# Убийства в Уолберсвике

Артем Пальчиков

Зима 1981 года. В родную английскую деревню приезжают братья Стоукс. Всю Англию заволакивают снежные бури. Именно в этот момент, находясь отрезанными от внешнего мира, в деревне объявляется маньяк с топором и маской лиса.

Предисловие.

Декабрь 1891 года. Деревушка Уолберсвик на побережье Саффолка полностью покрылась снегом. Деревушка, тихая и спокойная, спрятанная от всего мира и его суеты, засыпанная бесконечным одеялом снега. Когда зимние холода осаждают эту маленькую английскую деревню, она преображается, обретая мистические черты. Каждый проулок, каждый дом, покрытый снегом, словно становится образцом для рождественской открытки, которую дарят на праздники вместе с пожеланиями и подарками.

В этот миг может показаться, что каждое здание обладает своей историей, своей тайной. Старинные домики, фонари, освещающие снежные тропы. Повсюду лежал снег. Сугробы – не просто снежок. По всей Англии уже шестой день шел снег, и тут, на востоке, покров его достиг реальных величин. Так сложилось, что основная недвижимость в деревне Уолберсвик – это дома отдыха. Сценаристы и писатели ищут здесь тишь и уединение для написания пьес и романов. Художники – пейзажи для своих картин. Эта деревня – мечта, А в этих сказочно – зимних тонах она преображается еще сильнее, еще сильнее чувствуется дух английского великолепия, английских традиций. В ночь на 28 декабря 1891 года под лунным светом освещалась каждая заснеженная крыша. Тишина и спокойствие этой ночи, мертвая тишина, казалась такой умиротворенной. Кто мог подумать, что при всей красоте и спокойствии ночных пейзажей, в одном из домов отдыха, в кровати, лежит актриса Черети Рассел. Лежит с разрубленной головой.

Глава 1

Приезд братьев

Дом Норы Стоукс давно уже пустовал. Эта престарелая женщина жила здесь совсем одна. Часто она вспоминала бурную жизнь: рождественские посиделки с двумя ее сыновьями и мужем Джозефом. Джозеф в пьяной агонии убил Джейсона Фокса возле паба «Грязный Бойд». Тот приставал к Норе, а Джозеф был очень вспыльчив и в состоянии алкогольного опьянения и вовсе не мог отвечать за свои поступки. Вот так вот отец Обри и Шермана, пусть и по неосторожности, но убил единственного кормильца, которого в этот вечер не дождалась ни его жена, ни маленькая дочь Розалин. Жена убитого, Саманта Фокс, после смерти мужа пристрастилась к выпивке и вскоре, пьяная, неудачно упала, возвращаясь с очередной попойки. Ее похоронили здесь, на кладбище возле церкви. Сначала за убийство Джозеф Стоукс ожидал виселицы, но смертная казнь сменилась пожизненной ссылкой на Остров Норфолк, небольшой обитаемый остров в Тихом океане, расположенный между Австралией и Новой Зеландией. Через несколько лет в одной из газет вышла статья о том, как заключенные из Великобритании помогают своим трудом в Австралии на острове Норфолк. На одной из фотографий попал и отец Обри и Шермана, Джозеф, только на газетной фотографии у него уже не было имени. На полосатой тюремной робе была заметна лишь табличка с его личным номером – 212430. Братья Стоукс давно перебрались в Лондон, оставив мать в полном одиночестве. Шерман занялся политической карьерой и занимал пост в правительстве Великобритании. Он был старшим братом и всегда занимался воспитанием Обри, особенно после ареста отца. Обри в Лондоне занимался частным сыском. Он очень силен в дедукции и наблюдательности, что помогало ему решать головоломки и раскрывать преступления. Наверное, он мог бы достичь больших высот, но есть в нем нечто балаганное, наверное, перепавшее от Джозефа. А также пристрастие к одному достаточно популярному напитку – шотландскому виски. Двадцать шестое декабря 1891 года был для Норы особенным днем. Это первый день за многие годы, когда оба брата приехали вместе, повидать свою деревушку, родной дом и конечно же ее саму, Нору Стоукс. Ей часто отравляли письма, открытки на праздники, но приезжали редко. Жизнь в столице, работа – все это отнимало очень много времени и сил. Но все же в этот декабрьский день оба брата решили сделать сюрприз для своей матери. Обри только закончил расследование в Лондоне, брат вытащил его на дело, чтобы тот мог немного прийти в себя после очередного запоя. Дело было блестяще распутано, а после они сели в поезд, направляющийся сюда, в Восточный Саффолк. Мать встретила их со слезами на глазах. Они сняли с себя теплую одежду и тут же оказались в объятиях матери. За вечерним столом с приветливыми улыбками вспоминали прошлое. Вспоминали все: и хорошее, и плохое. Братья успокаивали мать: «Все у нас хорошо». Шерман занимал должность в министерстве, имел хорошую зарплату и связи. Обри несколько дней назад распутал очередное преступление.

