Александр Кияткин
«Додо»: от подвала до миллиарда. Как маленькая пиццерия из Сыктывкара стала глобальной компанией

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Текст, обложка. ООО «ДОДО ФРАНЧАЙЗИНГ», 2025

© Оформление. ООО «МИФ», 2025

 * * *

Предисловие Федора Овчинникова

Я очень волнуюсь каждый раз, когда захожу в «Додо Пиццу».

По всему миру работает уже больше тысячи двухсот наших пиццерий. Из них только в России – свыше девятисот пятидесяти. Вы найдете «Додо Пиццу» в любом крупном – и даже не слишком – российском городе, от Калининграда до Владивостока, от Дербента до Норильска.

Наверное, вы уже не удивитесь, если я скажу, что никогда не был в большинстве из них.

Поэтому каждый раз, заходя в «Додо Пиццу», я волнуюсь. Будет ли там чисто? Встретит ли меня дружелюбный кассир? Приготовят ли пиццу быстро, будет ли она горячей и вкусной, а кофе – ароматным? И будет ли там много гостей?

Почувствую ли я там атмосферу той самой первой «Додо», которую открыл в 2011 году в подвальном помещении на улице Первомайской в городе Сыктывкаре?

Эту первую «Додо Пиццу» я проектировал сам, сам и строил. Обучал там первых сотрудников. Вместе с ними готовил пиццу и развозил заказы… Мы хотели делать лучшую пиццу в городе. Доставлять ее так быстро, как никто. Создать такой сервис, какого люди в Сыктывкаре еще не встречали. И у нас, кажется, получилось.

Прошло почти пятнадцать лет, и пиццерия в подвале превратилась в респектабельную серьезную компанию. Наши продажи в 2024 году достигли одного миллиарда долларов. Это число до сих пор не укладывается у меня в голове. И теперь мы уже открываем не только пиццерии, но и кофейни «Дринкит», которые меняют представления людей о том, как может выглядеть современное городское кафе.

Многие скептики не верили, что у нас что-нибудь получится. Но история «Додо» доказывает: в этом мире никогда ничто не решено и не поделено окончательно. Можно реализовать даже самые смелые мечты, если очень захотеть и приложить к этому максимум усилий.

Можно, например, с нуля, без связей и капитала, начать в маленьком городе и построить большой бизнес на принципах открытости, служения клиентам и партнерства с сотрудниками, франчайзи и инвесторами.

Как вы увидите, читая историю «Додо», – сделать это совсем непросто. Это путь, который требует упорства, смелости, труда. Но в этом нет ничего невозможного, и, я надеюсь, наш пример вас вдохновит. Вдохновит мечтать, пробовать, бороться, ничего не бояться и никогда не опускать руки.

Счастлив ли я оттого, что наши продажи достигли миллиарда? Честно говоря, меня делает счастливым другое.

Как-то вечером я возвращался на машине из леса и заехал за кофе и пиццей в пиццерию в Подольске – небольшом подмосковном городе. Это было воскресенье. Полный зал, много заказов. Чисто, светло, уютно. Ни пицца, ни кофе не разочаровали, а после дня на природе так и вовсе показались божественными.

Меня узнал кассир. Когда я уже собрался уходить, он подошел и сказал: «Я работал во многих местах в России, но только здесь, в “Додо”, мне нравится по-настоящему. Я люблю свою работу». Сложно описать, что я почувствовал в этот момент. Слышать такие слова – вот это настоящая награда.

Бизнес-книги часто представляют предпринимателей как героев-одиночек, благодаря которым из ничего рождается что-то большое и величественное. Но история «Додо» была бы невозможна без энтузиазма и самоотдачи огромного количества людей. Без сотрудников, предпринимателей-франчайзи, менеджеров, пиццамейкеров, курьеров и многих других.

Мне посчастливилось положить начало целому движению, привлечь и вдохновить неравнодушных людей, но я бы никогда не создал «Додо» в одиночку.

И теперь я искренне радуюсь, когда переступаю порог нашего ресторана и по-прежнему встречаю таких же неравнодушных людей, каким были мы, сотрудники первой «Додо Пиццы» на Первомайской. Когда я вижу людей, которые делают свою работу не ради галочки. Для которых ценности открытости, созидания и постоянного совершенствования – не пустые слова.

Видеть, как благодаря таким людям компания продолжает менять к лучшему жизнь людей по всему миру, в России и Казахстане, во Вьетнаме и Нигерии, в Индонезии и Арабских Эмиратах, в Таджикистане и Турции, – вот это настоящее счастье.

Предисловие автора

Осенью 2006 года в рунете появился блог под названием «Сила ума». Его вел житель города Сыктывкара Федор Овчинников – молодой человек с историческим образованием. К своим 25 годам он успел попробовать научную карьеру и работу наемным менеджером в рекламе и маркетинге. В науке он не задержался, быстро поняв, что старшие научные сотрудники никогда не пропустят вперед младших. Зато научился находить смысл и удовольствие в рутине, когда месяцами раскапываешь древние курганы, а потом описываешь находки. В рекламе простора было больше. Но всегда недостаточно. Федор работал в рекламном агентстве своей мамы, потом возглавлял отдел маркетинга строительного гипермаркета. Он понял, как работает реклама и ретейл. Только вот его фантазия, амбиции, жажда провокаций каждый раз ограничивались волей начальника или заказчика. Федор много читал и мечтал о чем-то большем.

Хорошие книги было сложно найти в Сыктывкаре. Так родилась идея: открыть в этом северном городе с двумя Ы в названии книжный магазин. А там, может, и целую сеть. Федор верил в силу ума. Так – «Сила ума» – он и назвал свой магазин. И свой блог, который он завел, чтобы привлечь к магазину внимание. Сбережений у него накопилось пятьдесят четыре тысячи рублей. Еще сто семнадцать тысяч он занял у родных, еще четыреста тысяч – потребительский кредит в банке под семнадцать процентов годовых. Этого хватило на открытие скромного магазина на шестом этаже торгового центра.

«Мне нравится, когда ты не знаешь, что будет через месяц», – писал он за месяц до его открытия. А еще рассказывал про ощущение: как будто перед прыжком с парашютом, когда стоишь у люка самолета и набираешься смелости прыгнуть. Федор уволился со своей работы – это и стало прыжком. А что дальше? «Парашют еще не раскрылся», – написал он в блоге.

Новые посты появлялись чуть ли не каждый день. Они удивляли тогда еще немногочисленную аудиторию своей откровенностью, которая, казалось, граничила с наивностью. Человек берет и рассказывает, сколько у него денег, на что он их тратит, какая у него выручка. Советуется с аудиторией, куда поставить шкаф и какие книги закупать. Странный человек. Кто в здравом уме раскрывает всю подноготную своего бизнеса?

Федора не смущали ироничные комментарии. Он понимал: чтобы блог привлек внимание, он должен быть действительно откровенным, бескомпромиссным. Поэтому молодой предприниматель продолжал писать о своих успехах и неудачах. Оставался странным: открытым, мечтающим, провокационным.

А бизнес развивался. Федор искал партнеров, брал новые кредиты, экспериментировал, кропотливо выстраивал рутинные процессы – с усердием археолога, который каталогизирует древние черепки. Его магазинчик превратился в сеть, раскинувшуюся на несколько городов. Он начал продавать канцелярские товары и поставлять офисную бумагу сыктывкарским компаниям, ведь довольно скоро Федор понял, что просто на книжках сколько-нибудь значительное дело не построишь.

«Сила ума» стал одним из первых, а может, и вовсе первым настоящим предпринимательским блогом на русском языке. Он привлек внимание многих журналистов. И вот в 2011 году про энергичного мечтателя из Сыктывкара уже написали книгу «И ботаники делают бизнес», вошедшую в число самых продаваемых бизнес-книг года.

Книга завершалась вроде бы невесело. Федор спешил и сильно распылялся. Набрал долгов. Взял в партнеры людей, которые не разделяли его ценностей, и в конечном счете понял, что лучше читать книги, чем торговать ими. Продал свою долю за бесценок – и еще остался должен. Но это был совсем не конец. Все только начиналось.

Герой книги разочаровался в книжном бизнесе, но не в предпринимательстве. Он только почувствовал его вкус. «Обычная жизнь закончилась. Ее больше нет», – писал он в своем блоге, когда задумал стать предпринимателем. И действительно, в его судьбе и в истории будущей компании Федора Овчинникова – «Додо Пицца» – все вышло совсем не обычно.

Глава 1

Пора что-то решать

Когда Федор Овчинников разорился, он почувствовал себя наконец свободным.

Да, он вышел из бизнеса с долгами, а его сеть книжных магазинов теперь развивали совсем другие люди. Казалось, невероятные усилия последних лет пошли прахом. Но в то же время это значило, что он мог начать с чистого листа. Его больше не сдерживали ограничения непростого книжного рынка, не тянули вниз конфликты с партнерами и прошлые просчеты. Он мог найти идею получше, учесть ошибки, действовать умнее и наконец построить что-то стоящее.

Все лето 2010 года Федор много занимался спортом: бегал, ездил на велосипеде. Гулял с дочкой, возил ее на кружки. И думал, думал, пытаясь отыскать идею для бизнеса – такого, который не требовал бы серьезного стартового капитала, но мог при этом вырасти во что-то действительно большое.

Ему всегда хотелось создать нечто, способное выйти за пределы одного города, одной страны, даже целого континента. Работать вполсилы он не умел, а если и посвящать себя какому-то делу, то пусть оно будет значимым. Отсутствие выгодных стартовых условий Федора не смущало. Многие великие компании создавали люди без капитала, без связей и тем более без диплома MBA. Чем он хуже? Тем, что вырос и живет в Сыктывкаре? Да и что с того: не место делает человека, а человек – место. Федор верил, что люди часто обрекают себя на неудачу только потому, что боятся мечтать по-крупному. Или грезят о чем-то великом, но ничего не делают, чтобы приблизиться к цели хотя бы на шаг.

За лето 2010 года он перебрал несколько идей. Попытался получить франшизу столичного магазина-дискаунтера, но разочаровался в их подходе. Попробовал помочь знакомому владельцу мебельного производства наладить менеджмент, но быстро понял, что общий язык они найти не смогут. Хотел придумать софтверный стартап, но осознал, что к онлайн-продуктам сердце не лежит. Всем этим начинаниям чего-то недоставало – прежде всего, наверное, масштаба. Хотелось придумать что-то, не имеющее границ. Что-то, способное выжить в суровых сыктывкарских условиях, а потом разойтись по всему миру. Что-то, от чего действительно захватывало бы дух. Лето почти прошло, а он так и не нашел идею, которой хотелось бы посвятить если не всю жизнь, то значительную ее часть. Пора было что-то решать.

Эта августовская ночь выдалась действительно жаркой. А тут еще ангина. Огонь в горле не дает уснуть, хотя уже пять утра. И мысли о будущем мешают, может, даже сильнее жары или ангины. На что поставить, какой бизнес запустить?

Федору нравится розница. За четыре года развития сети книжных магазинов он убедился, что этот бизнес для него и он мог бы построить выдающуюся розничную компанию. Но без серьезного капитала конкурировать с крупными ретейлерами невозможно – за счет колоссального объема закупок они всегда смогут предложить лучшую цену. А цена в этом деле – главное.

Ему нужен бизнес, который можно вывести в прибыль сразу, а потом масштабировать без больших инвестиций. Создать одну маленькую, но успешную «клетку», а потом ее размножить. Что это может быть?

Федору вспоминается цитата из недавнего интервью Михаила Зельмана: он, владелец дорогих московских ресторанов, как раз начал развивать в России франшизу Wendy’s – конкурента McDonald’s. Свое решение снизойти до фастфуда Зельман объяснил так: открывая дорогие заведения, можно стать миллионером, а вот если хочешь стать миллиардером, открывай массовые рестораны…

И тут Овчинникова наконец озаряет.

Рынок массового питания похож на ретейл: здесь тоже все построено на повторяющихся операциях. При этом он меньше зависит от стартового капитала: не нужно сразу строить склады и открывать сотни магазинов, чтобы выйти на рентабельность. Все-таки в конечном счете еда и сервис важнее цены, по которой ты покупаешь продукты. Создав одну прибыльную точку, можно открывать новые, строить бренд, размножать свою концепцию до бесконечности, охватывая новые города, а потом – чем черт не шутит – и страны.

Чем больше Федор думал, тем больше ему нравилась эта идея. Он верил, что веб-технологии открывают новые возможности для традиционного ресторанного бизнеса. Каждую операцию, каждый мелкий шаг на пути приготовления блюда теперь можно оцифровать, а значит, улучшить. Если поставить на кухне планшеты и мониторы и объединить их в систему, то она сможет прогнозировать спрос, контролировать процесс приготовления, следить за сроком годности продуктов… Компьютерные системы со множеством датчиков, мониторов и алгоритмов управляют современными самолетами, ракетами, космическими станциями, а в компании Федора они будут управлять ресторанами. В итоге такой подход сделает рестораны намного эффективнее, прибыльнее, успешнее. Раньше создание подобной системы стало бы сложнейшей задачей, но теперь, с развитием интернета и облачных веб-технологий, воплотить эту идею казалось вполне реально даже с небольшими инвестициями.

Овчинникова – гуманитария, археолога по образованию и в прошлом маркетолога – увлекали технологии, хотя он и знал, что чисто софтверную компанию строить ему неинтересно. А вот создать фудтех-компанию, которая использует технологии, чтобы модернизировать традиционную индустрию, – задача по-настоящему вдохновляющая.

Генри Форд изобрел конвейер и произвел революцию в автомобилестроении. Братья Макдональд применили идею конвейера для приготовления бургеров – и бургеры McDonald’s едят в сотне стран. А теперь он, предприниматель Федор Овчинников из Сыктывкара, использует интернет-технологии, чтобы создать рестораны быстрого питания XXI века – и они тоже когда-нибудь откроются по всему миру.

Идея учитывала его устремления (жажду построить что-то свое и по-настоящему большое), ограничения (полное отсутствие каких-либо ресурсов) и преимущества (он при этом понимал, как делать розничный бизнес, который многим кажется скучным). Разве что опыта в ресторанном деле у Федора не было, да и готовить ничего, кроме яичницы и овсяной каши, он не умел. Но решить эту проблему, казалось, не так-то сложно.

«Возможно, мы увидимся, а я скажу вам: “Свободная касса!”» – написал он в своем блоге «Сила ума» и поехал в аэропорт.

«Нет, ты подумай, головой подумай!»

Федор стоит у наполненной кипящим маслом металлической конструкции – станции «Картошка». Он одет в униформу работника McDonald’s и черный фартук, на котором желтый бейдж с именем «Егор». Желтый – значит, стажер. «Егор» – значит, бейдж с именем «Федор» еще не сделали, приходится носить первый попавшийся. Он жарит, солит и фасует картошку. Старается делать это максимально быстро, потому что поток покупателей не ослабевает. Федор указал в своем резюме, что готов работать в любое время. Поэтому его ставят в «интенсив» – момент наибольшей нагрузки. К нему каждую секунду подбегают работники «первой линии» – той, где касса, – и кричат: «Большая картошка, спасибо! Маленькая картошка, жду! Да не тормози же!» А Федор тормозит. Упаковка валится из рук, картошка уходит покупателям не посоленная. Новый стажер не успевает за ритмом большого организма под названием McDonald’s. Он страдает от шума, с него льется пот. Он вытирает пот рукой – это ошибка. «Эй ты, новенький! Не смей к лицу прикасаться», – кричит менеджер.

https://sila-uma.ru/rr/01

Когда моя «учебная смена» подошла к концу, я еле стоял на ногах. Я получил свой заслуженный пирожок и жадно впился в него зубами.

Большие ресторанные бренды обходили Сыктывкар стороной – в городе не было ни McDonald’s, ни других крупных сетей. А у местных компаний учиться, казалось, нечему. Поэтому, когда Федор задумал изучить принципы работы лидеров фастфуда, ему пришлось лететь в Санкт-Петербург.

