Сан Моди
Далида. Нити судьбы

Сан Моди

Далида. Нити судьбы

Глава 1

Тит быстрыми шагами поднимался по ступенькам замка Нэй.

– Предупреди всех рыцарей и командиров, что вечером срочный военный совет, – говорил он шагающему вслед за ним молодому мужчине, – к Палхому едешь со мной. И еще… – он остановился и посмотрел на своего спутника, – собери с дюжину рыцарей. Они будут нас сопровождать до дворца. Я больше не собираюсь глазеть на сырые стены темницы Палхома. Пусть они будут готовы, на случай, если что-то пойдет не так.

– А мне показалось, что ты неплохо тогда отдохнул. Пара месяцев безделья тебе, вроде, даже на пользу пошли, – ответил тот, вновь последовав за Титом вверх по ступенькам.

– Мне теперь не до безделья… Савр… А ты знаешь, что я женат?

– Что? Женат?! – теперь от удивления остановился Савр. – И угораздило же тебя! И кто эта несчастная?

Тит развернулся на ступеньках и пристально посмотрел на озадаченно недоверчивое лицо товарища.

Савру было около двадцати пяти лет. Был он светловолос и приятен на вид, но резко очерченные скулы и волевой подбородок выдавали в нем человека твердого и даже где-то упрямого. А вот светлые глаза с легким прищуром и постоянная полуулыбка на лице часто вводили незнающих его людей в заблуждение. На первый взгляд, он создавал впечатление вечно ухмыляющегося простачка, каково же бывало удивление некоторых, когда при любой беседе он проявлял удивительную образованность, острый ум и невероятную проницательность.

Ростом молодой мужчина был повыше Тита, но примерно равного с ним сложения. Одет достаточно неброско, можно сказать, даже просто. Но торчащие из-за спины две кривые сабли и кинжалы, красовавшиеся на его широком поясном ремне, без слов внушали уважение любому оппоненту.

– При первой же возможности я тебя с ней познакомлю, – отвечал Тит на шутку товарища, – вы точно понравитесь друг другу… Это Далида Майён из Мадары.

– Это та девушка, что помогала тебе открыть дамбу?

– Именно.

– Мне кажется, я видел ее при нашем отъезде из Сирта. Вы тогда так мило прощались друг с другом.

– Ты подсматривал?

– Я наблюдал!.. Чуешь разницу?

Тит хмыкнул.

– Ну-ну… наблюдатель…

Наконец, мужчины добрались до нужной двери и вошли в огромный кабинет Тита.

Длинные, высокие стеллажи сиротливо глядели на своего хозяина, скучая по рядам книг, совсем еще недавно наполнявших все эти полки снизу доверху.

На большом столе лежали раскрытые карты и небрежно разбросанные листы бумаги с записями, заметками, навигационными и топографическими набросками.

Тит, подойдя к столу и порывшись в картах, достал нужную и развернул ее перед Савром.

– Как писал Палхом, затолы продвинулись здесь, – он склонился над картой и ткнул пальцем у края границы королевства Лидар.

– Да подожди ты с картами! – остановил его Савр, подошедший с противоположной стороны стола. – Я все про девушку думаю. Ты что, ее колдовством каким приворожил? Или… – рыцарь пристально смотрел на друга, – я надеюсь, ты силком ее из дома не уволок?

Тит, все еще продолжавший разглядывать местность на карте, наконец поднял голову и со свойственной ему довольной улыбкой посмотрел на товарища.

– … Не-е-ет! – воскликнул Савр. – Не может быть! Да она тебя, должно быть, ненавидит?!

– Надеюсь, что нет…

– Что-то я сильно сомневаюсь… А при первой возможности, обещаю, я помогу ей сбежать от тебя! – шутливо прищурившись, пригрозил Савр.

– Только подойди к ней…

– Что значит «только подойди»? Еще минуту назад ты обещал нас представить друг другу. Где логика? Или ты через замочную скважину в дверях предлагаешь нам познакомиться?

– Меня это вполне устроит, – спокойно продолжал парировать барон.

– А девушку это устроит? Или ты так боишься, что она сбежит, что собак цепных готов к ней приставить?

– Неплохая идея. Как вернусь в Нэйди, так и сделаю.

– Ну, меня это не остановит, ты знаешь.

Тит наклонился над столом и схватил Савра за ворот рубахи. Он подтянул рыцаря к себе и, не отрывая от него взгляда, тихо проговорил:

– Она жена мне… Не вздумай встревать… Иначе я все твои крылышки подрежу… Умник…

Барон отпустил ворот Савра и выпрямился.

– Я так и знал, что ты на самом деле злой самодур и больной ревнивец, – демонстративно отряхивая рубаху, проговорил Савр. – А все твое благодушие – это так… Пыль в глаза…

– Смотри, не расплачься, неженка.

– Даже не надейся, не доставлю тебе такого удовольствия!

Тит хмыкнул и довольно улыбнулся.

– Так что? Теперь о деле? – спросил он уже более серьезным тоном.

– Да, я весь в твоем распоряжении, – подхватил Савр серьезный тон Тита. – Рассказывай, что там у тебя?

Глава 2

Через два часа после этого Тит и Савр уже стояли возле дверей приемной залы Палхома, в ожидании аудиенции.

– Сделай лицо попроще, – проговорил Тит, намекая на извечную улыбку Савра.

– Я что, девица на выданье, чтобы мне подстраивать свою физиономию под каждого? А кому не нравится, может и не смотреть.

– Мы к государю пришли, не в харчевню же.

– Так лучше?.. – Савр натянул фальшивую широкую улыбку, обнажив два ряда белоснежных зубов.

– Шут гороховый… – со смешком ответил Тит. – Идем уже…

Чопорный королевский лакей распахнул перед мужчинами двери, и они вошли в залу.

Палхом сидел на полагающемся королю месте, встречая Тита и Савра чуть горделивым и слегка заносчивым взглядом.

Друзья отвесили сдержанные поклоны, ожидая, когда Палхом заговорит первым.

– Я рад, что ты так быстро прибыл, – обратился король к Титу. – Полагаю, это означает, что наши договоренности остаются в силе?

– Я выполню свою часть обязательств, ваше величество. Но прошу вас припомнить один важный пункт в нашем договоре, который позволяет мне покинуть Лидар в любое время.

– Ты все же решил навсегда покинуть королевство?

– Да. Теперь у вашего величества есть сильный союзник в лице вашего зятя, короля Мадары. Я же, в свою очередь, наведу порядок на границе и распущу дружину. Кто из рыцарей пожелает, сможет пойти на службу вашему величеству, если вы, разумеется, примете их. А другие же, при желании, смогут последовать за мной. В течение трех-четырех месяцев все мои люди покинут замок Нэй и поселения вокруг него.

Палхом сдвинул брови. Присутствие Тита и его дружины в королевстве целиком и полностью обеспечивало его безопасность. Но происшедшие с Аленс события всколыхнули в Палхоме гнев и негодование на барона. Теперь перед королем стояла дилемма: простить его и обезопасить страну (ведь Палхом прекрасно понимал, почему Тит уезжает), или оставить все как есть и надеяться на помощь Аргира в случае дальнейших нападений на границы.

Подумав, король выбрал второй вариант.

– Хорошо, – ответил он. – Я доверяю твоему слову и чести рыцаря и уверен, ты исполнишь все, что обещал, прежде чем покинешь Лидар.

– Не беспокойтесь, ваше величество, мы выступим в самое ближайшее время и отбросим затолов на их земли.

Король кивнул и, сделав знак, что аудиенция окончена, горделиво и величественно удалился.

Мужчины же, выйдя из приемной, направились к ожидающим их товарищам, обсуждая свои дальнейшие планы.

– Отправляемся малой группой, как и решили, – проговорил Тит, обращаясь к Савру. – А на рассвете атакуем затолов и уничтожим все их укрепления. На совете я скажу, кто будет отвечать за переселение, и решим еще ряд вопросов. Как приедем, пришли ко мне гонца. Я напишу письмо Далиде.

– Думаешь, она без тебя скучает?

Тит на секунду задумался, подняв глаза на Савра.

– Я скучаю… Хотя тебе, вольной птице, вряд ли это понять…

– Пфф… Куда уж нам, приземленным, до ваших высоких чувств… Впрочем… Мне и так неплохо живется, без этой всякой чувственной галиматьи… – с театральной маской брезгливости ответил Савр.

Мужчины запрыгнули в седла, и вся кавалькада направилась в Нэй.

Глава 3

Далида сидела у окна, уставившись пустым взглядом на невысокие, покрытые лесами, зеленые горы. Она была целиком погружена в свои мысли и поэтому не сразу услышала, что в ее дверь постучали.

– Госпожа… – голос дворецкого и повторный стук выдернули девушку из задумчивости.

– Войди, Ральф, – отозвалась она.

– Госпожа, только что прибыл посыльный от господина барона. Он ждет вас внизу.

Далида сорвалась с места, едва не сбив стоявшего у дверей дворецкого, и помчалась вниз. Здесь ее дожидался уставший юноша в дорожном плаще. Слегка склонив голову, он протянул девушке запечатанный конверт.

Ли, словно изголодавшийся за хлебом, с жадностью схватила конверт и быстрым движением вскрыла его. Но, пробежавшись по первым строчкам письма, она подняла смущенный взгляд на дворецкого и поспешившего прийти сюда Юна, который, услышав о прибытии гонца, тут же оказался возле девушки.

Чуть растерянно она отошла на пару шагов и повернулась к ним спиной, чтобы ни один из мужчин не смог стать свидетелем эмоций, которые так естественно и даже предательски проявлялись на ее лице.

Глаза Далиды вновь быстро побежали по ровным строчкам письма, то и дело вводя девушку в легкую, а то и сильную краску.

«Я скучаю по тебе! Безумно скучаю! Скучаю так, что хочется бросить все и примчаться к тебе, оседлав ветер.

Сладость твоих губ до сих пор хранит моя память, но я в жестоком отчаянии от того, что не могу вновь к ним прижаться!

Меня съедает невыносимая тоска от того, что я не могу ни увидеть тебя, ни услышать твой голос, ни даже хотя бы шаги!

Об одном сейчас все мои прошения к судьбе и провидению: чтобы эта разлука длилась совсем недолго.

Нет у меня более сильного желания, чем заключить тебя в объятия и больше никогда, никогда не отпускать.

Наверно, ты сейчас снова посмеешься, но я с ума схожу от того, что ты так далеко!

Все, что я хочу говорить и писать тебе, – это о своей безумной, бесконечной любви к тебе!

Но, к сожалению, гонец ждет за дверью, и я вновь вынужден вернуться к делам…»

– Ти-и-ит… – протянула Далида, стараясь сохранять ровное дыхание, которое то и дело норовило остановиться.

«… Я объявил Палхому о том, что навсегда покидаю Лидар, и мои люди (разумеется, только те, кто захочет) уходят со мной.

Земли, принадлежащие нашему замку Нэйди, довольно обширны, можно построить несколько поселений. Я прошу тебя заняться этим…»

– Что? Ты верно шутишь? Я же ничего в строительстве не смыслю! – искренне удивилась Далида.

«…Посыльный передаст тебе также письмо для князя Карит-Алима с моим прошением на обоюдовыгодных условиях разрешить строительство поселений. Прошу тебя, посети князя и передай мое прошение. И как только он даст свое согласие (в этом я уверен), сразу займись планированием и строительством…»

– Ну, передать письмо князю не так уж и сложно. Но вот все остальное… Тит, не слишком ли много ты от меня ожидаешь?

«… Первые переселенцы выдвинутся через два-три месяца. Сколько их будет, тебе сообщит Валтасар, его я назначу отвечающим за переселенцев.

