# Коготь Василиска

Гордей Юнов

Обелиск Света, семигранный космический артефакт, созданный Творцом при создании мира, проснулся впервые с момента Сотворения. Мир (альтернативная Земля, где магия соседствует с прогрессом) больше не будет прежним. Трое избранных: Разрушитель, Защитник и Убийца вошли в мир, чтобы изменить его. Им предстоит сразиться за будущее Земли. Но разобраться, какие изменения кто из Избранных принесет в новый мир не так-то просто. У каждого из героев своя правда. К тому же им помогают, а иногда и противостоят, таинственные, магические существа, которым тоже не безразлична судьба мира.

## Коготь Василиска

Он возвышается здесь с момента Сотворения Мира.

Он так велик, что виден из любой точки Вселенной.

Его могут видеть все, но мало кто способен увидеть.

На семи черных непроницаемых для света гранях нет ни надписей, ни рисунков.

Те, кто застал Сотворение, знают,

что когда-нибудь придет время, и черные грани оживут.

Больше о нем ничего не известно. Он – Обелиск Света.

УВЕРТЮРА

Шахматная доска на мраморном столике, изящные резные фигуры. Величественная ротонда, наполненная утренним светом. Двое играют в древнюю игру.

– Что Вы хотите от меня услышать, о Великий Арбитр? – говорит седой крепкий мужчина солидного возраста в темно-лиловой мантии с серебряным отливом, передвигая белую пешку на клетку вперед. – Вы ведь отлично знаете, что Престол Магии мало интересуется проблемами Высших Сфер.

– Дорогой Верховный Магистр, не стоит прибедняться, – высокая, статная, изумительно красивая женщина без возраста в ослепительно-белом, роскошном платье с холодной улыбкой делает ход черным конем, – Вы ведь уже почувствовали изменения, происходящие в Мире. Престол Магии наверняка ощутил пробуждающуюся мощь. Маги и чародеи, которыми управляет Престол, я уверена, заметили, что энергия в их жилах возросла, и заклятья даются им с большей легкостью. Нам в Высших Сферах стало в последнее время не очень уютно из-за вновь возрастающей магической силы человечества. И мне, как Арбитру, поставленному Творцом следить за порядком в этом хрупком мире, не очень нравятся эти процессы. Я очень опасаюсь, что Великое Равновесие может быть нарушено.

– Я ведь уже заверил Вас, о Великая, что не знаю источника, из которого появилась новая сила, – качает головой мужчина, забирая пешкой слона. – Да, мы заметили очень тревожный факт: появилась энергия, которая растекается по миру, и нам не удается заключить ее в Хранилище. Я созывал Высший Совет Престола, но мы не смогли установить источника невиданной силы. Уважаемый Арбитр, я всего лишь человек, пусть и наделенный самой сильной на данный момент магической энергией в нашем Мире. Мне недоступны многие тайны Вселенной.

– Вы знаете об Обелиске Света? – спрашивает Арбитр, передвигая черного ферзя. – Вам шах.

– Конечно, я слышал о нем, – Магистр прикрывает белого короля ладьей, – но мой взор не способен проникнуть за те горизонты, откуда можно наблюдать это чудо.

– Я пригласила Вас на эту партию, чтобы кое-что сообщить, – прекрасная женщина, прищурившись, строго смотрит на собеседника. – Дело в том, что Обелиск Света проснулся… Это случилось впервые с момента Сотворения.

– Вот как? – мужчина-маг удивленно смотрит на собеседницу. – И что это значит? Конец Света?

– Ну, это вряд ли Конец, скорее Начало, – усмехается Арбитр.

– Мои знания об Обелиске Света крайне скудны, – человек качает седой головой, – я только слышал, что он как-то связан с Творцом и судьбами всего человечества.

– Обелиск для того и был создан Творцом на заре Мира, чтобы в нужное время сообщить человечеству, что пришло время, – красивая женщина забирает белую ладью, жертвуя ферзя.

– Время для чего? – Верховный Магистр забирает ферзя королем, принимая жертву.

– Время изменить Судьбу человечества, а возможно, и всего Мира, – легкая улыбка скользит по совершенным женским губам. – А вообще, это очень сложный вопрос, никто ничего в точности не знает. Это тайна Творца, которую он не соизволил поведать даже мне, когда принял решение оставить мир на моё попечение, а сам удалился в другие измерения.

– О Великая, если я не ошибаюсь, – мужчина с хитрым прищуром смотрит на красавицу, – это ведь всего второй случай в истории, когда Арбитр связался с представителем Низшей Сферы. Я второй человек, удостоенный аудиенции с теми, кто находится по другую сторону материальности.

– Да, это так, – яркий взгляд ослепительных, светлых глаз буквально пронзает собеседника. – В прошлый раз я вызывала Главу Престола сюда, чтобы обсудить вопрос создания Хранилища Магии.

– У вас тогда были серьезные основания полагать, что мои далекие предки могут нарушить Великое Равновесие, вмешиваясь в дела Творца.

– Да, ваши предки достигли в те времена великой мощи, они смогли изменить замысел Творца. Создав Хранилище, они смогли задержать в вашем Мире магическую энергию и прекратили ее отток. Но при этом они спасли и себя. По замыслу творца, к настоящему времени магическая энергия уже должна была уйти из этого Мира. Ваши предки, создавая Хранилище магической энергии использовали энергию Высших Сфер, задев в какой-то степени и наши интересы. Но мы тогда смогли договориться. Престол Магии смог представить, как мне тогда показалось, веские доказательства необходимости сохранения магии в этом Мире.

– И что это были за доказательства, если не секрет, о Великая? – искреннее любопытство звучит в голосе представителя Низшей Сферы бытия.

– Вы ведь всего второй в истории Верховный Магистр, обладающий даром Предвидения, -обнаженные красивые женские плечи чуть приподнимаются. – Обычно представители этой школы не очень сильны в магическом плане. Первым великим провидцем был именно тот, кто был удостоен аудиенции в прошлый раз. Магистр показал нам будущее человечества, будущее мира в том случае, если исчезнет контроль магов за происходящими процессами. Я согласилась с Престолом, что бесконтрольное развитие человечества приведет к катастрофе, и дала согласие на создание Хранилища магической энергии.

– Очень забавно, что сюда, в ваши владения, получили приглашение именно Прорицатели, – усмехается мужчина и передвигает белого короля на одну клетку.

– Это не случайно, – Арбитр забирает конем белую ладью. – Я думаю, Вы уже догадались, что мне нужно от вас.

– Хотите, чтобы я тоже взглянул, что нас ждет в будущем? – Верховный Магистр недоверчиво качает головой.

– Да, именно это требуется от Вас, – в голосе существа из Высших Сфер появляется металл. – Но прежде я хочу показать Вам то, что недоступно для Вашего взгляда.

– Неужели я увижу его? – брови мужчины удивленно взлетают вверх.

– Да, смотрите, – Арбитр протягивает вперед руку, и воздух над шахматной доской начинает клубиться. – Проснулась только одна грань Обелиска Света. Почему? Мы этого не знаем. Но это очень интересно…

Пространство между шахматистами разрывается, расползаясь в стороны, через туманную прореху вдали становится виден черный силуэт, формой напоминающий семя подсолнуха, но с более резкими и четкими гранями. Туман истончается, неведомая фигура приближается, растет, заслоняя всё пространство. Невидимая съемочная камера делает облет гигантского космического объекта, абсолютно черные грани сменяют друг друга. И вдруг вспыхивает яркое пламя, неистовый поток энергии готов прорваться даже сквозь нематериальный объектив камеры.

Маг Престола, испуганно отпрянув, качает головой: сквозь угольную черноту грани Обелиска Света прорываются ослепительно-яркие кроваво-красные полосы, образуя надпись на неизвестном человеку языке.

– Это написано на языке, известном только Творцу, – тихо произносит Арбитр, – ну и я этот язык немного знаю, так как существую еще с тех времен, когда создавался Мир. Я Вам могу перевести почти дословно… впрочем, постараюсь сохранить ритм и рифму.

Чуть прикрыв прекрасные глаза, великолепная женщина красивым, низким, тревожным голосом декламирует:

Я совсем оторвался от времени

Потерялся в потоках сознания,

От телесного грубого бремени

Отдалился мольбой отрицания.

Смыслы скрыты на фоне сомнения,

На пороге стою неизбежности,

И теперь не имеет значения,

Что стоит за границей безбрежности.

Час настал, Свет ворвался безжалостно,

Разрешив все проблемы вселенские.

Я проснулся. Звучит это пафосно,

Но причины для этого веские.

В пространстве ротонды как будто становится темнее из-за всполохов ослепительного сияния вырубленных светом рифмованных строк. Повисает длительное молчание.

Черная прореха над шахматной доской медленно начинает затягиваться. И вот ротонда вновь заполнена только нежным утренним светом.

– Эффектно, – человек наконец приходит в себя. – И что это означает? Что Вы хотите, чтобы я понял, о Великая?

– Вы увидели Обелиск, Магистр, – светлые глаза смотрят на мага строго, без намека на улыбку, – это даст толчок. Вы должны увидеть, что ждет нас всех, весь этот хрупкий мир, в будущем.

– Хорошо, я попробую, – мужчина немного обреченно качает головой. – Мне нужно сосредоточиться.

– Делайте, что считаете нужным, – прекрасные обнаженные плечи вновь взлетают вверх, – я не буду Вам мешать.

Магистр закрывает глаза, а Арбитр встает со своего места, отходит от столика к краю ротонды и смотрит на бескрайний воздушный океан, тянущийся к горизонту.

Проходит час. Наконец мужчина открывает глаза и устремляет взгляд на глубокий вырез белого платья. Прежде чем начать разговор, мужчина отмечает про себя, насколько прекрасна обнаженная спина этого неземного существа, обладающего безграничной мощью.

– О Великая, я видел… – произносит Магистр, смочив языком пересохшие губы. – Но увидел я не далекое будущее, а ближайшее время. Это должно случиться в течение этого года.

– И что же произойдет в этом году? – Арбитр разворачивается к собеседнику и, грациозно покачивая бедрами, направляется в его сторону, к шахматной доске.

– В наш мир придут Трое… – мужчина смотрит не в лицо приближающейся женщины, а на завораживающие движения изящной фигуры. – Избранные. Совсем скоро они будут зачаты: Защитник, Разрушитель, Убийца. От того, кто из них сможет со временем получить Дары Обелиска, зависит то, по какому пути пойдет этот мир.

– Дары? – женщина наклоняется над шахматной доской, не глядя на мужчину.

– Их будет семь, – Магистр не в силах оторвать взгляд от глубокого выреза платья наклонившейся женщины. – Пока Обелиск послал в наш Мир только первый Дар.

– И каковы же эти три пути, ожидающие наш Мир? – Арбитр по-прежнему задумчиво смотрит на доску.

– Я не смог их увидеть, они скрыты под черными гранями Обелиска, – мужчина, взяв волю в кулак, отводит взгляд от изумительных женских форм.

Магистр понимает, что перед ним всего лишь иллюзия, Арбитр в своем всемогуществе может принять любой облик, не обязательно человеческий. Человек вопросительно смотрит в задумчивые глаза существа, глядящие в никуда.

– Ну что ж, – прекрасная женщина выпрямляется и устремляет серьезный взор на мага, легкая улыбка играет при этом только на ее чувственных губах, – не будем торопить события. Избранные еще не родились. У нас есть время подготовиться… Кстати, Магистр, Вам через два хода мат, так что эту партию можно считать законченной.

– Поздравляю, Вы играете лучше меня, – мужчина грустно качает головой. – У Вас еще есть ко мне какие-то предложения?

– Нет, – лучезарная улыбка появляется в светлых глазах неземного существа, – аудиенция закончена. Портал в главный зал Престола за Вашей спиной. Прощайте, Магистр.

Фигура мага растворяется в мерцании портала, а Арбитр еще несколько минут стоит, с задумчивой улыбкой глядя перед собой.

– Ну что ж, Творец, похоже, ты решил вернуться, – наконец жарко шепчут чувственные губы. – Ты уверен, что люди ждут твоего пришествия? Ты многое пропустил, очень большие сюрпризы ждут тебя здесь, в созданном когда-то тобой Мире. Я, в отличие от тебя, буду готова к нашей долгожданной встрече.

