# Забвение

Mike Simonov

Представь, что ты просыпаешься посреди лекции. Вокруг – знакомые лица. В конспекте – твоё имя. Но ты не помнишь ничего. Ни кто ты. Ни где ты. Ни почему всё это кажется чужим.

Артур пытается сохранить спокойствие, надеясь, что память скоро вернётся. Но вместо ответов он находит дневник – чистый, почти новый. С одним странным свойством: в нём появляются записи сами по себе. Они направляют его. Подсказывают, что делать дальше. Но кто их пишет?

Ситуация становится всё тревожнее. В телефоне – видео и сообщения, которых он не помнит. Его лицо – на старых, пожелтевших фотографиях, сделанных задолго до его рождения. А однажды он сам находит заброшенную станцию, на которой, как выясняется, уже бывал. Недавно. До того, как потерял память.

Слишком много лжи. И слишком много совпадений.

Каждый шаг приближает его к правде, но реальность начинает трескаться.

Кто он на самом деле? Что с ним сделали? И готов ли он узнать, кем был… до того, как всё забыл?

> “Люди подобны пленникам, сидящим в пещере с рождения, лицом к стене, и всё, что они видят – лишь тени вещей, проецируемые огнём за их спинами. Они принимают эти тени за реальность, не зная, что существует настоящий мир вне пещеры.”

> Платон, “Миф о пещере”.

## Глава 1


Странные ощущения. Голова просто раскалывается.

Почему я так устал?.. Невероятно. Такое чувство, будто не спал целую неделю.


И этот свет… невозможно открыть глаза – слишком ярко.


Голоса… где-то рядом. Или внутри?


Мелькают образы – расплывчатые, как сон, который забывается на глазах.

Он сидел в аудитории. Похоже, это была лекция.


Физика? Возможно.

Слева от него кто-то сидел – парень. Он что-то сказал, но звук прошёл мимо, как сквозняк.


Артур медленно повернул голову. На краю стола у соседа лежал конспект. Внизу было написано: “Zachary Caddel.”


Зак?


Он удивился не имени, а тому, что понял его.


Он понимал английский.


Хотя… он не помнил, чтобы учил его. Или вообще когда-либо говорил на нём.

На его собственной части стола тоже лежал конспект. Он накрыл его ладонью, будто что-то ценное, и осторожно заглянул под неё.


Arthur Glynn.


Он замер.


Артур. Это его имя. Но…


Почему оно кажется чужим?

– Эй, ты вообще слышишь? – раздражённо прошептал Зак.


– Что?


– Говорю, мы сегодня сразу после четвёртой пары собираемся у того места. Ты говорил сам, что там что-то странное происходит.


– Где собираемся?.. С кем? – Артур нахмурился.


– Ты прикалываешься? Мы же вчера обсуждали! Ты сам предложил туда сходить. Хочешь пробраться внутрь или просто осмотреться, я так и не понял. Но ты был уверен.

Артур слушал его, но слова звучали, как будто в записи, которую кто-то прокручивает на старом диктофоне.


Он не помнил никакой договорённости.


Но Зак говорил с ним, как с близким другом. Значит, они действительно друзья.


Только вот…


Он не помнил даже того, как оказался здесь, как оделся утром, или как добрался до этой аудитории.


Он смотрел на свои руки и не был уверен, что они принадлежат ему.

И всё же он знал язык. Знал, что “Зак” – это сокращение от “Zachary”.


И знал, что был здесь раньше.


Знал… но не помнил.

– Ну… посмотрим, – наконец ответил он, стараясь говорить как можно естественнее.


– Мне ещё нужно переодеться, – сказал Зак, скользнув взглядом по одежде Артура.


– Да, пойдём вместе, – согласился Артур, заметив, что строгая рубашка и брюки не слишком подходят для прогулки.

– Тогда пошли, до конца пары двадцать минут, – добавил Зак, собирая ноутбук и бумаги. – Ты опять ничего не записал… Снова поздно лёг?


– Наверное, – пробормотал Артур и потрогал лоб тыльной стороной руки. – Хотя вроде температуры нет. Просто… не в себе.

Они вышли из аудитории и направились в сторону кампуса. Артур шёл немного позади, полагаясь на Закову уверенность – он едва ли узнал бы дорогу сам.

Зак рассказывал о выходных, о родителях, о чём-то ещё. Слушая его, Артур вдруг понял, что действительно близок с ним.


И это почему-то пугало.


Как можно не помнить человека, с которым делишь столько общего?

В комнате Зак бросил рюкзак на кровать и пошёл в ванную. Артур опустился на стул, и боль в голове снова напомнила о себе – уже сильнее.


Он закрыл глаза, чтобы отдышаться.


На столе лежала тетрадь. Что-то в ней показалось до боли знакомым.

Он открыл её.


Дневник.


Его дневник.

– Пусто… – тихо произнёс он. В груди кольнуло разочарование. Он надеялся… хоть на что-то.

Но страница была не первая. Он заметил, что первая и вторая слиплись.


Осторожно разлепив их, он начал читать.


Обо мне.

Обычный студент. 21 год. Хожу в зал, стараюсь держать форму – не качок, но и не дохлик. Глаза тёмно-карие, волосы каштановые, стрижка короткая по бокам, немного подлиннее сверху. В толпе меня не сразу заметишь – и, честно говоря, мне это даже нравится.

Друзья? Есть.


Зак, Квин, Джо, Руби, Элли и Кэт.


С Заком дружим с самой средней школы – ему я могу доверить что угодно. Иногда кажется, что он знает меня лучше, чем я сам.

Учусь на третьем курсе… биомеханическая инженерия. Да, знаю, звучит серьёзно. Сам до сих пор удивляюсь, как вообще туда попал. Наверное, просто выбрал наугад – как будто кто-то за меня решил.

Что ещё сказать?


А, это уже второй дневник. Первый я уже весь исписал. Странно, я ведь не такой уж разговорчивый.

Ладно. Сегодня воскресенье.


В понедельник хочу снова сходить к той станции.


Может, удастся что-то узнать.


Отложив дневник на стол, Артур задумчиво уставился на него.


Что всё это значит?.. Почему написано так странно?


Кто в здравом уме станет описывать себя в дневнике так, будто говорит о постороннем человеке? Если это дневник, то кому он адресован? Похоже, никому. И всё же… написано так, словно я заранее знал, что забуду, кто я такой.

Но если так – почему там всего один абзац? Неужели его должно было хватить, чтобы я снова понял, кто я есть?

Он вновь взял дневник в руки и стал внимательно его рассматривать.

– Я точно видел его где-то раньше… – прошептал он.

На вид дневник почти новый. Обложка чистая, без царапин и следов использования. Он пролистал все страницы – ни строчки, кроме той самой, на первой. С сомнением захлопнул его и провёл пальцем по корешку. Мягкий переплёт легко прогибался… почти везде. В одном месте, ближе к краю, что-то было.

Артур взял карандаш и аккуратно поддел край материала. Сердце учащённо забилось.


Изнутри выскользнул маленький, несколько раз сложенный стикер.

Он замер, держа его в пальцах. Потом осторожно развернул.

На клочке бумаги – короткая надпись, выведенная торопливым, неровным почерком:

“Пиши всё, что помнишь.


Они не хотят, чтобы ты вспоминал.”

Он замер, не отрывая глаз от стикера.

Слова будто впились в мозг. Простая фраза, но от неё пробежал холод по спине. Артур посмотрел на свои пальцы – они чуть дрожали.

– Кто это написал? – шепнул он одними губами. – Я?.. Или кто-то другой?

Он медленно поднялся со стула и огляделся. Комната была пуста – Зак всё ещё не вернулся из ванной. Артур быстро свернул стикер и спрятал его в карман. Его не покидало чувство, будто за ним наблюдают. Будто сам дневник ждал, чтобы его открыли.

В голове пронеслось: Пиши всё, что помнишь…


Но он ничего не помнил. Почти ничего.

Он снова сел, вытащил карандаш и развернул чистую страницу дневника. Несколько секунд сидел, глядя на пустоту, а потом всё же начал писать:

19 мая


Не знаю, кто я.


Не знаю, почему я ничего не помню.


Всё кажется знакомым – и одновременно чужим.


Меня зовут Артур, это я узнал из конспекта. У меня есть друг – Зак.


Я чувствую, что мне нельзя доверять своей памяти.


Кто-то, возможно я сам, предупреждает меня…


Надо выяснить, что происходит.

Он отложил карандаш. В этот момент дверь ванной щёлкнула, и вышел Зак, вытирая руки.

– Ну чё, готов? – спросил он, не заметив, что Артур быстро захлопнул дневник.

– Да… почти, – кивнул Артур, поднимаясь. Его взгляд задержался на тетради.


Он уже знал: это только начало.

Они шли по дорожке вдоль корпуса, солнечный свет бил в глаза. Зак, листая что-то в телефоне, вдруг произнёс:

– Слушай, скинь локацию в чат, а то потом все начнут спрашивать, где это. Лучше заранее.

Артур обернулся к нему с неуверенной улыбкой.


Внутри всё сжалось.

– Эм… какая локация?

Зак прищурился.

– Та самая. Станция или что это было. Ты же сам настаивал туда сходить, говорил, что там странные штуки творятся. Только ты там был, мы же так ничего и не нашли.

Артур опустил взгляд. В голове – пустота. Он даже не знал, как выглядит эта станция, не то что где она находится.

– А… да, – протянул он, стараясь не выглядеть растерянным. – Слушай, я вот думаю, может, ну её? Я тогда случайно туда наткнулся и… ну, может, и не стоило туда вообще лезть. Не думаю, что там есть что-то интересное.

– В смысле? Ты же вчера весь день расписывал, как тебя там мурашки по коже пробивали и всё такое.

– Да, – выдохнул Артур, – но сейчас не знаю. Чем больше думаю об этом месте, тем больше мне кажется, что это была просто пустая заброшка. И вообще… вдруг это частная территория? Нас потом ещё обвинят в чём-нибудь.

Зак хмыкнул.

– Странный ты сегодня. Будто подменили. Ну, ладно… В принципе, мне и не сильно хотелось. Я больше шёл из-за тебя, думал, тебе важно туда вернуться.

– Да, раньше казалось, что важно, – сказал Артур, глядя в асфальт, – но, может, и не стоит.

Они на секунду замолчали. Потом Зак махнул рукой.

– Ладно. Тогда давай просто затусим у кого-нибудь, и всё.

Артур кивнул, чувствуя, как на мгновение стало чуть легче дышать. Он снова сумел выйти из ситуации, не выдав себя. Но это решение – не идти туда – почему-то оставляло ощущение тревоги.


Словно он отвернулся от чего-то важного.

– Тогда я сейчас позвоню Элли и спрошу, сможем ли мы сегодня у них собраться, – сказал Зак, прижав телефон к уху и дожидаясь ответа.

– Слушай… я, наверное, не пойду, – тихо ответил Артур, почти шёпотом. Он чувствовал, что сейчас не может позволить себе быть среди людей.


«Если они заметят, что со мной что-то не так – могут начать задавать вопросы. А мне это сейчас ни к чему…»

– У меня голова болит. Да и конспект писать надо… Ну, в общем, давай без меня сегодня, ладно?

– Блин, ты не мог… Да, алло? Привет, мы сегодня передумали насчёт…

Зак уже говорил с Элли, а Артур, не вслушиваясь в разговор, погрузился в мысли.


«Мне нужно выяснить, кто я. Что со мной. Только тогда я смогу нормально общаться с ними, не вызывать подозрений. Но как это сделать?..»

И тут до него дошло – телефон.


Он достал его из кармана.


Экран разблокировался по лицу.


“Хоть это сработало,” – с горькой иронией подумал он.

Он пролистал спам в мессенджерах. Несколько непрочитанных сообщений:

Кэтти


[15:35] Чего молчишь?

Квин


[14:54] Скинь метку.

E-mail:


[09:20] У вас осталось 2 дня, чтобы сдать книгу…

Он не стал отвечать. Вместо этого открыл галерею.

«Если я что-то забыл – фото могут помочь вспомнить…»

Сначала – ничего необычного. Пара селфи, фотографии со студенческой вечеринки, чей-то кот на фоне грязного окна.

Но через пару свайпов он наткнулся на странное фото.

Темный коридор. Зелёный свет. Каменные стены. Не похоже на кампус.


«Где это? Я точно не был в таком месте… Или был?»

Он пролистал дальше – видео. Оно длилось всего 14 секунд. Надев наушник, он включил его.

Камера дрожала – явно снималось в спешке. Чьи-то шаги по железной лестнице. Его голос, напряжённый:

– Только проверить, и сразу уйду. Если что-то пойдёт не так, я…

Видео резко оборвалось.

Артур застыл. Голос – его. Рука – его. Но воспоминаний – ноль.

Он выключил экран и замер.


«Что я пытался проверить? Что пошло не так?..»

Он выключил экран и положил телефон в карман, будто оттолкнув от себя то, чего не хотел знать.

Они дошли обратно до своей комнаты. Зак пошёл мыть руки, а Артур вытянул телефон, положил его на стол и сел за него, всматриваясь в видео.

Сердце стучало громче обычного. Видео было реальным. Голос – его. Ступени – явно вниз. «Проверить что?»

– Эй, Арт, – выглянул из ванной Зак, вытирая руки полотенцем. – Всё окей?

– А? Да… Да, просто… что-то в голове щёлкнуло.

– Слушай, ты точно не хочешь пойти с нами? Елли сказала, можно у неё собраться, Кэт принесёт еду.

– Правда, нет. Мне лучше отдохнуть. Голова всё ещё гудит.

– Ну ладно, не хочешь – не надо, – Зак пожал плечами. – Я пошёл, если что, пиши.

Дверь за Заком закрылась. Артур остался один.

Он вернулся к телефону. Видео… Его хотелось удалить, но что-то внутри подсказывало – нет, нельзя. Это важно.

Он включил его снова. На экране дрожащие кадры. Темнота. Ступени. Мерцающий свет – то ли аварийный, то ли старый. Его голос, приглушённый:

– Только проверить, и сразу уйду. Если что-то пойдёт не так, я…

Щелчок. Конец.

