Видящая
За гранью реальности
Лариса Рогулева

© Лариса Рогулева, 2025

ISBN 978-5-0067-5108-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

История, которая произошла в тот год, стала для меня таким потрясением, что сознание предпочло о ней забыть до определенного времени.

Когда мне исполнилось шесть лет, я осталась жить с бабулей. Родители, историки не только по образованию, но и по призванию, уехали на раскопки в Египет. Сначала я плакала, так как безумно скучала, но постепенно бабушка стала занимать в моем сердце все больше и больше места, вытесняя тех, кто променял меня на работу, пусть даже и любимую.

Я подружилась с соседскими мальчишками. Вскоре нам предстояло вместе пойти в первый класс. А пока мы играли, радовались жизни, ссорились и мирились.

В день, когда всё произошло, нам захотелось чего-то необычного, дерзкого и весёлого одновременно. Так возникла идея: устроить соревнование – кто поймает больше всего зелёных квакающих обитателей озера.

Все посмотрели друг на друга с азартом и предвкушением предстоящей битвы. Мы разбрелись по берегу, вооружившись старыми сачками и панамами, громко шурша камышами и создавая вокруг нас настоящую суету.

Квакушки тут же забеспокоились, испуганно прыгая от берега подальше, но самые смелые продолжали сидеть неподвижно, будто проверяя нашу решимость. Первый трофей поймал Серёга – громадная бесстрашная зеленушка позволила поймать её прямо руками. За ним последовали остальные – каждая новая лягушка была своего рода победой над природой и собственным страхом перед скользкими лапками.

Чуть дальше от берега, сразу за камышами, распустились кувшинки. Мне казалось, что на свете нет цветов более красивых, чем они. В тайне от мальчишек я мечтала нарвать их и принести домой.

Итак, мы ловили лягушек и складывали их в банки, чтобы потом можно было подсчитать их количество и определить победителя.

У Ромки банка наполнялась быстрее всех, даже навскидку было видно, что лягушек у него больше. Единогласно было принято решение о его победе, и мы, сорвав крышки со своих банок, выпустили квакушек на свободу.

Пока мальчишки наблюдали за освобождением своих пленниц, я перевернула банку, поставила ее возле своих тапок, скинула платье и в трусах и майке побрела к кувшинкам, не забыв прихватить перочинный ножик для толстых стеблей.

У берега мне было по колено, но чем ближе я продвигалась к цветам, тем становилось глубже. Голоса мальчишек затихли, видимо они не стали меня дожидаться, а побежали домой, или у них возникли новые неотложные дела, которые срочно надо было решить.

Мои ноги в воде вдруг потеряли опору, дно ушло в сторону, и я погрузилась в воду почти до пояса, с ужасом ощутив, как течение больно ударило в бёдра, грозя свалить с ног. Я судорожно схватилась за стебли кувшинок, пытаясь удержаться на месте и не упасть. Нож выпал из рук, но я переживала сейчас о том, как мне выбраться с этой глубины на более мелкое дно. Осторожно переступив ногами, шагнула вправо и провалилась в новую яму, глубже чем первую. Теперь я полностью погрузилась в воду.

Тут я впервые почувствовала такой страх близкой смерти, которого не забыла до сих пор. Лёгкие разрывались от боли, сердце бешено колотилось, а ноги будто налились свинцом. Меня охватила обида на друзей, что не дождались меня и убежали по каким-то своим делам, а я осталась беспомощна перед водной стихией.

Вдруг кто-то схватил меня за волосы и потянул вверх.

– Рано тебе ещё туда, в этом мире тебя ждут великие дела, – услышала я хриплый голос. Его обладатель подхватил меня на руки и понес к берегу.

Мне почему-то было страшно открыть глаза и посмотреть на своего спасителя. А ещё я совсем не поняла из-за хрипоты, кому принадлежит голос, мужчине или женщине.

Меня положили на траву.

– Ну же, очнись! – шершавая ладонь похлопала меня по щекам. Я открыла глаза и увидела незнакомую бабушку. Немного взлохмаченные седые волосы были собраны сзади, неожиданно яркие голубые глаза встревоженно рассматривали мокрую и испуганную меня.

– Ты как? – спросила меня незнакомка. – Встать сможешь?

Я кивнула и встала.

– Беги домой и больше не купайся одна! – строго приказала мне она.

Я сделала несколько шагов, когда поняла, что даже не поблагодарила незнакомку. Оглянулась, но сзади уже никого не было.

Боясь, что мне влетит от бабули за случившееся, я сначала утаила от нее этот случай. Платье было сухое, а белье я сняла и простирала в тазу. Бабушке сказала, что упала в лужу.

Но вечером я узнала незнакомку на одной из фотографий, стоящих на комоде в бабушкиной спальне.

– Кто это рядом с тобой? – поинтересовалась я.

– Твоя прабабка, моя мама. А что?

Мне пришлось признаться в том, что я чуть не утонула, а она меня спасла.

Бабуля побелела вся.

– Вот, значит, кому ее дар перейдет, – пробормотала она тихо, но я услышала.

– Какой-такой дар?

– Подрастешь, узнаешь.

Об этом случае я вспомнила летом, когда закончила десятый класс, и отправилась к озеру с подружками. Варя оступилась и провалилась под воду, совсем как я, пытаясь сорвать кувшинки. Нет, она не тонула, просто закричала от неожиданности. Но схожесть ситуации пробудила мою память…

Глава 1. Тайна ноутбука

О том, что пропал Пашка Степанов, я узнала под вечер.

В тот день мы с бабушкой окучивали картошку на огороде за Весёлым ручьем. Домой попали, когда солнце уже коснулось верхушек деревьев.

Первой нам встретилась тетка Фрося, «первая радиостанция Коровино» (так ее бабуля за глаза называла). Из всех обитателей нашей улочки эта женщина была самой загадочной: казалось бы, целый день сидит дома, запершись от любопытных глаз за пыльными шторами да покосившимися ставнями, а потом вдруг раздаётся её звонкий голос где-нибудь посреди двора – громче любых петухов и ярче утренней зари!

С виду-то она неприметная: фигура невзрачная, щёки бледноватые, волосы тусклые, вечно собранные в пучок, будто даже причёска стремится спрятаться подальше от чужого взгляда. Но стоит ей раскрыть рот – тут же становится ясно, кто держит руку на пульсе нашего захолустья! Каждое слово тетки Фроси звучит убедительно и чётко, словно читается прямо с невидимого листа бумаги. Она знала всё обо всём и обо всех: от очередного визита участкового до скандалов соседей через улицу. Даже кот Матвей у нас стал знаменитостью после того, как пропал на два дня – оказалось, бабушка Фрося лично наблюдала, как хитрый зверь отправился охотиться в соседний огород, пока хозяйка мыла окна.

Откуда такая осведомлённость? Говорили разное: мол, окна её дома расположены идеально, чтобы подглядывать во дворах; якобы слух обострился настолько, что слышит разговоры сквозь стены; некоторые вообще уверяли, что Фрося ночами выходит тайком и бегает между домами, собирая сведения, как настоящий разведчик времён войны. Правда это или выдумки – никто точно сказать не мог, да и нужно ли?

– У Стяпановых Пашка пропал (фамилия из ее уст так и звучала -«СтЯпановы»). Вчерась на рыбалку ходил. Да так и не вернулся. Мавки, поди, утащили, – сообщила нам тетка Фрося, не переставая щёлкать семечки.

– Дура, ты Фроська, – вздохнула бабуля. – Какие мавки? К Юльке своей, поди, убег.

Так тихонько переругиваясь, мы дошли до дома.

Пока я затопила баньку, приготовила ужин, стало темно. Я так устала, что даже баня не помогла – заснуть не получалось. Заварила ромашку с мятой и села на веранде пить чай. Ночь вступила в свои права, окутав окрестности прохладой и спокойствием. Звезды рассыпались по небосводу, играя со мной в прятки, то прячась за темно-синими облаками, то выглядывая наружу. Луна не отставала от них. Воздух был напоен ароматами трав и цветов.

У соседей забрехала собака. Я и повернулась посмотреть, что там и как. В соседнем кресле сидел пропавший Пашка.

– Идиот! – зашипела я. – Его все село ищет, а он тут в прятки играет.

Парень странно молчал. Луна выглянула из-за туч, и я онемела. Кожа синюшного цвета, водоросли, запутавшиеся в волосах, и практически черные губы.

По моим рукам побежали мурашки, а в груди словно треснула льдина.

– Ты умер? – пролепетала я.

Он прикрыл глаза, словно соглашаясь.

– Сам или кто убил? – мой голос дрогнул.

Паша посмотрел во двор. Я повернула голову в том направлении. Парень уже стоял на траве и изображал рубящие движения.

Что же он пытался мне сказать?

Вдруг Павел приподнял невидимый предмет и очутился возле бочки с водой. И это что-то опустил туда… Сначала колол, а потом в воду?! Эмм… О! Он ковал! А потом железку опустил в воду! Но у нас в селе нет кузницы и нет кузнеца.

Но есть Кузнецовы!

Мое сердце пропустило удар. Дело в том, что мне нравился Ромка Кузнецов. Я училась с ним в одном классе. Сидела на предпоследней парте, и мой взгляд часто останавливался на его вихрастом затылке. Ромка начинал ёрзать на стуле, словно чувствовал, но, когда оглядывался, я уже смотрела в учебник или что-то писала в тетради.

Не мог он убить! Не верю!

Я понимала, что до утра ничего сделать не смогу, поэтому попыталась уснуть. То ли усталость взяла свое, то ли чай помог, но я практически сразу провалилась в сон.

Утром я рассказала о ночном госте бабушке. Она всплеснула руками и запричитала:

– Значит, все-таки проснулся у тебя дар.

– Ты о чем, бабуль?

– Мама моя обладала таким даром – разговаривать с умершими. Помнишь, она тебя в детстве спасла? Выходит, что сейчас дар перепрыгнул через два поколения. Не боись, главное, девонька. Они безобидные, потерянные, словно дети малые. О чем ты говорила с Пашкой?

И я описала нашу встречу.

– К Кузнецовым надо сходить, – поднялась я решительно с дивана.

– Не дури! Расследованием пусть кому положено занимаются. А я тебя с Ефимычем познакомлю.

