Адени Сова
Книга Тремира. Алькирия

ГЛАВА 1. Предупреждение

Незнакомец больно сжал Алино запястье. Она замерла. Тело предательски сковал страх – ни двинуться, ни закричать. И только одна мысль стучала в голове вместе с участившимся пульсом: «Вот оно! Вот оно!»

Ладонь этого странного парня вдруг нагрелась так сильно, что Аля дернулась от боли и пришла в себя. Вырваться не получилось. Она сцепила руки вместе и попыталась описать ими круг – так когда-то учил отец. Вывернуться из обжигающего захвата тоже не вышло – ее будто держала каменная статуя. Только температурой этот камень напоминал взбесившийся полотенцесушитель. Взбесившийся полотенцесушитель, похожий на злобного вампира.

Аля что было сил ударила пяткой по верхней части стопы противника. Парень даже не поморщился, хотя был обут в мягкие кеды, а она – в берцы.

В пустом дворе, как назло, никого не было. Даже ее пес убежал при появлении незнакомца. Лишь кирпичные пятиэтажки да красно-желтые клены равнодушно смотрели на происходящее. Время – около десяти утра, и городу пора бы начать просыпаться. Но вокруг тишина, пустота.

– Идешь со мной, – произнес парень на удивление низким голосом и потащил ее к ближайшему дому.

Аля уже открыла рот, намереваясь закричать, но горло вдруг как огнем обожгло: незнакомец свободной рукой схватил пленницу за шею.

– Молча, – угрожающе прошептал он.

Рука разжалась, но неприятное жжение от его прикосновения осталось на коже и, проникнув внутрь, будто выжгло горло. Аля закашлялась в попытке вдохнуть прохладного осеннего воздуха, во рту пересохло, на глаза навернулись слезы.

И, пока незнакомец, несмотря на сопротивление, утягивал ее к ближайшему дому, Алю осенило: она не видит мыслей этого человека. Тогда ей стало по-настоящему страшно.

Этим утром она проснулась в полной уверенности, что произойдет что-то необычное. Хоть подобные ощущения периодически посещали ее, увы, она никогда не знала, хорошее это будет событие, или плохое. Мама подарит ей поездку на море, или умрет кто-то из родственников? Родители сделают еще одного братика, или где-то упадет самолет? Никогда нельзя угадать.

Перед выходом она спросила у своего кота, Антифона, что он об этом думает. Но он предпочел философское «посмотрим», а затем устроился на подоконнике наблюдать за птицами – его любимое занятие.

Знал бы он, что прогулка с собакой выльется во встречу с маньяком, который потащит Алю в какое-нибудь темное место, удушит раскаленными руками и, возможно, выпьет ее кровь, он бы так не говорил! А теперь ее планам весь день смотреть кулинарные видео, плести замысловатые косы и валяться на диване пришел конец. Валяться она будет в безымянной могиле в лесу.

В небольшие окошки под потолком с трудом проникал дневной свет, едва освещая грязный подвал, куда Алю затащил незнакомец. В полутьме пахло сыростью и какой-то тухлятиной.

«Видимо, я тут буду не первым трупом», – подумала Аля.

Надо было срочно занять незнакомца разговором, по меньшей мере чтобы потянуть время. Кто знает, может, сюда случайно зайдет какой-нибудь дворник и спасет ее. Или ей удастся убедить этого психопата хотя бы не убивать ее. Страшно представить, что будет с родителями, если она вот так пропадет. А ее младший брат, Мика?

Аля откашлялась и почувствовала, что связки наконец более или менее готовы ей подчиняться. Она собралась с мыслями и, призвав на помощь всю свою уверенность, заговорила:

– Послушай, ты главное не волнуйся, – Аля не узнала собственный голос, так он дрожал от испуга. – Чего ты от меня хочешь? Видишь, я совсем не сопротивляюсь? Мы ведь можем просто поговорить для начала. Как тебя зовут?

«М-да, психолог из меня тот еще», – думала Аля, неся этот вздор.

Сейчас ей бы так пригодилась способность читать мысли! Но именно с этим парнем она отключилась. А ведь пару часов назад все было нормально: дома она слышала мамины мысли о работе, папины – о политике, видела отголосок безумного Микиного сна про гонки и даже планы старой соседки по разводу с еще более старым соседом. Она строила эти планы с тех пор, как лет четырнадцать назад у Али открылся телепатический дар, а то и раньше.

Аля еще немного покашляла и собиралась продолжить увещевания, но вдруг незнакомец грубо толкнул ее спиной к стене и, продолжая сжимать запястье, угрожающе перебил:

– Ты молчишь. Я говорю.

Аля смотрела на него во все глаза. Он ее поговорить сюда привел? Неожиданно.

Только теперь она заметила, как молодо он выглядит, младше нее, и насколько его низкий голос не соответствует внешности.