Я верю в тебя, Ли. У тебя все непременно получится…»

– Это, конечно, очень мило, что ты веришь в меня, но я действительно ничего не понимаю в такого рода работе!

«… Сегодня ночью мы выступаем к границе. В успехе нашего похода я уверен. А как только укрепим заставу, я сделаю все, чтобы вернуться домой, потому что каждый день, проведенный вдали от тебя, – это пытка.

Я люблю тебя, Ли. Безумно люблю!

Твой супруг, Тит Кабнэй».

Далида вновь залилась румянцем и, чуть помедлив, чтобы восстановить цвет лица, повернулась к ожидавшим ее мужчинам.

– У тебя должно быть письмо к князю, – обратилась она к гонцу.

Тот кивнул и протянул второй пакет.

– На сегодня ты свободен. Ральф распорядится, чтобы о тебе позаботились. Ступай.

Далида перевела взгляд на терпеливо ждущих Юна и дворецкого.

– Нас ждут большие перемены. Господин барон устраивает «великое переселение» … – девушка немного помолчала и продолжила: – Нам нужно многое обсудить. Ральф, распорядись о посыльном и подойди в библиотеку. Мы с Юном будем там.

Глава 4

Как и предполагал Тит, их неожиданное нападение на рассвете обескуражило врага. Ощущавшие себя в полной безопасности затолы не смогли оказать даже малого сопротивления небольшому отряду Тита. Противник был наголову разбит, но уцелевшим все же дали возможность бежать.

Форпост затолов разрушили, и на этом месте поставили небольшое укрепление и заставу.

В работах и ожидании лидарийских пограничных отрядов прошло около двух месяцев.

С каждым днем нетерпение Тита росло. Он жаждал возвращения домой, к Далиде, высчитывая дни и часы до отъезда.

– Последний лидарийский отряд прибудет на днях, – как-то обратился он к Савру. – Останется лишь передать им заставу и кое-что из имущества. Ты этим и займешься.

– Я? – удивился Савр. – Это почему еще?

– Потому что я планирую завтра уехать.

– Подожди. Как это уехать? Куда уехать?

– В Карит-Алим.

– Но всего несколько дней, максимум неделя, и мы все сможем выехать туда. К чему такая спешка?

– Не могу больше, Савр! Каждый день для меня словно год! Я хочу ее видеть, слышать, об…

Тит запнулся, глядя на озадаченное лицо товарища.

– Но ведь больше двух месяцев прошло с тех пор, как ты уехал из Нэйди. Что может изменить неделя? Разве чуть подождать так сложно?

– Меньше чем за неделю я доберусь до Карит-Алима.

– Меньше чем за неделю?! Да ты сотню лошадей загонишь.

– Я знаю, как нужно обращаться с лошадью, не беспокойся.

– Все же я не понимаю… Но раз уж ты так торопишься, то хоть возьми с собой двух-трех человек. Так будет безопаснее.

– Они будут мне только обузой. Один я быстрее доберусь.

– Упрям, как осел!.. Но, видать, мне тебя никак не переубедить…

– Рад, что ты это понял.

– Ну что могу сказать?.. Собирайся, раз уж решил.

Савр хлопнул Тита по плечу и, развернувшись, зашагал прочь, по пути раздавая указания караульным и солдатам.

Едва забрезжил рассвет, как Тит уже был в седле. Распрощавшись с товарищами, он пришпорил лошадь и, словно на крыльях, понесся, покрывая милю за милей, туда, где, как он надеялся, его ждали.

***

Пейзажи быстро сменяли друг друга, дорога мелькала перед глазами, но Тит ничего не замечал ни перед собой, ни вокруг. Снова и снова пришпоривая лошадь, он торопился добраться домой.

Впереди показалась большая развилка с высоким каменным истуканом. Зная свою дорогу, барон уже направил туда лошадь, но, промчавшись мимо истукана, резко ее осадил.

– Я совсем забыл про песчаных людей, – пробормотал он, медленно подъезжая к центру развилки. Отсюда до пустыни пара дней пути… Когда еще я смогу сюда вернуться? И захочу ли вновь расстаться с Далидой?..

Тит медлил, размышляя, куда же ему ехать: устремиться в Карит-Алим, куда его сердце так безудержно рвется, или свернуть в сторону Мадары и дальше в пустыню, где ждут своего освобождения песчаные люди.

В конце концов, он принял решение и дернул повод.

– Нужно просто сделать это и быть свободным от данного обещания. И уже больше ничто не разлучит меня с Ли!

Его лошадь, почувствовав понуждение всадника, вновь пустилась в галоп, сокращая расстояние до Великой пустыни.

***

Еще практически безжизненная, только-только начавшая возрождаться степь встретила Тита на пути к территориям песчаных людей. Приближаясь к пустыне, он не без удивления оценил, насколько далеко отбросил водный поток песчаных людей. Отпустив повод, барон пустил лошадь шагом и погрузился в воспоминания, с особой нежностью рисуя в них образ любимой. Ее глаза, губы, волосы, голос – все было таким желанным, но сейчас таким далеким.

Подъехав к самой линии песка, он выпрыгнул из седла и отпустил уже уставшую лошадь. Резко очерченная граница между песком и степью в обе стороны тянулась далеко за горизонт. Хоть песчаные люди сейчас спали, но ни путников, ни даже зверя в этих местах не было.

– Ваше время пришло, – тихо проговорил Тит, подойдя к краю песков.

Он задумчиво еще раз окинул взглядом бескрайние песчаные владения, вспомнил рассказ отца о событиях давних и скорбных и, словно набираясь решимости, глубоко вздохнул. Одежды его поменялись с пыльного дорожного камзола на алую с золотом тунику. Но Тит еще медлил, изо всех сил стараясь совладать с нарастающей тревогой. Наконец, словно стряхнув с себя бремя, Странник ступил на песок.

В этот самый миг, словно тысячи игл, пронзили его тело. Тит закричал от нестерпимой боли. Его ноги стали рассыпаться на песчинки, но божественная сущность Странника противилась этому, собирая тело обратно. Проклятие песка вновь раздирало тело Тита на песчинки, и оно вновь собиралось обратно, чтобы затем снова рассыпаться.

Крики от немыслимой боли, казалось, наполняли всю пустыню, пробуждая песчаных людей.

Сколько длилось это истязание, Странник не понимал. Все, что он хотел сейчас, – это просто умереть. Голос разума заглушала агония боли.

– Умереть! Я хочу умереть! – кричал Странник, истекая кровью.

Его вопли постепенно переходили в глухой хрип, а хрип – в еле слышный стон. Потеряв сознание, он рухнул на песок.

Очнулся Тит в мокром от собственной крови песке. Чуть поодаль колыхались песчаные люди, не делая попыток подойти к человеку. Прилагая невероятные усилия, Титу все же удалось подняться. Тело его перестало рассыпаться, и боль немного отступила.

– Я Странник, тот, кто дает свободу от любого проклятия, – прохрипел он, едва удерживаясь на ногах.

Мощный поток света обрушился с неба на землю, обдав Странника золотым и серебряным сиянием. В мгновение ока он вырос до невероятных размеров, так что едва ли не заслонял собой солнце, а его тень накрыла добрую половину пустыни.

Странник сделал движение пальцами, и в его руках появился длинный свиток, исписанный до самого конца…

Глава 5

Все поручения Тита Далида пыталась исполнить с присущей ей прилежностью. Попасть на аудиенцию к князю оказалось делом простым. И, как полагал Тит, князь, недолго думая, согласился на строительство поселений вокруг Нэйди, потому что встречные предложения барона были весьма и весьма выгодны для князя, да и всего княжества.

Далида, ясно осознавая свою несведущность в вопросах градоустройства и прочих тонкостях строительного дела, воспользовалась благосклонностью князя, советуясь с ним и обсуждая важные и не очень вопросы этого масштабного предприятия.

Тот же, в свою очередь, оказывал ей посильную помощь и поддержку в любом вопросе, какой бы ни возник. Не лишним будет сказать, что девушка приобрела в глазах князя особое к себе благорасположение.

Князю, а звали его Низман Нисари, было тридцать лет от роду. Он был довольно сдержан, немногословен и даже отчасти скрытен. Но лишь те, кому Низман бесконечно доверял, могли оценить по достоинству его благородство и глубокую рассудительность. Были у князя, как у любого другого человека, и свои недостатки. Порой он так долго терзался, принимая важные решения, из боязни ошибиться, что создавал впечатление нерешительного, а где-то даже слабого правителя. Однако это было впечатлением ложным. Низман всегда был непоколебим и тверд в исполнении задуманного.

Взгляд его темных, почти черных глаз был приятен и мягок, и женщины, вне зависимости от сословия, неистово желали хоть раз поймать его на себе. Князь не был женат. Имея вокруг себя общество признанных красавиц, он все же не связывал себя узами брака, считая, что не всякая красавица достойна быть его спутницей.

А вот Далида князю очень приглянулась. По приезду, будучи представленной ему лишь однажды, она произвела на князя большое впечатление. И теперь, проводя с ней немало времени, его восхищение девушкой лишь усиливалось.

Привыкший к другому сорту всегда окружавших его женщин – напоказ кротких и покорных, за спиной плетущих интриги, завистливых и циничных, он проникся к Далиде неподдельной симпатией, видя в ней искреннего и открытого человека. Девушка никогда не делала попыток понравиться князю или кокетничать с ним. Она могла позволить себе шутить в его присутствии или высказать собственную точку зрения, что было для Низмана совсем в диковинку и вызывало в мужчине искреннее чувство умиления и даже влюбленности.

И по этой самой причине порой князя одолевала досада, что Ли замужем и у него нет возможности видеть ее рядом с собой в качестве супруги.

Далида же не замечала особого к себе отношения со стороны князя и приписывала все его приятному характеру.

А вот от Юна вовсе не скрылась увлеченность Низмана, поэтому он ревностно следовал за госпожой буквально по пятам, не давая возможности князю оставаться наедине с Далидой.

Так проходило время.

Было запланировано строительство трех поселений и двух дорог с небольшими развилками. Далида с Юном изо дня в день проводили время то в одном, то в другом, то в третьем строящемся поселении, контролируя работу, решая текущие вопросы или раздавая необходимые указания.

Князь, в сопровождении летописца, нередко навещал стройку, находя для этого каждый раз свои собственные убедительные обоснования. Далида всегда была с ним уважительна и учтива, а Юн, понимавший подоплеку, сдержан и нелюдим. Впрочем, как и полагается главе княжества, Низман не обращал на юношу ни малейшего внимания, считая его равным любому другому имуществу в замке Тита и Ли.

В один из таких дней, когда Далида с Юном осматривали новое поселение, а присоединившийся к ним князь рассказывал Ли о важности правильно спланированных улочек, девушке внезапно стало плохо. Она резко побледнела и, застонав от боли, потеряла сознание, упав к ногам Низмана.

– Ли! Что с тобой? – не на шутку встревоженный князь присел рядом и взял девушку за руку.

Далида в ответ лишь глухо стонала от боли.

Юн, с нервным беспокойством тут же подсев к Далиде, стал нащупывать ее пульс, одновременно приложив другую руку на лоб девушке.

– У нее жар и частое сердцебиение. Я отвезу ее в замок.

– Я пришлю своего лекаря, – с искренней тревогой ответил Низман.

Глава 6

Состояние Далиды вызвало большое волнение среди всех домочадцев замка. Дней шесть она мучилась в бреду и горячке.

Личный лекарь князя посещал девушку не меньше чем два раза в день, отчитываясь перед господином о ее здоровье.