Он устроился на работу рядовым сотрудником в петербургские рестораны Papa John’s, «Теремок», Sbarro и, конечно, McDonald’s. Именно McDonald’s Федор считал лучшим на рынке массового питания, ведь ему удалось достичь непостижимого совершенства в управлении ресторанами. Он научился жарить картошку фри и делать пиццу, работать по системе управления запасами «первый пришел – первый ушел», содержать кухню в порядке… А главное, прочувствовал на собственном опыте, каково это – работать в фастфуде. И увидел, чем хорошая точка отличается от плохой.

В своем блоге он рассказал, что за этот месяц ему довелось поработать в совершенно разных ресторанах. В одних сотрудники не мыли руки даже после туалета и использовали просроченные продукты. В других продукты списывали, даже если они упали на пол в упаковке. Он видел команды, в которых сотрудники соревновались друг с другом, стараясь делать все как можно быстрее и лучше. И такие, где заучить корпоративный гимн было намного важнее, чем следить за качеством еды и скоростью обслуживания.

Имея за плечами опыт развития розничной компании, Овчинников понимал, что разница не в стандартах, правилах и технологиях, а в отношении людей к своей работе, по сути, в культуре. Создать правильную культуру, а потом не потерять ее при масштабировании – задача на миллион. McDonald’s и «Теремок» оказались компаниями, для которых добросовестное отношение к работе – не пустой звук. Федор знал, что многому у них может научиться. Но еще он видел, что может многое улучшить.

– Так. Давай-ка! Мой любимый вопрос. Скажи мне, алмаз души моей, какие виды «МакФлури» и «МакФлури Делюкс» бывают? – спрашивает заместитель директора точки McDonald’s у метро «Академическая» в Санкт-Петербурге.

– Извините, к сожалению, я не знаю, – отвечает Федор.

– Нет, ты подумай. Головой подумай.

– Извините, к сожалению, я не могу подумать, потому что не знаю. Я готов выучить этот блок в кратчайшие сроки. Разрешите…

– Нет, не разрешаю. Да ты головой думай. «МакФлури» быва-а-а-ает…

– Я все равно не знаю. Мне просто надо выучить этот блок. К сожалению, мне забыли рассказать про мороженое.

– Забыли рассказать? А по-моему, ты просто не хочешь знать. А что ты делал два дня? Ты что, каждый день мне будешь пересдавать экзамены?

Вечером Федор пишет в блокноте: «Я мыл полы с высоко поднятой головой, но почувствовал унижение, сдавая экзамен». После работы он записывает все, что видит днем: от расположения оборудования до размера стаканчиков, от корпоративных правил до собственных впечатлений. Записи в этом блокноте станут основой принципов, по которым он будет вести дела в своей новой компании.

Все, что Федор увидел за этот месяц в Петербурге, только подтверждало его теорию. Технологическая отсталость ресторанных компаний бросалась в глаза. В Papa John’s поступающие заказы отображались на мониторе с текстовым интерфейсом, который напомнил Овчинникову компьютеры девяностых. При этом сотрудники кухни часто забывали проверять монитор, не замечали новых заказов и в результате теряли время – а это приводило к тому, что клиент получал пиццу позже, чем мог бы. А ведь проблема легко решалась: достаточно просто добавить звуковое оповещение. Эти наблюдения вдохновляли: сколько еще таких улучшений можно сделать, если разработать собственную, продуманную до мелочей информационную систему? Федор вернулся в Сыктывкар с блокнотом, полным идей и планов.

Мировые амбиции

Из всех возможных концепций фастфуда Федор Овчинников выбрал пиццу. Ведь пиццу едят везде! И в Санкт-Петербурге, и в Лондоне, и в Рио-де-Жанейро. С таким продуктом можно покорить мир, пусть даже на это уйдут годы, десятилетия… К тому же пицца – это идеальная еда для доставки. А значит, можно открывать кухни без зала, не вкладываясь в интерьер, сэкономить на начальных вложениях. Годится и для будущего глобального бизнеса, и для старта с маленьким бюджетом.

Многие начинающие бизнесмены стремились придумывать что-то новое. В городе есть пиццерии, но нет китайской лапши? Надо запускать ресторан лапши! Однако опыт предпринимательства показал Федору, что приучать людей к новому продукту – долго, сложно и рискованно. Поэтому в городе, где есть пиццерии, надо запускать не лапшичную, а пиццерию – только такую, которая будет лучше других. Да, в Сыктывкаре уже работали пиццерии, но Овчинникову казалось, что ни в одной из них не делали по-настоящему хорошую пиццу.

После выхода из книжного бизнеса Федор остался без денег. Он убедил инвестировать в свой пицца-стартап миллион рублей – около тридцати трех тысяч долларов – своего знакомого, Алексея Ванеева. Тот создавал плагины для обработки электронной музыки и продавал их в интернете. Зарабатывал в долларах и евро, что в Сыктывкаре обеспечивало вполне комфортный уровень жизни. Федор знал Ванеева еще с тех времен, когда занимался книжной сетью: Алексей тогда кредитовал его магазины, а теперь согласился стать инвестором нового проекта. Сам Федор вложил в дело двести тысяч рублей, опустошив кредитную карту супруги, – ему самому кредитов банки уже не давали.

Капитала хватило лишь на то, чтобы открыть цех по производству пиццы площадью шестьдесят квадратных метров. Помещение Овчинников арендовал в подвале. Здание стояло во дворах, обладало обширной, хоть и полной ям, парковкой для курьеров. Но главное – находилось в центре города.

Пиццерию в подвале Федор назвал «Додо Пицца» – с прицелом на будущую международную экспансию. Он долго искал небанальное, немного парадоксальное название, которое можно было бы легко перевести на другие языки. Читая с дочкой «Алису в Стране чудес», он и вспомнил о птице додо, которая упоминается в книге. Дальнейшее исследование показало, что «додо» звучит одинаково на многих языках, а домен dodopizza.com еще свободен. К тому же саму птицу можно было бы превратить в символ бренда.

Этот символ и логотип нарисовал фрилансер, которого Федор нашел в интернете. И наконец, после многих недель работы, стройки, найма, обучения небольшой команды и экспериментов с меню, в апреле 2011 года «Додо Пицца» начала доставлять первые заказы.

https://sila-uma.ru/rr/02

Сколько мы заработали за первые дни работы?

؂

– Сколько стоило оборудование? – спрашивает Олег Тиньков◊[1] владелец банка «Тинькофф», мультимиллионер и ведущий онлайн-шоу «Бизнес-секреты».

– В проект вложено на сегодня миллион двести, – отвечает Федор Овчинников, владелец «Додо Пиццы».

– Это оборудование плюс автомобили, да?

– Это все: и оборудование, и ремонт, и зарплаты.

– Сколько у вас машин?

– У нас работают три машины, но они не свои.

– А… – удивляется Тиньков◊.

Он как будто поначалу не понял, что «миллион двести» – это сумма в рублях. На такие деньги невозможно открыть пиццерию и завести собственный автопарк. В 2005 году, за шесть лет до встречи с Овчинниковым, Тиньков◊ продал свой предыдущий бизнес – пивной завод «Тинькофф» – за двести пятьдесят миллионов долларов. Часть этих денег он и инвестировал в новое предприятие имени себя – банк. А миллион двести тысяч рублей – сумма настолько ничтожная, что Тиньков◊, кажется, уже жалеет, что пригласил Овчинникова на интервью.

На шоу Тинькова◊ Федор попал спустя всего пару недель после открытия «Додо Пиццы» – и только благодаря своему блогу. Этот блог о бизнесе он завел, еще когда строил сеть книжных магазинов. Поначалу – просто чтобы привлечь внимание публики в условиях полного отсутствия денег на рекламу. Федор понимал: чтобы его действительно читали, нужен необычный, яркий контент. Так развитие книжного дела превратилось в своего рода реалити-шоу: в блоге он с предельной откровенностью рассказывал о проблемах и вызовах создания бизнеса с нуля, делился идеями и инсайтами и даже раскрывал размеры выручки и прибыли

Тогда, в 2006 году, бизнес-блоги были в новинку, а столь откровенные – тем более. Радикальная открытость принесла Овчинникову интернет-славу, про его маленький магазин рассказывали даже в федеральной прессе. А издательство деловой литературы выпустило книгу «И ботаники делают бизнес» о взлете и крахе его предприятия.

Чтобы поддержать продажи, издатель Михаил Иванов порекомендовал Овчинникова банкиру Олегу Тинькову◊ как «талантливого молодого предпринимателя» для видеоканала «Бизнес-секреты», который Тиньков◊ завел то ли в качестве хобби, то ли в качестве промо собственного банка. Рунет не изобиловал каналами о бизнесе, шоу быстро набрало аудиторию, и уже первые выпуски собирали по сто тысяч просмотров. Перед Федором на шоу побывали создатель самой известной в России дизайн-студии Артемий Лебедев и британский миллиардер Ричард Брэнсон.

Чтобы поучаствовать в шоу, Овчинников полетел в Москву – записывали передачу в офисе банка. Он понимал, что выбивается из общего ряда блестящих гостей этого канала: простая рубашка в синюю полоску выдает человека из провинции, джинсы, кажется, вымазаны мукой. Федор заметил, что его знаменитый собеседник разве только не зевает в кадре – видимо, разочаровался, лишь сейчас осознав, что книгу написали о каком-то микропредпринимателе из Сыктывкара. И все же Федор не падал духом. В конце концов, он здесь не ради этого человека, а ради своих будущих партнеров. Люди должны узнать о его пока маленьком, но амбициозном деле, чтобы впоследствии стать инвесторами и франчайзи.

Овчинников рассказывал, как ему пришла в голову идея бизнеса и чем она хороша; как он нашел помещение в подвале, ведь для доставки интерьер не важен; что пиццерия сейчас выпекает по двадцать – тридцать пицц в день, но проектная мощность – шестьдесят; как он запустил акцию «Доставим за 60 минут, или пицца в подарок», чтобы удивить клиентов и создать образ компании, которая предоставляет надежный сервис… Насчет прибыли Федор сказал, что «пока не знает», какие у него будут затраты, а значит, и маржа.

https://sila-uma.ru/rr/03

Предприниматель Федор Овчинников в программе «Бизнес-секреты с Олегом Тиньковым◊».

Скучающий Тиньков◊ закатывает глаза. Оживляется, только чтобы посмеяться над интернет-сайтом «Додо Пиццы» – фактически это jpeg-картинка меню. Но без жизнеутверждающего вывода шоу будет провальным. Поэтому Тиньков◊ резюмирует:

– Многие часто спрашивают, чем заняться, канючат. А гениальность в простом – пицца! Во всех странах отличный средний и малый бизнес… Наверное, все-таки малый, да?

– Мне этот бизнес интересен тем, что его можно масштабировать, – с нажимом в голосе отвечает Овчинников. И говорит между делом, что уже зарегистрировал домен dodopizza.com – потому что «мировые амбиции».

– Понятно, – отвечает Тиньков◊.

Конечно, ему все понятно. По всему миру тысячи предпринимателей открывают пиццерии, бургерные и кебабные. Кто-то справляется лучше, кто-то хуже. Но для каждого хотя бы выжить в кровавом океане ресторанного бизнеса – уже достижение. Обеспечить себе какой-то сносный заработок – прекрасный результат. И конечно, новый McDonald’s или Starbucks в XXI веке не построишь. Поезд ушел!

После передачи Тиньков◊ вернулся в свой кабинет, отделанный сусальным золотом (если ты эпатажный богач, приходится соответствовать образу). А Овчинников вернулся в Сыктывкар, в полуподвальное помещение площадью шестьдесят квадратных метров. Буквально накануне внезапно уволился водитель, пришлось развозить пиццу самому.

«Запасайтесь попкорном»

Запасайтесь попкорном:) История «Силы ума» только начинается. И теперь она будет даже более открытой, чем раньше. Вы узнаете о каждом потраченном рубле, о каждой заработанной копейке. Каждый месяц я буду публиковать полный финансовый отчет о работе бизнеса. Мы будем полностью открыты. Мы будем соблюдать все санитарные нормы. Мы даже повесим на нашей кухне веб-камеру, чтобы вы видели, как готовится наша пицца и моют ли руки наши работники.

Вы посчитаете меня сумасшедшим? Нет, это все холодный расчет. Если мы сможем платить все налоги, значит, у нас есть запас прочности для развития. Если мы сможем соблюдать нормы, значит, нам не страшны бюрократы…

Этот блог получил новый смысл. Когда у вас есть в голове большие планы и цели, лучше не говорить о них всем подряд. Ведь может так сложиться, что у вас ничего не получится. Но мне уже поздно так думать. Четыре года назад я хотел рассказать всем о своих планах просто потому, что у меня не было денег на рекламу магазина – я хотел привлечь внимание. Сегодня блог для меня – это большой внутренний мотиватор. Я не знаю, получится у меня или нет осуществить свои планы, но я, во всяком случае, попытаюсь. И расскажу вам об этом.

Но для начала мне надо сделать одну небольшую пиццерию в одном небольшом городе прибыльной.

Федор Овчинников

https://sila-uma.ru/rr/04

Глава 2

Разыскиваются!

Программист из Коломны Александр Шибанов уже не первый год следит за Овчинниковым. Когда-то он прочитал заметку о предпринимателе в московском журнале, заинтересовался, нашел блог «Сила ума» и подписался на обновления через сервис Google Reader. И вот теперь Шибанов видит новый пост в блоге с заголовком “Wanted!”, что значит «Разыскиваются!»: «Уверен, что среди вас есть веб-разработчики и программисты. Я ищу молодую, амбициозную и талантливую айти-компанию, которая возьмется за разработку информационной системы для будущей сети общественного питания. Это не разовый заказ, а долгосрочный проект… Мы можем вырасти вместе. У нас большие планы и цели;)». Шибанов узнает в описании себя – и не просто потому, что он программист. Его цепляют слова про амбиции, инновационную систему, долгосрочное сотрудничество – и работа не только за зарплату, но и за роялти. Кажется, именно такую возможность Шибанов искал…

https://sila-uma.ru/rr/05

Мне нужна компания-партнер, которая так же, как и я, загорится проектом.

Банкир Тиньков◊ сколько угодно мог посмеиваться и над меню «Додо Пиццы» из jpeg-картинки, и над желанием Овчинникова построить технологичную сеть пиццерий. Но сам предприниматель настроен был решительно. Он верил, что сможет совершить прорыв

Во многих ресторанах сотрудники кухни просто использовали чеки, чтобы отслеживать поступающие заказы. В часы пик это приводило к хаосу. Даже там, где работала какая-то информационная система, ставка делалась на компьютеры с клавиатурой и на традиционные программы, которые требовали установки и обновления.

Федор же верил, что и то и другое – уже устаревший подход. Годом ранее компания Apple представила первый iPad. Овчинников считал, что именно такие планшеты с тач-интерфейсом, без клавиатуры, намного лучше подходят для кухни ресторана: они занимают меньше места, а управлять ими легче. Ну а вместо привычных программ можно использовать облачное веб-приложение, которое просто открывается в браузере.

Овчинников не обладал глубокими техническими знаниями, но его вдохновлял собственный опыт использования веб-сервисов, подобных Google Docs, которые работали в интернет-браузерах. Казалось, это будущее – не надо скачивать никаких программ, постоянно обновлять их, заботиться о совместимости с железом и сохранении или синхронизации данных. А подключить к облаку можно любое устройство: планшет, компьютер, мобильный телефон или даже пиццу-печь с вайфай-модулем.

Главное же, информация в облаке обновляется мгновенно, и она всегда актуальна. В то время традиционные системы управления бизнеса порой синхронизировали данные раз в сутки, если не раз в неделю. В отличие от них система, оперирующая онлайн-данными о поступающих заказах, сотрудниках на смене, скорости приготовления пицц и еще десятках критических параметров, могла бы радикально повысить эффективность ресторана.

