# 404: Мир не найден

Димитри Шмидт

«Где ты? Почему не отвечаешь?» – последнее сообщение перед тишиной. Мир не рухнул сразу – он медленно угасал. В 2035 году внезапно исчезли электричество, интернет, спутники. Учёные назвали это «Большим отключением». Причина осталась неизвестной. За недели цивилизация рассыпалась. Люди, привыкшие к комфорту, стали бороться за выживание. Законы исчезли, началась анархия. Возникли фракции: одни строили анклавы, другие – базы в руинах, третьи скрывались под землёй. В этом хаосе появились одиночки, повстанцы, охотники – не герои, а выжившие. Мир умер, но осталась слабая надежда. И в руинах, где каждый день – борьба, начинается новая история. История о том, как искать свет даже в полной темноте.

Всем, кто любит постапокалиптическую фантастику – вам точно будет интересно!

«404: Мир не найден»

## Пролог: Когда свет погас навсегда

«Где ты? Почему не отвечаешь?» – последнее сообщение, отправленное перед тем, как связь с внешним миром исчезла навсегда. Мир, каким мы его знали, умер не в один момент – это происходило постепенно, словно старый дом, который медленно разрушается от времени, без возможности ремонта. Это было нечто большее, чем война или катастрофа. Это был крах системы, падение самой цивилизации. Мы – немногие выжившие – теперь бродим по её руинам, пытаясь найти смысл в пустоте.

Всё началось в 2135 году. Обычное утро, обычные города, обычные люди – пробуждались, собирались на работу, и никто не мог даже предположить, что этот день станет последним, когда мир функционирует по привычным правилам. Внезапно исчезло электричество. Потом пропал интернет, отключились спутники. Мир погрузился во тьму, будто кто-то выключил главный рубильник цивилизации. Учёные назвали это событие «Большим отключением». Причина? Загадка, что разрывала мозг всей науки и приводила к десяткам теорий: солнечная буря колоссальной силы, кибератака невиданного масштаба, эксперимент с квантовыми технологиями, который вышел из-под контроля… Но ни одна из гипотез не дала точного ответа.

За несколько недель из привычного мира остался лишь лабиринт обломков и руин, где каждый новый рассвет становился испытанием на прочность, а каждая ночь – временем страха и неизвестности. Люди, привыкшие к комфорту и безопасности, превратились в охотников за выживанием. Закон исчез – как ненужный груз в новом мире. Теперь действовало только одно правило: выживший пожирает слабого.

Из хаоса стали вырастать новые силы – фракции, вооружённые до зубов, что захватывали последние ресурсы и территории. Одни возводили укреплённые анклавы, чтобы защититься от внешних угроз и внутренних предателей. Другие превращали заброшенные города в промышленные форпосты, где кипела работа по добыче и переработке. Третьи скрывались в заброшенных метро, бункерах и туннелях, избегая любых контактов, надеясь ускользнуть от кровавой реальности.

В этом мире появились свои герои – одиночки и отступники, охотники и повстанцы, каждый со своей историей, своими демонами и своей целью. Они не спасают мир, потому что мира уже нет. Они борются, чтобы выжить. Чтобы найти хоть кусочек надежды в этом хаосе. Потому что именно в таких условиях, где рушатся устои и исчезают привычные ориентиры, рождается новая сила. Новая надежда – хрупкая и непредсказуемая.

В каждом шорохе заброшенного города, в каждом крике мутанта, в каждом проблеске света на горизонте – живёт эта надежда. И именно в этом мёртвом мире – в мире под названием «404: Мир не найден» – начинается наша история. История о том, как рушатся и строятся судьбы, о том, как люди пытаются вернуть жизнь туда, где кажется, что её уже нет.


Продолжение следует…


## Глава 1: Пепельный рассвет

Небо было серым. Оно всегда было серым с тех пор, как мир исчез. Тонкий слой пепла покрывал асфальт бывшей магистрали М-8, превращая её в блеклую змею, что вела сквозь мёртвые холмы. Ржавые остовы машин торчали из земли, словно кости доисторических чудовищ. Ветер выл, загоняя пыль в лица тем, кто осмеливался идти по этим дорогам.

