Владимир Кощеев
Аркейн. Революция демонолога

Глава 1

Поместье Чернотопья. Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт.

Я взялся за ручку и повернул стойку к себе обратной стороной. Металлический барабан щелкнул несколько раз, пока не замер в пазах, и я оставил подставку в покое. Взяв в руки наждак, приступил к шлифовке. Допускать лишние неровности в изделиях попросту опасно, а мне нужен был идеальный образец, по которому мастера смогут организовать серийное производство.

Закончив с одним элементом, переходил к следующему. Заготовленный наждак приходилось часто менять – слишком жестким был материал, насыщенный эфиром. А шлифовать требовалось много, проверяя каждый миллиметр. Установка должна работать как часы, так что задача была долгой и кропотливой.

До сих пор мне не доводилось собирать агрегаты подобного качества. Но в душе я знал, что рано или поздно этот момент наступит. К сожалению, случай представился не в самое удачное время.

Чувствуя, что еще чуть-чуть, и у меня отвалятся пальцы, я выдохнул, откладывая стертый до дыр кусок наждачной бумаги. Трясущейся рукой взял бокал с лекарством и залпом осушил, уже не обращая никакого внимания на вкус. Человек привыкает ко всему, вот и я притерпелся.

Накрыв будущий пресс тканью, я подхватил трость и, опираясь на нее, поплелся к выходу. Пора перекусить и покорпеть над следующим учебником. На этот раз для магов Воздуха. Не то чтобы требовалась какая-то срочность, всего лишь соблюдал заранее установленную очередность.

Интересно, подумал я, шагая по лестнице, стоит ли отправить в королевский совет учебник по Огню? Все-таки Равены – сильный клан, у них наверняка полно собственных знаний. Заодно и новую порцию благ для своего баронства, может быть, удастся выбить.

Поднявшись на первый этаж, я прошел на кухню – она и ближе, и накормят там быстрее, чем вызывать прислугу в столовую, делать заказ, а потом ждать, когда бедного барона накормят.

– Ваша милость! – всплеснула руками повариха, заметив меня на пороге. – Вы что же, опять до самой ночи не ели?!

– Все в порядке, – отмахнулся я, проходя к столу. – Просто подайте то, что осталось, мне все сгодится.

– Сгодится! – ворчливо передразнила меня она, хлопнув полотенцем по собственному бедру. – Где ж это видано, чтоб барон голодным ходил…

Она еще что-то бурчала, но я не обращал внимания. И я к ее характеру привык, да и готовит в самом деле отлично, а что я не с женой или гостями ем, тоже ничего удивительного – порой от артефактов просто нельзя отрываться.

Все еще раздумывая над книгой Огня, я получил чашку наваристого мясного супа с клецками, тарелку каши с копченым салом и уже чуть заветренный салат из свежих овощей. Рядом повариха поставила разделочную доску и быстро нарезала серого хлеба.

– Завари чай, пожалуйста, – попросил я, вооружаясь ложкой.

Итак, допустим, я дам Равенам свой учебник. Что потребовать взамен? Скидка по налогам вроде как уже не нужна, только недавно закрыли годовую оплату. Взять деньгами? Агнесс в поздравительном письме указала, что денег в королевской казне не просто нет, там глубокий минус.

Людей просить? Ну, технически, конечно, Равены могут отщипнуть от собственных подданных, но тогда я просто наводню Чернотопье чужими шпионами. И не то чтобы я что-то собирался делать противозаконное, но они будут лезть во все и мешать моим рабочим выполнять их прямые обязанности, а люди Алекса могут отвлечься на королевских соглядатаев и пропустить реальную угрозу.

Уже добивая кашу, я осознал, что внезапно, совершенно незаметно для себя, вывел родное баронство в самоокупаемость. Мне просто нечего предложить в обмен на знания по магии, у меня все либо уже есть, либо я сейчас начинаю это производить.

Конечно, хотелось бы больше работоспособного населения, но так тут и дети подрастают, а попутно получают образование, толку мне с крестьян, которых потребуется еще и переучивать? Одна морока. А вот мои подданные уже мне верны, уже видят в своих карманах монеты, когда исполняют мои приказы. А с чужими придется налаживать заново даже быт.

Просить меня не трогать в обмен на знания тоже глупо – я и так негоден теперь к бою. Дара практически нет, и еще долго не будет, здоровье такое, что любой чих может меня переломить пополам – куда уж тут геройствовать?

Мне требуется только закончить войну, вернуть дружину из Аронии, и дальше я сам всего добьюсь. И начну экспансию на Крэланд, в чем мне тоже не требуется помощь короны, главное, чтобы не мешали. Ассоциация пока еще не расширилась, но рано или поздно это неизбежно случится.

Отломив корочку от последнего куска хлеба, я вытер им чашку и, отправив в рот, взял кружку с горячим чаем. На поверхности плавала долька лимона – обязательный элемент, назначенный Ханной.

Прихлебывая крепкий напиток, я откинулся на спинку стула и уставился в стену. Кто вообще из моих знакомых работает с Огнем? Если так посудить, то Воздух мне как раз важнее – от Равенов лично я общался только с Агнесс, с братом Томашом даже не встречался ни разу. И не надо – как известно, минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь.

Закончив с нехитрым ужином, я поблагодарил повариху и, опираясь на трость, побрел в сторону лестницы. Нужно немного поспать, а с утра продолжить работу над прессом. Писать учебник настроения не было.

* * *

Дом в Сибурге, оккупированный «Рысями».

Малколм выглянул в щель между оконной рамой и занавеской. Город уже пришел в полный порядок, и никто больше не показывал ни страха, ни суеты. Складывалось впечатление, будто горожанам стало плевать, что некто посреди ночи вырезал весь анклав Аркейна. Впрочем, «Рысь» не мог их в этом винить – сам бы точно так же отнесся к проблемам чужаков.

– Ну, когда сможем выйти? – спросил Тобиас, медленно разрабатывая руку, с которой только сегодня сняли, наконец, бинты. – Надоело взаперти сидеть.

Остальные члены дружины его горячо поддерживали, но шума не поднимали. За прошедшие дни команда успела восстановить силы, но при этом ни разу так и не покинули территорию занятого дома.

– Рано, – качнул головой командир. – Да и потом, куда вы собираетесь идти? Кто вообще хоть раз был в Аронии, а тем более в Сибурге? Дорогу обратно-то найдете?

Каждый новый вопрос Малколма заставлял соратников понуро опускать головы. Они, собственно, и не тревожили бы его, если бы знали, что впереди намечается бой. Однако просто сидеть и ждать вольные охотники никогда не любили – стоя на месте, как известно, артефактов не найдешь, и ингредиентов из монстров не нарежешь.

– Молчите лучше, – приказал Малколм. – Вот будем сегодня с Варином говорить, узнаем, что дальше задумал барон. А пока что радуйтесь – сидите в безопасности, спите на мягких перинах, жрете от пуза, а плата идет как за боевые.

– Я уже прикинул, на что потрачу, – сообщил соратникам Тобиас, отворачиваясь от командира. – Если еще недельку посидим в Сибурге, я уже и домик присмотрел, и вдовушка мне одна в Чернотопье улыбается.

– Не трави душу, – вставил другой боец. – Как по мне, неплохо хотя бы пожрать нормально. Надоело жевать эту бурду. В следующий раз, Малколм, следи, чтобы в отряд попал кто-нибудь, кто умеет готовить. А то у нас что ни день, так подошва вместо мяса. Как проклятые, в самом деле.

– Не я выбирал, кто пойдет, а кто останется, – отмахнулся лидер. – Впрочем, поесть нормально я и сам бы не отказался. А теперь – давайте по местам, дома расслабитесь, а мы на вражеской земле.

И только после того, как высказался, понял, что не покривил душой. Чернотопье действительно успело стать «Рысям» домом. И особенно это чувствовалось здесь, в чужом городе.

До сеанса связи оставалось еще порядочно времени, так что Малколм занял свой пост у окна и попытался выкинуть дурные мысли из головы. Его, в отличие от любвеобильного Тобиаса, в баронстве никто не ждал. Так не пора ли это исправить?

Можно попросить барона, и Киррэл наверняка не откажет. С поручительством такого свата можно брать любую пригодную в жены, и она вряд ли станет раздумывать. Дружинник и вольный охотник – это совершенно разные категории женихов. Быть женой первого почетно, сытно и безопасно, второго – голодно.

Об этом стоило подумать, решил Малколм, тем более что времени было полно.

* * *

Чернотопье. Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт.

– Ваша милость! Ваша милость!

Стук в спальню продолжался до тех пор, пока я не распахнул дверь. На пороге застыл служка, прибывший в подкрепление брату Курту.

– Что случилось? – немного грубо спросил я.

Паренек отшатнулся на миг, а затем протянул мне руку со сложенным листом бумаги. Приняв послание, я развернул письмо и быстро пробежал взглядом.

– И ради этого ты меня разбудил? – буркнул я, но тут же переборол собственное недовольство и кивнул: – Вообще, спасибо, конечно. И, раз уж я все равно встал, подожди меня в гостиной, я напишу ответ.

Служка поклонился и сбежал. Странно, я уже довольно давно не показываю своей одержимости, а пополнение братьев все равно смотрит на меня с опаской. Рецидива опасаются или не верят?

Решив спросить позже напрямую, я закрыл дверь и принялся одеваться.

Дия спала на кровати, ее волосы разметались по подушке, но стук в дверь ее не потревожил.

Моя супруга продолжала лечение младшего Фламмагана, и Ханна ей в этом помогала. К счастью, когда мальчику стало легче, хотя бы Женевьева съехала в гостевой дом – заслуга Марка, напомнившего невесте о приличиях.

Я так и не понял, в чем конкретная тонкость генетической болезни, но изначально жена ошиблась со скоростью лечения, и теперь занималась пациентом никуда не спеша, но при этом выкладываясь на полную катушку. Разумеется, не во вред ребенку.

Спустившись по проклятой лестнице, я смахнул пот со лба и поклялся, как доделаю пресс, устроить себе личный лифт. Подумать только, мой самый страшный враг – ступеньки.

Служка сидел в гостиной. Ему подали чай, и парень при моем появлении чуть его не расплескал, пытаясь одновременно перестать сербать, встать на ноги и не обжечься.

– Сиди, – велел ему, проходя к дивану, – я тоже присяду.

Служанка тут же лично навела мне чая в большую кружку и насыпала сахара из отдельной посуды. В песок для меня его дробили на кухне, и я так и не смог понять, какой в этом смысл, но подданные порой проявляют свою заботу странным путем, и оставалось лишь смириться. Не спорить же, что от поднятия куска сахара у меня руки не отвалятся.

Да и что там скрывать? Мне льстило, что люди так переживают за меня. Это прекрасно иллюстрировало, насколько меня в Чернотопье любят.

– Итак, письмо я прочел, – положив бумагу перед собой на столешницу, кивнул я. – Анна, подай мне лист и чернила.

Служанка тут же отошла выполнить приказание, а я повернулся к служке и, прищурившись, спросил:

– Ты меня боишься, что ли, парень?

– Ваша милость, – промямлил тот в ответ. – Но ведь вы одержимый.

– Был, – поправил я его.

– Я не слышал, чтобы от этого можно было избавиться, и никто не слышал, – возразил тот.

– Янис Вагнер. Спроси старших, пусть посмотрят его жизнеописание, откроешь для себя много нового, – посоветовал я. – Итак, брат Томаш сказал, ко мне приедет отряд целителей и охрана из графства. С чего вдруг такой интерес?

Мальчишка пожал плечами.

– Мое дело маленькое, ваша милость, я не знаю.

– Понятно, тогда попроси брата Курта позже явиться ко мне в гости. Мы с ним обсудим дела, да и вообще нужно уладить некоторые вопросы по его молельням. Понял?

– Да, ваша милость, – поспешно закивал тот.

– Отлично. Пей чай спокойно, не съем я тебя, – с ухмылкой кивнул я ему на кружку. – А я пока ответ напишу.

Собственно, что писать я даже примерно не представлял. Вчера решил, что мне ничего не нужно от короны, а тут уже подмогу выслали. И в отличие от дробленого в порошок сахара, это совсем не сладкая забота.

Равены начали очередную интригу, а я ни сном, ни духом, чего добивается королевский совет. Понятно, что я им должен быть, как кость в горле, но и избавиться от меня пока не получается. Зачем слать целителей, если куда выгоднее превратить меня в мученика?

Вздохнув, я макнул ручку в чернила и приступил к заполнению шапки. Брат Томаш расстарался, составляя официальное письмо. И пускай его доставили не королевской почтой, а через систему оповещения братьев, сути это не меняет. Письмо официальное, ответ будет точно таким же, уж филькины грамоты рисовать я давно умею.

Закончив работу с документом, я припечатал его гербовым перстнем и передал служке. Парнишка, так и не нашедший в себе силы допить чай до конца, тут же с поклоном подорвался с кресла и поспешил покинуть поместье.

– Ваша милость, желаете чего-нибудь еще? – спросила служанка.

– Да, пусть подадут завтрак в столовую. И когда придет Густав – пусть присоединится, это важно.

Капитан стражи окончательно сдружился с Варином. Глава «Рысей», как приклеенный, находился рядом с Дией, исполняя мой приказ, и волей-неволей двум старым мечникам пришлось работать в тандеме. А там нашлись и общие темы, и взаимное уважение. Хотя, конечно, прокол Старого с вампирским происхождением Дии я все еще ему не простил. Но и карать не буду, во всяком случае, пока.

За последнее время с бандитизмом в баронстве все устаканилось, даже залетные банды стараются либо обходить Чернотопье стороной, либо не нарушать законов, находясь на моей территории. Алекс не зря ест свой хлеб, ему даже демоны не нужны, чтобы держать работников ножа и топора в ежовых рукавицах.

Допив чай, я переместился в столовую, где вооружился бумагой и чернилами. Учебник сам себя не напишет, как бы мне ни хотелось отложить эту работу на более удачное время или вообще доверить ее другому. Увы, я не знаю никого, кто имел бы хотя бы схожее представление об эфире во всем Эделлоне, так что придется делать все самому.

Завтрак подали через двадцать минут – я как раз закончил писать вступление, получилось намного проще, чем с темными дарами. Может быть, из-за моего пренебрежения светлыми магами? Как ни крути, они меня так и не смогли впечатлить за время моего нахождения в Эделлоне. Впрочем, толковых чародеев я и не встречал.

К глазунье с жареным луком на тонких ломтях бекона, посыпанного зеленым луком, в комплекте шли тушеная капуста и маринованный огурчик. На сером хлебе, нарезанном треугольниками, лежало сливочное масло, украшенное красной икрой. Обязательная кружка чая соседствовала с лекарством Ханны – благо, теперь уже не требовалось потреблять его в прежних дозах.