## Глава 1

Хорошо утрамбованная широкая грунтовая дорога выбегала из густого леса. На огромной березе, одиноко стоящей почти у самой трассы на границе темно-зеленых зарослей и уходящего к горизонту изумрудного поля, сидело удивительное существо. При беглом взгляде могло показаться, что на ветке сидит самый обычный дятел, но при этом сразу бросались в глаза чересчур большие габариты птицы: она была размером с орла. Да и крылья у существа были вовсе не птичьими. Два черных кожаных, вовсе без перьев, крыла заканчивались маленькими цепкими пальчиками.

Удивительная то ли птица, то ли гигантская летучая мышь, сидя на толстой ветке березы, с интересом смотрела в сторону сомкнутых крон огромных елей и прислушивалась. Со стороны выбегающей из леса дороги доносилось громкое урчание. Звук явно принадлежал не зверю, и рокот стремительно нарастал, приближался… И вот из тени вековых деревьев на простор вылетела большая металлическая повозка.

Любопытное существо, сидящее на березе, знало, что это за транспортное средство. Хотя в этих далеких от больших городов краях легковой автомобиль встретить можно было в исключительных случаях, но всё же иногда кто-то из знатных городских вельмож наведывался в эти забытые Творцом места. Автомобили для людей были, скорее, роскошью, чем обыденным средством передвижения, поэтому встретить их на проселочном тракте, ведущем в сторону далекого села на восточной границе Тверского княжества, можно было нечасто.

Загадочное существо, помесь дятла и летучей мыши, некоторое время внимательно следило за механической повозкой. Оно заметило, что внутри машины находится четыре человека, но толком рассмотреть их дятлыш не успел, так как автомобиль быстро промчался мимо и вскоре скрылся вдали в густых клубах поднятой им дорожной пыли.

Дятлыш расправил кожистые крылья, смешно пошевелил маленькими, почти человеческими, пальчиками и грузно спрыгнул с ветки. Но существо не упало на землю: два мощных взмаха, и крылья подняли волшебное существо вверх. Используя восходящие потоки магической энергии и лишь изредка используя по назначению кожаные конечности, дятлыш поднялся над полем и, сделав плавный вираж, быстро заскользил над самыми верхушками темных елей вглубь вековечного леса.

Большой автомобиль с людьми внутри продолжал мчаться через поля. За рулем сидела женщина лет сорока, хорошо сложенная, симпатичная, с длинными светло-русыми волосами, завязанными сзади хвостом.

– Мама, а ты дорогу хорошо знаешь? – спросила у женщины голубоглазая девочка лет тринадцати, сидящая на соседнем с водительским кресле. – Мы ведь на машине ни разу к деду не ездили.

– А какая разница, на машине или в повозке? – усмехнулась легкой улыбкой мама девочки, внимательно глядя перед собой в ветровое стекло. – Дорога здесь в деревню одна, мимо не проедем, Оленька. Еще верст десять, и будет поворот к реке, там уже совсем близко до Хорошевки будет.

– Дед нас, наверное, не ждет, – мечтательно произнесла девочка Оля, отбрасывая с глаз непослушную челку такого же цвета, как и у мамы. – Мы уже почти два года у него не были.

– А может, он уже помер? – раздался с заднего сидения немного ворчливый голос. – Ему ведь уже за девяносто.

– Данила, не говори ерунды, – нахмурилась женщина за рулем, – дедушка Панкрат жив и здоров. В прошлом месяце к нам в Тверь приезжали из деревни на ярмарку сельчане, привет от него передавали. И он нас, кстати, ждет, я весточку послала, что мы приедем к нему в конце великого травня.

– Я люблю своего прадеда, – Данила, крепкий коренастый парень, повернул широкое улыбающееся лицо к сидящему рядом с ним пассажиру, – Мишка, уверен, он тебе тоже понравится. Он хоть и старый, но прикольный, много знает. Не по книгам, грамоте он не обучен, а так, по жизни. Я в детстве любил слушать его рассказы о далеких землях, о лесах, горах.

– А он что много путешествовал? – удивленно спросил Михаил.

– Он избороздил в молодости все леса на севере и востоке, – Данила многозначительно улыбнулся. – Добирался до Студеного моря и до Большого Камня доходил.

– Так ведь люди там почти не живут, – покачал головой Миша.

– А деду Панкрату люди и не нужны. Он охотником был и просто любил открывать новые места. Непоседой был.

Данила замолчал, разглядывая пробегающий мимо пейзаж. Машина вновь въехала под сень огромных деревьев, дорога дальше опять шла через лес. А Михаил прикрыл глаза, откинулся на спинку кресла и задумался о том, как он оказался вдали от родной Твери, и почему едет на целое лето в незнакомое место с людьми, которых знает всего-то полгода.

Миша впервые ехал в деревню,хорошо знакомую его спутникам. Прошло чуть меньше полугода, как его отец, Главный Воевода Тверского княжества, женился во второй раз. Новая жена Ильи-Воеводы Марфа родилась много лет назад в далеком селе на границе Тверского и Владимирского княжеств, и вот теперь Михаил ехал на родину мачехи, к ее деду.

Михаил долго отказывался покидать столицу княжества, он совершенно не хотел уезжать из родной Твери, из большого, комфортабельного особняка, расположенного рядом с княжеским дворцом, но отец был непреклонен. Парню осенью должно было исполниться девятнадцать, нужно было выбирать жизненный путь, а по проторенной отцом военной дорожке Миша идти не хотел. Хотя парень был хорошо физически развит, отлично владел не только оружием, но и рукопашным боем, но битвы и сражения его не привлекали. Он вообще никак не мог определиться, чем собирается заняться во взрослой жизни. Вот Воевода Илья и принял волевое решение: пусть сынок поживет несколько месяцев вдали от роскоши и столичных соблазнов, наберется немного житейского ума у простых селян. Кроме того, Илья видел, что сын так и не смог окончательно прийти в себя после того, как год назад умерла первая жена Воеводы, мать Михаила. Отец очень надеялся, что смена обстановки повлияет на сына положительно.

С новой женой отца Марфой у парня были очень натянутые отношения, они редко разговаривали, а вот с ее детьми Данилой и Олечкой Миша как-то быстро сошелся. Это случилось во многом благодаря умению Данилы находить общий язык со всеми. Сын Марфы был очень открытым, общительным и веселым человеком, умел дружить, и люди к нему тянулись, чувствуя добрый и заботливый характер парня. Сказалось и то, что молодые люди были почти ровесниками, Миша был всего на три месяца старше сводного брата. Данила очень любил сестренку, опекал ее, и, разумеется, так получилось, что Оля стала быстро близкой подругой и для Миши.

Размышляя о том, что произошло в последние дни, Михаил лишь смутно почувствовал, как машина под управлением Марфы свернула с большого тракта. Скорость значительно упала, стало сильнее трясти на неровностях менее утрамбованной дороги, но молодой человек продолжал находиться в полудреме, погруженный в свои мысли.

– Почти приехали, – услышал парень девичий голосок с переднего сидения.

– Минут двадцать еще, и мы на месте, – ответила Марфа дочери.

– Ну и вовсе не на месте, – хмыкнул рядом с Мишей Данила, – там еще пешком через деревню топать, потом вброд через реку.

– Ага, прям так далеко топать, – укорила старшего брата сестра, – там рядом совсем. Миша, ты Даню не слушай, он тебе еще и не такого про деревню наговорит.

– Мам, осторожно! – громкий вскрик Данилы выдернул сводного брата из дремы на поверхность, и Михаил удивленно распахнул глаза, пытаясь понять, что случилось и откуда исходит опасность.

Марфа затормозила не сразу после окрика сына, машина проехала еще метров тридцать.

– Ты что орешь? – женщина бросила руль заглохшего автомобиля и, вывернув назад шею, сердито посмотрела на сына.

– Мам, ты его переехала, – Ольга широко распахнутыми, испуганными глазами смотрела на мать. – Надо пойти посмотреть.

– Кого переехала, дочка? Ты в своем уме?

– Только я что-то его не вижу, – Данила, отвернувшись от Марфы, встал коленями на сидение и посмотрел в заднее окно, – но он точно был у нас перед самым носом.

– А кто был-то? – спросил Миша, ничего не понимая. – Я ничего не видел.

– Странно, но я тоже никого не видела, хотя глаза у меня были открыты во всю ширь, – сказала Марфа, нахмурившись, и открыла дверь автомобиля.

Женщина вышла из машины, обошла ее и остановилась позади, удивленно глядя по сторонам. Дети тоже высыпали наружу. Данила удивленно заглянул под колеса, но нигде никого не было видно, дорога была пуста.

– Ну, дети, и что это было? – обратилась Марфа к сыну и дочке. – Что вы видели?

– Я видел перед самым носом машины человека в черном плаще и шляпе, – уверенно заявил Данила, – только он совершенно не собирался уворачиваться от нас.

– Да, и я тоже видела черного человека в шляпе, мама, – поддержала Оля брата.

– Человек не мог испариться, – Марфа укоризненно посмотрела на детей, – а здесь никого нет. Куда он, по-вашему, мог деться? Кроме того, если бы мы врезались в человека, был бы удар, но что-то я никакого столкновения не почувствовала.

Женщина вновь обошла машину и внимательно осмотрела ее спереди.

– А что это такое? – Данила, проследовав за матерью, наклонился к самому бамперу и провел рукой по решетке радиатора, на которой четко прорисовывалось темное пятно.

– Странно, – Марфа указательным пальцем тоже потерла радиатор, а потом поднесла руку к лицу и даже понюхала темно-серую пыль, оставшуюся на тонком, наманикюренном пальце. – Это на пепел похоже, или золу.

– Ага, мам, ты пепельное привидение переехала, – усмехнулась стоящая рядом Оля, – ладно поехали дальше, нет тут никого. Нам с Даней, наверное, привиделся этот черный человек, может, солнечный свет так отразился от чего-нибудь.

После этого странного происшествия до деревни Хорошевки семья добралась без приключений. Марфа остановила машину около сельской лавки. Пустынная ухабистая дорога шла и дальше к реке, но без риска разломать подвеску дальше было не проехать. Мать с детьми и пасынком вышла из автомобиля.

– О, Марфуша, с приездом, сестрица, – на пороге деревенского магазинчика появилась большая круглая улыбающаяся женщина, цветастый фартук прикрывал ее необъятную грудь.

– Привет, Зорянка, – Марфа изобразила на лице доброжелательную улыбку, но всё же было заметно, что сделала она это через силу. – Как тут у вас? Всё тихо, как всегда? Чужаков нету?

– Ну-у, почти, – продавщица задумчиво посмотрела в сторону реки, за которой располагалась вторая часть деревни, цель поездки Марфиного семейства. – На вашем берегу в избу напротив твоего деда Панкрата зимой новые жильцы въехали.

– Это которая заброшенная много лет стояла? – переспросила Марфа. – Тетки Пелагии изба?

– Она самая, – усмехнулась Зоряна. – Так что соседи у вас новые будут. Надолго ли пожаловала, сестричка?

– Да я-то всего на один день приехала, потомство оставлю деду, а сама назад, – усмехнулась Марфа. – Дела у меня в городе, да и мужа одного не хочу надолго оставлять. А что за новые соседи, что за люди?

– Странные немного, – покачала продавщица головой, – Женщина и мужчина, но явно не муж и жена. У меня на это дело глаз наметан. Мне кажется, это Полины-Знахарки конкуренты, веет от них чем-то потусторонним, особенно от женщины.

– Чародеи, что ли? – Марфа недовольно посмотрела в сторону реки.

– Может, чародеи, а может, чудины, – поглаживая себя по округлым бокам, Зоряна улыбнулась несколько зловеще. – Кто их разберет. Живут вроде как люди, ничего странного за ними не наблюдается, но я чую…

Марфа продолжала перебрасываться репликами со своей двоюродной сестрой, а сводные братья тем временем достали из багажника машины рюкзаки и сумки. Оля тоже пыталась помогать старшим.

– Тут в деревне у нас много родственников, – сказал Данила брату, забрасывая за спину самый большой рюкзак. – Только все уже в возрасте. Тетка Зоряна, наверное, самая младшая из наших. Все, кто помоложе, в города давно разъехались.

– Странно, если в деревне чародеи появились, – Миша почесал согнутым указательным пальцем нос, – они обычно только в крупных городах обитают.

– Не, не верю я, что это чародеи, – улыбнулся Данила. – Скорее всё-таки чудины. Они-то как раз всегда стараются держаться подальше от скопления людей.