Он перемотал. Слушал снова и снова. Пробовал разобрать, что звучит на заднем плане. Какой-то механический шум? Вентиляция? Или… гул, похожий на сирену?

Ему показалось, будто в самый последний момент – прямо перед тем как видео обрывается – в кадре кто-то мелькнул. Тень? Или это просто смазанный кадр?

Он поставил паузу на последних секундах и увеличил изображение. Пиксели расползались, но всё равно было ощущение, что там что-то есть. Слишком человекоподобное, чтобы быть просто игрой света.

В этот момент экран телефона мигнул. На экране появилась всплывающая иконка Bluetooth-подключения:

«[Unlabeled Device] хочет отправить файл»


[Принять] – [Отклонить]

Артур замер. Он был один. Ни с кем не соединялся. Bluetooth был выключен.


И всё же – сигнал шёл. Сейчас.

Он отклонил. Экран сразу стал чёрным – будто что-то перезагрузилось. В галерее файл уже не открывался:


“Файл повреждён или удалён.”

– Что за… – выдохнул он.

Он почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок.


«Я здесь не один. Кто-то знает, что я смотрел это видео. И, возможно, не хотел, чтобы я это сделал.»

Он встал и подошёл к окну. На улице сгущались сумерки. Толпа студентов спешила к общежитию и обратно. Всё выглядело обычно. Но теперь каждый прохожий казался возможной угрозой.

«Если я хочу понять, что происходит – мне нужно действовать аккуратно. Спокойно. И в одиночку.»


## Глава 2


19 мая, 17:08

Он опустился обратно на стул и несколько секунд молча смотрел на экран потемневшего телефона.


– Видео исчезло. Просто пропало. Осталась только ошибка: «Файл повреждён». Слишком удобно. Слишком вовремя. Это не может быть случайностью.

Он взял дневник и, открыв на новой странице, начал писать всё, что могло бы пригодиться:

Видео на телефоне.


Подвал. Лестница. Мерцающий свет.


И, возможно, силуэт… кого-то.

Не думаю, что это было снято в нашем колледже. Интерьер не тот – слишком старый, обветшалый. Этому месту десятки лет. Нашему колледжу и двадцати не исполнилось.

Самое странное: файл испортился сразу после подключения неизвестного устройства. Совпадение? Слишком уж точное совпадение.

Он отложил ручку и встал. Мысль пришла внезапно – ноутбук. Конечно! Он же у него с собой.

Подойдя к рюкзаку, Артур расстегнул молнию и вытащил ноутбук из специального отделения.


Он почувствовал, как в комнате стало тише. Экран устройства был холоден на ощупь. Он положил его на стол и, не спеша, сел напротив. Несколько секунд он просто смотрел на крышку, будто ждал, что она откроется сама.

Наконец, он откинул её.

– Пароль… – пробормотал он с лёгким напряжением.

Пальцы словно сами знали, что делать: два, четыре, семь, девять. Войти.

Экран загорелся. Рабочий стол ожил.

– Неужели я не всё забыл?.. – выдохнул он. – Или моя память начинает возвращаться?


Возможно, мозг помнит больше, чем я думаю. Просто… на подсознательном уровне.

Он провёл пальцем по тачпаду и открыл «Изображения». Первая папка – "Family". Артур замер на секунду, потом открыл её.

Несколько десятков фотографий. Сначала – уютный дом, заснеженный двор, потом лица: женщина с доброй улыбкой, мужчина в очках, девушка с рыжими волосами. Он смотрел на них и ничего не чувствовал.

Никакой связи. Никаких воспоминаний.

Он будто рассматривал чью-то чужую жизнь. Даже мальчик, стоящий рядом с ними на нескольких фото, якобы он сам – выглядел неубедительно.


Улыбка слишком широкая. Поза слишком постановочная. Всё казалось… поддельным.

– Это моя семья?.. – прошептал он, чувствуя, как внутри что-то сжимается. – Или просто та, которую я должен был помнить?..

Он пролистал дальше. Одна из фотографий оказалась тёмной – почти чёрный экран с едва различимым силуэтом в углу. Не похоже на семейный снимок. Он щёлкнул по файлу, и в углу появилось название:

"ZX-Project"

Это было странно. Он вышел из папки и стал искать её в других местах. На рабочем столе ничего интересного. Но в папке "Документы" нашёлся файл:

ZX_PROJECT_DATA.zip


Размер – 683 МБ.

Он щёлкнул дважды. Появилось окно с запросом:

Введите пароль для доступа к архиву.

Артур нахмурился. Всё подсказывало, что этот архив – важная часть пазла. Но, похоже, до него добраться пока не удастся.

Он закрыл окно и глубоко вдохнул.


– Запароленный архив. Стёртое видео. Поддельные фото.


Кто я, чёрт возьми?..

Он всё ещё сидел перед ноутбуком, глядя в окно. Внутри – пустота, холодная и тихая, как комната без воспоминаний. И вдруг:

Бззз.


Телефон завибрировал.

Экран зажёгся:


Кэтти [18:22]


«Ты странно сегодня себя ведёшь. Всё ок?»

Он посмотрел на сообщение, как на спасательный круг.


– Кэтти… – прошептал он. – Ты ведь, наверное, близкий человек, да?

Он чувствовал: если кто-то и может пролить свет на то, кем он был – то это она. Тон её сообщений, частота, простота – всё говорило о близости. Подруга? Больше, чем подруга?..

Он взял телефон и начал печатать, медленно, с внутренним напряжением:

«Хочешь прогуляться? Просто вдвоём. Сейчас.»

Палец завис над кнопкой отправки. На секунду ему показалось, что это глупо, навязчиво. А вдруг она подумает, что он… странный?

Но он уже и так чувствовал себя чужим в собственной жизни. И если кто-то может дать ему хоть кусочек правды – он должен рискнуть.

Отправлено.

Он откинулся на спинку стула и стал ждать. За окном небо ещё светлело, окрашенное в мягкие оттенки приближающегося заката, но воздух уже прохладел. Внутри же всё было подвешено: пауза между незнанием и возможностью что-то вернуть.

Разговор с Кэтти мог многое прояснить. Если она действительно его близкий человек – подруга, а может, и больше – она должна заметить перемены. Она могла бы сказать, каким он был раньше: что любил, как себя вёл, что их связывало. Он надеялся услышать знакомые детали, которые заполнят пустые участки памяти. Или наоборот – её реакция покажет, что с ним действительно что-то не так.

Но главное – если он когда-то доверял ей, возможно, сможет сделать это снова. А значит, не придётся искать ответы в одиночку.

Экран телефона мигнул, и на нём появилось новое сообщение.

Кэтти:


«О, ты ожил наконец! Мы как раз с ребятами у Элли, чилим. Что-то срочное?»

Он смотрел на экран, как будто ждал подвоха. Слова были простыми, привычными. Эмодзи, лёгкий тон – всё выглядело нормально. Но что-то в этом "наконец" его зацепило. Значит, он действительно давно молчал. Насколько давно? И что она ожидала от него?

Он уже начал набирать ответ, но замер. Спрашивать напрямую про себя – слишком рискованно. Вдруг она что-то заподозрит.

Он изменил текст:

Артур:


«Решил наконец выбраться из комнаты. Прогуляешься со мной немного?»

Короткая пауза. Он едва сдерживал дрожь в пальцах.

Кэтти:


«Сейчас? Мы только заказали еду. Но… давай, почему бы и нет. Через минут 10 могу выбежать. Где встретимся?»

Он машинально взглянул на часы. Было 17:02.

Сейчас или никогда.

Он быстро набрал:

Артур:


«У старого фонтана за спортзалом. Там тихо.»

Кэтти:


«Окей, подбегу как освобожусь. Не теряйся»

Он снова поймал себя на том, что всматривается в эмодзи, будто в нём есть скрытый смысл.


Закрыв чат, он сунул телефон в карман и быстро натянул куртку. Воздух в комнате стал душным – ему нужно было выйти, подышать, прийти в себя.


Проходя мимо зеркала, он невольно остановился.

– Ты правда думаешь, что она тебе поможет? – пробормотал он себе под нос.

Да. Потому что если кто-то и может заметить, что он изменился – это она.


Если она – его девушка, она заметит интонации, слова, паузы. И если не заметит – значит, он достаточно хорошо держится. Это был его шанс понять, каким Артуром он был – через чью-то реакцию, взгляд, воспоминания, которые не принадлежат ему, но всё ещё живы в других.

Он вышел в прохладный весенний воздух. Свет уже начал тускнеть, но до настоящего вечера было ещё далеко. Фонтан, давно неработающий, стоял в полукруге заброшенных скамеек. Место казалось забытым, но именно это Артуру и нужно.

Он сел на камень у края чаши и стал ждать, не отрывая глаз от аллеи.


Прошло чуть больше восьми минут.

Вдалеке показалась Кэтти. Шла быстро, в спортивной кофте и с телефоном в руке. Когда подошла ближе – улыбнулась.

– Ну привет, потерянный. Что у тебя за настроение философа?

Кэтти подошла ближе, убрала телефон в карман и присела рядом, облокотившись на край фонтана.

– Ну, рассказывай, что у тебя за таинственный настрой? – сказала она, улыбаясь. – Зак говорил, что ты сегодня какой-то не в себе.

– Да, просто день странный… – Артур пожал плечами и слегка улыбнулся, стараясь скрыть напряжение. – Голова болела, не до людей было.

– Ну, бывает. Хотя ты вообще какой-то тихий стал в последнее время. Даже мне не пишешь. Я думала, ты обиделся.

– Нет, что ты… – Он опустил взгляд. – Просто… запутался немного. Устал. Знаешь, бывает, когда вроде бы всё на месте, а внутри как-то… пусто.

Кэтти кивнула, уже не улыбаясь.

– Мне кажется, ты загоняешься. Но если хочешь поговорить – я рядом.

– Спасибо. Слушай, а… мы давно знакомы?

Она нахмурилась, чуть склонив голову.

– Серьёзно? Ты это к чему?

– Просто пытаюсь вспомнить, как всё начиналось. Ты же знаешь, я – не самый внимательный человек.

Она хмыкнула.

– Ну да, это точно. Ты меня случайно залил кофе на паре по биологии в первый же день. Потом целую неделю извинялся, а на второй – пригласил гулять.

– Правда?.. – Он чуть приподнял брови, будто удивился, хотя улыбка на лице осталась.

– Ага. Я ещё подумала: «Ну, хоть с чувством вины парень». А потом как-то само пошло. Прогулки, болтовня по ночам, дурные мемы… Ты вообще всё это помнишь?

– Отрывками, – медленно ответил Артур. – Иногда что-то всплывает… как будто из сна. Я просто хочу… сложить всё в цельную картинку.

– Ну, странно, конечно. Может, тебе и вправду отдохнуть надо. Или спать больше, ты же стал вставать в три ночи и куда-то пропадать, кстати. Что это вообще было?

– Я?.. – он замер, стараясь не выдать удивления. – А я… ничего, просто не спалось.

Кэтти посмотрела на него внимательнее.

– Ты точно в порядке, Арт?

Он кивнул.

– Да. Просто пытаюсь вспомнить, кем я был. Ну, и кто я сейчас.

Они шли по дорожке вдоль кампуса, вдоль клумб с уже чуть поникшими тюльпанами. Ветер то и дело раздувал волосы Кэтти, и она время от времени бросала на Артура косые взгляды.

– Ты правда… ничего не помнишь? – наконец спросила она, сжав лямку рюкзака.

– Да, – ответил он после паузы. – Не специально. Не знаю, как это объяснить. Всё будто выключилось. Остались только обрывки – лица, звуки, даже неясные чувства.

Кэтти нахмурилась.

– Ты что, издеваешься? Это же… серьёзно. Мы ведь… Мы много времени проводили вместе. Ты не мог просто всё забыть. – Она резко остановилась. – Даже меня?

Он посмотрел ей в глаза, стараясь быть честным.

– Прости. Я чувствую, что ты важна. Но… как будто я читаю чужой дневник и пытаюсь притвориться, что это моя жизнь.

Она немного побледнела и снова пошла вперёд, тихим голосом продолжая:

– Артур, если это шутка – это странная и совсем не смешная шутка.

– Я не шучу, – он поспешил за ней. – Это пугает меня не меньше, чем тебя. Я не знаю, кто я был. Но хочу понять. Я подумал… если ты согласишься поговорить, показать, рассказать, – может, я что-то вспомню.

– И почему ты не сказал раньше? – спросила она, не глядя.

– Потому что даже сейчас не понимаю, кому можно доверять. И сам себе – не верю до конца.

Кэтти шла молча. Ветер сорвал несколько сухих лепестков и закружил их у тротуара. Потом она вдруг остановилась.

– Хорошо, – сказала она, не оборачиваясь. – Если ты и правда всё забыл, – я помогу тебе. Но если это игра… я не прощу.

Артур кивнул, чувствуя, как в горле встал ком.

– Спасибо.

Она только кивнула. Тепла в её голосе пока не было. Но это уже было начало. Молча смотрела на него, будто пытаясь разглядеть за внешностью знакомого человека кого-то нового. Потом произнесла:

– Не знаю, кто ты сейчас… Но раньше ты был совсем другим. Весёлый, с сумасшедшими идеями, всегда на взводе. Мы с тобой постоянно что-то придумывали. Помнишь, как ты притащил проектор в библиотеку и запускал “анонимные признания” на экран?

Он медленно покачал головой.

– Ты тогда сказал, что хочешь “расшатать рутину”. Все смеялись, пока завхоз не появился. Потом ты ещё смонтировал ролик, и мы чуть не выиграли конкурс за креатив. Это был ты. Такой… взрывной. Сейчас ты другой. Спокойный. Как будто с тобой что-то случилось. Или… как будто ты откуда-то не отсюда.

Он чуть наклонился вперёд.

– А тебе не страшно со мной разговаривать? Я… сам себе кажусь чужим.

Кэтти хмыкнула, но в её взгляде мелькнуло сомнение.

– Страшно? Не знаю. Странно – да. Словно ты тот же, но не изнутри. Ты стал смотреть по-другому. Глубже. Раньше ты всё воспринимал легко, а теперь – будто проверяешь, что настоящее, а что – нет.