Начался неожиданный спад продаж? Умный алгоритм может сам ввести скидку на пиццу и даже запустить рекламу в соцсетях. Синоптики обновили прогноз погоды – и из-за этого вечером ожидается всплеск заказов? Алгоритм сам отправит сообщения курьерам и вызовет их на смену. От таких идей просто дух захватывало. Овчинников не сомневался, что с подобной системой он покорит мир. Когда он делился этой идеей, многие люди спрашивали: а что будет, если пропадет интернет? На это он отвечал, что надежный интернет скоро появится везде – как сейчас электричество.

Конечно, Федор мог бы отложить разработку айти-системы, использовать сначала что-то готовое. На рынке уже было несколько универсальных решений для управления ресторанами – конечно, не таких революционных, но ведь и задуманная им система существовала пока лишь в мечтах. Казалось бы, это разумно: если только начинаешь, купи недорогую лицензию, кастомизируй универсальную систему под свои нужды и работай спокойно. Подрастешь, накопишь денег – сможешь позволить себе дорогостоящих разработчиков. Но Овчинников подозревал, что в таком случае до разработки своей системы руки не дойдут никогда: чем дольше работаешь на чужом софте, тем сложнее с него слезть. К тому же именно собственная цифровая платформа должна стать главным магнитом для будущих франчайзи. А как привлекать первых франчайзи, если работаешь на чужом софте?

Федор любил сжигать мосты – намеренно ставить себя в такую ситуацию, которая заставляла бы его двигаться верным путем, потому что обратной дороги просто нет. Он решил ни дня не работать на чужой информационной системе, чего бы это ему ни стоило. Нужно сразу нанять команду и приступить к разработке, не дожидаясь, пока вырастет выручка и появится уверенность в завтрашнем дне. Ответственность перед командой не даст ему отступить.

Федор задумал разбить систему на небольшие, относительно независимые блоки и запускать в работу частями, дополняя и совершенствуя технологию на ходу. Он не читал «Манифест гибкой разработки», опубликованный за десять лет до этого, и даже не слышал о принципах аджайл. Но, сам того не зная, следовал его постулатам. Он отталкивался от собственного неудачного опыта. Когда-то Овчинников пытался с ходу спланировать и создать большую информационную систему для управления книжной сетью, но проект оказался слишком сложным и дорогостоящим и в итоге провалился. Поэтому теперь он решил двигаться вперед маленькими шагами.

Пост о поиске разработчиков Федор опубликовал еще до того, как «Додо Пицца» начала доставлять первые заказы. Откликнулось несколько человек, но двое разработчиков из Коломны – Александр Шибанов и Дмитрий Пирязев – показались ему самыми подходящими. За плечами у них была работа на региональную айти-компанию и проекты для «Почты России», а Овчинников легко нашел с ними общий язык. Кандидаты проявили инициативу и к встрече с Федором подготовили небольшой, но уже работающий прототип. Оба выражали готовность уйти со стабильной работы и присоединиться к пицца-стартапу из далекого Сыктывкара. Федор уважал и энтузиазм, и толерантность к риску. Чтобы стимулировать своих первых разработчиков, он предложил им не только рыночную зарплату (сорок тысяч каждому – вдвое больше, чем он платил себе), но еще и долю в будущем бизнесе – три процента компании на двоих.

После несколько раундов переговоров и встреч в Москве партнеры пожали руки. Шибанов и Пирязев уволились из своей айти-компании и начали создавать блок приема заказов. Так зародилась «Додо ИС», будущая информационная система «Додо». Молодой отец Шибанов работал над ней дома – за пеленальным столиком.

Федор Владимирович

Солнечные майские деньки. Андрей Петелин находит в почтовом ящике листовку «Доставим за 60 минут, или пицца бесплатно». Поразительное обещание. Он тут же заказывает себе пиццу. Ее быстро привозит вежливый курьер, а пицца оказывается что надо – горячая и вкусная. Через день Петелин заказывает снова – приезжает тот же самый курьер и обращается к нему по имени: «Андрей». Это второе потрясение. Курьеры никогда прежде не запоминали его имя.

Петелин сам не припоминает, в какой момент представился, но доброжелательный курьер Иван говорит: «Андрей», и этого достаточно, чтобы Петелин бросился искать информацию о «Додо Пицце». Наверняка это какая-то московская франшиза, думает он, а значит, можно получить франшизу и открыть такую же в родной Ухте – городе на севере от Сыктывкара. Конечно, первым делом находится блог «Сила ума». Оказывается, что «Додо» запустили только что – и сделал это сыктывкарский предприниматель Федор Овчинников.

Петелин читает блог взахлеб – все записи, день за днем. Каждое слово чем-то отзывается; все ценности, что демонстрирует автор блога, отвечают тому, чему учили Петелина с детства. Прежде всего – честность и открытость. И чем больше он узнает о «Додо», тем яснее становится, что идея Овчинникова обязательно выстрелит и из этой маленькой затеи получится нечто великое.

Петелин решает: он должен быть там, в «Додо», с Федором Овчинниковым, должен стать его партнером по бизнесу. Другого такого он не найдет, другой такой возможности ему не представится. Но только как это сделать – в его-то положении?

А положение Андрея Петелина заключалось в том, что он недавно ушел из госбанка, чтобы спасти распадающийся после ухода партнера бизнес. Но не преуспел: бизнес рухнул, оставив его безработным и с долгами в два миллиона рублей – примерно семьдесят тысяч долларов. Каждый месяц требовалось отдавать больше двух тысяч долларов, чтобы расплачиваться по кредитам, и его попытки найти работу, способную покрыть ежемесячный платеж, провалились. Он пытался устроиться управляющим в торговый центр и в филиал сотового оператора, но ему отказали.

Порой накатывала такая безнадега, что Петелин уже думал, не наложить ли на себя руки. Но не отдать долг он не мог: коллекторы придут к его родителям, у которых нет ничего, кроме квартиры, и ее придется продать, оставшись в старости даже без дома. Эта перспектива пугала больше смерти. Русский отец учил его честности, а мать-немка – порядку. Сейчас, когда порядка в делах не осталось, он хотел по крайней мере чувствовать себя честным человеком. И главное – не навести беду на родителей, не разочаровать их.

На самом дне отчаяния пришла надежда – его готовы были взять в отделение еще одного банка. Эта работа не решала все проблемы и не принесла бы никакого удовлетворения (Петелин уже понял, что банки не для него), но давала передышку. Казалось бы, дальнейшие действия понятны. Нет ничего более очевидного и разумного, чем пойти на стабильную работу и избавиться от кредитной кабалы. Но очень некстати Петелин заказал пиццу и теперь не мог перестать думать о «Додо» и ее создателе.

Он долго пытался найти контакты Овчинникова, даже покупал нелегальные базы телефонов, но все безуспешно. Параллельно репетировал, что он скажет ему, как предложит партнерство, как выделится среди множества людей, которые наверняка каждый день названивают основателю «Додо Пиццы».

– Здравствуйте, соедините, пожалуйста, с Федором Владимировичем, – говорит Андрей Петелин, набравшись наглости и позвонив прямо в пиццерию.

– Его телефон 777–153, – отвечают на другом конце провода.

«Так просто?» – изумляется Петелин. И в волнении звонит «Федору Владимировичу», надеясь, что тот не повесит трубку, когда услышит голос какого-то очередного незнакомца из длинной череды желающих повстречаться с известным предпринимателем. Но, похоже, никакой череды нет. Федор Владимирович назначает встречу на следующий же день.

Они сидят в кафе рядом с пиццерией. Овчинников выглядит как обычный человек: невысокого роста, с мягкими манерами. Уважительно выслушивает сбивчивый рассказ и отвечает, что не может сейчас, прямо сразу предложить доли в бизнесе. Зато он верит, что его компания покорит мир, а значит, будет много возможностей проявить себя и вырасти – даже стать партнером в будущем. Но прямо сейчас ему нужен человек, который будет работать на кухне. Зарплата – пятнадцать тысяч рублей в месяц.

И говорит он это, будто не веря, что собеседник на такое согласится. Петелина это почти возмущает. Еще недавно он владел маленьким логистическим бизнесом и не считал для себя зазорным менять проколотые шины или ночью вытаскивать машины из грязи. Кухней его не испугать.

Петелин сообщил в банк, что принял другое предложение, и уже через несколько дней вышел на работу по адресу: улица Первомайская, дом 85. Чтобы как-то выкрутиться и закрыть платежи по долгам, он взял еще один кредит. Денег должно было хватить где-то на полгода. Что будет потом, он до конца не продумал.

Культ

Каждый раз, спускаясь в подвал пиццерии на Первомайской, Петелин попадал в удивительный, ни на что не похожий мир. Упавшие на пол продукты тут немедленно списывали, а не сдували с них пыль, чтобы положить обратно в пиццу. Хотя пол этот казался идеально чистым. Еще бы – в помещении чуть ли не ежедневно проводили генеральную уборку, тщательно протирая каждый стык между кафельными плитками. Здесь все этапы работы были подробно расписаны, словно на фабрике микропроцессоров, а не в обычной пиццерии. Мерные стаканчики отличались по цвету, чтобы случайно не перепутать. Тут работал курьер, который запоминал имена клиентов.

Петелин еще ни разу не видел, чтобы бизнес в России делали вот так. Ему приходилось работать в банках и розничных магазинах, и везде – будь это местная или федеральная организация – люди выполняли свои обязанности под девизом «и так сойдет». А многие руководители если и хотели чего-то большего, то на собственном опыте убеждались, что добиться иного и нельзя. У Овчинникова каким-то волшебным образом добиваться получалось.

Погрузившись с головой в работу, Петелин начал постепенно понимать, в чем секрет основателя «Додо». Овчинников превратил соблюдение правил в настоящий культ. «Правило должно соблюдаться без исключений, или его надо отменить» – гласил его главный принцип. А более строгих правил еще надо было поискать. Руки мыть по локоть. Помидор упал на пол? В мусорку! Пицца подгорела? Туда же. На кухню заходить только в спецодежде – или в халате и шапочке.

Овчинников сам строго соблюдал эти заветы и того же требовал от сотрудников. Он не боялся расставаться с теми, кто сознательно нарушал правила. Даже если это значило, что ему самому предстоит работать во вторую смену, чтобы закрыть образовавшуюся дыру в расписании. В то же время за ошибки, допущенные не по злому умыслу, а по невнимательности или из-за неопытности, не следовало никаких наказаний – ни за подгоревшие пиццы, ни за упавшие на пол помидоры.

https://sila-uma.ru/rr/06

Кто видит меня в первый раз, удивляется, что я сам работаю на кухне и мою посуду.

Людей с опытом работы в сыктывкарских ресторанах такое отношение по-хорошему поражало: они привыкли, что за любые просчеты, которые несут компании материальный ущерб, следовал штраф. Штрафы мотивировали сотрудников воровать и обманывать, чтобы компенсировать несправедливо отобранное. Овчинников же умудрился этот порочный круг разорвать. Поэтому в команде «Додо Пиццы» оставались только увлеченные и работящие люди, которые искренне гордились тем, что они делают по-настоящему качественный продукт – и обеспечивают сервис, какого жители Сыктывкара еще не видели.

В одной из сыктывкарских кофеен Федор рассказывает знакомому про недавнюю поездку, активно жестикулируя. И вдруг чувствует резкий толчок в спину – по его спине, груди и лицу стекает горячий кофе. Он переводит взгляд на стол и видит, что его iPhone залит дымящейся жидкостью. Официантка решила поставить чашку на стол в самый неподходящий момент.

Федор вскакивает, спасает телефон, стряхивает остатки жидкости, вытирает очки. Ему не хочется скандалить и создавать проблемы. Он просит только принести ему новый капучино. Девушка приносит напиток. И счет – а в нем две чашки. Включая ту, что вылили ему на голову. «Ну вы же сами его пролили», – объясняет официантка. Овчинников чувствует, как гнев в нем закипает по-настоящему, зовет администратора. Тот повторяет: это вы пролили, платите.

Устроить скандал? Подать в суд, как делают порой посетители McDonald’s? Эти идеи проносятся в голове у Федора, но он понимает, что они абсурдны.

История не отпускает его, даже не дает заснуть ночью. Не позволяет никак успокоиться – до тех пор, пока не приходит решение: «Додо» должна показать людям, что такое истинное уважение к клиентам, дать пример не просто хорошего, а настоящего искреннего сервиса. Тогда компании, презрительно относящиеся к клиентам, либо изменятся, либо исчезнут.

Истинное уважение – это, например, не только обещать доставить пиццу за час, но и действительно отдать ее бесплатно, если в час уложиться не удалось. Или не спорить с клиентом, считая минуты, успел курьер вовремя или нет, а «ошибиться» в пользу клиента. Правило не штрафовать сотрудников за ошибки пришлось тут как нельзя кстати: курьеры не боялись пойти клиенту навстречу, ведь своей зарплатой не рисковали.

Такой фанатичный подход к качеству и сервису приносил плоды. Чтобы привлечь первых клиентов, Федор распространял листовки по почтовым ящикам и вел группу во «ВКонтакте» – на начальном этапе вся реклама «Додо Пиццы» этим и ограничивалась. Но в городе быстро стали говорить о пиццерии, которая дарит пиццу, если не доставит за час.

За первые дни после открытия, в конце апреля, выручка составляла в среднем восемь тысяч шестьсот рублей в день. А в мае – уже около пятнадцати, почти в два раза больше. Оборот за весь май – по сути, первый полный месяц работы – достиг почти трехсот шестидесяти тысяч рублей. Чтобы снизить нагрузку на кухню, пришлось даже немного повысить цены.

«Надо устранять причины, а не наказывать за следствия»

Эффективность и успех нашего бизнеса зависят в конечном счете от простых повторяющихся операций, которые делают обычные люди. Можно придумать прорывной продукт, можно запустить рекламный вирус, купить технологичное оборудование, но все это не даст никакого долгосрочного результата, если мы не сможем с утра до вечера, изо дня в день делать одно и то же с неизменным высоким качеством. Таков наш бизнес…

В «Додо Пицце» действует принцип «Доставим за 60 минут или отдадим заказ бесплатно». Это не просто рекламный слоган. Это правило действительно работает. Кто же платит за пиццу, если мы отдали ее бесплатно? Водитель, который опоздал? Работники кухни? Или менеджер, в смену которого произошла ошибка? Нет. Мы считаем, что это ошибка системы…

Каждый случай нарушения правила «60 минут или бесплатно» подробно разбирается. Наша задача – выяснить причины и принять меры. Мы различаем три вида ошибок: обман, несознательное нарушение и системная ошибка.

Обман – очевидное сознательное нарушение стандарта работником. В таком случае мы расстаемся с человеком. Увольняем. Если работник совершил ошибку неосознанно, необходимо его дополнительно обучить и информировать. В случае системной ошибки мы должны принять меры, чтобы подобная ситуация не повторилась в будущем. Например, если задержка произошла потому, что клиент не сказал оператору номер телефона, значит, надо ввести жесткий стандарт: заказы без контактного телефона не принимаются. Если у водителя кончился бензин на заказе, а мы об этом не предупреждали, вводим строгое правило: заправляться только до выхода на смену. И так далее. Итог: надо устранять причины, а не наказывать за следствия…

Федор Овчинников

https://sila-uma.ru/rr/07

Роковые додстеры

Ахиллесова пята общепита – неравномерная загрузка. В один час ноль заказов, в другой – двадцать. Или сто двадцать. Количество клиентов в обычном ресторане ограничено числом столиков, а вот на доставку одновременно могут поступать сотни заказов. Федор быстро понял, что производительность в пиковые часы – главное бутылочное горлышко этого бизнеса. Это же – ключ к высокой прибыльности. Но как организовать курьерскую службу, чтобы водителей хватало в пики? Чем занять кухню и пиццамейкеров, если заказов нет? Как вообще рассчитать, сколько потребуется водителей и сотрудников кухни в каждый час работы?