– Данила, а что это за Полина, которую твоя тетка упомянула? – поинтересовался Миша, помогая Оле надеть маленький рюкзачок.

– А, это знахарка местная, лечит животных домашних, да и людей тоже исцеляет, – пояснил брат, – чародеев-то тут днем с огнем не сыщешь, а заболевшим людям помощь требуется. Живет Полина около леса за деревней на отшибе с мужем и дочкой. Полина-то как раз чудинка и есть, очень крутая тетка, с духами животных общается, может не дышать долгое время.

– Плавун, выходит?

– Я в научных терминах плохо разбираюсь. Наверное, плавун.

– Мам, ты долго там болтать будешь? – поправляя на худеньких плечиках рюкзак, позвала Оля, которой надоело слушать заумные разговоры братьев. – Пойдем уже.

Через пять минут семейство подошло к переправе через речку, разделяющую деревню Хорошевку на две неравные части. Та часть, что за рекой, была значительно меньше и более заброшенной.

– Навье, – в сердцах воскликнула Марфа, увидев широкую водную преграду. – Я забыла, что сейчас великий травень, вода поднялась. Разлив. Вброд не перейдем. И Зорянка, затетеха, не напомнила, чтоб ей пусто было, сестрица называется.

– Мам, хватит ругаться, успокойся, – с легкой, снисходительной улыбкой глядя на мать, покачал головой Данила. – Вон там смотри, лодка у берега привязана. Думаю, она здесь специально для гостей причалена. Переправимся на тот берег в лучшем виде.

Приличного размера плоскодонка была привязана веревкой к небольшому металлическому колышку. Лодка была сухой и просторной. Парни разместили на дне поклажу, и мама с дочкой вполне удобно расположились на корме.

– Садись на носу, я погребу, – Данила махнул рукой брату, – мне привычнее, ты небось в городе и не плавал на таких посудинах.

– Ну почему же, по Волге приходилось плавать на разных лодках, – пожав плечами, Миша не стал упорствовать в борьбе за звание лучшего гребца и сел на узкую доску впереди.

Из-за весеннего разлива обычно быстрое течение речушки было значительно более спокойным и плавным, и Данила без труда привел плоскодонку к противоположному берегу. Вскоре семья входила через раскрытую калитку во двор старого, немного покосившегося деревянного дома. Седой, когда-то очень высокий, а теперь сгорбленный старик встречал их. Радостная улыбка пряталась в густой белой растительности на лице деда Панкрата.

Радостная встреча, обнимания… Прадеду был представлен новый член семьи… За ужином Михаил почти не слушал, о чем говорят родственники. Они вспоминали былые дни, мелькали отрывки детских воспоминаний Данилы, Оли и даже Марфы. Имена ушедших в мир духов родственников и знакомых ничего не говорили молодому человеку, он просто отдыхал и ни о чем не думал.


Вечером перед сном Миша вышел во двор. Мачеха стояла у забора и смотрела куда-то в конец деревни.

– Мечтаешь, Марфа? – спросил парень. Мачеха с первой встречи просила называть ее по имени и на ты, но сегодня Михаил впервые так обратился к женщине. До этого он очень изобретательно умудрялся никак не называть новую жену отца.

– Да вот воспоминания нахлынули, Мишенька, – Марфа грустно покачала головой. – Я ведь уехала отсюда еще совсем девчонкой. Мой отец удачно приподнялся на поставке древесины для создаваемого в то время княжеского флота. Разбогател, уехал отсюда, заделался в Твери уважаемым купцом… Потом, когда у меня родился Данила, мы перебрались во Владимир… Я, конечно, периодически приезжала к бабушке и дедушке погостить, но в последние годы делала это очень редко. Это место ведь очень необычно.

– И что же в нем такого необычного? – удивился молодой человек.

– Я ведь простой человек, не чародейка, не чудинка, – легкая улыбка чуть тронула красивые женские губы, – но я всегда чувствовала, что где-то здесь проходит какая-то граница. Вот там, за рекой, где мы оставили машину, один мир, он обычный, я там ничего особого не ощущаю, а тут, по эту сторону водного потока, как будто совсем другой мир.

– А ты точно не чудинка? – Миша потер нос согнутым пальцем. – Это они, обычно, чувствуют связь с миром духов, ощущают потоки энергии, которые недоступны ни простому человеку, ни даже чародею.

– Если бы я была чудинка, я бы уже давно это поняла, – Марфа усмехнулась и дотронулась рукой до плеча пасынка. – Инициация обычно происходит в начальный период после полового созревания, иногда чуть позже, но у меня двое почти взрослых детей, я уже давно перешагнула самый верхний порог. Я думаю, если ты тут поживешь какое-то время, то тоже почувствуешь особенность этих мест. Впрочем, вполне возможно, это просто так действует покой и удаленность нашей деревни от очагов цивилизации. Ведь если пойти отсюда вдоль реки на северо-восток, то на многие тысячи верст не встретишь ни одного людского поселения. Только охотники, такие как мой дед, ходили в те места, где Мир теряет свои реальные очертания.

– Я чувствую, ты жалеешь о том, что когда-то покинула это место, – парень задумчиво посмотрел в глаза мачехи и заметил, что они повлажнели.

– Знаешь, у меня какое-то странное предчувствие, – Марфа отвела взгляд от вопрошающих глаз пасынка и встряхнула головой. – Мне кажется, что-то назревает. Я не провидица, но мне как-то немного неуютно стало сегодня. Сюда никто никогда раньше не приезжал, на протяжении десятков лет люди только уезжали… или умирали. Зачем кто-то поселился в том доме за дорогой?

Марфа вновь повернулась к забору, и Миша проследил за ее взглядом, направленным на совершенно обычную избу, которую скрывала наступающая темнота ночи. Дом был даже чуть больше, чем тот, в котором жил дед Панкрат, и выглядел он значительно опрятнее и новее.

– Больше тридцати лет дом стоял пустой, никому не нужный после смерти тетки Пелагии, – продолжила женщина, – и вдруг он кому-то понадобился, хотя в деревне есть и еще пустующие дома, даже более новые.

– Света почему-то в окнах нет, – Миша внимательно вглядывался в дом за дорогой.

– В деревне люди рано ложатся спать, – Марфа слегка пожала плечами. – Уже стемнело, а электричество сюда так и не провели. Далековато наша деревня расположена от городов. Новые хозяева, наверное, уже легли, чтобы пораньше завтра встать. Нам тоже пора отдохнуть. Я завтра днем уеду…

Женщина сделала шаг к дому, но потом остановилась и внимательно посмотрела в глаза пасынка.

– Миша, ты не обидишься, если я тебя попрошу кое о чем?

– Нет, а чего мне обижаться, – парень неопределенно пожал плечами.

– Присмотри, пожалуйста, за Олей. Я отлично понимаю, что Даня очень любит сестру и не даст ее никому в обиду, но… Именно из-за того, что он ее так любит, он потакает ей во всем. Оля вертит братом, как захочет, она может вовлечь его в какие-нибудь небезопасные игры. Ты попридержи, пожалуйста, их, если они совсем уж начнут что-то вытворять… неразумное.

– Да где тут что вытворять? – Миша с удивлением покачал головой и огляделся. – Здесь так тихо и спокойно, я даже еще ни одного человека в деревне не видел, ну кроме продавщицы у магазина. Тут и похулиганить-то негде.

– Оленька найдет, – Марфа с усмешкой посмотрела на пасынка. – Так что, Миша, будь другом, побудь громоотводом, чтобы искры особо не летели по деревне.

– Хорошо, Марфа, я постараюсь, – кивнул с некоторой неохотой парень.

– Спасибо, Миша. Спокойной ночи, я пойду спать.

– Да, ты иди, а я еще немного воздухом подышу.

Мачеха ушла в дом, а Михаил вышел за калитку и осмотрелся по сторонам. В вечерних сумерках спящая деревня казалась загадочной и окутанной тайной. Почему такие мысли пришли ему в голову, парень не совсем понимал, может быть, слова Марфы о необычности этого места, о бескрайних лесах, тянущихся от деревни куда-то на северо-восток, дали о себе знать. И еще странное происшествие на дороге нагоняло мистической загадочности. Миша не видел черного человека, о котором говорили брат и сестра, он открыл глаза, когда машина уже проехала место предполагаемого столкновения. Если Даниле и Оле всё померещилось, то что за пепельное пятно осталось на радиаторе автомобиля? У магазина, пока Марфа разговаривала с двоюродной сестрой, а Данила разбирал вещи в багажнике, Миша специально еще раз проверил, пятно никуда не делось. Что-то оставило след из темной золы на радиаторе… но не на выступающем вперед бампере.

– Доброй ночи, – раздался рядом с парнем низкий мужской голос. Увлекшись своими мыслями, Михаил не заметил, как кто-то в наступающей темноте подошел к нему.

Это был высокий, светловолосый мужчина, уже не очень молодой, но во всем его облике чувствовалась огромная мужская сила. Перед Мишей стоял воин, может быть уже и отошедший от дел, но не потерявший выправки и уверенности в своих силах.

– Доброй ночи, – парень внимательно посмотрел в светло-серые глаза незнакомца, – меня Миша зовут, я тут с братом и сестрой всё лето буду жить у деда Панкрата.

– Меня Стоян, – мужчина улыбнулся, показав ряд ровных белых зубов, – я живу напротив, с зимы уже живу. Будем соседями. Я с прогулки вот возвращался, смотрю, ты стоишь, решил познакомиться.

– Очень приятно, – Миша пожал протянутую крепкую мужскую руку, – Вы первый, с кем я здесь познакомился.

– А здесь почти никого больше и нет, – Стоян усмехнулся и широко развел руками, – деревни постепенно вымирают, к сожалению. Города растут, фабрик понастроили, нужны рабочие руки. Молодежь тянется туда, где можно заработать, в деревнях старики остаются. Ладно, Миша, пойду и я лягу спать пораньше, как здесь принято. До встречи, рад знакомству.

Мужчина сделал пару шагов в сторону своего дома, и Миша тут же потерял его из виду. Стоян просто растворился в вечернем сумраке. Через несколько секунд парень услышал, как в ночной тишине скрипнула дверь дома за дорогой. Свет в избе так и не зажегся, и Миша, постояв еще немного, пошел спать.

## Глава 2

На следующий день ближе к вечеру дети проводили Марфу к машине, и женщина уехала к мужу домой в Тверь. На целых три месяца молодежь оставалась на свободе без родительской опеки: старого дедушку они в расчет не брали. Хотя молодые люди и понимали, что какие-то особые развлечения в этой глухомани найти будет сложно, но всё же они были вольны, как ветер, и могли делать всё, что хотели.

Самое притягательное место в деревне и ее окрестностях для городского парня Миши было у реки. Мелеча почти круглый год представляла из себя мелкую, быструю, петляющую среди лугов речушку. Но сейчас, в конце великого травня, после таяния снегов, она разлилась, в некоторых местах выйдя из берегов и затопив низкие пойменные луга. Но в районе Хорошевки были места, где высокие крутые берега частично удерживали Мелечу в русле. Мише очень понравилось сидеть чуть в стороне от деревни почти у самой воды на крутогоре и мечтать. Пока Данила помогал деду по хозяйству, приводил в порядок требующую ремонта избу, а Оля бегала где-то по заброшенным деревенским огородам, Михаил наслаждался тишиной и красотой дивного, безлюдного места.

На третий день после отъезда Марфы парень вот так и сидел у реки и мечтал о том, что когда-нибудь что-нибудь, может быть, изменится в его жизни. Но это будет еще не скоро… когда лето закончится.

Когда кто-то появился со стороны деревни у парня за спиной, Мишино чуткое ухо уловило это сразу. Он немного напрягся, но резко реагировать не стал. Кто-то неизвестный постоял некоторое время сзади, по-видимому, о чем-то раздумывая, а потом подошел ближе.

– Здравствуй, – раздался приятный женский голос, – не помешаю?

Миша посмотрел чуть назад и в сторону, там стояла светловолосая женщина в ослепительно-белом, совсем не деревенском платье, симпатичная, неопределенного возраста. Ей можно было дать и тридцать, и пятьдесят лет. Смотрела на парня она с живым интересом, Мишу поразили ее большие глаза неестественного фиолетового оттенка.

– Нет, совсем не помешаете, – сказал молодой человек, с любопытством разглядывая незнакомку. Что-то в ней было необычным, не таким, как у всех других знакомых парню женщин, только что в этой даме было не так, он никак не мог понять.

