Николай Бершицкий
Вечная Битва: Семь дней Апокалипсиса. Книга 1

Пролог

Ночь спускалась на бескрайние степи Криора, оттесняя красный диск солнца все дальше и дальше за горизонт. Остатки дневного света отступали от приближающегося мрака, передавая ему властвование над землей. Темнота ползла по трепещущимся на ветру высоким бурым травам, как большой неуклюжий зверь, подминающий все на своем пути. Она окутывала их черно-синим одеялом, и непроглядной волной надвигалась на искусно возведенное, изящное каменное строение, выполненное в готическом стиле, составленное из массивных гладко обтесанных гранитных блоков. Стены здания были украшены надписями и барельефами, изображающими какие-то древние события, память о которых давно канула в века, сохранив себя лишь в камне. Его верхняя часть выделялась остроконечными башенками по краям крыши, чернеющими в темно-голубом вечернем, уже почти ночном, небе. По своей же архитектуре здание очень походило на монастырь или скорее храм. Оно стояло в полном одиночестве: вокруг не было ни дороги, и никаких, даже самых маленьких, домиков, его окружали лишь незнающие предела колеблющиеся моря травы и безграничный балахон неба, покрывающийся искорками звезд, одна за другой загорающимися на синем полотне. Эти звезды отсюда казались лишь маленькими огоньками, но как можно догадаться, что творилось вокруг них в этот момент и в столь умиротворенную криорскую ночь. Постройки вроде этого храма, в общем, не являлись редкостью, и их можно было встретить в разных частях Криора, в подобных этому тихих, уединенных уголках. Зрелище храма-одиночки вряд ли удивило бы человека, часто посещающего эту часть галактики и бывшего хорошо знакомым с некоторыми особенностями Криора – по сути своей эта красноватая космическая сфера являлась небольшой, пустынной, малонаселенной планеткой и на ней почти не было крупных поселений, а многие люди и вовсе жили особняком. Также в глубинах ее истории имелись определенные немаловажные для отдельной общности людей, факты, приведшие в дальнейшем к паломничеству многих последователей пути Света на святые места, во множестве расположенные здесь.

Из растворенных ворот святилища, окованных по углам железными набойками, заляпанными грязными пятнами ржавчины, вышли двое крепких мужчин с лицами бывалых воинов – покрытыми шрамами и тенью памяти о взгляде в глаза смерти, – облаченных в блестящие, золоченые латы. За ними утомленно плелся человек в серой накидке. Они, молчаливо и сосредоточенно, проследовали на небольшую земляную площадку возле порога, вытоптанную в травянистых зарослях ногами многочисленных паломников и отшельников, периодически заглядывающих в храм не один десяток лет. Затем они остановились, дабы распрощаться.

– Удачного вам пути, – обратился к человеку в плаще один из стражников. – Будьте осторожнее, ночь таит много опасностей и скрывает недобрые намерения.

– Все будет хорошо, спасибо, – тихо ответил странный гость, не подняв капюшона, из-под которого виднелся один только его подбородок, морщинистый и покрытый короткой седой щетиной, словно его бороду небрежно выщипали. – Даже в сердце темноты ясный свет Чертога и Зажигателя звезд хранит меня.

– Да осветит Владыка Золотого Града твой путь, брат, – сказал другой привратник, подняв ладонь.

Старец одобрительно кивнул, тем самым, желая воину того же, и медленно побрел сквозь ночь. Его безнадежно одинокая фигурка виднелась еще несколько секунд, но вскоре растворилась в сплошной тьме, ощутимо сгущавшейся вокруг, она будто откуда-то вытекала, струилась как вода из пробитого кувшина, заполняя собой все обозримое пространство.

Воины проследили за тем, как исчезает силуэт отшельника, а затем, вернувшись на свои посты, взялись за увесистые железные кольца, прибитые к створкам ворот, и собрались потянуть за них, чтобы закрыть храм на время ночи.

– Несчастный человек, – с печалью произнес стражник, стоящий по правую сторону ворот. – Говорят, он живет совсем один где-то неподалеку в лачуге, вечно мрачен, словно его тяготит страшное бремя. Он каждый день на протяжении вот уже сорока лет, а это только на моей памяти, приходит сюда, и я ни разу не видел, чтобы он улыбался или просто был доволен, радовался солнцу. Никто даже не знает его имени.

Второй воин сочувствующе покачал головой, однако вдруг застыл, будто статуя и тревожно глянул в зияющую темноту. Его глаза нервно забегали.

– Постой, брат, я что-то чувствую здесь, – с беспокойством произнес он. – Чье-то присутствие, очень большая мощь.

Соратник паладина тоже ощутил нечто странное, словно холодом обдало все его нутро и в голове загудело. Незримая сила накатила на него волной, поглотив целиком.

      Оба воина отпустили кольца ворот и окинули взглядом окрестности, а их руки невольно потянулись к висящим у них на поясах мечам, дрожащие пальцы обхватили ребристую поверхность рукоятей, сердца стражей стучали в унисон, как молоты кузнецов. Ноги защитников храма стали ватными, они с трудом удерживались, чтобы не упасть, явное присутствие невидимого существа давило на них подобно сильному ветру, затрудняя дыхание. Зловещая тишина, повисшая в воздухе, казалось, стала ощутимой, и чудилось, точно ее можно было потрогать.

– Смотри, – дрожащим голосом произнес вдруг второй страж, хотя явно он был не из робкого десятка, указывая соратнику на сгустившуюся темноту перед воротами.

Напарник испуганного воина взглянул на то, что увидел его брат по оружию и хотел показать ему. Воин не сразу заметил, чего же именно так напугало испытанного битвами паладина, хотя он тщательно вглядывался в ночь, но когда он все-таки сумел увидеть «это», сам замер в недоумении: сгустившаяся рядом с ними тьма шевелилась и, как только с ней соприкоснулся взгляд обреченного стража, ринулась на него.

***

В коридор храма вышел паладин в тяжелом панцире, составленном из золотых пластин, выкованных из металла, добытого в туманных горах Небесного Чертога. В руках воин держал связку ключей, которую он нервно теребил. В дальнем конце коридора послышался звон латных сапог и к мастеру ключей подошел высокий, хорошо сложенный мужчина, так же одетый в блестящие латы, но более роскошные и исписанные словами на различных языках, по всему видимому это были защитные заклинания. С широких плеч рыцаря, вдоль спины, спадал красный плащ, а на груди красовался круг с отходящими от него треугольными лучами – символ Ордена Восходящей Звезды. Ему было не больше сорока пяти лет, однако среди черных прямых волос, завязанных в аккуратный хвостик, встречались густые седые пряди. На строгом, исчерченном шрамами, лице мужчины читалась тревога. Он приблизился к мастеру ключей еще на пару шагов и произнес:

– Насколько я полагаю, последний паломник уже ушел? Надеюсь, ворота были закрыты, – он глядел на паладина беспокойным взглядом, было заметно, что тот тоже встревожен чем-то. – Сегодня неспокойная ночь. Я чувствую приближение зла, и оно очень сильное. Мы не можем допустить проникновение слуг Властелина Преисподней в Зал Реликвии.

– Понимаю, лорд Актан, я приказал привратникам запереть ворота, дал им ключ, но если хотите, я могу проверить лично, – ответил мастер ключей. По выражению его лица виделось, что идти к воротам он совсем не хочет, но выбора не было.

– Проверь, – смягчив свой тон, сказал Актан. – А я тогда посмотрю все ли в порядке с Ключом, мы ведь не знаем, насколько опасен и ловок враг и не располагаем сведениями о его численности.

Лорд паладинов развернулся на пятках, жестом отпустил своего подчиненного, нехотя направившегося в сторону ворот и на всякий случай подготовившего меч, и энергично двинулся вглубь храма по освещенному тускло мерцающими сферами, висящими на стенах, коридору, в конце которого, за массивной приоткрытой дверью скрывался Зал реликвии. По пути он подловил проходящего мимо рыцаря и остановил его, положив руку на плечо.

– Слушаю вас, лорд Актан, – сказал воин, поклонившись своему господину. Актана очень почитали в ордене как могучего поборника пути Света, повергнувшего тысячи порождений зла, и как мудрого опытного наставника, всегда готового прийти на помощь в любой трудной ситуации.

– Я подозреваю неладное. Я велел запереть ворота храма, но мы не имеем права рисковать под тяжестью ответственности, возложенной на Орден. Сюда идут слуги Темного Владыки, и стражники на воротах могут не справиться с ними. Я отправлюсь в Зал Реликвии, и буду защищать Ключ до последнего вздоха, если демоны прорвутся внутрь. Пришли мне четырех лучших защитников храма, передай капитанам, чтобы собирали воинов и готовились к битве. Да, и пусть кто-нибудь свяжется с Избранным, нам не помешает его помощь.

Воин вновь поклонился и направился в помещения стражи, а Актан, готовясь к худшему, продолжил свой путь по коридору.

***

Просторное круглое помещение, заполнил яркий, искрящийся свет сияющих сфер, горящих намного ярче, нежели в коридорах храма. В центре его находился постамент со странным предметом, напоминающим плоскую прозрачную бутылку с золотой подставкой и изображенным на лицевой части загадочным символом. То было сердце святилища – Зал Реликвии. Подле постамента стояли четверо паладинов во главе с лордом Актаном, прибывшие на защиту древнего артефакта, обладающего небывалой ценностью для самых могущественных существ, рожденных в Преисподней. Предмет на постаменте испускал странное пульсирующее красноватое свечение, его прикрывал еле заметный магический купол, который должен был предотвратить проникновение слуг Царя демонов и отразить их заклинания. Ключ чувствовал приближение Зла и начинал светиться все отчетливей, будто радуясь пришествию рабов того, кто сотворил его для своих черных замыслов.

– Кто-то пришел забрать Ключ, я чувствую рядом его присутствие, сила его давит на меня, – сказал Актан своим воинам. – Приготовьтесь отдать свои жизни во спасение мира! Ключ не должен попасть в лапы этих чудовищ, иначе все, во что мы верили, чему служили, на что надеялись и ради чего жили, погибнет! Не посрамим имя Нигаэля Триона! Бейтесь подобно драконам, защитники Чертога!!!

В этот момент коридор огласил звон и скрежет металла, и истошные крики умирающих паладинов, за которыми последовал глухой стук стальных подошв на сапогах, по стенам замелькали силуэты с мечами.

– До-смерти!!! – грозно закричал Актан, увидев в проеме приоткрытых ворот высокую искривленную тень, держащую за горло бездыханного воина, словно это был младенец, а не рослый мужчина в тяжеленных латах.

Выбив дверь, в зал со страшной силой влетело окровавленное тело убитого стражника. Прикатившись к ногам Актана, оно безвольно распласталось в багровой луже. На пороге коридора показалось существо двух метров ростом, облаченное в черные пластинчатые доспехи. Его голову скрывал ребристый, слегка вытянутый назад шлем с полумаской, прикрывающей нос и рот, а со спины спускался черный плащ из плотной, тяжелой ткани. На плечах демона крепились широкие наплечники с изображенными на них красными пентаграммами, из краев и центров которых торчали длинные шипы. С пояса у него свисала повязка, обрамленная стальными клыками, посередине повязки был нарисован красный крест в виде поднятого меча. Над его головой, словно лапы гигантского паука, возвышались четыре сверкающих на свету сфер изогнутых лезвия, крепящихся на спинных пластинах брони. Они, казалось, должны были мешать демону, особенно, если тот упадет, но для мастера теней встать из любого положения – не проблема. Существо крепко сжимало в руке меч наподобие катаны, зазубренный с задней стороны лезвия, и злобно дышало, выпуская через обгорелые отверстия в полумаске не то непонятно откуда взявшийся в теплом помещении пар, не то дым. Лорд Актан взглянул в желтые змеиные глаза существа и выкрикнул:

– Я знаю, зачем ты пришел в наше святилище демон, но уйти тебе не суждено!

Бледное каменно-серое лицо безжалостного слуги Падшего, скрытое под шлемом-полумаской, скорчилось в злобной ухмылке. Он вознес окровавленный меч над головой, словно демонстрируя воинам света, что он презирает угрозы лорда паладинов и поступит с ними так же, как и с их бренными товарищами. Кровь заискрилась на свету сфер. Демон зычно расхохотался, от чего содрогнулся даже великий Актан, и, мастерски крутанув своим черным оружием, не спеша двинулся на рыцарей.

– Что ж?! Ты сам выбрал свою судьбу! Я дал тебе шанс уйти по-хорошему, но ты предпочел бой! Тогда это святилище станет твоей могилой, дитя Ада! – яростно закричал Актан, выхватывая золотой, исписанный молитвами и заклятиями, меч из ножен. – Уничтожить его, стражи веры! Чертог с нами! Не дайте демону добраться до Ключа!

– Хорош пафос давить, – неожиданно для витязей шикнул мастер теней с ядовитым цинизмом.

Паладины, стоящие рядом с могучим предводителем похватали свои клейморы из-за спин, и, сорвавшись с мест, кинулись на демона. Тот, даже не смутившись, замер в ожидании нападения, все его тело напряглось, он приготовился к схватке. Первый рыцарь подбежал как можно ближе к существу и нанес сильный рубящий удар сверху, но не успело сияющее лезвие меча дотронуться до головы адского воина, как он почернел, и тело его стало прозрачным. Меч прошел прямо через темя, сквозь корпус демона и со звоном ударился в каменный пол, отколов несколько кусочков. Порождение зла вновь обрело плоть и крепко схватило растерявшегося от такой неожиданности стража за горло. Подняв его над землей, оно легким движением кисти швырнуло паладина в остальных воинов, поспевающих на помощь соратнику. Брошенный рыцарь сбил с ног одного из своих товарищей, подбежавшего ближе всех, и они вместе загрохотали на пол. Двое других стражников сумели уклониться от безвольно пролетающего тела однополчанина и незамедлительно устремились в атаку на проклятого.

Существо, следя за противниками пронзающим взглядом змеиных глаз, подняло руки в черных обшитых с внешней стороны стальными чешуйками перчатках, по направлению мчащихся к нему воинов. Когда паладины приблизились к твари и гулко взмахнули сверкающими магической энергией клейморами, из ладоней его вырвались красные, ослепительно яркие молнии. Разряды озарили своды зала и ударили в тела паладинов настолько быстро, что не оставили своим жертвам ни шанса на уклон, отбросив их далеко назад. Тяжелые латы не замедлили полета, воины посыпались на плиты, только достигнув другого края помещения.

Актан, не желая более наблюдать, как демон расправляется с его слугами, провел по лезвию меча пальцами, и, пропустив по своему телу искрящиеся, расплескивающиеся потоки магической силы, укрепившей его мышцы, ринулся навстречу грозному врагу, цинично усмехающемуся над бессильными противостоять дикой ярости, таившейся в глубине черного сердца, людишками. Демон поднял зазубренный клинок, с наслаждением предвкушая дальнейшие события, и, дождавшись, когда лорд паладинов обрушит свой риттершверт, ловко заблокировал удар. Пылающая сталь соприкоснулась, колыхнув само пространство, искры брызнули каскадом блестящих звездочек, а тяжелый меч магистра отклонился в сторону. Вдруг существо будто растворилось в воздухе, превратившись в еле заметную тень, и рванулось на опешившего лорда паладинов. Актан не успел сразу разобраться в происходящем с его противником и не сообразил, каким образом ему избежать черной тени, летящей на него, как стадо обезумевших буйволов. Думать было поздно, Актан не сумел даже полностью развернуться в попытке отскочить от демонического натиска, как получил сильный удар в грудь. Не в силах сдержать мощный толчок, могучий воин рухнул на холодные камни, загремев пластинами золотых лат.

Один из откинутых паладинов пришел в сознание, он с трудом приподнялся, встряхнув головой, и выпрямился, затем он подхватил оброненный клеймор и, торопясь воспользоваться некоторым эффектом неожиданности, предпринял новую атаку, но демон, оказавшийся куда более проворным, уже заметил воина. Он лишь легко поднял руку, и рыцарь замер на месте, точно обратился в каменную глыбу, устремив растерянный взгляд на торжествующего врага. На лице проклятого воителя вновь прочиталась наглая усмешка и его змеиные глаза блеснули недобрым светом. Демон махнул рукой, и паладин, повинуясь неведомой темной силе, метнулся в сторону. Он взмыл почти под потолок зала и, описав размашистую дугу, полетел прямо на окаймленную шипами осветительную сферу на стене. Высокие, мрачные, безразличные своды древнего храма огласил предсмертный крик, сотрясший расписанный купол, венчающий Зал Реликвии. Тело рыцаря безжизненно повисло на острых шипах, пронзивших золотой панцирь и плоть насквозь, сокрушивших кости. Обильные ручьи крови побежали по серым камням стены, затекая в щелки и сливаясь на полу в густую темную лужицу.

– Будь ты проклят, монстр! Ты заплатишь за это!!! Клянусь Всевышним!!! – вскричал второй очнувшийся воин, увидев смерть друга.

Он напитал свои мышцы силой, подпрыгнул на три метра ввысь и подобно ястребу обрушился на ликующего демона: смерть защитников храма потешала его. Сокрушительный удар опрокинул существо, низвергнул на плиты зала. Воин, тяжело дыша, подошел к поверженному врагу, в его глазах мелькнула ярость. Он вознес меч, чтобы пролить свой праведный гнев на проклятого убийцу, двуручник, поднятый для добивания, засеребрился белым пламенем, еще секунда, и он пробьет грудь посланника Зла. Но демон моментально взмахнул ладонью, из которой с леденящим душу воем вырвался столб темной энергии. Луч прорезал паладина насквозь и, ударившись в соседнюю стену, рассеялся, оставив после себя черное углубление. Воин остолбенел от шока, он даже не почувствовал боли. Открыв от удивления рот, он опустил глаза, желая увидеть свое ранение – растянувшись на его грудь и живот, зияла широкая сквозная дыра, из которой обильными струями сочилась кровь и выползали внутренние органы. Защитник подернулся, его лицо побелело, губы задрожали. Сделав пару неровных конвульсивных шагов назад, мертвенное тело с громыханием рухнуло на спину. Истошно зазвенев, рядом с ним пал его клеймор.