Он слегка улыбнулся – благодарно и немного устало.

– Значит, я всё-таки изменился. И это видно.

– Видно, – подтвердила она. – Но это не обязательно плохо. Ты стал другим… но, может, более настоящим?

Наступила пауза. Кэтти достала телефон, начала листать.

– У нас была папка. «Глупости от Артура». Помнишь?

Он покачал головой.

– Пожалуй, самое честное, что я сейчас могу сказать – “нет”.

– Ну и ладно. Смотри, вот, – она протянула телефон.

Он взял его и замер. На экране был он сам – в нелепой новогодней шапке, с глупейшей гримасой, обнимающий сразу троих однокурсников. Они все смеялись.

Он смотрел на фото и чувствовал – ничего. Ни узнавания. Ни эмоций.

– Я не знаю этого человека, – тихо сказал он. – Это вроде я… но это не я.

Кэтти посмотрела на него – серьёзно, почти бережно.

– Ничего. Значит, будем знакомиться заново. Только ты уже другой – и, возможно, интереснее прежнего.

Артур всё ещё смотрел на фото, будто надеясь, что оно заговорит с ним, пробудит хоть что-то знакомое. Но внутри было только странное ощущение: будто он наблюдает за жизнью другого человека… очень похожего на него.

– Я не узнаю ни себя, ни этих… эмоций, – прошептал он. – Словно смотрю на маску.

Кэтти слегка улыбнулась, но глаза её оставались внимательными.

– Может, ты просто не торопись. Не обязательно сразу всё вспомнить. – Она потянулась к экрану. – Тут ещё видео есть… помнишь вот это?..

Она нажала, и началось короткое видео: они с ним сидят в комнате, Артур с серьёзным видом объясняет что-то на бумажке, а потом вдруг резко встаёт, хватает швабру и начинает “вести лекцию” о телепортации. Все за кадром ржут, камера трясётся от смеха. Он машет руками, указывает на дверь и с пафосом говорит:


– А теперь мы узнаем, что будет, если открыть портал в прошлое – но только наполовину!

Артур удивлённо моргнул.

– Это… Я?

Кэтти кивнула, всё ещё улыбаясь, но уже чуть мягче:

– Это один из твоих “вечеров теорий”. Ты частенько задвигал какие-то безумные штуки… про параллельные миры, двойников, “временные разрывы”. Мы думали, ты просто прикалываешься. Но ты всегда говорил: «В каждой шутке – доля плана».

Он усмехнулся – впервые искренне.

– Похоже, я и правда что-то знал.

И вдруг – мысль. Молниеносная.

– Подожди… у меня в ноутбуке есть зашифрованный файл. Я его не могу открыть. А ты не помнишь, ты… ты видела, чтобы я работал над чем-то странным? Серьёзным?

Кэт нахмурилась, задумалась.

– Ты иногда закрывался у себя, говорил, что «не можешь пока рассказывать». Однажды ты скидывал мне файл, но потом попросил удалить. Сказал, что «слишком рано». Кажется, он был в ZIP-архиве. Я тогда даже не открывала – ты выглядел так, будто это… важно.

Артур почувствовал, как что-то внутри щёлкнуло. Как будто след – наконец.

– А ты… ты не сохранила его?

Она покачала головой:

– Нет. Но подожди… если ты мне его отправлял – он мог остаться где-то в переписке. Я поищу.

Артур вдруг почувствовал, как в груди поднялась волна – тревоги, надежды и опасности вперемешку.

– Спасибо, Кэт. Ты даже не представляешь, насколько это может быть важно.

Она внимательно посмотрела на него:

– Я не знаю, что с тобой произошло, Артур… но если ты куда-то попал – я помогу тебе выбраться.

Пока Кэтти сосредоточенно листала переписку в телефоне, Артур снова уставился на видео. Он перемотал его назад, поставил на паузу в момент, когда его «прошлое» он объясняет что-то, размахивая руками. Знакомый, живой, уверенный. Совсем не тот, кто сидел сейчас на скамейке.

Он промотал дальше. Смех. Крики. И вдруг – на заднем плане, едва заметно в тени за окном – что-то мелькнуло.

Артур прищурился. Отмотал на пару секунд назад. Замедлил воспроизведение.

В одном из кадров, на долю секунды, в глубине отражения окна мелькнул силуэт. Прямо за их спинами. Высокий, тёмный, неясный – но точно человеческий. Он стоял слишком близко, но никто в комнате этого, похоже, не заметил.

Сердце Артура забилось чаще.

Он поставил видео на паузу и сделал скриншот. Увеличил изображение. Силуэт оставался расплывчатым, будто камера сама не хотела его фиксировать.

– Кэт, – тихо сказал он, – посмотри на это.

Она наклонилась, взглянула на экран и замерла.

– Что за…? Кто это? Там ведь никого не было.

– Вот именно, – сказал Артур глухо. – А кто-то был.

Кэтти смотрела на экран, всё больше бледнея.

– Я не нашла файл. В переписке пусто. Как будто его никогда не было. Даже место, где он должен быть – исчезло.

Артур поднял взгляд, глядя ей в глаза.

– Значит, кто-то чистит за мной следы. Но не в первый раз. И, похоже, не в последний.

Ветер пробежал по листьям деревьев над ними. Артур снова посмотрел на застывшее изображение – на себя и на тот силуэт в окне.

Он не знал, кем был раньше. Но теперь знал точно: его прошлое само не отпустит.


## Глава 3


Кэт вернула ему телефон и задумчиво сказала:

– Я перешлю это видео себе. Хочу посмотреть его на большом экране, покадрово. Вдруг мы что-то упускаем.

Артур кивнул.

– Хорошо. Только… никому больше не показывай. Ладно?

– Конечно. Пока ты не поймёшь, что происходит – никому ни слова.

Они помолчали. В воздухе повисла странная, напряжённая тишина, которую нарушал лишь ветер, раскачивавший верхушки деревьев у кампуса.

Кэт снова заговорила, тише:

– А ты точно не думаешь, что это всё… ну, у тебя в голове?

– Думаю, – честно ответил он. – Но если это и правда, то даже внутри головы всё слишком логично, чтобы быть просто сном или сбоем. Утерянные файлы. Повреждённое видео. Зип-архив с паролем. Это не похоже на галлюцинации.

Она чуть вздрогнула, но кивнула.

– Тогда начни с ноутбука. Помнишь, ты всё туда скидывал – даже странные черновики, наброски, цитаты. Если ты себе что-то и оставил… след, послание, – оно там.

– Уже проверял, но не везде, – сказал Артур, доставая ноутбук из рюкзака и открывая крышку. Он ввёл пароль – тот самый, который пальцы вспомнили без усилий – и оказался на рабочем столе.

Папки. Иконки. Всё казалось одновременно знакомым и чужим.

– Давай попробуем вот это, – пробормотал он и открыл папку с названием «Projects».

Внутри – десятки документов, большинство с ничего не говорящими названиями: test_final.txt, новыйдок1.docx, !!!.md.

– Типичный ты, – усмехнулась она. – Абсолютно хаотичный порядок.

Он открыл один из файлов – черновик короткого рассказа. Загадочный, пугающий. История о человеке, потерявшем себя в городе, где улицы меняют расположение каждую ночь. Под конец персонаж начинал подозревать, что сам был частью чужого эксперимента.

– Это моё?

Кэт мельком заглянула в экран.

– Похоже. Ты часто писал странные штуки. Но это… мрачнее, чем обычно.

Артур прокрутил текст вниз и вдруг увидел строчку, выделенную жирным:

«Запомни: если не узнаешь себя – ищи зеркала»

Он замер.

– Что?

– Что это? – Кэт наклонилась ближе. – Это звучит как подсказка. Или предостережение?

Артур не ответил. Он чувствовал, как мурашки пробежали по коже. Строчка выбивалась из остального текста – как будто была вставлена позже. Рассказ шёл о городе, о лабиринтах улиц, о страхе потерять себя… а эта фраза – «Запомни: если не узнаешь себя – ищи зеркала» – не имела с ним прямой связи. Ни по стилю, ни по содержанию. Словно чужое послание, спрятанное среди вымышленных абзацев.

Его собственный почерк, его слова. Но он не помнил их. Это был он… но другой.

В это мгновение, в правом нижнем углу экрана, мелькнуло уведомление.

Новое сообщение: неизвестный отправитель. Один файл. Без текста.

Кэт и Артур одновременно уставились на экран.

– Ты это видел? – прошептала она.

Артур кликнул на иконку.

Файл назывался: mirr0r.zip

– Ладно, попробуем это, – пробормотала Кэтти и кликнула на архив с именем mirr0r.zip.

Архив затребовал пароль. Простое серое окно, но Артур почувствовал, как сердце сжалось.

Первым он ввёл простой код, который часто использовал – 1234. Ошибка.

Потом пробовал дату, которая мелькала в его дневнике – 2104. Тоже не подошло.

Что-то в названии дернуло его память, будто зацепилось за шершавую стенку в голове.

– “mirror”… – прошептал он. – Это как в том тексте. В дневнике. Помнишь?

Кэтти посмотрела на него:

– “Ищи зеркало”?

Он кивнул. Слова звучали чужими, но в то же время – словно подсказкой самому себе. Не метафора, не поэтика. Прямая инструкция.

– Попробуй findmirror, – сказал он. – С маленькой буквы, слитно.

Кэтти набрала. Архив замер на секунду… и открылся.

Оба вздрогнули. Артур выдохнул, почти не осознавая, что всё это время затаивал дыхание.

Внутри была лишь одна папка. Она называлась просто: log.

– Что за лог? – прошептала Кэтти и открыла её.

Внутри лежало несколько текстовых файлов с датами. Первая – месяцами назад. Последняя – неделю назад. Каждый файл был коротким, почти телеграфным. Он выбрал первый:

[Log_12_02]

Субъект #7 – псевдоним: Delta9


Начальный уровень отклика ниже среднего.


Подвержен флэшбекам, особенно во сне.


Память частично сохранилась, несмотря на подавление.


Требуется ручное вмешательство или сброс.


Среда успешно симулирована.


Программа «Зеркало» активна.

– “Дельта”… – повторил Артур вслух, словно пробуя это имя на вкус.

Он чувствовал, как в животе всё сжалось.

– Тебе это что-то говорит? – Кэтти наклонилась ближе к экрану.

– Я… не знаю. Но будто слышал. Или читал. Может в дневнике. Или…

Он пролистал к следующей записи.

[Log_01_04]

Субъект #7 демонстрирует неустойчивую реакцию.


Подозревает искусственность происходящего.


Попытка контакта с внешним источником зафиксирована.


Координатор внес изменения в среду.


Инструкция: устранить триггеры

, подготовить к откату.

– “Координатор”… – пробормотала Кэт. – Всё звучит так, будто это… не просто эксперимент. Это управление людьми.

– Он что, как я? – Артур смотрел на экран, словно в бездну. – Кто бы это ни был – он понял, что с ним что-то не так.

Он открыл последний файл.

[Log_05_12]

Субъект #7 – нестабильность.


Возможен побочный перенос.


Необходимо зафиксировать личность до «расщепления».


Если Delta9 активен – зеркало может дать сбой.


Удаление рекомендовано. Решение за координатором.

Они оба молчали.

– Мне это имя… не нравится, – наконец выдохнула Кэт. – Оно как будто… где-то рядом. Может, это кто-то из наших?

– Или… – Артур поднял взгляд, – я знал его. До этого. До… “перезапуска”.

Он откинулся в кресле. Словно кто-то только что выдернул почву из-под ног.


Это не просто история о нём. Это сеть. И в ней – больше игроков.

И кто такой Delta9… он мог бы быть ключом.

Артур всё ещё смотрел на экран, не моргая. Слова из второго лога эхом отдавались в голове: «расщепление», «удаление», «решение за координатором». В груди нарастало неприятное ощущение – как будто кто-то наблюдает за ним через экран.

– Это больше не про меня, – наконец сказал он, отводя взгляд. – Это что-то гораздо шире. Мы видим только вершину.

Кэт молча кивнула. Она выглядела растерянной, но старалась держаться. Она не видела видео – только слышала, как он его описывал. Но логи говорили сами за себя.

– Этот… Delta9, – она произнесла имя осторожно, – ты думаешь, это человек?

– Или что-то хуже, – Артур пожал плечами. – Либо программа. Либо кодовое имя. Но его боятся. И его, похоже, включили.

Уже совсем стемнело, и прохладный ветер начал подниматься, пронизывая насквозь и заставляя деревья тихо шептать в темноте. Артур шёл молча, рядом с Кэт, но мысли бурлили в голове. Улица, казалось, опустела, и каждый шаг отдавался глухо, будто они ступали по декорациям, а не наяву. Напряжение в воздухе росло – не из-за холода, а из-за ощущения, что за ними что-то следит. Что-то, что знает больше, чем они. Артур сжал зубы. Всё, что он узнал за последние часы, складывалось в слишком жуткую картину.

– Может то видео связано… – прошептал он, глядя вниз. – Видео подвала, в котором я был. Его стерли у меня с телефона, но это место не было похоже на колледж или обычное здание. Более того, у меня есть странная уверенность, что это был не просто подвал. Это был вход… во что-то большее.

Кэт молча смотрела на него, ожидая продолжения.

– Возможно, именно там это и происходит. – Он говорил медленно, будто пробуя слова на вкус. – Эти эксперименты. Эти “логи”, координаторы, Delta9… Всё. Не лаборатория в белом здании, не центр с охраной. А заброшенное, скрытое место, где можно делать всё, что угодно. И никто не найдёт.

Он сжал кулаки, глядя в темноту, где сгущались тени деревьев.

– Я не знаю, был ли я там… Но я знаю одно. Если я найду это место – тогда, возможно, найду и ответы.

Кэт нахмурилась, задумчиво глядя на Артура:


– Ты говорил, что собирался сегодня куда-то пойти… вроде на какую-то станцию, но потом всё отменил.

Артур пожал плечами, стараясь собрать мысли:


– Не могу вспомнить, что это за место. Оно будто где-то на краю сознания, но детали ускользают.