Овчинников не сомневался, что в будущем он решит эту задачу с помощью информационной системы. Она будет строить точные прогнозы загрузки на основе прошлых продаж, учитывая даже такие параметры, как праздничные дни и погодные условия. А мониторы на кухне и приложения в телефонах курьеров позволят радикально повысить производительность каждого сотрудника. Однако пока что ему приходилось справляться с пиками более традиционными методами.

Эффективность курьеров повышали с помощью десятков маленьких улучшений. Например, Федор сам придумал конструкцию стола для приема заказов. В нем среди прочего имелись маленькие ящички, запирающиеся на ключ. Внутри – все необходимое водителю, включая рабочий телефон. С самого начала при приеме каждого заказа менеджер спрашивал клиента, какие деньги у него есть для оплаты наличными, и выдавал водителю сдачу перед выездом. Это отнимало у всех время. Скорость доставки повысилась, когда в ящики стали заранее складывать разменные купюры.

Кухню в часы затишья Федор решил загрузить с помощью нового продукта, рецепт которого сам же и изобрел, – роллов с курицей. Он назвал их «додстерами». В пшеничную лепешку заворачивают разные ингредиенты, все готовится из тех же продуктов, что и пицца. Разница в том, что пиццу необходимо делать сразу после заказа, а додстеры можно приготовить заранее и запечь в той же печи непосредственно перед отправкой клиенту. Их и делали на кухне, когда продаж мало. Додстеры – это и загрузка мощностей, и увеличение оборачиваемости ингредиентов, и новый продукт, за счет которого можно повысить выручку. Параллельно запустили самовывоз (до этого «Додо» работала исключительно на доставку). Здесь додстеры подходили как нельзя лучше.

Казалось бы, у новинки только плюсы – и никаких минусов, тем более что она сразу понравилась клиентам. Однако добавление в меню додстеров привело к совершенно неожиданным результатам.

Привлекая деньги от Ванеева, Федор поставил ему два условия. Первое: тот станет инвестором и совладельцем только первой пиццерии – а не всего будущего (на тот момент совершенно гипотетического) бизнеса. Второе: роль генерального директора и вся свобода действий в рамках бизнес-плана останется за ним, Овчинниковым. В книжном бизнесе инвесторы постоянно вставляли ему палки в колеса – теперь хотелось этого избежать. Ванеев согласился. Но как-то майским вечером он пригласил Федора на разговор и заявил, что покидает проект и просит вернуть вложенные деньги. Ванеев все-таки хотел стать совладельцем всего бизнеса, а не одной пиццерии, но Федор не готов был на это согласиться. На встрече инвестор казался спокойным, да и в детали не вдавался. Но позже Федор с изумлением прочитал в блоге Ванеева эмоциональный пост о выходе из проекта. Оказалось, что всему виной те самые додстеры: партнера, по-видимому, оскорбило, что Овчинников их запустил, не посоветовавшись с ним.

Федору снова не спится. Полученный от Ванеева миллион уже потрачен на оборудование и стройку. А Шибанов и Пирязев уже ушли из своей компании, чтобы работать над информационной системой. Без оплаты их услуг выручки пиццерии могло хватить для постепенного возвращения долга с рассрочкой. Но с программистами – точно нет. Уволить их – значит не только ужасно поступить по отношению к поверившим в него людям, но и поставить крест на мечте об айти-пиццерии.

Федор думает, что опять попал в ловушку. Когда-то он слишком быстро пытался развивать книжный бизнес, набрал долгов, доверился ненадежным инвесторам и сломал на этом себе шею. Неужели жизнь ничему не учит? Неужели он провалил свой новый бизнес так быстро и бездарно, на самом взлете?

Он говорил всем, что у него «международные амбиции», а теперь оказывается, что остается ни с чем. Но вслед за отчаянием и самобичеванием приходит спортивная злость. Федор думает, что не отступит. Что не уволит программистов. Стиснет зубы и выплатит этот миллион. Как? Как-нибудь.

От прежних бизнес-экспериментов у Овчинникова остался работающий актив – пятьдесят процентов региональной версии телегида «Телесемь». Актив не самый ликвидный, но можно попробовать продать его партнеру, у которого другая половина. Тот, впрочем, не горел энтузиазмом и не хотел брать на себя ответственность за весь бизнес. Чтобы добиться его согласия, Федор сделал, как ему казалось, щедрое предложение – добавил к пакету целых пять процентов «Додо Пиццы».

Пять процентов в будущей федеральной, а то и мировой сети пиццерий – целое состояние! Партнер, правда, видел перед собой только один небольшой ресторан в подвале. Овчинников не сомневался в грядущем большом успехе своего предприятия, но впервые столкнулся с тем, что это будущее еще надо научиться продавать другим людям.

После долгих уговоров партнер наконец согласился отдать за все это богатство – половину «Телесемь» и какие-то жалкие пять процентов «Додо Пиццы» – целый миллион рублей. Вряд ли это тянуло на выгодную сделку, зато полученные средства позволили Федору спокойно смотреть в будущее. Он продолжал возвращать деньги Ванееву месячными платежами, как предписывал договор, но теперь можно было не бояться, что денег в какой-то момент просто не хватит.

007

Продажи «Додо» постоянно росли. Если в первый полный месяц работы пиццерия в подвале выручила почти триста шестьдесят тысяч рублей, то уже через полгода оборот перевалил за миллион. Команда училась справляться с двумя с половиной тысячами заказов в месяц – в среднем больше восьмидесяти в день. Глобальные пицца-бренды – Pizza Hut, Papa John’s и Domino’s – работали в Москве, но даже не смотрели в сторону таких городов, как Сыктывкар. Видимо, считали, что здесь нет спроса, потому что нет у людей ни привычки заказывать пиццу на доставку, ни денег, чтобы позволить себе такую невиданную роскошь. Оказалось, спрос есть, и еще какой.

https://sila-uma.ru/rr/08

Не бывает плохого или хорошего бизнеса. Даже на камнях растет лишайник. Даже в тундре и в пустыне живут люди. И они тоже могут быть счастливы.

Стала обретать черты и казавшаяся безумно далекой мечта о собственной информационной системе. Из рисунков, которые Федор делал карандашом на бумаге, она постепенно превращалась в работающий инструмент.

Шибанов и Пирязев разработали первый блок системы, позволяющий вводить на планшете данные заказа: имя клиента, адрес, телефон, выбранные позиции меню. Оператор мог принять заказ по телефону и потом сделать распечатку, чтобы передать заказ на кухню, а затем и курьеру. Эта простая система уже позволяла накапливать в цифровом виде информацию о предпочтениях клиентов и анализировать продажи – частоту заказов, популярность пицц, спрос в разное время суток или дни недели.

https://sila-uma.ru/rr/09

Запустили прием заказов в нашей собственной информационной системе. Если честно, я немного волновался.

Первый тест разработанной системы, впрочем, показал, что вводить данные на планшете не слишком удобно – записывать от руки на бланках быстрее и проще. Федора это не расстроило. Он не сомневался в своей идее и вместе с Шибановым и Пирязевым взялся за совершенствование интерфейса, продумывание мельчайших деталей, которые могли бы ускорить процесс даже на доли секунды. Переработанное решение, запущенное спустя пару месяцев, уверенно победило листок бумаги и ручку по скорости и удобству.

Андрей Петелин рос вместе с бизнесом: уже после двух недель работы он стал менеджером смены, через месяц – управляющим, постепенно брал на себя все больше и больше, хотя многому приходилось учиться на ходу. В конце 2011 года Овчинникову прямо в пиццерии стало плохо. Его увезли в больницу и прооперировали. Банальный аппендицит, но запущенный, вывел создателя «Додо» из строя на неделю. Петелин полностью перехватил всю работу. Когда Федор вернулся, оказалось, что дела в полном порядке: на Петелина можно было полностью положиться. Как и мечталось тому с самого начала, перспектива партнерства становилась все более реальной.

Федору нравились надежность и порядочность нового сотрудника; в нем непостижимым образом сочетались организованность, авантюризм и идеализм. Предпринимателя восхищал даже автомобиль Андрея – идеально чистый внутри и снаружи. Петелин, со своей стороны, тоже удивлялся подходу Овчинникова к машинам.

Федор предлагает подвезти Петелина в гости, заодно по дороге поговорить о работе. В последнее время они часто обсуждают и настоящее, и будущее «Додо». Петелин спрашивает, какой у него номер машины, чтобы узнать ее во дворе. Овчинников будто задумывается и наконец отвечает: «Слушай, я не помню». Для Андрея это потрясение. Прежде он всегда общался с людьми, для которых важен статус. А марка и номер машины – весомые признаки статуса. Если номер «007» – это круто. Но если связи и деньги не позволяют достать такой, то надо постараться выхлопотать себе хотя бы «номера-зеркала» – например, «545». И вот впервые в жизни Петелин видит человека, для которого номера настолько неважны, что он их вообще не помнит.

Петелин заметил, как постепенно перенимает это отношение к жизни, переосмысливает приоритеты и все больше времени уделяет «Додо». Он учился фокусироваться на главном и освобождать голову от вещей второстепенных вроде номеров автомобиля.

Овчинников и Петелин были почти ровесниками, у обоих остался за плечами неудачный, но формирующий предпринимательский опыт. И, как оказалось, они отлично дополняли друг друга. То, что делал Федор, представлялось Петелину в какой-то степени магическим. Будто из ниоткуда возникает вдруг идея. Вчера ее не было, а сегодня есть, и кажется, что не найти ничего правильнее и логичнее. Овчинникова, в свою очередь, поражала организованность нового управляющего «Додо Пиццы» и способность методично работать на результат.

Сам Петелин при этом и не подозревал, что его вклад в становление «Додо» выходит далеко за пределы чисто практических задач, стоящих перед растущим бизнесом. С первого дня он полностью разделял ви́дение Федора, как никто другой верил и в компанию, и в ее основателя. Эта вера служила для создателя «Додо» настоящим энергетическим реактором. Присутствие такого человека в команде придавало Овчинникову колоссальные силы.

«Живая компания»

Основой долгосрочного успеха являются люди и культура. Главная задача – создать организацию, способную к выживанию, адаптации, саморазвитию в изменяющемся мире. Это и есть в моем понимании Компания с большой буквы – объединение людей с общими принципами, подходами и отношением к делу, живой социальный организм. Придумать идею, найти капитал, построить модель – все это только начало. Для долгосрочного успеха необходимо построить организацию, которая будет привлекать и растить правильных людей – единомышленников. Нашу идею скопировали, но мы придумаем новую. Наша концепция не сработала, но мы ее скорректируем. Мы допустили ошибку, но она нас только научит. Культура и правильные люди – вот основа долгосрочного успеха. Наша цель – не сеть пиццерий. Наша цель – живая Компания. Компания сегодня – это уже давно не просто Федор Овчинников. Это полноценная команда… Меня иногда спрашивают: как ты все успеваешь – новые пиццерии, продукты, дизайн, реклама?.. А секрет прост. Я не один.

Федор Овчинников

https://sila-uma.ru/rr/10

Глава 3

Паломничество

Руслан Хитров смотрит на унылый, засыпанный снегом двор, неказистое здание, дешевую отделку… Не ошибся ли он адресом? Но нет, на стене знакомый логотип – веселая оранжевая птица. Стало быть, это та самая «Додо Пицца», ради которой он преодолел тысячу семьсот километров и провел в пути тридцать шесть часов, добираясь из Смоленска в Сыктывкар.

Руслан открывает дверь и спускается по лестнице в подвальное помещение. Светлые стены и яркие лампы навевают мысль об операционной, а не о кухне. Он переодевается в оранжевую футболку, черный фартук и одноразовую медицинскую шапочку, смотрит в зеркало и говорит себе, что похож то ли на повара-десантника, то ли на санитара реанимации.

К нему подходит управляющий, представляется: Андрей Петелин. «Шапочку нужно натянуть посильнее вот тут, бакенбард не должно быть видно, – говорит он. – Сменной обуви нет? Только бахилы? Ну, пока ладно, но надо принести сменку». Петелин отправляет гостя подметать полы в «операционной». А также мыть посуду, складывать картонные коробки, резать овощи, выкладывать ингредиенты на тесто и – отдельное удовольствие – чистить тестомес.

Руслан делал все то же, что и остальные сотрудники. Много часов без передышки в течение недели. На второй день он устал как собака, а после четвертого стал считать дни до отъезда. Но бросить это занятие и уехать ему даже не приходило в голову. Руслан хотел детально изучить, как у «Додо» все устроено изнутри. В это самое время в Смоленске строилась «Торро Пицца», которую Хитров открывал вместе с партнером по бизнесу Владимиром Горецким.

Компаньоны следили за блогом Овчинникова, вдохновлялись его примером, мечтали запустить в своем городе что-то похожее на «Додо». И однажды просто напросились к нему на стажировку по типу той, что он сам прошел в Papa John’s и «Теремке». Только Овчинников, работая в Петербурге рядовым сотрудником пиццерий и блинных, не афишировал своих предпринимательских замыслов, а тут все делалось открыто. Хитров не только раскатывал пиццу и чистил тестомес, но и изучал все процессы – и фотографировал.

Он был такой не один: к началу 2012 года «Додо Пицца» стала местом паломничества начинающих предпринимателей, которые хотели пойти по стопам Овчинникова.

Уже на старте пицца-бизнеса его блог читали по всей России. Выход книги и появление Федора в шоу «Бизнес-секреты» только увеличили его аудиторию. И весь первый год эта аудитория с интересом следила за ростом продаж «Додо» (Овчинников по сложившейся привычке ежемесячно публиковал отчеты по выручке). В начале 2012 года цифры достигли неприлично высокого уровня – почти два миллиона в месяц. Около шестидесяти тысяч долларов на одной доставке в каком-то Сыктывкаре – уму непостижимо! Притом что первому инвестору Ванееву когда-то и девятьсот тысяч рублей в месяц представлялись необоснованно оптимистичным планом.

Чистая прибыль этой пиццерии в подвале достигала двадцати пяти процентов. Вся она шла на дальнейшее развитие компании. По сравнению с книжным бизнесом, где прибыль в четыре процента считалась неплохим результатом, успех казался космическим. Особенно если учесть, как мало вложили на старте. Ведь, допустим, открытие франшизы Papa John’s в те времена обошлось бы минимум в семь миллионов рублей, а первую «Додо» построили менее чем за полтора миллиона. Платить в разы меньше, чем за известную международную франшизу, а зарабатывать больше, окупив инвестиции за десять месяцев? Просто сказка.

Конечно, многие читатели блога задумывались: не запустить ли доставку пиццы в своих городах? Они просили Овчинникова продать им франшизу или хотя бы показать, как все работает. Для этого они готовы были ехать в Сыктывкар. Федор принимал всех. Поначалу, на самом старте, он хотел держать свои главные ноу-хау в секрете, но вскоре передумал и открыл двери «Додо Пиццы» настежь. Благодаря таким стажировкам предпринимателей-энтузиастов он планировал набрать полезные контакты потенциальных франчайзи, получить свежий взгляд на собственный бизнес и на рынок в целом, а заодно создать интересный контент для блога. Стажеры к тому же работали на кухне бесплатно – тоже бонус. Условия стажировки: нужно оформить медкнижку, работать в пиццерии наравне со всеми, а по итогу опубликовать честный отзыв в блоге.

Многолетний опыт ведения блога научил его, что открытость часто приводит к новым интересным возможностям, порой неожиданным. А ее недостатки и риски сильно преувеличены. Люди боятся, что у них украдут все их идеи, но нельзя защитить от копирования то, что можно освоить за неделю работы на кухне. В блоге предприниматель объяснил свою логику на примере. Для первой пиццерии он разработал стойку для приема заказов и расчета водителей – она экономила время на доставку за счет чудо-ящичков, в которые заранее складывали все нужное. Ее принялись копировать другие компании, но к тому моменту конструкция уже изменилась – практика требовала ее совершенствования. В бизнесе «Додо» все быстро менялось. На раннем этапе это стало одним из залогов успеха.