Демон развернулся к третьему паладину, оставшемуся в живых, и его крепкое тело в который раз начала поглощать тьма, а контуры стали неясными, очертания смылись. Коварный враг начал растворяться в воздухе. В душу стража храма закрался страх, он прикрылся щитом, предчувствуя скорую атаку, оценивая масштаб ее силы. По лбу воина побежали капельки пота.

– Ну, давай, проклятое чудище, давай, покажи, что ты еще умеешь, – пробормотал он себе под нос, стараясь приободрить себя. Но стоило рыцарю слегка опустить щит с символикой ордена, который и так не мог скрыть его целиком, оставляя уязвимыми живот и ноги, чтобы разглядеть положение и намерения неприятеля, посланник зла помчался вперед. Не успел рыцарь даже поднять меч или загородиться щитом, как демон-тень с нечеловеческой скоростью налетел на него. Он промелькнул мимо обреченного паладина как штормовой ветер, как пущенная стрела, а в угол зала откатилась голова в блестящем шлеме, оставляя за собой темную полосу.

К черному воину подскочил Актан и сильным ударом ноги сбил его на каменный пол. Последний из оставшихся стражей воспользовался моментом беспомощности демона и выкрикнул неразборчивое слово, резко подняв руку вверх. Ладонь воина засветилась бледно-желтым огнем и в лежащего на спине демона ударила грациозно извивающаяся белая молния. На мгновение в зале воцарилась гробовая тишина. Лорд Актан и паладин переглянулись, воины не могли поверить, что сумели одолеть всесильного черного рыцаря. Когда же они снова повернули головы в сторону поверженного врага, удивились еще сильнее.

– Что?! – потрясенно воскликнул Актан, увидев, что тело противника бесследно исчезло, не осталось ни капли крови.

Услышав крик паладина, он круто развернулся на звук. Его взору предстал демон, держащий над головой черный зеркальный меч, на котором висел мертвый, истекающий кровью воин. Кровь капала на шлем и щеки существа, тонкие красные ручейки бежали по его лицу и стекали в обугленные по краям круглые отверстия в полумаске. Демон опустил меч, уперся в тело окованным сталью сапогом и выдернул из трупа зазубренный клинок, вырвавший с собой куски мяса и жилы. Актан яростно закричал, потеряв всегда присущие ему самоконтроль и нерушимое спокойствие. Подбежав к адской твари, магистр обрушил сокрушительный удар на его голову. Демон с неожиданной легкостью заблокировал падающее лезвие своим нарукавником и оттолкнул клинок вверх, втянув в отверстия полумаски воздух, он выдохнул в глаза лорда паладинов огненный конус. Актан, схватившись обеими ладонями за лицо, повалился на пол и протяжно застонал.

– Ну, вот и все, отвоевался, – прогремел довольный хриплый голос демона. Подходя к паладину, он занес окровавленный меч, помышляя прикончить его. – Сам знаменитый лорд Актан лежит у моих ног, кто бы мог предвидеть такое. Но поверь, это только начало, даже как-то обидно, что ты не увидишь всех наших деяний, последующих за тем, как я возьму этот ключик.

Демон скорчил гримасу превосходства, зарычал и хотел, было, вонзить меч в сердце магистра, как в соседнем коридоре послышался грохот доспехов, стук шагов и взволнованные голоса, на стенах заиграли тени около десятка паладинов.

– Проклятье! – злобно зашипел темный воин, и узкие зрачки его змеиных глаз расширились. Он протянул руку к одной из поддерживающих своды зала колонне, рука заметно напряглась, а жестокое лицо демона искривилось от усилия. Недвижимая с виду колонна, повелеваясь демонической силе, затряслась, начала осыпаться и ее верхняя и нижняя части треснули и обломились. Демон махнул рукой в направлении прохода в боковой коридор. Колонна пролетела над головой одного паладина, успевшего вбежать в зал, и, ударившись в стену, частично обрушила ее. Куски стены и колонны с грохотом посыпались на пол, засыпая проход, подняв клубы пыли. Демон вновь прибегнул к излюбленному приему: начал расплываться в пространстве и, как только обратился в тень, совершил рывок.

Актан, придерживаясь за постамент с ключом, поднялся на ноги, хотя стоял он неровно, пошатываясь, и, протерев обожженное, покрасневшее лицо, открыл глаза. Тут же легендарный воин застыл на месте, глядя на то, как демон с чудовищной скоростью кромсает пришедшего на помощь рыцаря, его движения невозможно было уловить. Бывавший во многих сражениях и убивший не одну тысячу демонов самых разных уровней из всех Царств, лорд Актан не мог поверить в происходящее.

– Этого не может быть, этого просто не может быть. Техника Тени Дра-Ктара утеряна много миллионов лет назад, никто не может ею владеть, этого не может быть, он не морок, – без остановки бормотал он.

Демон оставил в покое изрубленное тело, от которого остались по сути одни ноги, и вновь нацелился на лорда Актана. Могучий магистр побежал навстречу твари, готовя риттершверт. Его удар пришелся по предплечью демона, затем последовал другой, который выбил оружие противника. Недолго думая, Актан вонзил свой клинок ему под ребра. По лезвию потянулась черная лента демонической крови. Демон дико вскричал, не столько от боли, сколько от ярости. Он схватил лорда паладинов за запястье, не давая провернуть меч, и вновь выдохнул ему в лицо обжигающее огненное облако. Актан, за время битвы научившийся некоторым уловкам существа, прикрыл лицо, но сильный жар вынудил его разжать пальцы и выпустить рукоять риттершверта. Черный воин не стал пропускать промедление светлого стража и выдернул из себя клинок, а его рана принялась медленно затягиваться. Потом он протянул руку к своему оружию. Катана затряслась, заерзала по полу и, в конечном итоге, полетела прямо в распростертую ладонь хозяина. Рот существа, скрытый полумаской, в который уже раз перекосился в зловещей, победной улыбке. Очертания демона расплылись, он опять применял древнюю Технику Тени. Актан успел увидеть только, как к нему на огромной скорости летит черный сгусток, остановить который не представлялось возможным. В следующую секунду его живот пронзила сильная боль, все тело магистра похолодело. Сталь, закаленная в адских кузницах, с легкостью прошла сквозь золоченый панцирь паладина, пробив все защиты, ослабшие в ходе боя. Демон прижал Актана к постаменту со странным предметом, который начал неистово мигать красным светом и пульсировать, чувствуя близость темной энергии.

– Да кто ты такой, черт тебя побери!? – прокричал Актан, сплевывая кровь с пересохших губ. Жизнь стремительно покидала лорда.

– Меня зовут Бэрон Ааззен. Запомни это имя, пригодиться, когда будешь пояснять, кто тебя прикончил, хотя можешь называть меня просто Император. – Сказав это, демон с силой провернул клинок. Изо рта Актана плеснула кровь, он поднял глаза в потолок, на котором был изображен молодой воин в блестящих доспехах, опершийся на свой меч, а из-за его спины поднимались светящиеся крылья.

– П… прости… Я не смог… – прошептал магистр. Это были последние слова великого лорда Актана, вселявшего ужас в сердца демонов и отвагу в сердца своих верных последователей.

– Да, передай им привет от меня, – ехидно бросил Бэрон и выдернул меч из тела поверженного паладина. Затем демон опустил полумаску и жадно слизал кровь с лезвия катаны. – О да, вкус победы! Пахнет кровью, – произнес он, цинично ухмыльнувшись, и поднял обратно полумаску.

Подождав пока оставшаяся кровь всосется в серебристо-черную поверхность проклятого демонического меча, недаром прозванного Кровопийцей, он протянул руку к вспыхнувшему ярким пламенем предмету на постаменте. Из длани демона с гулом и свистом вырвался плотный красный луч энергии. Соприкоснувшись с магической эгидой, надежно закрывающей светящийся Ключ, луч взорвался, повредив барьер. Адский воин предпринял новую попытку. Вторая энергетическая струя достигла желаемого результата – щит рухнул. Ааззен, жадно потерев руки, подошел ближе к пьедесталу и взял предмет. В тот же момент стены храма затряслись, раздался оглушительный гром, и за окнами блеснула кроваво-красная молния, разрезавшая сплошную черноту неба. Бэрон громко рассмеялся, подняв предмет над головой.

– Наконец, последний Ключ наш! Само Мироздание содрогнется, когда он замкнет Кольцо!!!

Он запрятал Ключ за пояс, медленно вознесся в воздух и черной птицей вылетел в окно, разбив узорный витраж. Силуэт демона быстро растворился во тьме.

Глава 1

Зеленоватое, как морская волна, небо Тиркиса затягивали густые столбы едкого черного дыма, тянущиеся с изорванной взрывами, искалеченной поверхности планеты, насколько видел глаз покрытой воронками и рытвинами. Сквозь наворачивающиеся жирные клубы беспросветного дыма едва проглядывал тусклый медный диск солнца, изо всех сил стараясь пролить свои лучи на пыльное поле, ставшее сценой для кровопролитного сражения. Вся земля была обильно усеяна трупами павших в бою солдат, и остовами искореженной горящей бронетехники, между которыми быстро лавировали танки и короткими перебежками двигались бойцы в черных бронекостюмах, на правой стороне груди которых блестели припаянные золотые значки в виде двух людей, глядящих друг на друга. Они означали принадлежность к клонической армии Альянса Свободных Планет, созданной по программе «Близнец». Бойцы уверенно прорывались к великолепному высотному мегаполису, серьезно потрепанному бомбардировками и тщательным артобстрелом, ведя непрерывный огонь по отступающим механическим существам с вытянутыми головами, с виду напоминающими бобы. Киборги, направив на наступающих десантников руки, со встроенными в них орудиями, активно отстреливались и стремились назад в город, где они могли надежнее закрепиться, хотя, судя по соотношениям сил, шансов на победу у них было не много. Посылая во врагов пучки лазерных лучей и рои жужжащих пчелами пуль, десантники теснили их к последним рубежам обороны.

На высоком холме напротив города, откуда отлично просматривалась панорама боя, располагался полевой штаб войск Альянса, а точнее переоборудованное под штаб брошенное селение, прилегавшее раньше к мегаполису, когда он еще не был так велик. Поселок состоял из нескольких побитых временем и, с тем же, аккуратных деревянных домиков, неплохо подходящих для размещения там мозгового центра армии. Возле здания офицерского корпуса, являющего собой самый крупный из всех прочих одноэтажный бревенчатый дом, обложенный стальными пластинами для защиты от вражеского огня, стоял флагшток. На нем гордо развевался раздуваемый легким ветерком флаг, на котором были изображены три меча, изогнутые таким образом, что образовывали щит. Внутри щита находилось солнце, встающее над морским горизонтом. Это был новый флаг Альянса, созданный как раз вскорости после начала Второго вторжения берсеркеров Стального Легиона, он символизировал не погибающую надежду на победу и спасение.

В тесном, обставленном связной аппаратурой, а вся связь с войсками или флотом на орбите осуществлялась именно отсюда, помещении штабного офицерского корпуса за столом, заваленным планами операции и картами местности, слегка сгорбившись, сидел мужчина лет пятидесяти-пятидесяти пяти. Он был одет, как ни странно, не по военному: в черном кожаном плаще, накинутом поверх черной футболки, брюках и заляпанных грязью туфлях. Это был крепкий худощавый, если не сказать поджарый, человек с загорелой красноватой кожей, усталым лицом, слегка подернутым морщинами и черными с проседью длинными, ниже плеч, волосами. Его утомленный взгляд застыл на окне, за которым то и дело подергивались стволы тяжелых артиллерийских орудий, бьющих по городским укреплениям. Происходящее снаружи удручало его, однако мужчина не просто прослеживал процесс перестрелки. Он смотрел сквозь мутное стекло так, словно ожидал увидеть что-то необычное, но ничего подобного не происходило. Стволы все прыгали и прыгали, как заведенные, сотрясая землю и оглашая все поле брани громом выстрелов.

Неожиданно входная дверь сруба со скрипом распахнулась, и на пороге появился рослый мужчина в плотном матерчатом жилете с множеством карманов, надетом на голое тело, штанах десантника, перемазанных белыми пятнами засохшей грязи, и высоких военных ботинках на шнуровке. Через его плечо перешивалась штурмовая винтовка, а по покрытому пылью, сажей и недельной щетиной разгоряченному лицу струились потоки пота, оставляющие на запачканных щеках извилистые полоски.

– В чем дело Вондар? – спросил он, проходя в комнату и протирая лоб, от чего черные разводы смазались еще сильнее. – Мы почти разгромили берсерков на подходах к городу, взяли две главенствующие высоты и готовились вступить за баррикады, а ты отзываешь меня с передовой в самый решающий момент.

Вондар неторопливо встал из-за стола, не до конца избавившись от своих дум, и приблизился к воину. Он дожидался его почти двадцать минут, в то время как его сообщение являлось крайне важным, и промедление он не приветствовал.

– Думаю, что берсеркеров успешно разобьют и без твоего присутствия, Ксандор. Слава Всевышнему, в Альянсе хватает опытных офицеров, а Малинкан и так почти наш. У нас возникли проблемы поважнее, нежели растирание горстки киборгов в мелкую крошку. Нигаэль связывался со мной около получаса назад. Он хочет, чтобы мы немедленно прибыли в Тигилон. Так что отложи вымещение всего наболевшего на Легион и Союз Черного Молота до следующего раза.

– К чему такая безумная спешка, я должен хотя бы ополоснуться и переодеться, а то выгляжу как золотарь после тяжелого рабочего дня. Как-то негоже в таком виде являться к совещанию. Да и вообще, что могло такого страшного случиться, с чем Нигаэль не сумел справиться без нашей помощи?

– Он не успел сказать мне, что именно случилось, но он сильно волновался и настоятельно просил нас прилетать как можно скорее. Я не посчитал нужным вдаваться в расспросы в такой момент.

– Нигаэль волновался?! – Ксандор сделал удивленное лицо. – Должно быть, начался конец света, ха-ха! В любом случае мне надо привести себя в порядок, хоть рожу что ли водичкой спрыснуть. Все-таки перед Избранным представать, а мы ведь вдобавок высшие генералы.

– Успеешь сделать это позже. Шаттл готов к отлету, жду тебя там. Ксандор, постарайся не затягивать с этим, раз сам Нигаэль встревожен, значит, случилось нечто выходящее за рамки рядовых ситуаций, – Вондар открыл дверь и вышел во двор.

Посреди лагеря, на выровненной и забетонированной площадке, специально подготовленной для размещения посадочной полосы, уже стоял космический шаттл, разогревающий двигатели и норовящий взлететь к звездам. Вондар неспешным шагом поднялся по трапу и оглянулся на офицерский корпус. Из домика торопливо выбежал запыхавшийся Ксандор, он наскоро стряхнул грязевые корки с наколенников и штанин, и поторопился за Вондаром на борт.

Створки автоматической двери с легким шелестом захлопнулись за спинами генералов. Шаттл затрясся, двигатели взревели, и из турбин вырвалось синее пламя. Корабль взмыл ввысь, оставив за собой длинный ионный след, и растаял в лазури неба. На орбите уже дрейфовал ожидающий переброску на Валар линкор.

***

Линкор Альянса выпрыгнул из гипертоннеля и двигатели его стихли. Как только он перешел на достаточно низкую скорость, шаттл покинул его авианесущий отсек.

В дверь каюты, в которой сидели Вондар и Ксандор, постучали.

– Войдите! – разрешил Вондар.

Перегородка отодвинулась, на пороге показался солдат из сопровождения шаттла. Приложив правую руку к груди, боец приветствовал генералов. Сделав один отточенный шаг в каюту, он доложил:

– Мы приближаемся к Валару. Пожалуйста, приготовьтесь к приземлению.

Оба офицера поднялись и прошли в рубку корабля, где кипела бурная работа по подготовке капсулы к посадке. На экранах всех мониторов и через толстое стекло, покрывающее сплошным куполом центр управления, верхнюю палубу и капитанский мостик, присутствующие хоть и в столь маленьком, но все-таки корабле, виднелась большая безжизненная планета песчаного цвета. Ландшафт был весьма странным для планеты, ставшей прибежищем сотен тысяч людей: остроконечные скалы и высокие горы, каменистые равнины и пустыни, разломы в коре и широкие каньоны. На фоне всего этого живописного пейзажа с высоты различались крупные серые диски, один из которых и являлся целевой точкой перелета.

Корабль покинул просторы космоса и вошел в искусственные слои атмосферы, окружающие Валар. Навигатор взял курс на огромный город, висящий прямо в небе, в нескольких километрах от земли. Его удерживали две магнитные пластины невероятных размеров. Одна из них являлась фундаментом парящего города-гиганта, другая была вкопана в поверхность под ним и не давала всему диску рухнуть вниз.