Он помедлил, и вдруг что-то щёлкнуло:


– На том видео я… Я отвечал кому-то. Кто это мог быть?

Кэт с любопытством посмотрела на него:


– Может, это как-то связано? То место, куда ты собирался, может быть тем самым, где всё происходило?

Артур задумчиво посмотрел в сторону улицы, которая постепенно окутывалась сумерками:


– Если так, значит это не просто случайность. Может, эксперименты или что-то подобное проводились там.

– Тогда стоит вспомнить, кто с тобой был перед тем, как всё пошло наперекосяк, – мягко предложила Кэт. – Может, кто-то из знакомых что-то знает.

Артур кивнул, чувствуя, как напряжение растёт, но одновременно в нём появлялась искра надежды.

Артур медленно достал из рюкзака дневник, сжимая его в руках, как будто держал не просто тетрадь, а какой-то хрупкий артефакт.


– Кэт, – начал он тихо, почти шепотом, – скажи, ты когда-нибудь видела что-то похожее? Такой дневник? Я… не могу понять, был ли у меня он раньше. Может, ты когда то видела его и куда я мог спрятать другой?

Кэт взяла дневник, осторожно перелистывая страницы. Её глаза стали более внимательными, а улыбка исчезла, уступив место лёгкой тревоге. Она изучала каждую строчку, словно пыталась уловить скрытый смысл.

– Постой, – вдруг сказала она, остановившись на одной из страниц. Её голос стал тише, и в нём появилась нотка беспокойства. – Что это?

Артур наклонился над страницей и прочитал аккуратным, но чётким почерком, написанным крупными буквами на полях:


«Будь осторожен. Не доверяй никому.»

Он отпрянул, словно получил неожиданный удар. Сердце забилось быстрее, а голова наполнилась вопросами.


– Я не припомню, чтобы писал это… – пробормотал он, – и, главное, не понимаю, как эта запись вообще оказась тут. Я всегда держал его при себе, никогда не оставлял без присмотра.

Кэт подняла глаза и встретилась с его взглядом. В её глазах была смесь тревоги и понимания.


– Кто-то очень хочет, чтобы ты обратил внимание на это. Либо пытается предупредить, либо просто запугать. Но это предупреждение – явно не пустые слова.

Артур сжал дневник крепче, ощущая тяжесть в груди.


– Значит, кто-то следит за мной, и не просто так. Если это предупреждение написано кем-то, кому я могу доверять, – или хотя бы знать, – то мне нужно быть предельно осторожным.

Артур снова опустил взгляд на запись, его мысли забегали всё дальше и глубже. Кто мог оставить это предупреждение? Может, это кто-то, кто следит за мной – но не с враждебными намерениями, а наоборот, кто-то, кто пытается помочь? Союзник, скрытый в тени, который знает больше, чем я… Но как связаться с ним? Как понять, кому можно доверять в этом лабиринте загадок и тайн?

Он глубоко вздохнул, сжимая дневник в руках. Неясность и опасность переплетались в его сознании, словно густой туман.

Вечерний ветер становился всё холоднее, гоняя по тротуару последние жёлтые листья и играя с тенями от уличных фонарей. Атмосфера вокруг казалась напряжённой и неопределённой, словно сам мир отражал тревогу, которая терзала Артура.

Он посмотрел на Кэт, которая молчала, чувствуя это же беспокойство.

– Думаю, тот, кто оставил запись, может быть моим союзником, – тихо произнёс он. – Но я не знаю, как с ним связаться. Не знаю, кому можно доверять, когда всё вокруг так запутано.

Кэт кивнула, глядя на пустеющие улицы и слабо мерцающие огни зданий.

Артур сжал в руках дневник, ощущая холод ветра, и тихо добавил:


– Всё только начинается. Я не могу позволить себе ошибиться.


## Глава 4


Сначала был свет. Без источника, без тени – просто ровный, слепящий белый, растекающийся до горизонта. Артур стоял в пустоте, где не существовало ни верха, ни низа, ни стен. Только свет и странное чувство, что за ним наблюдают.

Шаг. Ещё шаг. Звук его собственных шагов глухо отдавался под ногами, как будто он шёл по невидимому полу. Комната начала складываться вокруг него – из пустоты возникли глянцевые белые панели, стерильные, без швов, как будто слепленные из единого куска материала. Потолок дышал мягким флуоресцентным светом.

Перед ним – кресло. Необычное, слегка выгнутое, с вмятинами под руки. И голос. Он не мог определить, откуда он исходит – будто говорил сам воздух.

– Сядьте.

Он подчинился без сопротивления, словно тело действовало безвольно.

Сквозь свет проступила тонкая перегородка, и за ней – силуэт. Не мужчина, не женщина – фигура в белом, лицо скрыто. Рядом – экран, мигающий едва заметными строками.

– Назовите себя.

– Я… – Он замер. Почему-то даже простая попытка назвать своё имя вызвала смутное сомнение. Как будто оно не принадлежало ему.

– Повторите последнюю зафиксированную дату.

Он открыл рот, но слов не было. Пусто.

Молчание затянулось. Экран засветился чуть ярче. Голос стал холоднее.

– Укажите три признака внешнего раздражителя.

– Что? Я… не понимаю.

В панели над головой вспыхнуло красное, и из стен словно вышли руки – нет, не руки, металлические манипуляторы, тонкие, змеевидные. Они не касались его, но уже своим присутствием заставили сердце застучать как бешеное.

– Ответ отклонён. Повторите вопрос: кто вы?

Он хотел закричать. Сказать, что не знает. Что не просил этого. Что это не он. Но изо рта вырвался только хрип.

Свет начал мигать, и стены дрогнули, словно комната была лишь голограммой, теряющей стабильность.

И тогда фигура в белом шагнула ближе, склонившись к нему. Лицо всё ещё оставалось скрытым, но откуда-то раздался шёпот – слишком тихий, чтобы различить слова, но отчётливо – обращённый именно к нему.

Он замер. Всё исчезло. И тут…

Артур вскрикнул и резко сел в постели. Сердце билось так, будто он только что пробежал километр. В комнате было темно, только с улицы пробивался свет фонаря. В окно стучал ветер, и тени от деревьев плясали по стенам.

На лбу – капли пота. Он провёл рукой по лицу, пытаясь вернуться в реальность.

– Это… сон… только сон…

Но ощущение осталось. Необычайная чёткость деталей, холод искусственных стен, безэмоциональный голос – всё это не походило на обычный кошмар.

Он схватился за край кровати, пытаясь унять дрожь. В груди жило стойкое чувство, что это не фантазия его разума. Это было воспоминание. Стертое, изломанное… но настоящее.

И с ним – возвращался страх.

Он резко сел на кровати, дыхание сбивалось. Комната ещё погружена в полумрак – серый рассвет просачивался сквозь шторы, очерчивая знакомые предметы размытым светом. Пот стекал по вискам, рубашка прилипла к спине. Образы сна продолжали всплывать в голове: белые стены, бесконечные вопросы, чужие лица без черт, и кто-то… тянущий его за руку. Будто память пыталась что-то вернуть – и тут же прятала обратно в тень.

– Эй, ты как? – раздалось из-за двери. Голос – знакомый, живой, почти обыденный.

В комнату заглянул Зака. На нём уже была уличная одежда, на плече болтался рюкзак.

– Я тебя ждал у входа, думал, уже вышел. Потом услышал, что ты тут шуршишь. Всё нормально? – Зака немного нахмурился, оставаясь в дверях. – Я после первой пары решил заглянуть – у нас же вторая вместе. Думал, вдруг ты проспал или опять исчез куда-то.

Артур провёл рукой по лицу, стараясь прийти в себя.

– Ага… просто странный сон. Всё как настоящее, – пробормотал он, опуская ноги с кровати. – Даже проснуться трудно.

– Ну, бывает, – Зака пожал плечами и чуть усмехнулся. – Мне вчера снилось, что я на экзамене по математике сражаюсь на мечах с деканом. Так что ты точно не один.

Он подошёл ближе, хлопнул Артура по плечу:

– Пошли, а то опоздаем. Если ты, конечно, не решил снова стать призраком.

– Нет, иду, – ответил Артур, но взгляд его был всё ещё затуманен.

Он потянулся за одеждой, но мысли оставались в белых стенах. Сон не отпускал.


И, что пугало больше всего – в нём не было ничего нереального.

Пара шла своим чередом, ничем не отличаясь от обычной. Свет мягко падал из больших окон, рассеиваясь на столах. Преподаватель шагал у доски, разъясняя материал спокойным, убаюкивающим голосом, периодически чертя формулы и делая пометки. Некоторые студенты лениво записывали, кто-то поглядывал в телефон, двое у окна шептались, прикрываясь тетрадью.

Артур сидел ближе к краю, рядом с Заком. Снаружи всё выглядело нормально – никакой тревоги, никаких странностей. Даже ветер, бушевавший накануне, утих. Но внутри у него оставалось ощущение зыбкости, как будто всё вокруг – только фасад.

Он поймал себя на том, что совершенно не слушает преподавателя. Мысли снова вернулись к дневнику. Запись, предостерегающая его – «будь осторожен». Кто её оставил? Почему? И главное – почему она звучала как послание самому себе?

Он украдкой вытащил дневник из рюкзака и, наклонившись, открыл нужную страницу.

Записи не было.

Он моргнул. Пролистал назад, вперёд. Ничего. Чисто. Бумага слегка потёрта, как будто кто-то недавно писал и стёр. Но вместо слов там теперь были набросаны символы, как пароль:


ZX-47eK//1b

Артур уставился на них. Что за…

И тут его накрыло воспоминание – ZX_PROJECT_DATA.zip. Один из файлов в архиве, который он не мог открыть накануне. Слишком длинное, слишком сложное имя. Он даже не пытался подобрать к нему пароль.

Он прижал дневник ближе, сердце забилось чаще. Это совпадение? Или очередная подсказка?

Он уже не сомневался: кто бы ни оставлял эти сообщения – он следит. Или… предупреждает.

Артур незаметно сжал дневник и глубоко вдохнул.


Похоже, у него снова появилась дверь. Вопрос лишь в том – за ней спасение или очередная ловушка.

Как только прозвенел звонок, Артур едва дождался, пока преподаватель закончит фразу. Студенты начали собираться, кто-то зевал, кто-то уже доставал еду. Зак хлопнул его по плечу:

– Пойдём?


– Догоню, – коротко ответил Артур. – Хочу кое-что проверить.

Он остался в аудитории почти один. Сел обратно и, оглянувшись, открыл ноутбук. Сердце глухо стучало, как будто предчувствовало нечто важное.

Папка Recovered_Files всё ещё была на месте. Он пролистал список – и да, ZX_PROJECT_DATA.zip был там. Тот самый, странный, внушающий тревогу одним названием.

Он ввёл пароль:


ZX-47eK//1b


На секунду ничего не происходило. А потом архив начал распаковываться.

Папка содержала лишь пару файлов – текстовый документ с пометкой [OBSERVER_LOG_Δ] и вложенную папку sub-21_segments. Артур открыл лог.

[OBSERVER_LOG_Δ]


Фаза 3. Подопытный 21.


Разделение завершено.


Инициация мульти-объектного сознания произведена успешно.

Причина: нестабильность исходной модели. Зафиксированы внутренние конфликты.


Решение: создать независимые фрагменты сознания и разместить их в разных контекстах среды.


Ожидается: постепенное восстановление связей в контролируемой среде.


Угроза: если “зеркальное ядро” активируется раньше времени – возможен непредсказуемый коллапс идентичности.


Координатор одобрил временное отключение памяти сегментов. Связь между ними запрещена.


Примечание: внешний контакт зафиксирован. Один из сегментов начал подозревать.


Доступ к “зеркалу” ограничен. Следить за подвижками. Поддерживать иллюзию независимости.

Артур читал, не веря глазам.


Сегменты? Разделение?


Это не просто о ком-то…


Это о нём?

Он медленно поднял взгляд, будто впервые осознал вес того, что держит перед собой.


Его сознание… разделили? Заставили забыть? И кто такой координатор? И что за“зеркальное ядро”?

Он больше не чувствовал себя целым.


И хуже – он не знал, кем именно он был в этой системе.

Артур долго не мог оторваться от прочитанного. Он пересматривал строчки снова и снова, будто надеясь, что всё это – ошибка. Но текст был чётким. Холодным. Логичным. Словно речь шла не о человеке, а об объекте. О функции.

Он вернулся к содержимому архива. Там был ещё один файл – [Directive_21_hidden]. Он почти не заметил его из-за прозрачного значка – файл был скрыт.

Открыв его, он увидел короткую, почти лаконичную инструкцию:

[Directive_21] – Активна только при сбое протоколов основной личности.

В случае аномального поведения объекта 07:


– внедрить наблюдателя класса "альфа" в ближайшее окружение;


– задача наблюдателя – отслеживать восстановление памяти, выявление связей;


– при риске выхода из-под контроля – направить объект к “точке сброса”;


– устранение допускается только по приказу координатора.

Наблюдатель выбран.


Контакт установлен.


Доверие постепенно формируется.

Идентификатор наблюдателя: [зашифровано]

Артур откинулся на спинку стула. Сердце билось в висках.


Ему назначили… наблюдателя?

Он закрыл глаза. Лица. Голоса. Разговоры.


Кэт? Зак? Кто-то из преподавателей?


Он не мог вспомнить ничего конкретного – но теперь каждый казался подозрительным.

– “Доверие формируется”… – пробормотал он. – Значит, это кто-то рядом. Кто-то, кто всё это время следит за мной.

Мысль сжала грудь.


Он не знал, кому можно верить.


И самое страшное – не знал, кто именно знает о нём больше, чем он сам.

Экран ноутбука тускло светился, отражаясь в его глазах. Артур читал сообщение от Кэт, пальцы замерли над клавиатурой.

Кэт: "Мне кажется, я поняла кое-что. Нужно поговорить. Встретимся в библиотеке через двадцать минут?"

Он смотрел на это простое предложение и чувствовал, как внутри всё сжимается. Казалось бы – обычное сообщение. Они не раз так переписывались. Но теперь… всё было под подозрением.