Густав явился как раз, когда я доедал последний бутерброд. Капитан выглядел достаточно бодро, видимо, стал высыпаться в кои-то веки. Это хорошо, его голова мне нужна свежей и светлой.

– Присаживайся, – махнул я рукой на свободное место справа от себя. – Есть будешь?

– Почту за честь, ваша милость.

– Да чего уж там, – кивнул я, дергая колокольчик.

Служанка вошла в столовую и, получив приказ, тут же умчалась на кухню. А я вручил Густаву благодарственное письмо от брата Томаша и стал ждать, к каким выводам придет капитан. У него ушло совсем немного времени, прежде чем брови нахмурились, а свободный от бумаги кулак сжался сильнее.

– Ваша милость, я надеюсь, вы не планируете ввязываться в это, чем бы оно ни было? – осторожно уточнил он.

Не привык еще капитан работать моим моральным компасом. Однако здесь я был с ним согласен. Да и прошлая его идея – наградить стражников, отличившихся в Черной, на главной площади баронства, пришлась мне по душе. Мне оставалось лишь сделать знаки отличия – «Защитник Черной» с изображением герба баронства и датой сражения. Праздник прошел достаточно пышно, но я в нем участия уже не принимал – восстановление не закончено, напряжение вредно.

– Не собираюсь, – кивком подтвердил я. – Но ты же понимаешь, если они привезут очередной приказ, у меня может и не быть права отказаться.

– Я понимаю, что это, возможно, преуменьшит ваше достоинство как барона, ваша милость, – проговорил он, но я махнул рукой.

– Предлагай, я пока не вижу повода, на который мог бы сослаться. Умом-то понимаю, что инвалида никто на войну не погонит, но – сам знаешь, где мой ум, а где королевские амбиции…

Он кивнул, пропустив крамолу мимо ушей.

– Целители наверняка подтвердят диагноз госпожи Замберг. Предполагаю, именно ради этого сюда и едут. Тогда воины королевского совета прикроют границу, а дружина Равенов утрется. Но, сдается мне, ждет нас полная проверка до самого донышка. И не уверен, что мы сможем договориться, если им что-то не понравится.

– Так, и?

– Вам нужно давить на свое здоровье и положение супруги. Ваш отец всегда откупался от военных обязанностей – недешево, но вы же можете создать какой-нибудь уникальный артефакт, обладая которым проверяющий закроет глаза на правду. Даже если он из клана Равенов.

Я хмыкнул.

– Что ж, в таком случае мне не о чем беспокоиться.

Потому что в подвале у меня собирается пресс для создания этерния. В промышленных количествах.

Глава 2

Я долго думал, как можно организовать работу так, чтобы одаренный в ней участвовал по минимуму, а основной труд ложился на плечи простолюдинов. К счастью, ответ был.

Конвейер, на котором каждый выполняет только свою задачу. Нет ведь ничего сложного, чтобы нанести нужную черту на подготовленном материале. Заставлять людей, не знакомых с черчением, рисовать магические схемы, я не собирался.

Но для начала нужно было разбить создание ритуала на этапы, и сделать это так, чтобы одновременно было несложно их выполнять и при этом не тратить много времени на каждую деталь.

Саму конвейерную ленту я опробовал еще на лаборатории Дии в Меридии. Так что с ее сооружением никаких проблем не возникло, я просто увеличил масштаб в несколько раз, создав свою первую производственную линию. Теперь она ждала отладки, как только мастера доставят последние запчасти в мою промышленную зону.

Брат Курт прибыл на ужин вовремя, так что мне не пришлось ждать. Кроме клирика сегодня ко мне присоединились и Марк с Женевьевой. Против их участия я не возражал, послужат свидетелями при разговоре, тем более что их это тоже некоторым образом касается.

– Ваша милость, – поклонился мне брат Курт.

– Прошу, садитесь, – ответил я, указав на кресло сразу за Марком. – Насладимся едой, заодно обсудим некоторые вопросы. Женевьева, обязательно попробуйте это жаркое, у нас его готовят по специальному рецепту, вряд ли вы ели нечто подобное.

Девушка благодарно кивнула, вежливо улыбаясь мне. После того, как Дия добилась прогресса с ее братом, Фламмаган стала более жизнерадостной, и как я слышал от вездесущих слуг, начала отвечать на знаки внимания Марка.

Вайссерманн не терял времени даром. В Чернотопье, пожалуй, не осталось места, куда бы хозяин Белолесья не сунул свой нос. Но я не препятствовал – пока родственник ездил по баронству, мне никто не мешал заниматься своими делами.

Слуги расставили блюда и на некоторое время над столом был слышен только звон приборов о тарелки. Утолив первый голод, я закончил поедать салат, одобренный Ханной, и перешел к упомянутому жаркому. Соус получился чудесным, хотя я и был удивлен, что пришлось использовать грибы, а не травы. Но, в конце концов, результат не отличался от земного, и я был доволен.

– Итак, брат Курт, – разделывая кусок мяса на тарелке, заговорил я, – вы уже поставили молельни в каждой деревне и поселили в каждой по брату. Каковы дальнейшие планы?

Клирик вытер рот салфеткой, прежде чем ответить, не иначе выигрывал время для обдумывания.

– Пока что никаких распоряжений на этот счет не поступало, ваша милость.

– Но у вас же есть какие-то идеи? – спросил я, нанизав нежную свинину на вилку. – Скоро должны быть первые результаты наших учеников. Ваши братья готовы к этому?

– Я провел несколько бесед с прихожанами, ваша милость, – ответил тот. – И проинструктировал остальных. Разумеется, в ближайшее время нам придется постараться чуть больше обычного, пока это не войдет в привычку у людей, но никаких проблем не возникнет. Полное одобрение старшего брата – это полное одобрение.

Ну да, за такие подарки, какие я сделал для священников. Шутка ли – в каждом доме своя священная книга. И пускай большинство еще не способно прочесть даже надпись на обложке, это серьезно поднимает дух населения.

– Я просил подготовить новые тексты для печати, – напомнил я. – Вы провели подготовку?

Клирик успел глотнуть вина, чтобы смочить горло.

– Мы ждем слова старшего брата, ваша милость, – сказал он. – Я сегодня получил послание – в столице начались активные споры, в каком порядке печатать наши книги. Но все списки у меня есть и служки прямо сейчас приводят их подготовку для издания. Как только я узнаю, в каком порядке будем работать, я сразу же вас оповещу.

– Хорошо, и заодно предоставите мне весь возможный каталог, а то я, оказывается, очень плохо осведомлен о нашей религиозной литературе.

Он постарался изобразить вежливую улыбку.

– Ваша милость, у вас другая задача, так что ничего удивительного в этом нет. Большинство наших книг изучают только сами братья.

– Почему же? Разве они опасны? – спросил я, отпив брусничного морса из бокала.

– Нет, но в основном это жизнеописания прославившихся братьев, совершивших духовный подвиг, – пояснил он. – Их деятельность мало интересна широкой публике. Собственно, это основная причина, почему братья стали спорить, что важнее – обеспечить всех нашими книгами или направить силы на просвещение прихожан.

Я хмыкнул и повернулся к внимательно слушающему нас Вайссерманну.

– А ты что думаешь, Марк, что важнее, с твоей точки зрения?

– Полагаю, – начал родственник, бросив короткий взгляд на сидящую напротив девушку, – сейчас, на стадии общего образования как раз для народа подобные книги были бы полезнее.

– Поясни, – попросил я с одобряющей улыбкой.

– Религия сама по себе служит средством сплочения людей. Как все присутствующие здесь знают, сейчас наш Крэланд ведет войну против еретиков. Но простолюдины не видят разницы между одним братом и другим. Поэтому я считаю, что в столице должны задуматься – как поставить себе на службу собственных прихожан. У вас не так много власти, брат Курт, чтобы отказываться от подобного рычага влияния.

Я кивнул в ответ, и тут заговорила Женевьева.

– Есть еще один момент, ваша милость, – негромко начала она, и я отсалютовал ей кубком, позволяя говорить. – Пример героизма. Ваши стражники проявили себя, как настоящие герои в том нападении. И вы правильно поступили, когда отметили их действия наградами. Но точно такие же подвиги описаны в книгах братьев, так почему бы не приучить людей к мысли, что совершить подобное может каждый?

– Благодарю, Женевьева, – сказал я. – Как видите, брат Курт, я не один думаю, что ваши соратники заняты не тем делом.

– Ваша милость, – с неодобрением покачал головой клирик. – Вы же знаете, что я не могу принимать решения самостоятельно. Кроме того, прошу обойтись без подобных высказываний.

– Потому что я одержимый, так? И такие речи только подтолкнут людей поверить, что моя душа черна, продана демонам, и я устраиваю оргии с девственницами каждое полнолуние?

Он хмыкнул с легкой усмешкой, которую не смог подавить. Женевьева чуть покраснела, лишь Марк остался невозмутим. Он, пожалуй, больше остальных провел рядом со мной времени и привык к подобной манере.

– Эти слухи беспочвенны, ваша милость, но не стоит их недооценивать, – справившись с собой, проговорил брат Курт.

– Тогда прошу вас провести работу со своими соратниками, – добавив строгости в голос, сказал я, отрезая новый кусок мяса. – Сегодняшний служка всерьез считал, что я скормлю его демонам. И неплохо было бы дать им немного воспитания, потому как он ломился в нашу спальню так усердно, что любого другого я, не задумываясь, казнил бы.

Курт склонил голову.

– Я разберусь с этим вопросом, ваша милость.

– Я рад, что вы меня услышали, – кивнул я, заканчивая разговор.

Несколько секунд над столом царило молчание. Наконец, новую тему поднял Марк.

– Киррэл, я видел, что твоя фабрика на болотах производит белый корень в больших количествах. А еще заметил, что все твои начинания пока что не приносят дохода.

– Да, – кивнул я. – Но это только дополнительное производство. Я планирую уже весной развернуть основные мощности в промышленном поселении.

– Я хотел бы уточнить, может быть, Ханна согласится посетить Белолесье? – спросил он, внимательно следя за мной.

Я пожал плечами.

– Я не вижу никаких препятствий для этого. Но тебе нужно с ней обсуждать этот вопрос. Во всяком случае, если она оставит достаточно лекарства, то может и сейчас отправиться. Но в целом я не имею ничего против твоего предложения. Хочешь развернуть производство и у себя?

Марк кивнул.

– Ханна уже доказала свою эффективность, так что работа со специалистом такого уровня может серьезно увеличить доход с моего баронства.

– Но и стоить ее услуги должны немало, – вставила Женевьева, глядя на своего жениха. – Вы готовы выбросить столько денег, даже не зная, окупятся ли вложения?

– Почему вы уверены, что я их выброшу? – нахмурился Вайссерманн.

– Потому что вам придется оплачивать работу алхимика, какой бы результат ни получился. А поручиться, что в Белолесье найдется хоть что-то ценное, не может никто. Его милость заполучил помощь госпожи Замберг, предоставив ее роду весьма солидное вознаграждение.

Это, конечно, не совсем так, но со стороны, пожалуй, выглядит похоже. Заммен вошел в ассоциацию, представляет ее интересы в Херцштадте, а Ханна работает на меня и сидит безвылазно в Чернотопье уже несколько месяцев. Разумеется, она либо моя любовница, либо очень хорошо зарабатывает здесь.

Но вмешиваться я не стал, мне было интересно понаблюдать, как Марк станет выкручиваться.

– Белолесье не просто так названо, – чуть приподняв подбородок, ответил Вайссерманн. – Наша семья не только наладила добычу древесины редких пород, но и продает изделия из нее. Я в любом случае не останусь в проигрыше, каков бы результат ни был.

– Но эта торговля древесиной принадлежит вашей семье, – с намеком приподняла бровь Женевьева.

– И станет моей, – заверил Вайссерманн.

Я улыбался, слушая их пикировку. Девушка, разумеется, вряд ли отвертится от заключенной сделки, раз уже привезла брата и тот получает лечение. Но и Марку сладкой семейная жизнь вряд ли покажется. Она же его, даже не заключив помолвки, пилит не хуже, чем мастера в Белолесье.

Я видел бумаги, той чудесной древесины из баронства вывозят сущие крохи. Доход едва-едва покрывает расходы, так что Марку придется лезть в карман отца, чтобы купить время Ханны. И Фламмаган права – нужно лучше считать деньги и не тратить на то, что не можешь себе позволить.

– Что ж, на этом я вас покину, уважаемые гости, – объявил я, дотягиваясь до своей трости. – Продолжайте ужин, а мне пора приниматься за работу.

Они поблагодарили меня за приглашение, вежливо дождались, когда я покину столовую, и затем продолжили диалог. Признаться, эта перепалка меня даже повеселила, уже только за одно поднятое настроение можно было их поблагодарить.

Спустившись в подвал, я открыл лабораторию и, устроившись за столом, приступил к изготовлению очередной детали будущего пресса. Изначально я взял за основу поглотитель, который висел под королевским замком Катценауге. Но, естественно, за прошедшее время человечество придумало куда более эффективные системы и ритуалы.

Прогресс пошел, правда, не вширь, а вглубь, и маги совершенствовали уже готовые чары, не создавая нового. Да и я сам, по сути, ничем не отличался от них – как известно, все уже украдено до нас. Даже мои револьверы уже были придуманы и опробованы Аркейном.

Однако орден не имел того опыта, который был у меня. Я же видел уже конечный итог стрелкового оружия, мне не требовалось совершать промежуточных шагов. Отсюда и повышенная эффективность моих изделий – я знал, что можно лучше, и в большинстве случаев понимал, как этого добиться. В то время, как местные чародеи все еще тыкались наощупь, у меня имелся опыт с конечным результатом.

Оригинальный эфирный агрегат занимал огромное пространство, и, по сути, выступал в большей степени хранилищем магии. Мне такого не нужно.

У меня перед глазами была разобранная послойно «Купель», в технологии которой я все же разобрался и теперь мог применить на своем прессе.

Избавившись от крупной оболочки, работающей в качестве «цистерны» для эфира, я сократил масштаб агрегата почти на три четверти. Да, все равно получалось громоздко, но уже не требовался громадный зал, чтобы уместить там один артефакт. Да и, откровенно говоря, мне не нужны большие куски кристаллов, хватит и тонких пластин, которые привык использовать в последнее время.

К тому же нельзя забывать, что если батарейка работает долго, никто не станет оплачивать новую. А я не собираюсь становиться меценатом, мне нужно обеспечить финансовую стабильность для своей семьи.

Так что пластины – достаточный выбор. А если вдруг понадобится создать нечто крупное, гораздо легче сделать это разово самому. Для внутреннего, так сказать, пользования.