Среди пепла, в поношенном плаще выцветшего цвета хаки, двигался человек. Его шаги были тяжёлыми, но уверенными. Он нёс винтовку на перевес, а за спиной висел рюкзак, набитый до отказа вещами, большинство из которых когда-то считались мусором. Теперь – сокровища: старые батарейки, обрывки кабелей, фляга для воды, книга без обложки, из которой отсутствовала половина страниц, и странный, слегка светящийся предмет – тонкая вытянутая пластина, которую он нашёл в развалинах.

Его звали Алекс. Или когда-то звали. Сейчас имя значило мало. Мир не спрашивал, кто ты. Он лишь проверял: насколько долго ты продержишься до следующего утра.

Алекс остановился у корпуса старого грузовика. Металл проржавел насквозь, а из-под капота торчали обглоданные кабели. Он присел, прислонился к двери, вытянул ноги и закрыл глаза. Сердце билось глухо, в ушах звенела тишина, нарушаемая лишь скрипом металла на ветру.

Он не ел почти сутки. Последняя банка консервов – тушёнка из военных резервов – закончилась ещё вчера. Алекс не был уверен, куда он идёт. Просто двигался на север, где, по слухам, существовало «чистое место» – зона, не тронутая мутациями и радиоактивными выбросами. Люди, говорили, там даже растёт трава.

Он в это почти не верил. Но движение вперёд было лучше, чем остановка. Остановка значила смерть. Быструю, если повезёт. Медленную – если нет.

Из мыслей его выдернул звук. Скрежет. Где-то впереди, за холмом. Он вскочил и прижался к корпусу грузовика, винтовка – у плеча. Зрение напряглось, рука сжала спусковой крючок, но не дёрнула. Пока нет.

Снова скрежет. И шаги. Несколько. Кто-то идёт – или что-то.

Он присел, крадучись, двинулся вдоль обочины, затаив дыхание. Сердце глухо стучало в груди. Из-за холма показались силуэты. Четверо. Люди. Один в бронежилете, с автоматом. Второй – с мачете. Остальные несли ящик. На нём – маркировка старого гуманитарного фонда: красный крест на белом фоне.

«Сталкеры», – подумал Алекс. Торговцы или охотники. Иногда с ними можно было договориться. Иногда – нет.

Он колебался. Пересидеть в укрытии? Дождаться, пока пройдут? Но пересидеть значило остаться без воды, а без воды он не доживёт до следующего дня. В фляге не осталось ни капли, и обменять хоть что-то на несколько глотков чистой влаги стало важнее всего.

Алекс вышел из укрытия медленно, подняв руки.

– Без оружия. Не хочу проблем.

Автомат мгновенно повернулся в его сторону.

– Кто ты такой? – спросил мужчина в бронежилете.

– Просто иду. Один. Мне нужна вода, – ответил Алекс. – Могу предложить обмен.

– Что у тебя есть? – спросил другой, с мачете.

Алекс начал доставать из рюкзака вещи.

– Вот батарейки, – сказал он, показывая изрядно потрёпанные и частично распакованные элементы.

Сталкеры переглянулись, не проявляя особого интереса.

– Кабели, – добавил он, показывая спутанные провода. И…

Алекс достал тонкую пластину, которая от прикосновения тихо светилась холодным голубым светом.

– Ты знаешь, что это? – вопрос прозвучал неожиданно резко.

Алекс пожал плечами:

– Не знаю. Просто нашёл в руинах. Свечащийся кусок чего-то. Выглядит странно, но не больше.

Мужчина с мачете внимательно взял пластину, покрутил в руках, присмотрелся к поверхности, будто пытаясь прочесть невидимые надписи.

– Где именно нашёл? – спросил он снова, голосом, в котором проскальзывала смесь подозрения и любопытства.

– В старом технопарке Севгорода. В подвале разрушенного здания. Место было… неприятное, – Алекс пытался объяснить, насколько мог. Он не понимал, почему это должно быть важно.

Сталкеры обменялись взглядами. Мужчина с мачете покачал головой, будто размышляя.

– Ладно, пойдёшь с нами в лагерь. Там разберёмся.

Алекс кивнул. Отказ означал бы смерть. Вода, хоть какая-то, была только там. А в лагере… может, появится шанс узнать больше.