«Контакт установлен. Доверие формируется.»

Слова из зашифрованного файла крутились в голове, как шипящий эхом голос. А что, если она – тот самый наблюдатель? Она всегда рядом. Она много знает. Слишком много. Может, это часть плана? Или… всё же нет? Его разум колебался между доверием и паранойей.

Он медленно набрал:

"Ок. Буду."

И отправил.

Библиотека встретила его мягкой тишиной. Старое здание в северном крыле кампуса. Высокие арочные окна тонули в полумраке. Вечерний свет уже почти исчез за горизонтом, и лишь редкие лампы над стеллажами тянулись вниз узкими лучами, рисуя световые пятна на полу.

Воздух пах бумагой, пылью и лёгким запахом кофе откуда-то издалека. Где-то шелестнули страницы, кто-то прошёл между рядами, но в целом – здесь было почти пусто. Почти… слишком пусто.

Артур шёл вдоль полок, взгляд цеплялся за корешки книг, но разум блуждал.


"Если она наблюдатель, то почему хочет говорить сейчас? Что она «поняла»? Проверяет меня? Или действительно что-то нашла?"

Он выбрал один из старых дубовых столов в углу, где лампа отбрасывала тёплый круг света на гладкую поверхность. Сквозь витраж над входом в зал пробивались последние отблески закатного света – мягкие розово-золотые блики ползли по полу, исчезая в тенях.

Кэт появилась через несколько минут. Тихо, как обычно. Она на секунду остановилась у входа, огляделась – и, заметив его, направилась к нему.

Он посмотрел на неё пристально, пытаясь выхватить хоть что-то: неестественность походки, неуверенность во взгляде, задержку в словах. Ничего. Обычная Кэт. В джинсовой куртке, с немного растрёпанными волосами, в руке тетрадь.

Но теперь – он сомневался во всём.

Она подошла ближе, села напротив и положила тетрадь на стол.

– Спасибо, что пришёл, – сказала она, глядя ему в глаза.

Он кивнул, стараясь держать лицо спокойным.

– Ты говорила… идея?

Кэт кивнула. Но перед тем как начать, на секунду замолчала. Словно выбирала слова.

Артур затаил дыхание.

Кэт поправила прядь волос за ухо и развернула перед собой ноутбук.


– Я подумала… если у тебя осталась хоть какая-то синхронизация с облаком, можно попробовать посмотреть историю передвижений. Timeline, – она посмотрела на него с осторожной надеждой. – Возможно, мы найдём то место, где ты был. Где всё это началось.

Артур молчал. Внутри него поднялось нечто тяжёлое – недоверие, тревога, едва различимый страх.


Что, если это ловушка? Тест? Манипуляция?


Если она – наблюдатель, то именно так и поступила бы. Предложила бы путь к разгадке, чтобы понять, что он вспомнил… или чтобы повести его туда, куда нужно ей.

Но одновременно с этим в нём взыграло и другое чувство – любопытство. Возможно, даже надежда.


А что, если она действительно помогает? Если ей можно верить – хотя бы на этот раз?

– Ладно, – сказал он. – Попробуем.

Они устроились ближе друг к другу. Кэт открыла вкладку с историей геолокации – старая синхронизация, к удивлению Артура, действительно работала. Он почувствовал, как ладони начали потеть, пока линии на экране оживали, рисуя путь, по которому он бродил за последние недели.

Места, которые он знал, всплывали одно за другим, как вспышки воспоминаний. Кампус. Торговый центр. Несколько кафе. Остановка у дома Кэт. Их маршрут по городу выглядел как узор, плотно пронизанный линиями и точками. Ничего подозрительного. Всё казалось до боли обычным.

Кэт листала дальше.


– Вот ещё один день… ты был дома, потом недолго в кофейне – и всё.

– Попробуй неделю назад, – подсказал он. – До… того как всё начало рушиться.

Пальцы Кэт дрожали, когда она прокручивала дни в интерфейсе. На экране – только рутина. Университет. Библиотека. Парк. Она сдвинула карту. Потом ещё. Никаких отклонений. Всё было слишком… ровным.

– Здесь вообще пробел, – пробормотала она. – Просто нет данных. Как будто телефон был выключен. Или кто-то стёр.

Над библиотекой повисла тишина. Где-то на втором этаже щёлкнул выключатель – свет отключили в одной из дальних комнат. Часы тикали громко, неестественно.

Артур провёл ладонью по лицу.


– Может, это бессмысленно. Может, они всё подчистили. Или это был не мой телефон…

Кэт упрямо качнула головой.


– Подожди. Вот же… – она увеличила участок карты, отдалённый от города. – Тут странно. Нет маршрута, но почему-то есть точка. Одна. В глубине леса. Не отмечена никак.

Он наклонился ближе. Пульс участился.


– Покажи…

Артур вгляделся в дату и время.


– Это день, когда начались провалы. Я помню, как проснулся с ощущением… будто был не собой. А до этого – ничего. Пусто.

Кэт приблизила карту. Увеличила. Координаты уводили за черту города, в сторону небольшого лесного массива, где не было ни дорог, ни названий, ни зданий. Лишь зелёное пятно с длинными тенями деревьев, как застывшая завеса.

– Вот здесь, – сказала она. – Смотри. Ни названия, ни меток. Но ты был там. Долгое время.

Артур замер. На экране – ничего, кроме деревьев. Даже в спутниковом режиме казалось, будто сама земля решила спрятать этот участок. Тени елей сливались с густыми кронами дубов, и не было ни единого намёка на строения, тропы или следы цивилизации. Только тишина и странная, напряжённая пустота.

Он откинулся в кресле.


Это было оно.


Его сердце стучало глухо, будто предчувствие било изнутри по грудной клетке.


Там. Именно там что-то произошло.


Он был там. Он что-то видел. Он… забыл.

– Это может быть просто совпадение, – сказал он тихо, больше себе, чем ей.

Кэт не ответила. Она наблюдала за ним, изучая выражение его лица, но взгляд её был мягким, не давящим. Как будто она чувствовала, что сейчас нельзя толкать дальше.

Артур провёл пальцем по экрану, по точке в чаще.


– Если её идея сработала… если мы действительно нашли что-то… значит ли это, что ей можно доверять?

Он посмотрел на неё.


Свет лампы мягко ложился на её лицо, делая его почти невинным. Но теперь каждый жест, каждый взгляд казался многослойным. Он не знал, что скрывается за её глазами.

Союзник?


Наблюдатель?


Оба?

А может, она просто девушка, которая хочет ему помочь.

В библиотеке всё стихло. Даже шелест страниц затих где-то между полок. Время будто замерло, оставив его один на один с точкой на карте – местом, которое пряталось под сенью леса… и, возможно, хранило ключ ко всему.


## Глава 5


Был всё ещё тот же день, но вечер казался оторванным от реальности утреннего шума и дневных разговоров. Как будто между событиями пролегла пропасть. Артур сидел в полутени своей комнаты, уставившись в экран телефона. На нём медленно сменялись спутниковые снимки: фрагменты леса, зелёные вихри крон, пустые поля без признаков жизни.

Точка.

Безымянная, глухая, странно ровная. Лес будто обтекал её, оставляя центр девственно нетронутым, как некий запретный остров в океане деревьев. Ни дороги. Ни тропинки. Ни названия.

Ему не давало покоя то, с какой внезапной точностью эта точка всплыла из небытия – как будто Кэт извлекла её не из карты, а из его подсознания. Он не был уверен, можно ли ей доверять, но идея сработала. А если это всё часть той самой симуляции? Или испытания?

Он вспомнил логи. “Если Delta9 активен – зеркало может дать сбой.”


“Удаление рекомендовано.”


И файл с упоминанием наблюдателя. Того, кто должен быть рядом. Следить. Быть рядом, если что-то пойдёт не так.

Всю ночь он пролистывал записи, не отрываясь, пока в комнате не стало совсем темно, и лишь слабый свет уличных фонарей пробивался сквозь шторы. Его глаза жгло от усталости, пальцы казались онемевшими, а в груди нарастало тяжелое, неясное предчувствие.

Он потянулся к столу, где лежал дневник. Тот самый, что хранил в рюкзаке. Тот самый, в котором появилась надпись. Потом – исчезла. Словно кто-то редактировал его прошлое, строчку за строчкой.

Он пролистал страницы ещё раз.

Ничего. Пусто. Те же неаккуратные строки, написанные его рукой. Зарисовки на полях, обрывки мыслей. И вдруг – он остановился.

Между двумя страницами, словно спрятанная в шепоте бумаги, появилась новая запись.

Мелкий, почти каллиграфический почерк, похожий на его.

«Ты снова здесь.


Не пытайся вспомнить всё сразу – это опасно.


Я оставил тебе следы.


Не верь даже мне.


Только ты знаешь, когда ты настоящий.


Остальное – шум.»

Артур вцепился в тетрадь, как будто она могла выскользнуть. Что это значит? Кто это написал? И… кому “не верь даже мне”? Он смотрел на слова, чувствуя, как в груди стягивается тугой узел. Страх и возбуждение сменяли друг друга волнами. Если это писал он сам – тогда от кого именно он пытается себя предостеречь?

“Я оставил тебе следы.”

Сколько ещё таких следов он не заметил? Сколько из них уже стерли?

Он медленно закрыл дневник. За окном было всё так же темно, и листья, гонимые ветром, цеплялись за стекло. Мир казался прежним, но в нём стало что-то зыбкое – как будто сама реальность трещит по швам.

И если он снова здесь, значит, это место – не точка старта, а возвращения.

Остальное – шум.

Эти слова звучали в голове словно эхо, отрезая всё лишнее, заставляя сосредоточиться на самом главном – на себе, на своих чувствах. Но как понять, что настоящее, а что – подделка? Где грань между памятью и ложью, если воспоминания – лишь фрагменты, разбросанные по мозаике сознания?

Он хотел доверять себе, но каждая мысль таила сомнение: а не пытается ли кто-то управлять им из тени, меняя реальность по своему желанию? И если рядом кто-то – часть этого механизма – кто же он? Друг или враг?

Неведомая игра тянула его глубже в лабиринт, где ответы таились под слоями забвения и страха. Но отказаться от поиска он не мог – слишком многое зависело от того, чтобы разобраться, кто он на самом деле и кому можно верить.

Мысли Артура медленно возвращались к той загадочной точке на карте – месту, которое теперь казалось куда более значимым, чем он предполагал. Он словно ощущал невидимую тяжесть, словно это место притягивало его, как магнит, готовое раскрыть тайны, которые сейчас лежали за гранью понимания. Что именно скрывается там? Какие ответы ждут его в глубине леса, под густыми кронами деревьев, где спутниковый снимок лишь едва намекал на присутствие чего-то необычного?

Он знал – это место нельзя игнорировать. Стоит ли идти? Сердце подсказывало, что да, несмотря на опасения и неопределённость. Этот шаг – риск, но без него невозможно будет продвинуться дальше. Если он останется в нерешительности, потеряет ещё больше времени и, возможно, шансы на правду.

Когда лучше всего отправиться туда? Утро. Его манящая тишина и свежесть – идеальное время, чтобы скрыться от посторонних глаз и встретить день с ясной головой. Вечер или ночь, напротив, могли таить дополнительные угрозы – темнота всегда порождает страхи и неясности, а дневной свет дарит ощущение контроля и безопасности, даже если этого мало.

Он позволил себе представить, что может найти: скрытые помещения, следы чьей-то деятельности, документы или устройства, подтверждающие существование тех таинственных экспериментов, о которых он уже успел узнать. Может быть, даже ответы на вопросы, которые давно гложут его разум – кто он, почему всё вокруг кажется таким странным, и что значит та загадочная запись, оставленная для него.

В груди росла тревога, словно холодный ком, но одновременно с этим появлялось желание идти вперёд, разрывать завесу тайны. Этот путь был опасен, но единственным, который мог привести к истине. И он не мог позволить себе упустить этот шанс – не сейчас, когда всё, наконец, начинало складываться в какую-то картину, пусть ещё и мрачную и расплывчатую.

Артур выключил свет и лёг на кровать, стараясь прогнать тревожные мысли. Но покой не наступал – сознание словно плавало на грани между явью и сном. Постепенно вещество реальности начало растворяться, и он погружался в глубины своего подсознания.

Внезапно вокруг него воцарилась странная тишина – не обычная, а наполненная приглушёнными, гулкими звуками, словно он оказался в огромном подземном комплексе, где каждое движение отзывалось эхом по холодным стенам. Воздух был густым и прохладным, запах стерильности и электроники вплетался в общую атмосферу.

Сквозь эту мрачную пустоту начали проникать голоса – тихие, незнакомые, будто доносящиеся издалека. Они звучали как часть какого-то научного разговора, но слова были фрагментарными, будто он слушал их сквозь толстое стекло или сквозь шум помех.

– Эксперимент… – раздался голос, отрывистый и холодный.

– Контроль… разделить… устранить сбои… – вторил другой, словно шепотом, опасаясь быть услышанным.

– Его нужно разделить, – раздалось чётко, с оттенком решимости и безжалостности.

Артур пытался сфокусироваться, но образы вокруг менялись слишком быстро – белоснежные стены лаборатории, яркий свет люминесцентных ламп, металлические столы, на которых лежали приборы и незнакомые устройства. Казалось, кто-то в белом халате аккуратно делал записи в толстом журнале или блокноте, его движения точны и безэмоциональны.

Всё казалось чужим и холодным, словно часть чужой жизни, но одновременно и пугающе близким, словно он находился внутри собственных воспоминаний, которых не мог вспомнить.

Голоса продолжали звучать в ушах, смешиваясь с гулом приборов и тихим механическим стуком:

– Если не стабилизировать – возможен сбой. Нужно зафиксировать личность. Устранить риски. Контроль.

Артур чувствовал, как внутри растёт тревога и давление, словно невидимая сила пытается сломать его изнутри. Он не мог понять, кто эти люди и почему он слышит их разговоры. Сердце забилось сильнее, дыхание стало прерывистым.

Внезапно появился ощущение, будто кто-то рядом – невидимый наблюдатель, следящий за каждым его движением. И снова голос:

– Его нужно разделить…

Словно приговор.