Не забыл я и о том, где они должны будут использоваться. Получив на руки достаточно артефактов, заточенных на применение светлыми и неодаренными, я вчерне разработал схему будущего пулемета.

Моральные терзания о том, где предел моему вооружению, больше меня не беспокоили. Арония не погнушалась бомбить Крэланд своими «Купелями», так почему я должен сдерживаться?

Да, технология опасна, и ее могут применить против меня. Но для этого у меня уже есть система превентивного выведения из строя изготовленных артефактов. Каждый будет зарегистрирован, и в случае потери – просто уничтожен. На свободную продажу я оружие поставлять не собираюсь, но отражать очередное нападение обвешанных защитой еретиков смогут даже простолюдины.

На меня могут косо смотреть в королевском совете, но не я выпустил джинна из бутылки. Да и к тому же я одержимый, чего от меня еще ожидать?

В дверь постучались, и я откинулся на спинку кресла.

– Минутку, Ханна.

Накинув ветошь на заготовку, я поднялся и дошел до двери. Замберг дождалась, когда я открою, но стоило мне потянуться за лекарством, выпалила:

– Ваша милость, пожалуйста, скажите Марку Вайссерманну, что я не собираюсь ехать в его Белолесье!

Поболтав бокалом с лекарством, я хмыкнул.

– Но вы можете и сами ему отказать, – сказал я, после чего залпом выпил очередную дозу. – Или я чего-то не знаю?

Ханна кивнула, принимая посуду.

– Мне кажется, он немного не в себе, ваша милость, – негромко пояснила она. – Вбил себе в голову, что я просто заламываю цену. А я не могу работать и одновременно вести светские беседы, вы же знаете.

Я кивнул в ответ.

– Хорошо, я поговорю с ним. Но, честно признаться, не думал, что дойдет до подобного.

– Он очень вами восхищается, – пояснила Замберг. – И пытается следовать вашему примеру. Но… Не всем дано одинаково, и Вайссерманну не хватает не только вашего ума, но и простой мудрости, чтобы это понять. Кроме того, Белолесье – абсолютная пустышка, и любому алхимику это уже известно.

– Я попробую его образумить, – сказал я. – А как вам Женевьева?

Ханна ответила не сразу, и я уже засомневался, может быть, она не хочет вести такие разговоры на пороге, но девушка все же заговорила:

– Она дочь своего рода, это все, что я могу сказать, – произнесла Замберг. – Благодарю, что согласились помочь, ваша милость. Мне пора возвращаться к работе, у меня там растворы.

Я кивнул и жестом предложил идти.

– Восхищается, значит? – хмыкнул за моей спиной Ченгер, как обычно явившийся без приглашения.

Я обернулся к своему компаньону и оглядел его с ног до головы.

– Судя по всему, ты неплохо провел время у своей ведьмы, – прокомментировал я вид демона.

Из Аронии он вернулся потрепанным и даже похвастался, что лишился глаза в бою. Но теперь никаких следов повреждений на теле не осталось, так что, полагаю, Ченгера можно снова смело отправлять на фронт.

– А как иначе? – оскалился он. – Но долго на месте сидеть мне претит. Ты уже решил, что мы будем делать дальше с еретиками и орденом?

– Да, и у меня будет для тебя пара заданий. Сперва доставишь продукты «Рысям», их еще рано выводить из Сибурга. А сам посмотришь, как там обстановка в других городах. Дело это будет не быстрое, но, полагаю, для тебя не составит труда провести разведку.

– Для чего? – уточнил демон, складывая руки на груди.

– Для проведения полевых испытаний, разумеется, – ответил я и, пройдя к полке с чертежом будущего оружия, вручил бумагу ему. – Мне нужно, чтобы ты нашел подходящее место, откуда можно бить вот этим.

– Занятная игрушка, – бегло оценив схему взглядом, улыбнулся демон. – Дашь мне одну поиграть, когда соберешь?

– Обязательно, самую первую испытывать будешь лично, – легко пообещал я.

В конце концов, только у демона будет возможность сбежать, если что-то пойдет не так. Рисковать своими людьми я пока что не готов.

Но после доведения до ума вооружения своей дружины – уже можно будет посмотреть.

– Тогда я готов выступать прямо сейчас, – заявил Ченгер, крайне бережно складывая чертеж. – Где продукты для «Рысей»?

Глава 3

Поместье Блэкландов.

– Алан, почему здесь гвардия Равенов? – дрогнувшим голосом спросила супруга.

– Полагаю, это ответ, – хмыкнул тот, сохраняя внешнее спокойствие.

Но обмануть Блэкланд мог постороннего, но никак не собственную жену, с которой прожил не один десяток лет. И она видела, что супруг напряжен.

– Признавайся, ты что-то натворил? – тихо спросила она, глядя в окно особняка.

Королевская гвардия шла ровным красивым строем. Развевались на ветру поднятые флаги – Крэланда и Равенов. Воинов пришло больше сотни, за ними тянулись подводы обоза, которым занималась менее красивая обслуга. Не оставалось сомнений – гвардия недавно отдохнула и выдвинулась к поместью только утром, свежей и готовой действовать.

Дружина Блэкландов собралась во дворе особняка. Верные своему барону люди с хмурыми лицами готовились к любому исходу визита.

Последние события, когда Равены уничтожали любого, кто осмелился им перечить, не прошли бесследно. Теперь доверия королевскому клану стало намного меньше.

– Тебе не о чем волноваться, – глухо произнес Алан. – Ну, чего ждешь? Подай мне парадный китель!

Если уж и встречать столь высоких гостей, так подобающим образом. Никто не посмеет сказать, что барон Черноземья ударил в грязь лицом, выходя навстречу королевской гвардии. В отсутствии самих Равенов их воины представляют клан.

К тому же официальный наряд не приспособлен к бою, хоть и защищен. Если Алана попытаются убить, вскоре все узнают, за что.

Сын был осведомлен о бумагах, отправленных в Херцштадт, так что сумеет сложить два и два. Не глупая Агата, хотя и дочь бы догадалась, что к чему. Артура и не было в поместье – умчался с утра по делам баронства, кроме того вряд ли он не сообразит, что возвращаться сейчас нельзя. А если с Аланом что-то и случится, сын поднимет всех ближайших баронов, чтобы призвать королевский совет к ответу.

Одевшись с помощью жены, глава рода на деревянных ногах спустился по лестнице на первый этаж и ненадолго замер перед входными дверьми. Слуга дождался, когда хозяин подаст знак, и распахнул створки.

– Ваша милость, – склонил голову капитан дружины, приветствуя своего барона. – Какие будут приказы?

– Защищайте мою семью, – ответил Алан, шагая к воротам, за которыми уже можно было разглядеть лица королевских гвардейцев.

Блэкланд дал знак слугам, и те распахнули ворота. От рядов гвардейцев вперед прошел только один. Остальные замерли, глядя строго перед собой, но держа ладони на рукоятях мечей.

Остановившись перед проходом, он вытащил из переметных сумок небольшой тубус, перевитый лентой в цвет графства Огонвеж, закрепленной печатью Равенов. Королевский клан уже даже не скрывал, что считает Крэланд своей собственностью, иначе печать была бы королевской.

– Алан Блэкланд, барон Черноземья, – проговорил гвардеец, делая шаг вперед. – Мое имя Курт Равеншор, и я прибыл сюда по приказу королевского совета.

Он протянул тубус крышкой вперед, и Алан принял его, тут же сломав печать.

Блэкланд чувствовал, как замерли за его спиной не только дружинники, но и прислуга. Как наяву увидел жену и дочь, выглядывающих в окно.

А потом решительно потянул гербовую бумагу. Незрячим взором окинул печати внизу документа, и только после этого прочел текст.

– Это… – вздохнул он, не веря собственным глазам.

– Алан Блэкланд, позвольте мне первому поприветствовать вас, – ударив в нагрудник, Равеншор склонил голову. – Ваше сиятельство, граф Огонвежа!

Гвардейцы дружно повторили жест командира. Слаженный удар прогремел над поместьем, как гром.

– Благодарю, – едва шевеля губами, ответил Алан, чувствуя, как кружится голова и не хватает кислорода.

– Также мне велено сопровождать вас и вашу семью в графское имение, – продолжил гвардеец. – И проследить, чтобы никто не помешал вашему сиятельству занять полагающееся ему положение. Я и мои люди с этого момента в вашем распоряжении, граф.

* * *

Дорога из деревни Большой к поместью Чернотопья.

– А я полагал, Чернотопье – бедное захолустье, – вздохнул молодой мужчина, поправляя капюшон плаща. – А здесь вон какая дорога сделана. Такую в столице не всюду найдешь.

– Насколько я слышала, он очень большие деньги заработал на заказах Равенов, – пожала плечами его напарница, сосредоточенно исследуя содержимое своей сумки. – Ты бы лучше сказал, куда я положила жмых от…

– Он у тебя в сундуке, – с усмешкой сказал целитель, оборачиваясь к напарнице. – Как тебе только дар такой достался, Мэрил? Ты же вообще не помнишь, куда что кладешь.

– Главное, что я не забываю, куда положить кишечник пациента, – буркнула та негромко, но парень услышал.

– Да ладно, это было-то когда? – возмутился целитель. – Я с тех пор никогда больше таких ошибок не совершал!..

Повозка, в которой их везли, плавно покачивалась, но не тряслась. Зачарованная дорога была очень плавной и одного только этого факта хватало, чтобы ускорить передвижение по ней втрое.

– Ага, нашла! – высунулась из сундука девушка и из-под капюшона наружу показались выбеленные сединой волосы. – Харп, давай-ка подготовимся к встрече с этим одержимым.

– Ты что удумала, старая?

– Как что, яд, разумеется, – пожала плечами та. – Равены платят хорошо, но я не для того прожила сто двадцать семь лет, чтобы сдохнуть при встрече с одержимым демонологом. Нужно будет – сбегу на восток, там, поговаривают, наследник очередной имперский появился.

Харп лишь головой покачал, не спеша присоединиться к коллеге. Он, в отличие от старой подруги, никуда из Крэланда не собирался. И с одержимым однажды уже имел дело.

– Не вздумай только меня впутывать в это дело, Мэрил. Я с тобой попасть за нарушение приказа короля на плаху не хочу.

– Старший брат Томаш – не король.

– Ага, а кто же тогда король? Может, твой восточный наследничек?

Та не ответила, полностью поглощенная работой. За их разговором никто не подслушивал – снаружи шел настоящий ливень, и пару целителей не тревожили. А защитить себя – первое дело, о котором следует подумать целителю, если он хочет прожить не отмеренные сто годков, а хотя бы дотянуть до двухсот.

Повозка катилась по дороге, приближаясь к поместью барона Шварцмаркта.

* * *

Поместье Чернотопья. Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт.

Отослав Ченгера, я вернулся к работе над прессом и учебником по магии Воздуха. Дело шло медленно, но и я не особо спешил, понимая, что любая ошибка может обесценить все труды, а что касается записей, то за ними я больше отдыхал, чем на самом деле напрягался. Только глаза уставали, да спина болела после долгого сидения.

– Дорогой, ты не хочешь хоть немного отдохнуть?

Дия положила мне руки на плечи и стала массировать их, заставив меня застонать от удовольствия. Делала супруга это по-своему – благодаря вампирским способностям ей не представляло труда найти нужное место, куда следует нажать, чтобы наладить правильный ток крови и снять напряжение мышц.

– К сожалению, пока что все еще нет на это времени, – со вздохом признал я, откинувшись на спинку кресла. – Как же приятно! Дорогая, ты просто богиня!..

Она тихонько посмеялась, довольная комплиментом. А затем нажала что-то в шее, и в моей голове резко прояснилось. Да уж, китайская акупунктура и рядом не стояла. Так хорошо мне еще ни разу в жизни массаж не делали.

– Тогда долго не засиживайся, пожалуйста, – прошептала она мне на ухо, вызвав волну мурашек по спине, – завтра должны прибыть целители Равенов, нужно встретить их, как подобает барону.

– Как только закончу главу, сразу приду к тебе, – улыбнулся я жене, гладя ее по руке.

– Хорошо, – ответила она и чмокнула меня в щеку.

А через минуту я уже слышал, как она сопит за моей спиной, как обычно в последнее время, завернувшись в кокон одеяла, и не оставив для меня ни кусочка. Впрочем, это меня нисколько не беспокоило, а вот построение правильного объяснения взаимодействия чародея с даром для точечного воздействия Воздухом – еще как.

Сложно объяснить то, чем не можешь пользоваться. Я, конечно, использую обходные пути, добиваясь тех же результатов другими способами. Но маги Воздуха будут работать со своей стихией напрямую, им мои костыли не нужны. И переключаться порой очень тяжело.

Однако это не значило, что задача невыполнима, а потому я потратил еще час, чтобы описать процесс максимально четко. Теперь даже у неодаренного должно быть понимание, как работает конкретно эта магическая формула, и чего от нее ждать.

Воткнув ручку в подставку, я оставил учебник открытым и потянулся. Суставы похрустывали, эффект от массажа Дии закончился, и я вновь почувствовал себя старой развалиной, каким привык быть на Земле. Но больше меня это не тяготило – зелья Ханны творило чудеса, на самом деле оставалось совсем недолго, когда я смогу полностью прийти в себя.

Взявшись за рукоять трости, я поднялся на ноги и, быстро наведя порядок на столе, разделся, чтобы присоединиться к сопящей супруге. Улечься рядом с беременной женщиной – та еще задачка, вампиры и без того спят чутко, а в нынешнем состоянии Дия порой аномально чувствительна. Но случаются и такие моменты как то утро, когда к нам ломился служка.

Наконец, заняв позицию на постели, я осторожно приподнял край одеяла и подполз к жене, обнял ее сзади и, уткнувшись носом ей в шею, мгновенно заснул. Работы много, сил мало, времени еще меньше.

Проснулся уже ближе к обеду. Солнце уже поднялось достаточно высоко, в постели я лежал один. Усталость, видимо, накопилась – вставать с кровати не хотелось совершенно. Складывалось ощущение, будто по мне бульдозером проехались несколько раз.

Глубоко вздохнув, я скинул с себя одеяло и потянулся за тростью. Этот атрибут стал уже настолько привычен, что мне не хотелось с ним расставаться. Кроме того, иметь под рукой перманентно заряженный под завязку артефакт – это лучше, чем его не иметь.

Накинув на себя халат, я дернул колокольчик, и через минуту ко мне заглянула служанка.

– Ваша милость, – поклонилась Анна.

– Подай завтрак, и передай моей жене, что я хочу ее видеть.

– Как прикажете, ваша милость, – ответила служанка, и упорхнула выполнять поручение.

