозрачной перегородкой – Лиэн, её сестра-близнец, запертая в камере с надписью «Образец 12».

– Не бойся, – шепчет Лиэн, но её глаза говорят другое. – Они просто берут кровь.

Иглы впиваются в её руки, и вдруг – серебристые прожилки, расползающиеся под кожей, как ртуть. Лира бьётся в стекло, но её оттаскивают, а сестра… сестра больше не кричит.

– Ли? – Джейк коснулся её плеча.

Она дёрнулась, словно от удара током.

– Мы летим на «Дедал-9».

Анна шагнула вперёд, перекрывая путь.

– Это ловушка. «Клинки» уже знают про чип.

– Моя сестра могла быть в одной из этих капсул! – голос Лиры сорвался, обнажив рваные края ярости и отчаяния.

Тишину разорвал резкий сигнал тревоги.

– Капитан, – голос Рекса звучал необычно – механически, но с подтекстом чего-то… чужого. – Обнаружен корабль. Сигнатура соответствует «Пионеру-7».

Экран грузового отсека вспыхнул алым. Где-то в темноте космоса, за корпусом «Бродяги», зажглись навигационные огни.

Кто-то уже шёл по их следу. «Бродяга» совершил прыжок.

Заброшенная станция «Дедал-9»

Станция повисла в космической пустоте, как мертвое чудовище, забытое временем. Ее корпус, некогда гладкий и сияющий, теперь был изъеден странными, пульсирующими наростами – словно неведомый биогель с Хребта Пандоры пророс сквозь сталь, превратив металл в подобие живой плоти. В щелях между пластинами что-то шевелилось, будто станция дышала.

– Сканеры фиксируют жизнь, – Рекс склонился над панелью, его голос звучал неестественно громко в мертвой тишине мостика. – Один сигнал. Человеческий.

– Высаживаемся, – Джейк щелкнул затвором, проверяя обойму. В его глазах мелькнуло что-то тяжелое, словно он уже предчувствовал недоброе. – Анна – с нами. Рекс – прикрывай.

Шлюз открылся с протяжным, болезненным скрипом, будто станция стонала от их вторжения. Воздух внутри был холодным и спертым, пропитанным запахом стерильности и чем-то кислым – как в заброшенном морге, где слишком долго лежали неопознанные тела.

– Боже… – Лира замерла на пороге.

Стены коридора были опутаны серебристыми нитями, будто гигантский паук сплел здесь свою сеть. Они мерцали в свете фонарей, переливаясь, как жидкая ртуть, и тянулись вглубь станции – к центральному залу.

Там, в полумраке, стояли двенадцать криокапсул.

Одиннадцать – пустые.

В двенадцатой лежала девочка. Лет восьми, с белыми, как лунный свет, волосами. Ее лицо было неестественно спокойным, будто она спала, но не во сне, а в чем-то более глубоком. На тонком запястье чернела татуировка: «7-Эпсилон».

– Она жива! – Лира бросилась к панели управления, ее пальцы дрожали над кнопками.

В этот момент Анна резко вскинула пистолет.

– Не трогай ее!

– Ты с ума сошла?! – Джейк шагнул вперед, но Анна не опустила оружие.

– Посмотри на стену!

Он обернулся.

Среди плесени и ржавых подтеков на стене четко проступали слова, выведенные корявым, торопливым почерком – кровью.

«ОНИ ПРОСЫПАЮТСЯ»

И ниже, почти сливаясь с ржавчиной, подпись: «Л. Шен».

Лира побледнела так, что казалась прозрачной.

– Это… – ее голос сорвался. – Это почерк моей сестры.

В тот же миг капсула с девочкой зашипела.

Механизмы пришли в движение.

Крышка начала открываться.

Глава 3. Отзвуки забытой эры

1. Пробуждение

Крышка криокамеры откинулась с протяжным шипением, выпуская клубы ледяного пара. Белёсый туман медленно рассеялся, словно нехотя открывая взглядам то, что скрывал десятилетиями. Внутри, свернувшись калачиком, сидела девочка – хрупкая, почти прозрачная, будто сотканная из лунного света и теней. Её волосы, белые и тонкие, как паутина, спадали на колени, а огромные, неестественно вытянутые зрачки – узкие, как у ночного хищника – медленно, с трудом фокусировались на фигурах перед ней.