– Ты ведь Миша, сын Ильи, Тверского Воеводы, – не спросила, а констатировала женщина, – а меня зовут Лада, я живу в доме напротив тебя.

– А, понятно, – кивнул парень, и его взгляд стал чуть более напряженным. – Вы живете с тем сильным мужчиной, Стояном. Я ему сказал, как меня зовут, но про отца я ничего не говорил.

– Я знаю, что Панкрат – дед Марфы, новой жены Тверского Воеводы, – легкая улыбка проскользнула по губам Лады. – Я провела небольшой анализ увиденного и услышанного и поняла, что ты не сын Марфы, значит, ты ее пасынок.

Пару минут Миша сидел, задумчиво глядя на белое платье.

– Вы очень проницательны, – наконец произнес парень, переведя взгляд с платья на необычного цвета глаза. – Но я тоже кое-что умею. Я думаю, Вы чародейка. Это так?

Говорил Михаил наугад, следуя за своим видением необычности этой женщины.

– Да, ты не ошибся, – Лада сделала пару шагов, подошла к парню совсем близко, но не села на траву, а осталась стоять рядом, глядя на воду. – Я окончила магическую академию, работала врачевательницей в Рязанском княжестве… Теперь вот здесь живу…

– Насколько я знаю, чародеи предпочитают большие города, – Миша недоверчиво покачал головой. – К тому же здесь есть своя местная знахарка, как я слышал. Что занесло Вас в этот безлюдный уголок? Вы явно приехали сюда не людей лечить.

Теперь несколько минут молчала женщина, задумчиво глядя вдаль за реку.

– Не буду лгать, – наконец вздохнула чародейка, – лечить я никого не собираюсь. Меня здесь ждет одно важное дело, о котором я тебе ничего сказать не могу. Придет время, и я займусь этой работой, а пока я тут просто отдыхаю. Мне нравится местная природа, я часто прихожу сюда на берег. Здесь так тихо, спокойно, это так не похоже на суету больших городов.

– Интересно, какое важное дело может быть в этой дыре? – удивился Михаил. – Тут и народу-то нет совсем.

– Люди для моего дела не важны, – женщина с ласковой улыбкой посмотрела на парня, – я должна буду встретить одно удивительное, необычное явление, понаблюдать за ним. Думаю, это будет очень интересно.

– Природное явление? – усмехнулся парень.

– Можно сказать и так, – улыбка женщины стала озорной, – всё вокруг нас связано с природой.

Миша понимал, что Лада явно не хочет говорить всё, что думает. Чародейка вроде бы откровенно отвечала на вопросы, но смысл её ответов уводил в сторону от истины. Впрочем, парень знавал в Твери нескольких чародеев, и они в основном так себя всегда и вели, любили напустить на себя значимости и загадочности. Михаилу показалось, что женщине что-то от него надо, но она пока присматривалась к нему, не торопила события.

– Вы очень странная чародейка, я таких раньше не встречал… – покачал головой Михаил и перевел разговор на другую тему. – И Ваш друг тоже очень странный. Он так внезапно пропал после нашего разговора, будто растворился…

– Ну, со Стояном всё просто, – Лада продолжала с улыбкой смотреть на сидящего парня, – он чудин, прыгун.

– А, я слышал о таких. Они умеют телепортироваться… Отличная способность, если хочешь от кого-то скрыться.

Лада сделала шаг к самой воде и стала внимательно вглядываться в расстилающееся за рекой пространство: противоположный берег был ниже и Мелеча частично затопила там луга, лишь кое-где над водной гладью возвышались зеленые, покрытые травой и редкими кустиками островки.

– Да, хорошее умение, – задумчиво проговорила чародейка, – но я думаю, ты знаешь, что чудинам требуется много времени, чтобы восстановить способность после применения. Стоян не полагается на телепортирование, он очень тренированный человек и умеет пользоваться развитыми долгим трудом качествами сильного и ловкого человеческого тела.

– Мой отец тоже очень сильный, тренированный человек, он воин, – тяжело вздохнул Михаил, – а я вот так и не решился пойти по его стопам. Мне кажется, я никогда не смогу стать таким, как он, а быть где-то в середке строя, такая судьба меня не привлекает.

– Ты еще молод и не нашел своего предназначения, – Лада повернулась к парню, ее улыбка была нежной, почти материнской. – Я уверена, что скоро очень многое поменяется в твоей жизни.

– Почему Вы так думаете? – Миша нахмурился, загадочные слова женщины не очень ему понравились.

– Много необычного и непонятного происходит в последнее время, Мишенька, что-то назревает, – фиолетовые глаза женщины внимательно смотрели на молодого человека. – Когда твоя мачеха везла вас сюда на вашей дорогущей машине, ты видел что-нибудь необычное?

– Я не видел, Данила с Олей что-то видели, – вспомнил Миша происшествие на дороге. – Я дремал.

– И что это было?

– Они сказали, что машина наехала на какого-то человека, – парень очень скептически усмехнулся. – Марфа ничего не видела, я тоже подумал, что ребятам привиделось, но… какой-то странный пепельный след на радиаторе машины всё же остался. А откуда Вы знаете о том, что на дороге что-то случилось? Вас там вроде бы не было.

– Нет, меня там не было, – Лада отрицательно покачала головой, а на лицо ее вновь вернулась мягкая улыбка. – Но я тоже видела то, что видели твои брат и сестра, причем за последний месяц я наблюдала это явление уже несколько раз.

– Черный человек в шляпе?

– Да, я несколько раз встречала в окрестностях деревни призрачного человека в черном плаще и шляпе, – кивнула чародейка. – Это очень необычное существо, оно кажется страшным на вид, но я чувствую, что в нем нет зла. Оно явно что-то ищет… или ждет чего-то. Может, даже того же, что и я…

– Если Вас не было там на дороге, откуда Вы знаете, что там было это черное существо? – взгляд Миши наполнился подозрением.

– Стоян был там, он ждал вас. Мне по чародейским каналам связи сообщили из города, что Марфа с детьми поехала в деревню, попросили проследить, чтобы с семьей Воеводы не произошло никаких эксцессов вдали от столицы. Стоян видел, как вы проехали сквозь тень… Теперь я знаю, что черный человек не совсем материален.

– И кто же попросил Вас последить за нами? – подозрение оставалось во взгляде парня.

– Маг Миромир, Консул Престола Магов, – Лада пожала плечами.

– Фактический, типа тайный, правитель княжества, – усмехнулся Михаил. – Видел я его. Сноб, каких еще поискать. Зачем ему заботиться о семье Воеводы?

– Вот об этом он меня не соизволил поставить в известность, – чародейка тоже усмехнулась, отчего ее ласковое лицо сразу приобрело несколько зловещее выражение. – Я получила приказ, выполнила его, доложила по каналу связи, что Марфа с детьми благополучно добралась до места. Если тебя что-то еще интересует, ничего другого я тебе не скажу: других приказов от Консула я не получала.

Покачав головой, Лада отвернулась от сидящего парня и вновь устремила взгляд за реку.

– Кстати, на ловца и зверь бежит, – вырвался из уст женщины несколько зловещий смешок. – Полюбуйся… если, конечно, ты в состоянии его увидеть… не у всех ведь получается.

Миша посмотрел на противоположный берег реки, куда указывала рука Лады. Черный человек стоял на вершине ближайшего из незатопленных пригорков и смотрел в их сторону. Дневные солнечные лучи освещали черную фигуру, и создавалось ощущение, что свет затягивается внутрь человека, поглощается им. Мрачный, угольно-черный силуэт совсем не отбрасывал тени. Плащ его как будто клубился черным дымом, окутывая и скрывая фигуру, было даже непонятно мужчина это или женщина, черная шляпа с широкими полями была надвинута на глаза, и невозможно было разглядеть под ней ничего, на месте лица была густая чернота.

Миша поднялся на ноги и подошел к чародейке, глядя за реку. Черный человек, постояв немного, наблюдая за женщиной и парнем на другом берегу, неспешно развернулся, сделал пару шагов и растворился в солнечных лучах.

– Ну, ты видел? – Лада искоса посмотрела на стоящего рядом парня.

– Кто он всё-таки такой? – спросил Миша. – Что ему от нас надо? Почему его не видела Марфа?

– Не знаю, Миша, – чародейка грустно покачала головой, – я не могу ответить на твои вопросы. У меня есть некоторые подозрения, но это только мои предположения, точно я не могу ничего сказать. Но уверена, скоро я всё узнаю.

– А Стоян не может поймать этого странное существо? – поинтересовался молодой человек.

– Стоян пробовал приблизиться к нему, даже использовал свою телепортацию, но это существо очень осторожно, к тому же я подозреваю, что наш наблюдатель, скорее всего, представляет из себя что-то типа духа, не имеющего настоящего тела, – Лада слегка коснулась ладонью плеча Миши и развернулась в сторону деревни. – Да и нет особой необходимости ловить его. Я уже тебе сказала, что в нем нет зла… Я домой иду. Пойдешь со мной или здесь останешься?

– Я еще помечтаю, – улыбнулся Миша, снова садясь на зеленую траву, – до свидания, Лада.


Когда Миша вернулся домой к ужину, у калитки его поджидал Данила.

– Нагулялся? – спросил парень брата с легкой улыбкой, но по всей позе и голосу Данилы было видно его недовольство.

– А ты имеешь что-то против моих прогулок? – серьезно спросил Михаил.

– Ну, я бы не отказался от какой-нибудь помощи, – Данила покачал головой, серьезно глядя в глаза брата.

– Слушай, братишка, я, конечно, понимаю, что веду себя как богатенький вельможа, приехавший к слуге погостить, но ты меня пойми правильно. Я умею держать в руке ложку, меч, пистолет, но не топор и лопату. Пользы от меня по хозяйству не будет никакой, окромя вреда.

– Ну, хотя бы принести, подать, на это ты способен? – поморщился Данила.

– Возможно, – Миша пожал плечами. – Не пробовал.

– Давай попробуем как-нибудь…

– Хорошо, если нужно будет что-нибудь принести, позови, помогу… – слегка оттеснив худощавым, но крепким плечом коренастое тело брата, Михаил, сын воеводы, прошел во двор.

Тем же вечером, когда Миша по своей уже наметившейся привычке, пошел перед сном прогуляться по деревне, маленькая Оля пробралась к постели своего брата.

– Слушай, Даня, разговор есть, – шепнула девочка, присаживаясь в темноте на разобранное кресло рядом с приготовившимся ко сну Данилой.

Спальные места братьев располагались на двух креслах в темном закутке за огромным, перегораживающим горницу, шкафом. Миша прогуливался по пустынной темной улочке, а Данила, уставший за день, лег, как обычно, пораньше.

– Оленька, я тебя внимательно слушаю, – улыбнулся брат, не открывая глаз.

– Я сегодня такое классное место нашла, давай завтра вместе сходим, обследуем его.

Данила всё же приоткрыл один глаз и посмотрел на сестру. В темноте спальни глаза Оли озорно сверкнули.

– Не устала бегать по деревне? – спросил брат. – Что за место откопала?

– Это не в деревне, – Оля затрясла головой, отчего ее уже распущенные ко сну волосы заплясали перед носом Данилы. – Это километрах в трех от Хорошевки по дороге в Кузьмино. Ты помнишь, там школа была, в нее еще наша мама когда-то ходила.

– Так школа давно закрыта, – удивленно произнес парень. – Еще отец нынешнего нашего Князя Викулы приказал закрыть все нерентабельные учебные заведения, финансовую оптимизацию бюджета провел.

– Даня, хватит дурацкие непонятные слова говорить, – Оля нахмурилась. – Да и нет там уже школы, ее селяне давно по бревнышку разнесли, только фундамент остался, а его из камня делали.

– Ну и зачем нам туда переться? – не понял Данила.

– В Кузьмино никто уже не живет, и по дороге той давно никто не ходит. Да там и дороги уже почти нет, так, тропинка к дальнему лесу, заросшая вся. Я к школе сунулась, там тоже кустами уже всё заросло, и, представляешь, жуть какая, я тени увидела черные между ветками. Ух, как я испугалась… удрала… Дань, давай вместе сходим, посмотрим, что там от школы осталось, одной мне страшно.

– Что за тени там были? – недовольно проворчал брат. – Оль, может, показалось? Или, может, кабаны забрались веток пожевать.

– Не, там что-то клубилось такое черное, как дым. Дань, ты чего, боишься?