– С участковым? Да мы вроде как знакомы, – я собрала посуду со стола и принялась ее мыть.

– Э, нет! Тут особый разговор нужен, – бабуля повязала платок и вышла на улицу. Как оказалась, за участковым.

Сергей Ефимович, усатый дядька лет пятидесяти, жил через два дома от нас. Говорят, что в молодости он служил в спецназе. А сейчас занимал в селе должность участкового. Приструнял иногда дебоширов, расследовал мальчишечьи драки, да ловил заезжих воров.

Оказывается, около сорока годков тому назад моя прабабка, помогла его семье найти тело утонувшего деда. Ефимыч, которому в ту пору было около десяти лет, совершенно случайно узнал, как это у нее получилось. С той поры наша семья находилась у него на особом положении.

Поэтому я без утайки рассказала ему о ночном визите Пашки.

– С водорослями, значит. Я вызвал водолазов. Тело ищут. На Кузнецова, говоришь, он указал?

– Может, мне так всё показалось? – встала я на защиту Ромки.

– Не переживай! Я аккуратно побеседую, – пообещал он и ушел.

Тело нашли в озере. Эту новость я услышала в магазине, куда после обеда отправилась за хлебом.

– По голове его стукнули, – вещала тетка Фрося. – Следователи понаехали из раёна.

Я немного погрела уши возле «радиостанции села» и, не услышав ничего толкового, отправилась домой.

Днём было жарко. Солнце то пряталось за облаками, то выглядывало наружу. Лёгкий ветерок прохлады не приносил.

Эх, Пашка, кто ж тебя так? Жалко было до слез. Из-за угла вывернул Ромка, и мы столкнулись с ним нос к носу.

– Кать, слыхала? – в его серых глазах плескался страх.

– Да! – я сразу взяла быка за рога. – Ты вчера виделся с ним?

– Мы каждый день встречались. Пашка деньги копил, чтоб Юлькин ноут починить, – он провел пятерней по своим непослушным вихрам.

– Он где-то подрабатывал? – мое сердце билось быстрее рядом с ним, а он даже не подозревал об этом.

– У Легасова. На днях у него в магазине настраивал видеокамеры.

– А ты сам-то где вчера вечером был? – прищурилась я.

– Блин, ты прям Ефимыч, дубль два, – вспылил одноклассник. – Тот сейчас меня мурыжил два часа. Чё да как, да где был?

– Ну, а чего ты хочешь? Человека убили! Понятно, что друзей будут опрашивать, – оправдывала я Сергея Ефимовича.

– А точно это его люди …? – Ромка передёрнул плечами. – А то говорят, мавки.

– Ты больше тётку Фросю слушай! Она тебе ещё и не то расскажет, – фыркнула я. – Радиостанция местная!

По моим рукам вдруг побежали мурашки, а в груди застыл холод. Я взглянула на тропинку, с которой мы с Ромой немного сошли, а там стоял Паша. В руках держал раскрытый ноутбук.

– Алё, Кать, ты чё застыла-то? Чего увидела, что ль? – Ромка дотронулся до моей руки.

Я очнулась.

– Говоришь, он Юльке ноут хотел починить? А почему сам-то? Почему Юлины родители не захотели помочь? – продолжила я свое расследование.

– Ты шутишь? Да, Юлькин отчим удавится за три копейки. А там плата нужна была дорогостоящая, – понизив голос, объяснял Ромка.

– А чего вы виделись-то с ним каждый день?

– Я.. это… Тоже хотел научиться в компьютерах шарить, – смутился парнишка.

– А, ну-ну, ладно, мне пора, – я побежала к дому. Не виноват Ромка, сердце мое чует, не виноват.

Оставив на столе хлеб, помчалась к Юльке. Зачем-то мне Паша показал ноутбук. Возможно, дело в нем.

Юлия Свиридова училась на первом курсе педагогического университета в областном центре. С Пашкой они встречались года два. Хотели пожениться, да вот не судьба. Красивая, стройная, с густыми волосами спелой вишни и томными зелеными глазами, Юля притягивала взгляды мужчин, но выбор свой остановила на Пашке.

Ромка правду сказал про ее отчима. Жаден до неприличия. Значит, денег на ремонт ноута не дал, и Паша сам решил помочь любимой девушке.

– Не хочет она никого видеть! – заявила мне Людмила, мать Юли.

– Тёть Люд, мне по очень важному вопросу к ней надо, я быстро, правда! – пришлось скорчить просящую мордочку.

– Ну, ладно, – махнула она рукой.

– Юля, очень сочувствую тебе! – зачастила я с порога комнаты. – Только я не просто так пришла. Расскажи мне про свой ноутбук.

Зеленые глаза девушки наполнились слезами. Обычно распущенные кудрявые волосы сейчас собраны в хвост. В облегающем топике она выглядела особенно хрупкой и ранимой.

– А чего про него рассказывать? Вон он, на подоконнике стоит. Сделал его Пашка. Ещё позавчера.

Зачем он мне тогда показал ноут? Я растерялась и спросила наугад:

– А можно посмотреть?

– Да, смотри! Не жалко.

Я включила, дождалась загрузки и уставилась на рабочий стол.

Обычные папки – «Мой компьютер», «Документы», «Юля». И вдруг возле корзины я заметила папку со странным названием «Баг». Интересно, что там? Баг – это сбой в программе. Что имел ввиду Паша, когда ее так назвал? Ткнула в нее мышкой, а она запоролена. Еще интереснее!

– Тут на рабочем столе папка с именем «Баг». Чтобы ее открыть, пароль нужен, – мне казалось, что всё дело в ней.

– У меня не было такой папки. Может, это Павлуша ее создал? – Юля приподняла тонкие брови.

Мы таращились друг на друга, когда рядом с тумбочкой появился Пашка. Он снова стоял с ноутбуком. Но сейчас крепко прижимал его к себе.

Что ты хочешь мне этим сказать?! – мысленно взвыла я, а вслух произнесла:

– Юля, нужно твой ноут в полицию отнести.

– Зачем?!

– Вдруг Паша тут какую-то важную информацию спрятал. А она поможет найти его убийцу. Пойдем вместе!

Через полчаса мы были возле полицейского участка. Дверь открылась, и вышел Ефимыч.

– Здрасьте, Сергей Ефимович! – затараторила я. – Мы тут по делу к вам.

– Поди-ка сюда, – участковый поманил меня пальцем и, когда я приблизилась, зашептал. – Ещё приходил?

– Два раза, – кивнула я и всё ему рассказала.

– А мне Ромка про ноутбук ничего не говорил, – почесал он затылок. – Ну, давай. Пусть спецы разбираются.

Поздно вечером все село зашумело, загомонило, заволновалось. Мы вышли с бабушкой на улицу.

– Легасова арестовали! Говорят, он Пашку того… – шел слух по селу.

А утром к нам пришел Ефимыч.

– Ну, здравствуй, сыщица! – крякнул он, присаживаясь за стол. – Помогла, Катюха, спасибо!

Оказалось, что накануне вечером Паша устанавливал в магазине видеонаблюдение. И при испытании камер записал то, что не должен был видеть. Легасов занимался не только продажей продуктов, но и запрещенных веществ. Пашка эту видеозапись удалил с основного компьютера, но сохранил на Юлином ноутбуке, который как раз починил.

Легасов почуял неладное и на следующий день стал расспрашивать Пашку.

Видать, мальчонка как-то прокололся… Вот и получил удар по голове.

Мы уже попили чай, когда возле двери появился Павел. Он стоял такой нарядный в белой рубашке, пиджаке, черных брюках. Улыбался и руку держал возле сердца, словно благодарил. А потом наклонился, что-то положил на тумбочку и исчез.

На вязаной салфетке осталась жёлтая кувшинка.

Глава 2. Красная шапочка

Первый раз я увидела ее на уроке физкультуры. Сильные морозы ушли от нас на запад, и мы, наконец-то, стали кататься на лыжах.

Я плелась по лыжне в самом конце, вспоминая вчерашний вечер.

Давно мечтала научиться танцевать латино. Родители прислали деньги на день рождения, который будет у меня через два дня. Разбогатев, я подумала, почему, собственно, и нет? И оплатила онлайн курс по латиноамериканским танцам.

Вчера было первое занятие. А сегодня утром я еле встала с кровати. К обеду ещё немного расходилась.

Зимний лес, наполненный тишиной, обладал каким-то особым волшебством. Лыжня петляла между вековыми соснами, чьи ветви, украшенные тяжелыми снежными шапками, тянулись к небу. Под лыжами скрипел снег, издавая тихий мелодичный звук.

Девушка стояла возле берёз, чуть дальше от дороги, в длинном черном пальто и красной беретке.

Я сразу поняла, что это призрак. По телу мурашки побежали, а в груди холод разлился. Я замедлила ход возле нее. Но она просто стояла и смотрела даже не на меня, а куда-то вдаль.

Э-э, ну, нет так нет. Поехала дальше. Уроки закончились, и я отправилась домой.

Возле дома Ефимыча стоял его Опель. На обед, наверное, приехал. Я постучала, дверь открыл сам участковый.

– Катя, привет! Что-то случилось? Проходи, я один, Машка в магазин побежала.

Жена участкового была дочерью тетки Фроси, местной «радиостанции». Но в отличии от матери, тетя Маша обладала прямо противоположным характером. Никогда не болтала лишнего, не сплетничала. Видимо, звание «жена участкового» накладывало свой отпечаток. А может не хотела походить на свою мать.

– Я девушку в лесу видела. Сегодня на лыжах на физкультуре катались.

– Не живую? – уточнил Ефимыч. Я кивнула.

– Красивая, высокая, в черном пальто с капюшоном и красной беретке. Не местная. Никто не пропадал?

– Нет, с утра ориентировки смотрел.

Но где в половине четвертого раздался звонок от него.

– Катя, я тебе сейчас фотографию пришлю. Посмотри, она это? – голос участкового немного хрипел. Когда успел простыть?

На фотографии девушка улыбалась. Она была в свитшоте карамельного цвета. Волосы собраны в хвост, лишь слева вилась кокетливая прядь.

– Когда она пропала? – такая красивая. Меня захлестнула острая жалость.

– Три дня назад. Последний раз ее видели в агентстве. Соболева Ольга. Она собиралась домой. А утром не пришла на съёмки. С того вечера ее никто не видел, – Сергей Ефимович рассказывал всё, что узнал.