Девушку поили отварами, микстурами и прочими лекарственными снадобьями. Благодаря общим усилиям Ли все-таки пошла на поправку, и на девятый день она наконец пришла в себя.

– Что со мной случилось? – тихо прохрипела Далида, разбудив задремавшую возле ее постели сиделку.

– Госпожа! Госпожа! Вы проснулись! – затараторила женщина. – Ох… Я Ральфа позову… Нет… Как вы себя чувствуете? Нет, все же крикну Ральфа….

Бедная женщина металась от постели девушки до дверей и обратно, не зная, как ей поступить.

У Далиды болела голова и ломило все тело, а от беготни и взволнованных причитаний сиделки застучало в висках.

– Да угомонись же ты! – выдохнула Ли. – Объясни наконец, что произошло.

– Уж без малого как дней десять вы, госпожа, в горячке и бреду лежите… Слава небесам, жар спадать начал несколько дней назад, а сейчас, вот, и в себя пришли.

– От чего жар был?

– Никто не знает, госпожа. Князь своего лекаря прислал, а Юн ему помогал. Но лекарь так и не смог понять, что с вами приключилось… То ли болезнь какая напала, то ли съели что-то…

– Десять дней, говоришь… Хорошо… Скажи дворецкому и Юну, что я в себя пришла… Но пусть не приходят ко мне… Я… отдохнуть хочу…

Далида закрыла глаза и погрузилась в полузабытье.

Прошло еще несколько дней, и теперь Ли стала быстро поправляться. Она разрешила Юну и другим навещать себя, стала подниматься с постели и выходить из комнаты.

Все это время, опасаясь ненужных кривотолков, князь справлялся о здоровье Далиды лишь у лекаря, через него же передавал ей и пожелания скорейшего выздоровления.

***

– Ваш чай, госпожа, – расставляя изящные чашечки на небольшом столике в комнате Далиды, проговорила молодая, темноволосая служанка.

– Хорошо, можешь идти, Бэтти.

Далида взяла в руки чашку, а другую придвинула Юну, сидящему напротив.

– Пей, не смущайся… Так что, строительство, говоришь? Все идет по плану?

– Да. Плохая погода в эти дни немного нас задержала, но, думаю, мы успеем.

– Валтасар писал, что первые переселенцы выезжают в середине месяца, то есть буквально на днях… Если учесть количество обозов и пеших людей, то можно предположить, что идти они будут месяца полтора-два. Как думаешь, к тому времени мы сможем закончить большую часть работ?

– Закончим. Лишь бы погода не подвела.

Далида молчала. Слова Юна пролетели мимо ее ушей. Девушка собиралась с мыслями и подбирала слова. Она отхлебнула немного из чашечки и поставила ее на стол.

– Я никому это не говорила… – вполголоса сказала Ли, устремив взгляд мимо Юна. – Я думаю… что-то случилось с Титом…

– С господином? – встревожился Юн. – Почему?

– Когда я болела, меня мучили странные кошмары… – Далида посмотрела Юну в глаза. – В них Тита разрывало на части, и потом…

Неожиданный стук в дверь заставил Ли и Юна вздрогнуть. Напряжение стремительно ворвалось в комнату.

– Госпожа… – проговорил дворецкий.

– Войди, Ральф.

Вошедший Ральф был бледен и встревожен.

– Что случилось? – еле сдерживаясь от крика, спросила Ли.

– Приехал гонец с лидарийской границы, к… к…

– К кому, Ральф?

– К господину барону.

– Что? – в два голоса вскрикнули Далида и Юн.

– Где он? – спросила Ли.

– Здесь, госпожа.

– Пусть войдет!

Ральф выглянул за дверь и сделал знак ожидающему гонцу. Тот, ничего не говоря, вошел в комнату Далиды.

– Письмо! – требовательно проговорила девушка, протягивая руку.

– Оно для господина барона, – спокойно ответил посыльный.

– Господина барона нет в замке, и все вопросы решаются только через меня, – сухо и строго сказала Ли. – Письмо! – она вновь протянула руку.

Гонец все еще колебался.

– Не дашь сам, заберу силой. И, поверь, сделаю это с большим удовольствием!

Посыльный уловил металлические нотки в голосе Далиды и, подчинившись, достал конверт из-за пазухи и вложил его в руку девушки. Та рывком сорвала печать и, развернув письмо, быстро прочитала:

«Приветствую, друг!

Надеюсь, ты в добром здравии наслаждаешься тишиной и теплом домашнего очага.

А вот у меня ситуация иная…

Последний лидарийский отряд прибыл. Но внезапно сложились обстоятельства, о которых я расскажу тебе по прибытии.

Сейчас же пишу, чтобы предупредить тебя о том, что планы на наше возвращение сдвигаются на некоторое время.

Как только будем выступать, пошлю гонца.

Савр Рис».

– Это от Савра, – проговорила Далида в сторону мужчин. – Он пишет, что их приезд откладывается. И об этом он предупреждает Тита…

Она подняла глаза на посыльного.

– Когда ты выехал из лагеря?

– Неделю назад.

– Господина барона тогда уже не было на границе?

– Нет.

– Когда он уехал?

– Дней за десять-двенадцать до моего отъезда.

«За это время он мог приехать в Нэйди и вернуться обратно на границу», – подумала Ли.

– Кто его сопровождал? – обратилась она вновь к гонцу.

– Господин барон уехал один.

Сердце Далиды замерло.

«Сумасшедший! Что же с тобой случилось?»

– Господин барон не возвращался в Нэйди, – глухо проговорила она.

Теперь удивился посыльный.

– Как не возвращался?.. Но ведь…

– Вот именно… Послушай, ступай, отдохни сейчас. А утром возвращайся на границу. Я напишу Савру сама.

Гонец кивнул и вышел. Ральф, поймав знак Далиды, вышел следом.

Глава 7

Остаток дня и несколько следующих Далида провела в размышлениях о том, что же ей делать дальше.

Теперь она вздрагивала при любом шуме, стуке, или топоте копыт, торопясь узнать, возможно ли, это добрые вести о бароне. Но дни шли, строительных работ прибавилось, судьба Тита оставалась неизвестной, а Ли не решалась принять какое-либо решение.

Когда лекарь позволил Далиде недлительные поездки, девушка в сопровождении Юна поспешила отправиться на строительство поселений.

Она слушала старшего мастера, уставившись в пустоту, и время от времени невпопад кивала головой, дабы придать себе некую заинтересованность, но мысли о муже не оставляли ее ни на секунду.

Низман же, узнав, что Ли отправилась на осмотр строительных работ, поспешил к ней присоединиться. Всю дорогу он не сводил с девушки глаз, видя ее потерянный вид и зная о том, что Тит пропал, изо всех сил пытался придать глазам сочувствующее выражение, что периодически ему все же удавалось.

Это была первая их встреча после болезни Ли. И теперь князь решил поговорить с Далидой и ожидал подходящего момента.

И вот, момент подвернулся. Низман отправил сопровождавшего его писца по какому-то незначительному делу и обратился к Далиде.

– Госпожа Ли, мне нужно с тобой поговорить, – князь многозначительно взглянул на Юна, но тот сделал вид, что ничего не понял и отвернулся, оставшись рядом с девушкой.

Погруженная в свои мысли, Далида не обратила внимания на слова князя.

– Госпожа Ли! – чуть громче повторил Низман.

Далида очнулась от размышлений, вопросительно взглянув на князя.

– Я хочу поговорить с тобой… Без посторонних…

– Конечно, светлейший князь… – согласилась Ли, не сразу поняв, что Юн ни в какую не хочет удалиться.

Наконец, проследив за взглядом Низмана и увидев насупившегося Юна, девушка сделала ему знак.

– Юн, оставь нас.

Парень еще чуть помедлил и нехотя отъехал в сторону, но так, чтобы Ли и князь оставались в поле его зрения.

– Прекрасная леди, – начал князь, пустив лошадь шагом и вынуждая Далиду последовать за ним, – возможно, наш разговор будет сейчас не совсем уместен, но тянуть более у меня нет желания.

– Что-то случилось, светлейший князь?

– Да. Я намерен наконец-то жениться, поскольку нашел ту, которая сможет не только меня сделать счастливым, но и поможет мне в правлении над Карит-Алимом.

– Князь женится? О, это прекрасная новость!

– Дело в том, – продолжил Низман, – что я полюбил эту девушку, но не знаю, как она отнесется к моему предложению…

– О, поверьте, светлейший князь, девушка непременно ответит вам взаимностью! Ведь вы достойный правитель, прекрасный человек и, простите, очень привлекательный мужчина. Откройтесь ей. Уверена, она будет счастлива.

– Это особенный случай…

– Ну, раз особенный… Возможно, тем более вам нужно с ней объясниться.

– Хорошо… И как мне ей об этом сказать?

– Я не сильна в подобных вопросах и удивлена, что вы со мной советуетесь.

– Может, просто так и спросить ее? Прямо?

– Возможно.

– Госпожа Ли, ты выйдешь за меня замуж?

Ошарашенная Далида распахнула глаза. Ее удивление было столь велико, что девушка даже ушам своим не верила. Может, князь на ней тренируется? Или, скорее всего, она что-то неправильно поняла.

– … Э-э-э… гм-м-м… Светлейший князь… – наконец собралась с мыслями Ли. – Вы репетируете? Хотите узнать, как отреагирует девушка?

– Нет. Я прошу тебя стать моей женой.

– Князь! Это совершенно невозможно! Я замужем!

– Но разве господин барон тебе настоящий муж?

– Что?.. – Далида в непонимании взглянула на Низмана.

– Когда ты упала в обморок и я послал к тебе своего лекаря, мы все были уверены, что ты беременна и оттого с тобой случился приступ. Но оказалось, что…

– Князь! Это уже слишком! – воскликнула девушка, бросив на него злой взгляд и еле сдерживая порыв ответить грубостью.

«Да что же вы все заглядываете в мою постель?!» – тяжело дыша от негодования, думала Далида. – «Какое всем вам дело?! Неужто я кому чем обязана?!»

– Послушай, Ли. Все, что я говорил, действительно правда! Я полюбил тебя и искренне восхищаюсь тобой. И я никогда и ни на что не надеялся, полагая, что ты навсегда принадлежишь барону. Но разве можно назвать ваши отношения браком? Как любящий муж ни разу не приласкал свою жену? Значит, ваш союз и не союз вовсе! И значит, я могу надеяться на твою взаимность. Не ты ли сама только что описала мои достоинства? Значит, ты их видишь! И тем более сейчас, когда Тит, скорее всего, погиб, и ты совершенно свободна.

– Он не погиб… – прошептала Далида.

Юн, наблюдавший со стороны за разговором, увидев, что князь и Далида остановились и что напряжение между ними нарастает, пустил лошадь шагом и стал медленно к ним приближаться.

– Я сомневаюсь… – продолжил князь. – При его опыте вряд ли что-то другое могло задержать барона в пути. Он уже не вернется, Ли. А значит, тебе нужна поддержка и защита! И в моем лице ты все это найдешь!

– Князь… – прервала его Далида, – кто еще знает, что я не-е-е… Ну, вы понимаете?..

– Только я и мой лекарь…

– И на том спасибо… Я прошу вас, пусть это так и останется в тайне… пожалуйста…

Князь согласно кивнул.

– И вот еще что… – продолжила девушка, – Тит не погиб. Слышите? Он жив…

Она развернула лошадь и, пришпорив ее, помчалась в Нэйди, не обращая внимания на присоединившегося к ней Юна. А князь еще долго, с сожалением и горечью, продолжал смотреть вслед удаляющейся девушки.