Самара, Ульяновск, Майкоп, Челябинск, Белгород, Калининград, Красноярск, Тамбов и даже Казахстан… Откуда только не приезжали стажеры! Кто-то, как Хитров и Горецкий, и правда открыл свои пиццерии. Большинство же ждали, когда «Додо» начнет продавать франшизу. И ждать им пришлось меньше, чем кто-либо предполагал.

«Открытая компания»

Мы – открытая компания. Мы уверены, что предпринимательство меняет нашу страну и мир к лучшему. И мы надеемся, что этот блог помогает начинающим предпринимателям…

Почему мы не боимся делиться информацией? Почему мы не боимся брать на работу людей, которые планируют открыть подобный бизнес в своем городе? Это же подрывает основу франчайзинга?

Первое. Мы понимаем: если человек решил работать на кухне, мыть посуду и полы, чтобы создать свой бизнес, он все равно это сделает – с нами или без нас.

Второе. Система франчайзинга должна быть прочной. Если суть бизнеса состоит в неких «секретах», которые можно увести за две недели, то подобная система не будет функционировать. Мы хотим создать больше. Если мы и будем работать по франчайзингу, то сделаем так, чтобы франчайзи было выгодно с нами сотрудничать на долгосрочной основе. Это должна быть взаимовыгодная система!

Третье. Вы увидите, что все не так просто, как кажется с первого взгляда. Вы поймете, над чем мы сейчас работаем и как это может повысить эффективность бизнеса. Вы увидите, какие мощнейшие конкурентные преимущества дает наша информационная система. Возможно, в будущем вы станете нашими партнерами по франчайзингу. Мы будем создавать сеть единомышленников.

Четвертое. Самое главное в нашем бизнесе нельзя унести, скопировать или даже украсть. Это можно только создать:)

Федор Овчинников

https://sila-uma.ru/rr/11

Убийственный вечер

Андрей Петелин и Федор Овчинников снова сидят в кафе рядом с пиццерией. Девять месяцев назад они встретились здесь впервые, договорились работать вместе, обсуждали грандиозные планы развития… Но сейчас настроение другое. Вместо энтузиазма на лицах траур.

Еще на первой встрече Андрей рассказал Федору все о своих финансовых сложностях. Долгами после неудачного бизнеса основателя «Додо» было не удивить, и они сошлись на том, что со временем что-нибудь придумают… Месяцы прошли в каком-то упоительном забвении, в полном погружении в работу. Но время вышло, кредитные деньги снова закончились, и теперь Андрей должен вернуться в жестокую реальность. Пришло время что-то решать.

Вместе они терпеливо расписывают расходы, которые необходимы для развития бизнеса: столько-то платить разработчикам, столько-то на дизайн и печать листовок, столько-то на новую печь. Становится очевидно, что сейчас, несмотря на все успехи «Додо», радикально поднять зарплату Петелину невозможно. Это он и сам понимает. Иначе развитие остановится, и это обернется гибелью компании на самом старте. А значит, скоро Петелину нечем будет платить по кредитам.

«Андрей, я предлагаю тебе выйти на банкротство, то есть не платить банкам», – говорит Овчинников. Это единственное решение, которое он может придумать. Андрей вспоминает своих родителей. Представляет, как к ним приходят коллекторы, как они продают квартиру, чтобы закрыть долги сына… «Федор, я не могу», – отвечает он.

В тот убийственный январский вечер Петелин понял, что ему придется поставить крест на мечте о партнерстве и развитии в «Додо». Нужно уходить, снова искать ненавистную работу в банке, а может быть, еще и таксовать в свободное время, сидя на хлебе и воде. В этом случае он сможет по крайней мере возвращать долги, которые стали только больше за последние девять месяцев. Андрею казалось, что жизнь его оборвалась.

Утром следующего дня он получил от Федора сообщение: «Надо встретиться, есть идея». Может, мы займем как-то денег, чтобы я мог остаться в «Додо», с надеждой думал Андрей. А Федор предложил ему ехать в Ухту и открывать там «Додо Пиццу», ну а деньги на стройку где-нибудь найти.

Слова эти Петелина шокировали. У него долгов больше чем на два миллиона, ему нечем платить в следующем месяце по кредитам, а Федор предлагает искать еще несколько миллионов для открытия пиццерии в другом городе? Овчинников, однако, предложил не набрать новых долгов, а привлечь деньги прямо в бизнес на выгодных для инвестора условиях.

Тому, кто рискнет и поверит в «Додо», он планировал платить несколько процентов от выручки пиццерии – пока эта пиццерия существует. Обычно инвесторы получали долю от прибыли пропорционально своей доле в компании, но в малом бизнесе прибылью легко манипулировать, завышая затраты. Зная это, многие люди с деньгами остерегаются вкладывать в небольшие предприятия. Процент от выручки, которую проще отслеживать, гарантировал инвестору защиту его интересов.

Чем больше Андрей думал об этом плане, выглядевшем сначала форменным издевательством, тем яснее видел, что план на самом деле хорош. Условия казались предельно выгодными для потенциального инвестора. Скажем, пять процентов от месячной выручки в два миллиона рублей – это двести тысяч в месяц. Таким образом, инвестиции, допустим, в два с половиной миллиона окупятся примерно за год. После этого инвестор начнет получать чистую прибыль – ежегодную «ренту» свыше двух миллионов рублей. До бесконечности.

Петелин почти не сомневался в том, что в северной Ухте можно быстро выйти на два миллиона – и получать двести-триста тысяч прибыли, которой хватит и на выплаты инвесторам, и на жизнь, и на кредиты. Ухта – небольшой город, всего сто тысяч жителей, но обеспеченный, даже побогаче Сыктывкара, притом конкуренции в нем еще меньше. То, что нужно для «Додо». Там в университете учился Петелин, там оставались его друзья и знакомые – они могли помочь с деньгами или помещением.

Никаких паушальных взносов и роялти платить не надо: Овчинников отдавал бренд и стандарты «Додо» совершенно бесплатно. Он не собирался запускать франчайзинг так рано – его маленькая пиццерия в подвале не проработала и года. Не горел он и желанием отправлять в другой город человека, на котором держалась вся рутина компании. Но другого выхода он не видел.

Федор понимал, что только так он сможет оставить Андрея в команде – тот заработает денег, отдаст долги и вернется в управляющую компанию «Додо». И еще таким образом запустится первая франчайзинговая пиццерия, которая точно будет успешной, ведь Ухта – пустой рынок с платежеспособной аудиторией, а Петелин не только знает, как управлять этим бизнесом, но и мотивирован на результат, как никто. Ухта станет примером для будущих партнеров. Многие считали, что успех «Додо» в Сыктывкаре случаен, – здесь же появится наглядное доказательство того, что его можно повторить в любом городе. Федор любил нетривиальные ходы, которые решают сразу несколько задач. Как в шахматах: подвинул коня – и одним махом защитил слона, напал на ферзя и подготовил почву для атаки на короля.

Загоревшийся новой идеей Петелин стал думать, где занять денег. Он нашел их у двух университетских друзей, которым много рассказывал про «Додо». Чтобы профинансировать открытие, оба взяли кредиты в банках, а одному еще и одолжили денег родители. Инвестиции покрывали платежи по кредитам и затраты на стройку. Андрей отправился в Ухту – искать место и открывать первую франчайзинговую «Додо Пиццу». Не прошло и года со старта бизнеса, как мечта Овчинникова о создании сети пиццерий стала претворяться в реальность.

Продавец будущего

«Меня зовут Овчинников Федор. Мне тридцать лет. Я владелец пиццерии “Додо Пицца” в Сыктывкаре» – так начиналось инвестиционное предложение компании, опубликованное, конечно же, прямо в блоге «Сила ума» в феврале 2012 года.

Это был обширный документ, полный отсылок к собственному опыту, рассказов о принятии решений, о своем предпринимательском пути. А еще о формате, меню, производственной модели, команде, финансовой истории, факторах успеха на рынке Сыктывкара, планах на ближайшее и далекое будущее. Внушительный блок посвящен информационной системе, ведь именно она должна сделать инвестицию привлекательной для венчурного инвестора – кому интересно вкладываться в обычную офлайн-сеть пиццерий? Почему «Додо ИС» облачная, как будет работать, что уже сделано?.. Есть даже ссылки на видео с экскурсиями по пиццерии, а также, как и полагается в настоящих инвестиционных материалах, раздел про риски.

https://sila-uma.ru/rr/12

За год мы вернем первоначальные вложения в пиццерию. Но уже сегодня мы начинаем искать инвестиции. Зачем?

Компания нуждалась в деньгах не только из-за постоянно растущих расходов на разработку «Додо ИС». Федор планировал запустить еще одну точку в отдаленном районе Сыктывкара, куда доставлять пиццу не получалось. А главное, хотелось расширить пиццерию на Первомайской, открыть зал для гостей и посмотреть, улучшит ли это бизнес-модель. Так или иначе, пиццерия нуждалась в новой печи – конвейерной, дорогой и более производительной. Дешевая подовая печь, купленная на старте, уже не справлялась с валом заказов.

Нужно было не меньше пяти миллионов. Почему не обратиться за ссудой в банк? Федор пытался, но банк потребовал залог. Тогда он предложил свой единственный актив – небольшую однокомнатную квартиру. Однако в банке ему отказали: закладывать квартиру, в которой прописаны несовершеннолетние, нельзя. Овчинников попросил родителей: пропишите детей к себе. И здесь он получил решительный отказ. Помочь сыну рискнуть самым ценным семейным активом – квартирой? Ни в коем случае.

Когда банки денег не дают, предприниматели ищут инвестиции у знакомых или обеспеченных родственников. Но Федор не знал никого, кто мог бы легко расстаться с пятью миллионами. К тому же он не хотел отдавать больше пяти процентов бизнеса. Развивая сеть книжных, он быстро раздал доли и в результате потерял сначала контроль над компанией, а потом и ее саму. Но если попытаться привлечь пять миллионов за пять процентов, то получится, что весь бизнес оценен почти в сто миллионов рублей, или три миллиона долларов. За одну пиццерию в подвале. Никто не оценит «Додо» так высоко.

Федор нашел выход: он решил, что инвестиция в «Додо Пиццу» будет фактически не инвестицией, а кредитом. Под восемнадцать процентов годовых – вполне рыночная ставка. То есть инвестор просто ссужал деньги, а пять процентов «Додо» становились приятным бонусом. Для людей с капиталом сумма не такая уж и большая, а риски минимальны, особенно если инвестор верит в добропорядочность создателя «Додо».

Инвестора Овчинников задумал искать прямо в блоге. Его читали тысячи людей, и среди них могли найтись подходящие кандидаты. Тем более что часть из них давно следят за «Додо Пиццей» и доверяют ее создателю.

Федор опубликовал свое инвестпредложение 2 февраля 2012 года, а уже 9 февраля ему пришло письмо с заголовком «Есть интерес». «Василий Филиппов, 34 года, женат, четверо детей», – первым делом представился заинтересованный инвестор. А дальше рассказал про свой опыт: одиннадцать лет назад он создал компанию SPB Software, которая разрабатывала софт для карманных устройств, а недавно продал ее «Яндексу». Филиппов, видимо, понимал, что в этой сделке самое главное – не цифры и условия, а персоналии участников. Самому-то ему казалось, что он уже давно знаком с Овчинниковым: Филиппов прочитал книгу о нем от корки до корки и следил за развитием «Додо Пиццы» по блогу.

Нашлось и еще несколько претендентов, для встречи с которыми Федор поехал в Москву. Они задавали неожиданные вопросы. На многие приходилось отвечать «нет» или «не знаю». Например, какой будет выручка компании через несколько лет и может ли он застраховать свою жизнь и здоровье на сумму займа в пользу инвестора. Филиппов же в первом письме написал, что со всем согласен, и поставил только одно условие: Овчинников должен в блоге объявить о том, что будет защищать его интересы как миноритарного акционера. Хотя имя свое Филиппов публиковать пока не захотел, сказав, что не готов становиться мишенью комментаторов, которые вложения в «Додо» на предложенных условиях называли «умопомешательством».

Василий Филиппов и Федор Овчинников впервые встретились только на сделке – в офисе Baker McKenzie, одной из крупнейших юридических компаний мира. Этих юристов предложил, конечно, инвестор.

Морозное утро 16 февраля, Федор подходит к зданию на набережной реки Мойки в центре Петербурга, поднимается по ступеням из красного гранита и попадает в офис, который полностью отвечает образу серьезной юридической фирмы: ресепшен, переговорные комнаты, люди в костюмах. Прямо перед этим он купил свой первый MacBook и теперь немного переживает, не подумает ли Филиппов, что основатель «Додо» уже начал транжирить еще не полученные деньги. Филиппов, однако, на ноутбук внимания не обращает.

Инвестор одет в джинсы и белую рубашку. Глядя на него, Федор немного расслабляется. У него самого нет костюма, он одет точно так же – джинсы, рубашка… Кажется, оба они из одного теста – не гонятся за статусом, оставляя своим юристам право щеголять дорогими пиджаками и галстуками.

Когда на документах уже стоят подписи, Федора охватывает эйфория. Перед ним сидит его первый настоящий инвестор. Это человек из волшебного мира – айтишного, венчурного. Создатель фирмы, которую купил «Яндекс» – крупнейшая айти-компания Восточной Европы. Овчинникову кажется, что он попал в высшую лигу. Его идеи обретают новую силу, у него появляются деньги, чтобы воплощать свои замыслы. Для него это одно из самых приятных ощущений – предчувствие новых свершений.

https://sila-uma.ru/rr/13

Мне хотелось быть причастным к «Додо» – я следил за их судьбой и переживал за них, а с инвестициями это делать намного интереснее.

Получив деньги, Овчинников приступил к реализации идей, описанных в инвестиционном предложении. Для начала требовалось увеличить помещение. Федору предстояли переговоры с арендодателем и с соседями «Додо Пиццы» на Первомайской – владельцами студии танцев и хозяйственного магазина. Первому он пообещал платить больше и без задержек, вторым – компенсировать расходы на переезд. В результате компания получила еще сто сорок квадратных метров площади и, убрав шесты для стриптиза, смогла в июне 2012 года обновить печь, расширить кухню и открыть зал для клиентов.

Федор долго колебался, вводить ли посуду и вилки с ножами, но все-таки решил выдавать пиццу в коробках, чтобы не усложнять модель. Ведь посуду надо собирать и мыть, а это дополнительные процессы и затраты. Начнешь выдавать пиццу на тарелках – захочется разносить ее до столиков, нанимать официантов… Оглянуться не успеешь, как пиццерии начнут превращаться в рестораны, и, скорее всего, не очень хорошие. Нужно играть в свою игру, понял Овчинников, и стал называть передачу пиццы в зал в коробках «доставкой до стойки выдачи».

Все это напоминало формат Domino’s, который предприниматель изучил во время своих московских поездок. Правда, американский бренд не баловал клиентов размерами и комфортом своих помещений, а пиццерия на Первомайской получила целых два относительно просторных зала – и уютные, хоть и недорогие диваны. Деньги уходили быстро, и Федор видел, что пять миллионов рублей – на самом деле крайне скромная сумма и ее едва хватает на то, чтобы воплотить все его идеи.

https://sila-uma.ru/rr/14

Наверное, уродливость этого здания ничем уже не исправить. Но мы решили, что не место красит ресторан, а ресторан – место.