Валар был фактически непригоден для жизни, но, тем не менее, был заселен некоей древней расой, единственным напоминанием о которой остались парящие в воздухе города, поддерживаемые мощными магнитами. Все дело было в том, что из недр планеты вырывался ценный и при этом очень ядовитый газ. В каждом городе стояло устройство, способное фильтровать воздух и насосы, поглощающие газ, однако города могли функционировать лишь на почтительном расстоянии от поверхности планеты. В противном случае большинство жителей могли не уцелеть в смертоносных испарениях. Именно этим и объяснялся тот факт, что все эти города отправлялись в небо их конструкторами после построения. Время шло, планета постепенно росла и заселялась представителями других цивилизаций, заинтересованными в ресурсах, скрывающихся в глубинах каменистых пластов и под толщами песка. В результате подобного заселения прежние хозяева планеты перемешались с другими расами и позабыли собственные корни, как обычно и бывает в подобных ситуациях, тем самым, вычеркнув себя из истории. В настоящее время на Валаре воздвигнуты мощные поглотители ядовитых веществ и воздухофильтры, что в принципе исключает необходимость «летающих городов», но, все-таки, наряду с освоением поверхности, их было решено оставить в качестве напоминания о величии существ, сотворивших эти чудесные, неповторимые произведения архитектуры. Также и как достопримечательности планеты. Вплоть до начала Второго вторжения берсеркеров, на них прилетали полюбоваться гости даже из других галактик.

      Шаттл влетел на территорию города, сбавил скорость до допустимого уровня и влился в поток снующих по воздушным каналам машин. Плавно маневрируя между проносящимися по воздуху автомобилями и мелькающими башнеподобными высотными зданиями, корабль двигался в направлении самого большого сооружения в городе – похожей на гигантский гриб с обручами на ножке крепости. Это был дворец Тигилона – последнее прибежище разбитых войск некогда великого Альянса Свободных Планет, загнанных на безжизненный камень под названием Валар неистовыми берсеркерами.

      По приказу Вондара, корабль вывернулся с воздушной трассы для избегания задержек в пробках, не так часто, однако возникающих на «автомобильных потоках» Тигилона. Подобные действия пресекались по законам Альянса, кроме тех случаев, когда проход требовался высшим военным чинам и членам правительства.

Шаттл, миновал расстояние до одного из обручей на «стволе» дворца и мягко сел на посадочную площадку. Затворы люка на боку корабля со щелчком разъехались, после чего открылся и он сам. На пол спустился автоматический трап, приглашая пассажиров покинуть судно. К опускающемуся трапу подошел человек в черной военной форме и черной же беретке, за его спиной стояли двое тигилонских гвардейцев с оружием в руках. Увидев появившихся на трапе Вондара и Ксандора, он поднял правую руку, приветствуя их. Затем произнес:

– Генерал Вондар, генерал Лард, вас давно ждут в Зале Правосудия. Лидер просил поторопить вас, а то совещание не могут начать без вашего присутствия.

– Спасибо за заботу, капитан. Мы немедленно прибудем на совещание, свободны, – спускаясь, поблагодарил офицера Вондар, подзывая за собой замешкавшегося Ксандора. Генералы, распрощавшись с капитаном охраны дворца, прошли в высвеченный желтыми огнями шлюз, отделяющий помещения и посадочную зону. Выйдя в основной комплекс, они направились по длинному, устланному красным ковром, коридору, ведущему к лифту. От коридора отходило множество других проходов, ведущих в жилые комплексы, казармы гвардейцев, посольства и в другие сектора дворца, не представляющие в данный момент никакого интереса для генералов.

Поднявшись на последний этаж здания, они вышли из лифта и, пройдя несколько шагов по круговому коридору, остановились перед большой золоченой дверью, выполненной на старинный манер по контрасту с остальным дворцом. Вондар подошел к ней и легким движением распахнул створки.

За дверью находился громадный, просторный овальный зал. Его фронтальные стены состояли из стекла, разделенного на участки металлическими переборками и, по совместительству, исполняли роль окон, тянущихся от пола до самого потолка. Это делало зал очень светлым в солнечные дни, но сейчас небо затянули серые тучи, отчего в помещении было темно и неуютно. Проникая внутрь, бледные тени туч ложились на пол и неторопливо разливались по нему. Мрачноватая атмосфера Зала Правосудия подавляюще подействовала на обоих генералов, стоило им пересечь порог, навеяв тоскливые мысли и пробудив скрытый страх перед неизвестностью.

В центре зала стоял круглый стол с отверстием посередине, за которым всегда и собирались совещания. Из углубления в центре стола произрастали испускающие молочно-белое свечение, изредка перемежающееся желтыми оттенками, кристаллы. От кристаллов отделялись и взлетали вверх золотистые «снежинки» света. На потолке, напротив отверстия, росли такие же кристаллы, они тоже выбрасывали «снежинки», только летящие вниз. Между верхними и нижними кристаллами проходил столб света, в котором плавали энергетические шарики разных размеров, наталкивающиеся друг на друга и отпрыгивающие обратно, не покидая при этом пределов столба.

Вокруг стола, на вращающихся креслах, сидела группа людей, принадлежащих к числу высших генералов Альянса. По углам зала виднелись еще несколько фигур, плохо различимых в полумраке помещения, рассеивавшемся только в пределах освещенного кристаллами стола.

– Проходите, присаживайтесь, – встретил запоздавших коллег стоящий во главе стола высокий мужчина в золотых доспехах. Он был молод, но его голубые глаза имели утомленный вид, придавая их обладателю облик человека, прожившего длинную и отнюдь не счастливую жизнь. На его мужественном лице читалась тревога и решимость. Вдобавок к своим словам он жестом пригласил генералов к столу.

– Что случилось Нигаэль? – спросил Вондар, садясь рядом с удивительной красоты девушкой в белой рубашке без рукавов, с пышными русыми волосами и изумрудными глубокими глазами.

Нигаэль пригладил каштановую прядь, упавшую ему на лицо, глубоко вдохнул и начал:

– Я собрал вас в такой поспешности потому, что у нас всех возникли некоторые неприятности. Десять часов назад из одного храма паладинов на Криоре, находящегося под моим патронажем, поступил сигнал тревоги. Кто-то похитил последний восьмой Ключ Армагеддона.

– Некоторые неприятности? – нервно ухмыльнулся Ксандор. – Предупредите меня, когда начнутся основные проблемы.

– Они начнутся по прохождении семи дней по исчислению Мироздания, – строгим голосом ответил Нигаэль. – Увы, мы потеряли несколько часов, пока я собирал вас с разных частей галактики.

– Было очень оригинально прятать такой важный предмет в каком-то несчастном храме на богом забытой планете, – фыркнул Ксандор, хлопнув в сердцах ладонью по столу.

– Ты ведь знаешь, что темный артефакт такой мощности невозможно пронести через границы Небесного Чертога. Ключ должны были отправить в церковь Оллориса во Внутренний Мир через неделю. Когда пропал первый Ключ, я понял, что на свет явился Зверь и час Сатаниила пробил. Я отдал приказ о перевозе артефакта, но потребовалось время. И мы опоздали.

– Нигаэль. Тут Ксандор меня немного отвлек, – обратился к Избранному сидящий за столом напротив него человек в синей офицерской форме. – Можно чуть конкретнее? Что значит по исчислению Мироздания? Я не очень в этом разбираюсь.

– Странно слышать это от тебя, Акуан, ты ведь служил у моего отца дольше всех, – произнес Нигаэль повернувшись к спросившему. – Видишь ли, время в разных мирах идет по-своему. Когда у одних день, у других темная ночь, а на другой стороне планеты снова день. Размеры и масса планеты, разные слои Мироздания, все это вносит путаницу в осмысление столь условного понятия, как время. У всех свое летосчисление, свои календари. Но Мироздание не терпит случайностей и погрешностей, поэтому все его законы действуют в соответствии со своим внутренним, индивидуальным временем. Этим пользуются высшие, когда хотят соотносить события в разных частях пространства-времени. И сейчас счетчик Конца запущен.

– Позвольте… – недоумевающим голосом произнес Ксандор. – Почему именно семь дней, а не тоже восемь, например, как Ключей? Почему мы до сих пор живы, и как нам высчитывать, сколько там дней осталось?! Вряд ли по часам.

– Семь дней потому, что так записано в пророчестве. Семь дней потребуется на то, чтобы Ключи накопили максимальную мощь, да и вообще многие события и явления Вселенной связаны с цифрой семь. Возможно, это всего-навсего совпадение, но в связи с последними происшествиями я был вынужден еще раз перелистать предание «О восьми Ключах Армагеддона», выкованных Хозяином преисподней. Там говорилось о семи днях, по прошествии которых Верховный Темный Дух разрушения Армагеддон прольет на мир пламя мести Сатаниила. А что по поводу отсчета дней, то мы все предусмотрели, я выдам вам вот это, – с этими словами Нигаэль протянул руку, и в его ладони появилась небольшая светящаяся сфера с семью белыми кружочками внутри. Один кружок был почти наполовину черным.

– Эти круги будут отображать количество оставшихся до Конца дней, – пояснил Нигаэль. – А когда очередной день пройдет, они будут чернеть, вот как этот, – он указал на почерневший круг.

– Отлично! Теперь мы хоть будем знать, когда умрем! – с невеселой улыбкой подметил Ксандор. Сидящий справа от него Акуан возмутился поведению друга и толкнул его локтем в бок.

– Не стоит ударяться в панику, – произнес Нигаэль, не без усилия скрывающий собственное волнение. – Мы еще можем бороться. И да поглотит меня Небытие, если не будем.

– А в чем наша борьба будет выражаться? – Вондар задумчиво почесал подбородок. – Мы ведь даже не знаем, кто украл Ключ, куда он его отнесет и кто встанет на нашем пути. Ты уверен, что не пора задействовать высшие инстанции.

– Не выйдет, к сожалению. Я могу объяснить, почему, но это позже. Есть кое-что по поводу похитителя Ключа, по описаниям паладинов криорского храма это мой старый знакомый – Бэрон Ааззен. Он еще должен мне ответить за смерть моего отца, хотя сейчас у нас нет времени на глупую месть. Теперь куда он мог унести Ключ? Существует только одно место, где будут рады такому щедрому подарку, как Ключ Апокалипсиса – Палаты Высшей Магии, тайное обиталище Армагеддона. Правда местонахождение этого капища неизвестно даже мудрецам Светлых Сил и Вестникам судьбы. Междумирье по старой доброй традиции отмалчивается. Правда есть одна легенда…

– А чем она сможет нам помочь? – полюбопытствовал Вондар.

– Она повествует о случае, когда однажды, несколько миллионов лет тому назад, даже не указано, чья тогда шла Эпоха, пришел Великий Зверь и Армагеддон собрал Ключи, с тем чтобы, совершить свой черный ритуал, исходом которого станет разрушение Мироздания. Против него был послан некий архангел, чье имя теперь мало кто вспомнит. Он потратил на поиски логова Духа почти всю неделю, проделал огромную работу. Но изначально архангел не знал, откуда именно начинать поиски этого места. Как ни странно, ему на помощь пришла Смерть. Некий архинекром по имени Тернагорус явился к нему и как-то помог вскрыть поток энергии, приведший его на тропу в мир Злого Духа…

– Секундочку! – перебил рассказ Нигаэля Ксандор. – А почему бы этому самому некроманту не помочь и нам?

– Я не могу думать за Танатоса и его слуг, и не знаю, что творится в мыслях Спящего Лорда. Некроманты своенравны, воля их хозяина туманна.

– Тогда найдем падальщика сами и «вежливо» попросим о помощи! – не унимался Ксандор. Он произнес последнюю фразу с особым отвращением. По каким-то личным причинам воин на дух не переносил ни нежить, ни властвующих над ней некромантов.

– Мы не знаем, где можно найти Тернагоруса, – коротко ответил Нигаэль. – Если вы не возражаете, я продолжу. Архинекром не обманул, но, попав в мир Армагеддона, архангел столкнулся с хитроумной ловушкой. Чтобы попасть в Палаты Высшей Магии, нужно было преодолеть четверо врат, посвященных ступеням человеческого бытия – начало, зрелость, мудрость и конец. Суть ловушки заключалась в том, что врата были защищены хитросплетениями порталов, ведущих либо к новым разветвлениям, либо к смерти. Я не знаю, как, но архангел сумел разгадать ловушку и попасть в чертоги зла. Там он сразился с Армагеддоном и его рабами. Это была страшная и неравная битва, от которой сотрясалось все Мироздание. Архангел пал в бою, но успел сорвать заклинание Разрушителя Миров. Теперь его дух пребывает в вечном покое и нам не стоит ожидать от него помощи, он заслужил свою награду.

– Если этот архангел погиб, – вновь оживился Ксандор. – То откуда известно о том, с чем он там столкнулся и как это миновал? Армагеддон бы не принялся разбалтывать о таких существенных для него вещах, кому вздумается, верно?

– Верно. Вот в этом-то все и дело, – отозвался Нигаэль. – Воин Всевышнего вышел в опасный путь не один. Четыре его смертных ученика отправились вместе с ним, они помогали ему и проходили вместе с ним через врата.

– И что? – спросил Ксандор, не понимая, к чему Избранный ведет свою мысль.

– А то, что они запомнили порядок порталов.

Ксандор почесал голову и удивленно посмотрел на Нигаэля.

– Мне казалось, ты сказал, что они простые смертные и что эта история произошла несколько миллионов лет назад. Я не доктор, но то, что люди столько не живут, я точно знаю.

– Ты прав, они действительно живы до сих пор. Хочешь – верь, хочешь – нет. Просто тот архангел был достаточно умен и предвидел вариант, что может не пережить схватку со столь сильным врагом, и то, что Армагеддон может повторить заклятье. Поэтому он сделал каждого из четырех хранителем определенных врат. Выйдя из Палат, они помнили лишь портал, ведущий к вратам которые они «охраняют» и получили бессмертие, действующее до того момента, пока они не раскроют эту тайну.

– А почему они не поведали тайну? – спросил Акуан. – Так было бы проще для всех. Или они что, бояться потерять свое бессмертие?

– Вовсе нет, – ответил Нигаэль, повернув голову в сторону Акуана. – Во время битвы с Армагеддоном, архангел приказал своим ученикам убегать, дабы передать все, что им известно. Армагеддон понял, что убить их архангел не даст, поэтому он послал вслед учеников призраков Библиотеки Вечности, дабы они прокляли их. Слуги Духа-демона выполнили задание превосходно. Проклятье сработало так, что на уста всех четверых легла печать, не дающая им общаться с высшими существами света, и узнать у них тайну жилища Армагеддона сможет только смертный. Высшим же они не смогут вымолвить ни слова и даже мысли спутает темный туман. Таким образом, мы не можем полагаться на большую поддержку. Вернувшись, они написали эту историю, каждый по отдельности, затем соединили части. Загадкой остается только, почему они не указали в рукописи порядок врат? Вероятно, проклятье оказалось еще сильнее. Потом они ушли в отшельничество и вряд ли какой-нибудь смертный сможет или захочет их найти. Правда Силы Света установили над ними протекцию, и ни один демон не имеет права их убить. Теперь это закон.

– А как мы их найдем? – пожал плечами Вондар.

– Я знаю, где можно найти двух из них, а они укажут обитель остальных. Итак, один из них живет в лачуге на Криоре, недалеко от того самого храма паладинов, а другой проживает в селении каркии на Некге.

– Некг – планета, покоренная Хаосом, – задумчиво произнес Вондар.

– Именно так, – подтвердил Нигаэль. – Теперь поговорим о главном, я хотел бы вас проинструктировать…

Неожиданно дверь зала распахнулась, и в помещение вбежал запыхавшийся солдат. Вондар вскочил с места.

– Что это значит, сержант?! – прикрикнул он. – Здесь важное совещание! Вы что, не знаете элементарных правил приличия?!

Солдат коротко выкинул жест приветствия рукой и произнес:

– Извините генерал, дело важное, – сбивчиво, пробормотал гвардеец. – Поступил тревожный сигнал с нашего спутника у планеты Нианоси. Он засек крупный совместный флот Хаоса и Цертонской империи в опасной близости.

Вондар тихо выругался, затем поднял взгляд на солдата.

– Сержант, свободен, – прибавил генерал.

Солдат опять отсалютовал и исчез за дверью.

– Этого нам еще не хватало, – недовольно произнес Нигаэль. – Ладно, поступим так. Я отправлюсь на Криор, – он взглянул на сидящих по его правую руку мужчину в синей форме с золотыми наплечниками и девушку в серебристом облегающем одеянии и красном плаще: – Кинт, Тирра, вы со мной. Титос, ты тоже.

Из затененного угла зала появился высоченный детина, на плечах которого могло поместиться по два человека с каждой стороны, с широкими шрамами от когтей свирепых хтонов Бездны на брутальном лице и длинными черными волосами. За его спиной виднелась рукоять большого двуручного меча.

– С удовольствием, – пробасил здоровяк.

– Постой, а как же я?! – воскликнула девушка с изумрудными глазами, вскочив с места. – Я пойду с тобой!

– Эландра, – Нигаэль слегка вздрогнул, обронив на нее неровный взгляд. В его небесно-голубых глазах проблеснул почти незаметный испуг за любимую. – Боюсь, что тебе придется отправиться вместе с Вондаром, Ксандором и Акуаном на Некг. Так лучше, поверь.

– Но почему же? – удивилась Эландра. – Я хочу идти вместе с тобой, почему ты противишься? Дело во мне?

– Нет. Конечно, нет, – Нигаэлю стало неловко от мысли, что он чем-то обидел свою возлюбленную. – Просто на Криоре, скорее всего, окажутся демоны и, причем, много, а возглавлять их может Бэрон, он не упустит шанса навредить мне. Если с тобой что-нибудь случиться, то я уже не смогу выполнить задачу, а на Некге с Вондаром ты будешь в большей безопасности. Он надежный спутник, сильный маг и мудрый наставник, он сумел заменить мне отца. Вондар не допустит твоей гибели.