А я остался сидеть в кресле за рабочим столом и тупо глазел на исписанную моим почерком страницу. От вида накарябанных мной букв стало тошно, и я поспешно закрыл учебник, а затем и вовсе засунул его в ящик.

– Как же мне это все надоело, – проворчал я, опуская лоб на столешницу.

Раздался аккуратный стук в дверь, и я поднял голову.

– Войдите.

Анна внесла поднос, заставленный блюдами, одобренными Ханной, и я лишь вздохнул. Назначенная алхимиком диета уже сидела в печенках, хотелось нормальной еды, а не травки на тарелке. Я же мужчина, а не козлик!..

Но вместе с тем я прекрасно понимал, что для того, чтобы вернуться в форму, нужно придерживаться установленного лечения. Иначе можно просто запустить любое затратное заклинание и пережечь себе дар. Вот она будет свобода… На пару лет, пока меня не сожгут на костре, как положено прощаться с мертвыми в Эделлоне.

Сегодня меня раздражало все – и бесконечные учебники, и необходимость вручную шлифовать каждую деталь проклятого пресса, и собственная слабость, и чай не той температуры. Оставалось только удивляться, как я еще ни на ком злость не сорвал. Но, судя по тому, что со мной происходит, до этого момента осталось не так уж и долго.

– Дорогой, ты звал? – на пороге спальни появилась Дия.

– Да, – кивнул я, поглаживая края кружки с остывшим чаем. – Скажи, ты ничего странного во мне не замечаешь? Может быть, изменилось что-то внутри?

Взгляд супруги стал обеспокоенным, она подошла ближе и чуть громче обычного втянула воздух носом. А после и вовсе уколола мне палец и, рассмотрев внимательно выступившую каплю, сказала:

– Посиди-ка здесь, никуда не уходи. Мне нужно поговорить с Ханной.

– Да не то чтобы я теперь был большим любителем прогулок, – хмыкнул я.

А пока жена бегала советоваться с Замберг, я еще раз провел собственный анализ дара. Все было так, как и должно быть – восстановление не прекратилось, прогресс, правда, не слишком заметен, но это нормально. Так что изменилось?

Женщины вошли вместе. Дия сразу отошла за спинку моего кресла, а Ханна раскрыла принесенный с собой саквояж и, повторив процесс с добычей моей крови, принялась за работу.

– Дорогая, – негромко произнес я, не оборачиваясь к супруге, – сейчас самое время, чтобы сказать, что именно ты почувствовала.

Но первой ответила не она, а алхимик.

– Ваша милость, эта кровь – не такая, как та, которую я брала у вас раньше.

– Подробнее, – потребовал я, чувствуя растущее раздражение.

В самом деле, ведь не так сложно сказать сразу, почему я должен тянуть из них клещами? Но я сдержал порыв, отдавая себе отчет, что ни Дия, ни Ханна в происходящем не виноваты, а излишняя резкость ничего хорошего мне не принесет.

– Пока что я вижу, что наполнение эфиром изменилось, – ответила Замберг. – Дайте мне немного времени, я сейчас разберусь.

Она взяла еще немного крови из пальца и, размазав капли по нескольким стекляшкам, принялась смешивать ее с разными ингредиентами из своего саквояжа. Я скорее догадался, чем почувствовал, что каждый порошок соответствовал типу дара чародеев.

Минута шла за минутой, а я не мог отделаться от мысли, что упустил нечто очень важное, но никак не мог взять в толк, что именно. Мои знания остались при мне, и я сомневаюсь, что их можно отобрать, не повредив мою личность. Источник и магические каналы продолжают восстанавливаться.

– Ваш фамильный дар по-прежнему не отзывается, – сообщила Ханна, отставляя испачканное стекло в сторону. – Так что магом Воды вы не стали.

– Он и не должен был, ведь я демонолог, – хмыкнул я в ответ. – Погоди, а можешь ли ты определить наличие именно демонической магии в моей крови?

Алхимик кивнула и полезла в сумку за новым ингредиентом, а я погрузился в себя, внимательно перебирая свою внутреннюю магическую систему каплю за каплей. И понял ответ раньше, чем Ханна ответила.

– Я одержимый, и это единственное, что могло измениться, – сказал я со вздохом, после чего обернулся к Дие. – Кажется, что-то пошло не так, как я рассчитывал.

Я не чувствовал той тонкой, едва заметной ниточки договора, которую уже привык частью себя. Настолько, что у меня даже мысли не возникло, что Ченгер может действительно оборвать ее. Вот только я очень сомневаюсь, что с ним самим что-то случилось.

В дверь постучались, и Дия открыла рот, чтобы прикрикнуть на слуг, я видел это по ее лицу, а потому опередил супругу с ответом:

– Войдите!

Анна заглянула к нам в спальню с настолько подозрительным взглядом, как будто намеревалась поймать нас на чем-то постыдном и горячем. Ну да, половина баронства считает, что Замберг на самом деле – моя любовница, и оставил я ее у себя по той причине, что Дия пока не может удовлетворять мои мужские потребности. Найду того, кто пустил этот слушок, и я пожму ему горло!

– Ваша милость, – заговорила служанка. – Прибыли люди от клана Равенов. Требуют, чтобы вы их срочно приняли.

Мы с Дией переглянулись, и я кивнул ей.

– Что ж, раз у нас здесь так много специалистов разом, пусть их целители посмотрят, чем обернулась для меня служба Крэланду.

Ханна разместилась на нашей постели, даже не подумав покидать спальню, Дия успокаивающими движениями массировала мне плечи, а я смотрел на закрытую служанкой дверь и гадал, что случилось.

Он ведь не просто так разорвал договор именно в ночь перед приездом целителей, верно? Демон страданий решил меня защитить перед общественностью, создав еще один прецедент, когда одержимый самостоятельно исцелился от этого кошмара?

И ведь не спросишь уже – Ченгер теперь недоступен для разговора. Но я обязательно задам ему эти вопросы, как только появится возможность. Другие-то демоны никуда не делись, Индарг найдет моего компаньона, где бы тот ни прятался.

– Грандмастера целители Мэрил и Харп, ваша милость.

Глава 4

Чуть ранее. Арония.

Скука? Ченгер уже забыл, что это такое.

Конечно, Киррэл не слишком спешил воевать, но тут демон его поддерживал – даже самое вкусное блюдо, если им питаться постоянно, теряет свое очарование. Так что, насытившись мучениями при нападении на анклав, он вернулся к Катрионе, где посвятил время не столько восстановлению, сколько плотским утехам.

Постепенно ведьма подчинялась демонической силе, прорастающей в ней. Связь с Ченгером все больше изменяла ее, незаметно, по капле. Но с такой скоростью, с которой этот процесс шел, Катрионе не хватит жизни, чтобы он закончился. К тому же форсировать события было чревато – все же в баронстве стало очень много клириков, которые могли не понять подобных отношений.

Помимо этого демон дал Киррэлу обещание, которое собирался сдержать. Это было выгодно обоим.

Барон же продолжал радовать своими новшествами. И то оружие, которое пока существует лишь в виде чертежа, откроет новую веху в кровавой истории сражений. Ченгер, быть может, и не был очень хорошим специалистом в артефакторике, но сумел понять, сколько боли и страданий принесет игрушка Шварцмаркта. И сам «Чертополох» это прекрасно понимал, скрывая до сих пор такие идеи.

Так что к порученному заданию Ченгер отнесся с пониманием. Для испытания нужно подобрать подходящие условия. К тому, что это будет опасно, демон относился без особых переживаний – все его существование связано с опасностью. Но оружие нужно было проверить досконально, так что у других испытателей просто нет шансов реализовать весь чудовищный потенциал игрушки Шварцмаркта.

Ченгер осматривал лежащий у его ног город, разместившийся на горном перевале, из-под ладони. Солнце светило в глаза нещадно, однако последняя жара в году на такой высоте не особенно ощущалась, да и врожденная устойчивость не позволяла испытывать неудобств.

Индарг вырос из тени демона и, отступив в сторону, тоже взглянул в сторону поселения.

– К барону едут целители, которые планируют убить его, – сообщил Тень, и его глаза заскользили по темному пятну, заменяющему голову, пока он осматривался. – Не желаешь вмешаться?

– Хочешь занять мое место? – хмыкнул Ченгер, спокойно оборачиваясь к собеседнику. – Но самому этого сделать силенок не хватает.

– Мы с тобой достаточно стары, чтобы понимать – договариваться выгоднее, – ответил Тень. – Барона хватит на нас обоих, с ним интересно, на нем можно расти. И все это может быть потеряно, если люди решат его убить.

– Я знаю, – кивнул Ченгер. – И у меня уже есть план.

– Разорви договор, – прошипел Индарг. – Твои идеи приведут лишь к разрухе и погибели. А мы все хотим оставаться с бароном как можно дольше. Ты не думал, что твои уроки только вредят ему?

– Давно ли ты стал таким сентиментальным? Учишь демона морали? – оскалился тот. – Не думал, что человеческий мир так быстро сделает вас мягкими. Я уже сказал, у меня есть план. И до тех пор, пока кто-то из вас, лижущих человеческому магу пятки, не бросит мне вызов, я своего места не уступлю. Ты хочешь бросить мне вызов, Тень?

Индарг промолчал.

– Не забывай, кому вы все обязаны, – рыкнул демон страданий. – Это я заключил договор, когда никто не видел в мальчике потенциала. Это я сделал его тем, кто он есть. Так что если вздумаешь давить на жалость, то я тоже надавлю… На тебя.

Тень втянулась в землю, растаяв без следа, а Ченгер отвернулся в сторону города. Порой стоило напомнить, кто тут главный. За подобную попытку вмешаться в свои дела любой высший демон мог запросто разорвать претендента. Но то – в демоническом слое. В Эделлоне им всем приходится уживаться.

– Договор он хочет мой отобрать, – проворчал Ченгер, выпустив когти и уже сползая по отвесной скале. – Что дальше? Киррэл меня нянькой к своему сыну приставит, сопли вытирать?

А уже через час, переместившись к другому поселению по ранее оставленной Киррэлом метке, демон забрался на ветку в чаще леса и, прикрыв глаза, сосредоточился на нити, связующей его с бароном.

Неслышный звон лопнувшей струны загудел в голове Ченгера, приток магии утончился, оставив только один источник – Катриону. Мгновение накатившая слабость терзала сущность демона, а когда тот открыл глаза, пламя в них стало менее ярким.

– А вот теперь посмотрим, как ты справишься, бастард. Без своих демонов.

* * *

Сейчас. Чернотопье, поместье барона. Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт.

Выглядели целители едва ли за двадцать, но при этом оба совершенно седые. Однако работали они с таким видом, будто действительно знали, что делали. Магия Воды идеально подходила для лечения большинства болезней, но уровень контроля воздействия при этом должен быть очень высоким. Одно неверное движение – и у тебя на столе не пациент, а труп.

– Ваша милость, я буду честен, – произнес Харп, стоящий надо мной с протянутыми руками, которыми водил вокруг моей головы. – Вам очень сильно повезет, если слабость останется единственным последствием травм.

– Не слушайте его, ваша милость, – сдув седую прядь с лица, заявила Мэрил, колдуя над моей кровью, нацеженной в пробирку. – Самое страшное уже позади – вы сумели избавиться от демонов в вашем эфирном и астральном теле. Это само по себе чудо.

– Такое уже бывало, – не согласился Харп. – Ваша милость, не волнуйтесь, все последствия нам известны. Брат Томаш отправил нас как раз для того, чтобы не допустить трагедии.

– Я, конечно, могу показаться вам грубым, но вы не могли бы делать свою работу молча? – спросил я, устав от бесконечного спора между целителями. – Если вам требуется снять напряжение перед тем, как оказать мне свою квалифицированную помощь, в поместье хватает гостевых комнат с двуспальными кроватями.

Харп хмыкнул, а Мэрил вскинулась и взглянула на меня так, будто я ее сам здесь пытаюсь разложить. Черт возьми, неужели это действительно профессионалы высшего уровня? Я от них устал больше, чем от всей своей работы в Эделлоне вместе взятой. А мы всего полчаса в одной комнате находимся.

– Мы прекрасно отдохнули в дороге, ваша милость, – отозвался Харп, закончив свои манипуляции. – Я вижу, что госпожа Замберг уже дает вам препараты от отравления этернием, и должен признать, пока что это лучшее лекарство, с которым мне доводилось встречаться. Но мы все равно останемся здесь, чтобы все держать под контролем. Распоряжение королевского совета.

– Хорошо, – ответил я, встречаясь взглядом с женой.

Она полукровка, и вряд ли это скроется от целителей. Но, полагаю, у меня найдется способ заставить их держать язык за зубами. В конце концов, я прожил бок о бок с демоном страданий немало времени. У Ченгера было чему поучиться.

– У меня все готово, ваша милость, – произнесла Мэрил, закончив колдовать с моей кровью. – Я подобрала подходящий для вас состав, ваш алхимик с ним справится. Кому-то другому пробовать не советую, он сделан из расчета только на вашу кровь.

– Спасибо за предупреждение, я как раз хотел проверить его на пленнике в подземелье, – усмехнулся я.

А я все-таки та еще желчная сволочь. Ченгер отбирал у меня негативные эмоции, и в худшем случае я просто ничего не чувствовал. Демон Злобы подогревал мой гнев, конечно, и влиял на принятые решения, но я все равно отвык ощущать столько негатива. Черт возьми, если я всегда таким был, неудивительно, что с женой и детьми у меня на Земле вышло так, как вышло.

Мэрил бросила на меня взгляд, выдающий все то презрение, которое она ко мне испытывала, но я не стал провоцировать конфликт.

Целители покинули спальню в сопровождении Дии, я же взял зелье на основе моей крови и, глядя на него, задумался.

– Она не использовала ядовитых веществ, ваша милость, я следила, – заявила Ханна, заметив мои сомнения.

– Я об этом даже не подумал. Благодарю, – кивнул я. – А теперь, если тебе не сложно, присмотри за этими гостями. Ты лучше понимаешь их специфику.

– Разумеется, ваша милость, я прекрасно осознаю, что в случае вашего падения я тоже лишусь свободы, – заверила меня алхимик и покинула комнату.

А я попытался дозваться до Индарга, однако Тень не явился. Демон просто не получил послания, я почувствовал, что связь оборвана, и попытка достучаться просто не доходит до адресата.

Это не было катастрофой, мы с ним завязаны на камни. Творить бесчинства он не станет. Но определенный дискомфорт отсутствие одержимости внесет. А ведь помимо целителей, там еще и солдаты прибыли. И за ними тоже нужно присматривать.

– Как же я устал, – со вздохом сказал я и принял предложенное зелье.