– В рождественскую ночь убили старика – восторженно отзывался о том деле Шерман – невинная девушка за решеткой. Вся полиция во главе с инспектором Сноу полностью уверена в виновности девушки. И только Обри докопался до правды.

Обри продолжал поглощать пищу, никак не реагируя на слова брата. Мать тоже не была удивлена, она знала о талантах своего сына. Утопая в вечерних разговорах, никто из троих и не заметил, что за окном пошел очень сильный снег. Он пошел по всей Англии. Они еще не знали, что очень скоро вся их деревня окажется отрезанной от внешнего мира.

Глава 2

Механический магнат

Джон Рассел, как и братья Стоукс, был уроженцем Уолберсвика. Он был очень дружен с Шерманом в детские и юношеские годы. И, как и братья, он тоже покинул деревню в поисках лучшей жизни и славы. И слава пришла к нему достаточно быстро. В университетском колледже Лондона он познакомился с Доналдом Филлипсом. Доналд показывал Джону эскизы своих изобретений, он грезил роботами и фантастикой. Они начинали с подвалов и чердаков, там они усердно работали над своими идеями и изобретениями. Далеко не все знают, что фирма «Расс и Филл», знаменитая выпуском механических часов, игрушек, рабочих изобретений, направленных на улучшение труда на фабриках и заводах, начиналась с подвалов и чердаков. Друзей все чаще приглашали на выставки и прочие городские мероприятия. Их задействовали для создания декораций к пьесе «Лифт в Террарию». Созданием механического лифта как раз и занималась фирма «Расс и Филл». Там Джон и познакомился с театральной актрисой Черети, игравшей одну из главных ролей. Она вышла замуж за Джона Рассела и взяла себе его фамилию. При всей этой суматохе Джон не забывал про своего детского друга по деревушке Уолберсвик Шермана. Они встречались в английских пабах, пили пиво и менялись впечатлениями о жизни в Лондоне. При последней встрече Джон рассказал Шерману о своей женитьбе и о том, что они решили с Доналдом разделить фирму на две части и пойти каждый своим путем.

– Доналд согласился с моим предложением разделить фирму, – поведал Шерману Рассел, – он только попросил время, несколько месяцев. Занят написанием романа.

– Романа? – удивленно спросил Шерман.

И Джон Рассел поведал Шерману о том, что Доналд решил написать детективный роман под названием «Механический удар». Пока сыщики ищут убийцу, оказывается, что убийца – механический робот. Позже выяснится, что книгу начинающему писателю завершить не удастся. При испытании очередного изобретения оборвался стальной трос. Ученый оказался под завалом, после разбора которого обнаружилось его мертвое тело. Джон Рассел не мог перенести утрату друга и, вместе с супругой, решил на время забыться в снежных пейзажах родной деревушки. А еще через неделю он обрадовался известию о том, что его давний друг Шерман Стоукс тоже приехал в родной Уолберсвик. Он с нетерпением ждал встречи с товарищем, ему хотелось выплеснуть кому-то свои душевные раны, а еще поведать ему о страшной тайне. О страшной тайне, которой владел только он и еще несколько человек в деревне. В их родной деревушке объявился маньяк с топором, на счету которого уже две убитые женщины.