– Ничего я не боюсь, – тут же вспыхнул Данила. – Завтра сходим, покажешь мне, что там тебе такое привиделось… Кстати, на ту штуковину, что мы по дороге сюда переехали, не похоже?

– Не знаю, – жалобно простонала девочка, – я там на дороге плохо разглядела. Там на человека было похоже, а тут что-то непонятное, бесформенное… но тоже черное.

– Ладно, иди спать, – Данила в темноте погладил сестру по руке. – Завтра возьмем Мишку, вместе сходим, посмотрим.

## Глава 3

Школа когда-то располагалась на небольшом пригорке примерно посередине между двумя селами. Пригорок остался, строения больше не было, весь холм зарос густым кустарником, кое-где даже проросли молодые березки и осинки.

– Ну, показывай, что ты тут увидела, – Данила внимательно посмотрел на сестру, стоящую рядом.

Молодые люди прямо с утра, чтобы не терять зря время, отправились на прогулку через поле по тропинке, по которой когда-то в детстве каждый день бегала в школу девочка Марфа. Дойдя до пригорка, они остановились, разглядывая самые обычные заросли кустарника.

– Я туда сунулась, через кусты полезла, а оно там, – Оля махнула рукой вперед.

– Ну, пойдем… – Миша пожал плечами и первым полез в узкий проход между покрытыми молодой зеленой листвой кустами бузины и малины.

Взобравшись по пологому склону, трое молодых людей выбрались к развалинам старого здания. Нижняя часть школы была когда-то выложена из кирпича, поэтому, кроме фундамента, кое-где сохранились и куски кирпичной кладки, сложенные же из бревен стены жители соседних деревень растащили давно по своим дворам.

– Нет тут никаких черных теней, – ворчливо произнес Данила, когда троица оказалась по центру пригорка.

– Без тебя вижу, – Оля капризно надула губки. – Вчера были…

– Ну, раз мы уже сюда притащились, давайте осмотрим хоть развалины, вдруг что интересное найдем, – улыбнулся Миша.

Шустрая Оля тут же решила последовать совету сводного брата и растворилась в высоких зарослях малины.

– Осторожнее, Оленька, вдруг сейчас черный человек как выскочит из-под земли… – пошутил Данила и присел на выступающий кусок фундамента.

– Я, кстати, его вчера на берегу видел, – сообщил Миша брату, присаживаясь рядом. – И не я один. Лада, наша соседка-чародейка тоже его видела. И я так понимаю, что ее друг Стоян тоже в состоянии его увидеть.

– Да, странно всё это, – вздохнул Даня уже серьезно, – я тоже вчера его видел за нашим огородом. А тетка Марьяна, она рядом со мной как раз стояла, к деду приходила поболтать, да со мной языком зацепилась… Так вот, она черного человека не видела, хотя он в десяти саженях от нас всего был. Она сказала, что я всё выдумываю, что никого там нет.

– Согласен, что это очень странно, – Миша задумчиво почесал нос. – Но, во всяком случае, никакой опасности он вроде бы не представляет, маячит себе вдалеке, даже близко не подходит. Лада сказала, что не видит в нем зла…

– Интересно всё же, что это за явление, – Данила покачал головой, – я ни о чем подобном никогда не слышал.

– Кто он, похоже, даже Лада не знает, а она всё же чародейка, их там в академиях учат всякие явления магические распознавать.

– Мне немного жаль, что мы не родились чародеями или чудинами, – вздохнул Даня. – Просто человеком, конечно, быть тоже неплохо, но я с детства завидую тем, кто может чуточку больше.

– Ну, с чародеями понятно, ты сразу рождаешься с магическими способностями или без них, а вот насчет способностей оборотничества я бы пока не торопился говорить, особенно это касается Оли. Ей по возрасту всё же рановато инициировать, ну а у нас с тобой способности чудинов еще могут появиться, возраст еще позволяет нам измениться. Хотя я и скептически отношусь к такой возможности. Мне мой учитель говорил, что меньше одного процента людей инициирует.

– Кем бы ты хотел стать, Миша? Ну, если вдруг это чудо случится с тобой.

– Я даже не знаю… Может, как Стоян, прыгуном.

– А я бы хотел стать зеркальником, – с мечтательной улыбкой вздохнул Данила. – Представляешь себе, идешь ты, а тебе навстречу Оля, а на самом деле это вовсе и не она, а просто я принял ее облик. Можно так классно всех дурачить.

– Да, интересная способность. Но насколько я знаю, она самая редкая. Я не знаю людей, которые хотя бы раз в жизни видели зеркальника. Да и особо долго ты никого обманывать в чужом облике не сможешь. Личина держится очень недолго. Надо обладать неимоверной силой, чтобы продержаться хоть полчаса.

– Да, я слышал такое, но всё равно веселая способность, я бы хотел…

– А-а-а-а! – раздался откуда-то из-за кустов громкий девичий вскрик, который быстро стих, и сразу наступила тишина.

Братья вскочили на ноги и стали испуганно озираться.

– Оля! – крикнул Данила. – Ты где?

– Кажется, звук был оттуда, – Миша рванул к краю кирпичной кладки, где стена была выше всего и доходила почти до пояса.

Куст малины был в этом месте самым большим, он мешал, из-за него не было ничего видно.

– Оля! – позвал Михаил.

– Я тут, – раздался откуда-то снизу приглушенный, зловещий, но очень знакомый голос.

Данила, оттеснив брата, раздвинул руками колючие, шипастые кусты. Чуть сбоку, у самой стены под корнями малинника было заметно отверстие. По-видимому, когда-то тут был спуск в подвал школы, но кладка обвалилась, засыпав проход, остался лишь небольшой проем. Из-под мусора и корней из дырки на братьев смотрело совсем не испуганное, озорное лицо девочки.

– Я не знала, что тут еще и подвал есть, – весело сообщила Оля, – залезайте сюда, тут дальше еще можно пройти, не всё обвалилось.

– А как к тебе пролезть, дырка маловата, – удивился Данила, – как ты туда вообще забралась?

– Лезь, не бойся, – позвала сестра брата, – я тут как раз и провалилась, тут вообще прохода не было, это я каким-то образом собой дырку проделала.

Данила осторожно перелез через куст, поставил ногу на край дыры, и тут же кирпичи под парнем поехали вниз, и молодой человек проскользнул по осыпавшемуся мусору в подвал. Миша, недолго думая, последовал примеру брата.

Внизу было не очень темно, во многих местах были небольшие щели, через которые в подвал проникал дневной солнечный свет. Повсюду громоздились кучи осыпавшихся битых кирпичей и штукатурки, но пройти было можно, свободного пространства хватало.

– Пойдемте, – Ольга потянула Данилу за руку, – там еще должны быть помещения. Посмотрим, что там.

За каменной перегородкой оказалась большая комната, вся засыпанная строительным мусором. Единственным предметом мебели в пустом помещении был огромный железный сейф, стоящий у дальней стены.

– Откуда тут взялся сейф? – удивленно спросил Михаил. – Как его вообще сюда затащили?

– Почему его никто не забрал себе, это понятно, – усмехнулся Данила, оглядывая стоящую вплотную к кирпичной стене махину. – Его и с места, наверное, не сдвинуть. А вот зачем он тут? Может быть, когда-то здесь хранили что-то важное, а когда закрывали школу, то не смогли эту тяжесть из подвала вытащить.

– У моего отца в подвале оборудован тренировочный зал, – Миша удивленно почесал кончик носа, – там почти такой же сейф есть. Отец там особо ценные экземпляры оружия, подаренного ему заграничными князьями и королями, хранит. Что можно ценного хранить в деревенской школе в этой глухомани?

– Неплохо было бы внутрь заглянуть, вдруг что осталось в загашнике, – Данила дернул за круглую ручку, но дверца сейфа не поддалась. – Похоже, что без ключа это вряд ли получится.

– Может, попробуем сдвинуть? – предложил Миша, – Я читал где-то, бывает, что у таких огромных махин нет задней стенки. На дорогом железе экономят.

– Вдвоем? – крепкий, коренастый Данила с сомнением окинул изящную фигуру брата. – Я понимаю, тебя отец тренировал, но… тут нужна именно физическая сила.

– Чем болтать, лучше бы попробовал, – Оля с недовольной миной посмотрела на своего старшего брата.

– А у деда вашего в доме нет какого-нибудь инструмента подходящего? – почесал Миша кончик носа.

– Чтобы железо разрезать? – удивленно переспросил Даня. – Нет, такого точно у него нет. А может, нам Стояна позвать, он внутрь телепортируется, посмотрит, что там есть интересного.

– Навье, парни, – Оля уже сердито смотрела на обоих братьев. – Вы дело делать будете или лясы точить?

– Ладно, Мишаня, берись за угол, попробуем качнуть, может, сдвинем, – Данила пристроился сбоку от сейфа, приобнял железную махину, крупные мышцы на его мощных руках напряглись.

Несмотря на видимую субтильность, Миша тоже обладал приличной силой. Один брат изо всех сил навалился на угол сейфа, второй брат, что есть мочи, потянул, сейф приподнялся, и парни переставили один угол тяжеленной конструкции чуть в сторону.

– Так, отлично, пошло дело, – обрадовался Даня. – Навалились на другой угол.

Двигая сейф с одного бока на другой, молодые люди немного отодвинули тяжелую махину от стены.

– Ребята, там дыра огромная в стене! – взвизгнула Оля, заглянув в образовавшуюся около стены щель. – Сейф ее закрывал собой. Тяните!

И они потянули, и довольно быстро им удалось отодвинуть железную конструкцию от стены на такое расстояние, чтобы тонкая, худенькая Оля смогла протиснуться в щель.

– Тут темно, ничего не вижу! – раздался из прорехи разочарованный возглас. – Пусто вроде бы… хотя нет… я что-то нащупала у стены.

– Тащи сюда, что нашла, – приказал девочке родной брат.

Из-за сейфа показалась тонкая рука, держащая за ручку небольшой ларчик, размером в пол-локтя. Потом наружу протиснулась и сама Оля.

– Ну и что это за сундук? – Данила протянул к сестре руку.

– Отойди, я сама, – чуть нахмурившись, Оля убрала руку с ларчиком за спину. – Я нашла, я и открывать буду.

– А ты уверена, что он откроется? – с усмешкой посмотрел на сестру родной брат.

– Уверена, – девочка состроила смешную гримасу. – Я уже крышку потрогала, она поднимается.

Осторожно поставив на пыльный пол сундучок, Оля присела на корточки и легко откинула крышку ларца.

– Ну и чего это такое? – Данила склонился над сестрой. – Бумажки какие-то? Наверное, от учеников остались.

Оля вынула из сундучка три тетрадных листочка и разочарованно уставилась на верхний из них. Он был в линеечку.

– Ну и что это за каракули? – спросил Миша, заглянув через плечо девочки.

– Тут написано, – Оля пригляделась к кривым печатным буквам, как будто написанным пятилетним ребенком, – тут написано: «в первый день червиня встретят братья судьбу».

– Ерунда какая-то, – пожал плечами Данила. – Что на остальных листках? Тоже детские каракули?

– На втором рисунок какой-то, – Оля показала брату листок в клеточку, – птица, что ли, какая-то нарисована…

– Неплохой, кстати, рисунок, хоть и детский, – Миша тоже присмотрелся к изображению на листе, – Это то ли ворона, то ли грач, то ли галка.

– Что на третьем? – спросил Данила.

– Здесь карта какая-то, – Оля пожала плечами, – и это не от руки нарисовано, это из какой-то книги, что ли, вырвано.

– М-да, странная карта, – Даня забрал листки у сестры и внимательно рассмотрел верхний, – явно тут какой-то кусок территории в очень крупном масштабе, но никаких надписей нет. Где находится это место непонятно.

– Смотри, там еще рисунок какой-то карандашом дорисован, – Миша ткнул пальцем в нижний левый край карты, – колонна какая-то или стела, может, памятник.

– Ну да, на архитектурную форму похоже, – Данила пожал плечами, – это может что-то значить, а может совсем ничего не значить. Да и всё равно мы не знаем, что это за место тут на карте изображено. И совсем непонятно, зачем всё это в дырке за сейфом лежало.

– Да уж, зря мы эту штуку тяжеленную двигали, – вздохнул Миша грустно, – ничего интересного не нашли.