Сломленная волна ужаса охватила Артура. Он пытался вырваться из этого кошмара, но сон тянул его вниз, в темноту.

И тогда он резко открыл глаза.

Комната окутывалась мягким светом раннего утра, когда первые лучи солнца робко пробивались сквозь занавески. Тени постепенно отступали, уступая место бледным очертаниям мебели и тихому мерцанию улицы за окном. Его тело дрожало, сердце колотилось в груди, а холодный пот стыл по коже каплями.

Тишина ночи казалась чужой и наполненной тайнами, а сон оставил горькое послевкусие – мрак и безысходность, страх и загадку, которую нужно разгадать.

Он взял телефон с тумбочки, и на экране мигало новое сообщение от Кэт: «Ты решил?»

Его сердце забилось чуть быстрее. Сомнения всё ещё роились в голове – а вдруг она действительно часть той загадочной системы наблюдения? Но вместе с тем появлялась надежда: если Кэт – настоящий человек, она может стать опорой, памятью и союзником в этом запутанном мире, где каждый шаг может обернуться ловушкой.

Он сжал телефон в руке, словно это была ниточка, ведущая его из лабиринта туманных загадок. «Вдвоём легче», – повторял он про себя. Может, она заметит что-то знакомое, что ускользнуло от его внимания.

Сделав глубокий вдох, он набрал ответ: «Думаю, стоит встретиться. Вместе мы справимся лучше. Возможно, ты увидишь то, что я не могу.»

Положив телефон обратно на тумбочку, Артур ещё раз посмотрел на окно – за ним начинался новый день, полный неизвестности. Но теперь он не чувствовал себя таким одиноким. Был кто-то, с кем можно было идти вперёд.

Он медленно поднялся с кровати, ощущая лёгкую тяжесть в теле после ночных снов и размышлений. В голове всё ещё крутились слова из записки, тревожные обрывки сна и образы таинственного леса. Решимость укреплялась с каждой минутой – пора действовать.

Артур подошёл к шкафу и начал собирать всё необходимое: тёплую куртку, фонарик, зарядное устройство, дневник и небольшой рюкзак, который он давно держал наготове. Каждая вещь казалась важной, как будто судьба зависела от мелочей.

Перед тем, как выйти, он достал телефон и быстро написал Кэт:


«Буду у столовой в 9. Если хочешь – приходи.»

Отправив сообщение, он почувствовал, что этот день может стать поворотным. Но в глубине души ещё оставалась тень сомнения – а стоит ли полностью доверять Кэт?

Сэндвич был тёплым, с лёгким привкусом поджаренного хлеба и расплавленного сыра – один из немногих стабильных вкусов в мире, который вдруг начал трещать по швам. Артур ел молча, глядя в окно столовой на медленно просыпающийся кампус. Студенты спешили на пары, солнце пробивалось сквозь редкие облака, и ничто в этом утре не выдавало, что день может обернуться чем-то иным, чем просто будни.

Когда часы на экране телефона показали 9:10, он вышел из столовой, остановился у выхода и пару минут провёл в нерешительности. Кэт всё ещё не было. Сердце сжалось от предчувствия – может, она передумала? Или… не та, за кого себя выдаёт?

Он уже собирался развернуться и идти к стоянке в одиночку, как вдруг за спиной раздались торопливые шаги и сбивчивое дыхание.

– Подожди! – голос, знакомый, живой.

Кэт подбежала к нему с лёгкой улыбкой и румянцем на щеках, волосы выбились из-под капюшона, в руке она держала термокружку.

– Прости, опоздала… Не могла найти ключи от рюкзака. – Она улыбнулась, чуть запыхавшись, но в глазах горел огонёк. – Спасибо, что написал. Я… рада, что ты решил не делать это один.

Он молча кивнул, взвешивая в себе всё, что знал – и чего не знал – о ней. Но сегодня он всё равно собирался идти. А вдвоём было не только безопаснее. Был шанс, что она действительно на его стороне.

– Поехали, – сказал он. – Моя машина на стоянке.

Они двинулись вместе по асфальтированной дорожке, мимо сонных деревьев и припаркованных машин. Хрустела утренняя изморозь под ногами, и где-то вдалеке каркнула ворона. Впереди был лес – и ответы. Или что-то гораздо опаснее.

Они подошли к его машине – чёрный седан с матовым блеском кузова, покрытого тонкой пыльцой утреннего света. Металл ещё хранил прохладу ночи, а стёкла отражали бледное небо, будто скрывая, что их ждёт впереди. Артур отпер двери, и вскоре они оба устроились внутри – Кэт пристегнулась, поправила рюкзак у ног, а он завёл двигатель, в салоне зазвучал приглушённый гул.

На экране навигатора мигала тонкая синяя линия. GPS показывал: чуть больше часа в пути. Их маршрут огибал горный хребет, по которому шла извилистая дорога, а затем уходил в сторону – туда, где, согласно спутниковым снимкам, начинался лес. Последние полчаса им предстояло преодолеть пешком, по бездорожью, через чащу, где ни одна карта уже не подскажет, куда идти.

Артур молча вёл машину, прокладывая курс сквозь поток машин, сворачивая на шоссе. Кэт, казалось, чувствовала напряжение – она не задавала вопросов, просто смотрела в окно, иногда бросая короткие взгляды на навигатор. За пределами стекла проплывали заправки, указатели, мимо проносились грузовики и чужие жизни, не подозревающие, что кто-то сейчас едет туда, где скрыто что-то большее.

За деревьями начинала светиться даль – лес медленно приближался. А вместе с ним – и всё, что жило в их вопросах без ответов.

Машина мягко скользила по трассе, шум шин заглушал неловкую тишину, повисшую между ними. За окном мелькали деревья, редкие дома, сменяющиеся всё более дикой местностью. Артур держал руль обеими руками, взгляд его был сосредоточен, но в голове шумели мысли.

Кэт первой нарушила молчание.


– Думаешь… там кто-то есть? – её голос был почти неслышным, как будто она боялась, что сказанное вслух придаст идее вес.

Артур не сразу ответил. Вдохнул, чуть сильнее нажал на газ.


– Не знаю, – сказал он наконец. – Я думаю, если там что-то и есть… это давно скрыто. Или кем-то защищается.

Она повернулась к нему, изучая его профиль.


– Но ты ведь подозреваешь что-то конкретное. Иначе бы мы не ехали туда. Это место… оно ведь как будто выброшено из реальности. Там нет меток. Ни одного названия. Просто пустота.

Он кивнул.


– Да. Это не просто лес. Думаю, там может быть вход – не обязательно физический, но точка, где всё начиналось. Или продолжается.


– Ты про эксперименты? – осторожно уточнила она.

– Возможно. – Его голос стал тише. – Возможно, там… остатки старой базы. Или лаборатории. Или что-то, что держит меня в этом… «контуре».


Он бросил взгляд на неё.


– А может, это ловушка. Кто-то хотел, чтобы я это нашёл. Или наоборот – думал, что не найду.

– Тогда почему ты едешь? – спросила она, почти шёпотом.


– Потому что если я не узнаю, что там, я никогда не смогу быть уверен ни в тебе, ни в себе.


Он усмехнулся безрадостно.


– А если ты вдруг окажешься частью всего этого – я всё равно хочу, чтобы ты пошла со мной. Ты помнишь. А это уже больше, чем у меня.

Кэт отвела взгляд в окно.


– Знаешь, ты говоришь страшные вещи очень спокойно.


– Я просто устал бояться, – сказал он. – Лучше страшная правда, чем тишина в голове.

Они свернули с асфальтовой дороги на узкую, едва заметную проселочную тропу, скрытую за кустами и молодыми деревьями. Машина медленно покатилась по ухабам, шурша шинами по опавшей листве и камням. Вскоре гравий закончился вовсе, и Артур притормозил.


– Дальше пешком, – сказал он тихо, будто не хотел нарушать хрупкое равновесие лесной тишины.

Он припарковал машину в тени высоких сосен, в нескольких метрах от едва различимой тропинки, которая уводила вглубь леса. Дверцы машины хлопнули глухо. Они вышли, и мрак накрыл их будто волна.

Лес вокруг был плотный, вязкий, будто затянутый в тёмно-зелёное полотно. Солнечный свет пробивался сквозь кроны лишь тонкими, почти прозрачными лучами, и даже они казались здесь чужими. Воздух был влажным и прохладным, пахло гниющими листьями, сырой корой и чем-то… неуловимо искусственным. Неведомым, будто сама земля здесь помнила больше, чем должна.

Ветви деревьев склонились, будто наблюдали. Шум листвы напоминал шёпот – рассеянный, лишённый слов, но оттого не менее тревожный. Где-то вдалеке хрустнула ветка, и оба резко обернулись, замирая на месте. Но всё снова стихло.

– Странное место, – пробормотала Кэт, её голос словно утонул в этом глухом зелёном мешке.


– Оно не хочет, чтобы мы сюда пришли, – сказал Артур. – Или наоборот – ждёт.

Он закрыл багажник, закинул на плечо рюкзак, и они молча направились вглубь, туда, где GPS показывал ту самую точку. Мрак за их спинами сгустился, будто сама природа пыталась стереть дорогу назад.


## Глава 6


Машина оставалась позади, растворившись в деревьях. Мягкий мох шуршал под ногами, тонкие ветки царапали одежду, воздух был наполнен тяжёлой, стоячей тишиной. Ни птиц, ни ветра – только дыхание и шаги, приглушённые лесом.

– Думаешь, тут кто-то вообще бывал в последние годы? – Кэт говорила полушёпотом. – Не знаю… но чувствуется, что место не совсем мёртвое, – отозвался Артур, всматриваясь в просвет между деревьями.

И вдруг – он остановился.


Впереди, за переплетением стволов и низкими зарослями, под склоном холма, темнел нечто геометричное. Лес словно расступался. Два шага – и стало видно полностью.

Станция.

Огромная, прямоугольная конструкция, почти сросшаяся с землёй. Заржавевший металл, бетонные панели, вросшие в склон, как будто сама земля пыталась поглотить это место. Несколько антенн торчали из крыши, давно оборванные. Стекло в окнах выбито или покрыто толстым слоем грязи. Над входом – тёмная эмблема, частично стёртая временем.

Кэт ахнула:


– Кто вообще мог построить такое посреди леса?

– Не знаю. Может это бывший исследовательский центр. Я… – он замер.


На стене сбоку кто-то пальцем по пыли провёл линию. Свежую. Недавнюю. Артур дотронулся – не осыпается. Кто-то тут уже был.

Дверь в центре здания зияла тьмой, приоткрытая. Над ней мигающим красным висел аварийный фонарь. Не работал – просто отражал солнце, создавая иллюзию мигания. Как будто глаз, наблюдающий за ними.

Кэт заговорила:


– Думаешь, нам стоит… войти?

Артур не ответил сразу. Сердце стучало. Всё внутри кричало: остановись. Но было уже поздно. Он хотел знать. Нужно было знать.

Он кивнул.

– Только осторожно.

И они вошли.

Они вошли в первое помещение осторожно, будто боясь потревожить пыльное молчание стен. Комната оказалась пустой, с металлическими столами, перевёрнутыми стульями и разбросанными бумагами, потускневшими от времени. По полу тянулись старые провода, их изоляция потрескалась, как старая кожа. Артур провёл пальцем по пыльной поверхности, оставив едва заметную борозду.

– Похоже, здесь давно никого не было, – прошептала Кэт, словно громкий голос мог что-то разбудить.

Следующая комната была узкой, с рядами металлических шкафов, двери которых были приоткрыты, словно в спешке. Они заглядывали внутрь – только старые папки, исписанные схемами, но ни одного намёка на то, что происходило здесь. Стены были выкрашены в бледно-серый цвет, облупившийся во многих местах. На потолке висела разбитая лампа, покачиваясь от лёгкого сквозняка.

Комната за комнатой – пустота. Кабинет с разбитым монитором, комната отдыха с опрокинутым диваном и засохшей плесенью по углам, кладовая с пустыми ящиками и ржавым инструментом. Всё выглядело так, будто люди ушли отсюда внезапно, оставив после себя мёртвую тишину.

И наконец – тяжёлая металлическая дверь с табличкой "АРХИВ", выцветшей и наполовину отклеившейся. Артур нажал на ручку – та заскрипела в ответ, и дверь медленно отворилась, пропуская их внутрь.

Внутри было темно и холодно. Свет фонарика выхватывал из мрака ряды шкафов и стеллажей, доверху забитых папками, коробками, пластиковыми контейнерами. Пыль летела в воздухе, мерцая в луче света, как мёртвые снежинки. Некоторые полки были опрокинуты, будто кто-то искал что-то в спешке. На полу валялись рваные бумаги, обугленные края которых напоминали о пожаре или попытке уничтожить следы.

Кэт сделала шаг внутрь, осторожно переступая через старые кассеты и пачки документации.

– Здесь… что-то было, – прошептала она, её голос эхом отразился от бетонных стен.

Артур чувствовал, как сердце начинает биться быстрее. Было в этом месте что-то неправильное. Не просто брошенность – а молчаливая тайна, впитавшаяся в бетон, в стеллажи, в воздух. Он провёл фонариком по стене – и вдруг заметил на ней следы: будто кто-то водил рукой по пыли, как бы оставляя знак. Не случайный.

Он присел, поднял с пола смятую папку и раскрыл её. Внутри лежали выцветшие страницы – без названий, без подписей, только потускневшие схемы, серая бумага и следы времени. Никаких заголовков. Только странное чувство, будто эти листы кто-то спрятал в спешке. Артур провёл пальцем по пыльной поверхности – бумага была холодной, почти мёртвой. Что бы это ни было, оно явно давно ждало, чтобы его нашли.

Он медленно пролистнул первую страницу. В углу, блеклыми чернилами, стояла дата: 02.14.1982.

Артур нахмурился. Это было столько лет назад. Почерк – машинный, всё выглядело официально, но без привычных штампов и логотипов. Лишь формат и структура указывали на что-то ведомственное.