Глава 8

Приехав домой, Ли не находила себе покоя. Она металась по саду, вышагивала по пляжу, отмеряла расстояние от своей двери до своей кровати, но досада и раздражение лишь нарастали.

Выскочив из комнаты, девушка снова решительно направилась к лестнице, чтобы потом спуститься к пляжу, но, неожиданно для самой себя, остановилась возле дверей в покои Тита.

Чуть помедлив, она взялась за ручку и тихонько приоткрыла дверь. Ее сердце почему-то замерло, и, задержав дыхание, Ли шагнула внутрь и быстро закрыла за собой дверь, словно воришка, боящийся, что его вот-вот застигнут.

Покои Тита не выбивались из общего стиля внутренних убранств замка. Все здесь было сдержано и немного строго, без излишеств. Несмотря на большую библиотеку, имеющуюся в замке, в комнате Тита также стояло множество стеллажей, плотно заполненных книгами разных размеров. Далида медленно прошлась вдоль полок, ведя пальцами по обложкам. Подошла к камину, который уже растопили, потому как ночами становилось сыро и прохладно. Окинула взглядом небольшую, но великолепную коллекцию оружия, висящую над канделябрами, украшающими камин. Задержала взгляд на золотой подвеске в виде мчащейся лошади, что передал Титу Сумер, и не спеша подошла к большой кровати Тита. Девушка тихонько присела на ее край и стала нежно поглаживать бархатистую ткань покрывала. Она утонула в воспоминаниях, потянувших ее в самую глубину нежных чувств.

Образ Тита возникал перед ней совершенно ясно и отчетливо: то в яростном сражении, то невозмутимый и спокойный. Его глубокий голос с легким придыханием звучал из самого ее сердца, и она почти ощущала его последний страстный поцелуй на своих губах.

Взгляд девушки заскользил по комнате, в надежде зацепиться за что-нибудь, что поможет унять охватившее ее трепетное волнение. Поэтому тяжелые, плотно задернутые портьеры тут же привлекли внимание Далиды.

«Не помню, чтобы с этой стороны было еще одно окно… Куда оно выходит?..»

Встав, Ли подошла к портьерам и слегка приоткрыла одну из них. Но окна там не оказалось, а во всю стену была нарисована какая-то фреска.

Далида одернула штору и невольно воскликнула. Схватив вторую, тут же одернула и ее, замерев перед открывшейся ее взору картиной.

Со стены на нее смотрела девушка, которую она знала с пеленок.

Талант художника потрясал, настолько картина была реалистична. Ли словно смотрела в зеркало, где ее отражение вдруг кратно увеличилось. Одетая в струящееся, белое с золотом платье, на фоне фонтанов прекрасного Нодра, города Титанов, Далида была на этой картине словно воплощением чьей-то мечты или неистовой страсти.

Ошеломленная, совсем позабыв о времени, не отрывая глаз, Ли внимательно рассматривала картину. Мысли, от самых безумных до самых отчаянных, безудержным ураганом понеслись в ее голове.

Спустя долгое время она наконец вновь подошла к стене и плотно задернула портьеры. Теперь Ли была совершенно спокойна и абсолютно решительна.

Твердым шагом она вышла из покоев Тита и, войдя в свою комнату, дернула звоночек, чтобы позвать дворецкого.

– Ральф, позови Юна и с ним зайди ко мне, – проговорила девушка поспешившему к ней дворецкому. – Мы с Юном сегодня же уезжаем. Я сама займусь поисками Тита!

Неожиданная новость заставила Ральфа всплеснуть руками.

– Да как же это, госпожа? Господин пропал, и вы следом за ним ехать хотите! Как же вы оставите строительство? Да и здоровье ваше… Вы только-только поправились!

– Не причитай, Ральф! – сухо ответила Ли. – Я здорова. Это во-первых. Контроль за стройкой поручу старшим мастерам, они надежные. Это во-вторых. И в-третьих, Ральф, мы найдем Тита, и все вернемся домой! Мы все вернемся домой! – разделяя каждое слово, проговорила Далида последнюю фразу.

Глава 9

Далида и Юн мчались по предполагаемому маршруту Тита, в каждом поселении выспрашивая о нем.

Наконец, удача им улыбнулась в одной из небольших деревушек под названием Осси, стоящей чуть удаленно от главной дороги. Владелец небольшого пастбища вспомнил, что примерно в то время, о котором спрашивали Ли и Юн, похожий молодой мужчина менял у него лошадь и был довольно щедр.

Убедившись, что, предположительно, это был Тит, Далида и Юн, обрадованные хорошим известием, решили поесть и передохнуть в маленькой местной харчевне, удобно устроившись в дальнем уголке небольшой залы.

– Если предположить, что Тит ехал нам навстречу, – говорила Далида, не спеша пережевывая простой, без изысков обед, – то единственное место, где он мог свернуть с пути, – это большая развилка. Сделаем так: от развилки будем доезжать до двух-трех ближних поселений и опрашивать людей. Если не будет результата, вновь будем возвращаться к развилке и продолжать поиски в другом направлении.

Юн согласно кивнул, уплетая за обе щеки все, что стояло перед ним. Новая надежда вызвала в нем зверский аппетит. Ли с улыбкой наблюдала за юношей, невольно поддаваясь желанию тоже наесться до отвала.

– Прости меня, госпожа. Могу ли я спросить? – через некоторое время обратился Юн к девушке.

– Спрашивай. Но это еще не значит, что я отвечу.

– Хорошо. В Карит-Алиме, о чем вы говорили с князем?

Щеки Далиды покрылись румянцем. Она медлила отвечать. Юну она доверяла абсолютно, но вот разговор тот был весьма на щекотливую тему…

– Я скажу, если пообещаешь никогда не говорить этого Титу.

Юн озадаченно посмотрел на хозяйку и, сделав знак, что рот его всегда на замке, проговорил:

– Клянусь! Ни слова!

– Князь звал меня замуж.

– Чего? Да что это он себе удумал?!… Хотя… Это сразу было видно, что он запал на тебя, госпожа.

– Правда? – чуть усмехнувшись, с сомнением спросила Далида.

– Конечно! Я и старался никогда не оставлять тебя с ним наедине. Ведь кто знает, что могло бы взбрести ему в голову. И вот, пожалуйста…

– О чем это ты говоришь? Я ничего не понимаю…

– Да разве госпожа сама не замечала, как он слюну от желания глотал, каждый раз на тебя глядя?

– Нет, никогда… Знаешь… – задумчиво продолжила Ли, – ведь я с детства в мужском обществе… Воспитывал меня отец, учил Бай, а дружила я с принцами… Часто бывала у отца на службе, а последние годы и сама служила… Я не могу различить и увидеть разницу между проявлениями дружбы со стороны мужчин и знаками их внимания, и ухаживаниями… Я правда думала, что князь делает это ради уважения и дружбы к Титу и ко мне…

– Я верю. Никогда не замечал за вами кокетливого взгляда или жеста. Вы не из тех, кто жеманится да заигрывает.

– Спасибо, Юн, – улыбнулась Ли. – Предупреждай меня в следующий раз, пожалуйста, чтобы я могла хоть что-то предпринять заранее.

– Хорошо.

Юн был очень доволен тем, что девушка так просто отреагировала на столь деликатный вопрос и не дала никакой надежды князю, оставшись верной его хозяину.

Они продолжили пустую болтовню, когда неожиданно в харчевню ввалился неприятного вида путник. Одет он был по-дорожному, но при этом очень хорошо вооружен. Давно небритая щетина придавала его и так злобному лицу еще более отталкивающий вид.

Мужчина обвел всех присутствующих презрительным взглядом, от которого у большинства завсегдатаев дрогнули колени.

Решив, где ему будет более удобно, здоровяк схватил за ворот сидящего посетителя и, стащив его со стула, отшвырнул в сторону, шумно усевшись на его место. Он облокотился локтем и спиной на стол и вновь обвел всех посетителей презрительным взглядом.

За здоровяком следовал испуганный, лет семи, мальчуган. Он то и дело, с нескрываемым страхом, озирался по сторонам и бросал робкий взгляд на своего хозяина.

– Перекупщики рабов приехали… – прокатился шепот по замершему в тревоге залу.

Далида заметила, как резко сменилось выражение лица Юна, покрыв его розовые щеки смертельной бледностью.

«Видно, перекупщики рабов навсегда оставили в жизни парня мрачный отпечаток…» – подумала Ли.

Сама же она никогда с ними не сталкивалась, а лишь слышала об их жестокости и варварстве.

Группы перекупщиков рабов занимались тем, что выкупали у кочевников или иных народов пленных женщин и детей, редко мужчин, и перепродавали их тайком либо открыто. Они не особо церемонились со своим товаром, и часто случалось, что их жертвы просто не доживали до своей собственной перепродажи.

Многие королевства и княжества объявили перекупщиков вне закона и преследовали их, как любые разбойничьи банды. Но все же были еще места, где они чувствовали себя достаточно свободно, а вели – достаточно нагло.

Удивляло в этих людях то, что они ненавидели и презирали своих «собратьев по ремеслу». Поэтому, когда случалось погибнуть одной из банд, другие были этому только рады, потому как одним конкурентом становилось меньше.

Глава 10

Далида, перестав жевать, пристально наблюдала за новым посетителем харчевни.

Тот небрежным знаком подозвал к себе мальчонку и приказал принести ему чарку горячительного.

Мальчик, со страхом подойдя к прилавку, где услужливый хозяин уже наполнил доверху большую кружку, взял ее и, осторожно ступая, пошел через залу харчевни. Как ни старался он идти медленно и аккуратно, все же от страха запнулся за собственные ноги. Жидкость, расплескавшись, облила и его самого, и озлобленного здоровяка, жаждавшего поскорей залить свою глотку.

– Ах ты, недоносок! – заорал мужчина и, выхватив кружку из рук мальчонки, схватил его за шиворот и швырнул так, что тот со всей силы влетел в угол и, ударившись о стену, рухнул на грязный пол, вскрикнув от боли. – Я убью тебя, паршивый мерзавец!

Здоровяк хотел было подняться со стула, но внезапно ощутил на своей шее холодное, острое лезвие.

– Еще одно движение, и я перережу твою поганую глотку, – прошипела Ли ему в самое ухо. – Отвечать не надо. Моргни, если понял.

Мужчина моргнул, шумно дыша и раздувая ноздри от злости.

– Юн! Посмотри, все ли в порядке с мальчиком?

Юн, не ожидавший бесстрашной выходки Далиды, мгновение пребывал в оцепенении, но голос девушки вывел его из ступора. Тут же подскочив к ребенку, юноша быстро его осмотрел.

– Он не ранен… Вроде…

– Слушай, ты, громила, – стоявшая чуть позади Далида вышла вперед и повернулась лицом к мужчине, не убирая лезвие меча от его горла. – Разве тебя мама не учила, как с детьми нужно обращаться?

Тот лишь с ненавистью смотрел на девушку, внутренне клянясь всем богам, что непременно ее убьет.

– Если хочешь жить… – Ли чуть склонила к нему голову, впившись взглядом в его глаза, – убирайся отсюда. И живо…

Она опустила меч и, отступив шаг назад, развернулась к мужчине спиной.

– Ах, ты стерва! – воскликнул бандит, хватая свой огромный нож и желая нанести удар в спину.

Далида, ожидавшая именно этого, сделала молниеносный выпад, и грузное тело мужчины безжизненно рухнуло на пол.

В харчевне повисла гробовая тишина. Но тут в открывшиеся двери ввалились, бурно обсуждающие что-то, еще трое бандитов. Их удивлению не было предела, когда мужчины увидели мертвое тело своего главаря, распростертое у ног девушки.