– Да, пожалуй ты прав, – без особого энтузиазма ответила Эландра. – Но я буду без тебя скучать.

– Мне тоже не просто, но я уверен, уже завтра мы встретимся здесь с хорошими новостями, дальше мы отправимся все вместе, – более-менее успокоив Эландру, Нигаэль вернулся к распоряжениям: – Теперь по поводу Нианоси, – он подошел к человеку, темно-синяя одежда, представленная перетянутыми вдоль всего тела и переплетающимися лентами, повязанными поверх черного трико, которого делала его похожим на воина-ниндзя, стоящему около окна зала. – Гром, отправишься на Нианоси и разведаешь обстановку. Будь осторожен и докладывай обо всем. Если столкнешься с превосходящими силами противника, возвращайся. Ты можешь пригодиться нам.

Ниндзя кивнул и направился к выходу, а Нигаэль повернулся к высокому существу, стоящему в другом конце зала и молча следящему за разговором. Существо было одето в болотного цвета плащ, из-под которого виднелась одна голова, находящаяся чуть ли не на груди. Голова эта была вытянута вперед, а сзади венчалась «короной» из костяных наростов.

– Король Гано, нам может пригодиться ваша помощь на Некге.

Существо уставилось на Нигаэля маленькими, как бусинки, черными глазками.

– Я подумаю, – безразлично произнес Гано мрачным шипящим голосом.

– Ладно, что ж… – начал было Нигаэль, но его перебил недовольный возглас. Нигаэль обернулся и увидел, как к столу подходит мускулистый гуманоид с зеленовато-серой кожей, приплюснутым похожим на свиной пятачок носом и заостренными ушами.

– Эй! – крикнул он снова. – Ты ничего не забыл, малец?! Я тоже хочу воевать!

– Успокойся Грок, я про тебя не забыл, но война не так весела для нас, каковой ее считаешь ты. За компанию со своими орками ты превратишь все в руины, а нам этого не нужно. Мы стремимся как раз к обратному.

– Ну, нет, так дело не пойдет! – возмутился Грок, не блещущий интеллектом. Впрочем, в короли орков избирали не по этому признаку. – Если нас с собой не возьмешь на Некг, мы с парнями туда без приглашения завалимся! До чего ж хочется берсеркам бошки поотрывать!

– Так и быть, – выдохнул Нигаэль. – Но лучше лети один. Мирозданию и без твоих выходок грозит Апокалипсис, не стоит его приближать.

– Идет, – по широкому лицу Грока расплылась туповатая улыбка.

Нигаэль отошел к центральному окну, и встал так, чтобы его могли видеть все присутствующие, и обратился к собравшимся:

– Я надеюсь, все поняли свои задачи, теперь отправляйтесь. Я присоединюсь к вам немного позже, мне нужно уладить один вопрос. Это не займет много времени.

Как только двери зала закрылись за спиной последнего выходящего, рядом с Нигаэлем начал расти клубок из световых лучей. Избранный проследил за потоком магической энергии, пока тот не начал принимать очертания человеческой фигуры, затем подошел ближе. Сгусток энергии превратился в старца в белом балахоне.

– Рад видеть тебя в столь трудное время, Лукиус, – начал Нигаэль, смотря в строгие и одновременно добрые глаза старика.

Лукиус провел рукой по серебристой бороде и кивнул головой в знак приветствия.

– Я получил твое послание, Избранный, – мягким голосом произнес он. – Ты хотел что-нибудь спросить или нужна моя помощь?

– Да мне кое-что необходимо, – ответил Нигаэль, следя взглядом за старцем, пошедшим к окну. Он хотел продолжить, но Лукиус опередил его:

– Я могу помочь тебе, но не многим более чем просто советом. Я ведь только Вестник судьбы, а не всесильный серафим или светлый бог. К тому же ты сам знаешь, как бывает трудно общаться с Кругом двадцати.

– Думаю тебе под силу помочь мне. Моя просьба может показаться странной,… я хочу просить тебя поговорить с магистрами ордена «Восходящей Звезды» и с ангелами в Чертоге. Я намереваюсь собрать войско примерно в пять тысяч воинов и приготовить его к выступлению в любой момент ко времени, когда мы прибудем на Криор? У меня дурное предчувствие. Бэрон знает о мудрецах, хранящих ворота Армагеддона, я в этом уверен. Он не отступиться так просто. Численное превосходство не будет лишним. И лучше будет, чтобы Круг вообще об этом не узнал…

– Что ж, я тоже чувствую скопления энергии зла вокруг этой планеты. Да будет так! Я соберу для тебя войско. Когда захочешь его призвать, пошли мне мысленный сигнал, и я открою врата. Теперь же иди, ты последняя надежда всех этих смертных, а если нужда заставит тебя, всегда можешь обратиться ко мне за советом.

– Спасибо Лукиус, я вас не подведу.

Старец похлопал Нигаэля по плечу, улыбнулся и растворился в белом тумане. Нигаэль устремил взгляд на небо, на котором тускловатый луч света пробивался сквозь сгущающиеся темно-серые тучи. Руки Нигаэля сжались в кулаки. Он вдруг почувствовал прилив сил, резко развернувшись, он уверенно направился к двери.

***

Нигаэль быстрым шагом прошел в док, где на изготовке стояли две космические яхты. Его взгляд невольно упал на Ксандора, сидящего на стальном ящике с банкой пива в руке, которую он периодически прикладывал к губам. Избранный подошел к нему сзади и окликнул. Ксандор подскочил на месте, чуть не выронив банку и не окатив себя ее содержимым.

– Эй, нельзя же так пугать! – вознегодовал Ксандор, обернувшись к Нигаэлю.

– Тебе не кажется, что сейчас не лучшее время для пьянства?! А ты напиваешься! Перед нами слишком важная миссия, чтобы подставлять ее под угрозу провала из-за такой ерунды. Немедленно перестань, – Избранный недовольно нахмурил лоб.

– Я не напиваюсь, я нервы успокаиваю, – попытался оправдаться Ксандор. – Всего одна баночка.

– Ладно, где остальные?

– Гром уже вылетел, Тирра, Кинт и Титос ждут тебя на той яхте… – он указал на один из кораблей. – Вондар и Акуан на другом судне, а Эландра с Гроком подойдут с минуты на минуту. Да, Эландра просила передать, чтобы ты не улетал раньше нее, она хочет что-то тебе сказать.

– Спасибо что передал, а теперь иди на корабль и выкинь это куда-нибудь, – он махнул в сторону банки. – Ты чемпион моего ордена, так веди себя подобающе.

Нигаэль недоверчиво посмотрел вслед Ксандору, лениво поднимающемуся по трапу яхты, волнуясь, не перебрал ли тот с пивом: банка могла быть не единственной. Удостоверившись, что воин благополучно погрузился на борт, он оборотился в сторону входа в док, высматривая Эландру. Вместо нее он увидел бодро шагающего Грока с радостной улыбкой, расплывшейся во всю его широкую орочью морду. На плече орка болтался, ударяясь в отъетое на харчах вождя пузо, пулемет, за спиной блестел топор, в руках король нес здоровенный металлический бочонок. Когда Грок подошел поближе, Нигаэль притормозил его жестом.

– Это у тебя, что еще такое? – взыскательно спросил он.

– Это что ли? – Грок похлопал по бочонку, затем гордым и довольным голосом добавил: – Это – орочий эль. Знаешь, как сносит, не всякий огр на ногах устоит! Правда, лучше не знать, из чего его варят, ха!

– Вы что на вечеринку собираетесь?! – разозлился Нигаэль. – Вы должны спасать мир, да и самих себя от гибели, а вы что делаете?! Решили напиться и попадать к ногам врагов, словно бревна?!

– Не нервничай ты так, во-первых, война для орка всегда праздник, а на праздники принято выпивать, во-вторых, орки смерти не бояться, ну а в-третьих, кто сказал, что я с кем-то делиться буду. Хе-хе. И мир по пути спасем.

Нигаэль покачал головой и вдруг увидел в проходе Эландру. Она тоже его заметила, подбежала и повисла у него на шее.

– Как бы я хотела все отдать, чтобы полететь с тобой, – прошептала она.

Нигаэль погладил ее по волнистым русым волосам.

– Я и сам без радости с тобой расстаюсь, но я ведь обещал, это ненадолго. К тому же я уже говорил, что на Криоре может быть жарко, а я не смогу думать ни о чем другом, как о том, чтобы с тобой все было в порядке. Зато Некг – всего лишь мелкий аванпост сил Стального Легиона и маловероятно, что Владыка подтянул туда много войск.

– Ладно, тебе виднее, – ответила Эландра.

На мгновение они слились в пылком поцелуе, а затем направились к трапам ждущих взлета яхт, ни на секунду не отпуская друг друга взглядом.

Оба корабля сотряслись легкой дрожью и, испустив ионное пламя, взмыли в небо, оставляя голубые дорожки на сером куполе небосвода. Выйдя в открытый космос, пути яхт разошлись: одна из них свернула в сторону ожидающего флота Альянса, состоящего из трех крейсеров и пяти фрегатов, а другая направилась прочь от планеты и растворилась в сине-зеленых всполохах гиперскоростного портала.

Глава 2

В центре широкого круглого зала, обставленного по краям мощными колоннами, удерживающими купол, располагался мраморный алтарь, покрытый лоскутом красной бархатистой материи с золотыми каймами. Перед алтарем стояла, а скорее даже парила на небольшом расстоянии от пола фигура в черной робе с капюшоном и лентой, исписанной странными знаками и рунами, висящей на шее. За границей зала бушевало беспредельное пространство: миллиарды звезд, планеты, созвездия и целые галактики кружились в каком-то диком, понятном только им танце. Вся эта бескрайняя Вселенная образовывала удивительный калейдоскоп огней и красок, способных продемонстрировать любому его ничтожность перед царственным Мирозданием, таящим от смертных свои древние тайны.

Над головой у сгорбившегося перед алтарем существа монотонно, словно были связаны одной нитью, летали, вращаясь вокруг своей оси, семь предметов, похожих на плоские бутылки с изображенными на них золотыми символами. Каждый предмет имел свой индивидуальный знак. Эти «бутылочки» образовывали круг, в центре которого было еще одно, пока пустующее место.

Позади алтаря, за спиной существа, виднелась высокая арка портала, бывшего единственным входом и выходом из этого странного места. По бокам от основного портала-входа, стояли еще два, уступающих ему в размере. Оба увенчивались широкими каменными плитками, на которых были выбиты слова на руническом языке перводемонов, доступном пониманию только лишь самых древних представителей народа Преисподней и ни кому более из живущих за крайне редкими исключениями. Надпись над правым порталом гласила: «Се есть Библиотека Вечности» (своя Библиотека Вечности существовала и у Чертога, управляемая богом-судьей Хроносом), а над левым – «Палаты Ордена Армагеддона».

Царившее в мрачной колоннаде безмолвие разбавлялось гудением хоровода Ключей, бормотанием всемогущего духа и легким шелестом страниц, перелистываемых длинным загибающимся внутрь на конце когтем его указательного пальца.

Внезапно черная фигура встрепенулась и подняла голову от лежащей перед ней большой книги. Почувствовав чужое присутствие, Дух обратил все внимание на главный портала, который в тот же момент начал «оживать». В створе пространственных врат заколебалась энергия, заворачивающаяся в воронку.

В узких красных глазах существа загорелась злобная радость. Предвкушая свою победу, оно сложило пальцы домиком и склонило голову. К этой позе наверняка подошла бы злорадная улыбка, но Палач миров не имел рта. Портал гулко разверзся и из него появился высокий демон в черных латах, тяжелом плаще и вытянутом шлеме.

– А вот и наш Император теней подоспел! – раздался довольный голос существа, разнесшийся эхом под сенью купола. – Что ж, я так рад твоему появлению, что даже не стану спрашивать, где тебя носило столько времени. Я уже отсюда чувствую знакомое течение энергии. Последний Ключ, при тебе.

– Да, твое чутье тебя не подвело, Армагеддон. Я нашел твой Ключ, – демон вынул из мешочка, висящего на поясе, бутылкообразный предмет и повертел его в руках, разглядывая завораживающий огонь внутри. Остальные Ключи, словно почувствовав своего «собрата», начали вращаться быстрее и испускать интенсивное алое свечение.

– Отличная работа Бэрон. Давай его сюда! – воскликнул черный дух. Он быстро пролетел к Ааззену и схватил длинными сухими пальцами Ключ. – При таких темпах ты можешь стать намного более сильным созданием, чем простой архидемон, если это будет иметь для тебя значение после того, что я намериваюсь сделать?

– Глупый вопрос Армагеддон, конечно же, будет! Только конченый идиот сможет отказаться от милости Царя.

– Ну, тогда Хозяин наверняка не обойдет тебя на раздаче «призов». Он ценит услужливых и исполнительных рабов, к тому же у него особый план на твой счет, – пробормотал Армагеддон, располагая последний Ключ в центре кольца.

– И насколько этот план секретен? Я желаю ознакомиться с подробностями, – демон лукаво прищурился.

– Ты никогда не мог сдерживать себя, Бэрон. Когда когорты Пандемониума ступят к вратам Чертога, ты все узнаешь.

– Ладно, играй в тайны дальше. В таком случае я свое дело сделал. Теперь мне остается тихонько сидеть и ждать результатов.

– Не спеши праздновать, самое интересное только начинается. Скучать тебе точно не придется, можешь поверить моим словам. Так что не откладывай меч на полку. Твой любимый племянничек уже отправился на розыски мудрецов, хранящих мой великий секрет, прихватив чемпионов подвластного ему Ордена.

– Вовсе не обязательно указывать на мою позорную родственную связь с этим ничтожеством!!! – яростно вскричал Бэрон. – Ошибки моей матери не имеют отношения к нашему делу! Тем более во мне все равно течет кровь императора Цертона, благо, что организм цертонцев устроен подобающим образом! Для меня ничего больше не имеет значения!

– Твой гнев впечатляет, но лучше прибереги его для встречи с нашими врагами. Убей их всех, пока они не начали создавать ненужные проблемы.

– Так значит, я должен отправиться и прихлопнуть этих назойливых мух? Ха-ха-ха. Я сделаю это с превеликим наслаждением!

– Да, останови их, как сумеешь. Еще можешь между делом нейтрализовать этих жалких «хранителей врат» – действуй, но не привлекай внимания. Нарушишь законы Мироздания и обратишь на себя пристальные взгляды кого-нибудь из Чертога я не стану вмешиваться. За все просчеты ответишь сам, как подобает. Предлагаю начать поиски целей с Криора, туда как раз отправился Избранный с парочкой своих дружков.

– Они умрут! Я устрою им маленький сюрприз, который они не скоро забудут, даже в вечном покое. А для подстраховки я могу призвать Далдага! Раз уж такое дело, зачем мелочиться?!

– Хм,… а с чего ты собственно решил, что у тебя хватит на это сил? – скептически спросил Армагеддон. – Пытались многие, но доселе, начиная с момента Великой Битвы Чертога с Бездной, главнокомандующего ее армиями, ни разу так и не освободили. В лучшем случае он появлялся на несколько секунд, впрочем, этого ему хватало, чтобы растерзать глупца, осмелившегося на такой опрометчивый поступок.

– Я чую в себе огромную силу, Армагеддон. Она течет по моему телу, пульсирует в венах. Я смогу, я докажу этим червям, кого в этом мире надо бояться!

Армагеддон опустил голову и на мгновение о чем-то задумался.

– Ну что ж, тогда удиви нас, но смотри не доиграйся. Некоторые, пытавшиеся вызвать Далдага себе на службу, еще до войны с Бездной, разумеется, обычно плохо кончали. После, такие шалости стали куда опаснее – Далдаг рассвирепел вдвое за время заточения в какой-то ячейке Междумирья. Причем печальная участь ждала любого, вне зависимости от того, были ли это простые демонологи или даже архидемоны.

– С этим я как-нибудь сам разберусь, – небрежно бросил Бэрон. – Вы все считаете меня малолеткой, неспособным призвать и беса, но вы еще увидите, во что горазд ваш малолетка! Даже этот надутый истукан Хаос утрет свою железную рожу!

– Дело твое. На моей стороне хватит верных слуг. Ах, да, чуть не забыл. Ты у нас кажется на Цертоне вроде божества? Скажи им, пусть собирают флот покрупнее и летят на Нианоси, объединяются с остальными, если не хотят искупаться в огненном душе. Я уже предупредил об этом Хаоса и этого ненормального – профессора Кринта с его мутантами. Ни как в толк не возьму, к чему он вообще сдался Союзу Черного Молота, да и мне плевать. Подробности объясню позже, а пока иди. Мне нужно пообщаться с Хаосом еще по одному поводу и пора бы начинать ритуал.

– Значит Нианоси и Криор? Я сделаю все в лучшем виде, ты и Хозяин можете на меня положиться.

Бэрон зло ухмыльнулся под полумаской шлема и пошел к створу портала.

***

На орбите огромной, когда-то цветущей, планеты, окруженной тысячами кораблей различных размеров и классов, возле межпространственных врат, «плавала» гигантская космическая станция пирамидальной формы и с длинным ониксовым шпилем снизу. На корпусе станции крупными буквами было написано на общегалактическом языке «Доминатор». Любой капитан флота Альянса, заслышав это название, ощутил бы трепет в душе, и оправдание тому имелось – «Доминатор» отправил на тот свет больше судов, чем весь пиратский флот, орудовавший в системе до вторжения, за два года, а его главное оружие – «Гнев богов» было способно смять целую армаду.