Пока они шли, солнце не появлялось. Лишь пепел, тьма и хриплое дыхание ветра сопровождали их путь вглубь забытых земель.

И именно там, за поворотом, начиналась история, о которой ещё долго будут шептать те, кто выжил.


Продолжение следует…

## Глава 2: Лагерь "Икар"

Небо сгущалось, тёмные облака повисли над головой, а солнце за весь день всё так и не показалось. Ведь день в этом мире отличался от ночи только степенью темноты, и сейчас это было почти незаметно. Пять фигур спешили к лагерю, расположившемуся на склоне хребта. На открытой местности долго оставаться было опасно. Понимая это, они подгоняли еле шагающего от усталости Алекса.

– Давай, парень, – сказал один из них. – Шевели ногами, вокруг враги, задерживаться нельзя.

Тут первые капли дождя коснулись их лиц – холодные и острые. Сначала это была лёгкая изморось, почти едва ощутимая, но вскоре дождь усилился. Капли стали падать всё гуще, барабаня по капюшонам, плащам и ящику, который они волокли, превращая дорогу в сплошную грязевую кашу. Алекс с трудом продвигался вперёд, чувствуя, как ноги проскальзывают, и вот-вот он споткнётся.

Вскоре показался сам лагерь. К этому моменту дождь уже превратился в настоящий ливень, льющий как из ведра. Сам лагерь стоял на склоне хребта, огибая небольшую террасу, с колючей проволокой по периметру, тремя вышками, глядящими в никуда, и парой дронов, безмолвно зависших в воздухе.

Войдя внутрь, все путники были до нитки промокшие. На входе Алекса обыскали: винтовку забрали, рюкзак вернули. Сталкер в бронежилете, представившийся как «Курт», повёл его внутрь. Атмосфера лагеря была мрачной: запах гари, крики и ругань, попытки выжить любой ценой. Когда-то здесь ремонтировали вертолёты. Теперь – варили суп из крыс.

– Пройдёшь к главному, – сказал Курт. – У нас свои правила.

– У всех они свои, – хрипло ответил Алекс.

Кабинет главного лагеря был устроен прямо в кокпите старого Ми-8, что теперь стоял на бетонных блоках. Пространство было узким, пахло соляркой и перегретым металлом. Внутри тускло светила лампа, питавшаяся, судя по звуку, от дизельного генератора. По потолку звенел дождь, а за импровизированным столом сидел мужчина лет пятидесяти. Лицо изрезано шрамами, один глаз живой, второй – механический, светящийся красноватым огнём. Рядом, чуть в стороне, стоял кто-то ещё – высокий, сухой, с холодным взглядом, облокотившийся на стену вертолёта.

Курт подтолкнул Алекса вперёд.

– Это Коваль, – бросил Курт, кивая на мужчину за столом.

– Садись, – коротко бросил Коваль, указывая на ржавый табурет.

Алекс сел, чувствуя, как вода с его промокшего плаща стекала по рукавам и подтекала на руки. Он сжал их, будто выжимая лишнюю влагу, прежде чем говорить.

Слова вылетели без предисловий:

– Мне сказали ты нашёл ключ? – спросил Коваль, склонившись вперёд.

Алекс вздохнул, чувствуя, как под ним дрожит табурет:

– Если вы эту штуку называете ключом, – он кивнул в сторону тускло светящейся пластины, что лежала перед Ковалем на столе, – то да. Видимо, так.

Механический глаз Коваля едва заметно моргнул.

– Где именно?

Алекс сглотнул, отвёл взгляд на пол и сжал рукава куртки, выжимая с них остатки дождевой воды, прежде чем ответить.

– В Севгороде. Заброшенное здание… подвал. Я наткнулся там на труп. Похоже, девушка, военная форма. Лежала давно, как мумифицированная. Решил обыскать – и нашёл этот предмет у неё.

– Севгород, значит… – протянул Коваль, и голос его стал холоднее. – Там обитают “тихие”. И ты хочешь сказать, что прошёл через их логово и остался жив?

Алекс сжал кулаки на коленях.