– В каком агентстве? Модельном? – уточнила я.

– Да.

Второй раз Красная Шапочка появилась во второй половине дня. Я как раз из магазина возвращалась. Сейчас было видно, что ей холодно. Всё лицо покрылось инеем: на ресницах, синих от холода губах, бровях и волосах. Она дрожала, а зубы выстукивали беззвучную дробь. Руками девушка обхватила себя, тщетно пытаясь согреться.

А потом перед глазами появилась совсем не деревенская картинка. На заснеженной трассе остановился черный джип. Дверь открылась, и выпал черный куль. Когда машина отъехала, он зашевелился. Человек встал на колени, а затем поднялся в полный рост. Я узнала Ольгу по красной беретке.

Картинка смазалась, словно ее быстро прокрутили, и я увидела Красную шапочку, бредущую по тропинке в лес. Зачем она потащилась в лес? Зимой, в сильный мороз.

Видение исчезло, я вновь стояла на деревенской улице. Голова немного кружилась, в коленях появилась слабость. Надо спешить к Ефимычу.

Я свернула от магазина к полицейскому участку. Участковый пил чай.

Рассказала ему про видение.

– Узнаешь этот отрезок дороги?

– Там щит стоял с указателем, – вспомнила я.

– Поехали!

Через час мы нашли щит и тропинку, куда свернула девушка.

– Вот зачем она туда поперлась? Почему вдоль трассы не пошла? Хоть какая-то машина да остановилась бы! – злился участковый.

– Ночь уже была, – вставила я.

– Ты бы ночью пошла в лес?

– Я деревенская, а она городская. Может, она думала, как по парку погуляет и выйдет с другой стороны.

Тропинка так сузилась, что машина встала, и мы, включив фонарик, решили дальше идти пешком. Ефимыч достал из багажника санки.

– Не боишься, Кать? У меня табельное с собой, если что, и петарды, волков отпугивать, – успокаивал меня Ефимыч.

А у меня в голове крутились мысли, вдруг в этой темнотище мы её не найдем? Когда тропинка раздвоилась, и мы думали, куда свернуть, Красная Шапочка появилась вновь.

– Нам туда! – я махнула рукой налево.

Она лежала под сосенкой, свернувшись в позе эмбриона. Капюшон натянут на беретку, на лице иней, как и было в видении.

– Сергей Ефимович, а что вы скажете, когда спросят, как мы нашли девушку? – мне совсем не хотелось, чтобы о моей тайне узнали посторонние.

Участковый только что вызвал следственную группу. Мы уселись на санки и стали ждать.

– Самое главное, не врать. Просто не рассказывать всё.

– Как я здесь оказалась?

– Собираешься поступать после школы в юридический. Хотела проверить себя, правильно ли выбрала будущую профессию. Я по-соседски разрешил участвовать в поиске.

– Э-э-э… Я вообще-то хотела в педагогический поступать.

– Ну, они же не знают. И до поступления ещё полгода. Можно сто раз передумать.

– Так что мы с вами тут делаем?

– У Спепановны Дружок пропал. Скажу, видели его на повороте. Мы и поехали на поиски.

– А санки зачем?

– Ты видела ее собаку? Он словно слонёнок. А санки… вдруг он ранен? Или замёрз? Да, ладно, не переживай! Меня в районе чудаковатым все считают. Не привыкать!

Группа приехала через сорок минут. Пока они все осмотрели, нас опросили, прошло ещё минут тридцать.

– Она замёрзла, да? – не выдержала я под конец.

– Похоже на то, но окончательный результат скажем после вскрытия, – усатый следователь тяжело вздохнул.

Домой я попала около восьми вечера. Поужинала и села уроки учить.

А ночью поднялась температура. Похоже, мой променад по зимнему лесу и ожидание на санках дало о себе знать.

Бабуля растерла меня спиртом, напоила каким-то кислым чаем и велела спать, пока сама не проснусь. В школу я утром не пойду. И свой день рождения встречу под одеялом.

Проснулась я около полудня. Перед пробуждением видела Красную Шапочку. В какой-то комнате на нее кричал молодой мужчина с козлиной бородкой. Брызгая слюной, он наступал на нее, а девушка, закрыв лицо ладонями, беззвучно плакала. А потом картинка смазалась, и я увидела, как она села в черный джип.

Поругалась. С кем? С любовником? А кто этот, на джипе? Это ж он ее выкинул в лесу! Голова раскалывалась. Температура, кажется, опять поднялась. Бабуля дала градусник, снова чай, на этот раз с малиновым вареньем, и вареное яйцо. Кое-как запихнула все в себя и снова уснула.

Вечером пришел Ефимыч. Он поделился последними новостями о замёрзшей девушке. Ольга работала в модельном агентстве. В тот вечер на нее наехал продюсер. Он так кричал, что она села в машину к человеку, который давно и безуспешно пытался за ней ухаживать.

Их отъезд засняли видеокамеры. А ещё они останавливались у заправки, и Ольга выходила из машины. Но потом снова добровольно села.

– А почему он ее выкинул из машины? Она именно этот эпизод мне показала.

– Он сказал, что девушка неправильно его поняла и попросила остановить.

– На трассе возле леса? – не поверила я.

– Мы не можем это проверить – выкинул он ее или она сама вышла. Я тебе верю. Только как это доказать в суде? – Ефимыч устало махнул рукой.

– Что показало вскрытие? – я устало прикрыла глаза.

– Что она замёрзла. На руках были синяки. Кто ее хватал – неизвестно, то ли продюсер, то ли хмырь на джипе.

– То есть ее смерть будет расценена как несчастный случай?

– Скорее всего так…

Я полвечера кипела от несправедливости. А потом бабушка меня охолонула:

– Бог лучше знает, как и что происходит. Доверься ему. И не переживай! Кто знает, сколько у тебя таких девушек будет за всю жизнь? Мы видим только одну грань. Ту, что нам показывают. Но всегда есть другая сторона, скрытая. И, возможно, она объясняет причины поступков.

– Думаешь, она специально пошла в лес?

Бабушка развела руками.

Выспавшись за предыдущую ночь и днем, я таращилась в темень и считала сначала овец, потом звёзды на обоях в своей комнате, но сон так и не шел.

Вдруг за окном мелькнула какая-то вспышка.

Я подскочила и поняла, что вновь вижу ночную трассу, по которой мчался черный джип. Вдруг прямо перед ним появилась из ниоткуда девушка в черном пальто и красном берете. Машина резко затормозила, и ее занесло. А потом, словно в американских боевиках, джип несколько раз перевернулся и загорелся. Красная Шапочка обошла полыхающий джип, взглянула на меня и исчезла. На этот раз навсегда.

Утром я позвонила участковому и спросила про аварию.

– Это погиб тот, кто ее ночью высадил возле леса, – подтвердил он мое предположение.

Вечером ко мне пришли одноклассники. С подарками, воздушными шарами и огромным тортом. Всё-таки дружный у нас класс! Жалко будет расставаться…

Глава 3. Призрак из будущего

Новогодний бал в школе подходил к концу. Волшебная атмосфера кружила голову. В воздухе витал аромат мандаринов, выпечки, которую ученики принесли на сладкий стол для перекуса между танцами. Гирлянды, обвивающие стены и высокую елку в центре зала, мигали мягким светом. Музыка кружила голову, но ещё большее головокружение вызывали медленные танцы с Ромой.

Он весь вечер приглашал только меня! Сердце пело в предчувствии чего-то волшебного. Неужели он проводит меня сегодня домой, и мы наконец-то поцелуемся?

Ох, мои мысли, мои скакуны… Куда же вы меня занесли. По рукам вдруг побежали мурашки, а в груди разлился жгучий холод.

Не-е-ет! Только не сейчас! Пожалуйста! Так нечестно! Я зажмурила глаза. Может он исчезнет и появится чуть позже?

Но холод не исчезал, и я осознала, что жду напрасно. Дар требовал своего. Я осторожно начала осматривать танцующие пары. Он где-то здесь. Или она? Сердце вдруг забилось как сумасшедшее. Этого не может быть!

Прислонившись к стене, стоял… призрак Ромки!

Так не бывает! Он жив! Я взглянула на парня, крепко прижимавшего меня к своему телу. Такой горячий, мускулистый, живой…

Я крепко вцепилась в него. Не отдам! Посмотрела ещё раз в ту сторону, где стоял призрак. Никого не было. Может мне показалось? От волнения… Что это вообще было?

Танец закончился, и Ромка прошептал мне:

– Я провожу тебя. Не убегай как Золушка, – и чмокнул в щеку. – Твой пуховик в классе?

– Да, на моей парте.

Он ушел за одеждой, а трогала щеку. И не знаю, что меня больше волновало – поцелуй или призрак, который я увидела.

Это была самое странное возвращение домой.

Я с трудом удерживала себя в руках, чтобы не дотрагиваться до Ромки. Мне хотелось его постоянно касаться, чтобы чувствовать – он тут, рядом со мной, такой живой и весёлый.

А парень в это время рассказывал о своих планах. В областном центре в университете открылся факультет «Пожарная безопасность». Он поступил на подготовительные курсы и после нового года будет ездить на занятия.

– Катя, что случилось? Мне кажется, что ты где-то не здесь?

– Все хорошо! – соврала я.

Он провел рукой по моей щеке, наклонился к губам и осторожно прикоснулся. Я, не выдержав напряжения, обхватила его за шею и жарко ответила на поцелуй. Это последнее, что я помнила.

– Катя, домой пора! Вы уже час тут милуетесь! – словно сквозь вату, пробился бабушкин голос.

Мы оторвались друг от друга и с сожалением посмотрели на нашу разлучницу. А потом я вспомнила видение на балу и поняла, что мне срочно надо расспросить бабулю.

Чмокнув Ромку в нос, я побежала домой.

Рассказав о своем видении, с нетерпением ждала от бабушки объяснения.

– Я не знаю. Никогда не слышала, чтобы человек был жив и одновременно м е р т в.

Всю ночь я не могла уснуть. Пыталась найти информацию на разных эзотерических форумах. Написала наудачу вопрос. Ответа пока не дождалась. Легла около шести утра.

Хорошо, что в школу уже не надо идти. Начались зимние каникулы.