И в этот момент раздался звук обваливающихся камней, кто-то спрыгнул вниз во входное отверстие подвала, и за стеной послышались шаги. Братья и сестра замерли и с испугом смотрели на проход в соседнюю комнату. Шаги приблизились, и в проеме подвала появилась черная фигура.


Черные ботинки, черные брюки, черная футболка с коротким рукавом, черные длинные волосы, черные брови полумесяцем, огромные черные глаза на бледном нереально красивом тонком лице – молодая девушка, почти девочка, руки в боки стояла в проеме и с любопытством смотрела на молодых людей.

Миша стоял, открыв рот, не в силах оторвать восхищенного взгляда от этой нереальной красоты.

– Привет, Галя, – тихо произнес Данила, сильно стушевавшись, что было ему совсем несвойственно.

– Я тебе уже говорила, Данилушка, в прошлый раз, чтобы ты звал меня Галка, – девушка поморщилась, отчего ее лицо не стало менее привлекательным.

– Ой, тень, – пискнула Оля и спряталась за широкую спину брата.

– А ты рот закрой, а то муха залетит, – Галка с немного издевательской усмешкой посмотрела на Михаила.

Непроизвольно рот парня захлопнулся, но он продолжал смотреть на девушку с нескрываемым восхищением.

– Ну, что вы тут откопали? – Галка протянула тонкую изящную мраморно-белую руку, и Данила без вопросов вложил в ее ладонь три найденных листка бумаги.

– Странно, я думала, будет проще, – черная красавица недовольно скривила рот, разглядывая листочки.

– Ты что-то знаешь про то, что здесь изображено? – спросил Миша, немного пришедший в себя.

– Да, знаю, – кивнула Галка, – что здесь нарисовано, я понимаю, но для чего всё это придумано, я что-то никак не пойму.

– А откуда ты знаешь про эти рисунки? – продолжал допытываться Михаил.

– ЧеЧе сказал мне, что я найду подсказки в этом подвале, – пожала девушка худенькими плечиками. – И он не обманул, подсказки здесь, только вот к чему они должны привести, я пока не знаю.

– А ЧеЧе – это кто? – недоверчиво переспросил Данила.

– Черный человек, вы с ним тоже немного знакомы, – усмехнулась девушка.

– Ты разговаривала с призраком в черном плаще и черной шляпе? – удивлению Михаила не было предела.

– Да, я ведь чудинка, тень, – девушка впервые с любопытством посмотрела на Мишу. – Но я умею не только прятаться в темноте, а еще могу и общаться с духами астрала.

– Значит, черный человек – это дух, – предположил парень, с еще большим любопытством разглядывая загадочную девушку-чудинку.

– Ну, в какой-то степени его можно назвать духом, но он всё же нечто большее, он посланник Высших Сфер, может, даже самого Обелиска Света.

– Обелиск Света? – Миша задумчиво покачал головой. – Я слышал о нем. Мой учитель, а он был чародеем, рассказывал мне кое-что об этом астральном объекте, которого никто никогда не видел, но почему-то считается, что он существует.

– Значит, это чушь собачья, – Оля выглянула из-за спины брата. – Если этот обелиск никто никогда не видел, значит, его не существует.

– Может, и так, – согласился Михаил. – Но чародеи любят о нем порассуждать. Хотя они сами толком и не понимают, для чего он существует… если существует.

– Галка, ты сказала, что понимаешь, о чем эти бумажки, – Данила уже окончательно пришел в себя и сурово смотрел на девушку в черном. – Может, поделишься знаниями?

– Охотно, – усмешка скользнула по бледному лицу, а черные глаза уткнулись не в Данилу, а в Мишу. – Я в школу никогда не ходила, она разрушилась, еще когда я маленькой была, но у мамы есть книги по медицине и ветеринарии, я по ним грамоту немного изучала. Эти каракули я написала, когда мне лет десять было…

– То есть совсем недавно, – решил подколоть собеседницу Михаил и заметил гневную искру в красивых глазах.

– Я тебе почти ровесница, – темно-красные губы, резко выделяющиеся на бледном лице, тронула презрительная усмешка, – просто выгляжу получше, чем ты. Только не спрашивай, откуда я всё про тебя знаю. Я хоть и не совсем в деревне живу, но у нас тут тайн не бывает…

– Ладно, понял, – Михаил примирительно выставил перед собой ладони. – Так что там про листочки и каракули?

– Эту фразу про братьев написала я, да и рисунок галки тоже я сделала. Училась рисовать, хотела себя в образе галчонка изобразить…

– И что означают сие письмо и сей рисунок? – улыбнулся Даниил.

– Они означают, что два брата и галчонок послезавтра, то есть в первый день червиня, встретят свою судьбу в том месте, которое изображено на третьей бумажке. Но я в картах ничего не понимаю, поэтому, где это место, сказать не могу.

– И зачем ты подкинула в дыру за старым огромным сейфом эти бумажки? – Данила продолжал с недоверчивой улыбкой смотреть на Галку. – И как ты это сделала?

– Я ничего не подкидывала, – девушка пожала плечами. – Две бумажки лежали всё время у нас в сундуке, мама их спрятала давно, не стала сжигать почему-то. Откуда взялась карта, понятия не имею. Кто вытащил мои каракули, зачем засунул их сюда, и почему вообще вы их там нашли якобы случайно, это для меня большая загадка.

– Может, у ЧеЧе спросишь? – почесав кончик носа, Миша приподнял брови.

– Он сказал всё, что хотел, – Галка покачала головой. – Он сказал, что подсказки здесь, а дальше мы сами должны раскрыть тайну… если захотим.

– Тайну? – Оля уже совсем выбралась из-за спины брата. – Я хочу раскрыть тайну. Пойдемте искать это место. Два дня всего осталось, надо торопиться.

– Ну, ты точно никуда не пойдешь, – Данила сурово посмотрел на сестренку. – Ты еще маленькая, да и не говорится про тебя ничего в записках.

– Что? Как не пойду? Ты с дуба рухнул? Я это место нашла, я вас сюда привела, я в подвал провалилась. Это моя тайна тоже, я пойду туда, и ты, братик, меня не остановишь.

Маленькая девочка, уперев в бока руки, исподлобья с вызовом смотрела на брата. Она выглядела очень воинственно, но и немного смешно.

– Мы всё равно не знаем, что это за место, – Миша покачал головой. – Тайну, конечно, хотелось бы узнать, это очень интересно. Я хотя и не верю во всю эту ерунду, но попробовал бы просто, чтобы скуку развеять, пойти куда-нибудь. Только вот куда идти-то? Здесь какой-то обелиск нарисован, но сама карта совсем без названий… Болото только большое изображено и остров посредине. Это я понимаю, немного изучал эту науку…

– На обелиск не обращай внимание, – Галка махнула рукой. – Это просто ориентир, говорящий, что место связано с Обелиском Света. Я так поняла это из слов ЧеЧе. Нам нужно просто очень большое болото.

– Я думаю, оно расположено не так уж и далеко отсюда, – вновь вступил в разговор Данила. – Если послезавтра нам надо быть там, а нас какая-то неведомая сила привела в этот подвал только сегодня, значит, ходу отсюда до болота не больше суток.

– Знать бы еще, что это за неведомая сила, – вздохнул Миша. – Не доверяю я всем этим чародействам. Не зря Марфа говорила, что тут что-то назревает. Ваша мать что-то чувствовала.

– А если деду карту показать? – в маленькой голове девочки возникла идея. – Он же много ходил по окрестным лесам. Не знаю, пользовался ли он картами, но он всё о здешних болотах знает…

– Молодец, сестренка, – обрадовался Данила, но тут же снова стал серьезным. – Но ты всё равно останешься дома.

– А ты меня не остановишь, – обиженно зашипела Оля. – Я за вами поползу, никуда вас одних не пущу. Вы не сможете от меня сбежать, я хорошо все окрестности знаю.

– Ладно, сестренка, не шипи, – примирительно сказал брат. – Пойдем отсюда, дома разберемся. С дедом поговорим, узнаем, получится ли у нас вообще куда-нибудь пойти.

Оля первой бросилась на выход к обвалившейся лестнице, остальные молодые люди не стали спешить и чуть задержались в комнате с сейфом.

– А-а-а-а! – раздался испуганный крик из соседнего помещения.

Теперь уже все бросились к выходу.

Оля сидела на пятой точке, испуганно глядя вверх на выход из подвала, туда, откуда в подвал должен был проникать солнечный свет. Но света не было, в проеме клубилась тьма. Галка бесстрашно шагнула к выходу, парни нерешительно двинулись за ней.

Два больших огненно-красных уголька смотрели из черноты на молодых людей. Миша почувствовал, как волосы на его затылки встают дыбом. Данила, подвинув в сторону Галку, шагнул к призраку. Огненный взгляд быстро пробежал по лицам ребят, а потом чернота отпрянула, мелькнула черная шляпа, и луч солнца скользнул в подвал. Черный человек ушел.

– И ты вот с этим общалась? – Данила удивленно оглянулся на Галку.

– Ну, когда я встретила его около дома на лесной опушке, он не казался мне таким уж страшным, – девушка неопределенно повела плечами. – Да и сейчас я могла бы с ним поговорить, если бы ты не сунулся к нему. С тобой ему говорить не о чем.

– Ладно, замнем, – вздохнул Данила. – Кажется, мешать нашей затее он не собирается.

Пока Данила препирался с девушкой в черном, Миша подошел к сидящей на полу с отрешенным видом Оле.

– С тобой всё в порядке? – Миша осторожно коснулся пальцами худенького плеча девочки.

Оля ничего не ответила, ее взгляд был направлен куда-то далеко, в нем была пустота. Потом девочка тряхнула головой, будто отбрасывая от себя какие-то мысли, и протянула сводному брату руку.

– Всё нормально, – наконец проговорила она спокойным, совсем не свойственным ей тоном. – Пойдемте домой.

– Оля, с тобой точно всё в порядке? – Данила, нахмурившись, посмотрел на поднимающуюся на ноги при помощи Миши сестру. – Этот ЧеЧе тебе ничего не сделал?

– Всё нормально, братик, – Оля чуть улыбнулась. – Я просто немного испугалась, увидев эти красные глаза. Пойдемте.

Ребята выбрались из подвала. В небе светило уже почти летнее солнце, на холме зеленели кусты, всё было чудесно, никаких черных теней нигде не было видно.

– Так, ладненько, мне домой надо бежать, – быстро проговорила Галка, когда компания выбралась из зарослей, окружающих бывшую школу. – Вам времени до вечера. Любым способом узнайте, где это болото. Послезавтра нам надо быть там. Впрочем, я вас не заставляю, если не хотите…

– Мы хотим, – уверенно заявил Миша, глядя в черные глаза. – Впереди еще целое лето, а я уже заскучал тут от безделья. Надо обязательно найти это место. И вообще… я тайны люблю, а тут такое…

– Вот и замечательно, – улыбнулась девушка немного криво и отвела взгляд. – Вечером, как стемнеет, приходите на ближний к лесу край деревни. Я подойду, обсудим… До встречи.

Махнув рукой, Галка резко развернулась и быстро пошла прямо через поле в сторону леса.

– А она, вообще, где живет? – немного растерянно спросил Михаил, глядя вслед удаляющейся черной фигуре.

– В избе на опушке за деревней, – усмехнулся Данила. – Она ведь дочка Полины-Знахарки.

– Ты ее хорошо знаешь?

– Нельзя сказать, что мы крепко дружим, – Данила с немного мечтательной улыбкой покачал головой. – Она мне нравится, я пробовал за ней даже ухаживать два года назад, когда мы здесь отдыхали летом… Кажется, у нас что-то тогда намечалось, но… В прошлом году мы не смогли сюда приехать…

– Ладно, парни, хватит на чудинку пялиться, – раздался недовольный голос Оли, – вам ничего не светит. Вы городские оболтусы, она дочь знахарки, с духами общается. У вас нет ничего общего.

– Галя в прошлый раз говорила, что ей надоело тут торчать, – покачал головой Данила. – Она скучает. У нее здесь нет друзей, подруг. По стопам матери она не пойдет, лечить она не умеет. Думаю, она с удовольствием уехала бы со мной в город. Вряд ли за два года что-то изменилось в ее планах…

– Что ж она с тобой в прошлый раз не ухала? – усмехнулась Оля. – Она уже достаточно взрослая, могла бы плюнуть на всё, да и ухватиться за тебя, завидного жениха.