Он жил в аду

Андрей Петелин отправляет Овчинникову фотографии почти готовой к открытию пиццерии. Первая франчайзинговая «Додо Пицца» будет работать только на доставку и поэтому располагается в крайне неприглядном здании. Зачем переплачивать за аренду? Похожий на барак двухэтажный дом из красного кирпича. Выбоины и слепые, заложенные наглухо окна. Из стены торчат черные трубы. Стыки на скорую руку заделаны монтажной пеной. Овчинников просил Петелина хотя бы нарисовать на стене веселую птицу – эмблему «Додо». Именно так поступил сам Федор, открывая зал на Первомайской. Денег на фасад не хватало, но огромное граффити с птицей додо украсило неказистое строение. Сейчас он смотрит на граффити в Ухте и не знает, смеяться ему или плакать. Дружелюбная птица превратилась в суровое, если не сказать жутковатое, существо. Птица должна улыбаться, а тут у нее какая-то гримаса. Нет надбровных дуг, глаза недобро прищурены. Клюв стал острым, почти хищным. Другими словами, рисунок органично смотрится на мрачном здании. «Птица страшная!» – честно говорит Федор. Но первый франчайзи не видит в ней ничего ужасного – вроде такая, как и должна быть.

К счастью, операционное управление давалось Петелину намного лучше дизайна. Он быстро отстроился, считал каждую копейку, но все равно смета вышла в три с половиной миллиона – оборудование сразу купили производительное, с расчетом на большую загрузку. Андрей усердно работал и сохранял оптимизм, стараясь заглушить панику. Чтобы выбраться из долговой ямы, он набрал новых долгов и сжигал еще большие деньги – без всякой уверенности, что сможет их вернуть.

Когда в июле 2012 года пиццерия наконец открылась, стало понятно, что они с Овчинниковым сделали верную ставку. В первый полный месяц работы выручка пиццерии достигла миллиона. Лучшего старта ожидать они не могли. В Сыктывкаре к таким же показателям «Додо» шла полгода. Уже на второй месяц предприятие Петелина стало прибыльным. И он, пока еще не веря до конца в свое счастье, начал думать, что, пожалуй, при таких темпах его пиццерия вскоре станет крайне выгодным делом. Больше года он жил в аду. А теперь он мог не только закрыть кредиты, но и разбогатеть.

Появление первого франчайзи сильно изменило планы Федора. Поначалу он рассчитывал запустить франчайзинг только в 2013 году. До того как привлекать партнеров, следовало построить сеть из собственных пиццерий. Скорее всего, в одном достаточно крупном городе, где можно было бы открыть около шести точек. Доработать бизнес-модель, отточить процессы, опробовать в разных условиях… А затем предлагать франшизу как готовую, проверенную концепцию.

Однако за первый год работы он прочувствовал, насколько это долгий и капиталоемкий процесс – строительство собственной сети. Он понял, что пройдет еще несколько лет, прежде чем получится открыть достаточно собственных пиццерий, чтобы уверенно утверждать: модель сложилась.

При этом де-факто «Додо» уже становилась сетью – только франчайзинговой. И Федор увидел другой путь: можно просто найти еще таких энтузиастов, как Петелин. Заряженных, энергичных, искренне горящих общей идеей, готовых добиваться результата, несмотря на любые сложности. Да, пока «Додо» не готова масштабировать свои практики и гарантировать успешность бизнес-модели в любом городе. Зато можно предложить потенциальным партнерам тестовый франчайзинг – с льготными условиями, личной поддержкой основателя и доступом к развивающейся информационной системе. Все это можно запустить уже сейчас, а не через год. И это же позволит протестировать и укрепить бизнес-модель «Додо Пиццы» гораздо лучше – и гораздо быстрее.

Аудитория блога росла вместе с выручкой «Додо Пиццы». Овчинникову постоянно писали потенциальные франчайзи. Они хотели получить франшизу, еще когда работала одна Первомайская, а теперь, после хорошего старта Ухты, мотивации только прибавилось. Уже накопился немалый список контактов, из которого Федор мог бы выбрать подходящих кандидатов.

К форсированию франчайзинга подталкивала и напряженная ситуация с деньгами. Открытие пиццерии в Эжве и ресторана на Первомайской быстро сожгло все инвестиции, полученные от Филиппова. Несмотря на рост выручки, компании грозили кассовые разрывы, которые случаются, когда нужно рассчитываться с поставщиками, выдавать зарплаты или платить налоги, а денег в кассе нет, потому что рост выручки оказался меньше ожидаемого или запланированные доходы еще не пришли. Старт франчайзинга и паушальные взносы помогли бы «Додо» пережить сложный период и дождаться момента, когда ресторан начнет окупать потраченные на него деньги.

Таким образом, уже летом 2012 года – спустя всего лишь год после открытия – Федор решил запускать франчайзинг с избранными партнерами. Евгений Бачурихин занимался установкой вентиляционных систем, читал блог «Сила ума» и даже бесплатно сделал проект вентиляции для пиццерии в Сыктывкаре при реконструкции в начале года. Уже тогда он просил дать ему франшизу. Теперь Овчинников написал Бачурихину и предложил сотрудничество. Евгений оставил вентиляционный бизнес партнерам и переехал в Белгород, чтобы готовить там открытие пиццерии. Другой читатель блога, Михаил Кузьмин, прошедший стажировку в Сыктывкаре, быстро откликнулся на предложение Овчинникова попробовать «тестовый франчайзинг». Он тоже оставил предыдущий проект – торговлю настольными играми, – чтобы заняться устройством пиццерии в своем родном Челябинске.

Паушальные взносы первых франчайзи спасли компанию от кассовых разрывов. Но Федор понимал, что до реального открытия этих пиццерий пройдет еще много месяцев. В отличие от Петелина, новым партнерам нужно многому учиться, а их не подгоняют долги перед банками. При этом некоторые бывшие стажеры уже успели открыть собственные пиццерии: Владимир Горецкий и Руслан Хитров запустили в Смоленске «Торро Пиццу», а Дмитрий Троян – «Рокет Пиццу» в Самаре. Их Овчинников когда-то обучал, их видел идеальными франчайзи. Они стартовали не так давно. А значит, еще оставался шанс убедить их сменить вывеску – и присоединиться к «Додо».

Амбиции или результат?

Основатель «Торро Пиццы» Владимир Горецкий тоже вел блог, в котором рассказывал о трудностях создания бизнеса с нуля. Чтобы как-то свести концы с концами, он подрабатывал курьером в своей же компании. Искренне радовался бесплатной пицце, положенной сотрудникам. Когда кто-то в команде отказывался, к примеру, мыть туалет, Горецкий сам брал ведро и моющие средства и приступал к работе, показывая, что даже владельцу не стыдно этим заниматься. Так же поступал и сам Овчинников, запуская «Додо Пиццу».

Когда в августе 2012 года Горецкий опубликовал пост о том, как борется с лишними затратами и нестабильным качеством, основатель «Додо» оставил ему комментарий: «Вы тратите много времени на решенные вопросы. Лучше бы вы стали сильными франчайзи “Додо Пиццы” и не мучились по многим вопросам, включая информационную систему. Тем более мы сейчас готовы работать на особых условиях с энергичными людьми».

Это был не первый случай, когда они комментировали публикации друг друга – без особых церемоний, иногда с иронией. Поэтому сам комментарий Горецкого не удивил. Однако предложение стало для него неожиданностью. Он согласился на встречу, но больше из любопытства – переход в «Додо» всерьез не рассматривался. Горецкий уже создал собственный бренд и планировал строить франчайзинговую сеть – конечно же, всероссийского масштаба.

Владимир Горецкий и Федор Овчинников встречаются в кафе «Тепло» около Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге. Это действительно теплое и уютное место, где даже есть стеллаж для кружек постоянных посетителей – каждая подписана и ждет прихода хозяина. Но Федор и Владимир не замечают ни стеллажей с именными кружками, ни фирменных настоек. Они сразу находят общий язык и говорят без остановки два часа.

Овчинников убеждает собеседника, что объединиться выгоднее. Не конкурировать, а сотрудничать. Обеспечить своей пиццерии не только выживание, но и успех. «Что для тебя важнее: амбиции или результат?» – спрашивает Федор.

Горецкому и самому хочется стать частью этой большой истории – уж очень привлекательно и уверенно описывает ее собеседник. В «Додо» результат будет лучше и быстрее. С этим не поспоришь. Основатель «Торро» буквально шел по следам Овчинникова: пиццерию открыл, блог завел, акцию «Доставим за 60 минут или бесплатно» скопировал. Он даже задумывался о разработке информационной системы, но понимал, что это дело непростое. А Овчинников уже и разработчиков нашел, и первый модуль запустил. Зачем все время догонять, если можно развиваться вместе?

Просто так отказываться от своего бренда Владимир не готов. Он выдвигает несколько условий перехода. Первая пиццерия не платит роялти, первые пять – паушальный взнос. Он получает эксклюзивные права на развитие в одной из соседних стран. Но главное, ему передается доля в головной компании «Додо» – до пяти процентов в зависимости от числа открытых им пиццерий. Федору кажется, что Горецкий хочет слишком многого, и вот так сразу эти условия он принять не может. Они прощаются, договорившись продолжить обсуждение.

Выйдя из ресторана на набережную реки Мойки, Владимир подумал: до чего же это все странно. Встретились два человека, у одного две пиццерии, у другого одна, а они уже делят международный бизнес и торгуются, какую страну «отдать» в качестве эксклюзивного рынка. Но в то же время это казалось ему вполне естественным. Он ни на секунду не сомневался, что «Додо Пиццу» ждет большой успех.

Горецкий явно склонялся к предложению Овчинникова, но все же тому пришлось убеждать его, что пять процентов – запредельно большая доля, если учесть, из чего складывается капитализация компании и какой она будет буквально через год-два. Даже у бесценных разработчиков, которые для любого технологического стартапа на вес золота, столько нет. А еще он уверял, что паушальные взносы необходимы для развития и что отдавать кому-либо целые страны пока рановато. Достойной компенсацией за отказ от собственного бренда станет помощь «Додо» в привлечении инвестиций и налаживании бизнес-процессов. Федор давал понять, что желающих запускать франшизу и так хоть отбавляй – «Додо Пицца» уже выходит в Челябинск и Белгород – и что блестящее будущее компании даже не за поворотом, а уже видно невооруженным глазом.

При всем этом Федор ценил предпринимательские качества Горецкого – стажеры из Смоленска выделялись на фоне других креативностью, работоспособностью и амбициями. Он понимал, что для успешного старта франчайзинга нужны сильные партнеры, которые способны работать в условиях полной неопределенности, преодолевать любые сложности, неминуемые при «тестовом франчайзинге». Владимир был именно таким. И символизм перехода сильного независимого предпринимателя под знамена «Додо» сбрасывать со счетов не стоило.

Поэтому Овчинников в итоге предложил эксклюзивные права на одну страну и пошел на уступки по роялти и паушальным взносам для первых точек, а также согласился передать Горецкому один процент в компании. «Это первое и единственное такое предложение с моей стороны потенциальному франчайзи», – подытожил Федор. Горецкий его предложение принял. Эти судьбоносные для обоих переговоры завершились за три дня.

Предприниматели ударили по рукам, прекрасно понимая, что пройдет еще не один год, прежде чем этот процент, переходящий Горецкому, станет что-то стоить. Да и полноценно оформить юридически его тоже пока нельзя. Сделка основывалась на простом рукопожатии, на честном слове двух предпринимателей, которые еще недавно знали друг друга только по постам в блогах.

https://sila-uma.ru/rr/15

«Торро Пиццы» бы не было, если б я не прочитал блог Федора и не загорелся его идеей.

Новость о том, что «Торро Пицца» становится «Додо Пиццей», произвела фурор в маленьком, но мотивированном сообществе, сформировавшемся вокруг блога «Сила ума». Примеру Горецкого последовал и молодой предприниматель Дмитрий Троян из Самары. Он тоже стажировался в Сыктывкаре и тоже запустил собственную пиццерию в родном городе под брендом «Рокет Пицца». Помещение Троян нашел на втором этаже небольшого торгового центра, а открылся с минимальным бюджетом в полтора миллиона рублей, но денег все равно не хватало, поэтому приходилось не только самому развозить пиццу, но и подрабатывать помощником адвоката. «Рокет Пицца» приносила небольшую прибыль, но с показателями «Додо Пиццы» на Первомайской это было не сравнить. Троян рассчитывал на большее. Запустить после института свой бизнес, вместо того чтобы строить карьеру, значило бросить вызов и себе, и окружающим. Он шел наперекор и работал за троих, а ожидаемого результата не получил. Объединение с Овчинниковым казалось логичным шагом, от которого выигрывали все – и он, и «Додо», и клиенты. В ноябре пиццерия «Рокет» сменила вывеску на «Додо».

Вскоре благодаря Горецкому география сети обогатилась и еще одной неожиданной локацией – городом Сарапулом, расположенном в Удмуртской Республике. Предприниматель Илья Фарафонов открыл там сначала кафе с сэндвичами, но продукт не пошел, и он решил сменить его на пиццу. Прочитав в блоге про переход Смоленска под знамена «Додо», он написал Овчинникову письмо, попросив тоже дать ему франшизу. Но сначала добился лишь приглашения в Сыктывкар. Федор думал просто помочь молодому бизнесмену советом – Фарафонову было всего двадцать три года. Познакомившись с ним поближе, Овчинников оценил предпринимательские качества, практичность, энтузиазм и упорство очередного стажера. В результате Фарафонов вернулся в Сарапул в статусе пятого франчайзи «Додо Пиццы».

«Подобное притягивает подобное»

Всю нашу историю «небо» посылало нам крутых людей. И это были энтузиасты и единомышленники. Наверное, вы сейчас подумаете, что Федор увлекся метафизикой – заговорил про помощь «неба». На самом деле все очень просто – за «магией» скрываются простые вещи. Мы были открытыми. Я делился в блоге своими мечтами, трудностями и планами. И это привлекало людей. Подобное притягивает подобное. У нас получалось привлечь в маленький северный город людей со всей страны.

Федор Овчинников

https://sila-uma.ru/rr/16

Глава 4

Зачем клавиатуру приклеили к стене

Начинание Овчинникова стало превращаться в настоящую франшизу гораздо раньше, чем он предполагал. Преждевременный успех не только открывал для компании путь в будущее, но и создавал новые проблемы. Для полноценной поддержки первых партнеров не было ни инфраструктуры, ни знаний, ни ресурсов. Все предстояло строить на ходу – и вкладывать в это деньги. А деньги закончились.

Федор опять принялся искать инвестиции, о новом раунде он объявил уже в конце лета. К этому моменту «Додо» чувствовала себя намного увереннее, чем в начале 2012 года. Две пиццерии в Сыктывкаре приносили почти пять миллионов выручки в месяц. Из них два миллиона – открытый после предыдущего раунда инвестиций ресторан на Первомайской. Необычный формат пиццерии без официантов и тарелок понравился жителям Сыктывкара – видимо, из-за нехватки в городе молодежных заведений.

Пиццерия в Ухте, только что открытая Петелиным, вышла на оборот в миллион триста и грозила скоро побить рекорды Первомайской. «Перебежчики» в Смоленске и Самаре меняли вывески, франшизы в Челябинске и Белгороде готовились к старту, и каждый день на почту приходил минимум один запрос от потенциальных партнеров.

Федор решил, что на этот раз ему нужно десять миллионов за пять процентов. То есть за каких-то пять месяцев капитализация «Додо» выросла вдвое и приблизилась к шести миллионам долларов. Причем на этот раз ее создатель задумал поднимать деньги всерьез, без всяких займов.

Овчинников считал: ему есть что показать. Он развивает свое дело уже полтора года, имеет опыт привлечения финансирования, «Додо ИС» начинает обретать черты, на франшизу выстроилась очередь, а значит, разговоры о мировых амбициях уже не просто безумная мечта. Теперь это очень-очень оптимистичный прогноз.

Но он в то же время осознавал, что новая оценка компании основана больше на его дерзости, чем на объективных метриках. Федору нужны десять миллионов, а больше чем с пятью процентами он расстаться не готов. Будут ведь еще раунды, и нельзя потерять контроль над компанией. Так и получилась эта капитализация: фантастическая для пары пиццерий в провинциальных городах, но, кажется, вполне обычная для перспективного технологичного стартапа.