Проснулась около полудня. Сначала вспомнила новогодний бал и поцелуи с Ромой. Он так давно мне нравился, что я уж и не надеялась, что однажды произойдет волшебство, и мы с ним начнем встречаться.

Но сквозь истому, охватившую меня от будоражащих воспоминаний, я почувствовала отголосок тревоги.

А потом всё вспомнила! Страх скрутил меня в тугой узел, и я застонала.

– Иди прогуляйся! – видя мое состояние, посоветовала бабуля.

Я и помчалась на улицу. Завтракать совсем не хотелось. Ноги сами несли меня к Ромкиному дому. От быстрой ходьбы мне стало жарко. Я встала за кустарником и вглядывалась в дом. На улице стояла тишина. Странно, завтра уже новый год, а в селе словно все спят. Отдышавшись, свернула на улицу, ведущую к сельскому клубу.

Афишу я увидела издалека. Название нового фильма было написано огромными буквами. «Сквозь время» – прочитала я. И сразу почувствовала знакомый холод. Он стоял возле закрытого киоска. Увидев, что я заметила его, призрак Ромы поднял руку и показал на афишу.

Я ещё раз прочитала название. «Сквозь время». И тут догадка пронзила меня.

Он пришел из будущего! Рома сейчас жив, но в будущем он..нет, я даже не хочу о таком думать! У нас только все стало налаживаться!

Нет! Нет! Нет!

– Катя, что случилось? – одноклассница Зоя тряхнула меня, схватив за плечи. – Ты чего орёшь?

Слезы покатились из глаз, и я прижалась к ее плечу. Устав от слез, я начала размышлять. Разве такое бывает? Чтобы призрак из будущего пришел предупредить о своей гибели? А потом вспомнила о форуме, на котором просидела всю ночь.

Оказалось, мне ответил пользователь под ником Odin. Он написал, что лишь однажды читал о таком феномене. И это случилось в 1778-м году. Odin разыскивал в архиве материал для своей диссертации и наткнулся на эту запись. Девушка увидела призрака своего брата. Хотя брат был на тот момент жив. Но через два дня погиб от рук грабителя.

Я заплакала, понимая, что ждёт меня. Бабуля, услышав мои всхлипы, прибежала в комнату.

– Не смей опускать руки! Борись до последнего! Попробуй расспросить призрака. Возможно, он тебе ещё что-то расскажет, – поддержала меня она.

Когда призрак появился вновь, я бросилась к нему с вопросом:

– Как ты погиб?

Призрак Ромы подошёл к зеркалу, и я увидела в отражении всполохи огня. Кто бы сомневался! Он же такую опасную профессию себе выбрал!

Сначала я не поняла, что горит, но присмотревшись внимательнее, узнала старенький домик деда Матвея, который жил один наискосок от нас. Вокруг собралось много народа. Вдруг из толпы выскользнул Роман и бросился в дом. А потом… потом взрыв… Газ, наверное.

– Когда это произойдет?

Призрак указал на новогодний плакат, где кроме деда Мороза и Снегурочки, красовалась надпись:

«С наступающим Новым годом!».

Значит скоро. Новый год уже завтра.

Что делать? Сидеть и караулить пожар? Или быть рядом с Ромой? Думаю, что второй вариант предпочтительнее. Но как он воспримет мое присутствие?

Пока я размышляла о том, как лучше спасти любимого, в дверь позвонили. На крыльце стоял Ромка.

– Привет! Какие планы на Новый год? – его заразительная улыбка вернула меня к жизни.

«Не дать тебе умереть» – мысленно ответила ему, а вслух произнесла:

– В клуб, наверное, схожу.

– Давай вместе сходим! А потом у меня посидим. Родителей неожиданно пригласили в гости. А я не хочу ехать с ними.

– Согласна! – обрадовалась я.

Вот это да! Всё складывается как нельзя лучше! Пока мы вместе, я не пущу его в горящий дом.

Утром тридцать первого декабря мне пришла интересная мысль. А что, если сходить к деду Матвею, чтобы разведать обстановку? Может я замечу что-то, из-за чего потом начнется пожар?

– Бабуля, какой предлог мне придумать, чтобы проведать деда Матвея?

Бабушка, которой я рассказала вчера о видении, улыбнулась.

– Тут и думать ничего не надо! Поздравишь его с наступающим и привет от меня передашь. А к поздравлениям будут пирожки, которые уже в печке стоят.

Замечательно! Вечером, уложив вкусности в корзину, мы с Романом по дороге на новогоднюю дискотеку зашли в дом одинокого старика. Сын у деда Матвея давно уехал в город и работал там каким-то начальником. А про отца почему-то забыл.

Бабуля к Матвею иногда заглядывала по старой памяти. Они когда-то в одном классе учились. Поэтому он совсем не удивился, когда мы с Ромой заглянула к нему в гости.

– О, Катюша! Как я рад тебя видеть! Как там Тимофеевна поживает? – спросил хозяин хриплым голосом.

– Хорошо, привет вам передала, да вот подарки прислала.

Матвей был счастлив, что его не забыли. Он расспрашивал нас о последних сельских новостях. А пока Роман отвечал ему, я расхаживала по кухне, заглянув даже в зал. Ничего подозрительного не заметила.

– А что дед Матвей, проводку у вас давно проверяли? – задала я вопрос, который привел хозяина в ступор.

– А ты откуда знаешь? Я Серёгу Колыванова позвал посмотреть ее.

– И как? Посмотрел?

– Сказал третьего придет, сейчас на работе завал.

– Дед Матвей, может вы Новый год с бабулей встретите? Я ухожу с Ромой на дискотеку, а она одна остаётся, – судя по изумленным лицам и деда Матвея, и моего кавалера, я несла несусветную чушь.

Но мне было абсолютно все равно. Я хотела спасти Романа. Если мне для этого надо немного соврать и выглядеть чудаковатой, то пусть!

– Чего-то ты, Катюха, зря сказала, – засмущался вдруг бабушкин одноклассник. Ого! А вдруг он в нее влюблен был? Или они оба того… влюблены. А я тут сейчас старые чувства разбужу. Но к своей цели я пёрла как танк.

– А, была не была, – махнул рукой вдруг дед. – Пойду! Сейчас только бутылку самогонки достану. Он накинул фуфайку и вышел в сени.

– Ты чего это? – Ромка ещё не отошёл от моего странного предложения соседу.

– Так надо! Потом расскажу! Пошли на дискотеку!

Поворачивая за угол к клубу, я увидела спешащего к нашему дому Матвея. Довольная, потерла руки. Надеюсь, мне удастся обмануть смерть.

Новогодняя программа была так хороша, что я забыла об опасности. Не знаю, сколько было времени, когда я заметила у двери призрака.

Значит, что-то пошло не так.

– Рома! Нам пора, – скомандовала я, а друг и не думал сопротивляться.

По дороге нас встретила компания, спешившая в клуб. Кто-то закричал:

– Пожар!

Сердце ёкнуло и помчалось куда-то вскачь. Эх! Мы побежали с Романом на нашу улицу. Возле калитки стояла бабуля.

– Он пошел за грибами. Я уж отговаривала его, да разве Матвей послушается!

– Пожарных вызвала?

– Да!

Дом ещё не был полностью охвачен огнем.

Возле ворот я увидела призрака. Он звал за собой.

– Пошли, – дернула я Рому за рукав.

Мы вбежали в дом. Одноклассник хотел завернуть в зал, но увидев призрака, поджидавшего нас у входа в сени, я потащила его за собой. Матвей лежал возле открытого окна.

– Бери за ноги, – не растерялся Роман, и схватив деда за руки, потянул к выходу.

На крыльце нас встретили пожарные и врачи скорой помощи. Я оглянулась на дом. Призрак махал мне рукой и растворялся на глазах.

От облегчения, что у меня получилось, я повисла на Ромке и заревела.

Дед Матвей после сердечного приступа, случившегося у него во время пожара, выжил. Сейчас он гостил у сына в городе.

Возможно, мое спонтанное решение пригласить его к нам гости, спутало все карты провидения. Дом сгорел не полностью. А главное, все остались живы!

Глава 4. Тайна лесной поляны

Я шла по лесной тропинке, стараясь не задевать еловые лапы. Если это иногда случалось, то снег мягкой пелериной покрывал мои плечи или колени, в зависимости от того, на какой высоте я задевала дерево. Крепкий мороз щипал щеки и нос. Вдруг совсем рядом я услышала скрип. Только, если мой звучал легко и радостно, то этот – тяжело и как-то яростно. Я остановилась за невысокой елью и прислушалась. Шаги приближались к поляне, которая раскинулась передо мной.

Наконец, тот, чей скрип я слушала, вышел из-за деревьев. Им оказался мужчина в длинной серой дубленке с капюшоном на голове. В руках он держал ружье.

Почти одновременно на поляну выбежала здоровая собака. Черная с белыми пятнами на груди и рыжими подпалинами на морде. Какой породы, я не знала. Но очень красивая и мощная. Она безудержно лаяла на этого мужчину. Он вскинул ружье и выстрелил.

– Не-е-т! – закричала я и проснулась. Сердце бешено стучало, словно я пробежала стометровку.

Все утро я размышляла, сон это был или очередное видение. Если последнее, то чем закончилась встреча?

Сегодня суббота, занятий в школе не было. Роман уехал на подготовительные курсы. А я отправилась в библиотеку. Когда возвращалась, забежала в магазин. Там-то я и встретилась с тёткой Фросей, местной сплетницей.

– Галя, слышала ночью, Найда выла? Быть беде! Вот увидишь!

Галя, продавщица, вяло отбрехивалась:

– Какая Найда, тёть Фрось? Ветер завывал вчерась.

Легенду про собаку, пропавшую более ста лет назад у местного помещика, мы слышали с детства. Прямо перед революцией он завел собаку и души в ней не чаял. Но года через три она пропала. Помещик Лупырев подозревал в краже соседа, купца, который несколько раз просил Найду продать. Хозяин обещал большую по тем временам награду за собаку. Но ее так и не нашли. После революции помещик уехал за границу. А местные стали слышать в лесу собачий вой. Поговаривали, что это Найда тоскует по хозяину. А ещё деревенские заметили, что этот вой предвещает какую-то беду.