– Ты еще маленькая рассуждать о таких вещах, – недовольно проворчал брат. – Не сложилось у нас как-то в прошлый раз. Может, сейчас получится…

– Ну, помечтай-помечтай.

– Всё, хватит дразниться. Потопали домой. Надо с дедом поговорить насчет болота. Интересно, что там такое таинственное скрывается…

– И почему нам об этой тайне сообщили таким странным способом? – Миша покачал головой.

– Про способ-то как раз всё понятно, – неожиданно уверенно, совсем по-взрослому, заявила Оля. – Если бы вам кто-то просто сказал, что где-то на болоте вас что-то ждет, вы бы только посмеялись. А так вас очень хорошо кто-то поймал на крючок.

– Сестренка права, – Михаил с уважением посмотрел на Олю, а потом перевел взгляд на ее брата. – Как думаешь, Данила, это не опасно?

– Понимаешь, Мишка, единственное, что здесь в округе можно было бы назвать опасным – это ЧеЧе, приятель Галки. Но все нас уверяют, что этот призрак вовсе не злой, хотя и страшноват на вид. Дед говорит, что диких хищников в окрестностях давно не встречал, поэтому с этой стороны нечего опасаться. Если болото не очень далеко, вряд ли путешествие туда доставит нам какие-то проблемы.

– Тем не менее странно всё это, – вздохнул Миша. – Впрочем, лучший способ понять, в какую игру с нами кто-то решил сыграть, – это принять вызов. Надо пойти и узнать, что за всем этим скрывается. Надеюсь, ваш дед даст нам подсказку. Я подозреваю, что тот, кто всё это затеял, продумал и этот момент тоже.

Возвращались ребята в деревню в полном молчании. Каждый думал о своем и не спешил поделиться с другими своими размышлениями.


Бросив безразличный, незаинтересованный взгляд на показанный ребятами обрывок карты, дед Панкрат махнул рукой. Старик уныло сидел за столом, когда внуки пришли с прогулки, выглядел он сильно уставшим.

– Я знаю это болото, – произнес Панкрат слабым голосом. – Много лет назад из Твери приезжали какие-то ученые, называли себя географами. Они расспрашивали меня о тех местах, в которых я бывал. Потом я водил их по окрестностям, они измеряли расстояния каким-то очень сложным и смешным прибором. Они хорошо мне заплатили, а потом прислали с оказией альбом с картинками. Можете в сундуке посмотреть, я, помнится, туда его запихнул.

– А что насчет болота, дед? – спросил Данила, а Оля полезла в сундук.

– Оно у нас тут одно такое, так и называется – Большое. Верст двадцать отсюда, если на юг идти. Там уже Владимирское княжество, но в таких местах пограничных кордонов нет. Тут всё леса, дорог нет, только тропки нехоженые.

– Значит, по дороге туда не дойти? – грустно спросил Миша.

– Можно и по дороге, но это надо вернуться по Тверскому тракту до Нагорья, а потом уже на юг. Путь раз в пять длиннее, и всё равно потом к болоту через лес несколько верст топать…

– Дедуля, эта книжка? – Оля положила на стол толстый альбом, вытащенный ею из сундука. – Тут написано «Карты восточных княжеств».

– Да, Олюнька, он самый, – кивнул старик устало. – Там даже моё имя прописано на последнем листе, в списке проводников, помогавшим ученым.

Данила взял альбом, листанул его, и книга раскрылась на том месте, где из нее был вырван лист. Парень приложил найденный в сейфе листочек к месту обрыва. Было понятно, что карту взяли именно из этого альбома.

– Интересно, кому понадобилось портить хорошую книгу? – покачал Данила головой.

– У меня в избе давно гостей не было, – проворчал старик. – Кто же мог это сделать?

– Загадки множатся, – Миша почесал нос. – Ну, надеюсь, дойдем до болота, выясним, кто так глупо шутит.

– Дедуля, что-то мне не нравится, как ты сегодня выглядишь, – Оля впервые обратила внимание на состояние обычно довольно активного дедушки. – Что-то случилось?

– Это старость, Олюнька, – вздохнул старик. – Помирать мне уже пора, и так пяток лишних лет прихватил.

– Э нет, дедуля, так не пойдет, – девочка обняла дедушку за плечи. – Надо Полину позвать, она тебя в чувства приведет.

– Полина тут уже не поможет. Время моё на исходе.

– Может, нам стоит отложить наш поход, – забеспокоился Данила. – Дедуля подлечится, потом можно будет и сходить на болота.

– Нет, вы должны идти, в послании говорится о конкретном дне, – Оля строго посмотрела на брата. – Я останусь здесь, завтра приведу к деду Полину. Уверена, есть у нее какое-нибудь подходящее снадобье, чтобы хандру дедову снять.

– Ты же говорила, что не отпустишь нас одних, – Данила удивленно уставился на сестру.

– Я передумала, – девочка чуть качнула головой. – Мне на болотах делать нечего, в подсказках меня нет. А деда одного дома в таком состоянии оставлять нельзя. Вы делайте то, что решили, я о дедуле позабочусь.

Миша тоже удивленно смотрел на девочку. Он вдруг почувствовал изменения, произошедшие за последние несколько часов в беззаботной, шебутной девчонке. Такой серьезной, рассудительной и уверенной в себе Олю парень никогда раньше не видел.

– Оленька, ты хорошо подумала? – спросил Михаил. – Если мы не ошибаемся, то нас не будет здесь двое суток. Ты одна справишься?

– Мишенька, всё будет хорошо, – Оля снисходительно посмотрела на сводного брата. – Я уже не маленькая, знаю здесь всё. И я уверена, что Полина завтра поставит дедулю на ноги. Ну а я ей помогу.


Вечером, когда солнце почти скрылось за горизонтом, в полях, на ближнем к лесу краю деревни встретились трое.

– Ну что, по вашим довольным мордочкам я вижу, что вы выяснили, где находится болото, – Галка говорила серьезно, без тени улыбки.

– Да, это Большое болото, – кивнул Данила. – На юг по лесу почти день топать. Если утром завтра выйти, к вечеру доберемся.

– Отлично, я чувствовала, что ЧеЧе знает, о чем говорит. Только вам ведь надо там быть послезавтра.

– Надо заранее прийти, а то мало ли что, – пожал парень крепкими плечами. – К вечеру дойдем, переночуем где-нибудь и утром встретим чудо чудное, диво дивное, обещанное тебе Черным человеком.

– Галка, а ты с этим привидением больше не общалась после того, как он Олю в подвале напугал? – спросил Михаил.

– Нет, он не появлялся больше, – взмахнула девушка черной копной волос.

– Да, чего я хотел спросить-то, – вновь подключился Данила. – Твоя мама никуда не уехала? Дома?

– Да, дома. А что случилось?

– Да дед наш захандрил что-то. Оля хочет Полину завтра позвать. Пусть посмотрит, что с ним. А то, навье темное, помирать, видите ли, собрался.

– Я скажу маме, чтобы утром ничего серьезного не затевала, – с серьезным видом кивнула девушка. – Она вашего деда Панкрата уважает. Чем сможет поможет.

– Что ж, если всем всё понятно, давайте тогда завтра с утра и двинем в поход… – предложил Данила.

– Да, давайте пораньше, часиков в семь, – подхватила Галка, – а то, кто знает, может, застрянем где по дороге, нужно с запасом время прихватить.

– Ну, это тоже верно, – пробурчал Миша. Парень любил поспать, и его совсем не привлекала перспектива столь раннего подъема. Но Галя была права: дорога была неизвестна, и всякое могло по пути случится. Лучше было взять время с запасом.

– Всё, тогда до утра, встречаемся здесь же, – подвел итог переговорам Данила. – Галка, не забудь взять провизии на два дня и одежду потеплее. Ночи на болоте еще могут быть прохладными, и где придется ночевать, мы пока понятия не имеем.

– Вы как хотите, ночуйте, а у меня легкая палатка есть, отец недавно в городе купил, – усмехнулась девушка. – Он на охоту в ближайшие дни не собирается, так что у меня будет всё нужное для похода.

Когда Галка пошла к своему дому на опушке, а парни, тихо переговариваясь, двинулись к избе деда Панкрата, от ближайшей изгороди отделилась незаметная темная тень. Высокая крепкая мужская фигура быстро пересекла деревенскую улицу, а затем полностью исчезла. Через некоторое время на кухне в деревенской избе Стоян рассказывал Ладе о том, что он увидел и услышал на краю деревни.

## Глава 4

У Данилы и Миши палаток не было, но утром они стояли на краю деревни с большими рюкзаками за плечами. В рюкзаках было всё, как парни надеялись, необходимое для путешествия. Причем всё они взяли даже с большим запасом, чтобы хватило не на два дня, а подольше, так как путь предстоял хоть и не очень далекий, но всё же неизвестный.

– Компас взяли? – вместо приветствия спросила братьев подошедшая Галка.

– Ого, ну у тебя и познания, – усмехнулся Миша. – Твой отец с компасом на охоту ходит?

– Нет, конечно, он все звериные тропы наизусть знает, но компас он на всякий случай себе в городе купил, – девушка полезла в карман своей черной ветровки и достала оттуда небольшую коробочку. – Вот, я взяла у него. Вдруг заблудимся.

– И правильно сделала, – по лицу Данилы расплылась широкая, нежная улыбка. – Нам, конечно, идти надо всё время на юг, а это не очень сложно, особенно днем, но всё же у нас большого опыта в этом деле нет. Так что компас пригодится.

– Я вот еще вам кое-что принесла от мамы, – Галка скинула с плеч небольшой рюкзак с прикрепленной сверху палаткой и достала из кармашка металлическую фляжку. – Выпейте по одному глотку, не больше.

Девушка протянула фляжку сначала Мише.

– Что это? – отвинтив крышку, парень осторожно понюхал горлышко, содержимое не пахло ничем.

– Пей, не бойся, травить вас я пока не собираюсь, вы мне еще пригодитесь.

Галка состроила гримаску. Улыбкой это выражение лица можно было назвать с большой натяжкой.

Миша сделал глоток. Вкус жидкости было трудно описать: горечь и сладость перебивали друг друга. Пить было не противно, и послевкусие во рту было вполне терпимым, прополоскать рот желания не возникло.

– Нормально, – Миша передал фляжку брату и посмотрел на Галку. – Травы какие-то?

– Чтобы ножки не уставали, дыхание не сбивалось… ну и вообще… энергии прибавляет, – в черных глазах сверкнули лукавые искорки.

– Ну, теперь мы быстро до болота добежим, – улыбнулся Данила, закручивая крышку фляги, – нам любые горы по плечу. А так как на нашем пути гор нет, полетим по лесу быстрее дятла.

– Ты дятла-то видел когда-нибудь? – усмехнулась Галка.

– Да на днях тут за дровами в лес ходил, видел одного. Только мне показалось, это не совсем дятел был. Большой он какой-то…

– Так ты, наверное, дятлыша видел.

– А что это за зверь такой? – удивился Данила.

– Ну-у… это не совсем зверь, – поморщилась Галка. У девушки было очень подвижное лицо, и она постоянно в разговоре корчила разные забавные рожицы. Вот и в этот момент ее губы очень потешно растянулись в разные стороны.

– А, я понял, – Миша с интересом разглядывал лицо девушки, – это такое магическое создание, сотворенное кем-то из чародеев.

– Да, – Галка радостно закивала. – Этот дятлыш когда-то давно тут появился, потом исчез, а недавно снова его стали видеть около деревни. Кто его создал, я не знаю, и чего ему тут надо, непонятно, но он всё время что-то выглядывает.

– Каждый чародей, насколько я в курсе, может за свою жизнь создать одно магическое существо, – Миша решил провести небольшую лекцию, похвастаться перед девушкой своими познаниями. – Оно живет, пока живет сам чародей. Частенько такие магические игрушки надоедают чародею довольно быстро, и их отпускают на волю. Они в таком случае самостоятельно живут где-нибудь, иногда даже не в реальном мире, а где-нибудь в высших сферах, а иногда прибиваются к кому-нибудь из людей, даже дружбу заводят. Но есть среди них и довольно злобные существа, очень опасные.

– Ну, дятлыш не опасен, – усмехнулась девушка. – Но и близко никого он не подпускает, обычно сразу улетает, если его кто-то из людей заметит. Крылья у него, кстати, слабоваты, совсем не птичьи. Я так понимаю, что летает он с помощью магической силы.