В капитанской рубке, больше напоминающей тронный зал, стоял некто под два с половиной метра ростом, со светло-оранжевой почти бежевой кожей и рельефной выступающей мускулатурой. Вместо лица у него была похожая очертаниями на череп, стальная, вросшая прямо в плоть, маска, заканчивающаяся книзу треугольной решеткой, а голову украшали стальные же рога, по двое с каждой стороны. С его спины на пол ниспадал красный плащ с большим вырезом на спине, крепящийся к шипастым наплечникам.

Он стоял перед смотровым окном и с гордостью обозревал свою огромную флотилию, способную превратить в космическую пыль любого неприятеля. Внезапно его любование прервало дребезжание голоса механического существа с вытянутой головой, неслышно подкравшегося со спины.

– Лорд Хаос, Бел, – проскрежетал механоид, склонившись пред господином.

– Что тебе нужно?! – гневно рявкнул Хаос. – Новые известия с Нианоси? Только не говори мне, что людишки из Альянса сумели-таки отразить нашу атаку! Да это попросту невозможно!

– Нет, Владыка, наши кибернетические легионы прошлись по Нианоси подобно урагану и враг до сих пор не знает об этом.

– Так что ты меня отвлекаешь, куча металлолома?! – еще сильнее разозлился Хаос. – Лучше заинтересуй меня новостью, ведь если ты прервал мое созерцание по какой-нибудь ерунде,… я превращу тебя в пылесос, оглянуться не успеешь!

– Прибыло сообщение с аванпоста на Некге, – зазвенел киборг. – Совсем недавно, на подходах к планете, спутники запеленговали гиперскачок, а патруль видел идущую со стороны третьей луны группу вражеских кораблей.

– Глупые смертные мешки с костями! – выдавил Хаос. – Я знаю, зачем они туда летят. У нас есть поблизости флоты?

– Есть одна эскадра думонов в соседней системе: линкор, два основных крейсера и корабли поддержки. Они смогут подойти к Некгу приблизительно за два часа.

– Отлично, свяжись с командиром эскадры и зови сюда Блейда.

Берсеркер вышел из рубки, а спустя несколько минут в дверях показался мужчина с грубыми чертами лица, коротко остриженными темными волосами и холодным взглядом, одетый в черную обтягивающую одежду с двумя серыми лентами, идущими через плечи, и в набедренной повязке. На его запястьях крепились частично вживленные наручи с механизмом, выбрасывающим смертоносные лезвия. Изначально рожденный человеком, он был превращен Владыкой Хаосом в того, кого называли сверхвоинами. Он ударил себя в грудь кулаком, отдавая почести своему властелину.

– Вы желали меня видеть, лорд Хаос? – он, поднял пепельно-серые глаза на древнего бога, превышающего его в росте во много раз.

– Да! Иначе тебя бы передо мной не было! – свирепый голос Хаоса заставил воина содрогнуться. Разрушитель (а Хаос отвечал в Мироздании за войны и разрушения) был явно не в духе в этот, казалось бы, удачный для Тьмы день. – Я полагал, что сделай я из тебя сверхвоина, ты хоть немного поумнеешь и будешь отличаться от людей. Ведь ты единственный из них, кто получил мою милость и честь служить в Стальном Легионе.

– Извините, Бэл, я ценю ваш дар и милость. Ваша мудрость и щедрость не знает себе границ, – Блейд виновато потупил взгляд.

– Хм, не забывай, что моя щедрость распространяется на тех, кто достойно мне служит. Если не ошибаюсь, корпус твоей наступательной армии располагается на Некге? Не так ли?

– Никак нет, Лорд Хаос, на Некге базируется корпус Смертельного Ока, но я все равно готов исполнять приказания.

– Ну да неважно, туда только что подошел небольшой флот Альянса и мне кажется, что не без их высших генералов, – бог войны властно сложил руки на груди. – Ты понимаешь, чем это чревато? Если они притащат своих сверхвоинов по шестому-седьмому уровню или Вондара Мудрого…

– Стоит вам пожелать их смерти, и я сделаю это. Правда боюсь, Владыка, что я не успею долететь до Некга до начала вражеской атаки даже, если отправлюсь прямо сейчас, – немного вздрогнувшим голосом произнес Блейд. Его положение в армии могучего божества и впрямь было шатким – он человек, а Хаос неистово ненавидел людей, пусть превращенных в сверхвоинов. Вот будь он сверхвоином от рождения, ситуация имела бы совсем другой характер. И словно этого мало, Хаос не терпел неповиновения, жестоко расправляясь с ослушниками. Каждый слуга темного бога вынужден был следить за каждым словом и горе ему, когда Хаос сочтет сказанное оскорбительным. В данном случае Блейд говорил правду, до Некга путь лежал неблизкий, но его хозяин обладал своеобразным восприятием и мог запросто разбить кому-нибудь из своих собственных прислужников голову просто из-за плохого настроения.

– Нет, конечно, не успеешь, – хитро прищурив глаза, согласился Хаос. – Я собираюсь тебе помочь. Выделю под твое командование небольшой отряд своих жрецов и перемещу вас на планету. Там ты найдешь генералов Альянса и уничтожишь их в мою честь.

– Извините, Лорд Хаос, но ведь если вы меня переместите, то нарушите Вселенский закон о невмешательстве в жизнь смертных. Последствия могут оказаться неприятными.

– Во-первых, это не помешает ходу битвы между берсеркерами и солдатами Альянса, а значит, вмешательством фактически не станет. Посвященных же убивать не запрещается. Во-вторых, если бы Они замечали каждое наше нарушение и тащили бы нас в Суд Хроноса каждый раз, как мы преступаем эти дурацкие законы, какие же мы были бы Силы Зла. Я с радостью послал бы Шекруша, но это точно не пройдет мимо Круга.

– Вы правы, мои страхи – это моя вина. Я всегда готов служить вам господин.

Хаос довольно хмыкнул и два раза хлопнул огромными ладонями. Отозвавшись на призыв, из узкого, но высокого входа в портальную комнату, вышли несколько воинов, замотанных в красные одеяния и с искривленными мечами на поясах. Их лиц не было видно за капюшонами, покрывавшими их головы, и каким-то тряпьем. По большому счету, лиц у них и не было, недаром всю демоническую армию Хаоса, обитающую в темном Царстве Морагод, не ограничивающуюся, разумеется, одними жрецами, прозвали безликими.

– Я хочу сделать из черепов своих врагов светильники! Так принесите мне их! – деспотично проревел Хаос. Он взмахнул рукой, пальцы с проросшими стальными когтями выписали круг, и жрецы во главе с Блейдом исчезли в яркой вспышке.

Закончив с раздачей приказов, Хаос возвратился к обозрению могущества армады берсеркеров. Корабли, подобно китам, медленно плыли по усеянному крупицами звезд, разноцветному, то черному как смоль, то яркому как солнечный луч, отраженный от первого снега, космическому пространству. Нерушимый строй флотилий Стального Легиона подобен неотвратимой лавине. Осознание собственного величия согревали «душу», а точнее ее демонический и более слабый эквивалент – темный дух, старшего бога. Осталось совсем мало времени, и он сможет усладить жажду битвы, осталась всего неделя и Чертог сложит пред ним свои стены. А дальше…

Мечты Хаоса о расчленении стражей Золотого Града грубо прервал протяжный гул, за которым последовал взрыв пламени. Огонь загорелся в воздухе за спиной божества берсеркеров. Постепенно пламя, изгибаясь, переросло в огненное зеркало, отразившее «лик» Армагеддона.

– Что тебе еще нужно?! – обратился к Палачу миров Хаос. – Мне показалось, что мы с тобой уже обсудили суть дела.

– Есть кое-что еще…

– Знаю! – остановил речь собеседника Хаос. – Чемпионы Избранного ищут мудреца на Некге. Я только минуту назад отправил жрецов и сверхвоина на их истребление.

– Рад, что ты хорошо осведомлен, но я на твоем месте не стал бы доверяться кучке жрецов. Если генералы Альянса не уйдут живыми с планеты, будет просто замечательно, но если нет.… Продумай план дальнейших действий. Ты же понимаешь важность взгляда в будущее, чего не мог осознать твой блудный сын.

– Логично, этот безмозглый предатель сам загнал себя в смертельную ловушку своей недальновидностью и остервенелой яростью. Я поищу зацепки, время у меня есть. А не найду, так просто выслежу и прикончу Избранного.

– Нет, этим в настоящий момент занимается Бэрон. Повелитель распределил роли каждому из нас и не нарушай этого распорядка! – глаза Армагеддона расширились и вспыхнули огнем. – Делай все, что хочешь, но не вступай в конфликты с приказами Хозяина, не нарушай законы Мироздания слишком очевидно и, что самое главное, не устраивай междоусобных потасовок! Я знаю, ты привык ломить против течения…

– Не учи меня, Дух! Я не несмышленый молокосос, я Хаос – старший бог войны и разрушения, я рожден до раскола Мироздания, я пришел в мир раньше тебя! Ты многого обо мне не знаешь. И благодари меня, что я вообще таскаюсь за тобой, – особенно грозно процедил он в конце.

– И, тем не менее, я пользуюсь даже большим уважением, чем Гамал. А древнее его и вернее Повелителю нет во всей Преисподней. Так что изволь проявить хоть каплю уважения, во время разговора со мной, о большем и не прошу.

– В Преисподней может быть, – зло прошипел Владыка, так чтобы остаться не услышанным. Затем он взял себя в руки. – Но почему Ааззен? Он слишком молод и глуп. Он не достоин такой чести, кем бы ни был. Для чего Хозяин так носится с этим самовлюбленным кровососом, да еще и после того, как Бэрон вероломно предал его, поддавшись ничтожному чувству жалких смертных? Я могу раздавить Избранного, почти не утруждаясь.

– Сейчас ты говоришь точь-в-точь как Бэрон. Полное неуважение к противнику, переоценка собственных сил, самолюбие. Чем же ты лучше него?

– Не сравнивай нас! Я могу понять, когда справлюсь сам, а когда мне потребуется помощь! Избранный не вошел в полную силу, сейчас он уязвимее, нежели станет со временем и это время может наступить когда угодно!

– Хаос! Вспомни свое место! Раз Бэрону велено расправиться с Избранным так и будет! Наш разговор окончен! Смотри без глупостей!

Огненное зеркало втянулось само в себя, не оставив и следа, кроме что в мыслях Хаоса. Темный бог исступленно заревел и ударил себя кулаками в грудь. В остаток того дня никто более не осмелился тревожить его покой.

Глава 3

Небосклон Криора слегка окрасили багровые черточки заката. Слабые дуновения теплого ветра вяло раскачивали высокие стебли бурой и ржаво-красной травы. Словно по морскому простору, по траве пробегались волны, разгоняемые воздушными потоками. Затем все вновь успокаивалось. В густых зарослях утопала мелкая убогая лачуга. Ее стены покосились от времени, а дырявая соломенная крыша просела внутрь. Весь вид этого древнего здания наводил лишь на одну мысль: как оно вообще еще стоит? Лачуга была настолько непригодной для жизни, что казалось, одно неосторожное прикосновение, и она развалиться на части. И все же она стояла.

К домику сквозь заросли опутывающих и обвивающихся вокруг ног мягких трав продиралась фигура высокого человека в черном кожаном плаще. Несмотря на свой рост, человечек выглядел ничтожно маленьким на фоне Великой степи Криора. Мужчина подошел к двери домика, оценил ее взглядом и бесцеремонно толкнул ногой. Давно проржавевшие и не смазываемые петли противно заскрипели и тусклые лучи заходящего солнца упали на дощатый пол комнаты.

Из помещения пахнуло сыростью. В полумраке избушки можно было различить лишь стол, стоящий напротив двери да очертания кровати в углу. За столом, прогнившим насквозь от времени и влажности, покрывшимся зеленой плесенью, сидел ветхий с виду старик в серой накидке. Его лицо, застывшее в маске вечной тоски, покрывало множество морщин, борода была неровно сбрита и подбородок и щеки обросли небрежной щетиной. Как только дверь домика распахнулась, старец поднялся из-за стола и посмотрел на незваного гостя. Тот был высоким, безволосым – не было ни бровей, ни даже ресниц – мужчиной с серой кожей, заостренными концами и длинными мочками ушей, со злобными змеиными глазами.

– Кто ты? – пробормотал старик. – Я чувствую в тебе сильное зло.

– Ты прав, дед, – ухмыльнулся тот, оголив длинные клыки.

– Ты проклятый демон, убирайся из моего жилища! Вашему племени не место здесь! Закон запрещает Злу являться к нам.

– Ха-ха. Закон? Я сюда не для того притащился, чтобы какой-то старикашка мне указывал, что делать и цитировал законы! – Сказав это, демон собрался сделать шаг в комнату, но его остановил голос старика:

– Ты не сможешь войти, исчадие Ада! Здесь защита от таких тварей как ты!

– А я все-таки попробую, – отозвался демон и ступил через порог. Вокруг него заколебалось пространство, возникшие из ниоткуда потоки светящейся энергии ударили в тело, обжигая кожу. Незнакомец вскричал от боли, но, превозмогая ее, продолжил прорываться. Защита стала поддаваться силе этого существа и в итоге рухнула, рассыпавшись искрами по полу лачуги.

– Невероятно, – ахнул старик, глядя широко раскрытыми глазами на разъяренное лицо демона. – Ты не мог пройти сквозь барьер. Этого не может быть!

– И все же я внутри. Кажется я не столь простая тварь, а? – оскалив зубы, произнес демон. – А боль даже бодрит, ха-ха-ха!

– Что тебе надо, адское отродье? – старик в смятении отступил вглубь домишки от опасного гостя, продолжающего надвигаться.

– Лично от тебя почти ничего, но скоро к тебе придет еще кое-кто, и мне бы очень не хотелось, чтобы этот кое-кто узнал то, что известно тебе. Ты понимаешь, о чем идет речь? – змеиные глаза впились в старца. – Ну конечно понимаешь, иначе тебя не называли бы мудрецом.

– Ты угрожаешь мне, порождение зла?! Учти, ты не сможешь причинить нам вреда, ибо закон самой Вселенной стоит за нами! Если хоть один волос упадет с моей головы, или с голов моих собратьев, ты пожалеешь о том часе, когда решился на такую дерзость. Чертог не прощает преступлений!

– Да? Возможно, я и не смогу прирезать вас четверых. Но я могу сделать для тебя и остальных одно предупреждение. Это не так преступно, на мой взгляд, – с этими словами демон жадно облизал зубы. Данный жест крайне не понравился мудрецу, не готовому к серьезной битве в данный момент.

Бэрон приблизился к старику на расстояние двух с половиной локтей, молниеносно выхватил с пояса меч, зазубренный с задней стороны и совершил два резких движения наискосок. Лезвие, испускающее тонкие теневые следы, с гулом рассекло воздух. Демон убрал меч и вышел из лачуги, оставив старика, смотрящего ему в след непонимающим взглядом.

***

Космическая яхта приземлилась посреди широкой степи Криора, уходящей за горизонт, подминая трепещущиеся переливающиеся в лучах заходящего солнца былинки. Двигатели смолкли, оставив позади себя черные дымящиеся пятна на земле. Из корабля вышли четыре человека. Не останавливаясь даже для закрытия корабельного люка, они двинулись через степь, разгребая встающие на пути пучки травы.

– Далеко нам идти? – поинтересовался Титос. Густые заросли затрудняли путь и без того небыстро идущего воина. Один его меч весил килограммов двадцать, а мускульная масса была еще больше.

– Не более километра, – отозвался Нигаэль, сосредоточенно отмеряя шаги. В голове Избранного разносилось столь знакомое гудение, сопровождающееся волнами тревоги и страха, накатывающими с определенным интервалом и давящими на виски. Нет, Нигаэль не боялся. Такими ощущениями сопровождалось предчувствие приближающегося зла.

Рослый воин погрустнел от слов Избранного. Титос был вне сомнения выносливым человеком, его габариты о том свидетельствовали, но таскать на себе меч и тяжелую, стесняющую движения броню из нескольких слоев толстой клепаной кожи он не любил. Как и все члены племени клогаий, к которому принадлежал великан, Титос чаще всего ходил в одних кожаных или меховых штанах или набедренной повязке и сапогах, также сшитых из кожи с подошвой, вырезанной из мягкой коры. Однако в битве с демонами, или другими опасными врагами, приходилось заботиться о защите туловища.

– А мы не могли приземлиться поближе? – пробубнил Титос, вопрошающе глядя на Нигаэля, продолжающего целеустремленно идти к сокрытому в центре степи обиталищу мудреца. При этом он так широко шагал, что охотник-клогаий с трудом поспевал его нагонять.

– Так было надо, – отрезал Избранный. – Хотя боюсь, что о нашем присутствии уже знают. Лучше быть на чеку, тени Бэрона могут подкрасться незаметно с любой стороны. Говорите тише и смотрите под ноги.

Кинт и Тирра обменялись взволнованными взглядами, Титос машинально положил ладонь на костяную, вырезанную в виде какой-то человекоподобной фигурки, рукоять охотничьего ножа, висящего на его бедре. Нигаэль же лишь о чем-то задумался, его глаза потускнели. Предчувствие беды росло с каждым шагом.

Казалось, четверка миновала около половины пути, хотя судить наверняка было трудно. Травяному ковру не было конца, одна бурая стена сменялась другой, а так как стены эти достигали человеческого роста, то разглядеть, что твориться впереди мог один только Титос. Но сейчас даже он позабыл о неудобствах похода в тяжелом снаряжении и настороженно прислушивался к шелесту трав и дуновениям ветра, приносящего с востока отдаленные плохо различимые звуки. Кинт, которого уже давно что-то тревожило, нагнал Нигаэля и притормозил его, придержав за руку. Этот жест заставил-таки Избранного сбавить шаг и обернуться.