Я за всю жизнь ни разу не слышала Найду. Но сегодня во сне видела незнакомую собаку. Уж не она ли это была? Спустившись с крыльца магазина, я повернула за угол и резко остановилась.

Она стояла прямо в центре тропинки, расчищенной селянами от снега.

Собака из моего сна. Черная с белыми пятнами на груди и рыжими подпалинами на морде. И только по знакомой реакции своего тела в виде мурашек и холода, я поняла, что это призрак! Вот значит, чем закончилась встреча на поляне. Она погибла. Собака развернулась и пошла, оглядываясь на меня, словно проверяя, иду ли за ней.

А куда мне деваться?

Дорога, по которой мы шли с призраком, раздваивалась. Одна часть сворачивала налево и шла вдоль берега, на краю которого стояли дома (в том числе и наш), а тропинка, свернувшая направо, постепенно спускалась к лесу.

Вот туда-то мы и двинулись с собакой. Она постоянно оглядывалась, а я вздыхала и успокаивала ее.

– Иду я, иду! Куда же ты меня ведёшь? – когда я совсем уж задыхалась, то немного притормаживала своего проводника. – Я не успеваю за тобой!

Собака останавливалась и скалилась. Зубки-то у нее ого-го какие были!

А вот и знакомая поляна из сна. Призрак прошмыгнул под сросшиеся сосны, я – за ним. Передо мной предстала бревенчатая заброшенная избушка.

Собака нырнула в приоткрытую дверь. Я стояла в нерешительности. До сих пор призраки не причиняли мне вреда. Но это были люди. А что если… Не успела я додумать свою страшилку, как из избушки донёсся еле слышный писк. Писк?

И я, уже не раздумывая, отворила дверь. На старой фуфайке копошились четыре живехоньких щенка! Вот она кого защищала! Своих детенышей. А за что же ее убили? Как она очутилась в лесу? И что это был за мужик с ружьём?

Вопросы, вопросы… одни вопросы.

Ладно, над этим я подумаю утром, как говорила знаменитая Скарлетт О'Хара. А сейчас надо спасать замерзающих малышей.

Двух самых квёлых щенков я засунула за пазуху, а двух живчиков – в пакет с книжками. Надеюсь, они не наделают мне там мокрых дел. Пока я распределяла малышню, их мама стояла в сторонке. А потом она вывела меня из леса.

– Не бойся! Позабочусь о них! – пообещала я на прощание призраку.

Когда дошла до поворота, оглянулась. Собака все ещё смотрела нам вслед. Сердце почему-то ёкнуло, словно предчувствуя, что видимся мы не в последний раз.

Дома бабушка уже начала волноваться. Я ушла утром, а сейчас стемнело. Смартфон разрядился на морозе, поэтому позвонить не могла. Пока я рассказывала о сегодняшней встрече с призраком собаки, бабуля подогревала молоко, вместе мы покормили щенят, постелили старый теплый плед и устроили малышню возле печки. Входная дверь хлопнула, и раздались шаги.

– Катя, почему твой телефон недоступен? – Ромка вернулся из города и, увидев щенков, замер. – Боже мой! Какие красавцы! Откуда?

– Из лесу вестимо, – отшутилась я.

– Ты знаешь, что они породы Бернский зененнхунд?

– Нет, это ты у нас спец по собачьим породам.

– Да, – взгрустнул вдруг Ромка.

– Ты же с детства мечтал стать ветеринаром! К тебе все соседи таскали своих питомцев, и ты их лечил!

– Знаю, – смутился парень. – Мне как-то «систер» сказала, что это не мужская профессия.

– Бред какой! – возмутились мы в один голос с бабулей.

– Ты поэтому собрался на факультет «Пожарной безопасности» поступать? – дошло до меня вдруг.

– Ну, как-то так… – покраснел Ромка. – Их Егорычу надо обязательно показать.

Семён Егорович работал ветеринаром в нашем селе.

Следующий сон перенес меня в осень. Золотые березы, краснеющие осины, паутина на ветвях. На поляне девушка с русой косой играла со взрослеющим щенком. Она кидала палку, а игривая псина ее искала и приносила. Потом девушка присела в траву, и щенок лаял от радости и возможности лизнуть любимую хозяйку прямо в нос.

Картинка размылась, и вот уже новая раскрылась передо мной. Те же двое, но девушка в разорванном платье плачет, а собака пытается успокоить ее, слизывая слезы со щек. В подросшей псине я узнала призрак, чьих щенков я вчера забрала домой.

Проснулась с тяжёлой головой. Неужели и девушка погибла? Надо срочно бежать к Ефимычу, что я и сделала сразу после завтрака.

Сергей Ефимович что-то печатал на своем стареньком компьютере. Участковый поприветствовал меня и просил подождать. Минут через пять он оторвался от экрана.

– Что-то случилось?

– Похоже, что да, – и я рассказала про собаку, найденных щенков и девушку.

– А труп собаки не нашла на поляне?

– Э-э-э, – зависла я. – Про это я не подумала.

– Лицо девушки помнишь? Узнаешь по фотографии?

– Думаю, да!

Ефимыч открыл какое-то приложение на компьютере, и мы вместе стали рассматривать фотографии пропавших женщин от 18 до 35. Среди них не было хотя бы отдаленно напоминавших ее.

– А если её не ищут? – подумалось мне.

– Как это?

– Всем говорят, что уехала куда-то, а ее уже нет в живых, – предположила я.

– Поехали-ка в город. У них компьютеры помощнее, да и программы посовременнее. Будем рисовать фоторобот.

В городе Сергей Ефимович обратился к своему сослуживцу Алексею. К обеду фоторобот был готов. На нас смотрела невероятно нежная белокурая девушка с карими глазами и чуть грустной улыбкой.

– Мне кажется, я ее знаю, – протянул участковый. – Помнишь пожар на Сельской у нас осенью?

– Они же не местные да? Приехали откуда-то, прожили год, а потом жена бросила мужа и сбежала? – вспомнила я местные сплетни от тетки Фроси.

– Звали ее вроде Ксенией, – Ефимыч тер подбородок.

– А муж куда делся?

– После пожара продал землю и уехал, – брови участкового удивлённо поднялись вверх.

– А что же ее родные, друзья? Не искали? Не созванивались с ней? – меня такие люди всегда возмущали.

– А поехали-ка, Катюша, к их соседям. Там расспросим их.

В Коровино вы возвращались уже затемно. В село заехали не с центральной улицы, а с противоположного конца, с Венской. Остановились возле пепелища.

– Думаешь, она уже мертва? – грустно спросил Ефимыч.

– С утра я ещё сомневалась, но сейчас уже нет. Ее убили. Нам нужно узнать, кто, – я почему-то сразу подумала на мужа.

– Что ж, пошли к Миловановым, – предложил он.

Едва я вышла из машины, как заметила тень, мелькнувшую во дворе сгоревшего дома.

– Сергей Ефимович, давайте осмотрим то, что осталось от дома.

– Пойдем, – легко согласился участковый.

Черные бревна были припорошены снегом. Я поднялась на уцелевшее крыльцо. Внутрь идти побоялась. Вдруг там полы провалятся?

Дверь на хлипкой петле покачнулась и тихо застонала. Я дотронулась до почерневшего дерева и поскребла ногтем сажу.

– Ну, что? Никаких видений? – раздался голос Ефимыча прямо за моей спиной. Я вздрогнула и оглянулась.

Девушка из сна стояла возле березы. Заметив мой взгляд, участковый тоже оглянулся и шепотом спросил:

– Она здесь?

– Да!

– Где же он тебя спрятал? – спросила я ее, но она исчезла.

– Что-нибудь показала?

– Нет, она как будто испугалась и пропала.

Миловановы, соседи справа, сразу запричитали: «Ничего не знаем, ничего не видели».

Зато Селивановы, жившие на другой стороне улицы, поведали много интересного. Ксения часто выходила во двор. Он у них был просторный. Гуляла всегда с собакой. Иногда (очень редко) во время прогулки женщина доходила до леса.

Но в конце лета, соседи случайно услышали, как муж кричал на Ксению. Селивановы остановились на машине возле их забора, когда поехали в гости. Оказалось, что они дома оставили детское питание для младшего. Старший сын побежал за ним, а им пришлось быть невольными свидетелями их ссоры.

– А о чем он кричал? – уточнил участковый.

– Как мы поняли из ссоры, Ксения кому-то позвонила. А Игорь был этим фактом весьма недоволен. А в октябре она сбежала.

– Сбежала одна? Без собаки? – поинтересовался Ефимыч.

– Да, потому что потом собака несколько ночей выла. Когда мы спросили, что происходит, Игорь рассказал про побег жены. А псина, мол, тоскует.

– Я видел, как он собаку относил на руках в лес. Подумал, что она от тоски сдохла, – заявил вдруг старший сын Миловановых.

– Когда это было? Вспомни, пожалуйста, поточнее, – попросила я.

– Снег уже лежал, в начале декабря, – мальчишка нахмурил брови, вспоминая точнее.

Странно, почему собака пришла ко мне только вчера? И во сне я видела, что ее убили выстрелом из ружья в лесу.

Мы поблагодарили Миловановых, и поехали домой. Сергей Ефимович зашёл к нам посмотреть щенков.

Пока мы ездили в город, Рома пригласил к нам ветеринара. Семён Егорович обещал заскочить на неделе.

Мол, когда щенки немного окрепнут, тогда и прививки можно делать. А ещё он предположил, что их отцом мог быть волк. Чуть подрастут, и тогда будет точно известно.

Ни собака, ни девушка не приходили всю неделю.

Участковый объявил Игоря, мужа Ксении, в розыск. Согласно ответу из кадастровой палаты выяснилось, что участок не продавался. То есть он так и числился за Солодовым Игорем Константиновичем.

Мы с бабулей всю неделю наслаждались общением с малышней. Это были просто мегапозитивные существа. Одного заочно застолбил дед Матвей. Он сейчас жил у сына, но к лету тот пообещал отцу отремонтировать дом. Вот тогда-то бабушкин одноклассник и заберёт щенка.

В субботу я проснулась с головной болью. Ночью мне показали все недостающие фрагменты, из которых складывалась более-менее понятная картина преступления.

Оказалось, что ссоры происходили каждый день. Муж издевался над беззащитной женой. В ее жизни была лишь одна отрада – собака.