– Не подходите! – резко скомандовала Анна, вскидывая пистолет, но Лира уже шагнула вперёд, опередив её инстинктивный порыв.

На внутренней стороне запястья ребёнка красовалась татуировка: 7-Эпсилон.

– Вы… не из Ориона? – голос девочки был хриплым, словно ржавым механизмом, который не смазывали годами.

Лира медленно присела на корточки, стараясь не делать резких движений, и протянула ладонь.

– Нет. Меня зовут Лира. Это Джейк и Анна. А тебя?

Девочка замерла, её кошачьи зрачки сузились ещё сильнее.

– 7-Эпсилон… – прошептала она, затем, после мучительной паузы, добавила: – Но одна женщина… называла меня Люси.

Анна вздрогнула, будто её ударило током.

Воспоминание вспыхнуло перед глазами:

Лаборатория «Дедал-9». Пять лет назад. Ослепляющие аварийные огни, рваные тени на стенах. Кайла Векслер – её халат в крови и биогеле, лицо искажено отчаянной решимостью – прижимает к груди ребёнка. «Забери её, Сорокина! Ради всего святого!» Вокруг – лужи синтетической плоти, пульсирующей, словно живой, формирующей чьи-то конечности, лица, пальцы…

– Какая женщина?! – Анна вцепилась в плечо Люси, её голос сорвался. – Она жива?!

Девочка задрожала, её глаза расширились от страха – и в этот момент…

БА-БАХ!

Станцию содрогнуло от мощного удара. Где-то вдали раздался гулкий треск металла.

– Капитан! – в комм ворвался перекошенный помехами голос Рекса. – «Пионер-7» выпустил шлюпку! На борту…

Остальное потонуло в хаосе статики.

Тень пробежала по лицу Анны. Она медленно подняла взгляд на Люси – и в её глазах застыло нечто большее, чем просто тревога.

Это было началом.

2. Тень «Пионера»

Темноту аварийного отсека прорезал луч фонаря, выхватывая из мрака искажённое металлическое кружево обрушенной балки. Под ней – Лира. Её дыхание было частым, прерывистым, а в глазах застыл немой вопрос. Джейк, стиснув зубы, упёрся плечом в перекореженную конструкцию и рывком освободил её.

– Рекс, ситуация! – его голос прозвучал резко, как щелчок взведённого курка.

Андроид замер на секунду, его оптические сенсоры мерцали в полутьме.

– Неизвестные на борту. Три сигнала. – механический голос дрогнул, будто наткнулся на внутреннее противоречие. – Биометрия… Пауза. Ошибка.

Лира, протирая окровавленный лоб, резко подняла голову.

– В чём дело?

– Совпадение 98% с экипажем «Пионера-7».

Тишина. Давняя, как космос, леденящая память ворвалась в сознание.

– Это невозможно… – прошептала Лира, и её пальцы непроизвольно сжались. – Они погибли десять лет назад.

В этот момент Люси, до сих пор молчавшая, прижалась к стене. Её глаза, широко раскрытые, отражали не свет, а что-то другое – словно она видела сквозь сталь корабля, сквозь время.

– Они идут за мной… – её шёпот был едва слышен, но от него по спине пробежал холодок. – Они хотят вернуть своё.

И словно в ответ, по полу коридора заструился серебристый биогель. Он пульсировал, принимая странные формы, и из его глубин донёсся эхо-шёпот, повторяющий слова девочки:

«…вернуть… своё…»

Анна молча перезарядила плазменный резак. Голубоватый отсвет лег на её лицо, подчёркивая жёсткую решимость.

– Выход через вентиляцию. – Её команда прозвучала чётко, без колебаний. – Лира – тащи ребёнка. Джейк – прикрывай тыл.

Но Люси внезапно дёрнулась, выскользнула из рук Лиры и рванула вперёд – туда, где во мраке шевелилось что-то, напоминающее людей.

– Люси! – крикнул Джейк, но было поздно.

Девочка бежала навстречу теням прошлого, а биогель смыкался за ней, как живая дверь в забытый кошмар.

3. Встреча с призраками

Грузовой отсек станции был усеян телами. Они лежали в неестественных позах, словно застывшие в последнем отчаянном порыве, их лабораторные халаты пропитались темной влагой, а пустые глаза уставились в потолок, будто всё ещё видя тот ужас, что их настиг. Воздух гудел от статики, а под ногами хлюпала вязкая жижа – смесь биогеля и крови.