– Что случилось, Кинт? – слегка недовольным тоном спросил он.

– Ты что, не чувствуешь? Тут очень сильное скопление зла. Мы не можем двигаться дальше в таком составе, что если Бэрон заявился сюда со своими миньонами. Мы можем не справиться с ними. Один Колобос чего стоит…

– Я чувствую его присутствие с самого начала, но отступать нельзя. Уйдем сейчас, потом будет уже поздно. Мы должны торопиться, – холодный голос Нигаэля прозвучал так, словно избранник зачитывал приговор.

– Стоило взять больше воинов, – выдохнул Кинт. – Грок бы нам тут не помешал. Пусть он туповат, зато пока он на нашей стороне я чувствовал бы себя спокойней рядом с ним и его секирой.

– Грок втянул бы нас в ненужную драку, которую мы еще можем избежать, – опроверг слова парня Нигаэль. – И вообще, если брать с собой орков, то в численности больше одного, так они эффективнее. Но собери много орков в одном месте и,… ну ты понимаешь, каков будет результат.

– Тогда можно было позвать Вондара, – продолжил Кинт. Он понимал, пустыми словами ничего не изменить, но разговор помогал ему отвлечься от мыслей о предстоящей встрече с сынами ночи. – Мощь повелителя ветров добавила бы нам шансов.

– Я отдал предпочтение именно вам не случайно, – возразил Нигаэль, которого подобная беседа определенно не успокаивала, а скорее раздражала. – Ты, Кинт, один из лучших учеников лофусов, который мне известен, и владеешь секретами их мудрости и силы, Тирра прославила свое имя за время правления в Клердаре и отличилась во многих битвах. Что до Титоса, то он могучий воин, которому и хтоны по плечу, и, к тому же, не способен воевать с берсеркерами. Нам он принесет несравнимую ни с чем пользу, а на Некге станет просто пушечным мясом. Вондара я отправил с другой группой для уравновешивания сил – там тоже могут пригодиться его способности. Потом должен ведь кто-нибудь контролировать такую взрывоопасную смесь, как Грок и Ксандор. За Акуана я еще могу ручаться, но за этих двоих…

Закончив пояснения, Нигаэль двинулся дальше. Остальные покорно последовали за своим предводителем. Кинту стало легче лишь на несколько минут, не больше. Стоило успокаивающему, даже в моменты легкого раздражения, голосу Избранного стихнуть в его голове, как вернулись мысли о неминуемой схватке с тенедемонами Бэрона Ааззена.

– Кинт, постой, – послышался сзади голос Тирры, приятно и вовремя отвлекший парня от мысленного рисования черного строя воинов мрака.

– Что случилось дорогая? Тебя что-то беспокоит? – произнес Кинт, ласково обняв нагнавшую его Тирру за изящную талию.

– Как думаешь, здесь много демонов? Я чувствую нарастающую силу и начинаю сомневаться. Сможем ли мы с ними справиться? Уйдем ли живыми из этой степи в полном составе? Исполним ли свой долг? Бэрон коварен и небывало силен.

– Ничего мы этих тварей всегда били, не в первый раз нам с ними встречаться, – мягко произнес Кинт. Возможно, он смог бы успокоить девушку, которая через месяц должна была стать его женой, много лучше, но тревога переполняла его самого. Такого чувства он не испытывал давно, все предыдущие битвы воин воспринимал спокойней и мудрость его наставников намари (прозванных людьми лофусами) помогала ему в этом. Сейчас же нечто необъяснимое терзало его душу. Погодя, он добавил: – А если что, я готов отдать за тебя и за нашу победу собственную жизнь.

– Если до этого дойдет дело, то мы умрем вместе.

– Не думай об этом Тирра, с нами Нигаэль, а он все-таки избран Светом.

Глава 4

Быстрый истребитель овальной формы с двумя большими орудиями в нижней части корпуса прорвался через слои атмосферы Нианоси. Гром задержался в полете по непредвиденным причинам и теперь сильно спешил. По исчислению Мироздания прошло около двух часов, в то время как на Нианоси могло миновать трое или четверо суток. А за такой промежуток флот противника без сомнения достиг бы планеты и сотворил бы с ней нечто невообразимое. Но, как ни странно, сигналов бедствия больше не поступало. При подлетах к Нианоси сверхвоин не заметил кораблей, и это весьма озадачило его. На всякий случай он включил все возможные маскировочные устройства, но выходило, что враг сам спрятался гораздо лучше либо вообще успел отвести войска.

Как только машина прошла в тропосферу, Гром щелкнул по кнопке охлаждения корпуса и повернулся к радару. Все мониторы не отображали никаких сигналов, что оказалось не менее удивительным, чем отсутствие флота на орбите. Складывалось такое впечатление, будто вся планета вымерла, а враг и не думал к ней подступать.

– «Скаут 1», «Скаут 1»… – послышался прорывающийся через треск помех голос оператора. – Это «База», ответьте.

– «База», это «Скаут 1», говорите, – высматривая в ночи хоть какие-нибудь признаки жизни (полагаться на приборы все равно было бесполезно – они ничего не показывали), ответил Гром.

– Доложите обстановку, наши спутники заглохли, а планета не отвечает, – глухо протрещал голос оператора. – Без подтверждения угрозы мы не сможем выслать туда подкрепление.

– Враг не обнаружен, – Гром сверился с показателями приборов, чтобы подтвердить свои слова. Мониторы по-прежнему пустовали. – Продолжаю патрулирование.

Истребитель завис на секунду в воздухе, а затем рухнул вниз. Гром выровнял управление, и машина плавно полетела, в сотне метрах от земли, постепенно снижаясь. По необъяснимой причине Гром понял, что оставаться на высоте может быть опасно. И его опасения не заставили ждать с подтверждением.

– «База», я кое-что нашел, – произнес в переговорник Гром, наткнувшись взглядом, на возвышающийся справа обугленный лес. Высокие стволы дотлевающих деревьев черными кольями устремились к небу, поблескивая красными угольками. С земли еще поднимались полупрозрачные клубы белого дыма. Из всего этого следовало, что лес горел не более двух часов назад, а это в свою очередь указывало на присутствие на планете посторонних. Еще была возможность лесного пожара, но сверхвоину в такую случайность верилось с трудом. Через полминуты появился и двадцати метровый кратер, оставленный лучом мощного судового бластера, навскидку – основным ударным крейсером Легиона класса «завоеватель». За ним проглядывались еще несколько, кого-то обстреливали с орбиты, кого-то, ищущего убежища в лесу.

Гром развернул корабль в сторону леса. Истребитель снизил скорость и начал медленно лавировать между стволами погибших в пламени, покореженных деревьев. Вскоре среди древесного кладбища начали различаться останки животных, не успевших вовремя скрыться от пожара, и редкие трупы гуманоидов, в одежде которых преобладали желтый и коричневый цвета. Наведя на них встроенную камеру, Гром сумел лучше разглядеть тела: красивые лица, хоть у многих и попорченные огнем, заостренные уши, светлые или русые волосы.

«Хм, эльфы-дораны. Видимо у них тут был перевалочный лагерь. Здесь точно прошел Хаос», – проскочила мысль в голове Грома.

К умозаключению сверхвоин (Гром же являлся сильным сверхвоином-полиморфом шестого уровня силы) пришел не случайно, Хаос, помимо людей, люто ненавидел эльфов. Причиной столь бурной озлобленности темного бога на народ Аллин-Лирра крылась в древнейшей истории Мироздания и если не вдаваться в нее глубоко, достаточно будет сказать только, что Хаос потерпел в битве с эльфийской королевской армией первое крупное поражение в своей жизни. Безликие были разбиты наголову, а Хаос затаил злобу на королеву эльфов и с тех пор преследовал и уничтожал вышеупомянутый народ безо всяких иных причин. Специально Стальной Легион выслеживал эльфов здесь или те оказались в неудачном месте, сложно было угадать. А было ли появление доранов – более воинственных, чем их сородичи, живущие непосредственно в родном мире, случайным само по себе? Может статься, они старались предупредить некие события?..

Так или иначе, теперь доказательства вторжения всплыли наружу. Только сверхвоин собирался передать сообщение и запрос на флот в штаб, как с мысли его сбил истошный писк радара. Гром опустил глаза на устройство и, увидев показания, прошептал: «Проклятье». Весь монитор был покрыт десятками красных мигающих точек. Словно некая пелена помех вдруг спала со всех устройств, и они буквально взбесились.

– «Скаут 1»! Что у вас происходит?! – послышалось из коммуникатора, но Грому уже было не до пустых разговоров.

Машина начала набирать скорость, уходя от преследования, но сделать это оказалось не так-то просто. Позади Гром отчетливо услышал характерное для «черных истребителей» Легиона гудение и шум стартующих ракет. Его корабль начал безумно вращаться, уворачиваясь от вражеских снарядов. Раздался грохот взрывов и треск падающих деревьев. Черные истребители являлись воздушной элитой Стального Легиона, уйти от них почти невозможно и, будучи опытным генералом Альянса, Гром понимал это. Оставался один выход – вступить в бой.

– Попробуйте это, жестянки с мозгами! – Гром надавил две красные кнопки на панели. В корпусе машины открылись два небольших отсека, из которых выкатились четыре сферические гравитационные кластерные мины, вращающиеся на месте. Каждая рассыпалась на отдельные заряды, зависшие в воздухе. Прогремело несколько мощных взрывов, и вечернее небо вспыхнуло яркими цветами пламени. Из огня, вновь охватившего своими языками затухающие деревья, вырвались еще несколько черных обтекаемых поблескивающих силуэта, похожих на расставивших крылья птиц.

По истребителю Грома забарабанили фиолетовые лучи, полившиеся дождем из вражеских машин. Заряды энергии ударялись о силовое поле, окутавшее истребитель, как покрывало, ослабляя его.

«Щиты долго не протянут», – подумал Гром. – «Нужен маневр». Истребитель Альянса с ревом понесся вверх, совершая «мертвую петлю», но тут одно из орудий зацепилось за протянувшийся сук размашистого дерева, нежданно возникшего на пути. Гром дернулся от удара и понял, что корабль уже не выровнять. Он надавил на катапульту – катапульта не сработала. Пока его машина кружилась на силящихся удержать ее в воздухе двигателях, ударяясь о стволы деревьев, один из черных истребителей зашел на новый круг. Он ринулся прямо на дезориентированного противника и «плюнул» в него ракетами. Два смертоносных жала настигли свою цель. Яркая вспышка разорвала пространство. От взрыва растущее рядом дерево с треском обрушилось на искореженный, наполовину упавший ствол сосны, издав оглушительный скрежет.

– Цель уничтожена, – доложил сидящий в истребителе берсеркер. – Повторяю, нарушитель уничтожен.

Глава 5

Четверо воинов подбрели к ветхому, перекосившемуся дому мудреца. Хижина до самых окон, расположенных довольно высоко, была поглощена бурой травой. Напротив хаты, с разных ее сторон, высились несколько холмов, не характерных для степной местности, но это обстоятельство волновало людей, пришедших сюда не любоваться местными красотами, меньше всего. Все их внимание было приковано к дому. Ветер гулял между дырами в крыше и теребил пучки соломы, торчащие, как клочья шерсти на бродячей собаке. Сквозь потускневшие окна помещение не просматривалось, зато дверь была слегка приоткрыта и в узкую щель виднелись очертания интерьера. Сложно даже представить, чтобы в таких условиях кто-либо мог полноценно жить.

– Мы пришли? – измученным голосом и тяжело дыша, спросил великан, вытерев кулаком со лба проступившие капли пота.

– Пришли Титос, пришли, – успокоил его Нигаэль.

– Что-то мне не по себе, – пробормотала Тирра, озираясь вокруг. – Такое чувство, будто за нами следят.

– Да, тут действительно происходит нечто странное, но мы должны узнать то, зачем мы сюда пришли, – отрезал Нигаэль. Оглянувшись в поисках духов гнева или летающих глаз – лучших шпионов Бэрона, он подошел к двери лачуги и толкнул ее.

В помещении господствовала темнота, и пахло плесенью. Красноватые солнечные лучи нехотя поползли по половицам, наполняя избу тусклым светом заката. Нигаэль и Кинт первыми ступили внутрь. Быстро обведя взором коморку, они сошлись взглядами на старике, неподвижно стоящем посередине комнаты. Старик смотрел на вошедших в его жилище незнакомцев с каким-то недоумением или даже просьбой.

– Простите, что мы вас беспокоим… – начал было Кинт, но Нигаэль остановил его.

– Погоди, он, по-моему, нас не слышит, – подметил Избранный.

– Может они его парализовали или загипнотизировали? – предположил Кинт. – Давай я проверю.

– Не думаю, – задумчиво прошептал Нигаэль, хотя его никто и не услышал.

Кинт подошел к старику и заглянул ему в глаза – они ничего не выражали и были затянуты мутной пеленой. Кинт провел перед лицом старца рукой, но тот не отреагировал. Тогда парень протянул руку к его шее, чтобы проверить пульс на сонной артерии. Как только его пальцы коснулись кожи старика, тот как-то странно выгнулся, а затем его тело начало разъезжаться в разные стороны, после чего развалилось на четыре куска, ровно разделенных крест-накрест. Острейшее лезвие проклятого клинка, Кровопийцы, Бэрона Ааззена невероятно аккуратно разделило плоть, не оставив даже видимых следов.

– Что за…?! – вырвалось у Кинта. Он отдернул руку, словно от огня, и попятился назад к захлопнувшейся двери, испуганно глядя на куски плоти, валяющиеся по центру комнаты. Увидеть мертвым именно этого человека парень ну никак не ожидал.

– Какой ужас! – вскрикнула Тирра с небольшой долей отвращения. Вздрогнув, она прижалась к Кинту.

– Кто смел, сделать такое?! У кого хватило наглости нарушить Закон?! – возмутился Титос. В негодовании могучий воин стукнул кулачищем в стену, от чего последняя чуть не обрушилась.

– Мне известен только один подонок, у кого хватило бы на это наглости и свободы действия, – Нигаэль гневно прищурился, не смотря на то, что гнев был несвойственен ему обычно, хотя в его жилах текла кровь яростных воинов. – Бэрон! Для этого выродка нет ничего святого…

– Тихо, – вмешался Кинт, прервав поток оскорблений в адрес демона, потекший уже и из уст Титоса. Великан не замедлил присоединиться к Избранному в его начинании. – Я слышал какой-то шум снаружи.

– Да, а я чувствую мощный поток зла, раньше он был слабее, – подтвердил Нигаэль. – Тенедемоны, но не Морок. Я думаю, что Бэрон знал о нашем прибытии заранее. Ну, ничего, мы тоже не лыком шиты.

– Точно, пойдем и сделаем из них фарш! – обрадовался Титос.

– Что ж, пойдем, – согласился Нигаэль и распахнул дверь.

Выйдя из хижины, все четверо застыли на месте. Взгляды воинов устремились на противоположный холм.

– Знаете… – голос Титоса зазвучал куда менее браво. – Я ведь когда про фарш-то говорил, думал, что их все же поменьше будет. Хоть чуток.

Весь поросший травой склон чернел от полчищ демонов-теней Бэрона. Тысячи длинных пик устремились остриями в огромный диск солнца, погружающегося за холм. Во главе армии был сам Император теней. Он сидел верхом на черном драконоконе, висящем в нескольких метрах от земли и махающем перепончатыми крыльями. Рядом с Бэроном стоял, возвышаясь над воинами тьмы, огромный, как каменная глыба, демон. Он был покрыт короткой рыжей с черными пятнами шерстью. На его голове росли две пары рогов: одни были похожи на рога быка и торчали вперед, а другие находились чуть ниже первых и были закручены спиралью. Шею чудовища украшала густая буроватая грива, а из краев его усеянной острыми зубами пасти тянулись два длинных бивня, запачканных запекшейся кровью. За спиной виднелись громадные крылья, хотя представить это массивное существо летящим по небу было крайне трудно даже человеку с богатым воображением. В руках демон держал громадный широкий односторонний меч, даже тесак. На поясе зверя висела связка из человеческих черепов. А немного поодаль от него, чуть позади демонов-теней, копошилась масса отвратительных тварей, порожденных в глубинах Бездны, и могучих горгулий. Владыка Фарр-Тра-Тум (именуемый людьми еще Фатумом) не поскупился, помогая своему давнему союзнику.

– Ну что, Избранный! Не ожидал, что наша встреча пройдет при таком раскладе?! Вижу – не ожидал! – Бэрон пребывал в веселом расположении духа и сопровождал свои слова насмешливым издевательским тоном.

– Ты – гнусная тварь, Ааззен! Как ты посмел нарушить Закон, он установлен для всех!

– Ха-ха-ха! Избранный, видел бы ты себя со стороны – жалкое зрелище! Совсем скоро Законы перестанут иметь силу. Но что же ты собираешься делать, может, в суд меня отведешь?!

– Да, кстати, а что мы будем делать? – поинтересовался у Нигаэля Кинт. – Ну, то есть я всегда готов сражаться за свои идеалы, но мы с ними точно не справимся. События как-то быстро развиваются, я, право, не был готов к подобному.

– Не справимся, но Бэрон не один умеет устраивать сюрпризы, – Избранный одарил Кинта загадочным взглядом. – Я предусмотрел разные варианты и тоже кое-что припас на крайний случай.

Нигаэль сжал ладони и закрыл глаза, пытаясь высвободить свой разум и влить его в необходимый светлый канал.