Как и когда девушка погибла, мне, слава богу, не показали. Зато я запомнила место, где этот гад спрятал ее тело. Все случилось на той же поляне, где спустя какое-то время он пристрелил собаку.

Уже потом вместе с Ефимычем мы додумали остальные пазлы. Собака выла не просто так. Она сбегала на поляну, пытаясь раскопать тело любимой хозяйки. Переживая, что его уловка с «побегом» жены не сработает, Игорь сначала привязывал псину. Затем отравил ее, но видимо яд был либо просроченный, либо его было мало. Собака выжила и осталась жить в лесу, охраняя последнее пристанище хозяйки.

Игорь поджег дом, чтобы скрыть следы преступления, а затем уехал в город.

Я лишь не понимала, зачем он вернулся? Зачем убил собаку?

Когда Игоря поймали, мы получили с Ефимычем ответы на свои вопросы.

Его потянуло на место преступления. Он долго сопротивлялся, но все же не смог преодолеть это желание. Приехал из города, и встретил в лесу Герду (наконец-то мы узнали имя верного друга!).

А тело Ксении следователи нашли и извлекли благодаря какому-то георадару (после того, как я показала Ефимычу это место).

Тело Герды было присыпано снегом. Поэтому, в тот день, когда я шла по лесу за призраком, то не заметила его. Собаку похоронили рядом с хозяйкой.

Глава 5. Дом на отшибе

В воскресенье бабушка получила письмо. По почте. Бумажное. С почтовой маркой в правом углу. Пока она читала его, я наматывала круги по кухне. От любопытства, естественно.

Пират, один из щенков, найденных в лесу, весело бегал за мной, думая, что я с ним играю. Из всех четверых мы оставили себе только его. Остальных удалось быстро пристроить.

Дочитав, бабушка отдала письмо мне:

– Это от дочери Варвары.

Варвара приходилась бабушке троюродной сестрой. Две недели назад она покинула этот мир. И с того момента в доме дочери начали происходить какие-то необъяснимые события: падали пустые ведра, сами воспламенялись свечи, выбивало пробки в доме. Сменили автоматы, дважды вызывали электрика для проверки проводки, а улучшения не было.

– А где баба Варя в последнее время жила? У них или в своем доме? – я уселась на табуретку и облокотилась на стол.

– Да в том-то и дело, что к ним она категорически идти не хотела. До последнего оставалась в своем доме на отшибе. Лиза (дочь Варвары- примеч. автора) собралась его продавать после того, как минует сорок дней, – бабуля убрала волосы под платок и продолжила готовить ужин. Возле печки поднималось тесто, на плите жарилась капуста. Похоже, нас ждут на ужин пирожки с капустой.

– Почему-то мне кажется, что это неспроста, – я взглянула на улыбавшуюся бабушку. – Что-то хочешь мне сказать?

– Да, Варька ещё та озорница была! Ей как девяносто стукнуло, она и давай чудить. Извела Лизку своими наставлениями как ее проводить на тот свет. Я прям чую, что это она хулиганит.

– На восьмое марта три выходных будет, вот и съезжу к ним в гости.

– Спасибо, Катюша. Не говори им про дар. Я скажу, что у тебя чуйка хорошая. Мол, прислушайтесь к ней.

Прошло два дня, и вот я уже в автобусе, наслаждаюсь красивыми видами. Снег пока ещё не растаял. А после вчерашнего снегопада, казалось, что зима с нами не хочет расставаться.

Два часа пролетели незаметно. Двери автобуса захлопнулись за моей спиной, и я отыскала взглядом дом из красного кирпича с золотым петушком на крыше.

Калитка приветливо распахнулась, и мне навстречу выкатился маленький малиновый колобок в синем платке. Неужели это тетя Лиза стала такой пухляшкой? Я помнила ее стройной красавицей в жёлтом сарафане. Но мне тогда было лет десять.

После крепких объятий мы зашли в дом. Дядя Слава ничуть не изменился, лишь виски поседели. Ванька и Данька, их близнецы, вытянулись, и сейчас я рассматривала красавцев задрав голову.

– Привет, Катюха, – пробасили они хором.

Тетя Лиза сняла фуфайку, и я поняла, что иногда первое впечатление сильно обманчиво. Сейчас передо мной стояла статная женщина, с объемами в тех местах, где надо, и талией, которую подчеркивал тоненький поясок ее лилового халатика.

– Садись, Катенька, суп горячий, картошечка с домашними сливками только из печи. И пироги я пекла с утра. Есть и с творогом, и с малиной, – мне всегда нравился ее мягкий певучий голос.

За время дороги я проголодалась и сейчас с удовольствием уминала все, что было предложено. Последний пирожок с малиной похоже был лишним. Живот стал похож на круглый мяч, хорошо, под просторным свитером его не было видно.

Во время обеда меня развлекали местными новостями. Когда-то раз в год мы с бабушкой приезжали сюда в гости. Правда, останавливались в доме бабы Вари. Но и здесь я бывала частенько. С близнецами мы вместе бегали на речку или наведывались по ночам в графскую усадьбу. Всё хотели увидеть призрак старой графини и найти клад, который по местной легенде, был спрятан где-то в доме. Только от усадьбы к тому времени остались одни развалины.

И мне вдруг так захотелось туда попасть и посмотреть, а может в этот раз удастся увидеть графиню?

– Так, стоп, разберись-ка, Екатерина, сначала с полтергейстом, что завелся у твоих родственников, – сказала я себе, а вслух задала вопрос:

– Тёть Лиз, а почему бумажное письмо?

– Потому-то сообщения в смартфоне таинственно пропадали, – шепотом ответила мне родственница.

– Как это? – мне стало жутко интересно.

– А вот так. Напишу, а отправить не успеваю. Оно – раз! И исчезнет! – всё также шепотом отвечала тетя Лиза, а сама куталась в пуховый платок.

– А баба Варя умела пользоваться смартфоном? – удивилась я.

– Ага, мы нее научили, – признались близнецы.

– Вы про все случаи написали? Свет так и мигает? – допытывалась я, все пересели на диван и в кресла.

– Мигает, – ответил за мать Иван. – Знаешь, я тут вчера подумал об азбуке Морзе.

– Просвети-ка меня, что за азбука? – где-то я слышала или читала про нее.

– Алфавит, состоящий из точек и тире. С помощью него передавали информацию, – объяснил Данила. – Сигналы были длинные и короткие.

– Промежутки темноты бывают разные по длине. Вот мы и подумали.

– А баба Варя как-то связана была с азбукой Морзе? – растерялась я.

– Так дед Миша был радистом на войне, – пояснил дядя Слава. У него в руках появился журнал с кроссвордами.

– Хорошо, дождемся вечера и посмотрим на ваши сигналы. А пока я хочу посмотреть на дом бабы Вари, – я решила отправиться сейчас, пока совсем не стемнело.

– Мы проводим тебя, – близнецы встали.

Упс…

– Я помню дорогу! Дойду сама, ключи только дайте, – видя обиженные моськи близнецов, добавила как можно мягче. – Ребят, не обижайтесь! Мне надо одной там побыть. Может какие-то идеи придут.

– Ну, ладно, – протянул Ванька. – Но пообещай, что мы вместе сходим в усадьбу.

– Говорят, в последнее время там призрак шалит, – таинственным голосом добавил Данька.

– Как это – шалит?

– В окнах дома не раз видели чью-то тень с горящей свечой и смех… Демонический…

– А может это детки балуются? Помните, мы тоже туда бегали в поисках призрака и его клада, – меня затопили теплые воспоминания.

Братья переглянулись и замялись:

– Мы тебе потом всё подробно расскажем.

Родители дружно фыркнули, не удержавшись, рассмеялись в голос.

– Эх, охотнички за привидениями! – крякнул дядя Слава.

Когда я подходила к дому бабы Вари, уже стемнело. Домик, и правда, стоял на отшибе. Из каких соображений дед Миша построил его почти на берегу Иршимки, небольшой речки, никто не знал. Но его желание жить обособленно сельчане уважали.

Сейчас дом постарел. От него пахло одиночеством и тоской.

Я поздоровалась, переступив порог. Когда-то здесь проходило мое счастливое детство, и теплые воспоминания всколыхнули память. Я проходила по комнатам и включала везде свет.

Она сидела в кресле, слегка наклонив голову вправо, словно рассматривая гостью, что посмела нарушить ее покой, то есть меня.

– Здравствуй, баб Варь, – я склонила голову перед призраком.

Смартфон в кармане пискнул вошедшим сообщением.

Номер не определен:

«Привет».

Странно. От кого это?

– Ты чего хулиганишь? Зачем Лизу пугаешь? – я продолжала общаться с бабой Варей.

Новое сообщение гласило: «Так надо! Она меня не слушается, зараза!»

И тут до меня дошло!

– Это ты мне пишешь?!! – я ткнула смартфоном в ее сторону.

Баба Варя озорно мне подмигнула.

– Офигеть, – пробормотала под нос, а вслух уточнила:

– Кто не слушается? Лиза? Что она делает не так?

– Дом собирается продать.

– А ты не хочешь? Но ведь он сгниет здесь, – я окинула взглядом стены комнаты.

– Я просила подарить дом Раде.

– А кто это?

– Внучка моя.

– А почему я ее не знаю?

– Потому что дочку нашу старшую украли цыгане и воспитали ее. А Рада моя внучка. Она осесть хочет в наших краях. Вот дом пусть ей и достанется.

Я всегда думала, что у Варвары и Михаила был только один ребенок.

– Баба Варя! Откуда ты знаешь, что это не развод? Сейчас полно мошенников, стремящихся нажиться на чужом горе. Узнали про тебя, вот и сочинили слезливую историю про внучку, – я присела в соседнее кресло.

– В живых почти никого не осталось, кто знал бы этот факт. А кто знал, тот забыл. Перед смертью дочь Стася рассказала Раде о ее корнях. Вот она и приехала.

Я в задумчивости теребила волосы, потому как новости от бабы Вари были просто шокирующие.

Сериал какой-то! Мексиканский прямо. И вдруг я вспомнила про человека, который точно должен знать эту историю. Бабуля! Набрала ее номер. Она ответила сразу. Глубокий вздох в трубке, и бабушка подтвердила наличие пропавшей дочери бабы Вари.

– Ты веришь в эту сказку?!