На вкус, в отличие от лекарства Ханны, было не так противно. Легкий мятный оттенок даже можно было назвать приятным. Но это никак не влияло на тот факт, что целительница однозначно настроена против меня. Интересно, почему?

Взявшись за трость, я не спешил вставать. Появилась законная возможность даже не покидать спальни, и к тому же стоило подумать, как теперь действовать. Ченгер, конечно, поддержал мою легенду, разорвав договор, но это не отменяло других вопросов, которые нужно решать каждый день.

Как бы там ни было, а я все еще барон Чернотопья.

– Дорогой, ты не будешь выходить?

Подняв взгляд на вернувшуюся супругу, я кивнул.

– Ты права, негоже оставлять гостей без приветствия хозяина дома. Я пока что еще жив, нужно играть до конца.

– Ты же можешь остаться…

– Ничего не изменилось, Дия, – поднявшись на ноги, качнул головой я. – Будем решать проблемы одну за другой. Помоги лучше подобрать подходящий наряд.

У меня не так уж много одежды и, честно говоря, я просто предоставил жене решать этот вопрос. Баронесса лучше меня представляла, как должен выглядеть ее супруг в тот или иной момент, ей это нравилось, а мне было безразлично, по большому счету.

Так что я оделся так, как выбрала супруга, и вместе с ней под руку спустился в столовую. Здесь уже собрались гости, капитан стражи, брат Курт. Очередной званый обед, который я не планировал, но который придется вести, несмотря ни на что.

Как бы ни относились ко мне подосланные Томашом целители, они все еще остаются королевскими ставленниками. А я не хочу конфликтов с Равенами – не тот у меня уровень влияния, чтобы тягаться с ними.

– Приветствую всех собравшихся, – кивнул я с порога и под руку с Дией дошел до своего места во главе стола. – Прошу простить, что не смог встретить вас, как подобает, но, думаю, господа целители уже ввели вас в курс дела.

Занявший место с правой стороны стола мужчина в накидке Равенов кивнул в ответ.

– Ваша милость, нас прислали для вашей защиты, королевский совет очень обеспокоен вашим здоровьем, – сказал он. – Помимо того нас предупредили, что возможны серьезные провокации со стороны Аронии. Мы здесь не для светских бесед, вы не часто будете нас видеть.

– Вот как? – хмыкнул я, разместившись в кресле. – Не думал, что я окажусь настолько важным для королевского совета. Но я рад, что вы здесь, так как у меня действительно не хватает людей, чтобы следить за границей. Да и еретики уже один раз прошли через болота, а где один раз, там и второй…

Командир кивнул.

– Нас известили об этом, ваша милость. И топи будут перекрыты нашими силами. К тому же новый граф Огонвежа распорядился слать за помощью при малейшем подозрении на вторжение.

Надо же, а я как-то упустил, что у нас начальство сменилось. Быстро же Херцштадт отреагировал на бумаги Алекса. Интересно, они знают, откуда растут ноги у этого доноса? Я подозревал, что Алан станет тянуть из Зальца какие-то преференции, но сместить династию окончательно – это как-то слишком.

– Я, видимо, не получил никаких уведомлений, – покачал головой я, – что граф вновь сменился. За последние несколько лет это уже четвертый, кажется?

– Изначально нас послали для поддержки Алана Блэкланда, – пояснил тот. – А уже после поступил приказ заняться Чернотопьем. Мы разделились на несколько отрядов, как раз сейчас один из них должен уже сопровождать нового графа вместе с семьей в Веж.

– Ясно, – кивнул я. – Итак, дорогие гости, приступим к трапезе. Дорогая.

Дия кивнула и потрясла колокольчиком, приглашая прислугу с едой. А пока на столе появлялись блюда, а в бокалах – напитки, я глядел перед собой, раздумывая, чем рост Блэкландов может быть мне полезен, а чем – опасен.

Алан, конечно, произвел на меня впечатление довольно разумного барона. И мы на его приеме довольно-таки продуктивно поработали. Но тот факт, что я нарыл компромат на графа, теперь может сыграть против меня. Потому что, как и в случае с топями, где один раз, там и второй.

Если Блэкланд решит, что я для него опасен, с возможностями графа ему будет не так уж и сложно попытаться избавиться от меня. Но это – самый крайний случай. В первую очередь хорошо, что он был непосредственным участником событий, ставших зарождением новой ассоциации, кроме того, понимает, где бизнес, а где – личное. Алан доказал, что с ним можно вести дела, и теперь мне требуется настроить отношения по-новому, чтобы не возникло конфликта интересов.

Вскоре за столом завязался диалог, но я в нем не участвовал, ковыряясь в тарелке. Дия периодически подавала мне лучшие куски, и я видел в ее взгляде, что жена меня искренне любит. Это было приятное ощущение, и без влияния Ченгера я чувствовал его полнее, ярче.

Это наводило на мысли. Сколько же всего было мной пропущено только из-за того, что у меня был договор с демоном страданий? Разумеется, я ничуть не жалею, что в той деревне сделал свой выбор, однако жаль, если окажется, что я упустил какие-то хорошие возможности для своего роста.

– Ваша милость, вы побывали в Аронии, – заговорила Мэрил, сидящая в середине стола слева. – Не расскажете, что там слышно о наследнике империи с востока?

Я замер, не донеся вилку с наколотым на нее мясом до рта.

Мир вокруг продолжал жить и кружиться, пока я сидел в своем баронстве, ничего не слыша и не зная. Юрген считал, что обязан помогать наследнику, но я отнесся к этому со скепсисом. А тут кто-то действительно настолько в это верит, что восстание поднял, чтобы возродить былую славу империи?

– Насколько я слышал, – сказал я, отложив прибор обратно на тарелку, – есть только один наследник – и он принадлежит к роду Торн. А все остальные, хоть и, возможно, равны по древности крови, но недотягивают по знатности. Так что боюсь вас разочаровать, мне не известно о каком-либо наследнике империи с востока.

– Жаль, было б любопытно узнать от непосредственного участника событий, – разочарованно вздохнула она. – А та школа демонологов, которую вы разграбили – их будут так же держать под артефактами или они уже представляют опасность для граждан Крэланда?

Эта девица явно хочет вывести меня из себя. Но я не совсем понимаю, какую цель она преследует. Или просто потому что я демонолог?

– Я не имею ни малейшего понятия, – пожал плечами я. – Ими занимается графиня Гироштайна. Полагаю, если у вас есть вопросы к главе ордена Марханы, вам следует адресовать их ей.

Однако она не остановилась на этом. Какая-то маниакальная тяга выводить опасных магов из себя? Безумие? Я не понимал, зачем лезть на рожон, когда осознаешь, что перед тобой сидит тот, кого прикрывает королевский совет.

– То есть вы совершенно не чувствуете вины за то, что подвергли опасности…

– В чем твоя проблема, девочка? – спросил я, перебив ее. – Я тебе не нравлюсь? Что ж, мне жаль, что это так. Но если ты считаешь, что прикрытие именем королевского совета делает тебя неуязвимой, ты ошибаешься. Капитан, какое наказание предусмотрено за саботаж приказа королевского совета?

– Заключение, трибунал, казнь, – спокойно разломив булку, ответил гвардеец, глядя на целительницу с неодобрением.

– Вы действительно хотите продолжать, госпожа целитель? – спросил я, повернувшись к седой девушке. – Напомню вам, что я не звал вас, вы сами пришли сюда. И если недовольны решением королевского совета, вам следовало говорить об этом с ними, чтобы вас освободили от возложенной обязанности. Густав!

– Да, ваша милость? – отозвался мой начальник стражи.

– Госпожу Мэрил разместить в подвале, – приказал я. – Капитан гвардии проведет расследование, прежде чем отправляться дальше. Я, возможно, и ослаб, и колдовать не могу. Однако я все еще барон Чернотопья, и не позволю обращаться с собой таким образом.

– Ваша милость, прошу вас о снисхождении, – заговорил Харп, но я его перебил.

– Зачем вы здесь, целитель? – повернувшись к нему, спросил я.

Он сглотнул под моим взглядом. Надо же, мне, оказывается, даже глаза демона не нужны, чтобы приводить людей в ужас. Это второе хорошее открытие за сегодня.

– Нам приказано обеспечить ваше выздоровление и проследить, чтобы баронесса Шварцмаркт выносила наследника, и они оба были здоровы, – отчитался Харп, бросив взгляд на коллегу.

– Ты лично в состоянии это обеспечить? – продолжил давить я.

Я чувствовал, как мне даже легче становится оттого что можно выплеснуть нахлынувший негатив на кого-то его заслужившего. Слишком сильные эмоции свалились на меня, стоило договору исчезнуть. Мне придется заново привыкать быть человеком, и перегибы неизбежны. Но сейчас я в своем праве.

Потому остальные и не вмешиваются в этот разговор.

– Да, ваша милость, – после короткой паузы ответил целитель.

– Капитан, – обернулся я к гвардейцу. – Вам потребуется помощь в дознании или у вас есть свой специалист?

– Есть свои мастера, ваша милость, – скрипнул зубами тот.

Я не мог знать, что его больше бесит – то, что он сам доставил саботажницу к жертве, или то, что я командую им, как собственным подданным. В любом случае иначе как попыткой спровоцировать конфликт, ее поведение назвать нельзя.

– Густав, проводи капитана и целительницу в тюрьму, – распорядился я. – Харп, следуйте за этой саботажницей и проследите, чтобы она не умерла раньше, чем на руках у капитана будут все необходимые показания.

Целитель с обреченным вздохом поднялся, но перечить не стал.

– Дорогой, ты уверен в том, что ты делаешь? – осторожно взяв меня за руку, спросила баронесса.

– Я не первый год убиваю врагов Крэланда, Дия, – ответил жене я. – И не собираюсь переставать это делать лишь на том основании, что у меня стало меньше магии. А теперь вернемся к трапезе. Женевьева, как вам этот печеночный торт?

Глава 5

– Капитан, не стесняйтесь моего присутствия, – сказал я, опускаясь на табуретку, установленную в подвале. – Мне тоже интересно, с чего вдруг эта девочка решила, что имеет право читать морали барону Крэланда.

Гвардеец кивнул и дал знак своему подчиненному. Густав стоял рядом со мной, спокойно наблюдая за подготовкой к допросу. Саму целительницу уже приковали к дыбе, предварительно заткнув рот и надев на руки подавители. Интересно, что у них они были с собой, хотя вроде бы ребята пришли не аресты проводить, а убивать возможных врагов. Уж не для меня ли эти подавители изначально предназначались?

– Ваша милость, у вас еще есть шанс остановить это безумие, – заговорил Харп, наблюдая, как с его коллеги снимают одежду. – Да, Мэрил дура, но она не собиралась вам вредить!..

– Она очерняет работу барона на королевский совет Крэланда, – ответил капитан, не оборачиваясь к целителю. – Но заслуги его милости признаны королевским советом. Значит, грандмастер ставит свое мнение выше мнения совета, хотя сама на него работает. В военное время это измена. Барон в своем праве, грандмастер.

– Ваша милость?! – обернулся тот, с ужасом глядя на меня.

– Харп, вы здесь для того, чтобы мы услышали всю правду от вашей коллеги, прежде чем она испустит дух. Но если будете шуметь – выйдите вон, – лениво ответил я, рассматривая собственные ногти. – Или вы ее пособник?

Целительница забилась в путах, мыча сквозь кляп и дико вращая глазами. А ведь должна была понимать, перед кем раскрывает рот, так чего удивляться моей реакции? На моем месте мог быть кто-то другой, так что пока что она еще легко отделалась.

– Вы готовы, капитан? – спросил я, когда все приготовления были окончены.

– Да, ваша милость, – скрипнув зубами, ответил тот.

– Приступайте.

Мэрил заорала сразу, как только сняли кляп. И я услышал много нового о себе. Впрочем, это даже не удивляло. Куда больше поразился капитан, когда зашла речь о заготовленном яде.

Писарь, фиксирующий все сказанное, вспотел, пока стенографировал ее монолог, изредка прерываемый вопросами гвардейца. Я же сидел молча и тихонько выпадал в шок от происходящего.

Итак, пока я носился по всему Эделлону, кровью и потом выбивая себе преференции у Равенов, обо мне вспомнил родной клан Шварц. Недолго посовещавшись, старики решили, что бастард принес клану достаточно пользы, и пора от него избавляться. Иначе я никак не могу понять, зачем ко мне подослали отравительницу.

– Ваша милость, нам продолжать? – спросил капитан, жестом заставив палача остановиться.

– Давайте поинтересуемся у нашего целителя, – отозвался я, оборачиваясь к бедному старику, который выглядел на двадцать. – Харп?

– Я не знал, ваша милость! Клянусь, я не знал! – заговорил тот, отступая от меня на шаг.

– Не знал ли? – хмыкнул я, нисколько ему не веря. – Посмотри на свою подругу, целитель. Ты уже видишь, что стоит чуть-чуть нажать, и мы с капитаном узнаем все. Я даю тебе шанс, мальчик.

Воистину, репутация кровожадного отморозка сыграла со мной смешную шутку. Пользуясь моей славой убийцы, клан Шварц промыл в общем-то неглупой целительнице мозги на тему того, что я – чудовище. И меня нужно устранить любым возможным способом. И лишь присутствие Ханны не позволило Мэрил добавить яд в лекарство.

– Она готовила яд, когда мы ехали в Чернотопье, ваша милость, – обреченно выдохнул Харп. – Но сказала, что это лишь для самозащиты!.. Я не стал ей помогать, ни за что бы не стал! Я же работал с одержимыми, я знаю…

– Хорошо, я тебя услышал, – кивнул я. – Капитан, давайте спросим, зачем она сама себя так подставила?

Тот дал знак подчиненному, и они с палачом приступили к работе. Впрочем, эта часть была наименее интересной. Наслушавшись сказок об одержимых, Мэрил решила вывести меня на чистую воду перед всеми гостями. Она уже знала, что по крови обнаружить мою одержимость нельзя – ведь целитель лично в этом убедилась, подготавливая зелье. Но при этом в то, что я стал обычным демонологом, не поверила.

Если бы вдруг посреди трапезы я превратился в чудовище, каким одержимых описывают в россказнях и сплетнях, гвардия была бы вынуждена меня остановить единственным доступным способом – убить. И вся ситуация бы разрешилась сама собой.

– Нет хуже врага, чем фанатик, – кивнул я. – Пойти на такое дело и совершенно безвозмездно. Харп, у вашей подруги всегда были проблемы с головой?

– Нет, ваша милость, я такого не ожидал, – ответил тот.

Не ожидал, но ни мне не доложил, что Мэрил яд для меня приготовила, ни капитану, с которым прибыл. Просто сделал вид, что ничего не было и он ничего не знал.