Глава 3

Старые руины церкви

Старые развалины, некогда большой церкви. Только старожилы и некоторые архивные документы помнят церковь, из нефа и алтаря, с восемнадцатипролётным хором и шестипролётными северным и южным приделами. Когда благосостояние деревни пошатнулось, средств на содержание церкви стало не хватать, приход получил разрешение снести старую церковь и построить новую, гораздо меньшего размера. Средства на строительство были получены за счёт продажи свинца с крыш и колоколов с башни. Новая церковь, выстроенная на руинах большой и старой церкви, и в подметки не годилась своей предшественнице. Единственное, что осталось сохранить, так это старый орган. Орган с двумя мануалами был расположен в алтарной части церкви. Старый смотритель Уильям Норрис, давно пристрастившийся к выпивке, с тоской наблюдал за тем, что сейчас происходит с церковью. Это был старик, седой и полноватый. В его глазах читалась грусть и безразличие к жизни, к этой церкви и ко всему, что происходило в Уолберсвике. Уже вечерело, сначала он подумал, что силуэт человека, приближавшегося к большому дубу, находившемуся возле дверей в часовню, не что иное, как плод его полупьяной фантазии. Но чем ближе приближался человек, тем яснее становились его очертания. Это был молодой парень.

– Я слышал, тут можно найти мистера Норриса? – поинтересовался парень.

– Кому это я мог понадобиться? – грубо и хрипло поинтересовался старик.

– Мне и еще одному моему знакомому, – ответил парень, не замечая скверного настроения смотрителя.

– Какому еще знакомому? – недоверчиво спросил Уильям, все внимательнее присматриваясь к парню.

– Джиму, конечно, – проговорил парень, весело посвистывая.

– Какой еще Джим? – спросил старик, все больше раздражаясь. – Не знаю никого с таким именем.

– Как же так, не знаешь старину Джима Бина? – воскликнул парень, доставая из внутреннего кармана своего пальто бутылку с какой-то коричневатой жидкостью.

Глаза Норриса заблестели при виде алкоголя. У него самого уже закончилась бутылка, и он не отказался бы сейчас от стаканчика.

– Как звать-то тебя? – спросил смотритель, давая понять, что он смягчился и готов вести диалог.

– Обри, – ответил парень, подойдя к старику почти впритык. – Обри Стоукс. Моя мать живет тут, недалеко.

– Помню, – сказал старик. – Два брата. Вы же, кажется, уехали в Лондон? А отец, непутевый у вас. На каторге сейчас?

Обри горестно вздохнул. Он очень скучал по отцу. Старику же он ответил просто:

–– Выпьем? За моего старика, по стаканчику?

Старик и не думал отказываться от выпивки. Он достал пару стаканчиков, и они распили только что принесенную Обри бутылку. Старик, еще больше пьянея, начал рассуждать о жизни в Уолберсвике, об этой церкви, на руинах которой они стояли.

– Посмотри на эти руины, – проговаривал он полупьяным голосом. – Посмотри, что они сделали с некогда большой и красивой башней! Не спроста теперь в Уолберсвике поселилось зло, они сами его привели. Грешники!

– Зло? – поинтересовался Обри. – О каком еще зле ты говоришь?

– Две женщины убиты, зарублены топором, – пояснил смотритель. – Мало кто знает об этом. Они не хотят паники в деревне. Но я то знаю, что здесь происходит. Зло здесь! Зло пришло к нам с приходом снегов. Смотришь на этот снег, белый, чистый. И кажется, такая ангельская картинка. Но я то знаю, знаю, что там в середине этой красоты зарождается что-то темное. И это только начало!

Глава 4

Паб «Грязный Бойд»

Паб «Грязный Бойд» был одним из немногих мест в Уолберсвике, где можно было отдохнуть и попить свежего пива. Посетителей здесь всегда было немало. Сегодняшний день тоже не стал исключением. Шум, гвалт, легкая музыка. Тут все шло как и всегда. За одним из столиков сидели два человека. Это были два старых товарища: Шерман Стоукс и Джон Рассел. Прошло уже много лет с тех пор, как они в последний раз сидели и пили пиво в этом пабе. Да, они находили время на редкие встречи в Лондоне, но в этом пабе в последний раз они были много лет назад.