– Да, потому что Варе теперь открыта вся правда. Если она по-прежнему хочет подарить дом внучке, то пусть так и будет.

Я перевела взгляд на призрака. Баба Варя кивнула головой, словно соглашаясь с сестрой.

– Как мы расскажем всем об этом? – спросила я призрака.

– Также как и тебе.

– Напишешь сообщение?! – мои губы растянулись в улыбке.

– Да!

– А почему сразу так не сделала?

– Сил не было. Только мелкие хулиганства удавались. А теперь рядом ты и твой дар. Я смогу и Лизке написать.

– Баб Варь, ты и, правда, азбуку Морзе использовала со светом?! – хихикнула я.

– Ага, меня Мишка научил ещё в молодости.

Входная дверь хлопнула, и я услышала топот. В комнату вломились близнецы.

– Кать, мы уже волноваться начали! Мамка за тобой послала. Ну, что? Есть озарения?

– Есть, но все расскажу дома, – взглянула на кресло, там уже никого не было.

По дороге я думала, как бы подготовить тетю Лизу к столь необычному общению. Но едва мы ввалились в дом, как баба Варя начала атаковать дочь сообщениями. Та категорически отказывалась принимать всё за правду. Твердила одно: «Кто-то разводит меня».

Близнецы и дядя Слава сидели, открыв рот. Они вообще не знали эту историю. Наконец, баба Варя догадалась сказать какие-то вещи, которые могла знать только она и ее упрямая дочь. Тетя Лиза расплакалась и пообещала матери сделать так, как она просила.

В тот вечер никаких представлений со светом, падающими ведрами и самозажигающимися свечами не было. Дом спал спокойно. Поэтому я решила наведаться в графскую усадьбу.

Легенду про клад и призрак старой графини тут знали все – от мала до велика.

Где-то в конце 19 века старый граф проигрался в пух и прах. Вернувшись домой, он застрелился. Жена узнала об этом рано утром. Поняв, что поместье скоро отойдет чужим людям, собрала в шкатулке свои драгоценности и спрятала их, предполагая передать позже сыну, который был в отъезде. Но тут в доме случился пожар. О его причине история умалчивает. То ли случайность, то ли графиня так задумала. Усадьба сгорела, графиня погибла, а клад так и остался где-то дожидаться своего часа.

Вечером мне постелили в гостиной. Около полуночи я тихо оделась и вышла из дома. Графская усадьба располагалась в противоположном конце села. Я перешла Иршимку по мостику, который с завидной регулярностью сносило весной. На улицах никого не было. Лишь однажды услышала песни и смех. Но все быстро стихло. И вот я уже добралась до покосившегося забора усадьбы.

Сколько я ни всматривалась в дом, ни теней, ни зажженных свечей не было видно.

Вдруг прямо сзади раздался громкий вой. Сердце ухнуло в груди и стремительно покатилось куда-то в район пяток. Я, не дыша, повернулась… Сзади лыбились близнецы.

– Тьфу на вас! – я шутливо замахнулась на братьев.

– Смотрите, ребя! Свеча! – просипел вдруг Ванька.

Я с опаской оглянулась, подозревая о новой шутке. Но в окнах усадьбы, и правда, плыл огонек. Через секунду стало опять темно. Мы, не сговариваясь, уже неслись к разрушенному дому.

Над усадьбой, в стороне от села, стояла непроглядная темень. Мы молча таращились на развалины, когда раздался громкий безумный смех. Было непонятно, женский или мужской. Близнецы на всякий случай перекрестились.

– И правда, демонический… – протянул Иван.

Сначала я почувствовала леденящий холод, а потом по телу побежали мурашки. Где же призрак, которого я чувствую? Медленно обвела взглядом здание, участок. Оказалось, старая графиня стояла рядом с братьями.

Мда… На вид ей было около тридцати с хвостиком. Как же изменилось понятие «старая женщина» с тех времён! А графиня-то была красавицей! Большие голубые глаза, аккуратный носик, немного рот большеватый, но он гармонично смотрелся на ее лице. Заметив мой взгляд, призрак махнул рукой.

– Идите за мной, – позвала я близнецов.

– А куда мы идём? – голос у Даньки дрогнул.

– Ты видишь графиню? – предположил смекалистый Иван.

– Чувствую ее холод, – немного слукавила я.

Графиня подвела нас к крыльцу дома. А затем скрестила руки перед собой и исчезла.

Что это сейчас было? Она запретила нам заходить в дом?

Да мы и так не собирались ночью лазить по руинам.

– Пошли-ка домой. Надо сюда днём прийти. Возможно, что-то интересное найдем, – я развернула братьев, и мы поспешили домой.

Когда добралась до дивана, поняла, что устала. Завернулась в теплое одеяло, которое дала тетя Лиза, и сразу же провалилась в сон.

Проснулась от того, что кто-то дёрнул меня за ногу. Резко села и вытаращилась в темноту, вспоминая были ли здесь домашние животные. Включила фонарик в телефоне и возле трюмо заметила графиню.

– Что случилось?

Справа от нее появились два открытых сундука. В одном – золотые монеты, в другом – драгоценные камни и золотые украшения.

– Это все ваше?

Она покачала головой. Хм… что это означало?

Как хорошо было с бабой Варей, спросила ее, а она – бац, и сообщение прислала. А с этой думай, что да как?

– Я не понимаю, что вы хотите мне сказать, – прошептала я ей.

Графиня закрыла лицо руками и исчезла.

Сначала я расстроилась, что не поняла ее знаков, а потом решила – утро вечера мудренее.

Впрочем, уже ведь утро. Ну и ладно. Посплю ещё, может после чашки кофе какие умные мысли придут.

За завтраком мы с близнецами решили прогуляться ещё раз к усадьбе. Днём она смотрелась мрачнее, чем ночью. Темнота скрадывала разрушенные стены. Свет же беспощадно их обнажал.

– Я хочу зайти в дом и побыть там одна. А вы покараульте меня на крыльце, – попросила я братьев.

– Клад все равно будем делить на троих, – Данькиному возмущению не было предела.

Я хмыкнула, треснула его по плечу и шагнула через порог.

Полы прогнили, идти по ним было страшно, но хотелось разгадать тайну призрака, поэтому я осторожно передвигалась в следующую комнату.

Он стоял в углу. Жутко злой, с перекошенным лицом, выпученными глазами и взлохмаченными волосами. Призрак мужчины лет сорока. По одежде я бы сказала, что это наш современник: потёртые джинсы, серые кроссовки, толстовка с капюшоном, а в руках лопатка.

Он в мгновение ока переместился ко мне, угрожающе навис сверху и засмеялся…

Ого! Это его смех мы слышали ночью. Пора сматываться отсюда. Какой-то уж очень агрессивный призрак тут обитал. Я развернулась и побежала к выходу. Близнецы стояли белее снега.

– Бежим! – скомандовала я, и мы выскочили на улицу.

– Что там такое? – пыхтел Ванька рядом со мной.

– Ты его видела?! – орал фальцетом Данька.

– Нет, – опять соврала я. – Но отчётливо слышала над ухом!

– Жесть!

– Очуметь!

– Ага! – поддакнула я близнецам.

Остановились мы лишь возле первого дома села. Когда отдышались, я наехала на родственничков:

– Ну-ка, рассказывайте свои тайны мадридского двора! Чего мялись при родителях?

– Мы недавно туда ходили, – покаялся Ванька. – И этот смех нас напугал до одури. А Данька…

Он замолчал и посмотрел на брата.

– Этот призрак был рядом со мной. Я почувствовал жуткий холод возле лица. И у меня до сих пор плохо слышит левое ухо, – Данька дотронулся до своего лица, словно вновь переживая те страшные ощущения.

– Кто-то из вашего села был озабочен поисками клада графини?

– Чокнутый Крёз! – хором ответили братья.

– Рассказывайте! – мы неторопливо двинулись по тропинке.

– Жил у нас мужик, Степан, повернутый на этой легенде. Он часто сидел в библиотеке, не только в местной, но и в областной, роясь среди архивов. Ночами его не раз видели в усадьбе, особенно в теплое время года. Он все время копал. То рядом с домом, то на краю графского участка, то прямо на аллее со старыми дубами.

Когда кто-то начинал его расспрашивать о кладе, он злился и кричал, что наступит день, когда он отыщет сокровища и станет богатым, как Крёз. Вот его все и прозвали Чокнутый Крёз.

Богат как Крёз! Ух ты! Вот на что мне рано утром намекала графиня, показывая сундуки с сокровищами. Этот сумасшедший выгнал ее из усадьбы, и поэтому она не может зайти в свой дом!

– А как он умер? – допытывалась я.

– Говорят, сердце остановилось прямо в усадьбе. Его нашли там, когда он пропал полгода назад. Но на голове у него была рана.

– На голове рана, а умер от остановки сердца?!

Близнецы развели руками.

– За что купили, за то и продаем!

Похоже, придется Ефимычу звонить.

Участковому я позвонила после обеда. Близнецы не оставляли меня одну ни на минуту. То про экзамены спрашивали, то про выпускной, потом рассказывали о своих планах после школы. Короче, болтали без умолку.

Но к двум часам умчались на концерт в клубе, посвященный женскому дню, тетя Лиза и дядя Слава – в гости, и я наконец-то осталась одна.

Участковый выслушал меня и перезвонил через полтора часа.

– Чокнутый Крёз – это Филимонов Степан Андреевич, 1980 года рождения. Его убили, Катя. Дело без конца переходило от одного следователя к другому. Не знаю из-за чего. Сейчас это дело в работе у моего хорошего знакомого, Петрухина. Он говорит, что Филимонову стало плохо с сердцем, а кто-то воспользовался этим и стукнул по голове. Кому он помешал? Неужели из-за клада?

– Его призрак очень агрессивный, Сергей Ефимович. Я пока с такими не имела дела. Спасибо за информацию!

– С бабушкой поговори. Может она, что подскажет, – посоветовал он.

– Я с ней утром разговаривала, уже после встречи с призраком Чокнутого Крёза.

Но на всякий случай позвонила.

– Знаешь, я тут книжку интересную нашла, она ещё от моей мамы осталась. Тут говорится, как у призрака агрессию можно убрать. Возьми соль, ладан, полынь в равных долях, сделай отвар и вылей на то место, где умер человек.

– Бабуль, март на дворе! Где я тебе полынь возьму?