Осознав, что произошло, головорезы с громкими ругательствами бросились на Ли. Юн тут же присоединился к этой стычке, и вся зала наполнилась криками, сыплющимися проклятиями, громыханием столов и стульев и звоном мечей.

Ли и Юн, проворно прыгая с одного стола на другой, отбивали атаки бандитов, стремительно сокращая их количество.

Вся публика, что сейчас находилась в харчевне и наблюдала за схваткой, хоть и люто ненавидела перекупщиков рабов, но все же никто из присутствующих не решался прийти на помощь молодым людям.

Когда же последний противник рухнул замертво, Ли, подойдя к прилавку хозяина, бросила ему пару золотых монет.

– Это тебе за уборку… – тяжело переводя дыхание, проговорила она. – Юн, возьми мальчика. Мы уходим.

Выйдя из забегаловки, они подошли к телеге перекупщиков рабов, которая стояла тут же, недалеко от входа. Связанные по рукам и ногам, с завязанными ртами, в телеге сидели дети. Их было четверо: двое мальчишек и две девочки. Детям было примерно от десяти до четырнадцати лет. А тот, которого Юн нес на руках, был пятым и самым младшим из всех.

– Убирайся по добру по здорову, – сурово процедила Далида сидевшему здесь же молодому вознице. – И работу себе найди достойную мужчины, а не с бандитами детей продавай!

Возница, до которого прежде доносились звуки борьбы из харчевни, быстро понял – произошло нечто непоправимое. Он тут же спрыгнул с телеги и стремглав умчался прочь, куда глаза глядят.

– Клади его осторожно, – проговорила Ли Юну, поправляя солому на дне телеги.

Пока Юн укладывал мальчика, Далида срезала веревки, освобождая измученных детей.

– Где они? – спросила младшая из девочек, глубоко вдохнув.

– Ты о бандитах? Они больше не тронут вас. Не бойся, – ответила Ли. – Нужно уезжать отсюда побыстрее, – обратилась она к Юну. – Заберем их лошадей. Когда малышу полегчает, поедем верхом, так будет быстрее. Кто-нибудь из вас с телегой управится? – Далида бросила взгляд на детей.

– Я могу, – ответил старший из мальчиков и, пересев на место возницы, взялся за повод.

Далида и Юн, собрав всех лошадей, своих, и тех, что принадлежали бандитам, запрыгнули в седла и, сопровождая телегу с детьми, направились прочь из поселка.

Проехав какое-то время, вся кавалькада свернула с главной дороги в небольшой лесок и, найдя удобное место, устроилась на привал.

– Итак, теперь расскажите мне каждый о себе и откуда вы, – спросила Далида у детей, как только они были накормлены свежей дичью, что подстрелил и приготовил Юн.

– Мы с братом из селения Хаси. Это у самой границы королевства Дират… – ответил старший из мальчиков, что был теперь возницей, указывая на мальчонку чуть помладше. – Меня зовут Кеш, а его – Шат. Кочевники выкрали нас, когда мы пасли отцовское стадо овец. Стадо угнали, а нас продали этим…

– Я Энни, – проговорила младшая из девочек. – Живу в Гор-Горе. Это не очень далеко отсюда. Мы ехали не больше двух дней. Бандиты схватили меня, когда я бегала по поручению хозяйки в лавку горшечника.

– Я знаю, где находится Гор-Гор. Мы вернем тебя домой. А ты? – обратилась Ли к старшей девочке.

– Я Филария. У меня нет дома. Я сирота. Хозяин продал меня перекупщикам рабов за две кружки вина… И до завтрашнего утра я, скорее всего, не дожила бы… Мне некуда возвращаться…

Далида перевела взгляд на пламя костра, чтобы скрыть гнев и злость, охватившие ее при мысли о том, что с девочкой могло бы произойти, не вмешайся они с Юном.

– Мы и для тебя что-нибудь сделаем… Не переживай… – девушка подняла глаза на мальчугана, из-за которого был устроен в харчевне погром.

Он сильно отличался от всех четверых детей. Одет был лучше, на ногах хорошая обувь. Удивительно, что бандиты не сняли ее и не продали. Мальчик точно не был из семьи крестьян или дворовой челяди. Говор у него был особый, и вел он себя не так, как другие дети.

– Как тебя зовут? – спросила Далида у мальчика.

– Марух.

– Откуда ты?

Мальчик бросил настороженный взгляд на двух братьев и молча уставился в костер.

– Ты не можешь говорить при них? – поймала тревогу в его взгляде Далида.

Тот в ответ едва кивнул головой.

– Хорошо. Тогда помоги мне насобирать еще веток для костра. Мы здесь заночуем, а утром поедем в Гор-Гор. Юн с мальчиками займутся лошадьми и приготовят место для ночлега, а я, Марух и девочки заготовим хворост.

Отойдя немного от лагеря и не выпуская из виду девочек, Ли снова обратилась к Маруху:

– Теперь ты можешь мне сказать, откуда ты?

– Я из племени свободных кочевников, – проговорил мальчик.

– Что?! – неожиданно для самой себя воскликнула Далида. – Не может быть!

Марух бросил беспокойный взгляд на девушку. Опасаясь ее гнева, он затаил дыхание и не смел больше произнести ни слова. От мальчугана не ускользнули недобрые чувства, что отразились на лице и в глазах Далиды. Девушка отвернулась от его взгляда, изо всех сил стараясь совладать с внезапной вспышкой гнева.

Наконец, взяв себя в руки, она обернулась к Маруху.

– Где живет твое племя?

– Мое племя живет в бескрайних степях Зилидира, – с достоинством и чуть торжественно ответил малец.

«Степи Зилидира, это вроде на западе», – подумала Ли.

– Ты не похож на других ребят. Кто твои родители?

– Мой отец – глава племени Бишед, которое входит в союз двенадцати племен.

– А как ты оказался здесь?

– Один из старших воинов отца – Басур, предал нас. Он всегда ненавидел мою семью, потому что сам должен был стать вождем. Но совет старейшин назначил моего отца… Басур выкрал меня и увез в чужие земли, он хотел получить за меня выкуп и хотел занять место вождя. Но перекупщики рабов убили его. Они сами решили обменять меня на золото моего отца. А ты, что со мной сделаешь, о великая богиня войны?

Далида усмехнулась, услыхав о своем новом титуле.

– Я не богиня войны.

– Но разве женщина может победить мужчину в схватке? Да еще и не одного?

– Простая женщина не может, ты прав.

– Значит, я тебя узнал! Ты богиня войны!

– Будь я богиней, я была бы бессмертной, но это, к сожалению, не так… Давай вернемся к нашему разговору. Что это за союз двенадцати племен?

– Двенадцать кочевых племен во главе со своими старейшинами объединились для охраны и защиты своих обширных земель, – мальчик вновь заговорил горделиво и чуть нараспев. – А глава над всем союзом – великий вождь Сумер Башан.

– Сумер? – удивилась Ли. – «Тот ли это Сумер?..» – подумала девушка. – Ну-ка, взгляни на это…

Далида вытащила из-за пазухи увесистую золотую подвеску в виде мчащейся лошади.

– Откуда это у тебя? – воскликнул Марух. – Это принадлежит моему дяде!

«Час от часу не легче!» – с досадой подумала Далида. – «Он ему еще и дядя!.. Да что б ты провалился, Сумер!»

– Значит, ты знаешь моего дядю? – спросил мальчик, не дождавшись ответа.

– Получается, что знаю… «Будь он не ладен!..»

– Тогда ты точно богиня! Женщинам не позволено без разрешения даже говорить с дядей, а у тебя его украшение!

– Хорошо, малыш, пусть будет по-твоему… Богиня, так богиня… Энни! Филария! Мы возвращаемся в лагерь! – крикнула Ли девочкам.

– Но ты не сказала, что будет со мной? Ты сделаешь меня своим рабом?

Далида чуть помедлила. Она не испытывала к мальчику ни злости, ни раздражения.

– Я верну тебя родителям, – ответила она, положив руку ему на плечо.

– Ты так добра! О, великая богиня войны! – Марух склонился перед Далидой в почтительном поклоне.

«Да-а-а уж, богиня…» – усмехнулась про себя та.

– Идем, – пройдя мимо мальчика, она зашагала к лагерю.

Глава 11

Лишь только дети уснули, Юн, помешивая угли костра, обратился к Далиде:

– Ты бы, госпожа, поосторожнее была. Что с тобой случись, господин барон мне голову сразу оторвет.

– Постараюсь, но гарантировать ничего не могу, – улыбнулась Ли в ответ. – Иногда оружие выскакивает из ножен быстрее, чем я могу об этом подумать…

– Уж постарайся, госпожа, ведь неизвестно сколько мы в поисках ездить еще будем.

– Это точно… А пока детей развезем, вообще уйма времени уйдет… Но, в любом случае, у нас нет права их бросить здесь или предоставить самим себе.

– Да, детей оставлять нельзя… Я рад, что ты решила позаботиться о них. Это… это достойный поступок.

– Спасибо… Я видела, какие чувства ты испытал при виде перекупщика рабов. Зло, которое творили эти люди, наверно, еще долго будет хранить твоя память…

– Еще бы! Отвратительные люди! Жестокие и беспощадные! Как таких земля только носит?.. Была бы моя воля, я бы… – Юн замолчал и так сильно сжал кулаки, что побелели костяшки его пальцев. – Ты ложись отдыхать, госпожа, – немного успокоившись, обратился он к Далиде, – а я покараулю.

– Хорошо. Разбуди меня часа через три.

Далида укуталась в теплый дорожный плащ и уснула.

***

Ранним утром вся кавалькада отправилась в путь. Рассадив старших детей на верховых, а Маруха рядом с собой, Далида, во главе всей группы, направилась в Гор-Гор.

Добравшись до этого небольшого городка, они быстро отыскали дом Энни.

Мать девочки слегла в болезни от отчаяния больше никогда не увидеть свою дочь. Но едва детский голосок зазвенел возле дверей небольшого дома, женщина выбежала на улицу и с громкими возгласами и рыданиями принялась расцеловывать дочь.

Вскоре пришел и отец Энни. Утирая слезы радости, он раскланивался перед Далидой, не жалея слов благодарности и признательности.

После того как эмоции немного улеглись, Ли спросила хозяйку, есть ли возможность нанять надежных людей, чтобы они отвезли Филарию в Мадару. Далида решила отправить девочку в свой замок Ён, где о ней точно позаботятся.

– Но это же так далеко! – всплеснула руками женщина. – Пусть у нас остается. Мы с Энни прислуживаем в доме торговца тканями, жене его помогаем… Работы у нас всегда много. И для Филарии найдется. И сдружились девочки, вижу… Пусть остается.

Женщина взглянула на мужа, и тот согласно кивнул.

– Останешься? – обратилась мать Энни к Филарии.

Глаза девочки вспыхнули радостным огнем, и милая улыбка озарила ее нежное личико.

– Да.

– Ну вот и прекрасно! Чем мы можем отблагодарить вас, госпожа? – обратилась женщина к Далиде.

– Нам бы отдохнуть немного, детей покормить…

– О, конечно! Марис позаботится о лошадях, – она повернулась в сторону мужа. – А мы с девочками сейчас быстренько вас накормим.

Женщина, позабыв о недуге, захлопотала на кухне, где обе девочки с удовольствием суетились возле нее.

Путники были досыта накормлены и, как только почувствовали себя отдохнувшими, отправились в Хаси, где родители братьев прибывали в не меньшем отчаянии и горе, сокрушаясь о жестокой судьбе своих сыновей.