И посреди этого хаоса, будто порождения самого кошмара, стояли они.

Три фигуры в скафандрах «Пионер», их шлемы мерцали тусклым светом аварийных ламп. Центральная – чуть выше, чуть массивнее – казалась их предводителем.

– Капитан Райс? – голос Джейка прозвучал хрипло, но рука, сжимающая пистолет, не дрогнула. Ствол был направлен точно в центр шлема.

Шлем медленно повернулся. За стеклом не было лица – лишь пульсирующая масса биогеля, которая, словно в насмешку, сформировала нечто, отдалённо напоминающее улыбку.

– Вейланд… – голос хлестнул, как удар хлыста. Он звучал так, будто десятки голосов слились в один, накладываясь друг на друга, шепча, крича, стеная. – Ты принёс нам ключ.

Люси отпрянула, но слишком поздно – биогель с пола ожил, извиваясь, как змея, и впился в её ноги, обвиваясь выше, сжимая, втягивая в себя.

– ОНА НЕ ВАША! – Лира выстрелила почти в упор.

Пуля прошла навылет, оставив после себя лишь дрожащую рябь в гелевой массе.

И тогда —

Анна рванула вперёд, её механическая рука вспыхнула пронзительным синим светом. Казалось, сама тьма отшатнулась от этого сияния.

– Протокол «Омега». – её голос больше не принадлежал ей. Он стал холодным, как сталь, безжалостным, как код.

Биогель завизжал, отползая, будто обожжённый, его нити обуглились и рассыпались в прах.

– Предатель! – «Райс» зашипел, его форма дрожала, голос трещал, как испорченная запись. – Ты носишь его код!

Люси рухнула на пол, освобождённая, её дыхание было прерывистым, а глаза – полными ужаса.

– Мама…? – она смотрела на Анну, и в её взгляде смешались надежда и отчаяние.

А тьма  вокруг них сжималась, и что-то шевелилось в глубине отсека…

4.Протокол "Омега"

Флешбек: Анна в лаборатории «Ориона»

Холодный свет операционной лампы резал глаза. Анна лежала на столе, её тело сковали ремни, а вены жгло от наркоза. Над ней склонились тени в масках – безликие, как машины.

– Готово? – спросил кто-то за спиной.

– Запускаем имплантацию.

Боль прожгла плечо, когда хирургический дрон вскрыл плоть, обнажив кость. Металлические щупальца впились в ткани, вплетая в них нервные синтетики, полимерные мышцы, титановые сухожилия. Анна не кричала – она уже не могла. Голос сорвался в хрип, когда что-то внутри руки щёлкнуло и ожило.

На экране над операционным столом всплыли кровавые буквы:

«ПРОТОКОЛ "ОМЕГА": АКТИВАЦИЯ.

КОНТРОЛЬ НАД ОБРАЗЦАМИ СЕРИИ "ЭПСИЛОН" РАЗРЕШЁН.»

Её зрачки сузились. В голове что-то щёлкнуло.

Настоящее

– Я не твоя мать, – голос Анны был чужим, механическим. Она вцепилась в Люси, отталкивая её от биогеля, который уже снова поднимался, как приливная волна. – Беги!

Они рванули к шлюзу, но было уже поздно.

Три фигуры в скафандрах «Пионер» стояли перед выходом, их шлемы мерцали, а биогель струился по стенам, перекрывая путь.

– Рекс, дистанционный подрыв! – Джейк вырвал чеку из гранаты и швырнул её под ноги призракам.

Тишина.

Потом – ослепительная вспышка, оглушительный рёв, и стена разорвалась в клочья.

Вакуум всё сжёг.

Он вырвал их из отсека, швырнул в ледяную пустоту, где не было звука, где тело рвалось изнутри, где тьма смыкалась над глазами…

…А потом – удар.

«Звёздный Бродяга» поймал их, как старый кит – выброшенных штормом моряков.

Но что-то ещё вырвалось вместе с ними.

Что-то, что шептало в радиопомехах.

Что-то, что ждало.

5. Разоблачение

Когда давление в отсеке наконец стабилизировалось, Анна рухнула на колени, будто невидимая тяжесть разом придавила её к холодному полу. Из-под пластин механической руки клубился едкий дым, смешиваясь с запахом гари и озона. Искры, еще недавно живые и злые, теперь угасали, оставляя после себя лишь черные подпалины на металле.