– В аптеке. А ладан – в церковной лавке.

Через час отвар был уже готов. Осталось узнать место, где убили Крёза.

За этими сведениями снова позвонила Сергею Ефимовичу. Он обещал прислать номер местного участкового.

Им оказался совсем молоденький младший лейтенант Алексей Петрович.

Мы встретились с ним возле усадьбы. Высокий, как близнецы, худощавый, совсем не похож на участкового. Если бы не форма, которая ему была великовата, я приняла бы его за своего сверстника.

– А зачем вам место, где нашли тело? – поинтересовался местный участковый.

– Я собираюсь в юридический и немного увлекаюсь мистикой, – туманно объяснила я. Ух, не люблю я врать, но рассказывать о способностях не хочу.

Переступив порог дома, я с опаской оглядывалась. Откуда появится на этот раз Чокнутый Крёз? Мы прошли вглубь особняка, повернули налево, прошли коридор, и лейтенант показал мне место.

– Можете меня оставить одну? Я хочу почувствовать атмосферу места, – загадочно улыбаясь, попросила я.

Лицо участкового мне совсем не понравилось. Чего он так разозлился или расстроился?

– Хорошо. Как место показать, так я нужен, а как шаманить на месте преступления, так уйдите, – процедил он сквозь зубы и отправился к выходу.

Подумаешь, какой ранимый!

Я вылила на указанное место убийства отвар, чувствуя себя Гермионой Грейнджер. Ещё волшебной палочки не хватает. Постояла немного, ожидая какой-то реакции призрака. А потом решила осмотреть другие комнаты.

Переступив порог чьей-то спальни, я почувствовала обычную реакцию своего тела на призрака. Чокнутый Крёз стоял за кроватью.

Он указывал рукой на что-то лежащее внизу. Я сделала шаг вперёд, наблюдая за его реакцией. Он словно ждал меня.

Медленно приблизилась к месту, на которое он указывал. На полу ничего не было. Я вновь взглянула на призрака. Он взмахнул рукой, будто бы срывая невидимое покрывало, и я ахнула!

Между тумбочкой и кроватью стояла старинная шкатулка.

Значит, Крёз нашел клад! А почему ее никто не заметил из следственной группы? Может они и не искали?

Я присела и открыла крышку.

О, мой бог! Какая красотища! Зимнее солнце выглянувшее из-за туч, осветило роскошные старинные украшения.

– Как ты открыла шкатулку?! – раздался возмущенный рев. Я вздрогнула и оглянулась. Сзади стоял участковый. Его глаза налились кровью, шапка отсутствовала, волосы торчали, кулаки сжимались и разжимались.

Кажется, мне надо валить отсюда. Но он уже прыгнул на меня и схватил за горло. Мамочка! Что происходит?! Я пыталась отодрать его руки от шеи и закричать. Но из горла вырвался только еле слышный писк.

Ругала себя на чем свет стоит! Надо было идти с близнецами. Тогда бы жива осталась. В глазах потемнело от нехватки воздуха. Вдруг он отпустил меня и упал рядом.

Я открыла глаза и увидела испуганные лица братьев.

– Жива? – хором спросили они.

Я закашлялась и прохрипела:

– Вроде бы.

Они перевернули тело участкового и присвистнули.

– А что здесь Валерка делает? Да ещё в полицейской форме! – возмущался Данька.

– Какой Валерка? Он представился как Алексей Петрович.

– Это племянник Чокнутого Крёза. Он иногда помогал ему здесь в поисках, – Ванька почесал затылок.

– А где настоящий участковый? – мне почему-то стало страшно.

Племянник Крёза был без сознания. А близнецы таращились на сокровища княгини.

– Свяжите его на всякий случай. Надо вызвать скорую и полицию, – раскомандовалась я.

– Эх, Катька! Как же ты клад-то нашла?!

– Случайно, – буркнула тихо и закрыла глаза. Не расскажу же, что внезапно подобревший призрак Чокнутого Крёза показал. А кстати, почему он это сделал? Почему из злого стал эмм… добрым? Не верю, что отвар помог. Хотя кто знает, кто знает.

Скорая и полиция приехали одновременно. Рану на голове Валерия обработали, а потом допросили. Участковый лежал связанным в подвале дома Чокнутого Крёза.

Чем закончилась эта история, я узнала уже дома. Сергей Ефимович поделился информацией.

Оказалось, Валерий, узнав о том, что дядя нашел клад графини, не захотел с ним делиться и ударил его камнем по голове. Но шкатулку не смог ни сдвинуть с места, ни открыть. А потом она и вовсе пропала.

Восьмого марта он напоил участкового, чтобы узнать, как продвигается расследование. Когда настоящий младший лейтенант заснул, зазвонил его сотовый. Валерий взял трубку и услышал странную просьбу проводить девушку с необычными способностями (то бишь меня) на место преступления.

В его голове созрел план – притвориться участковым и подсмотреть за мной. Возможно, мне удастся вновь найти и открыть шкатулку.

Ну, в принципе, так и получилось.

Я вот думаю, неужели, это Чокнутый Крёз смог удерживать ларчик с драгоценностями закрытым? Он прятал его от убийцы и не хотел показывать полиции. Но почему мне разрешил увидеть его?

Этот вопрос так и остался открытым…

Глава 6. Зеркальный путник

Поздно вечером я уселась в кресло и прикрыла глаза. День сегодня был суматошный. Рано утром мы с бабулей сажали картошку. К десяти утра я убежала в клуб на репетицию первомайского концерта.

С часу до трёх мы выступали, а потом с классом отправились на шашлыки. На берегу озера Виктор Семёнович Егоров, местный предприниматель и дюже серьезный дядька, взял в аренду участок, благоустроил его и теперь сдавал в аренду домики и открытые веранды с мангалами.

Нам веранда досталась бесплатно, так как его сын, Герман, учится в нашем классе. Мальчишка застенчивый донельзя, общался в классе в основном со мной и Ромкой, да ещё с Васькой Турновым, своим соседом по улице.

Гера учился с нами с шестого класса. Они переехали из Казахстана. Два сына и отец. Про мать ни старший сын Кирилл, ни Герман никогда не рассказывали. Виктор Семёнович, нрава был крутого и поэтому никто не приставал к нему с вопросами о жене.

Я к Герке относилась как к младшему брату, которого нужно опекать. Наверное, из-за его роста. Он почти на голову был ниже меня.

Отдохнули мы сегодня великолепно. Остался всего лишь месяц, и даже меньше, скоро начнутся экзамены, потом выпускной, и разбежится наш 11 «А» кто куда.

Ромка передумал поступать на факультет пожарной безопасности. И слава богу! Московская государственная академия ветеринарной медицины открыла на базе нашего университета свой филиал. Аттестат у Ромки хороший, думаю, всё у него получится.

Я же собираюсь же подавать на исторический… или на юридический. Впереди целый месяц, чтобы определиться, куда подать документы. Из приоткрытого окна тянуло свежестью.

Мягкий свет торшера отражался в старинном зеркале. Если сощурить глаза, казалось, что дорожка света ведёт куда-то вдаль. А воображение рисовало загадочные картины. Спать расхотелось, и я не отрывала взгляда от зеркала. Спустя какое-то время мне показалось, что отражение торшера раздвоилось. Второй огонек двигался.

Чем ближе он подбирался, тем отчётливее проявлялись очертания человеческого тела. А когда почувствовала знакомый холод в груди и мурашки по спине, поняла, в Зазеркалье призрак! Человек за стеклом стоял уже так близко, что я смогла различить его черты лица. С ужасом поняла, я знаю его!

Это Кирилл, старший сын Виктора Семёновича и брат Германа.

Он учился в университете, приезжая домой только на каникулы. Что же с ним случилось? Невероятно красивый, высокий, он ещё в школе сводил девчонок с ума. А сам ни на кого не обращал внимания.

Я встала и подошла к зеркалу.

– Как ты тут очутился? – я понимала, что он меня не слышит, но все же задала этот вопрос.

В руках у него появились листочки. Длинные, узкие, похожие на лотерейные билеты. Но когда парень разложил их веером, разглядела, что они белые, в смысле, пустые.

Ничего не понимаю!

Сзади скрипнула дверь, я вздрогнула и оглянулась.

– Ты чего не спишь? – бабушка в руках держала котенка, которого нашла недавно возле леса.

Я рассказала про призрака в зеркале.

– Почему он там?

– Посмотри в тетради, которую я тебе отдала. Возможно…

– Возможно, он жив! – закончила я вместо нее. – Я вспомнила! Пойду к Герке.

– Что ты ему скажешь, Катя?!

– Не знаю, придумаю, что-нибудь. Я не могу сейчас сидеть сложа руки.

Накинула куртку на плечи и вышла на улицу. К дому Егоровых можно было пройти двумя тропинками. Одна, короткая, вела через речушку, она приводила к огороду.

Вторая, более длинная, – по проулку. Но выходила к калитке.

Естественно, я побежала по короткой.

Две доски в заборе легко отходили. Мы не раз с Герой ими пользовались. Там я и пролезла на огород одноклассника. В доме горел свет, окно на кухне было открыто.

Вдруг из дома раздались звуки пожарной сирены. Я присела от испуга и вжалась в кусты.

– Да, алле! – казалось, что Виктор Семёнович говорил в рупор.

Мужчина кого-то долго слушал, а потом позвал Германа.

– С Кириллом беда! Он упал с лестницы и повредил позвоночник. Сейчас в коме. Я еду к нему, а ты оставайся на хозяйстве. Кур не забудь покормить.

Я тихо вылезла из кустов, тем же ходом ушла с огорода и отправилась домой.

Что же от меня хотел Кирилл? Что за бумажки он показывал?

– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —

Он пришел прямо на уроке. Темные стекла шкафов, где хранились, карты, атласы, контурные карты и другие наглядные пособия в кабинете, прекрасно отражали происходящее на уроке.

Кирилл в отражении стекла дождался моего взгляда, помахал рукой, приветствуя, а затем указательным пальцем ткнул вниз.

Я подавила в себе желание встать и посмотреть, что там лежит. Чуть наклонилась влево и уставилась на чистый пол.

– Катя, что-то потеряла? Работу уже выполнила? – Елизавета Сергеевна, старейшая учительница нашей школы, подняла очки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.