А при возвращении мальчиков жители поселения высыпали к Далиде и Юну, чтобы посмотреть на них и пожелать спасителям детей небесной защиты и спокойной дальнейшей дороги.

Глава 12

– Ну вот, еще немного, и мы вступим на земли кочевников, – проговорила Далида, когда оставшаяся троица остановилась у очередной развилки.

Девушка достала подвеску Сумера, надев ее поверх одежды.

– Хорошо, что я ее все же взяла… – пробормотала она себе под нос. – Кто бы мог подумать, что придется ею воспользоваться.

– Ты можешь не беспокоиться, великая богиня, – проговорил Марух, – кочевники не посмеют тебя тронуть.

– Это почему? – улыбаясь, спросила Ли.

– Если кто-то посмеет тронуть тебя, я прикажу, чтобы им отрубили голову! – важно ответил мальчик.

– Ты имеешь такую власть, юный вождь?

– Нет… – мальчик чуть смутился, но потом вновь гордо вскинул голову. – Но мой отец имеет!

– Мне очень приятно твое покровительство. И после твоих слов я чувствую себя гораздо спокойнее, – как можно теплее ответила Ли мальчику.

Втроем они пустили лошадей рысью и отправились к границам земель кочевников.

После того как Далида и Юн оставили братьев в Хаси, Маруха пересадили на свободную лошадь. Мальчик оказался прекрасным наездником; видно, отец его посвящал немало времени обучению сына. И теперь друзья передвигались достаточно быстро, приближаясь к родным местам мальчонки.

К тому же Марух теперь чувствовал себя достаточно раскованно, ведь рядом не осталось детей, которые могли бы его возненавидеть или презирать за принадлежность к народу кочевников.

Всю дорогу мальчик, как всякий ребенок, задавал миллион вопросов, на которые Юн и Далида ему отвечали, порой с охотой, а порой и без. Иногда Марух без устали болтал, рассказывая об укладе и традициях своего племени, а иногда, напустив на себя задумчивый вид, ехал какое-то время молча, пока Далида снова о чем-нибудь его не спрашивала.

А Далиде болтовня мальчика давала возможность незаметно для всех погружаться в свои собственные воспоминания. Перед ее глазами вставали образы Аргира и Амона, когда они были совсем еще детьми и все втроем беззаботно предавались веселым забавам, исследованиям земель возле замка Ён или открытиям потайных ходов королевского замка.

«Как была счастлива я тогда…» – подумала Ли. – «Жаль, что не всем детям так везет, как мне… И жаль, что все так быстро закончилось…»

Она вздохнула и перевела взгляд на мальчика.

– Из твоего рассказа я поняла, что ваше племя живет дальше, чем племя твоего дяди Сумера.

– Да. Мы живем на восточном приграничье.

– Послушай, Марух. Дело в том, что мы с Юном не просто так путешествуем. Мы ищем одного человека, и каждый день отсрочки может стоить ему жизни. Понимаешь?..

– Да.

– Если мы отвезем тебя к дяде, а не сразу домой, ты не будешь возражать?

– О, великая богиня войны, зачем ты спрашиваешь у меня? Поступай, как тебе лучше!

– Спасибо, юный вождь, – Далида с улыбкой отвесила легкий поклон благодарности.

– Когда я вырасту, – после некоторой паузы проговорил Марух, – я женюсь на тебе.

Далида повернулась к Юну, приподняв от удивления брови и пряча за улыбкой желание засмеяться во весь голос. Парень в ответ еле слышно хихикнул, пожав плечами на взгляд девушки.

– Ты знаешь, – медленно заговорила Ли, стараясь подобрать правильные и понятные для ребенка аргументы, – не хотелось бы тебя огорчать, но…

– И не говори мне, что ты будешь к тому времени уже старая! – пылко прервал ее мальчик. – Я женюсь на тебе, даже если ты будешь некрасивая, старая и беспомощная! Я вижу твою настоящую красоту, и старость ее не скроет!

– Мне лестно твое предложение, юный вождь… И, поверь, мне действительно не хочется тебя расстраивать… Но дело в том, что я замужем и планирую остаться со своим мужем, даже когда буду некрасивая, старая и беспомощная.

– Ты замужем? – огорчился малец. – Почему же твой муж отпустил тебя одну?

– Богиням порой позволительно то, что нельзя другим женщинам, – теперь Ли была рада новому своему званию, сославшись на которое, могла, не объясняя ничего, все же обосновать кое-что.

Марух насупился. Он явно был раздосадован обстоятельствами, которые неожиданно воспрепятствовали его искреннему желанию жениться на Далиде. Его детская непосредственность не предполагала подобного поворота.

– Настоящий мужчина должен стойко переносить отказ дамы, – тихо проговорил Юн, наклонившись к мальчику. – Выдержка и хладнокровие – главные качества великого воина.

Марух глубоко вздохнул и кивнул в знак согласия.

Друзья продолжали свой путь, быстро приближаясь к поселению племени Усар, вождем которого был уже знакомый читателю Сумер Башан.

Глава 13

До вечера путь их был достаточно спокоен. Но ночевать, для большей безопасности, решили без костра. Перекусив тем, что было, и уложив Маруха спать, Далида и Юн, сменяя друг друга, караулили их маленькую стоянку.

Ранним утром они вновь отправились в путь, но, проехав пару часов, заметили вдалеке клубы пыли от отряда кочевников, который двигался прямехонько к ним навстречу.

– Дальше не едем, – скомандовала Ли. – Юн, приготовься, от них можно что угодно ожидать.

– Они тебя не тронут, вот увидишь! – воскликнул Марух воодушевленно. – Они не посмеют!

Далида уже не улыбалась на слова мальчика, а была напряжена и сосредоточена. Она обнажила меч и широкий кинжал, став действительно похожа на богиню войны.

Юн последовал ее примеру, приготовившись отразить нападение.

Кочевники, завидя всадников, вскинули луки, но, поняв, что никто из них ни бежит, ни стреляет, пришпорили лошадей. Они стремительно приближались к маленькому отряду, а, завидя, что противники всего лишь юноша, девушка да ребенок, и вовсе расхрабрились.

С громкими криками и улюлюканьем они взяли путников в кольцо и принялись неистово кружить вокруг них, предвкушая легкую добычу в их лице.

Марух изо всех своих мальчишечьих сил кричал что-то разгоряченным от азарта кочевникам, но никто из них не обращал на него ни малейшего внимания.

Юн напряженно поглядывал на распаленные физиономии всадников, решив, что умрет, но сделает все возможное, чтобы защитить Далиду.

Девушка же смотрела на все это действо совершенно холодным взглядом. Она вдруг поняла, что ее ненависть переросла в глубокое презрение к этим лихим в своих собственных глазах мужчинам, которые уже торжествовали победу, даже не вступив в схватку.

Наконец, один из воинов, видимо старший, поняв, что их устрашение никак не действует на путников, дал знак другим остановиться. И, бряцая оружием, кочевники плотным кольцом встали вокруг Далиды, Юна и Маруха, который уже перестал кричать и, лишь всхлипывая от охватившего его отчаяния, беспомощно смотрел на воинов своего дяди.

– Кто вы такие? – спросил старший.

– Кто мы такие, тебя никак не касается, – сухо ответила Далида. – А вот мальчик – племянник Сумера. Его выкрали из дома отца.

– Как ты со мной разговариваешь, женщина? Разве тебе позволено вообще рот открывать?

– Разве твоя жена спрашивает разрешение у раба, когда разговаривает с ним?

Мужчина едва не задохнулся от злости и негодования. Какая-то сопливая девица не только позволила себе наглость заговорить с ним, но еще и при всех назвала его рабом!

– Да ты… – мужчина хотел было схватиться за саблю, но Далида оказалась проворнее, и смертоносное лезвие ее меча прильнуло к горлу противника, пустив тонкую струйку крови на шее мужчины.

Дюжина клинков тут же ощетинились и, словно блистающие шипы, устремили свои острия в сторону Далиды и Юна. Но старший дал знак, и все воины замерли.

– Откуда у тебя это? – спросил он, тыча в золотую подвеску Сумера, внезапно сверкнувшую на груди девушки.

– Это клятва твоего вождя. Тот, кто прикоснется ко мне или моим друзьям, – умрет!

– Врешь! Ты украла ее!

– Украла?.. – усмехнулась Ли, – Ну, тогда попробуй… Испытай судьбу!

Оттолкнув кочевника, она опустила оружие, демонстрируя всем видом, что любой из воинов может ее убить.

Те молча смотрели на девушку, не решаясь ни говорить, ни сделать движение в ее сторону. А старший не на шутку задумался. Если девчонка говорит правду и подвеска дана ей самим Сумером, то никому из них, и даже их семьям, не сносить головы, сделай что они с девушкой. А если она врет, то пусть лучше сам Сумер с ней и разбирается, и наказывает ее, как ему вздумается.

Мужчина, недовольно поморщившись, проговорил:

– Пусть вождь сам определит ваш жребий – жить вам или умереть.

Он сделал знак, и вся кавалькада двинулась в сторону кочевого поселения, где главенствовал Сумер.

– Почему никто из них тебя не узнал? – резонно поинтересовалась Ли у Маруха.

Мальчик, немного помявшись, потупил глаза.

– Я никогда раньше не был у дяди…

– Вот так новости… Надеюсь, сам-то дядя узнает тебя…

– Конечно! Сам он часто нас навещает. Моя мама – его сестра, и дядя очень любит ее.

– Кто бы мог подумать, Сумер любит свою сестру…

Старший из воинов прислушивался к их разговору и внутренне благодарил всех богов за то, что эти путники не погибли от его руки. А если мальчик действительно племянник вождя, то все могло обернуться страшной трагедией для всех воинов его отряда, их семей и даже дальних родственников.

Глава 14

Большое кочевое поселение Шиен было устроено в виде увеличивающихся от центра кругов. Самый большой, внешний его круг образовывали палатки бедных представителей племени. Затем следовал второй круг, где располагались палатки простых воинов, их семей и родственников. Далее находились погонщики животных, охотники и другие, кто больше времени посвящал скотоводству. Затем палатки смешивались с шатрами торговцев, богатых ремесленников и зажиточных людей. Венцом всего поселения был огромный шатер Сумера, стоящий в самом центре. Перед входом в шатер пролегла большая площадь, служившая местом для сбора войска, а также для важных собраний и общих празднований.

Местный народ с большим любопытством рассматривал Ли и Юна, медленно проезжавших мимо в окружении воинов племени. Но взрослые молча продолжали заниматься своими делами, и лишь несколько ребятишек бежали впереди и вокруг этой процессии, выкрикивая победные фразы или просто воинственные гиканья.

Старший отправил одного из воинов вперед, чтобы тот предупредил Сумера. Поэтому, когда вся кавалькада подъехала к центральному шатру, Сумер уже стоял у входа в ожидании.

– Дядя! – радостно закричал Марух и, шустро спрыгнув с лошади, сломя голову рванул к Сумеру. – Дядя! Дядя!

Вождь подхватил мальчонку на руки и, подбросив его вверх, поймав вновь, крепко обнял Маруха.

Далида, наконец, немного расслабилась, видя эту умилительную сцену радости.

– Это хороший знак, – тихо сказала она, обратившись к Юну.

– Малец не врал, он действительно племянник, – ответил тот.

– Марух! Я уже и не чаял тебя увидеть! – радостно воскликнул Сумер. – Великие боги смилостивились над тобой! Я пошлю гонца к твоему отцу и маме.

– Это правда, дядя! – пылко отвечал мальчик. – Боги послали мне великую богиню войны, она спасла меня!