– Капитан, ваше слово? – повернувшись к гвардейцу, спросил я.

– Я обязан сообщить детали совету, ваша милость, – ответил тот все еще недовольным тоном. – Если бы вы просто со своим кланом враждовали, я не имел бы права влезать. Но здесь идет речь о вмешательстве в дела совета.

И все сошло бы им с рук, если бы Замберг просто не присутствовала в комнате. Совет знал, что я фактически при смерти. И никто бы там не удивился, если бы целителям не удалось меня выходить. Более чем уверен, что позднее, узнав, что Дия полукровка, Мэрил и ее бы постаралась убить. А старуха узнала бы непременно, ведь их прислали для того, чтобы следить в том числе и за матерью наследника.

– Предложения? – спросил я присутствующих. – Густав?

– Ваша милость, тут и думать нечего, вы обязаны сообщить о делах своего клана, – заявил глава стражи. – Капитан прав, одно дело – война внутри клана, другое – делать это практически руками королевского совета. Если утаить, вы тоже становитесь участником обмана.

– Хорошо, – кивнул я. – Харп, ты что скажешь?

Целитель, бледный и трясущийся, уже несколько раз залечивал нанесенные коллеге раны. Полагаю, он в жизни так не выкладывался, как на этом допросе.

Да и Мэрил сломалась далеко не сразу, а только подойдя на расстояние шага до смерти во второй раз. Старуха – кремень, но у всех есть предел.

– Я не стану ничего скрывать, ваша милость, даже если вы прикажете. Целитель не имеет права так поступать, – ответил он. – Если бы мы убивали тех, кого обязаны спасти, нас бы перебили.

– Тоже верно, – кивнул я в ответ. – Что ж, капитан, в таком случае я полагаю, что пленницу нужно привести в порядок. А после – передать суду в столице. Вам понадобится лекарь, который проследит, чтобы Мэрил внезапно не скончалась по дороге. Согласны?

– Все верно, я направлю запрос графу, он пришлет сопровождение, – отозвался гвардеец.

– А сторожить Мэрил будет Харп, – вынес я свое решение. – Доверять человеку, который не сообщил мне об угрозе, и тем более подпускать его к своей супруге я ни за что не стану. Уверен, совет это поймет.

Поднявшись с табурета, я кивнул Густаву.

– Проследи, чтобы здесь все закончили по закону и обеспечь мне копии допроса.

– Слушаюсь, ваша милость, – склонил голову капитан стражи.

– Харп, – в последний раз обернувшись к целителю, обратился к нему я, – с этого момента вы находитесь под наблюдением. Если моим людям хотя бы покажется, что вы скрываете что-то или, не приведи Райог, задумали, поедете с Мэрил на суд в одной клетке. Это ясно?

Оставлять его рядом с собой я не собирался, а здесь такой удобный предлог избавиться от навязанного наблюдателя.

Капитан гвардии получит весомую благодарность за раскрытие преступления целого главы клана. Так что будет мне лоялен, не до конца, разумеется, но кое-что из этого выжать можно.

– Все, я пошел, – объявил я, разворачиваясь к выходу, – развлекайтесь дальше без меня, господа.

Покинув подвал, где содержалась пленница, я вдохнул полной грудью и, опираясь на трость, стал подниматься по лестнице. Пока не случилось этого инцидента с демоном Злобы, я и понятия не имел, как много ступенек в моем поместье. Теперь же каждая из них становилась настоящим испытанием.

Ченгер бы сегодня нажрался просто до отвала. Маг Воды, специализирующийся на лечении – это просто невероятный кусок бесконечных страданий. Она и сама восстановится быстрее, и эмоции не слишком угаснут, ведь после исцеления все ее нервные клетки – как новые. И пытка может продолжаться очень долго.

Впрочем, теперь, когда оба целителя вынуждены уехать, я могу вернуть договор с Ченгером и жить дальше. Но и спешить с этим я пока что не собирался – в конце концов, срочной необходимости восстановить контракт у меня не было.

Но подставы со стороны клана я никак не ожидал. И ладно, что старики смогли пропихнуть нужного целителя королевскому совету – я не удивлюсь, если там прошла маленькая война за право предоставить своего человека. Да и старший брат Томаш тоже вряд ли глубоко копался, кого выбрать – не тот масштаб проблем, чтобы тревожить председателя королевского совета и главу клана Равенов. Скорее всего поручил какому-то помощнику, а тот просто выбрал из списка лучших. Кто же знал, что в этом списке окажется такая идейная отравительница?

Солнце уже садилось, так что я не стал задерживаться на улице, обогнул дом и вошел в особняк. Несмотря на то, что демон больше не поглощает мои негативные эмоции, я не чувствовал ничего примечательного. Да, Мэрил пытали самым жестоким образом, но она мой враг, а почему я должен сочувствовать врагу?

– Кир! – воскликнула Дия, бросаясь ко мне в объятия.

Они все остались сидеть в гостиной, дожидаясь результатов проверки. Обняв супругу, я взглянул на решительное лицо Вайссерманна, заметил тревогу во взгляде Женевьевы и холодное спокойствие Ханны.

– Все в порядке, друзья, – сказал я, прижимая свою жену. – Просто мне решили объявить очередную войну.

– Кто? – вскочив с кресла, на котором сидел, воскликнул Марк.

– Клан Шварц, – ухмыльнулся я в ответ. – Я стал слишком заметен и богат, и кому-то там это не понравилось. Если хотите, позже я дам вам почитать записи допроса.

– Мы можем чем-то помочь, ваша милость? – спросила Фламмаган.

– Ваш род не имеет на то причин, госпожа Женевьева, – ответил я, – однако я благодарен за предложение. Ханна, передайте Рихарду, чтобы был осторожен – раз Шварцы сумели подослать ко мне убийцу, он тоже может быть в опасности.

– Я так и сделаю, ваша милость, – отозвалась та, легко кивнув.

– Что она хотела сделать? – спросила Дия негромко.

– Целительнице Мэрил приказали отравить меня за то, что я одержимый. А впоследствии добрались бы и до тебя с ребенком, – ровным голосом, насколько это было возможно, сказал я.

Руки Дии сомкнулись на моей спине, и я почувствовал, как она едва сдерживается, чтобы не выпустить свои когти. Ничего, дорогая, сейчас ты постоишь, уперевшись лицом мне в грудь, и никто не увидит твоих глаз разъяренного вампира, пылающих алым.

– Но я видела, что она не добавляла яд, – вставила Ханна.

– Вероятно, только поэтому я до сих пор и жив, – кивнул я. – И теперь я у вас в долгу, госпожа Замберг.

Ханна приподняла подбородок и кивнула, показывая, что приняла мои слова серьезно. Теперь, можно сказать, она точно доказала свою полезность. Не зря мы тогда оставили ее у себя.

– Королевский совет этого так не оставит, – поднявшись с дивана, сказала Женевьева. – Я отпишу отцу, ваша милость. Мы здесь с братом под вашей защитой и для лечения. Если бы злодейке удалось, наш род остался бы обречен. Фламмаганы такое не прощают.

– Как пожелаете, Женевьева, – легко согласился я. – Обязанность дочери – сообщать о таких ситуациях главе рода. А сейчас прошу прощения, но мне нужно остаться наедине с супругой.

Дия все так же стояла к гостям спиной, и со стороны должно было казаться, что она просто переживает обо мне. А благородные раскланялись со мной и покинули гостиную. Женевьева и Марк отправились в отведенный им дом, а Ханна ушла к себе.

– Киррэл, – прошипела жена, поднимая ко мне заплаканное лицо с ярко горящими глазами. – Что мы будем делать с твоим кланом?

Я улыбнулся.

– О, не переживай, дорогая, – погладив супругу по волосам, произнес я, – у меня есть, кого отправить к ним в гости с тем, чтобы родне объяснили, как невежливо подсылать убийц к моей жене.

Похоже, прессу придется немного подождать. В первую очередь мне пригодится не генератор пластин этерния, а оружие. Никто еще не уходил от моего возмездия, и я не намерен допускать такое впредь.

* * *

Капитан присланной мне гвардии навестил меня только за завтраком. Мы с Дией и Густавом как раз перешли к десерту, когда Анна доложила, что он просит аудиенции.

– Ваша милость, я принес ваши копии допроса, – отчитался гвардеец, входя в столовую.

– И вам доброе утро, – отозвался я. – Поедите с нами, капитан?

Он бросил взгляд на Густава и кивнул. Анна подала ему приборы и принесла новые порции каши с глазуньей и салатом. Вместо чая гвардеец выбрал разбавленное вино.

А пока он ел, я читал оформленный по всем правилам протокол допроса. Подчиненные Равенов свое дело знали на отлично, собрали сведения в кучу и разложили по полочкам, превратив не особо связный рассказ Мэрил в последовательную историю.

Я привык к мысли, что я сам по себе, и даже не делал попыток связаться с кланом. Было ли это ошибкой, которая и спровоцировала конфликт с родней? Теперь уже не скажешь.

Зато мне отлично известно, что все имущество Шварцев я могу получить по исходу разбирательства. А это уже огромные деньги, по сравнению с тем, что дает Чернотопье. Разумеется, придется поделиться с Равенами, погасить долги, если таковые будут обнаружены. А кроме того – нужно будет ставить лояльных мне управляющих, которых у меня попросту нет в достаточном количестве даже в своем баронстве.

Дия листала свою копию и хмурилась все больше. Уже то хорошо, что больше не рвалась разорвать Шварцев своими руками, как это было вечером.

– Вы уже направили послание его сиятельству? – уточнил я, когда капитан отставил чашку с кашей в сторону и придвинул к себе чашу с вином.

– Да, еще ночью послал гонца. По вашим дорогам он вечером покинет территорию Чернотопья, – отчитался гвардеец, после чего выпил. – Сегодня, ваша милость, я оставлю часть бойцов сторожить пленницу, остальные выдвинутся на границу.

– Хорошо, с этим затягивать не стоит, – кивнул я. – В Черной их будет ждать проводник, так что не потеряются.

– Благодарю, ваша милость, я как раз хотел вас попросить об этом, – ответил капитан. – Мои воины по болотам ходить не умеют, но у меня несколько одаренных Земли, этого хватит, чтобы подготовить укрепления.

– Будем надеяться, они не понадобятся, – вежливо ответил я, глядя как Дия откладывает листок с допросом и смотрит в кружку перед собой. – Все хорошо, дорогая?

Я взял супругу за руку, и та подняла на меня глаза.

– Мне пора проведать Фламмагана, – с улыбкой ответила та, поднимаясь из-за стола. – Встретимся за обедом, дорогой?

– Обязательно, – кивнул я, и Дия покинула столовую.

Я проводил ее взглядом, а после вновь вернулся к обдумыванию ситуации с кланом. Интересно, а как отреагируют в столице, если в качестве управляющих я предложу пригласить род Гриммен? Моя супруга из их числа, и вряд ли они теперь посмеют разевать на нее рот. Вот только стоит ли пускать лису в курятник?

– Ваша милость, благодарю за угощение, – поднявшись из-за стола, поклонился капитан Равенов.

– Рад был вашей компании, – ответил я с улыбкой.

Он вышел из столовой, а мы с Густавом еще несколько минут занимались допросом Мэрил. Предстояло не только спланировать, как действовать с кланом Шварц, но и решить, что, собственно, писать в сопроводительном письме.

Королевский совет прислал мне исполнителя своей воли, я этого исполнителя фактически казнил. Следует прикрыться соответствующей бумажкой, что вели мной не алчность и непомерная гордыня, требующая поклонения от человека Равенов, а верность Крэланду.

Впрочем, даже это было куда более приятным занятием, чем возвращаться к опостылевшим учебникам и деталям пресса. А как закончу оформлять объяснительную, можно будет приступить к созданию оружия.

Сперва соберу его вручную, обкатаю на практике, а потом уже можно будет клепать их на станках в нужных количествах. В конце концов, раз Шварцы подняли руку на мою семью, чем они хуже еретиков Аронии?

Глава 6

Я работал до самой ночи, но так и не закончил. Все-таки клепать револьверы по уже готовым лекалам – это одно, и совсем другое собирать каждую деталь с нуля. Иные масштабы, иные механизмы. Даже с тем, чтобы наладить правильную систему подачи магической силы, пришлось повозиться. Габариты изменились, а с ними и все расчеты пришлось переделывать.

Но схема-то была готова, а вот материалы пришлось обрабатывать вручную. Но это уже не угнетало, как в случае с прессом. Я видел перед собой четкую цель, и не собирался отлынивать.

Остановился я только когда понял, что еще немного, и усну прямо за верстаком. Пришлось оставить незаконченный барабан и, прикрыв полотном рабочее место, плестись наверх. Преодолев лестницу, я добрался до первого этажа.

Из-под двери в комнату, где обитал сын Фламмаганов, проступал неяркий свет, и я услышал негромкое пение. Женевьева сидела с братом, значит, и Марк где-то рядом должен быть.

Под ногой скрипнула доска, и я скривился. Пора вновь приглашать мастеров для проведения поддерживающего ремонта, с их последнего визита прошло уже немало времени, а особняк не молодеет, и за ним нужно ухаживать. А я это дело, откровенно говоря, забросил.

Хотя, разумеется, это будет отличная возможность перестроить дом под свои вкусы и требования. Те же лифты – почему бы не сделать шахту из спальни прямиком в подвал, тем более что они расположены на одной линии?

Мысленно прикидывая варианты, как это провернуть, я добрался до спальни. Дия уже дремала, завернувшись в одеяло, так что я старался двигаться тихо, хотя с тростью это было не так и легко. Наконец, справившись с одеждой, лег под бок беременной супруги и моментально уснул.

И снова оказался в своем кабинете на Земле. На столе стояла початая бутылка коньяка, рядом пара бокалов. А в кресле разместилась богиня Эделлона.

– А ты неплохо устроился, – заявила Мархана. – Смотрю, времени даром не теряешь.

Пошевелив ушками, она плавно встала на ноги и прошлась по помещению.

– Не ожидал тебя увидеть, – признался я, уже привычно протягивая руку на расстояние, на котором обычно держал от своего места трость.

Воздух задрожал, и мой артефакт появился в руке, будто всегда тут был.

– Что думаешь делать дальше, Кирилл? – спросила она, глядя в окно, за которым не было ничего, кроме кромешной тьмы. – Воевать с Аронией, воевать с кланом? Может быть, со всем миром?

Я пожал плечами.

– У настоящего Киррэла слишком беспокойная родня. Впрочем, это еще по Юргену было видно. Так что я даже не очень удивлен, что они решили вместо переговоров начать с отравы. Это сходится с тем, как они до сих пор себя держали.