– Я… не знаю, как это вышло. Их я не видел, но… было ощущение, что кто-то наблюдает. Слишком тихо вокруг. Несколько раз мелькали тени на верхних этажах. Близко не подходили.

Коваль перевёл взгляд на Саймена:

– Что думаешь, Саймен?

Саймен оттолкнулся от стены и шагнул ближе. Его голос был резким, без тени эмоций:

– Не доверяю я ему. Слишком уж всё гладко. Принёс ключ, который мы ищем, и чудом выжил там, где людей рвут на куски. Похоже на подставу.

Коваль чуть кивнул.

– Согласен. Но проверить нужно.

Он потянулся за ключом, лежавшим перед ним на столе. Металл поблёскивал под лампой – холодный и безжизненный. От прикосновения ключ тут же засиял ярче.

– Этот номер, 07… – Коваль провёл пальцем по гравировке. – Ключ от бункера «Порог». Необычно, что он всплыл именно рядом с нами. Но выбора у нас нет. Там должны быть архивы, еда, генераторы. Мы в этом нуждаемся.

Алекс молчал, чувствуя, как в груди сжимается холод. Коваль поднял взгляд:

– Ты пойдёшь с нами утром. Если ключ подойдёт и не будет никаких сюрпризов – получишь воду, еду и свободу. Не подойдёт… – он чуть усмехнулся, – ну, тогда решим.

Он достал из ящика фото и бросил на стол.

Пожелтевший снимок с облупленным краем упал перед Алексом лицом вверх. Девушка. Карие глаза. Тёмные волосы. Улыбка.

Алекс замер. Сердце ухнуло в живот.

– Где ты взял это? – его голос сорвался на шёпот.

– Она была у нас месяц назад, – спокойно ответил Коваль. – Назвалась Эми. Сказала, ищет мужчину. Длинные волосы, худой, с оружием. Ты подходишь под описание.

Он сделал паузу, затем добавил:

– Она оставила это фото. Сказала: если встретим тебя – передать. Так что… держи.

Коваль протянул снимок. Алекс медленно взял его в руки, будто боялся повредить.

– Она не говорила… почему ищет меня? – спросил он тихо.

Коваль взглянул на него с интересом и пожал плечами:

– Хотел спросить у тебя самого.

Он наклонился ближе, механический глаз чуть засветился.

– Скажу честно, ты мне с самого начала показался подозрительным. И это фото только подтверждает, что ты не случайный прохожий.

Коваль откинулся на спинку кресла.

– Ты останешься на ночь в лагере. Комната будет под охраной. Утром выходим к «Порогу».

Алекс сжал зубы, но лишь кивнул.

– Понял.

Саймен усмехнулся краем губ:

– Умный парень. Надеюсь, таким и останешься.

Курт молча увёл Алекса прочь из кабины и вывел его во двор к общему костру. Там он подал ему кружку с водой. Алекс жадно выпил её, почти залпом, ощущая, как жажда наконец отступает.

– Осторожнее, парень, – улыбнулся Курт, наблюдая за ним. – Остаток оставь на потом.

– Спасибо… – выдавил Алекс, вытирая бороду рукавом.

– Высуши одежду у костра, – добавил Курт. – А то выглядишь как вымокший кот.

Алекс улыбнулся, сделав вид, что оценил шутку.

– Хорошо, ещё раз спасибо.

– Спать можешь тут же, – продолжил Курт. – Тебе принесут плед. Тут тепло, ночью не замёрзнешь.

– Хорошо, – в очередной раз Алекс кивнул головой в знак благодарности.

Курт оставил Алекса наедине с местными жителями. Они, закутавшись в тёплые одеяла, грелись у костра и тихо шуршали. Разговоры были короткими, лаконичными, но каждый звук казался приветливым в этом сыром, холодном лагере.

Когда костёр разгорелся сильнее, Алекс сел ближе к теплу, держа в руках фотографию Эми. Его мысли постепенно уходили в тихий, тревожный поток: «Завтра всё решит… и я не знаю, готов ли я».

…

Спасибо за интерес к этой истории!

Проект развивается постепенно – он большой, и его завершение потребует времени.

Если вы хотите продолжить читать черновики и следить за процессом, это можно сделать на моём личном канале.

Вся информация об этом есть в моём профиле.