– Великую богиню войны? – Сумер перевел взгляд на Далиду и Юна и, сделав навстречу к ним несколько шагов, узнал девушку.

– Это она! – не унимался мальчик. – Она убила перекупщиков рабов, и она спасла меня!

– Похоже, два племени кочевников останутся перед тобой в вечном долгу, – учтиво обратился Сумер к Ли. – О, великая богиня войны.

– Верни мальчика родителям, это все, что мне нужно, – ответила сухо девушка и хотела было развернуть лошадь.

– Подожди! Могу ли я просить богиню воспользоваться случаем и принять гостеприимство нашего народа.

– У меня нет желания тратить время понапрасну.

Далида сделала вторую попытку развернуть лошадь.

– Постой! Я прошу не так уж много. Ты отдохнешь, поешь, и мы снарядим вас в дорогу.

– Ты гарантируешь нашу полную безопасность?

Сумер пристально посмотрел на девушку.

– Гарантирую.

Далида кивнула в ответ.

– Будь начеку, – негромко бросила она Юну, выпрыгивая из седла.

Парень последовал за ней, и они вчетвером – Сумер, Далида, Юн и Марух – вошли в шатер вождя.

Глава 15

Далида и Юн, положив по обе стороны от себя оружие, устроились за низким, но щедро убранным столом.

– Ты ешь первый, – сухо проговорила Ли, глядя в глаза Сумеру.

– Ты думаешь, еда отравлена?

– Я думаю, что все возможно…

– Ты плохо знаешь кочевников.

– Ошибаешься. Я слишком хорошо их знаю.

– Марух, – окрикнул вождь мальчика, сидевшего в углу, потому как детям не позволялось сидеть за одним столом со взрослыми, тем более мужчинами, – сядь со мной.

Мальчик настороженно посмотрел на дядю, но послушно уселся рядом.

– Бери все, что хочешь… Ешь… – Сумер поднял глаза на девушку. – Если ты будешь есть все то, что ест мальчик, это убедит тебя, что яда здесь нет?

Далида кивнула и сделала знак Юну есть все, что ест Марух.

– Ты не представила мне своего спутника.

– Это Юн… Наш друг.

– Ваш друг?..

– Да. Друг Тита и мой.

– Как вы очутились в этих краях?

– Что значит «как»? Мы твоего племянника привезли!

Далида понимала, что Сумер непременно будет расспрашивать про Тита, но она никак не могла решить, говорить ли ей правду или все же промолчать.

– Значит, муж послал тебя с… другом привезти мальчика?

– Нет. Он об этом не знает.

– Ты сбежала от мужа?

«Да ты больной?!» – едва не сорвалось с губ девушки.

Она вскинула бровь и, вперив глаза в лицо вождя, проговорила:

– Не говори ерунды!.. Как вообще тебе такое пришло на ум? У нас, просто очень важная поездка, и по пути мы детей встретили, которых по домам развезли. А теперь снова вернемся к своим делам, вот и все.

– Если эта поездка такая важная, как же муж мог тебя отпустить? С другом…

– Я не спрашивала у него разрешения, а собралась и уехала. И тебя это никак не касается!

– Я не отпущу тебя.

– Что?

– Ты будешь здесь ради своей же собственной безопасности! Твой муж наверняка ищет тебя. И я передам тебя только ему самому!

– Я не вещь, чтобы меня передавать! – гневно выпалила Далида. – И посмей только меня задержать!

Сумер колебался.

– Я сообщу барону, что ты здесь. Пусть он приедет и заберет тебя.

– Куда сообщишь? На деревню дедушке?

Вождь и правда не знал, где живут Тит и Далида и куда слать гонца, ему известно не было. И это ставило его в некоторое затруднительное положение.

– Он мне скажет, – после короткой паузы палец Сумера указал на Юна.

Девушка, поняв, что тот клонит к пыткам, подскочила, словно ужаленная. Схватив свой меч, она заняла боевую позицию, и Юн, тут же сиганувший к ней, встал рядом, так же напряженно ощетинившись.

– Только попробуй к нему прикоснуться! – заорала Далида. – И если слово вождя – пустая болтовня, то золото – слишком большая цена за него!

Ли сорвала с шеи золотую подвеску и с презрением бросила ее в ноги ошарашенного Сумера.

– А теперь попробуй… Возьми нас силой… – холодно проговорила девушка, испепеляя взглядом вождя. – Могу тебе точно сказать, что Тит заставит тебя заплатить за каждую каплю нашей крови! А его дружина за считанные часы сотрет с лица земли весь ваш союз двенадцати племен! И люди навсегда забудут, что здесь жили кочевники!

Угроза Далиды пошатнула самоуверенность Сумера. Он вспомнил, как всего четыре противника почти уничтожили весь его отряд самых лучших воинов. А что же тогда сделает целая дружина? Да еще и угроза Тита отрезать Сумеру язык лишь за то, что он заговорил о Далиде… Барон явно не бросает слов и намерений на ветер. И если девушка сейчас не блефует, то у него, Сумера, могут возникнуть большие проблемы.

Вождь сделал примирительный жест.

– Подожди, подожди… Ты неправильно меня поняла.

– Да неужели?..

– Я действительно беспокоюсь о твоей безопасности…

– О своей безопасности я и сама как-нибудь побеспокоюсь. Тебя это не касается.

– Послушай… Между нами все же перемирие, и мое слово – закон и для меня самого. Я хочу, чтобы это осталось у тебя как знак наших договоренностей.

Сумер протянул Далиде подвеску.

– Хорошо… – ответила та, протягивая за подвеской руку. – Если ты сдержишь свое слово, то и мы тоже.

Наконец Ли немного расслабилась, вложив меч в ножны и сделав знак Юну сделать то же самое. Она села на свое место, но уже больше не прикоснулась к еде.

– Послушай, – после некоторой паузы заговорила девушка, чтобы ослабить напряжение с обеих сторон, – мы ищем одного человека… – Далида подбирала каждое слово. – Если бы Тит знал, что я займусь поисками, он бы меня никуда не пустил. Поэтому мы с Юном без разрешения уехали из дома.

– Значит, он тебя ищет?

– Пока нет… Но если мы вовремя не вернемся, неизвестно, чем это может закончиться.

Сумер озадаченно смотрел на Далиду.

– Получается, что тебе нужно как можно быстрее найти того человека?

– Да!

– Кто он?

– Я не могу тебе сказать.

– То есть, я хотел спросить, это мужчина, женщина или ребенок.

– Это не ребенок.

– Тогда я знаю, кто тебе сможет помочь.

– Что ты имеешь в виду?

– На северо-западных границах, где берут начало скалистые горы, в пещерах живет отшельница. Она – прорицательница. Она скажет тебе, где искать того, кто вам нужен.

– Она скажет, где нам искать?.. Но почему же вы не спросили у нее про Маруха? Почему не искали мальчика? – совершенно справедливо возмутилась Далида.

– Мы искали! Твои обвинения несправедливы!.. – сердито ответил Сумер. – А отшельница никогда не прорицает о детях, ни детям… Только взрослым говорит и о взрослых прорицает.

– Почему? – не удержалась от вопроса Ли.

– Я не знаю. Люди говорят, что много лет назад она прорицала ребенку, и что-то там случилось… После того случая она о детях и слышать не хочет…

– Что ж… Мы ищем не ребенка, значит, можем ехать к ней… Пожалуй, лучше не терять время и отправляться прямо сейчас, – сказала Ли.

– Я провожу вас. Только возьму несколько воинов и прикажу Маруха отвезти родителям.

Далида согласно кивнула.

– Мы с тобой больше не увидимся, великая богиня войны? – спросил мальчик, не скрывая своего огорчения.

– Знаешь… – Далида чуть ближе придвинулась и наклонилась к Маруху: – Жизнь так непредсказуема… Еще неделю назад я не могла предположить, что вновь увижу твоего дядю… Поэтому… кто знает, может, однажды мы вновь с тобой повстречаемся, юный вождь.

Девушка чуть помедлила. Сняв с пояса короткий нож, она протянула его мальчику.

– Возьми это… И помни, что свобода человека – это бесценный дар богов. Помни об этом особенно тогда, когда решишь пленять тех, кто не может за себя постоять…

Марух с благодарностью и благоговением, поклонившись, принял подарок.

Глава 16

Далида, Юн, Сумер и трое его воинов отправились в дорогу. Их путь должен был занять не более суток. Решив ночью дать отдых себе и лошадям, путники обустроили небольшой лагерь. Далида, все еще не доверяя Сумеру, настояла на том, чтобы они с Юном по очереди несли караул.

– У барона большая дружина? – как бы невзначай спросил Сумер, когда костер уже догорал и его воины улеглись спать. Ему нужно было убедиться в правильности своего решения, и он хотел во что бы то ни стало вернуться к этому разговору.

Далида подняла на Сумера удивленный взгляд.

– Ты думал, я блефую? – она была впечатлена проницательностью и осторожностью вождя, ведь Ли действительно блефовала, но лишь отчасти. Да, Тит сейчас не бросится на ее поиски, но он точно перевернет все вверх дном ради нее, в этом она была уже совершенно уверена. А дружина его в силе и стремительности не знает себе равных.

На вопрос девушки Сумер слегка замялся.

– Скажи ему… – обратилась Далида к Юну.

– О ее численности я не могу сказать вождю. Но за время моей службы у барона его дружина не потерпела ни одного поражения, это правда. Господин сам отбирал каждого воина: кого из рабства выкупал, кого из плена. Валтасар, например, так вообще разбойничал… Это самые безбашенные воины, которых я видел в своей жизни, и каждый из них до смерти предан господину… А значит, и госпоже, – многозначительно добавил Юн.

Сумер кивнул, удовлетворенный ответом.

– В таком случае, мне хотелось бы однажды увидеть в лице Тита своего союзника…

– Я передам ему, – ответила Ли.

– Великая богиня войны на меня не сердится? – спросил вождь, обратившись к девушке по титулу, который дал ей Марух.

– Я не богиня, и тебе это известно.

– Иногда детям дано увидеть нечто большее, чем нам, прошедшим какой-то путь жизни.

– К чему все эти философствования?.. Я не сержусь. Знай только, что душу открывать перед тобой я никогда не буду. И дружба меж нами вряд ли когда-нибудь возможна.

Сумер вновь кивнул головой.

– Твоя честность достойна уважения… Я доверяю вам, поэтому иду спать.

Сумер улегся тут же, возле костра, заложив руку под голову и повернувшись спиной к Далиде и Юну.

– Я хочу подумать немного, – обратилась Ли к юноше. – Отдохни пока. Я тебя разбужу, как время придет.

Юн согласился и, как Сумер, лег возле костра.

Далида погрузилась в раздумья, осознавая, что судьба ведет ее совершенно странным образом. Она действительно не понимала, что и когда менялось внутри нее, но постепенно девушка отчетливо начинала ощущать себя абсолютно другим человеком, не похожей на ту, прежнюю себя. Сталкиваясь снова с людьми, которых Ли меньше всего хотела бы видеть в своей жизни, и разлучаясь с теми, кто ей по-настоящему дорог, она с удивлением обнаруживала в себе какие-то новые качества, особенности и даже переживания…

– Ты не разбудила меня, госпожа… – подняв голову и озираясь по сторонам, проговорил Юн, – уже светает…

– Действительно… Я потерялась во времени…

– Может, поспишь хоть чуть-чуть?

– Нет. Скоро в дорогу.

– Господин барон мне знатную взбучку за вас выдаст…

Далида усмехнулась. Участие и поддержка Юна была для нее сейчас тем самым спасательным кругом, благодаря которому она уверенно держалась на плаву.