– Что это за «протокол»? – Лира прижала Люси к себе так крепко, словно боялась, что девочку вот-вот вырвут из её рук. В её голосе звучало не просто недоумение – что-то более острое, почти ярость.

Анна сжала голову руками, пальцы впились в виски, будто она пыталась выдавить из памяти то, что годами скрывалось в самых тёмных её уголках.

– Я… не знала, – прошептала она, и голос её дрогнул. – Они вживили это в меня, когда я была в коме. После «Гипериона».

Люси потянулась к ней, тонкие пальчики коснулись дымящегося механизма.

– Но ты спасла меня, – тихо сказала девочка. – Как и обещала.

В этот момент Рекс резко оборвал тягостную паузу, его голос прозвучал как тревожный сигнал:

– Капитан. «Пионер» изменил курс. – На его лице отразилось холодное понимание. – Он… направляется к Хребту Пандоры.

На главном экране всплыло сообщение. Буквы горели кроваво-красным, будто выжженные в самой реальности:

«ОНИ ЗНАЮТ, ЧТО ВЫ ЕГО НАШЛИ. БЕГИТЕ.»

И внизу, словно тень от этих слов, дрогнула подпись:

ТЕНЬ.

Глава 4. Кровные узы

1.Секрет Анны

Звёздный Бродяга», медотсек

Тишину медотсека нарушал лишь слабый гул двигателей корабля и едва слышное жужжание медицинских сканеров. Анна лежала на узкой койке, её механическая рука, обычно скрытая под слоем синтетической кожи, теперь была разобрана до голого каркаса – обнажённые сервоприводы и пучки проводов напоминали рассечённые нервы. Лира, сдвинув брови в сосредоточенной гримасе, аккуратно извлекала чип из нейроинтерфейса, её пальцы, вооружённые пинцетом, двигались с хирургической точностью. В углу, прижавшись спиной к холодной переборке, сидела Люси. Она обхватила колени, словно пыталась стать меньше, а её глаза, широкие и тёмные, отражали тусклый свет ламп, будто в них застыли далёкие звёзды.

– Протокол «Омега» – это не просто блокировка, – прошептала Анна, стиснув зубы, когда Лира коснулась особенно чувствительного узла. – «Орион» вживил его мне после бунта на «Гиперионе». Чтобы я не могла…

– Чтобы ты могла контролировать их, – голос Люси прозвучал тихо, но чётко, как удар стеклянного осколка по льду. Она подняла взгляд, и в нём читалось что-то древнее, чуждое. – Как Кайла.

Пинцет со звоном упал на металлический пол. Лира замерла, её пальцы дрогнули.

– Ты знаешь Кайлу Векслер?

Люси медленно провела рукой по своей ДНК-татуировке – переплетению цифровых кодов и биологических символов, мерцающих под кожей.

– Она называла себя моей матерью.

Анна резко приподнялась, игнорируя боль. Её глаза вспыхнули.

– Врёшь. Кайла была учёной, а не…

– Она изменилась, – Люси коснулась своего виска, и на мгновение её зрачки расширились, будто впуская внутрь тени прошлого. – После того как Оно коснулось её.

Флешбек Люси:

Тёмная лаборатория, пронизанная мерцанием голограмм. Кайла склоняется над ней – её лицо, когда-то знакомое и мягкое, теперь покрыто серебристыми прожилками, словно под кожей пульсирует жидкий металл. Холодные губы касаются лба Люси.

– Спи, 7-Эпсилон. Завтра мы идём к звёздам.

Дверь медотсека с шипением раздвинулась. В проёме возник Джейк, его пальцы сжимали распечатку – лист бумаги смят по краям, будто он не смог сдержать свою хватку. Его взгляд перебегал от Анны к Люси, и в его глазах читалось нечто, балансирующее между ужасом и озарением.

– Мы проверили её анализы, – его голос был хриплым, будто он долго не говорил. – Это не просто модифицированная ДНК…

Лира подхватила лист, пробежала глазами по строкам – и её лицо стало пепельным.

– Она гибрид, – прошептала она. – Человек и… то, что было на Хребте.

Тишина повисла в воздухе, густая, как космическая пустота за обшивкой корабля. Даже машины, казалось, замерли, будто сама реальность затаила дыхание перед открывшейся бездной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.