Богиня стояла ко мне спиной, сложив руки на груди. Несколько секунд она молчала, а потом повернула голову ко мне.

– Хочешь, я тебя вылечу? – неожиданно предложила Мархана.

– Что-то такое я уже слышал, – протянул я, глядя на собеседницу. – Чем мне придется платить за это исцеление?

– Как ты сказал тогда? Если можешь что-то сделать, не делай этого бесплатно? – хмыкнула она. – Меня не слишком устраивает, что самый яркий и к тому же первый мой апостол ходит с палочкой, как умирающий старик. Это портит мой образ всесильной и милостивой госпожи.

– И почему я не слишком верю, что это твой истинный мотив? – хмыкнул я, ставя трость между своих ног. – Может, скажешь прямо, с чего вдруг ты про меня опять вспомнила? Теперь-то тебе уже не нужен бастард Чернотопья, у тебя свой орден, влияние на старшего брата Райога. Опять же, графиня карманная имеется…

– Меня беспокоит наследник империи, – кивнула она.

– Который из всех? – посмеялся я.

– Не смеши меня, Кирилл, – отмахнулась Мархана. – Наследник только один, и это Максимус Торн, твой старый враг – глава культа Хибы.

Я промолчал, и она продолжила:

– Чтобы ты знал, он стал таким же, как и ты. Только если ты представляешь собой хоть и достаточно хаотичную, но все же созидательную силу, то Максимус – само разрушение.

– Чем он тебе насолил?

– Он уничтожает магию, Кирилл, – ответила она, подходя к столу.

Выкрутив пробку, богиня плеснула в бокалы и, не дожидаясь моей реакции, осушила один.

– Это возможно? – спросил я, вскинув бровь.

– Как оказалось – возможно. Скоро об этом узнают все – твой дружок, Хэммет, почти добрался до цивилизованных земель. А там Аркейн постарается воспользоваться этой новостью, чтобы сплотить сторонников под своим стягом. Начнется большая война, Кирилл.

– Война никогда не меняется, – поморщился я. – И не прекращается. Какой смысл Аркейну спасать мир, который от него отрекся? Твой орден успешно продвигается по Аронии, так чего ради мне напрягаться?

– Ты меня не услышал, – покачала головой богиня. – Если уничтожить меня, уничтожить магию, и ты, и твоя замечательная жена, и демоны, и архонты, и все прочие – просто исчезнут. Сколько живет чародей с выжженным даром? А ведь именно это и произойдет со всеми, в ком течет кровь магов, Кирилл, если эфира не станет.

– Тогда и Хибы не будет, он же просто паразит, и не способен существовать без тебя, – возразил я.

– Ты рассуждаешь так, будто существует какой-то разум, управляющий культом, но это не так, – сказала она. – Хиба – это язва, бездонная яма. У него нет никаких стремлений, кроме одного – жрать. И он не насытится, Кирилл, и не остановится.

– Предлагаешь мне вмешаться в это дело, чтобы защитить семью? – спросил я, постукивая тростью по полу. – Но у тебя полно куда лучше подготовленных последователей, так почему это опять должен быть я? Потому что, как ты меня назвала, твой апостол? Но я не выбирал им быть.

Она рассмеялась в ответ.

– Почему ты думаешь, что у тебя есть какой-то выбор? – спросила богиня. – Предпочтешь умереть вместе со всеми магическими существами? Если Хиба продолжит уничтожать эфир, мир лишится всего, что в нем связано с магией. Ты помнишь, что случилось в Катценауге – то же самое ждет весь Эделлон, если Максимуса не остановить!

– Что-то мне подсказывает, что вряд ли наследник хочет, чтобы весь мир обратился в прах. А значит, с ним можно вести диалог, – пожал плечами я. – Ты не пробовала, например, поговорить?

– Он полностью закрыт для меня, – призналась Мархана. – Я не вижу его, не чувствую. Я никак не могу его найти. Сила, которую создал Хиба, извратив свое человеческое начало, маскирует Максимуса под пустое место. Я ощущаю его только в тот момент, когда он поглощает эфир.

– И как я, по-твоему, должен его искать? – развел руками я. – Не говоря уже о том, что в мои планы никак не входило мотаться по свету.

– Одержимым ты нравился мне больше, – заявила богиня.

– Да, я тоже заметил, как легко мне давались жестокие решения, – кивнул я в ответ. – Но это не меняет дела. Если даже богиня не способна найти человека, куда уж какому-то демонологу?

– Ты придумаешь, как добиться своего, Кирилл, – уверенно заявила она. – В конце концов, у тебя есть связи среди людей.

– У тебя их больше, – возразил я, откинувшись на спинку кресла.

– И я предупрежу их, чтобы они оказали тебе всю возможную поддержку, – кивнула та.

– У меня есть право отказаться.

– Кирилл, если его не остановить, – закатив глаза, произнесла она, – Максимус уничтожит мир! Ему даже ничего делать для этого не нужно, хватит одного существования. Ты понимаешь, что это значит?

Я промолчал, и она тяжело вздохнула.

– Чего ты хочешь за это? – устало произнесла богиня, когда пауза затянулась.

– А что ты можешь мне предложить? – взяв со стола чистые листы, спросил я, переворачивая бумагу.

Фактура ощущалась иначе, чем в реальности. Интересно, почему имитация такая ненатуральная? Мархана не знает, какой она должна быть на ощупь?

– Я уже дала тебе все, что могла. Единственное, что еще ты можешь получить – власть в моем ордене, – ворчливо проговорила Мархана. – Но тебе ведь этого не нужно?

– Власть мне точно ни к чему, – кивнул я. – А вот ресурсы пригодятся, у меня, знаешь ли, большие планы.

– Я дала тебе склады Аркейна! – возмущенно воскликнула она.

– И я уже чуть не погиб, пытаясь их опустошить, – кивнул в ответ ей. – Так что нет, больше я так опрометчиво поступать не намерен.

– Хорошо, я распоряжусь, чтобы тебе помогли, – обреченно выдохнула Мархана. – Саломея с радостью протянет руку помощи своему ученику…

На этом сон прервался, и я раскрыл глаза, уставившись в потолок спальни. Несмотря на вроде бы успешно прошедшие переговоры, я не чувствовал себя победителем. Вся моя работа завязана на магию, и даже в отдаленных планах по созданию чародеев из простонародья, эфир занимал главенствующее место.

– Киррэл? – сонно позвала Дия, взяв меня за руку. – Что-то случилось?

– Спи, все хорошо, – поцеловал я жену и, приобняв ее, дождался, пока супруга заснет.

А там и сам последовал ее примеру.

* * *

Гласшор, северо-восточное баронство Крэланда.

Поднятые магией скелеты развалились в пыль, не оставив после себя и следа. Взявшие штурмом поместье бойцы хлынули в дом, бесцеремонно снимая картины со стен, выискивая тайники и выгребая содержимое полок и ящиков. Все бумаги собирались в сумки, чтобы потом провести подробный разбор.

Захват прошел гладко, и вновь благодаря поддержке некромантки – без жертв с ее стороны. Войско Гироштайна играючи вскрыло немногочисленную оборону, перерезав тех, кто оказывал сопротивление, и связывая сдавшихся в плен. Война с предателями подходила к концу, но сами владельцы взятых с боем поместий отсутствовали на своей земле.

Салэм ехала верхом на дредхорсте, не глядя по сторонам. Впереди высился аккуратный каменный дом в три этажа, окруженный мощной стеной. Ворота поместья были выбиты и лежали на земле внутреннего двора. Солдаты Крэланда бродили по территории, деловито растаскивая трупы павших защитников. С погибших снимали все – одежду, драгоценности, артефакты. Обнаженные тела растаскивались по углам внутреннего двора, чтобы позднее придать их огню.

Рядом с графиней ехал королевский дознаватель. В отличие от хозяйки Гироштайна, он внимательно осматривался, подмечая одному ему ведомые детали. Захват поместья вышел стремительным, но лишь из-за того, что барон отсутствовал.

– Поможете, магистр? – обернувшись к Саломее, спросил Итан.

Та молча кивнула, поднимая голову к небу. Тучи сгущались, вдалеке уже сверкали молнии, но грома слышно пока не было. Погода портилась, знаменуя начало сезона осенних дождей.

– Пусть мне подготовят чистое место, – распорядилась Салэм, подъезжая на дредхорсте прямо к крыльцу. – И не мешают.

– Как прикажете, ваше сиятельство, – отозвался Верд и тут же приказал попавшемуся на глаза бойцу: – Ты. Следуй за графиней.

Некромантка прошла через гостиную, не обращая внимания на лежащего за длинным мягким диваном труп воина. Ее взгляд скользнул по зеркалу, висящему на стене, и на мгновение графине почудилось, будто оттуда кто-то смотрит в ответ, но ощущение тут же прошло.

Двигаясь по особняку, бывшая искоренительница сохраняла молчание, просто ходя из одной комнаты в другую. Ощущение недавней насильственной смерти, казалось, следовало за ней по пятам – обычное дело для мага Смерти.

– Здесь подойдет, – решила она и указала рукой сопровождающему ее воину на комнату в розовой драпировке.

– Сейчас расчистим, – отозвался тот.

А пока из девичьей комнаты выносили мебель, Салэм стояла в коридоре, прислонившись к стене спиной, и размышляла.

Орден действовал по большей части самостоятельно. После зачистки анклавов основные силы были брошены в Аронию и на границы Крэланда. Но противостояние между Марханой и Аркейном только набирало обороты. Нынешний период – только начало зарождающегося конфликта.

– Готово, ваше сиятельство, – отчитался воин, и некромантка кивнула ему, после чего вошла в опустошенную комнату.

– Не входить и не мешать, – велела она, закрывая за собой дверь.

Вытащив из сумочки на поясе артефакт, некромантка бросила его на пол. Небольшой шар подпрыгнул на досках, выпуская короткий шип, и, как швейная машинка, застучал, выкладывая на дереве рисунок нужного ритуала. А как только он закончил, некромантка вложила в узор на досках свою силу.

Над полом повисло туманное марево, постепенно в нем проступили черты человека, и вскоре в лицо графини Гироштайна смотрел сбежавший барон Гласшор. Картина отдалилась, постепенно размазываясь в новое облако, но оно просто опало, не оставив после себя ни следа.

Вздохнув, выложившаяся без остатка чародейка сползла по стене и, сложив руки на коленях, задремала. Где искать беглеца она теперь знает, и догонять его уже нет смысла, а отдохнуть нужно прямо сейчас. Захватить центр мятежного графства, где собрались все аристократы, можно только с полными силами.

И как следует выспавшись, разумеется.

– Свяжись с «Чертополохом», Салэм, – увидела она перед собой богиню, и не успела удивиться очередному явлению Марханы, как оказалась с полным резервом и полностью отдохнувшей.

Поднявшись на ноги, графиня отряхнула одежду и, осмотрев место проведения ритуала, решительно толкнула дверь. Раз богиня требует, то и сомневаться в необходимости не имеет смысла.

Во что опять ввязался Киррэл Шварцмаркт?

* * *

Хоук, столица Хоккена.

Тучи плавали над центральным городом королевства. Несмотря на то, что империи давно уже не было, планировка бывшей провинции не менялась за минувшие столетия. Перестраивался дворец наместника, переименованный в королевский. По плану разрастались жилые кварталы – привыкшие к строгому порядку жители очень не одобряли стихийных построек в красивом и ровном городе.

Отряд всадников в парадных накидках герцогства Торн шел ровными четверками, занимая всю ширину улицы. В центре их построения покачивалась карета с открытым верхом. Старый герцог и его единственный сын разместились на мягких сиденьях и молча смотрели на улицы Хоука. При этом если младший улыбался, то старший, наоборот, был хмур, будто принял неприятное для себя решение.

Горожане расступались, освобождая путь и почтительно кланяясь представителям знатного рода. Здесь не привыкли к тому, что аристократ может отходить плетью за нерасторопность, но ценность порядка в Хоккене за века имперского наследия воспринималась как достоинство цивилизованного общества. Жители стран, где об этой черте великой державы забыли, здесь считались за грязных варваров.

До самого замка никто не задержал герцога с сыном, а внутри высоких толстых стен отряд замедлился, следуя давно установленным правилам. Идущая впереди четверка дружинников подала коней в стороны, и карета выступила вперед.

На широком крыльце, по краям которого застыли каменными статуями стражи его величества, уже ждал слуга в цветах правящего рода. Наконец, кони замерли, сын герцога открыл дверь и решительно ступил на выложенный каменными плитами двор. Обернувшись, он лично поставил перед главой рода приставную лестницу, и старик сошел по ней, держа спину прямой, а подбородок – гордо поднятым.

– Меня уже ждут? – не дав вставить слуге слово, скрипучим голосом осведомился герцог с таким видом, будто это его собственный дворец.

– Да, ваше… – отозвался тот с поклоном.

– Максимус, – не слушая слугу, повернулся к сыну старик.

– Идем, отец, можешь на меня положиться, – заверил глава культа Хибы и предложил герцогу руку.

– Я стар, но еще не настолько, чтобы меня водили под ручку, как девицу, – возмутился Торн и решительно шагнул мимо застывшего изваянием слуги. – Передай, что я жду его величество в своих комнатах. И пусть не задерживается, у меня не так много времени осталось.

– Ваша… – попытался возразить слуга, но вновь был прерван, на этот раз – сыном.

– Заткнись и беги, – прошипел Максимус, и слуга, вдруг побелев от страха, действительно припустил по ступеням бегом. – Пока не пригрозишь карой, никто и пальцем не пошевелит. Как будто и не уезжал никуда…

– Не стоит их недооценивать, сын, – строго произнес старик. – И пойдем уже, пора вступить в свои права.

– Да, отец, – послушно ответил Максимус, и на его губах появилась зловещая улыбка, – пора возвращать то, что принадлежит нам по праву.

Глава 7

Чернотопье, промышленный поселок. Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт.

– Использовать этот револьвер просто, – пояснил я, снимая тряпицу.

Под тканью лежал мой доработанный первый артефакт. Сгрудившиеся вокруг меня стражники следили, как я поэтапно собрал его, объясняя вкратце назначение каждой детали.

– Теперь, когда он собран, вот здесь с помощью вращения барабана со снаряженными патронами выбираем нужное заклинание, – я выбрал Водяную иглу и, наставив револьвер на мишень, продолжил: – Как только вы выбрали магию, которая вам требуется, проследите, что снят предохранитель под большим пальцем руки.

Громко щелкнул переключатель. Оружие было готово к стрельбе, и народ расступился широкой дугой, уже посматривая в сторону мишени.

– Теперь все, что вам нужно, – произнес я, – правильно направить оружие в цель и нажать на спусковой крючок.