Новое инвестиционное предложение, опубликованное, конечно же, в том же блоге «Сила ума», оказалось куда короче, чем предыдущее. Зато в нем объяснялось, почему деньги закончились так быстро, рассказывалось о тестовых франшизах и упоминалось, что «Додо» получила уже сто шестьдесят четыре запроса на франчайзинг. Одновременно в отдельном посте Овчинников подробно расписал, как работает новый, только что запущенный модуль «Додо ИС» – трекинг заказов.

https://sila-uma.ru/rr/17

До запуска трекинга мы собирали заказы по бумажным накладным. Когда продажи перевалили за два миллиона, работать по накладным стало невозможно – в час пик накладные не помещались на стол.

Теперь все поступающие заказы автоматически отображались на планшетах, установленных прямо на кухне пиццерии, а сотрудники одним касанием отмечали на них начало и окончание работы над каждым заказом. Это позволяло не только ускорить процесс, но и контролировать его с точностью до секунды. Трекинг открывал невиданные прежде возможности для анализа эффективности ресторана – он позволял отслеживать, сколько готовится каждая пицца или насколько одна смена продуктивнее другой.

Федор работал в фастфуде и понимал, что эта (пока еще) очень простая система значительно опережает стандарты отрасли. Он опубликовал фотографию основателя Papa John’s Джона Шнаттера, сделанную в одной из московских пиццерий во время его недавнего визита в Россию. За спиной того самого «папы Джона» красовалась компьютерная клавиатура, приклеенная к стене скотчем. «Зачем клавиатуру приклеили к стене? Потому что у Papa John’s нет информационной системы, как в “Додо Пицце”, в виде веб-приложения, которая позволяет работать на любых планшетных компьютерах, используя тач-интерфейсы», – прокомментировал Овчинников.

«Пятый элемент»

«Додо ИС» – это не просто программа, которая существует отдельно от бизнеса. «Додо ИС» – это неотъемлемая часть бизнеса. Это «пятый элемент». Вместе с уникальными бизнес-процессами «Додо ИС» образует целостный производственно-программный комплекс. «Додо ИС» вплетена в наши бизнес-процессы на всех уровнях: кухни, смены, пиццерии, локальной и федеральной сети.

Когда в команду проектировки «Додо ИС» приходят аналитики, очень важно, чтобы они приняли нашу бизнес-идею. Мы не просто автоматизируем существующие бизнес-процессы. Мы изобретаем – меняем бизнес, используя доступные нам технологии.

Я часто сталкивался с таким подходом: «Мы пойдем на производство, поговорим с “пользователями” и автоматизируем процессы». Но наша главная цель – не просто автоматизировать то, что уже есть, а создать что-то новое. Люди не могут попросить то, о чем они не знают. Аналитик «Додо ИС» – это изобретатель. Он не просто создает программу – он может менять сам бизнес.

Федор Овчинников

https://sila-uma.ru/rr/18

Чем «Додо» не стартап

Оценка в шесть миллионов долларов, конечно, многих впечатлила. «Почему так много?» – удивлялись читатели блога. Федор отвечал: «Потому что, если у нас получится осуществить задуманное, она будет стоить через некоторое время гораздо больше». Для кого-то этого объяснения оказалось достаточно. По крайней мере, на почту стали опять приходить предложения. Однако с самого начала основным претендентом оказался Сергей Белоусов, с которым Овчинникова познакомил первый инвестор, Василий Филиппов.

Белоусов основал глобально успешные и респектабельные айти-компании Acronis и Parallels. Он давно уже стал международным предпринимателем, даже успел сменить имя на Серж Белл, но по-прежнему играл заметную роль в российском айти-бизнесе. Его венчурный фонд Runa Capital хоть и открыл штаб-квартиру в Калифорнии, но поддерживал тесные связи с Россией и активно инвестировал в российские стартапы. А чем «Додо» не стартап?

Федор сидит за столиком у окна в «Кофемании» на Большой Никитской, перед ним – Ольга Маслихова из Runa Capital. «Кофемания» – сеть дорогих кофеен, популярная у состоятельных жителей Москвы. Обычно ее точки расположены в центрах деловой активности города. Кофейня на Большой Никитской – самая близкая к Кремлю, она располагается прямо в здании Московской консерватории. Публика здесь соответствующая – посетители хотят видеть себя людьми влиятельными и возвышенными.

Собеседница Овчинникова (в отличие от него самого) идеально вписывается в эту среду. Хорошо одетая молодая женщина с длинными рыжими волосами и ярко-красной губной помадой слушает внимательно, задает серьезные вопросы. Ее интересуют цифры, коэффициенты, прогнозы. Она хорошо знает, как ключевые бизнес-метрики называются по-английски.

Федор не так хорошо разбирается в терминологии, но отвечает уверенно и откровенно, рассказывает с большим жаром и энергией о своей компании, ее грандиозных планах, старается заразить Маслихову идеей айти-пиццерии, которая выигрывает за счет оцифровки всех процессов. Он понимает, что на таком этапе привлечение инвестиций – своего рода игра. Здесь мало места для математики и много для веры: готов ты поставить на этого человека или не готов. Федор считает, что в него уже можно поверить. А еще ему очень нужны десять миллионов.

Все идет хорошо, и они наконец добираются до демо. Овчинников показывает, как работает «Додо ИС» – сердце айти-пиццерии. Он поворачивает ноутбук к Маслиховой. Та смотрит на дисплей с недоумением. На нем сообщение об ошибке. Федор изо всех сил старается сохранить спокойствие и звонит программистам: просит как можно скорее, вот прямо сейчас «поднять» упавшую систему.

Оживить упавшую в самый неподходящий момент «Додо ИС» так и не удалось. Федор боялся, что эта неприятность могла свести весь эффект его питча на нет. Но кажется, зря. Маслихова стала запрашивать детальные планы компании, а он начал проводить немало времени за подготовкой отчетов и прогнозов. Рабочий день уходил на срочные задачи – динамично растущий бизнес требовал постоянного внимания, так что отчеты он делал ночами. Среди них – такой эпохальный документ, как бизнес-план на два года вперед. Овчинников покорно строил графики грядущего роста, не особенно хорошо представляя при этом, что будет с его бизнесом даже через несколько месяцев.

Магия умных денег

Тогда же, в начале осени, как раз запускались первые франчайзи: Владимир Горецкий в Смоленске, Дмитрий Троян в Самаре. Федор ездил на торжественные открытия. Помимо этого, он лично помогал всем тестовым франчайзи наладить дела. В то же время ему по-прежнему приходилось заниматься буквально всем: верстать рекламные макеты, развивать меню, следить за финансами. Параллельно создавались новые модули «Додо ИС», и в этом Овчинников тоже активно участвовал: писал технические задания, продумывал архитектуру, сам рисовал интерфейсы.

Успехи, конечно, окрыляли, но Федор чувствовал, что скоро разорвется на части. Настало время развивать команду и расширять бизнес. Чтобы нанять людей, способных взять на себя целые направления бизнеса, необходимы деньги. А значит, надо давать инвесторам нужную им информацию, даже если приходится работать ночами. Овчинников прекрасно понимал, что бизнес-план на два года вперед не имел никакого смысла. Он мучился, осознавая, как много усилий тратится на какие-то формальности. Однако магия «умных» денег и перспектива инвестиций от легендарного предпринимателя подталкивали его играть по этим странным правилам венчурного бизнеса.

В конце сентября его терпение стало иссякать – как и запас денег на счетах. Овчинников прямо спросил Маслихову: будут они инвестировать или нет? Ответ: скорее да, но надо увидеться лично с Сергеем, а он надолго улетает в Америку. Когда? Послезавтра. Сейчас он в Казани. Овчинников сразу начал искать билеты на самолет. Прямых рейсов не нашел – только через Москву, а с пересадкой дорога занимала больше суток. К тому моменту Белоусов уже улетит в Америку.

Федор звонит другу – тому самому, которому продал «Телесемь». Друг этот – не только предприниматель, но и большой энтузиаст автопутешествий, а также обладатель роскошного автомобиля Land Cruiser. Да и вообще, легкий на подъем человек. «Поехали в Казань», – говорит Федор.

Дальше – восемьсот километров через октябрьские дожди по дорогам разного качества. В Казани Овчинников пытается дозвониться до Белоусова, а тот не берет трубку. Отвечает лишь через несколько часов и приглашает встретиться в ресторане.

Новое соприкосновение с миром «большого венчура» снова происходит в красивом месте – с видом на Волгу. Это, кажется, самый дорогой ресторан города. Федор впервые лично встречается с Белоусовым. Маслихова тоже здесь.

Инвестор не позволяет ему насладиться высокой кухней. Он постоянно задает один вопрос и, не дав толком времени на ответ, бросает следующий, еще более заковыристый. Будто пытается загнать собеседника в угол. Это выглядит странно, даже эпатажно. И хотя вопросы, конечно, касаются бизнеса, создается ощущение, что Овчинникова проверяют скорее на прочность, чем на знание финансовой модели. Кажется, это самое жесткое стресс-интервью в его жизни.

После двух часов стресс-интервью Белоусов наконец согласился инвестировать. Правда, потребовал долю больше, чем хотелось отдавать Федору. Несмотря на сомнения, он все же решился на сделку. Если инвестор с мировым именем вложится в «Додо», это облегчит привлечение новых раундов.

Skagi chto nibud

Федор Овчинников привык, что сделки совершаются по рукопожатию, а договор – формальность, с которой можно справиться быстро и просто. Не дожидаясь подписания бумаг и получения финансирования, он дал зеленый свет всем тем инициативам, что ждали денежных вливаний. Прежде всего – единому кол-центру.

По мере подключения первых франчайзи остро встал вопрос контроля продаж и качества сервиса. До разработки собственного сайта по приему заказов было еще далеко, и единый кол-центр мог стать альтернативным решением. Чтобы заказать пиццу, клиенты и в Сыктывкаре, и в Смоленске, и в Самаре звонили бы на один и тот же федеральный номер. Операторы принимали бы заказ и направляли его в нужную пиццерию, обеспечивая тем самым единый стандарт обслуживания и параллельно контролируя продажи франчайзи.

Для многих отраслей такие центры не новость, но для мирового рынка пиццы это была инновация. Каждая пиццерия больших американских брендов, таких как Domino’s или Papa John’s, принимала заказы самостоятельно. Эти сети строились в 1960–1970-х годах, когда технологии еще не позволяли централизовать процесс.

Чтобы принять заказ, оператору требуется актуальная информация о доступном меню в каждой пиццерии, к тому же нужно еще и передать поступивший заказ на точку. Даже если меню у всех одинаковое, какие-то блюда могут временно оказаться недоступными из-за нехватки ингредиентов. Как об этом узнать оператору?

Интернет и облачные технологии могли решить проблему. «Додо Пицца» уже построила зачатки такой системы: в Сыктывкаре заказы принимались только на Первомайской и при необходимости отправлялись во вторую пиццерию через «Додо ИС». Однако Смоленск и Самара, перешедшие в «Додо», продолжали принимать заказы самостоятельно. Поэтому Федор торопился: он хотел, чтобы новые пиццерии запускались уже с единым кол-центром. Ведь чем дальше, тем сложнее будет убедить партнеров отказаться от собственных номеров.

Кол-центр требовал прямых инвестиций в доработку «Додо ИС», покупку красивого номера 8–800–333–00–60 и наем операторов. Овчинников при этом считал, что будет справедливо, если франчайзи станут платить управляющей компании за каждый принятый заказ, ведь это освобождает их от необходимости самим содержать операторов. Но он понимал, что прямо сейчас «продать» подобную услугу будет непросто, поэтому придется пока субсидировать расходы на кол-центр. К счастью, инвестиции Белоусова могли до поры до времени покрывать эти затраты.

Только завершить сделку все никак не получалось. Требованием инвестора стала инкорпорация «Додо» в условиях британского права – а это мероприятие долгое и дорогое. Поэтому пока что договорились сделать так называемый bridge loan – заем, позволяющий компании продержаться до прихода основной суммы. Термин bridge loan Федор впервые услышал в тот памятный вечер в казанском ресторане.

Документы по займу готовили инвесторы. Но время шло. Когда стало понятно, что они не готовы, а «Додо» уже на грани кассового разрыва, Овчинников начал писать и звонить и Белоусову, и Маслиховой. День, два, пять. Никакого ответа. Бессмысленные бизнес-планы, стресс-интервью, а теперь еще и загадочное исчезновение. Можно ждать, когда небожители вспомнят о его существовании, а можно действовать. Федор решил действовать, благо у него под рукой остались письма людей, которые обратились к нему после публикации инвестпредложения в блоге.

Да, альтернативные кандидаты не были знаменитыми венчурными инвесторами. Просто какие-то незнакомцы из интернета, про которых Федор не знал ровным счетом ничего. Но ведь он ничего не знал и про Василия Филиппова, пока не заключил с ним сделку. И вышло все замечательно. Крутой инвестор – хорошо, но инвестор, который предсказуем и последователен, – лучше.

Из всех предложений он всерьез рассматривал только три. На первом месте стоял, конечно, Белоусов. Сейчас настало время вспомнить о номере два и номере три. Федор написал обоим кандидатам. Второй инвестор сказал, что подумает на следующей неделе. Третий ответил, что готов подписать сделку уже завтра – прямо в субботу.

На подробное изучение биографий времени не оставалось, но навскидку инвестор, Станислав Семионов, показался заслуживающим доверия: успешный предприниматель, владелец московского диджитал-агентства Webit, которое занималось разработкой веб-сайтов. Овчинников сразу купил билет на самолет и уже утром приземлился в Москве. Офис агентства рядом с Ленинградским вокзалом оказался довольно скромным, а владелец сам открыл дверь пустого в выходной день помещения. Стены офиса украшали постеры. Соглашение подписали под дулом пистолетов Винсента Веги и Джулса Виннфилда из «Криминального чтива».

Уже на следующей неделе деньги поступили на счет, и Овчинников проинформировал Белоусова, что принял другое предложение. Тот пришел в недоумение. Объяснил, что они по-прежнему заинтересованы в сделке, просто были в отъезде, без доступа к интернету. Письма он писал по-английски – возможно, русской раскладки не оказалось под рукой. Но одну фразу в конце он набрал все же по-русски, хоть и латиницей: “Vassily – skagi chto nibud”.

Белоусов взывал к стоявшему в копии Василию Филиппову – чтобы тот привел в чувство этого странного человека из Сыктывкара. Но что мог сказать Филиппов? Дело было сделано.

«Прогулка по канату над бассейном с акулами и пираньями»

Финансирование роста – одна из важнейших проблем стартапа. Здесь необходимо выбрать правильную стратегию и тактику. Задача заключается в том, чтобы привлечь необходимое количество денег в нужное время, не потеряв при этом контроль над бизнесом. Нехватка инвестиций может погубить потенциально успешный проект. Можно совсем немного опоздать с деньгами, и стартапу просто не хватит «воздуха» или «топлива» для перехода на новый уровень, и «огонек» потухнет. Бывает и обратная ситуация. Можно получить слишком много денег на раннем этапе. Это может расслабить и в конечном счете погубить компанию. Можно найти не подходящего для бизнеса инвестора – попасть в зависимость от ошибочных бизнес-планов и стратегией, принятых «на берегу», и потерять мобильность. Можно взять «короткие» деньги в банке и впасть в зависимость от операционной прибыльности всего бизнеса. Таким образом, поиск финансирования, как, впрочем, и все в жизни бизнес-стартапа, напоминает прогулку по канату над бассейном с акулами и пираньями.

Федор Овчинников

https://sila-uma.ru/rr/19

«Я умру бомжом»

В январе 2013 года Федор открыл данные продаж пиццерий «Додо» – и своих, и партнерских – для «всех участников системы “Додо”». Это определение включало и менеджеров компании, и самих франчайзи, и их сотрудников. Таблицы с продажами он публиковал и раньше, но теперь сбор и публикация метрик становились регулярными – и обязательными. Отказаться обнародовать свою выручку партнер «Додо» уже не мог.