– Что?! Молишься, Избранный?! Правильно, ибо сейчас я отправлю тебя к твоему Создателю! – злорадствовал архидемон.

Бэрон было занес меч, чтобы отдать команду своей армии идти в бой, но Нигаэль достиг желаемого канала. «Пора, Лукиус» – мысленно произнес он. Не успел клинок демона подняться в верхнюю точку замаха, как пространство за спинами его бывших жертв разорвалось вспышкой яркого света. Разверзся огромный небесный портал, из которого начали маршем выходить стройные ряды паладинов и фотейносов – высших воинов света, полетели белокрылые ангелы с пылающими мечами, Лукиус подговорил целой их братство – шестьдесят четыре отборных воителя.

– Что ж ты сразу не предупредил? – с облегчением выдохнул Кинт.

– Не хотел, чтоб вы расслаблялись, – улыбнулся Нигаэль. – Шучу, конечно. Бэрон силен не по годам и продолжает удивлять нас с каждым разом. Не исключено, что он смог бы прочесть даже ваши защищенные магией света мысли и нанести упреждающий удар.

Бэрон невозмутимо окинул вражеские войска оценивающим взглядом, приподняв одну безволосую цертонскую бровь. Его лицо не выражало ни удивления, ни, разумеется, страха. Страх ему был чужд как таковой. Бесстрашие временами приводило Бэрона на грань гибели, но великий Император теней не воспринимал подобные ситуации всерьез.

– Отлично! Так мне будет только интересней, – спокойно и даже с удовольствием крикнул он Нигаэлю. – Да и такая победа будет куда приятнее, нежели простое убийство четверых человечишек!

– Не спеши нас хоронить, Ааззен! – откликнулся Нигаэль. Затем он оглянулся на выстроившиеся армии Света и закричал: – Воины, к бою, защитное построение, ставьте монолиты!

Паладины быстро выстроились в широкую стену, ощетинившись копьями, вперед вышли фотейносы с большими щитами и длинными пиками, но, невзирая на грозный вид светлого воинства, в его рядах чувствовалось напряжение и некоторое смятение. По строям рыцарей света то и дело пробегал беспокойный шепот, в котором отчетливо слышалось: «Далдаг», «Они призвали Далдага».

Нигаэль взошел на вросший в землю, покрытый густым мхом камень и подозвал командующего армией.

– Слушаю тебя, Избранный, – поклонился паладин-сержант.

– Я рассчитывал на пять тысяч воинов, но здесь не больше двух. Что случилось? – взыскательно спросил Нигаэль у командира.

– Наступили трудные времена, Чертог готовится к войне. Все войска, как ангелов, так и Орденов брошены на создание оборонительных рубежей вокруг Золотого Града. Увы, но это все, что удалось собрать. Круг внимательно следит за каждым витязем.

– Ладно, постараемся выиграть такими силами, – Нигаэль отослал сержанта и замер в ожидании действий архидемона.

– И так, хотите поиграть, детки? – пробормотал себе под нос Бэрон. – Поиграем.

Он занес над головой зазубренный меч. Черный клинок из адской стали блеснул в последних красных лучах заходящего солнца.

– Солнце садится, – сказал Кинт, обращаясь к избраннику.

– Ничего продержимся, главное не падать духом, – еле слышно ответил Нигаэль. Он ощущал в рядах светлого воинства нарастающее перед боем волнение. Присутствие на стороне Императора теней Далдага сильно беспокоило и его самого. Редкий из учеников и последователей пути Света не слышал легенд о непобедимом чудовище, выведшем армии Бездны на поле боя в незапамятные времена войны против этой темной реальности и несущее смерть и ужас своим врагам.

Тишина повисла над полем предстоящей битвы. Все воины света заворожено следили за силуэтом могущественного архидемона, вознесшего к небу свой меч и за огромным монстром смирно стоящим рядом с ним. Свет медленно угасал, опускаясь за спины мрачного полчища, оставляя своих защитников наедине с тьмой. Сыны ночи напротив, ощутили, как спускающиеся сумерки наполняют их тела и духи силой. На фоне сгущающейся темноты отчетливо проявились десятки тысяч горящих глаз, отразившихся холодящими душу бликами на горизонтальных рогах демонических шлемов.

Бэрон довольно ухмыльнулся, ощущая всем телом близость кровопролития, и прервал тишину, махнув мечом.

– В атаку, сыны ночи!!! – прогремел над полем его властный голос.

Повинуясь воле своего императора, черные легионы начали, вопреки ожиданиям готовых к неистовому штурму паладинов, медленно спускаться с холма, выставив вперед блестящие пики с зубчатыми наконечниками.

– Стрелки, на позиции! – не растерявшись из-за необходимости срочно изменять тактику, скомандовал Кинт.

Из ровного строя паладинов вышли два ряда воинов в плащах с капюшонами и многозарядными арбалетами в руках. Они поспешно привели арбалеты в готовность и первый ряд сел на колени, давая возможность одновременно стрелять обеим колоннам.

– Целься! – прокричал Кинт, однако Нигаэль приподнял руку, не давая ему отдать следующий приказ.

– Погоди, пусть подойдут ближе, – пояснил он. – Не стоит тратить снаряды и время на перезарядку попусту.

Демоны уже спустились с холма, и подошли на расстояние пяти сотен метров. До паладинов уже доносилось рычание тенедемонов и бряцанье черных доспехов. Мощные арбалеты с заряженными магией болтами могли бы настигнуть их и там, однако точность стрельбы серьезно пострадает.

– Нигаэль, давай их сейчас накроем, – предложил Кинт. – Потом может быть поздно, вдруг они перейдут на бег.

– Лучше на сотню подпустим, там уже начнем стрелять, они вывели вперед пикенеров, а значит, бежать не будут, – прошептал Нигаэль, вымеряя расстояние. – Нас втрое меньше, каждый снаряд должен найти цель.

Когда вражеская армия пересекла отметку в двести пятьдесят метров, из-за вершины холма заклубился черный, чуть подкрашенный красными отблесками, дым. Нигаэль кинул взор на столб дыма. «Что там Бэрон опять выдумал?» – недобрая мысль заставила Избранного содрогнуться. Он принялся судорожно перебирать возможные варианты, но закончить ему не дал громкий выкрик Кинта: «Огонь!». Тетивы арбалетов с гулом распрямились, выпустив в наступающих демонов тучу болтов, дождь арбалетных снарядов обрушился на головы воинов тьмы. Вся земля мигом усеялась телами демонов, которые через некоторое время обращались в пепел, и тонкими иглами засевших болтов. Сыны ночи же продолжали идти вперед, а на место павших вставали двое новых. Стрелки выпустили следующее облако из болтов, арбалеты работали как пулеметы, посылая все новые и новые потоки смертоносных жал, но и это не задерживало наступление орд тьмы. Демоны подошли на расстояние трехсот метров и остановились.

– Проклятье, что они затеяли? – в недоумении выронил Кинт, вытянувшись струной от более несдерживаемой тревоги.

– Боюсь, скоро узнаем, – послышался голос Нигаэля, интонация которого не сулила ничего хорошего.

Кинт вновь скомандовал стрелять. Болты выкосили еще пару сотен демонов, чьи места тут же заняли другие, армия сынов ночи намного превосходила войско паладинов, и подобные потери, казалось, ничуть не отражались на ней. Пополнившись, вражеские ряды постепенно начали раздвигаться, образуя коридор. В конце коридора уже отчетливей проявился клубящийся дым, который стал стремительно приближаться. Увидев это, вперед подались меченосцы паладинов, встав между копейщиками и стрелками.

Кинт подбежал к поросшему мхом и травой камню, на который отошел Нигаэль и неровным голосом произнес:

– Ну что, Избранный, похоже, что помимо Далдага сюрпризы для нас на сегодня не закончились. Что предлагаешь?

Нигаэль ничего не ответил, да и что было отвечать? Он глядел на приближающийся дым. Вдруг в его голове подобно удару молнии пролетело воспоминание о тех временах, когда он только изучал повадки и описания различных порождений тьмы, проходя подготовку для борьбы со злом, и перед ним остановилась страница «Книги демонов», на которой были указаны признаки, схожие с теми, что он наблюдал сейчас. Он четко увидел строчку: «Древний, могущественный орден, служителей Верховного Темного Духа Разрушения – Армагеддона». Нигаэля, словно обдало холодной водой.

– Рыцари Армагеддона!!! – закричал он. – Стрелки, назад!!! Готовь копья!!!

Арбалетчики поспешно вскочили со своих мест, но отступать было уже поздно: из образовавшегося коридора вылетел клин из всадников в черных латах, плащах и рогатых шлемах с узкими прорезями.

Доспехи этих существ были сплошь покрыты зияющими трещинами, из которых исходило красноватое свечение, и клубился дым. Рыцари, взмахнув объятыми пламенем мечами, со всего разгона врубились в отходящих стрелков, подставивших спины врагу. Хлестнула кровь и во все стороны полетели отрубленные головы и конечности. Многие арбалетчики, смешавшись в панике, попадали под копыта массивных скакунов и погибли, будучи растоптанными. Лишь немногим удалось отойти в задние ряды.

– Копьеносцы, в бой! – выкрикнул Нигаэль. Из отверстия под его правым наручем «выпрыгнула» рукоять меча. Со щелчком раскрылась сложенная по бокам рукояти гарда, и вытянулось лезвие, зачарованное заклинанием минимизации – такое заклятье часто использовалось высшими существами и их слугами для более удобной или незаметной транспортировки оружия. Подготовив свой меч к бою, Избранный спрыгнул с камня на проезжающего мимо рыцаря.

Он выбил демона из седла, повергнув тяжелое тело в траву, и вонзил упавшему противнику в грудь свой сияющий клинок. Из раны всадника вспенилась густая черная жидкость, а из-под шлема раздался утробный вой.

Сквозь выступившие вперед ряды меченосцев стали прорываться воины с копьями, и среди войска паладинов началось столпотворение. В тот же момент, как по какому-то беззвучному сигналу, все воинство демонов, отбросив пики и оголив мечи, сорвалось с места и с оглушительным топотом понеслось на вражеский строй. Две многочисленные армии с грохотом и звоном столкнулись и слились в одну шевелящуюся обезумевшую от гнева кучу. Все поле битвы охватили крики умирающих и идущих в атаку паладинов и рев демонов.

Взмахнув тяжелыми каменными крыльями, в черное небо взмыли горгульи, на которых тут же обрушились ангелы в блистающих кирасах, не давая чудовищам захватить преимущество в воздухе и безнаказанно набрасываться на увлеченных сражением воинов света.

Нигаэль, отбиваясь от толп наваливающихся демонов, выискивал взглядом Бэрона. Лишь обезглавив армию проклятых, он мог гарантировать победу своим последователям. Это оказалось не слишком сложно. Избранный быстро приметил, как с неба на поле боя осыпались несколько огненных шаров, разорвавшихся среди перемешавшегося вороха воинов, погребая в пламени как защитников света, так и сынов ночи.

«Вот ты где», – произнес он про себя. В двух вытянутых отверстиях на задней части его брони загорелось желтое пламя, а затем вырвались два энергетических крыла. Нигаэль взмыл в небеса и, лавируя меж сцепившимися в смертельном противостоянии горгульями и ангелами, полетел к заклятому врагу.

На земле же, в самой гуще битвы, остался не менее грозный противник. Далдаг с яростным ревом влетел в строй паладинов и раскидал его как карточный домик. Фонтаном брызнули тела рыцарей и отдельные их конечности, фотейносы дымились и испаряясь, оставляя только латы.

– Надо остановить зверя! – закричал Кинт.

– Я им займусь! – прогромыхал басом могучий Титос, разрубив пополам назойливо наседающего на него демона. – Хтоны по моей части!

Гигант бросился сквозь смешавшихся в битве паладинов и тенедемонов, мощными ударами прорубая себе дорогу, а иной раз, отшвыривая мелких пехотинцев сынов ночи руками. Впереди великан уже видел, как над общим месивом сражающихся подлетают паладины и даже случайно попавшиеся под удар проклятые.

– Ну, сейчас я тебя достану! – прорычал Титос. Он собрался прорываться дальше, но его остановил сильный толчок в спину, отозвавшийся резкой болью. Титос поспешно подскочил и обернулся. Позади него стояли две отвратительные твари Бездны.

– Спешите в Преисподнюю?! Так я вас туда отправлю! – Титос поднял клинок, на его исчерченном шрамами лице возникли морщины ярости.

Он крепче сжал рукоять меча, обмотанную кожей вола, и приготовился к нелегкой схватке, однако удача соблаговолила гиганту: на одно из чудовищ с небосклона рухнула подрубленная ангельским клинком горгулья. Мощный шип на лапе каменного демона пробил череп порождения Бездны, вывалив на землю содержимое его головы, покрывшее высокие травы черно-красной жижей.

Второй хтон раскрыл пасть с несколькими рядами зубов и, издав яростный вопль, прыгнул на Титоса. Воин откатился в сторону от удара растущих из плеч жал, хотя тварь успела зацепить его за предплечье щупальцем, усеянным изнутри клыками. По руке великана в ту же секунду заструилась жаркая кровь.

– Ах ты, урод проклятый! – в сердцах выпалил Титос. Он схватил валяющийся вблизи него обломок копья, подпаленный чьим-то заклинаньем, и провел им по ране. Из его глотки вырвался крик боли, но прижженная рана перестала кровоточить.

Закончив обработку разодранной плоти, Титос швырнул обломок в чудовище. От приближающегося света привыкшее к вечному мраку существо прикрыло морду и завыло. Воспользовавшись этим случаем, воин подкатился к хтону и вонзил свой двуручник ему под неприкрытую костными пластинами грудную клетку. Существо издало предсмертный вопль и обрушилось на землю, обливаясь кровью.

– Титос, будь осторожен! – крикнул Нигаэль, увидев с небес, что детина пытается пробиться к Далдагу.

– Побереги себя сам, – одернул его идущий откуда-то сбоку хриплый голос Бэрона. – Видишь, как бы ты ни хотел их защитить, ты не можешь быть везде. Я и сам бы с удовольствием насладился зрелищем того, как Далдаг разорвет в клочья этого жалкого смертного, но мне очень надо убить ТЕБЯ!!!

Бэрон взмахнул мечом и нанес молниеносный удар. Нигаэль ловко парировал выпад архидемона и выпустил в него молнию из свободной руки. Бэрон, немного ошарашенный такой дерзостью, отпрянул назад и, расправив черные крылья, вырвавшиеся из его спины прямо сквозь броню, спрыгнул с коня.

– Я смотрю, ты кое-чему научился за время пребывания в должности избранного, но очень уж я настроен отправить тебя к твоему папочке!

– Ну, попробуй, убийца!

Демон расплылся в пространстве, а затем с невероятной скоростью полетел на Нигаэля, прорезая небесную черноту, в которой он становился фактически невидимым. С разгона он ударил Избранного ногой в живот и рубанул сверху мечом. Адский клинок прорезал панцирь Триона и прошелся по ребрам, оставив неглубокую царапину. Нигаэль не остался в долгу и нанес ответный удар щитком на левой руке по лицу архидемона. Увидев, что отлетевший на пару локтей враг обескуражен, заступник Чертога дважды обрушил на него свое оружие. Первый удар пришелся по груди демона и рассек пластины его доспеха, второй же Бэрон сумел заблокировать, поймав клинок Избранного зазубринами на своем мече.

– Мне уже надоела эта игра! – вскричал демон. – Пришло время проучить тебя! Ощути мою силу!!!

Он оттолкнулся от Нигаэля и взлетел повыше. В руках Бэрона загорелось кроваво-красное пламя. Демон протянул руки к небу и из потемневшего купола небес в его ладони пролились два луча энергии Зла. Вокруг Бэрона скопился мощный заряд потока тьмы, разбрасывающий по сторонам мелкие молнии.

– Умри!!! – прорычал демон уже не своим голосом, а каким-то загробным басом.

С его рук сорвались два шара, превратившихся в сплошную стену. Нигаэль не успел поставить магический щит, и стена темной энергии, пройдя сквозь него, лишила его сил. Избранный подстреленным соколом рухнул в бурлящий котел битвы.

– Нигаэль! – закричал увидевший все произошедшее Кинт. – Тирра, помоги Титосу, а я должен найти Нигаэля.

– Ладно, иди и ни о чем не волнуйся, я справлюсь сама, – отозвалась девушка.

Тем временем, Титос уже подобрался ближе к Далдагу. На небольшом участке пространства, образовавшемся вокруг могучего демона, валялась куча изуродованных трупов. Паладины, не решаясь ступить ближе, жались подальше от разъяренного монстра, который разгонял их, выдыхая струи всеиспепеляющего пламени. Лишь бесстрашные фотейносы изредка наскакивали на полководца Фарр-Тра-Тума, только и их хватало ненадолго.

– Так вот каково твое лицо, воевода Бездны, – прошептал Титос, плотно обхватив окровавленный двуручник. – Давай-ка взглянем, во что ты горазд.

Он сделал несколько шагов к бесчинствующему демону, который, не обращая на здоровяка внимания, схватил одного из не успевших скрыться от его лапы паладинов и откусил ему голову.

– А теперь со мной попробуй! – крикнул детина зверю.

Демон, услышав и явно осознав сказанное, тряхнул гривой и повернул огромную голову в сторону Титоса, который, не смотря на свой великий рост, все равно казался довольно маленьким перед этим чудищем. Глаза существа пылали неудержимой яростью, вертикальные зрачки то сужались, то вновь расширялись, грудная клетка раздувалась, словно кузнечные мехи, его пасть и бивни покрыла свежая кровь. Можно было увидеть, как под толстой шкурой этого исчадия Бездны напряглись его выпуклые, вздутые, точно шары, мускулы.