Десять выстрелов прозвучали сухими щелчками один за другим, а в круглой мишени выросли десять ледяных игл, сверкающих на солнце. Стражники были довольны – не каждому удавалось подержать в руках боевые артефакты, тем более – с такой скорострельностью. Но это они еще пулемета не видели. Теперь же у каждого на бедре будет по своему артефакту.

– Всегда следите, чтобы предохранитель был выставлен в нужное положение, – продолжил я инструктаж, вновь щелкая переключателем. – Иначе вот это, – ткнул я в сторону мишени, – случится с кем-то рядом. И хорошо, если пострадает преступник. Но если прострелите себе ногу, мало вам не покажется. Все ясно?

Густав обвел подчиненных взглядом. Те кивали в ответ, кто-то одобрительно, но очень тихо высказывался.

– Отлично, – сказал я. – Густав, раздай нашим бравым парням их револьверы. Сегодня мы с вами потренируемся в сборке и разборке артефакта. Вы должны научиться делать это максимально быстро, без ошибок. Капитан, выполняй.

– Слушаюсь, ваша милость!

А пока он распаковывал коробки с оружием – временно без боеприпасов – я смотрел на небо. Оно все еще было безоблачным, но с утра шел настоящий ливень, к счастью, дороги баронства от этого не пострадали.

Осенние дожди уже начались, но пока что еще вяло. В скором времени зарядят так, что придется засесть по домам, пережидая непогоду. А там и зима наступит. Так что времени на тренировки будет предостаточно. К весне моя стража должна попадать в яблочко десять из десяти выстрелов.

Наконец, все подготовились, разложив перед собой коробки с револьверами. Сама сборка не требовала больших усилий и не была сложной – грубо говоря, нужно только правильно установить барабан, заправить патроны из этерния и не забыть снять с предохранителя. После этого уже можно вести стрельбу, но лучше, разумеется, не забыть прицепить рукоять с мушкой.

Пулемет был готов, и теперь осталось только дождаться, когда Ченгер вернется, чтобы начать испытания. А чтобы не сидеть без дела, я и занялся вооружением стражи. Благо, для тиражирования револьверов не требовалось ничего переделывать – все настройки и подгонка мной давно завершены.

Как показала практика нападения на деревню Черную, при правильной экипировке даже рядовой стражник может оказать весьма жесткое сопротивление. У них тогда, по сути, были лишь защитные артефакты, но этого хватило, чтобы не дать врагу вторгнуться в поселение. А будь у каждого моего бойца по такому револьверу, и никаким демонам, возможно, не пришлось бы вмешиваться вовсе.

– Итак, начнем с самого начала, – проговорил я, разбирая свое оружие в четыре движения. – Прежде всего, внимательно осмотрите барабан, он не должен иметь ни сколов, ни трещин. Это очень важно. После того, как убедились, что все в порядке, берем ствол и вставляем широкий конец иглы в паз барабана.

Комментируя каждое свое действие, я выжидал, пока все успеют повторить за мной, и только после этого продолжал. К тому моменту, когда я закончил сборку своего экземпляра, ни у кого проблем не возникло. Впрочем, с этой задачей смог бы справиться даже ребенок.

– Отлично, все закончили, – кивнул я. – А теперь разбираем. Поехали в обратном порядке. Подцепляем пальцем рукоять…

Тренировка заняла час, после чего я оставил на Густава руководство процессом, а сам воспользовался амулетом призыва гончей и, оседлав чудовище, направился обратно в поместье.

Оставшийся ящик с заготовленными патронами из этерния мы распаковали в самом конце. Получилось больше трех тысяч – я не стал жадничать и добавил те, что делал еще в самом начале своего пути. Весь этот запас должен был быть расстрелян на тренировках. Позже можно будет создать новую партию, если возникнет потребность. У меня готовы штампы под все необходимые заклинания.

Все-таки сделать полсотни револьверов – это одно, но каждую неделю собирать столько никаких сил не хватит. И хотя Кацпер уже доложился, что ко мне должны вот-вот поступить материалы, обещанные Марханой, расходовать свои запасы я пока не спешил. Как показала практика, полагаться на других в подобных вещах смертельно опасно.

Дорога к дому промелькнула быстро – не сдерживая гончую, я вжался в ее спину, и мы достигли цели за какой-то час. Зачарованная Августой дорога была достаточно удобна и коротка, так что по пути я обращал внимание, как она выдерживает непогоду, но тут все было отлично.

Стоило мне въехать в ворота поместья, ко мне с крыльца сошел слуга в цветах Блэкландов. Он держал в руках кожаный тубус с печатью графства Огонвеж. Приближаться ко мне гонец не спешил – гончая его явно пугала. Спешившись, я отозвал транспорт и, подойдя на несколько шагов, улыбнулся.

– Полагаю, у вас какое-то послание от его сиятельства? – спросил я, протягивая руку.

– Да, ваша милость, – ответил тот, осторожно передавая свою ношу мне.

Приняв тубус, я вскрыл его и тут же вынул бумагу. Вручив упаковку обратно, я развернул документ и прочел содержание.

«Уважаемый барон Шварцмаркт!

Позвольте заверить вас в своем расположении. Наши отношения с самого начала пошли по весьма благоприятному пути, и я надеюсь сохранить их таковыми и впредь. В связи с этим сообщаю, что вы всегда можете обратиться ко мне, если у вас возникнут затруднения. Какая бы помощь вам ни требовалась, я сделаю все, что в моих скромных силах, чтобы ее оказать.

Также мне поступило распоряжение королевского совета обеспечить вас и вашу супругу хорошими целителями. Но я уже прочел протокол допроса и сделал вывод, что у вас все под контролем и мое вмешательство не требуется. Если это не так, прошу сообщить, и я незамедлительно пришлю помощь.

Помимо этого ставлю вас в известность, что все наши договоры, заключенные ранее между баронствами, остаются в силе. Мой сын Артур сейчас исполняет обязанности барона Черноземья, и он же станет представителем рода Блэкланд.

Желаю вам скорейшего выздоровления, а вашей супруге и наследнику – всего наилучшего.

Граф Огонвежа, барон Черноземья, Алан Блэкланд»

Свернув письмо, я несколько секунд смотрел прямо перед собой, обдумывая новости.

Не стал граф вставлять палки в колеса, это хорошо. Значит, развитие пойдет по наилучшему сценарию.

– Ваша милость, вы будете писать ответ? – спросил гонец.

– Нет, передайте мою благодарность его сиятельству, – ответил я, покачав головой. – Но сперва отдохните с дороги, путь вы проделали неблизкий, я распоряжусь, чтобы вам предоставили все необходимое.

– Благодарю, ваша милость, но у меня приказ вернуться как можно скорее, – с поклоном отказался тот.

– Что ж, в таком случае не стану вас задерживать. Легкого пути, – кивнул я и направился в дом.

Итак, пора связаться с Ченгером.

* * *

В этот раз я не собирался действовать наобум. Требовалось тщательно подготовиться, прежде чем призывать демона. Так что весь вечер я вычерчивал защиту на полу и стенах лаборатории. Сейчас я крайне слаб, и любой решивший поживиться мной житель демонического слоя может попытаться ворваться без приглашения. Рисковать я не намерен.

– Ты уверен, что это необходимо? – спросил Дия, когда я закончил с подготовкой.

– Конечно, – кивнул я, отряхивая руки. – Как бы там ни было, он мне нужен. И сейчас – самый подходящий момент. Целители подтвердили, что я не одержим, так что у меня есть небольшая фора.

Не говоря уж о том, что клан Шварц окажется в неприятной ситуации, когда бумаги достигнут королевского совета. Равены сами должны призвать их к ответу за вмешательство в их дела, но это – не то, чего я собираюсь добиться. Пока совет будет судить и рядить, я положу конец этому противостоянию. И сделаю это наиболее эффективным способом.

– Я буду с тобой, – решительно заявила Дия, вставая на свободном от рисунка клочке пространства.

– Дорогая, ты же…

– Я, может быть, и беременна, но уж точно не беспомощна, – заявила та, сдув прядь волос с лица.

Я улыбнулся, глядя на нее, но перечить не стал. Допускать малейшую возможность вмешательства незваных гостей я не мог себе позволить. А потому возвел тройную защиту вокруг места будущего призыва, запитанную на небольшой запас этерния, плюс установил ловушку в центре. В таком случае не только получится атаковать чужого демона, но и ослабить его.

– Тогда я начинаю, – кивнул я, доставая нож.

Капли крови побежали в нарисованную на полу чашу, и тут же стали растягиваться по всему рисунку призыва. Это нововведение пришлось добавлять, чтобы демон возник в нужном месте, а не сразу подселился ко мне. Материализовать собеседника принудительно – по сути, единственный шанс выиграть себе некоторое время.

– Ош.

Внутри начался настоящий пожар. Надорванный источник, казалось, раскалился и сейчас хлынет лавиной кипящего металла, выжигая себе дорогу наружу.

– Харат.

Кровь на полу вспыхнула демоническим огнем, это пламя очертило круг призыва.

– Криас.

Сердце замерло, пропустив пару ударов, и я, вложив в последнюю каплю крови образ своего компаньона, позвал:

– Ченгер.

Яркая вспышка ударила по глазам, выжигая сетчатку, но все тут же вернулось к норме, а в кругу горящей крови застыл, держа руки скрещенными на груди, мой соратник. При этом он обвел глазами лабораторию, оценил составленные мной заклинания на полу и стенах.

– А неплохо, должен признать, – заявил он, оскалившись. – Хотя, конечно, против меня и демонов постарше это не поможет.

И он спокойно перешагнул пламя, которое отскочило прочь от его пятки, будто опасаясь прикосновения к высшему демону. Ченгер спокойно дошел до кресла и, взяв с его спинки ветошь, бросил ее мне.

– Перевяжи, пока не истек кровью.

– Я тоже рад тебя видеть, – отозвался я, наматывая тряпицу на ладонь.

Дия с подозрением взглянула на демона страданий, но тот лишь улыбался, смотря на нее в ответ.

– А ведь я мог тебя убить тогда в академии, – заявил он, закидывая ногу на ногу. – А теперь посмотри на себя, жена барона, да еще какого!

– С возвращением, – кивнула моя супруга. – Киррэл, я пойду, раз у тебя все под контролем.

– Спасибо за помощь, дорогая, – отозвался я, целуя жену в щеку.

Когда за ней закрылась дверь, Ченгер повел рукой, и все мои ритуалы исчезли, будто их и не было.

– Договор будем обновлять? – спросил он. – Или ты меня поболтать позвал?

Я вздохнул, проходя к полке с кружкой остывшего чая. Залпом осушив емкость, я обернулся к демону.

– У меня кое-что произошло, пока тебя не было, – ответил я. – Так что появилась возможность поживиться за счет нескольких десятков старых чародеев.

– Ха, ты знаешь, чем меня заинтересовать! – воскликнул тот, потирая ладони. – Кого мне нужно замучить на этот раз?

* * *

Шесть стволов метровой длины, каждый из которых бьет последовательно друг за другом. Рукояти для удерживания тяжелого пулемета, две пары сошек для установки на опору. Режим огня предусмотрен короткими очередями и полное опустошение боезапаса.

В каждом стволе устанавливалась кассета с тридцатью «Тоннельными» патронами. Как только заряд в кристалле кончался, на место отработанного встает новый. Единственное неудобство, которое я пока не преодолел – после полного расстрела боезапаса нужно было не только перезаряжать кассеты, но и запускать процесс очистки от этерниевой пыли. Но это решалось тремя секундами ожидания и одним нажатием кнопки, замыкающей ритуал Воздуха.

Ченгер с благоговением обошел по кругу это монструозное изделие и, кажется, даже слегка побаивался к нему прикасаться.

– Можно я его возьму? – посмотрел он на меня глазами мальчишки, который увидел в магазине желанную игрушку.

– Это прототип, – с улыбкой ответил я. – Так что твоя задача не только воспользоваться им по назначению, но и проследить, как все работает, удобно ли, что нужно доработать.

– Доработать? – воскликнул тот. – Это же настоящая машина смерти!..

Демон осекся и, прищурив глаза, взглянул на меня.

– Погоди, ты хочешь сказать, что его можно улучшать? Сделать еще сильнее?

– Разумеется, – ответил я. – Пока что я не знаю, как поведет себя пулемет в настоящем бою. Но если все будет хорошо, я сделаю несколько модификаций – это оружие поражения живой силы противника, Ченгер. Но что мешает нам собрать такой же, чье предназначение – ломать стены?

– Ты самый массовый убийца, какого видел этот мир, – не веря моим словам, покачал он головой. – Я подозреваю, что и ломать стены – не последняя твоя идея.

Я усмехнулся. В порохе я ограничен – его слишком легко поджечь, а от простого свинца спасет любой амулет. Но перенеси принципы огнестрельного оружия на магическую основу, и единственный, кто сможет тебя остановить – это вооруженный таким же образом противник. Однако у меня будет пресс для этерния, а кто будет снабжать врагов?

Запасы Аркейна еще до раскола были конечны, они не могли создавать новые кристаллы, зато тратили имеющиеся даже на поддержку своих анклавов. Я не забыл тот комфорт, который орден себе обеспечивал в гостевых номерах искоренителей. Но именно это и делает этерний таким дорогим – вряд ли Аркейн решится тратить драгоценные кристаллы на войну, это слишком высокая цена.

Потому что если лишить орден этерния, он не сможет функционировать.

– Знал бы ты, как много лет я ждал, когда же появится кто-то, кто сможет мыслить шире и дальше, чем все остальные люди, – признался Ченгер, осторожно щупая рукояти шестиствольного агрегата. – Озарения двигали этот мир, и хорошо если таковое случалось хотя бы раз в столетие. А ты пришел и за пару лет уже создал столько всего, что впору удивляться – может быть, вся смекалка Эделлона собралась в твоей голове?

Я хмыкнул, но говорить, что не сам до этого додумался, не стал. Мне это не выгодно.

– В любом случае, Ченгер, – продолжил я. – Не забывай, что эта штука не сделает тебя неуязвимым. Если возникнет ситуация, что перед тобой встанет выбор – драться до последнего или убегать, бросив пулемет, выбирай побег.

– Кто может меня прогнать с такой игрушкой в руках? – кровожадно облизнулся тот.

– Осечка, грязь, ловушка вроде той, которую я рисовал на полу не так давно? Или, может быть, ты забыл о том, как Юрген шинковал высших демонов на главной площади? – напомнил я, сведя брови. – Неуязвимых нет, у всех кровь течет, Ченгер. Просто не забудь: ты в любом случае нужен мне живым.

– Даже не знаю, нужен ли я тебе с такими артефактами? – любовно погладив круглый ствол, вздохнул он.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.