Это стало еще одним шагом компании к открытости. К тому моменту на кухнях всех пиццерий «Додо» уже стояли веб-камеры. Каждый желающий мог зайти в интернет и посмотреть, как в пиццериях Сыктывкара, Ухты или Смоленска готовят очередную пиццу. Сотрудники, зная это, поддерживали чистоту и порядок, а клиенты могли в этом убедиться в любой момент. Открытость вынуждала держаться стандартов и работать на уровне.

Компания становилась прозрачной и в прямом смысле, и в переносном, финансовом.

Публикуя продажи всех пиццерий, Федор рассчитывал, что открытость заставит и его самого, и всю команду искать решения и добиваться успеха для всех франчайзи. Зато доверие к открытой франшизе «Додо» будет на порядок выше, чем к другим брендам, которые рекламируют только самые успешные свои точки и скрывают провальные.

Кроме того, он верил, что открытые продажи создают здоровую соревновательную атмосферу и стимулируют обмен знаниями в «системе “Додо”». Увидев рост продаж другого франчайзи, партнер «Додо» мог позвонить и спросить: «Как это у тебя получилось?» На такой вопрос следовал честный ответ, потому что партнеры хоть и соревновались, но не конкурировали. Сеть строилась по принципу «один город – один франчайзи». Владимиру Горецкому из Смоленска нечего было делить с Дмитрием Трояном из Самары. Зато было чем поделиться.

https://sila-uma.ru/rr/20

Наши партнеры-франчайзи – амбициозные предприниматели. Сравнение показателей создает здоровую соревновательную атмосферу.

Пока, впрочем, делились больше не успехами, а проблемами. К тому моменту выручка единственной пиццерии с рестораном на Первомайской уже приблизилась к шести миллионам рублей, но из всех «тестовых» франчайзи только Андрей Петелин чувствовал себя уверенно. Его доставка показывала более полутора миллионов рублей оборота и устойчиво росла. Остальные предприятия в лучшем случае героически боролись за выход в ноль, в худшем – оставались убыточными.

Все-таки вывеска «Додо Пицца» за пределами Сыктывкара мало что говорила людям, а «Додо ИС» помогала с потоком заказов на кухне, но не решала проблему их отсутствия. В первые месяцы работы в Сарапуле и даже относительно богатой Самаре продажи партнеров колебались в районе шестисот тысяч ежемесячно, а в Белгороде недотягивали и до четырехсот. Античемпионом оказался Челябинск, где за первую неделю работы в ноябре 2013 года заказали единственную пиццу. Это сделала мама одного из основателей.

«В Самаре как-то грустно совсем. Работают год, а показатели чуть ли не в пять раз меньше Сыктывкара, хотя это богатый город-миллионник», – комментировали читатели блога. «Я уверен, что “Додо Пицца Самара” вырастет, потому что другого варианта нет, потому что это “Додо Пицца”, и мы будем работать, пока не добьемся лучшего результата;)», – отвечал Овчинников.

Он понимал, что важно поддерживать веру партнеров в светлое будущее. Нельзя, чтобы они опустили руки. Даже мотивированный Горецкий постоянно качался на предпринимательских качелях. Иногда приходила уверенность: «Все будет хорошо!» А иногда накатывала паника: «Я умру бомжом!» После январского пика выручка Смоленска даже немного просела и застряла на отметке миллион двести, в то время как Ухта уже уверенно перевалила за два миллиона.

Горецкий, как и почти все франчайзи, утверждал, что в его городе своя специфика. То, что работает в северных городах с низкой конкуренцией, вроде Сыктывкара и Ухты, не дает эффекта в более развитых городах Центральной России вроде Смоленска. Например, распространение рекламных листовок по подъездам. Почтовые ящики и так завалены рекламой, никто не обращает на нее внимания. А именно этот маркетинговый инструмент, наряду с развитием соцсетей, рекомендовал Овчинников.

Листовки и правда не приносили ожидаемого эффекта за пределами Коми. Федор считал, что нужно не отказываться от этого канала, а усовершенствовать его – выделиться на фоне конкурентов. Так и родилась идея: вместо рекламной листовки создавать целый рекламный мини-журнал на восемь страниц с самым разным интересным контентом вплоть до анекдотов. Овчинников решил напечатать его в типографии единым тиражом для всех пиццерий разом, чтобы сэкономить.

Вложиться в печать журнала предлагалось всем партнерам – а потом распространять его в течение трех месяцев. Однако Горецкий и в дешевые листовки-то не сильно верил, а сейчас ему нужно было вытащить из оборота около ста тридцати тысяч рублей – колоссальные деньги для маркетинговой кампании. Это казалось безумием. Владимир и прежде нередко открыто критиковал решения управляющей компании. Теперь обсуждение инициативы переросло в жаркую дискуссию, а дискуссия – в настоящий спор.

Поначалу Федор планировал, что решения по развитию сети будут приниматься вместе с партнерами, как при демократии – в ходе обсуждений. Но ситуация быстро стала выходить из-под контроля. Он понял, что для развития франчайзинга больше подходит не полноценная демократия, а что-то вроде ограниченной договором конституционной монархии. Последнее слово должно всегда оставаться за ним, иначе хаоса не избежать.

Давить на партнеров, по крайней мере на «тестовых», ему не хотелось. Овчинников опасался разрушить хрупкую атмосферу доверия между управляющей компанией и франчайзи-первопроходцами. Поэтому он предложил Горецкому пари: смоленский франчайзи строго следует всем рекомендациям по маркетингу на протяжении полугода – а Овчинников, в свою очередь, обязуется поднять выручку его пиццерии до двух миллионов в месяц. Если достичь этого не получится, Федор съест свой галстук (которого у него вообще нет, но для такого дела можно и купить).

От столь соблазнительного предложения отказаться, конечно, было просто невозможно. Федор получил шанс подтвердить эффективность своих решений и укрепить авторитет среди франчайзи, нынешних и будущих. Осталось всего ничего – выиграть пари.

https://sila-uma.ru/rr/21

Ну что, какие ставки? Какой будет оборот «Додо Пицца Смоленск» через шесть месяцев?

Это не пикник и не турпоход

Развитие растущего бизнеса – всегда игра на опережение, в основе которой лежат вера в светлое будущее и планы, строящиеся не только на цифрах, но и на интуиции. Хотя часть партнеров были уже на грани отчаяния и копили долги, Федор верил, что их продажи вырастут, нужно просто методично работать над продуктом и маркетингом. Поэтому, несмотря на сложности и боль первых «тестовых» франчайзи, он все же решил форсировать события и начать привлечение новых партнеров, не дожидаясь выдающихся успехов по всей сети.

Федор понимал, что четыреста предпринимателей, которые интересовались франшизой «Додо», не будут ждать вечно. Нельзя упускать момент. К тому же у него оставалось время подготовиться. Цикл открытия пиццерии – несколько месяцев. А еще надо провести собеседования, отобрать лучших кандидатов, обучить их. Открытия первых франчайзи этого потока можно планировать ближе к концу года, когда «Додо» встанет на ноги гораздо крепче.

Настало время возвращать Андрея Петелина из Ухты. За последние месяцы Федор много сделал для того, чтобы усилить команду. Он передал маркетинг Леониду Даньщикову, с которым раньше работал в рекламном агентстве, и убедил Илью Фарафонова, молодого франчайзи из Сарапула, оставить бизнес сестре и переехать в Сыктывкар, чтобы возглавить развитие собственных пиццерий «Додо». Андрей же идеально подходил на роль лидера, развивающего франчайзинг. Он прошел путь от менеджера смены до владельца пиццерии, а опыт работы в банке подготовил его к административной работе и ведению переговоров.

Только когда Овчинников позвал его обратно в Сыктывкар, Андрей отказался, хотя предложение и было весьма заманчивым. Организовывать процессы и работать с людьми Петелину нравилось. Но в Ухте он сам был начальником, а в Сыктывкаре его ждала сложная работа на требовательного и одержимого Овчинникова. Терять ценного сотрудника, единомышленника и друга Федор не хотел. Он позвал его еще раз, снова получил отказ и после этого отправил Андрею мотивирующее письмо: убеждал, что трудиться в компании, которая будет управлять сетью пиццерий по всему миру, куда перспективнее, чем развиваться в качестве одного из рядовых партнеров «Додо».

Федор обратился не только к Андрею, но и к его девушке (она тоже работала в «Додо»), постаравшись угадать чаяния их обоих. «Ваши дети будут учиться в Англии, если захотите», – писал он. Чтобы эти слова прозвучали еще весомее, он предложил опцион – пять процентов в компании. Той самой, которая станет управлять тысячами пиццерий. Целое богатство, хоть пока и воображаемое. Овчинников хотел построить действительно большой бизнес и понимал, что в одиночку этого не сделать, а значит, ему нужны не просто менеджеры, а единомышленники – и партнеры. Предложенная доля превращала метафорического партнера в настоящего совладельца бизнеса… Тут уже Петелин просто не мог сказать «нет».

Вместе они разработали правила отбора первых франчайзи – своеобразные фильтры. Так отсеивались те, кто не разделял ценности компании и не годился на роль партнера, кто не готов был делать все ради успеха. Первое правило: надо вложить свои деньги, хотя бы часть, то есть рисковать собственным капиталом. Второе: нельзя только вложить деньги и нанять кого-то другого управляющим. Нужно пахать самому, чтобы понимать свое дело в мельчайших деталях, ведь только так можно построить здоровый и большой бизнес. Третье: открываться исключительно в маленьких городах, где меньше конкуренция и рынок прощает ошибки. Живешь в мегаполисе? Придется временно переехать. Становясь партнерами «Додо», новые франчайзи также соглашались на публикацию выручки в общей таблице сети. Это требование отпугивало тех, кто не ценил радикальную открытость. Наконец, ведущий партнер должен был сам пройти обучение в Сыктывкаре, а значит – отработать много часов на кухне пиццерии.

Как правило, респектабельные бизнесмены не хотели ни лететь в какой-то там Сыктывкар, ни тем более работать на кухне, тереть сыр и мыть полы. Они искренне не понимали, зачем это надо, почему нельзя просто вложить деньги и найти какого-нибудь менеджера, который будет управлять пиццерией. Но Федор на собственном опыте убедился, что только такой путь ведет к успеху. В ресторанном деле слишком много зависит от людей. Истории великих компаний подтверждали его правоту.

Рэй Крок, создатель McDonald’s, сначала продавал франшизу своим знакомым по гольф-клубу. Эти респектабельные джентльмены не только не ели в собственных ресторанах, но даже их не посещали. В итоге все их заведения провалились. Тогда Крок стал набирать франчайзи из иммигрантов, бывших военных и простых работяг. Они сами готовили еду и обслуживали гостей, испытывая гордость за свой бизнес. Именно такие люди принесли Рэю Кроку успех и позволили превратить McDonald’s в одну из самых успешных ресторанных сетей мира. Овчинников искал таких же вовлеченных партнеров.

Первый поток «школы» франчайзи стартовал в мае. Занятия шли по восемь часов в день и состояли из теории и практики. Маркетологи, менеджеры, пиццамейкеры в течение месяца обучали новичков всему необходимому. Например, практическим занятиям по «чистоте» отводилось семнадцать часов. На них партнеры узнавали, что менять мешки в баке для отходов необходимо, «если расстояние от верхнего края корзины до мусора в корзине составляет пять сантиметров».

Команда «Додо» облекла в презентации и схемы все ключевые бизнес-процессы пиццерии – от найма сотрудников и использования «Додо ИС» до распространения листовок и бухгалтерского учета. Овчинников отвечал за занятия по маркетингу и управлению финансами, а также вел предмет «Что такое “Додо”?» Более того, он сам встречал всех новых франчайзи, приезжавших в Сыктывкар, уделял много времени личному общению. Команда «Додо» на выходных ездила на велосипедах – всегда приглашали и партнеров. А когда обучение заканчивалось, устраивали «выпускной». Стажеры покупали преподавателям торт или шли вместе в бар.

По реке Сысоле плывут несколько плотов и байдарок. На них – полсотни человек в оранжевых спасательных жилетах. Одеты по-разному. Кто-то в профессиональном походном снаряжении и с камерами GoPro, кто-то в совсем гражданской одежде. Одни в теплых куртках, другие в футболках. У многих белые футболки с надписями Hakuna matata и «Баланс во всем» – они из сыктывкарской «Додо Пиццы». Помимо них, в походе участвуют представители еще шести городов, где работают франшизы, и несколько новых партнеров, которые только собираются открывать пиццерии. Федор плывет на плоту. Это он всех вытащил в сплав по хорошо знакомым ему местам. Для него, бывшего археолога, походы по Коми – привычный вид досуга. Поэтому, вместо того чтобы собирать всю компанию в душном зале, он позвал всех на природу…

Экспедиция пристает к берегу, разбивает палатки, разворачивает баннеры «Додо Пиццы». Вскоре начинаются презентации. Гвоздь программы – доклад основателя компании об успехах маленькой, но амбициозной сети и о планах (разумеется, наполеоновских). Все-таки это не просто пикник или турпоход. Это Первый съезд партнеров «Додо Пиццы».

https://sila-uma.ru/rr/22

Додо Пицца – 2013. Ежегодный съезд франчайзи.

Глава 5

Стоящее дело

Летом 2013 года Федор получил письмо от Евгения Тимощенко, молодого предпринимателя из Ульяновска. Адресант сообщал, что все-таки достроил свою пиццерию, и приглашал основателя «Додо» на открытие. «Упорный парень», – решил Федор.

За год до этого Тимощенко приезжал на стажировку, просил дать ему франшизу. Он выделялся даже на фоне других фанатов, которые обивали тогда пороги Первомайской. Двадцать пять лет. Короткая стрижка, крепкое сложение. Спокойный и немногословный. Было видно, что вырос он там, где лучше не болтать лишнего. Простой паренек с рабочих окраин, который мечтал стать предпринимателем.

По ходу дела выяснилось, что денег у него на пиццерию не хватает, хотя предпринимательские эксперименты Евгений начал ставить с восемнадцати. И с чем он только не экспериментировал: торговал разливным квасом, строил сеть по приему платежей. Продавал ключи для домофонов и наушники с блютусом. Открыл автослесарную мастерскую и даже вложил деньги в две маршрутки.

Наткнувшись в интернете на «Додо Пиццу», Евгений понял: она может изменить его жизнь. Это шанс стать частью большого движения, вырваться из круга мелких и шатких бизнес-авантюр. Открытые цифры продаж доказывали, что «Додо Пицца» – нечто надежное.

Тимощенко рассчитывал открыть пиццерию за миллион двести. Ведь именно с таким капиталом, как следовало из блога, стартовал сам Овчинников. Только к этому времени бюджет на запуск «Додо» вырос вдвое. А еще ведь и паушальный взнос надо платить – триста пятьдесят тысяч. Евгений говорил, что выкрутится и возьмет денег в долг, но ясно было, что так он лишь загонит себя в долговую яму. Поэтому Федор ему отказал – но предложил остаться в Сыктывкаре, поработать на кухне Первомайской, все изучить, а после открыть в Ульяновске собственную маленькую пиццерию. Когда Евгений встанет на ноги, они смогут вернуться к разговору о франшизе. Овчинников не сильно верил, что этот разговор когда-нибудь состоится. Просто хотел помочь парню.

По возвращении в Ульяновск Тимощенко постигла беда. Весь капитал, отложенный на запуск пиццерии, он одолжил знакомому – а тот обанкротился и денег не вернул. Несмотря на это, Евгений от своих планов не отказался. Занял денег, нашел самое дешевое помещение, сам делал ремонт, а по вечерам еще и таксовал, чтобы свести концы с концами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

◊ Признан иностранным агентом.

Вернуться