Осмотрев смельчака с ног до головы, великий хтон оглушительно заревел, и от его рева по тверди пробежала дрожь. Он поднял лапу с громадным окровавленным мечом-тесаком и двинулся к сопернику, проминая землю.

– Давай, давай подходи ближе, – без остановки бормотал Титос, чувствуя, как его захлестывает волнение и страх. В какой-то миг его разум затуманился, он уже не видел жестокой битвы и не слышал криков, заполняющих тишину ночи. Перед глазами воина теперь стоял только гигантский древний демон, в ушах гремели его шаги.

Титос с силой хлопнул себя по щеке, чтобы прийти в чувство, и это оказалось как раз кстати. Неведомая сила внутри клогаий заставила его отскочить от тяжелого меча зверя, который грузно рухнул прямиком туда, где стоял охотник, разбросав клочья земли.

– Ну ладно, теперь моя очередь, – Титос сплюнул, смахнул со лба горячие капли пота и поднял двуручник.

По телу великана пробежали искры магии, пробуждающие в нем мощь Света. Он подскочил вверх и ударил мечом в тесак демона. Тот отшатнулся и получил кулачищем воина в крепкий как сталь пресс. Удар все же достиг цели. Далдаг разъярился еще больше. Он вознес свой широченный меч и обрушил его на надоедливого человечка. Титос успел прикрыться двуручником, принимая на себя всю злобу, вложенную зверем в атаку. При соприкосновении стали мечей, серебристым гейзером брызнули каскады искр, а Титос проехал по земле, оставляя в ней неглубокие борозды. Тем не менее, он твердо стоял на ногах.

– Силен ты, гад, да и я кое-чего стою! – сквозь зубы прорычал великан.

С этими словами Титос поднял измазанный демонической кровью меч на уровень головы, а затем с криком кинулся на Далдага. Демон застыл в ожидании момента, когда его противник приблизится на определенное расстояние. Только это произошло, он резко развернулся, мотнув толстым покрытым на конце изогнутыми шипами хвостом. Шипы вонзились в бок Титоса, и могучий воин свалился в заросли травы, окатившись ручьем собственной крови. К упавшему силачу подоспела Тирра.

– Ты в порядке? – спросила она, падая перед гигантом-клогаий на колени.

– Ха, эта тварь умеет думать, а я-то дурак такой решил, что он тупой, как пень, раз здоровенный, – из последних сил простонал Титос, зажимая кровоточащую рану ладонью и безрадостно улыбаясь.

– Успокойся Титос, теперь он мой.

Девушка жестом подозвала двух паладинов. Те, раскидав окруживших их демонов, тут же подбежали к воительнице.

– Заберите его. Пусть кто-нибудь позаботится о его ранах, – скомандовала Тирра.

Паладины подхватили раненного под руки и поспешно потащили его с поля боя. А Тирра уверенным шагом направилась к радующемуся своей непобедимости глубинному хтону. Увидев ее приближение, Далдаг издал рев, больше напоминающий смех.

– Что, весело тебе?! Сейчас будет не так смешно! Ты мне за все ответишь!

Она скакнула на монстра, дважды сверкнул ее серебряный меч, со свистом рассекая воздух. Из груди демона брызнула кровь, но раны оказались не настолько глубоки, как рассчитывала Тирра – мышцы существа были слишком твердыми. Далдаг дико взвыл, а глаза его вспыхнули безумным огнем. От громогласного рева демона Тирре заложило уши, и на мгновение она отвела взгляд от взбесившегося зверя. Но даже этого мгновения Далдагу хватило, чтобы сбить огромной лапищей оглушенную девушку. Как только она упала, чудовище схватило ее за ноги и подняло к своей морде, чтобы лучше разглядеть беззащитную жертву. Из его широкой пасти вырвалось довольное рычание и облако зловония.

– Отпусти меня проклятая тварь! – закричала Тирра и попыталась вырваться, но хватка хтона была очень крепкой, пальцы давили как тиски.

Демон вновь издал нечто похожее на смех и, схватив Тирру второй лапой за руки, поднял ее над головой. Огласив поле рыком, Далдаг дернул ручищами в разные стороны, разорвав девушку как тряпичную куклу. На морду зверя хлынула кровь, осыпались кишки и органы, которые подземный монстр с наслаждением проглатывал.

В момент, когда Кинт оттаскивал Нигаэля, до его ушей донесся душераздирающий женский крик. Жизнь остановилась в глазах юноши, лицо побледнело и застыло в гримасе непонимания и страха. Он усадил раненного предводителя на ближайший камень и прошептал: «Тирра». Вдруг его лицо подернул гнев, он выхватил с пояса убранный меч и бросился в сторону, с которой послышался крик.

– Нет Кинт, постой! – попытался остановить его еле слышным голосом Нигаэль, но Кинт и так уже не слышал его. Он бежал, не глядя никуда, кроме как вперед и яростно срубал демонов, попадающихся ему на пути.

По ожесточившемуся лицу Кинта покатились слезы, когда он начал приближаться к месту трагедии. В его глазах застыла довольная морда Далдага. Он уже занес меч, готовясь атаковать зверя, но на его пути неожиданно возник Бэрон, вывернувшись откуда-то из толпы сражающихся воинов. Одно резкое движение и меч Императора пропорол живот Кинта. Бэрон ухмыльнулся и выдернул клинок. Зазубрины на мече прорвали кожу и ткани, расширяя рану.

– Не то чего хотелось, конечно, но тоже сойдет, – весело сказал Бэрон, стряхивая с лезвия намотавшиеся внутренности. После чего он обратился к Кинту. – Ну что, не рад уже, что побежал свою девку спасать?

– Почему ты мне сердце не пронзил, ублюдок? – пробормотал Кинт, отплевываясь кровью, затем он пошатнулся и упал перед своим палачом. – Тирра, я иду… – сорвалось с губ юноши, и жизнь покинула его тело.

– Как трогательно. Сейчас расплачусь просто, – усмехнулся архидемон. Он одним махом вскочил на высокий камень, стоящий рядом и громко закричал: – Ты следующий, трионов щенок!!!

Нигаэль, услышав зов Бэрона, приподнял голову и ужаснулся. С возвышенности, на которую его оттащили паладины, было видно почти все поле сражения. Он сразу же заметил тела Тирры и Кинта, бесчинствующего Далдага и Бэрона прорубающего себе путь с пренебрежительной легкостью. Рядом с ним лежал окровавленный Титос, нуждающийся в скорейшей помощи. Земля покрылась трупами и пропиталась кровью насквозь. Строй защитников света быстро редел. Глаза Нигаэля наполнились болью и потускнели.

– Трубите отход, мы отступаем! – понурив голову, скомандовал он.

За его спиной разверзся портал, и печально загудел рог, призывая воинство Света к отступлению. Задние ряды паладинов, под прикрытием передних, продолжающих с горем пополам сдерживать темную армию, начали поспешно ретироваться.

– Они бегут, бегут!!! – вскричал Бэрон. – Преследуйте их, превратите их в прах!!! Убивайте этих ничтожеств!!! Перережьте как можно больше!!!

Над полем пронесся радостный вопль демонов, и огромная орда с грохотом и ревом ринулась вслед за отступающими паладинами. Сыны ночи не умели так скрывать ярость, как их соплеменники из рода тенедемонов Морока, их громкие кличи ревели, словно боевые трубы.

Нигаэль дождался, когда последние ряды подошли к порталу и, окинув взглядом в последний раз поле драматической битвы, тихо сказал:

– Когда-нибудь ты за это ответишь, Бэрон Ааззен. Я клянусь.

Он повернулся и с разгона впрыгнул в светящуюся воронку, почти в тот момент, когда демоны взобрались на холм.

Глава 6

Завершив скачок, небольшая флотилия кораблей Альянса неспешно приближалась к расположившейся прямо по курсу планете. Возглавляя аккуратный клин, летел флагманский крейсер под названием «Либератор», на котором и разместились высшие генералы. В данный момент в рубке проходил брифинг офицерского состава.

– …ладно, – сказал Вондар, окидывая взглядом всех присутствующих. – Обсудим подробности операции.

– Да что тут обсуждать-то?! – перебил его Ксандор, развалившийся в кресле перед одним из пультов управления, деловито, как будто бы так и надо, уложив на него ноги. – Требуется всего лишь долбануть по берсеркам со всех орудий, чтобы винтики потом по всей галактике собирали, да найти этого мудреца, а то мы до собственной смерти возиться можем!

– Точно, снесем их всех! – поддакнул ему заметно повеселевший с момента вылета Грок. Орк уже было выхватил топор, висевший у него за спиной, желая им помахать, но потом передумал и, прикрякнув, приложился к своему оцинкованному бочонку. Дальше последовали громкие глотки.

– Боже, я уже жалею о том, что мы вас двоих взяли, – Вондар покачал головой. – Все бы вам громить. Времени у нас к счастью достаточно, поэтому мы будем действовать по следующему плану: Я, Ксандор, Акуан и Грок возглавим четыре десантные группы, которые высадятся в разных частях города. Нашей целью будет это здание, – он указал на монитор спутника слежения, на котором был отображен снимок города из космоса. Среди всех строений каркии, представляющих собой квадратной формы домики с округлыми пристройками на крышах, резко выделялась конструкция, напоминающая готический храм. Она приютилась на окраине поселения, а точнее недалеко от границы города, напротив центральной площади.

– Ну, с этим мы справимся. Что дальше? – вновь встрял Ксандор.

– Итак, пока мы будем высаживаться, нас будут прикрывать с воздуха истребители – по звену на транспорт. Эландра, ты возьмешь группу штурмовиков и обеспечишь нам безопасность на земле, тем более что наши дроиды-разведчики обнаружили устройство генератора щита, способное охватить весь город непроницаемым куполом. Чтобы потом его сбить нам придется подключать корабли, а это опасно.

– Ладно, сделаю, только покажи, где оно находится, – кивнула девушка.

– По данным разведки генератор расположен на центральной городской смотровой башне, – Вондар ткнул поблескивающей металлической указкой на фотоснимок города, в центре которого располагалась высокая башня. – Лучше взорвать башню еще до того как устройство будет активировано или у нас могут возникнуть затруднения. И само собой его следует нейтрализовать, прежде чем транспорты приблизятся к зонам высадки. В ином случае их просто размажет о щит. Следом за группами десанта выдвинется эскадрилья бомбардировщиков. На мой взгляд, для удара по мелкому аванпосту вполне хватит штук двенадцать-шестнадцать. Их задачей будет разрушение оккупированных зданий и обстрел укрытий.

Договорив, Вондар повернулся к стоящему чуть позади него офицеру.

– Адмирал Крантер, хоть корабельные сенсоры и не засекли присутствия флота противника, все же будьте начеку и прикройте нас в случае чего. Возможно, они глушат сигнал наших приборов слежения, также я не исключаю возможность гиперскачка.

Адмирал молча кивнул головой.

– Вот и хорошо, начнем высадку через полчаса, – Вондар потянулся и расположился в кресле возле окна.

– Что?! – возмутился Ксандор. – Может, сразу Конца Света дождемся?!

– Не паникуй попусту. Я же сказал, что у нас есть время, а лишние жертвы среди местного населения нам не нужны, – одернул воина Вондар, при этом он сурово на него глянул, намекая, мол «не трепи языком в присутствии непосвященных».

– Как же мы их избежим, сидя на месте? – присмирев, спросил Ксандор.

– Действительно, – ни с того, ни с сего отозвался Грок, доливая себе в рот то, что осталось в стальной бочке. Видимо орк сказал это просто, чтобы сказать хоть что-нибудь, поскольку по поведению орочьего вождя было незаметно, что судьба каркии, которых он даже и не видел, сильно его беспокоит.

– Во-первых, перестань уже, наконец, пить, – сердито, но спокойно урезонил короля объединенных кланов Огарид-Гура Вондар. – Ты что же, хочешь свалиться под первым встречным забором? Берсеркеры будут рады такому подарку.

– Мы орки в этом плане крепкие, так что не переживай – драться буду изо всех сил, даже лучше, – Грок улыбнулся во всю свою морду, продемонстрировав ряд желтых зубов, после чего почесал живот и звучно рыгнул.

– Как раз из-за этого я и переживаю. Ты же весь город разнесешь, в то время как я пытаюсь этого избежать.

– Точно, разнесет. Причем за исключением берсеркеров, – усмехнулся Акуан.

– Да! А может, пари заключим – кто больше берсерков прибьет! – восстал против такого заявления Грок.

– Ну да, делать мне больше нечего, – отмахнулся Акуан, возвращаясь к щелканью клавиш на компьютере, управляющем спутниковыми системами корабля. – Пари подавай ему, как же. И откуда слова-то такие выучил? Он даже этикетку на своей бормотухе не прочтет, если там вообще этикетка есть.

– Боится проиграть? – ехидно прошептал орк, подлезая к сверхвоину, на что Акуан ответил каким-то ругательством, достигшим слуха только короля орков и, по-видимому, не сильно его оскорбившим, скорее развеселившим.

Ксандор немного понаблюдал за перепалкой, а затем, когда она начала близится к концу, обратился к Вондару:

– Постой, я так и не понял, чем наша задержка поможет уменьшить число потерь среди местных? Давай сейчас высадимся, пока киборги нас не вычислили и не приняли по этому поводу соответствующих мер. Я слышал, у Легиона телепорты не многим хуже, чем у лофусов… были до разорения Нуламы…

– Видишь ли, население этого городишки, – маг пространно махнул рукой в сторону изображения существа с коричневой кожей и щупальцами в нижней части лица, в углу монитора с картой, – …живет в основном за счет своего натурального хозяйства, а скоро большая часть каркии пойдет в поля пасти скот и собирать урожай.

– Тут-то мы и нападем. Неплохо придумал – просто и гениально. Только уж больно времени жалко.

В каюту вернулся каким-то образом успевший столь быстро и незаметно посетить туалетную комнату Грок. Он уставился на изображение каркии, впервые обратив на него внимание, а затем прокомментировал возникшие на основании этого мысли:

– Что осьминогов тоже мочим?

– Нет, Грок, вот их мы мочить не будем, – не без раздражения отозвался Вондар.

– Жаль, – огорчился Грок, – уж больно рожи у них мерзкие.

***

Время до начала высадки пролетело почти незаметно. Даже Ксандор, больше всех негодующий, не успел соскучиться, как по крейсеру разнесся звенящий голос диспетчера: «Всем группам занять места, готовность номер один! До высадки осталось пять минут!».

По коридорам затопотали тяжелые ботинки десантников. Генералы проследовали в корабельный ангар и разошлись по четырем транспортам, пожелав друг другу удачи. Эландра ловко вскочила по корпусу штурмовика в его кабину и натянула на голову шлем.

Из динамиков раздался голос: «До высадки осталось две минуты!».

Кабины истребителей, словно по сговору, начали одновременно закрываться, когда пилоты услышали сигнал. Все замерли в ожидании, прислушиваясь к голосу диспетчера. В ангаре приглушили свет, мигали лишь красные аварийные огни вдоль стен. Сделалось настолько тихо, что можно было расслышать звяканье ударяющихся о броню или оружие металлических пряжек на застежках костюмов десантников и шуршание трущихся друг о друга наплечников.

Тишину нарушил голос из динамиков: «До высадки осталась одна минута!».

По взлетным дорожкам, чередуясь, забегали желтые и красные огоньки. Тяжелые ворота ангара начали медленно ползти вверх, открывая вид на освещенный сиянием звезд безграничный космос. На корпусе крейсера распахнулись истребительные люки.

– Ну, пожалуй – начнем, – прошептал Вондар и сразу после его слов прогремел голос диспетчера: «Всем подразделениям начать десантирование!».

Истребители заревели двигателями и принялись высыпаться в черноту космоса, как пчелы из улья. Следом за ними выскочили корабли-транспорты. Они разлетелись в разные стороны и начали спускаться к планете. Следом за каждым из них подобно рою мошек, лепящемуся к свечению одинокого фонаря в ночи, полетели звенья истребителей. Между транспортниками промелькнул эскадрон штурмовиков. Он выскочил чуть вперед, чтобы ударить по вражеским позициям первым и подготовить зоны для высадки. Последними крейсерские доки покинули бомбардировщики. Они выстроились двойной линией позади транспортов и двинулись следом за ними.

– Как там у вас дела? – донесся из переговорников в транспортах голос адмирала Крантера.

– Пока все гладко, – отозвался Вондар, нажав кнопку своего коммуникатора. – Но я не сомневаюсь, скоро здесь может стать и погорячее. Будьте готовы к бою, не исключено, что берсерки запросят поддержку или уже этого не сделали.

Группы уже приблизились к верхним слоям атмосферы, как на теневой стороне планеты вспыхнули тысячи огней. Из мрака космоса медленно выполз огромный корабль похожий на две скрепленные черные клешни краба, словно одну вставили в другую. За ним следом появилось еще несколько кораблей поменьше. Вокруг громадины зароились схожие с ним по виду истребители.

Между краями «клешней» начала концентрироваться энергия, и тьму космического пространства разрезал мощный луч. Он ударился в корпус одного из крейсеров Альянса и пробил его насквозь. Корабль захлестнула яркая вспышка, и он стал распадаться надвое, высыпая в вакуум обломки и распространяя потоки быстро гаснущего из-за отсутствия кислорода пламени и искр.

– Линкор думонов! Это засада! – закричал Крантер. Он подбежал к переговорнику, ткнул несколько символов на сенсорной панели и отдал распоряжение: – Всем кораблям: мы отступаем!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.