– Как в старые добрые времена, – произнес Рассел, обращаясь к Шерману. – Как давно мы тут были в последний раз? А ведь раньше, вспомни, каждый вечер.

– Да, – согласился с ним Шерман, осматривая обои и декорации на стенах, – а тут тоже все поменялось.

– Жизнь идет, все меняется, – подытожил Рассел.

– Как дела? Что с твоими машинами? – спросил Шерман, отхлебнув пару глотков холодного пива.

Рассел ответил не сразу. Было видно, как трудно ему говорить обо всем этом. Он сделал пару глотков пива и произнес:

– После смерти Доналда, пока никак, – с грустью в голосе произнес Рассел. – Я подумываю даже над тем, что нужно продать фирму. Вот сейчас решил приехать сюда, подальше от всего этого. И Черети решила привезти, пусть отдохнет от всей этой городской суеты.

– Она тоже здесь? И как это она согласилась сюда приехать? – поинтересовался с удивлением Шерман. – Ей, насколько я помню, тут никогда не нравилось.

– Да, она городская штучка, – согласился Рассел. – Это я настоял, чтобы она со мной приехала. Но в этот раз она не особо спорила. А у тебя то как дела, Шерман? Как там твой брат, Обри?

Перед Шерманом в мыслях пролетели последние дни, проведенные с братом: Рождество, убийство Огастеса Мелтона, арест невиновной девушки, сумасшедший спиритический сеанс и, конечно же, положительный исход их совместного расследования.

– Мы недавно закончили одно расследование в Лондоне. Он блестяще справился! – воскликнул он с восторгом в голосе.

– Да, он у тебя с головой. Всегда смекалистый был, – согласился с Шерманом Рассел. – Я думаю, он будет как нельзя кстати, хорошо, что он приехал с тобой.

– Как нельзя кстати? – не понял Шерман. – Кстати, для чего?

– Об этом мало кто знает, – почти шепотом произнес Рассел, как будто боялся, что кто-то услышит их разговор.

– О чем мало кто знает? – недоумевая спросил Шерман. – Что за тайны?

– Об этом знают лишь я, моя Черети, местный коронер Барнеби Пэйдж и смотритель церкви Уильям Норрис. Сейчас мы поедем домой, и мы с Черети расскажем тебе обо всем. Но сразу скажу: вы с Обри приехали как нельзя кстати. Крепись, мой друг, в нашей деревушке поселилась смерть!

– Как это понять? – поинтересовался Шерман с заметным волнением в голосе.

– За последние несколько дней в Уолберсвике были зверски убиты две женщины, – объяснил Рассел. – Они были зарублены топором.

Уже была глухая ночь, но после фразы, произнесенной Джоном Расселом, Шерман, которого уже начинало слегка клонить в сон, вдруг встрепенулся. Взгляд его упал на окно, за которым бушевал вихрь и падал не останавливаясь снег.

– Зарублены топором! – воскликнул, все еще не веря своим ушам, Шерман. – Я думаю, нужно срочно рассказать обо всем Обри.

– Сейчас мы поедем ко мне домой, – произнес Рассел, опустошая свой бокал. – Там Черети ждет. Там все и обсудим, но одно ясно окончательно: в Уолберсвике появился маньяк. И, кажется, он не собирается останавливаться!