– Дикий, наверное, – вставил свои пять копеек Данила. – Ладно, пойдемте уже. Пора в путь.

Убрав в кармашек рюкзака фляжку, Галка взялась за лямки. Миша хотел помочь девушке закинуть рюкзак на спину, но она покачала головой и жестом показала парню, что сама справится.


Два парня и девушка по тропинке, петляющей в полях, дошли до ближайшего леса, раскинувшегося к югу от деревни, и вступили под густую сень деревьев. Лес тут начинался сразу, без раскачки, без мелколесья. Неплохо утоптанная тропа шла почти прямо, лишь иногда огибая самые большие ели. Но постепенно деревья смыкались, и тропинка становилась уже. Впрочем, идти было достаточно комфортно: дождей не было больше недели, и толстый слой сухих иголок мягко пружинил под ногами.

– Сначала пройдем пару верст, и там будет старый охотничий домик, – говорила Галка, идя по дорожке первой, так как парни пропустили девушку вперед, чтобы она задавала свой темп. – Там нормальная дорога и закончится. Я с папой там несколько раз была в домике. Дальше уже идти придется по бездорожью. Я у папы поспрашивала, он сказал, лес до Большого болота хороший, почти без бурелома, только в двух местах овраги встретятся. И, скорее всего, сейчас они талой водой заполнены, еще не пересохли.

– А ты не спрашивала, что там интересного можно в Большом болоте встретить? – поинтересовался Данила. – Я хотел нашего деда порасспрашивать. Да он себя совсем плохо вчера чувствовал, не стал его беспокоить.

– Я спросила, но папа ничего толком не ответил. Сказал только, что давно в те края не ходил. Дичи там мало водится. Он на север обычно на охоту ходит, там леса погуще и зверья побольше. Но… мне показалось, что-то папашка мой темнил.

– То есть, там может что-то быть, о чем твой отец не захотел говорить? – хмуро спросил Миша.

– Не думаю, что там есть что-то страшное, иначе он меня бы туда не отпустил. Если бы нам угрожала опасность, он бы с нами пошел, а так он спокойно отреагировал, когда я сказала, что к Большому болоту с парнями иду. Он даже улыбнулся, хотя это ему и не свойственно.

– Улыбнулся? – переспросил Данила. – Нас ждет веселье?

– Веселья не обещаю, а вот устанем мы сегодня точно, – парировала девушка.

– Ну, зелье твоей мамы нам поможет не выбиться из сил, – улыбнулся Миша.

На лесной поляне с маленьким лесным домиком посередине, действительно, тропа закончила свой путь, дальше на многие версты тянулась глухая чаща. Никаких тропинок тут, разумеется, уже не было, но, как и предупреждал отец Галки, не было и бурелома, и густого подлеска, поэтому идти было не очень сложно. Но и разговаривать при этом было неудобно, так как в основном приходилось смотреть под ноги, чтобы не зацепиться за торчащие тут и там корни деревьев, или ненароком не наступить на змею. Этих рептилий в здешних лесах было реально много, периодически впереди раздавалось шуршание, и путники замечали длинные исчезающие в траве хвосты расползающихся в разные стороны гадюк и ужей. Змеи тоже не горели желанием встречаться с людьми.

Наверное, возымело действие зелье Полины-Знахарки, но солнце еще даже не коснулось нижним краем верхушек сосен, когда путники, не очень-то и уставшие, вышли из леса. Два больших оврага, самых больших препятствия на всём пути, они пересекли, будто и не заметили. Да и воды в этих прорезавших чащу канавах было маловато, ребятам просто пришлось разуться и закатать до колен брюки, чтобы не намокнуть.

И вот деревья остались позади, а впереди, насколько хватало взгляда, простиралось огромное болото. Редкие сухие деревца, кочки, покрытые мелкими кустиками, и зеленый мох, заполнивший бескрайнее пространство.

– Ну и что дальше? – широко разведя руками, спросил Данила Галку. – Твой ЧеЧе ничего ведь не сказал, что нас здесь ждет. И я ничего интересного на горизонте не наблюдаю.

Девушка пожала плечами и почему-то с надеждой посмотрела на Мишу. Михаил хотел уже было спросить, а чего это Галка вдруг на него так смотрит, но тут прямо над головами молодых людей раздался звук разрываемого воздуха, и темная молния, прочертив голубой небосвод, вылетела из леса и устремилась в болото.

Птица размером с орла, но с крыльями летучей мыши опустилась на тонкую верхушку сухой березы в саженях тридцати от путников. Существо сложило крылья. Почему оно не свалилось, и почему тонкий высохший ствол не обломился под тяжелой тушкой, было непонятно.

– Похоже, дятлыш решил показать нам дорогу, – улыбнулась Галка.

– Ты уверена, что эта дорога не приведет нас в самую глубокую трясину? – Миша недоверчиво посмотрел на девушку.

– Совершенно не уверена, – худенькие плечи, обтянутые черной курткой, взметнулись вверх. – Но нам ведь надо куда-то идти. Конечно, мы можем идти по краю, обходя болото, но что-то мне подсказывает, так мы ничего не найдем. Нам надо туда… к центру.

– Я с Галкой согласен, – вздохнул Данила. – Нам надо в болото идти. Давайте на всякий случай возьмем по большой палке и пойдем туда, куда нас этот дятел ведет. Кажется, здесь пока не очень топко.

– Кстати, у кого самое хорошее зрение? – Миша внимательно всмотрелся вдаль за ту березу, на которой всё еще сидел дятлыш. – Мне кажется, там что-то темнеется, холм, что ли, какой-то.

– У меня зрение не очень, – покачал головой Данила, – мне очки прописали, но я их не ношу… не нравятся они мне.

– Я вижу какое-то темное пятно за дятлышем, – Галка вновь пожала плечами и сердито зыркнула на Мишу. – Давайте уже двигаться. Подойдем ближе, увидим, что там чернеется.

Под ногами было влажно, ботинки у всех сразу промокли, но почва была достаточно крепкой, глубже, чем по щиколотку, никто не проваливался. Довольно быстро молодыелюди дошли до сухой березы, но дятлыша на верхушке уже не было. Помесь дятла и летучей мыши перелетела дальше, на другое сухое деревцо.

Так они и шли туда, куда их вел загадочный проводник, перепархивающий с одного сухого дерева на другое, не всегда прямо, меняя направление, но всё дальше углубляясь в болото. Вскоре стало понятно, что посреди великой топи возвышается холм. Впрочем, он там и должен был быть, если судить по карте. К этому сухому острову и вел дятлыш путешественников.


Путь по щиколотку в воде был не очень долгим, молодые люди не успели сильно устать. Мох остался позади, и по зеленой травке путники поднялись по пологому склону на вершину холма. Удивительное зрелище предстало перед ними. На противоположном склоне стояла небольшая, глубоко вросшая в землю избушка. Старая, сгорбленная женщина стояла у дверей и острым, строгим, очень молодым взглядом смотрела на непрошенных гостей.

– Здравствуйте, бабушка, – Данила натянул на лицо свою самую обаятельную улыбку. – Как поживаете? Не хвораете? Может, помочь чем можем?

– Не ждала я гостей, – голос у старушки был очень молодой, девичий. – Но раз уж явились, добро пожаловать на мой островок. Помогать не надо, сама справляюсь. Да и дед мой еще в силе…

Гости спустились с вершины к дверям избы.

– Значит, не одна живете, бабушка? – продолжал с открытой улыбкой Даня. – А как зовут Вас?

– Марией кличут, – усмехнулась хозяйка острова. – Если подружимся, сможешь Машей называть.

– Кх-м, – парень аж поперхнулся. – Не, бабушка, лучше Мария…

– Как хочешь, – весело сверкнули молодые изумрудного цвета глаза на старческом лице. – Не забудь только свои слова. А как вас звать-величать, странники?

Молодые люди представились.

– Как вы прошли через болото, спрашивать не буду, – улыбнулась старушка. – Малыш уже доложил, что помог вам. Он считает, что вам что-то от меня нужно.

– Малыш? – Миша удивленно посмотрел на вершину огромной ели, возвышающейся за избушкой, там на единственном во всем болоте живом дереве сидел дятлыш. – Вот та помесь гигантской летучей мыши и дятла – Малыш?

– Ну, так его называл Грум, мой… отчим. Давно я Малыша не видела, рада, что он вспомнил о нас.

– Ваш отчим? – удивился Михаил. – Сколько же этой зверюшке лет? Если существо привязано к чародею, его создавшему… что-то тут не вяжется. Малыш должен был давно умереть.

– Иногда глаза наши нас обманывают, – старушка рассмеялась звонким голосом. – Не всё то, что мы видим, является на самом деле тем, что мы себе представляем. Так что, всё же, вам нужно, детишки?

– Мы и сами не совсем это понимаем, – вновь включился в разговор Данила. – Какая-то неведомая сила отправила нас сюда за неким чудом. Что из себя это чудо представляет, мы не знаем.

– А может, чудо – это я? – бабушка продолжала веселиться, стреляя озорным взглядом по молодым людям.

– И что в Вас такого чудесного? – не понял веселья старушки Миша. – Вы, конечно, бабулечка-красотулечка, для Ваших лет выглядите очень даже чудесно, особенно глаза и голос. Но где же в Вас именно чудо чудное?

– А может, так будет чудеснее? – раздался звонкий смешок, и старая женщина на глазах изумленных гостей стала изменяться.

Морщины разгладились, седина жидких волос сменилась огненно-рыжей, густой копной, тело вытянулось, налилось силой, только глаза остались ярко-зеленого цвета. Теперь перед путниками стояла ослепительно красивая, стройная, молодая девушка с изумительной, роскошной фигурой.

– Ну как, так лучше? – девушка с видом победительницы смотрела на растерянное лицо Данилы. – Даня, для тебя я Мария, для остальных – Маша. Это мой дом, я здесь живу с моим дедушкой Козьмой. Здесь у нас больше ничего необычного нет, так что думаю, вы сюда пришли именно из-за меня.

– Ты зеркальник? – Миша изумленно смотрел на рыжеволосую красавицу. – Значит, они существуют…

– Да, я существую, – усмехнулась Мария.

– А почему ты думаешь, что мы тут из-за тебя? – скривив губы и изобразив презрительную улыбку, Галка с вызовом смотрела на Машу, черноволосая девушка почувствовала в рыжеволосой соперницу.

– Я много знаю о тайнах этого мира, – улыбка на губах зеленоглазой девушки выглядела примирительной. – Если что-то неведомое привело вас сюда, значит, вам нужны знания. Вряд ли здесь в болоте можно еще что-то найти.

– А откуда ты, живя на болоте, знаешь о тайнах мира? – Михаил удивленно приподнял одну бровь.

– Моя мать была чародейкой, очень сильной причем, – улыбка Маши стала немного грустной. – Она мне рассказала всё, что знала, а знала она очень много, ей даже прочили место в Высшем Совете Престола.

– Странно как-то, – нахмурился Данила. – Такая великая чародейка жила здесь в болоте?

– Если вы никуда не торопитесь, я могу вам кое-что рассказать, – красавица пожала плечами. – Но думаю, сделать это лучше завтра. Завтра будет не совсем обычный день, даже удивительно, что вы пришли сюда именно к этому дню. Завтра – первый день червиня. Это особый день именно для того события, о котором я хочу вам поведать.

– А мы вовсе и не против, – Данила теперь уже улыбался. – Мы с удовольствием погостим денек у тебя… Мария.

– Тем более… Маша, что мы весь день в пути и немного устали, – дополнил Миша.

– Ну чего, где мне тут палатку поставить? – Галка хмуро посмотрела по сторонам.

– Зачем палатку? – чуть прищурив зеленые глаза, Мария окинула взглядом худенькую черную фигурку. – Ночи сейчас здесь на болоте прохладные и сырые. Дед мой на пару дней в ближнее село подался за кой-какими продуктами, у нас две большие кровати, все на них поместимся… Если ты, конечно, не побрезгуешь спать со мной рядом.

– На кровати, конечно, удобнее, – сморщила личико Галина. – Ладно, уговорила… показывай своё жилье.

Почти в полном молчании молодые люди поужинали тем, что было в болотном доме, и тем, что принесли с собой гости. Потом они достаточно комфортно разместились на двух не самых широких кроватях, разделенных бревенчатой перегородкой. Утомленные долгой дорогой гости уснули достаточно быстро.

## Глава 5

Лада проснулась на заре. Чародейка трево