Он перелистнул ещё. Дальше – фрагменты схем, графики, сухие метки на полях. Ни одного прямого объяснения, ни строк с понятными терминами. Только намёки. В заголовках встречались слова вроде фазовый цикл, поведенческий срез, контроль среды – термины, которые могли значить что угодно, но вместе звучали тревожно.

И главное – в одном из фрагментов он заметил фразу, выделенную подчёркиванием:


«после серии отклонений протокол закрыт, объект заморожен, персонал выведен».

Артур задержал дыхание.

Всё это было частью чего-то большого. И судя по дате – давно забытого. Или намеренно стёртого. Станция, в которую они попали, скорее всего была лабораторией. И закрыли её явно не просто так.

Он медленно поднял взгляд на Кэт. В темноте архивной комнаты их дыхание казалось слишком громким.


– Кажется… это было местом, где что-то пошло не так.

Комната была пропитана пылью и временем. Пахло сыростью, старыми чернилами и чем-то металлическим, еле уловимым. Стеллажи, покрытые плесенью, молчаливо возвышались вдоль стен, как истлевшие свидетели чего-то давно прошедшего. Тусклый луч фонарика скользил по титульным листам отчётов, выцветшим схемам, неразборчивым подписям.

Кэт методично просматривала одну папку за другой, бормоча себе под нос:


– Тут в основном инвентаризация… какие-то запросы… ничего понятного.

Артур же открыл тяжелую картонную папку, на которой не было ни подписи, ни даты. Внутри – листы плотной бумаги, протёртые в углах, будто их держали сотни раз. Большинство текста было расплывчатым, выцвевшим, но где-то посередине страницы взгляд зацепился за знакомое.

Он резко задержал дыхание.

Среди плотных абзацев технического жаргона, между кодами объектов, в строчке, выделенной чуть более жирным шрифтом, стояло:

«Наблюдение. Субъект: Arthur Glynn.»

Он выпрямился, как будто его ударило током.

– Что? – вырвалось у него шёпотом, почти беззвучно.

Он перечитал снова. И снова. Строка не исчезала. Имя. Его имя. Чёткое, живое, настоящее, вписанное в документ, которому на вид было не меньше десяти, а может, и тридцати лет.

Стало душно. Пространство, казалось, сузилось, как будто само здание, почувствовав прочтение этой строчки, затаило дыхание. Где-то вдалеке гулко капала вода. Фонарь в руке дрожал.

Кэт обернулась, заметив его молчание.

– Что случилось? – спросила она, подойдя ближе.

Он молчал, вглядываясь в страницу, потом медленно повернул к ней лист и просто показал пальцем на строчку.

Несколько секунд она просто смотрела. Потом подняла на него глаза.

– Это… – начала она, но не закончила.

Её лицо изменилось. Не страх, не удивление – что-то между. Словно она тоже что-то поняла, но не могла поверить.

Артур отложил папку, медленно поднялся. На ногах чувствовалась слабость, будто что-то незримо высасывало из него силу. Мысли путались. Откуда? Почему? Кто мог записать его имя столько лет назад?

И – главное – зачем?

Он бросил последний взгляд на шкафы, будто в них могли скрываться ответы. Но вокруг – лишь пыль, тени, и глухое, гнетущее молчание мёртвого архива.

Кэт стояла рядом, молча, почти не дыша. Несколько секунд казались вечностью. Артур наконец выдохнул – коротко, будто пробудился из оцепенения.

– Это невозможно, – произнёс он, скорее для себя. – Здесь не может быть моего имени. Это место… оно ведь давно заброшено.

Он ещё раз взглянул на документ. Бумага была старая, пожухлая по краям, от времени края начали крошиться. Почерк механический, отчуждённый. Ни единого намёка на авторство.

– Значит, ты… – начала Кэт и запнулась. – Ты был здесь? В этом месте? Раньше?

– Я не помню, – ответил он, качая головой. – Если и был… память молчит. Как будто кто-то вычистил всё подчистую.

Кэт отошла к другой полке, словно хотела дать ему пространство. Он слышал, как она пролистывает какие-то отчёты, но уже не воспринимал звуков. Всё звенело. В голове крутилась только одна мысль: если его имя в этих папках – значит, он был частью этого места.

– Может, это кто-то другой? – попыталась Кэт. – Совпадение. Имя и фамилия…

Артур резко взглянул на неё, и она замолчала. Они оба понимали – такие совпадения не бывают случайными. Не в таких местах.

Он провёл рукой по металлической кромке полки. Холод был почти физическим, как будто отзывавшимся в костях. И снова – это предчувствие. Как будто он не просто нашёл старый документ, а распахнул дверь, которую кто-то хотел навсегда закрыть.

Он сделал шаг назад, закрыл папку и положил её туда, где нашёл. Что-то внутри него подсказывало: хватит. Больше не надо.

Кэт смотрела на него внимательно, уже без слов.

– Нам пора, – сказал он, и его голос прозвучал глухо, но твёрдо. – Здесь мы больше ничего не найдём. Не сейчас.

– А эта строчка? – она кивнула в сторону папки.

– Она уже со мной, – ответил он и коснулся пальцами виска. – И, боюсь, теперь навсегда.

Они медленно вышли из архивной. Коридоры встретили их прежним, гнетущим молчанием. На этот раз тени казались чуть гуще. И тишина – чуть внимательней.

Они медленно вышли из архивной. Коридоры встретили их прежним, гнетущим молчанием: обнажённый бетон стен, тусклые лампы и тяжёлый воздух, словно пропитавшийся десятилетиями секретов. На этот раз тени казались гуще, как будто стены сжались, чтобы не дать пройти незваным гостям, а тишина – чуть внимательней, будто бы ожидала не просто их шагов, а ответа на невысказанные вопросы.

Они вышли из тени станции, обнажившись влажному утреннему свету, и шагнули на сырую землю. Вокруг – лишь редкие кочки и густые заросли папоротника, но Артур тотчас заметил фигуру у опушки: пожилой мужчина, опершийся на деревянную трость. Он стоял так спокойно, словно в этом месте всегда был один.

Артур задержался, сделав шаг вперёд.


– Извините… – начал он, но мужчина не обернулся.

Кэт остановилась рядом, прикрыв рот ладонью, словно опасаясь нарушить странную задумчивую атмосферу. Она смотрела на Артура, ожидая, что он скажет или сделает что-то ещё, но сама оставалась неподвижной.

Артур сделал ещё шаг и крепче сжал рюкзак, словно решился подойти ближе. Мужчина медленно повернул голову. В старческом лице играли резкие тени: щёки провалились, губы чуть приоткрылись, а глаза – за густыми стёклами очков – смотрели прямо на Артура.

– Ты наконец пришёл, – сказал он ровным, но усталым голосом. – И не случайно.

Артур поежился от непрошеного понимания, которое прозвучало в словах незнакомца.


– Кто вы? – спросил он, голос дрожал не от страха, а от искреннего недоумения. – Что вы здесь делаете?

Мужчина слегка улыбнулся. Это была не приветливая улыбка, а скорее тихое признание: он как будто ждал этого момента много лет.


– Я сторож, – произнёс он, и тон в голосе сменился на спокойный, но не менее странный. – Здесь хранятся вещи, которых лучше не помнить. Ты знаешь это.

Артур нахмурился. Он почувствовал, как спина покрывается холодным потом.


– Я… не знаю, о чём вы говорите.

Кэт никак не отреагировала. Она стояла рядом, совершенно неподвижно, будто её это вовсе не касалось. Ни тени удивления, ни попытки вмешаться – только тишина и застылое лицо.

– Ты видел это внутри, – сказал старик и сделал шаг навстречу, хотя за плечом у него не было движения. – В архивах, в документах. Ты – часть этого. И я не мог позволить тебе уйти, не сказав слова.

Артур замер. Он вспомнил: своё имя в папках, запечатлённое два десятка лет назад. Теперь – этот человек. Всё складывалось в какую-то пугающую картину, которую он и сам не понимал.


– Что мне делать? – спросил он, инстинктивно делая шаг назад. – Куда мне идти?

Старик чуть наклонил голову набок, словно прислушиваясь к далёкому эху.


– Ты думаешь, это конец пути. Но ты даже не начал идти.

Эти слова звучали почти как приговор. Артур почувствовал, как в горле пересохло. Он хотел задать ещё вопрос, но мужчина вдруг повернулся и ушёл обратно в чащу леса. Его длинная фигура исчезла быстро, будто растворилась между стволами, и при последнем взгляде на трость не было и следа.

Артур и Кэт стояли в горах красноватой листвы и мокрой земли, не в силах сразу понять, что произошло.

– Куда он пошёл? – прерывисто спросил Артур, всё ещё глядя в сторону, где мгновением раньше исчез силуэт старика.

Кэт нахмурилась и повернулась к нему, озадаченная.

– Кто? – спросила она искренне. – О чём ты?

Артур медленно обернулся к ней. Она стояла всего в нескольких шагах – рядом, всё это время. Он чувствовал, как холод ползёт по спине.

– Ты… ты не видела его? – голос его осекся.

– Кого? – переспросила она, и в её голосе не было ни тени притворства.

Он не сразу нашёлся, что сказать. Несколько секунд просто смотрел на неё, будто надеясь прочитать ложь по глазам. Но там была только искренняя тревога и непонимание.

– Он… он стоял вот тут, – Артур указал на тропинку перед ними. – Старик. В плаще. Говорил со мной… ты была рядом, ты должна была…

– Артур… я ничего не видела, – её голос стал тише, – никого не было.

Он почувствовал, как всё вокруг словно на секунду перестало быть настоящим. Как будто граница между снами и реальностью треснула.

Артур сделал шаг назад, не сводя глаз с того места, где стоял старик. Сухие листья жалобно хрустнули под подошвами. Всё было слишком реально. Его голос, взгляд, морщинистое лицо, тонкие пальцы, почти касавшиеся его плеча…

Он провёл ладонью по лицу, будто пытаясь стереть наваждение, но пустота перед ним оставалась пустотой.

– Он говорил со мной, Кэт… – выдохнул он, уже тише, почти шёпотом. – Не просто говорил. Он… он знал, что я здесь. Он знал, что я ищу. Будто ждал.

Кэт шагнула ближе, мягко коснувшись его руки.

– Ты точно уверен, что это не… ну… – она замялась, – не ещё одно видение?

Он взглянул на неё. Глубоко. Долго.

– Я не знаю, – сказал он. – Но если это было видение… оно было чертовски убедительным.

Они оба замолчали. Лес за их спинами казался глухим и враждебным. Станция позади больше не выглядела просто заброшенным объектом – она стала будто живой. Наблюдающей. Молчаливой.

Артур опустил взгляд на свои ладони – пальцы дрожали. Он вспомнил голос старика, слова, вырезанные из тумана:


«Ты думаешь, это конец пути. Но ты даже не начал идти.»

Он поёжился.

– Нам надо уходить отсюда, – сказал он наконец, тихо, но с решимостью. – Я не хочу оставаться здесь до темноты.

Кэт кивнула. Её лицо оставалось настороженным, но она ничего не сказала. Только посмотрела на него чуть дольше, чем обычно. Как будто пыталась понять, в каком мире сейчас живёт Артур – и есть ли в том мире место для неё.

Они пошли обратно, по тропинке, которая среди деревьев казалась теперь вдвое уже. Воздух сгущался, ветер стих, и даже птицы замолкли. Всё вокруг как будто затаилось – будто само пространство следило за их шагами.

Когда впереди мелькнул силуэт машины, Артур ощутил странное облегчение. Он уже сомневался, найдут ли они её вообще.

Он оглянулся, но здание давно исчезло за стеной деревьев. Осталась лишь давящая тишина и ощущение, что за ними всё ещё кто-то наблюдает.

Уже в салоне машины, когда двигатель загудел, а лес начал отступать за окнами, Кэт осторожно спросила:

– Ты думаешь, он был… настоящим?

Артур не сразу ответил. Смотрел вперёд, сжав руль так сильно, что побелели костяшки пальцев.

– Я думаю… – произнёс он наконец. – Что если я видел то, чего нет, значит, что-то всё-таки хочет, чтобы я это видел. А если так… значит, это уже не просто галлюцинация.

Кэт ничего не ответила.

Снаружи снова начали петь птицы. Но для Артура этот звук больше не звучал как покой. Он стал слишком похож на насмешку.


## Глава 7


Они ехали молча.

Машина мягко скользила по узкой дороге, петляющей между холмами. Асфальт блестел от недавнего дождя, а по обочинам сгущался туман, стелющийся по земле, словно невидимая дымка. За стеклом – медленно проносящиеся силуэты деревьев, редкие дорожные знаки, ни одной живой души.

Салон был наполнен ровным гулом мотора и лёгким потрескиванием радио, которое никто не включал. Артур держал руль двумя руками, хотя дорога была прямой. Его взгляд был сосредоточен впереди, но мысли – где-то далеко.

Он чувствовал, как холод от леса будто прилип к коже. Станция, старик, пустые коридоры, архив… и слова. Слишком много слов, слишком мало ответов.

Кэт сидела рядом, сжимающая на коленях рюкзак. Она молчала, только изредка бросала на него взгляд, словно хотела что-то сказать, но не решалась. В её лице было что-то неуловимо отстранённое, как будто она тоже пыталась понять, произошло ли всё это на самом деле.

– Всё хорошо? – спросила она тихо, когда они свернули на основную трассу.

Артур пожал плечами.


– Не знаю.

30 миль до точки. Навигатор знал, куда ехать. А он – не до конца.

Он не помнил, когда они приехали. Как будто провал во времени. Только вот уже знакомый поворот, стоянка, и здание общежития. Он заглушил двигатель, но ещё несколько секунд сидел, не двигаясь, слушая, как горячий мотор потрескивает в тишине.

Кэт вышла первой.


– Я… напишу, ладно? – её голос был тихим, почти извиняющимся.


– Ага, – только и сказал он.

Когда её шаги растворились вдалеке, Артур остался в машине один. Он положил руки на колени, уставился в лобовое стекло, где уже сгущались вечерние сумерки. Впереди – привычные здания, свет в окнах, голоса студентов. Всё было будто бы в порядке. Как будто он никогда не покидал это место.

