Моргана Стилл
Дирижёр мёртвых душ

"Вы называете это музыкой сфер?

Нет… это предсмертный хрип вселенной."

Архитектор

Пролог. Экипаж "Звёздного Бродяги"

Кабина корабля дышала тихим гулом реакторов, подсвеченная мерцанием голубоватых экранов. В этом призрачном свете фигуры экипажа казались вырезанными из космической тьмы – каждый со своей историей, каждый со своими шрамами.

Джейкоб Вейланд сидел в кресле пилота, его массивная фигура заполняла пространство, словно броненосец в мышиной норке. Шрамы на его лице складывались в карту былых сражений – глубокий рубец через бровь, оставленный плазменным осколком, сеть мелких отметин от стычки на орбитальной станции. Его серые глаза, узкие и подслеповатые от постоянного вглядывания в мерцающие дали, отражали свет консолей, как далёкие звёзды. Пальцы в поношенных перчатках с обрезанными кончиками нервно постукивали по штурвалу, выдавая напряжение, которое он так старался скрыть.

Лира Шен, напротив, казалась сотканной из теней и голубого свечения экранов. Её худощавая фигура сгорбилась над спектрографом, длинные пальцы с тонкими шрамами от лабораторных ожогов летали по панели управления. Синие волосы, выцветшие от времени и плохого красителя, выбивались из небрежного узла, обрамляя бледное, почти прозрачное лицо. Но больше всего поражали глаза – огромные, неестественно чёрные, они поглощали свет, словно крохотные чёрные дыры. В них постоянно что-то вычислялось, даже когда она смотрела на тебя, а не на приборы.

Анна Сорокина стояла у шлюза, прислонившись к стене с мрачной грацией хищника. Её рыжие волосы, коротко остриженные, торчали в разные стороны, будто её только что ударило током. Веснушки на скулах и носу делали её похожей на девчонку, если бы не глаза – зелёные, с жёлтыми вкраплениями, они смотрели на мир с постоянным вызовом. Левая рука, механическая, старой модели "Ориона", скрипела при малейшем движении. Она не скрывала её – наоборот, подчёркивала чёрной краской и царапинами, будто бросая вызов всем и вся.

И наконец, Рекс. Андроид-пилот, найденный на свалке, где-то между сломанными репликаторами и ржавыми деталями шаттлов. Его корпус из дешёвого титанового сплава был покрыт царапинами и пятнами ржавчины, особенно в местах стыков. Голова казалась слишком большой для тела, с одним работающим оптическим сенсором – правый глаз светился тусклым голубым светом, тогда как левый был просто мутным стеклом с трещиной. Но самое удивительное – его усы. Тщательно отполированные, с изящными завитками на концах, они странно контрастировали с общим потрёпанным видом. Когда он говорил, с характерными паузами, словно обдумывая каждое слово, усы слегка подрагивали, выдавая активность процессоров. На внутренней стороне левой руки, если присмотреться, можно было разглядеть едва заметную гравировку: "Прототип RX-7. Собственность Орион Индастриз. Уничтожить при обнаружении."

"Звёздный Бродяга" сам был членом экипажа – корытообразный, с обшивкой, напоминающей лоскутное одеяло из заплат разного цвета. В кабине витал вечный запах перегоревшего кофе, статики и чего-то металлического. Над креслом пилота в прозрачном кубе висела единственная пуля с надписью: "Первая ошибка".

Они сидели так, каждый в своих мыслях, когда сканеры вдруг взорвались тревожным сигналом.

Часть 1. Песок, который помнил слишком много

Дождь из кремниевой пыли бил по обшивке «Звёздного Бродяги», словно пытался стереть следы их вторжения. Джейк Вейланд щурился сквозь мутное стекло иллюминатора – внизу, под слоем вечного песчаного шторма, угадывались контуры чего-то, что не могло быть городом.

– Ты уверен, что координаты верны? – он не отрывал взгляда от сканеров, где цифры прыгали, как сумасшедшие.

Рекс ответил не сразу. Его обычно монотонный голос дрогнул:

– Мы находимся в эпицентре аномалии. Песок здесь… ведёт себя осознанно.

Лира Шен, склонившись над спектрографом, вдруг замерла. Её пальцы сжали край консоли так, что побелели костяшки.

– Капитан… – она обернулась, и в её глазах Джейк увидел то, что заставило его кровь похолодеть. – Он повторяет наш позывной.

Из динамиков хрипло прозвучали три ноты, затем пауза, затем снова. Как эхо давно забытого сигнала бедствия.

Анна Сорокина стояла у шлюза, её металлическая рука сжимала импульсный пистолет.

– Опять в ад, Вейланд? – её губы искривились в подобии улыбки, но глаза оставались холодными. – Или ты уже забыл, чем это закончилось в прошлый раз?

Джейк не ответил. Он смотрел, как песчаные вихри за иллюминатором складываются в узоры, напоминающие нотные станы. И где-то в глубине сознания шевельнулось воспоминание – марш, который играли на похоронах первых колонистов.

– Мы идём вниз, – сказал он тихо. – Кто-то зовёт нас по имени.

Когда шлюз открылся, песок хлынул внутрь, но не осыпался вниз, а завис в воздухе, как живой. Он звенел.

И этот звон был слишком похож на голос.

Часть 2. Город, который пел

Песчаная буря стихла внезапно, словно кто-то выключил невидимый рубильник. Перед ними открылся город – или то, что должно было быть городом.

Здания стояли вверх ногами, их шпили вонзались в песок, а фундаменты тянулись к небу. Улицы сходились под неестественными углами, образуя идеально симметричные узлы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.