Глава 5

Обри берется за дело

Старый смотритель, под воздействием виски, рассказал Обри Стоуксу все то, о чем стоило бы помалкивать. Очень многие жители Лондона, выходя на пенсию, покупали здесь, в Уолберсвике, дома и доживали свой век в этой тихой и красивой деревушке. Так же поступили Чарла Максвелл и Энн Уорнер. Выйдя на пенсию, они решили сменить шумный и суетливый Лондон на тихие и спокойные пейзажи Уолберсвика. И первая, и вторая занимали большие и важные посты. Максвелл слыла очень успешным адвокатом, а Уорнер была судьей в Олд-Бейли. Обе эти женщины и подумать не могли, что в этой тихой глухой деревушке их ждет кошмар и страшная смерть. Именно они стали жертвами неизвестного маньяка. Чарлу убили во сне, двадцать первого декабря, она крепко спала, когда на нее обрушился роковой удар. Убийца разбил стекло и проник в дом, поднялся по ступенькам на второй этаж и, зайдя в спальню, нанес удар спящей жертве. Через десяток домов был расположен еще один особняк. Это был особняк Энн Уорнер, судьи из Лондона. Ее особняк был крепостью, туда проникнуть было сложнее: на окнах решетки, на дверях прочные замки и засовы. Ее убили двадцать четвертого декабря. На месте убийства в снегу, недалеко от дома Уорнер, была найдена крепкая веревка с треугольным крюком на конце. На верхнем этаже на окне не было решетки, лишь только железные ставни, которые, как оказалось, легко поддавались взлому. С помощью веревки убийца поднялся к окну, взломал ставни, скорее всего каким-то ломиком. Энн, видимо, проснулась, услышав шум. Во-первых, так проникнуть в дом, не наделав при этом шума, практически невозможно, а во-вторых, жильцы из соседних домов слышали, как лаяла собака. Судья успела подняться с кровати и даже надеть очки. Удар топором настиг ее в прихожей. Убийца покинул особняк через главные ворота. Свидетели утверждают, что в темноте невозможно было рассмотреть преступника. Единственное, что заметил один из соседей, это худощавое телосложение и маска лисы на лице. Неизвестный убийца скрылся в пучине ночи с топором в руках. Вот такие скудные сведения удалось выведать Обри у пьяного вдрызг смотрителя церкви.

– Ну хоть что-то есть для начала, – произнес Обри, потирая ладони. – Это уже интересно.

– Думаешь, справишься с этим делом, сынок? – промямлил нечленораздельно Норрис.

– У него маска лисы не спроста. Наверное, считает себя хитрым и неуловимым, ну ничего, я думаю, приму обличье волка.

– Ты волк? – улыбаясь произнес пьяный старик. – Ты и до енота то не дотягиваешь. Давай еще по одной?

Они со смотрителем выпили еще по одной рюмке. Уильям опрокинул голову назад; он, кажется, собирался засыпать. Последний глоток виски оказался для него точно лишним. Обри не был сильно пьян; он был еще в состоянии трезво мыслить. Маньяк ли это? Ведь не совпадение же, что убили именно адвоката и судью. Пусть и бывших. Нужно срочно связаться с Шерманом, надо понять, что их объединяло, этих женщин, что могло заставить человека с маской лисы убить их? Он поднялся со стула. Старик уже храпел с опрокинутой назад головой. Была непроглядная ночь, ярко пылала луна, и сильно падал снег. Обри с неуверенной походкой стал удаляться прочь от старика и церкви. Шерман Стоукс и Джон Рассел в это самое время закончили свою попойку в пабе «Грязный Бойд». Они собрались навестить жилище Рассела, чтобы Джон со своей женой поведали Шерману обо всем том, что Обри уже этой ночью узнал от старика из церкви.

Глава 6

Третья жертва

Друзья зашли в дом к Джону Расселу. В доме было необычайно уютно. В такие минуты понимаешь, что привлекает в Уолберсвик знаменитостей. Попадая внутрь этих домов, чувствуешь себя героем какого-нибудь романа из под пера Диксона или Бернарда Шоу. Рассел снял с себя пальто и несколько раз позвал Черети, но она не отозвалась.

– Спит, наверное, – предположил Джон и решил подняться вверх по ступенькам.

– Если спит, не стоит ее будить, – проговорил Шерман, чувствуя себя недостаточно комфортно. Не очень ему хотелось будить женщину посреди ночи.