Но тень станции всё ещё лежала у него в голове. Старик. Его исчезновение. И Кэт, которая не видела его. Всё это жгло внутри, как медленно тлеющая искра.

Он опустил голову, закрыл глаза. На мгновение всё стихло. И вдруг… пришла мысль

Библиотека.

Может, глупо. Может, безнадёжно старомодно. Но вдруг… вдруг кто-то до них уже интересовался этим местом? Вдруг станция была частью чего-то более крупного? Может, когда-то об этом писали. Или хотя бы упоминали. Старик ведь не был призраком из сна – он был реальным, Артур готов был поклясться. А реальность всегда оставляет следы.

И в библиотеке, как ни странно, они порой сохраняются дольше всего.

Он резко свернул, приняв решение.

На удивление, здание библиотеки было почти пустым. Серый фасад, старые стеклянные двери, знакомый скрип пола под ногами. Холод внутри обволакивал кожу, а запах пыли и старых страниц встретил его, как старый знакомый.

Артур прошёл мимо стеллажей, не глядя, и опустился за компьютер. Подключился к каталогу, начал набирать ключевые слова: «станция в лесу», «исследовательская база», «архивные объекты», «заброшенные постройки», «экспериментальные центры».


Почти всё – пусто.


И всё же… мелькали странные обрывки. Записи о несуществующих координатах. Карты с чёрными пятнами. Список организаций, которые «больше не функционируют». Что-то было. Что-то почти в пределах досягаемости.

Он на мгновение прикрыл глаза и, колеблясь, достал телефон.

– Кэт, – набрал он сообщение, – ты занята? Я в библиотеке. Кажется, у меня идея. Думаю, ты могла бы помочь.

Ответ пришёл почти сразу.

– Конечно. Уже иду. Что искать?

Артур посмотрел на экран, задумчиво.


Что искать?


Он сам толком не знал. Но чувствовал: если кто и поможет ему во всём этом не утонуть – это будет Кэт.


А если она всё-таки… не та, за кого себя выдаёт – значит, лучше держать её рядом.

Он откинулся в кресле и взглянул в окно. Солнце пробивалось сквозь жалюзи длинными светлыми клиньями.

И впервые за весь день ему стало немного теплее.

Кэт пришла быстро – почти бегом. Волосы были чуть растрёпаны, щёки порозовели от ветра, а в руках она сжимала маленькую бутылку воды и блокнот. На вид – как обычная студентка, но в её глазах была уже знакомая Артуру внимательность. Он помахал ей с угла читального зала.

– Ну? – тихо спросила она, опускаясь на стул рядом. – В чём идея?

Артур пожал плечами, улыбнувшись как-то виновато.

– Пока не уверен. Хочу понять, оставила ли та станция хоть какой-то след. В документах, статьях, может, кто-то упоминал её. Или что-то, что к ней ведёт.

Кэт кивнула и, не задавая больше вопросов, включила ближайший монитор.

Минуты превращались в часы. В библиотеке было прохладно, тихо и уютно. Шум уличного движения остался где-то далеко. Пахло бумагой, пылью, мягким освещением ламп. Люди проходили мимо, почти не обращая на них внимания – редкие студенты, старички с газетами, библиотекарша в сером кардигане, проходящая мимо с тележкой книг.

Кэт аккуратно просматривала местные архивы, старые городские газеты, административные отчёты за последние десятилетия. Артур рылся в старых журналах по урбанистике, пытаясь найти хоть какую-то статью о закрытых объектах в лесах региона. Всё это было утомительно – но по-своему приятно. Это было настоящее спокойствие, редкий остров в их бурной недавней реальности.

– Вот, смотри, – вдруг прошептала Кэт, указывая на экран. – Архив «Горные поселения и инженерные объекты 60–80-х». Тут есть список из семи «закрытых объектов на естественной местности». Они не все отмечены на карте, но координаты частично есть. Некоторые – недоступны. Но вот этот… – она ткнула пальцем. – Это в той же области, где была та станция.

Артур склонился ближе. Его сердце стукнуло чуть сильнее. Документ был отсканирован, пожелтевший, с печатью архивного отдела. Название объекта отсутствовало, но был краткий комментарий: «Закрытие произведено по внутреннему решению, объект не подлежит восстановлению. Восстановительная документация не подлежит публикации».

– Это уже что-то, – пробормотал он.

– Это почти ничего, – вздохнула Кэт, но в её голосе прозвучала лёгкая надежда. – Но хотя бы подтверждение, что место существовало.

Они снова вернулись к поискам. Каждое новое упоминание, даже самое незначительное, будто приближало их к истине, хотя всё ещё окутанной дымкой. Где-то попадались странные совпадения – упоминания "отдельной лесной трассы", "допуска по особому маршруту", "экспериментальных условий проживания", но ничего прямого. Всё – полунамёки, тени прошлого.

К вечеру они уже устроились в углу библиотеки с ворохом распечаток, блокнотом с заметками и двумя чашками горячего шоколада из автомата у входа.

– Я давно не чувствовал, что двигаюсь вперёд, – сказал Артур, медленно помешивая напиток. – Всё это… кажется, хоть что-то значит.

Кэт подняла на него взгляд, чуть усталая, но сосредоточенная.

– Я думаю, это и есть самое важное – не стоять. Ты ищешь. И я с тобой. А значит, мы ближе, чем вчера.

Он улыбнулся. В этот момент, среди шелеста страниц и мягкого света ламп, всё действительно казалось чуть-чуть проще. Почти по-домашнему. Будто это был просто вечер в библиотеке, где двое студентов пытаются закончить исследовательский проект.


Но где-то глубоко внутри Артур знал: это только передышка.


Перед следующим шагом.

Вечер уже опустился на город, и в библиотеке постепенно становилось темнее. Сквозь высокие окна мягко проникал сумрак, окутывая просторное помещение легкой дымкой. Ряды книжных полок тянулись до самого потолка, а между ними пробегали узкие дорожки, словно коридоры старинного замка, хранящего свои тайны. Тёплый свет настольных ламп, расположенных вдоль длинных деревянных столов, создавал уютную и одновременно загадочную атмосферу – будто сама библиотека приглашала в путешествие по страницам прошлого.

Артур сидел за столом, окружённый грудами пожелтевших газетных вырезок и старых книг. В его руках был аккуратно свернутый лист из архива – копия статьи, которая попалась ему среди материалов о заброшенной станции.

Заголовок выделялся крупным шрифтом:

«Инженер исчез во время ночной инспекции»


Дата: 17 июля 1989 г.

Артур всматривался в строчки, как будто каждая буква могла пролить свет на разгадку.

«Власти округа Шиллоу сообщили о загадочном исчезновении технического специалиста, задействованного в работе изолированного исследовательского объекта. Мужчина не вернулся после плановой проверки подземной части комплекса в северном лесу. Все попытки найти его не увенчались успехом. После инцидента доступ к объекту был строго ограничен…»

В этот момент за его спиной тихо присела Кэт, перелистывая другие документы и источники, погружённая в собственные поиски. Свет лампы отражался в её глазах, и они казались ещё более сосредоточенными и живыми в тёмном зале.

Артур слегка откинулся на спинку стула и перевёл взгляд с текста на Кэт. Мысли путались в голове. Старик, которого они встретили в заброшенном комплексе – неуловимый, почти призрачный – вдруг всплыл в памяти в новом свете. Мог ли он быть тем самым инженером? Или это просто совпадение?

Он тихо произнёс про себя:

– Это невозможно… Но если он был здесь, если это действительно он – тогда что же происходит?

В глубине души закралось тревожное сомнение, тяжёлое, как туман, окутывающий этот вечер. Возможно, старик был не просто случайным прохожим. Возможно, он – часть чего-то намного более глубокого и загадочного, чем казалось на первый взгляд.

Кэт, не отрываясь от бумаги, спокойно посмотрела на него, словно читая его мысли.

– Не знаю, – сказала она тихо. – Но что-то в этом месте действительно не так. Мы должны копать дальше.

Артур кивнул, чувствуя, как напряжение постепенно нарастает. Внешне библиотека оставалась тихой и мирной, но внутри него буря не утихала. Он перевёл взгляд на ещё одну стопку документов, надеясь, что они смогут найти там хоть какую-то зацепку.

Город за окнами постепенно погружался в ночную темноту, и лишь редкие огни уличных фонарей пробивались сквозь густой туман. Всё вокруг казалось одновременно знакомым и таинственным – точно так же, как и его собственные мысли.

Спустя почти час беспрерывных поисков, шелест страниц и рассеянного света ламп, Кэт вдруг приподняла одну из тонких папок и аккуратно вытянула из неё пожелтевший документ. Пальцы её замерли на краю листа.

– Кажется, это о нём, – произнесла она тихо, почти шёпотом, будто не хотела спугнуть само имя, наконец вынырнувшее из пыли времени.

Артур подался вперёд, заглянув через плечо. Заголовок был не особенно броский:

«Записи по службе: А. Вейнер»


Технический специалист. Дата начала службы: 1984. Объект: Север-3.

Под документом шёл скупой, сухой текст. Формулировки казённые, отчуждённые, но Артур читал между строк:

Имя: Арно Вейнер


Образование: технический институт при Академии Связи


Должность: старший инженер по мониторингу и стабилизации внутренних систем


Особые отметки: высокий уровень допусков, участие в опытных протоколах (не уточнено).


Последняя активность: 16 июля 1989 года. Пропал без вести.

Под текстом шла фотография. Размытая, чёрно-белая, с характерной зернистостью старой бумаги. На ней – мужчина в очках, с густыми волосами, собранными назад. Лоб высокий, взгляд прямой, но уставший. Что-то в его чертах заставило сердце Артура сжаться.

Он не был уверен. Но… это было похоже. Черты лица, борода, глаза – всё казалось знакомым. Очень. Словно он смотрел в прошлое сквозь мутное стекло, где тень воспоминания накладывалась на лицо, увиденное в холодном коридоре заброшенного комплекса.

Кэт заметила, как его взгляд зацепился за фото.

– Ты его узнал? – спросила она, чуть нахмурившись.

Артур не ответил сразу. Он оторвал взгляд от бумаги и уставился в сторону, в темноту между полками, где слабый свет не достигал дальнего угла.

– Может быть, – медленно сказал он. – Я не знаю. Он был… похож. Очень. Но это невозможно.

Он провёл рукой по лицу, будто пытаясь стереть напряжение.

– Если это он… – Артур осёкся. Мысль была абсурдной, но навязчивой. – …тогда либо он каким-то образом выжил и скрывался все эти годы, либо…

– Либо? – мягко подтолкнула Кэт.

– …либо это был кто-то другой. Или… – он замолчал. Самая страшная догадка даже не захотела формулироваться в слова. Он просто покачал головой. – Неважно. Мы должны узнать, что случилось после его исчезновения. Была ли какая-то реакция. Последствия.

Кэт кивнула и полезла за следующей стопкой вырезок и отчётов. За окнами сгущалась ночь. Где-то далеко послышался глухой гудок поезда, прорезавший тишину, будто напоминание: время идёт.

А в глубине старых архивов, среди выцветших фотографий и забытых имён, их уже ждал следующий след.


Артур аккуратно перелистывал очередную папку с обветшалыми вырезками, когда его взгляд зацепился за один заголовок:

«Семья пропавшего инженера требует расследования»

Он выпрямился на стуле и постучал по листу пальцем:

– Кэт, смотри. Это – о нём.

Кэт, всё ещё сидевшая напротив с разложенными перед ней записями, подняла глаза. Артур начал читать вслух, интонацией, будто озвучивал старую хронику:

«Супруги Вейнер, жители небольшого городка Кларк-Хилл, сообщили о пропаже их сына – Арно Вейнера, старшего инженера объекта "Север-3". По словам родителей, последний контакт с ним произошёл за несколько дней до закрытия объекта. Семья подала официальное заявление о розыске, но ответа от организации, курирующей объект, не поступило. Объект был внезапно закрыт "по техническим причинам", доступ к нему ограничен, а все внутренние сведения засекречены.»

Артур медленно опустил лист на стол.

– Значит, его действительно считали пропавшим. И никто не дал объяснений… даже семье.

Он открыл ещё одну папку – внутри была копия письма, подписанного от руки. Дата: август 1989 года. Почерк прямой, уверенный.

«…мы требуем немедленного ответа о судьбе нашего сына. Он был честным человеком, и если вы не объясните, что произошло, мы будем добиваться правды через суд и прессу. Мы не отступим. Мы знаем, что-то произошло – и кто-то должен за это ответить.»

Подпись: Маргарет Вейнер.

– Они не отступили, – тихо сказал Артур. – Но, похоже, всё замяли. Никто так и не узнал правду.

Кэт откинулась в кресле, задумчиво уставившись в потолок.

– Кларк-Хилл… – повторила она. – Это, кажется, не так уж далеко отсюда.

Артур кивнул.

– Если они всё ещё живы… возможно, мы сможем с ними поговорить. Или хотя бы найти место, где они жили. Архивы могут молчать, но люди – нет. Особенно если дело касается семьи.

Он провёл ладонью по столу, словно принимая решение.

– Думаю, это наш следующий шаг. Если мы хотим узнать, кто он был… и почему он появился там, среди тех развалин. Может, они что-то сохранили. Письма. Дневники. Или хотя бы воспоминания.

Кэт слабо улыбнулась:

– Поедем искать ответы у тех, кто действительно пытался их найти. Это звучит… правильно.

В библиотеке уже становилось темно. Лампы у рабочего стола отбрасывали длинные тени, и воздух наполнился лёгким запахом старой бумаги. В этой тишине Артур чувствовал: они подошли к новому порогу. Следующий поворот – не просто часть загадки. Это – связь с прошлым, где он мог найти нечто большее, чем просто имя и дату.

А может… и часть самого себя.


## Глава 8


Шины мягко катились по прохладному утреннему асфальту. Новый день только начинался: в воздухе ещё висела лёгкая дымка, и солнце медленно поднималось из-за горизонта, окрашивая верхушки деревьев в золотисто-оранжевый. За окном мелькали выцветшие поля, покосившиеся указатели и всё более редкие дома.