– Будем надеяться, что он не будет к нам слишком строг… – ответила девушка и принялась раздувать костер.

Глава 17

Небольшой отряд, подъехав к месту, где жила отшельница, спешился.

Далида оглядела скалистые уступы и вход в пещеру, раскрытая черная пасть которой зияла совсем неподалеку.

– Идти может тот, кто ближе по родству, – проговорил Сумер, поглядывая то на Далиду, то на Юна.

– Я… – ответила Ли. – Я иду…

Она вложила повод лошади в руку Юна и не спеша пошла ко входу в жилище отшельницы.

– Я привяжу лошадей и буду ждать у входа, – крикнул ей вдогонку Юн. – Кричи, если что…

Далида, не оборачиваясь, подняла руку, жестом показав, что поняла юношу.

«Я словно возвращаюсь в пещеру с Зеркалом души…» – думала Ли, прищуриваясь в сумраке пещеры и скользя взглядом по ее стенам. – «Какое-то неприятное волнение внутри… Тревога? Нет… Что же все-таки меня там ждет?.. Надеюсь, не второй дракон…»

Постепенно привыкнув к полумраку, она увидела, что пещера идет в две противоположные стороны, и из левого коридора едва проскакивают блики костра или факела.

Девушка, набрав в грудь воздуха, решительно пошла в сторону огня.

– Зачем ты пришла? – едва выйдя на свет, услышала Ли крик в свою сторону. – Чтобы мучить нас?

Далида замерла, уставившись на невысокую, одетую в темное, простое платье, старую женщину. Из-под такого же темного платка выбивались длинные седые волосы. Огонь от грубого очага играл бликами на ее лице, придавая ему еще более мрачное выражение.

Далида быстрым взглядом оглядела эту часть пещеры и, обернувшись, узкую галерею коридора, по которой она только что прошла.

– Мы не хотим тебя видеть! Убирайся! – вновь проговорила женщина неприятным, дребезжащим голосом.

«Дама не из приятных, но все же лучше, чем дракон…» – подумала Ли и обратилась к женщине.

– Простите, что беспокою… – Далида вновь огляделась, пытаясь найти того, о ком женщина говорила «мы». – Но мне очень нужно узнать…

– Ничего мы тебе не скажем! – едва не взвизгнув, вспылила старуха. – Хватит с нас одного раза! Посмотри, какую жизнь мы влачим благодаря тебе! Сколько лет ни спать, ни жить нормально не можем! Сколько лет мучаемся!

– Послушайте, бабуля…

– Мы тебе не бабуля! Убирайся!

– Вы меня точно с кем-то путаете! Мы не виделись раньше, и я ничего плохого вам не делала…

– Это мы-то путаем? Да разве тебя с кем-нибудь перепутаешь, Далида Майён? Ты ищешь своего мужа и оказалась здесь, потому что этот болван Сумер рассказал тебе про меня! Когда ты еще не вошла в пещеру, мы уже знали, кто ты! Поэтому ничего тебе говорить не будем! Убирайся!

«Так значит, ты действительно можешь что-то знать…» – подумала девушка.

Она вновь огляделась и, приметив небольшой камень, служивший, вероятно, стулом, демонстративно уселась на него.

– Я никуда не уйду, пока не узнаю того, ради чего сюда пришла!

«Не знаю почему, но, кажется, она меня боится… И если какой магией или колдовством обладает, не будет против меня применять, иначе давно бы уже что-нибудь сделала. В таком случае, буду настаивать на своем».

– Да что она себе позволяет?! – женщина соскочила с места и стала вышагивать, отмеряя расстояние от одной стены пещеры до другой.

– Говорил я тебе: уезжать отсюда надо! А ты все: старая, да старая! Как теперь мы от нее избавимся? – внезапно женщина заговорила низким мужским голосом.

– И разве я врала? Ты же знаешь, что я и двух дней не пройду! Сразу к предкам отправлюсь, – вновь проговорила старуха неприятными, дребезжащими нотами, – мы и так от нее сбежали невесть как далеко! Даже в земле кочевников поселились. Кто же знал, что боги к ней так благосклонны, что она и с кочевниками умудрилась договориться.

Далида наблюдала за старухой, мечущейся туда-сюда. Ей было слегка не по себе видеть подобное раздвоение в человеке. Зато теперь она точно знала, что, кроме нее и отшельницы, в пещере больше никого нет.

– А может, просто убьем ее, и делу конец? – проговорила старуха, резко остановившись и меряя взглядом девушку.

– Ты и впрямь состарилась, раз такое безумство предлагаешь, – отвечал ей мужской голос, и женщина опять зашагала от стены к стене.

– Тогда, может, скажем ей, где мужа искать?

– А вдруг ей снова что-то не понравится, и она опять какое-нибудь проклятье на нас нашлет? Что тогда делать будем?

– Мы клятву с нее возьмем! Она вроде не из тех, кто клятвы нарушает…

– Клятву?.. – старуха снова остановилась и задумчиво принялась разглядывать Далиду. – Это неплохая мысль…

– Поклянись, что ни словом, ни делом не навредишь нам, если мы тебе скажем, где он и откуда начинать его поиски.

– Клянусь, если ответишь на все мои вопросы, – ответила на свой лад Далида. Теперь у нее к отшельнице было гораздо больше вопросов, и она решила узнать ответы, даже если старуха будет негодовать и раздражаться.

Глава 18

Женщина села на деревянный табурет и, подперев рукой подбородок, уставилась в огонь.

– Как покинешь земли кочевников, то направляйся от первой большой развилки с истуканом в земли песчаных людей, – после некоторого молчаливого раздумья заговорила отшельница. – Все время двигайся на восток, не сворачивай нигде. Доедешь до озера, что имеет вид собачьей головы. Ищи в тех краях небольшой поселок Эдис. Оттуда начинай поиски, там найдешь его след.

– Значит, он жив?! – с волнением воскликнула девушка.

– Жив, жив… Пока жив…

– Ты говоришь идти через земли песчаных людей?.. Но как же я смогу там пройти? Разве ты не знаешь, что любого там ждет смерть? Может, подскажешь другой путь?

– Песчаных людей больше нет, глупая! – женщина кинула сердитый взгляд в сторону Ли. – Разве ты не знаешь?

Далида недоуменно распахнула глаза.

– Как, нет?

– Да вот так!.. Степь там. Голая еще, безжизненная, но степь.

– Степь? Да разве может такое быть?

– Не у меня спрашивай, а у мужа своего.

– Тит? Это он? Но-о-о, как он это сделал?

– Вот я тебе и говорю! У него спроси!

– … Хорошо… – Далида изо всех сил старалась унять вихрь мыслей в голове, волну чувств в сердце и дрожь в голосе. – Значит, говоришь, селение Эдис?

– Да… – женщина взяла несколько толстых веток, лежавших рядом, и кинула их в огонь. – Только не советую тебе ехать одной… Слишком трудно тебе будет… Есть у тебя союзник… сильный союзник… Ее с собой возьми… Судьба в этом ее…

– Её? – переспросила Далида. – О ком ты говоришь? Об Амрит? О волчице?

– Мы все сказали… – сухо ответила отшельница, подбрасывая еще партию хвороста.

– Но зато я не все узнала, – в тон женщине ответила Ли.

– Что тебе еще от нас нужно?

– … Откуда ты меня знаешь? Я не помню, чтобы мы раньше встречались, но ты утверждаешь обратное.

– Хочешь узнать?

– Да.

– Не пожалеешь потом?

– Я… я не знаю…

– Клянись, что не навредишь мне больше, что бы ни узнала.

– … Я… я клянусь… – девушку охватила смутная тревога, но она уже слишком далеко зашла, чтобы отступить.

– Тогда гляди в огонь… – ткнула палкой в пламя отшельница, – не отводи глаз.

Ли уставилась на огонь. Глаза заслезились от дыма, окутавшего девушку. Далиду потянуло куда-то сквозь этот дым и пламя огня, сквозь алые угли веток костра, сквозь каменные стены пещеры, сквозь расстояние и время…

***

Неожиданный всплеск воды, окативший лицо, привел Ли в чувства.

Далида набрала в ладошки еще воды и снова обдала ею свое лицо.

Она сидела у центрального столичного фонтана в ожидании принцев и разглядывала, как искрится на солнце поверхность воды и как весело играют пузырьки от падающих струек, что вырываются из скульптурных кувшинов. День стоял жаркий, поэтому девочке совсем не хотелось уходить от фонтана. Она то и дело горстями зачерпывала прохладную воду и обдавала свое лицо, задерживая дыхание от наслаждения.

Ни Аргира, ни Амона еще не было. Они договорились встретиться после обеда, и Ли, приметив, что отец занят с рыцарями, а Бай занимался лошадьми, тихонечко сбежала к любимому ими фонтану.

– Не хочет ли юная леди узнать свою судьбу? – раздался голос над головой Ли.

Далида подняла широко распахнутые глаза на женщину, так внезапно прервавшую ее забавы. Женщина была уже не молода, но и не стара. Одета неброско, по-дорожному, в руках она держала небольшой посох, служивший ей верным помощником в пеших странствиях.

Поймав взгляд девочки, женщина чуть отпрянула, словно увидела в них великую, но ужасную тайну. Но, потом вновь приблизившись к Далиде, еще раз посмотрела ей в глаза.

– Кто ты?

– Далида Майён.

– А лет тебе сколько?

– Девять.

– А знает ли Далида Майён о своей необычной судьбе? Ведь она непохожа на судьбы других людей.

– О чем вы говорите? И что такое судьба по-вашему?

– Судьба, юная леди, – это предначертание… предназначение… И я говорю о том, что твоя жизнь… – женщина пристально вглядывалась в лицо Далиды. – Странно… Со мной подобного никогда не случалось… – словно сама с собой разговаривала она. – Я вижу ее жизнь лишь урывками… Никакой полной картины… И я не могу видеть, как она закончится…

– Значит, моя жизнь не закончится? – обрадованно воскликнула Ли. – Это здорово! Побегу расскажу папе и Баю! – девочка повернулась и хотела было исполнить свое намерение, но прорицательница удержала ее, схватив за руку.

– Подожди. Дай мне рассмотреть тебя как следует… От тебя исходит настолько удивительная аура… Она словно… словно соединена с какой-то высокой сущностью… Я бы рискнула сказать, с божественной сущностью… Но будто кто-то закрывает твою жизнь, скрывает твое будущее от посторонних глаз… Вижу лишь малые кусочки, как осколки… – женщина провела пальцами по волосам Далиды. – Ты будешь любить и будешь любима… и счастлива будешь, как всякая женщина, которую боготворят… – женщина сделала длительную паузу. – Но ты же и станешь, скорее всего, причиной гибели того, кого любишь…

– Что это ты выдумала? Значит, меня будут любить, и из-за меня же погибнет тот, кого буду любить я? Как тебе такое только на ум пришло? Ты все придумала, чтобы меня обидеть? – девочка обиженно надула губки и, скрестив руки на груди, приняла позу оскорбленного ребенка.

– Нет, ну что ты. Я правду тебе говорю… – настаивала женщина, сама не понимая зачем.

– Ты все придумала! Ты врешь!

– Нет! Я не вру! Не веришь? Вот, сама посмотри… – прорицательница коснулась пальцами лба девочки, и та провалилась в мимолетное видение:

Перед ее ногами в луже крови лежал красивый, темноволосый мужчина. Вокруг мелькали тени то ли людей, то ли животных, но Далида не замечала никого. Все для нее сейчас было неясным и нечетким, словно густой туман спрятал от нее весь мир. Весь… кроме одного, единственного человека, лежащего у ее ног.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.