Рассел поднялся к спальне и слегка постучал в дверь, ответа по-прежнему не было, он распахнул дверь и включил свет в спальне. Он стоял в проходе как вкопанный, Шерман не мог увидеть то, что увидел Рассел, но подозревал, что происходит что-то странное. Джон Рассел начал спускаться вниз по ступенькам, его лицо приобрело бледноватый оттенок кожи. Он смотрел на Шермана каким-то испуганным взглядом.

– Что происходит? – спросил, недоумевая, Шерман. – Что с Черети?

– У меня телефон не подключен. Тебе срочно нужно идти к моему соседу. Его зовут Брэнден Эллис, он живет через несколько домов от меня, найдешь, там такой дом с желтой калиткой, там один такой дом. Позвони от него коронеру Барнеби Пэйджу. Телефонная связь нарушена из-за снегопада, с Лондоном связи нет, но по деревне работает. Позвони ему. Черети мертва, зарублена топором. Поторопись, Шерман, я не в силах идти. Ноги подкашиваются.

– Боже мой, Джон, – промолвил Шерман, придя в себя, – я сейчас же вызову помощь.

Шерман положил упаковку полотенец, которые приобрел в пабе «Грязный Бойд», на небольшой столик в прихожей и тут же выскочил на улицу. Снег начинал идти все сильнее, но не замечая этого, он пробирался по снегу к дому Эллиса. Вот он уже увидел дом с желтой калиткой. Дальше все было как в тумане, телефонный звонок, полусонный голос коронера, которому Шерман пытался объяснить, что найдена новая жертва неизвестного маньяка. Коронер пообещал прийти как можно скорее, а пока Шерман знал одно, ему во что бы то ни стало нужно возвращаться к дому Рассела. Шерман понимал, что он там один со своей убитой женой. Возвращаясь к дому, к своему удивлению, недалеко от дома Рассела он увидел своего брата Обри.

– Обри! – воскликнул Шерман. – Ты что тут делаешь?

– Мама сказала, что ты с Расселом, – ответил он в ответ. – Думал найти тебя здесь. У нас тут интересное дельце намечается. Маньяк с топором, лисья маска, все такое.

– Как ты узнал обо всем этом? – удивленно произнес Шерман. – Хотя, ты всегда все узнаешь. Да, у нас, кажется, уже три жертвы.

– Три? – удивился Обри. – Я пока только о двух знаю.

– Зайдем в дом к Расселу, – пояснил Шерман. – Там еще одна жертва. Коронера я уже вызвал. Убита жена Джона Рассела, актриса Черети Рассел.

Глава 7

Место преступления

Попав в комнату, где произошло преступление, казалось, попадаешь на съемочную площадку фильма «Лифт в Террарию». По сценарию фильма молодая девушка заходит в лифт, находящийся в особняке своего дяди. Куда ведет этот лифт, никто не знал, потому что им никогда, никто не пользовался. Отправляясь в лифт, девушка попадала в волшебную страну, где на ее пути встречались различные персонажи: Тигр Агр-Пар-Агр, ворон Тур-па-Тур и железный лесоруб Три-пи-Тип. Она очень любила эту роль, это было ее любимое актерское воплощение. Джон очень любил ее и обустроил комнату персонажами из фильма. Здесь был и игрушечный тигр Агр-Пар-Агр, и ворон Тур-па-Тур. Он сидел на шкафу и благодаря механизму внутри себя время от времени каркал как настоящий. Возле кровати стоял макет железного лесоруба Три-пи-Типа – трехметровой копии персонажа из одноименного фильма. На этой же кровати и была убита Черети Рассел. Была убита во сне, так же как и первая жертва, адвокат Чарла Максвелл. В холле, после осмотра комнаты, находилось пять человек: Шерман и Обри Стоукс, коронер Барнеби Пэйдж, муж убитой Джон Рассел и психотерапевт Вернон Блэйк. Все пятеро только что зашли в дом, они были на улице и осматривали стены и окна, чтобы понять, как неизвестный убийца проник внутрь дома. Под окнами в снегу коронер Пэйдж обнаружил осколки от стекла, приподняв головы вверх, все пятеро увидели разбитое окно чердака.