– Сегодня ночью к тебе явятся двое и велят идти с ними. Ты, – он сделал многозначительную паузу, – не соглашайся.

Аля опешила. Это что, шутка какая-то? Она уставилась в его грозные, неестественно желтые глаза. Он же, в свою очередь, пялился на нее, будто силясь понять, дошел ли до нее смысл его слов. Так они стояли, казалось, целую вечность.

В это время у Али в голове роем жужжали самые разные мысли. Что за псих такой? С чего вдруг к ней кто-то придет? И какой дурой надо быть, чтобы согласиться куда-то там идти с незнакомцами? Похоже, парень просто съехал с катушек, а с психами, как известно, лучше не спорить. Аля медленно произнесла:

– Х-хорошо.

– Что хорошо? – нервно спросил он.

– Не пойду я с ними.

Незнакомец с недоверием смотрел на нее.

– Ты не спросишь, куда они тебя позовут? – несколько неуверенно спросил он.

Куда бы ни позвали, Аля в любом случае не пошла бы. Но, раз этому ненормальному хочется поговорить об этом, наименьшее, что она могла сделать, это поддержать разговор.

– И куда же? – Аля попыталась изобразить заинтересованность.

Глаза парня недоверчиво сузились, придав его лицу выражение подозрительности и враждебности одновременно.

– Они дадут тебе приглашение в школу и предложат тебя проводить. Не соглашайся.

Але пришло в голову, что весь подвал утыкан видеокамерами и сейчас кто-то вылезет из угла со словами: «Вас снимает скрытая камера!» И грим у парня великолепный, по крайней мере для столь тусклого освещения: тон лица такой ровный, красивые линзы, острые уши как настоящие, а волосы, убранные в пучок на макушке и повязанные красной лентой – нет, это не парик – даже гуще и чернее, чем у нее. Какой хороший продакшн! Она решила подыграть:

– Они будут совами?

– Что? – парень удивленно вытаращил глаза.

– Я думала, письма приносят совы, а не какие-то мужики.

– Совы? – в сомнении произнес он, и лицо его из злобного сделалось озадаченным.

– Ну да. Или за мной Хагрид придет? Было бы неплохо.

– Кто?

Аля было совсем развеселилась, вот-вот ожидая внезапного появления телеведущего или организовавшего все это пранкера с телефоном, как вдруг глаза незнакомца сверкнули красным пламенем. Он сильно тряхнул ее за плечи и прижал к стене. Не очень похоже на шутку!

– Ты что, совсем тупая? – недовольно воскликнул он.

Аля зашипела. Теперь жжение переместилось на плечи. Она покосилась на сжимавшие их пальцы незнакомца – жар исходил от его ладоней.

Проследив за ее взглядом, парень отдернул руки. Он глубоко вздохнул, будто пытаясь успокоиться. Аля не решалась шевельнуться. Все равно это бессмысленно, ведь этот ненормальный преградил единственный путь к выходу из подвала. Парень посмотрел на нее злым, тяжелым взглядом, но красные огоньки почти угасли в его глазах.

– Кто ты такой, черт возьми? – тихо спросила Аля.

– Что, мои мысли не можешь читать? – с недоброй усмешкой спросил незнакомец.

Аля остолбенела. Никому и никогда она не говорила о своей способности. Только коту. Но социальный круг Антифона ограничивался ее семьей, и не то чтобы он умел общаться иначе как по-кошачьи с кем-то, кроме нее. А сама она точно никогда не видела этого парня, уж такого она бы непременно запомнила.

Аля пристально вглядывалась в незнакомца, подмечая все больше необычного в его внешности. Какой парень носит девчачий пучок на голове? Кожа до серости бледная – нет, не похоже это на грим. Губы синеватые, будто из них выкачали кровь. Заостренные уши, явно не накладные, а самые что ни есть натуральные. И глаза, янтарно-желтые глаза, горящие красноватыми отблесками в полутьме подвала. Только клыков не хватает для полноты картины.

Парень собирался еще что-то сказать, но вдруг вздрогнул и бросил настороженный взгляд в сторону подвального окна. Его широкие брови сосредоточенно сдвинулись, на лице появилось напряженное выражение, будто он силится что-то расслышать.

Парень повернулся к Але и опять прижал ее к стене, но на этот раз не так грубо, и рука его не обжигала так сильно.

– Я пойду, а ты выходи через пять минут, – приказал он. – И не соглашайся идти с ними, когда они к тебе явятся, ясно?

Одним прыжком он оказался у двери и исчез за ней.

Аля медленно опустилась на корточки, прижимаясь спиной к стене. В ушах стучало, сердце бешено колотилось в груди, а разбегающиеся во все стороны мысли никак не желали слушаться. Что за чокнутый вампир? Откуда он знает, что она умеет читать мысли? И что за люди должны пожаловать к ней ночью с приглашением в школу? Какую еще школу? Она уже окончила школу два года назад!

Вопросы так и цеплялись друг за друга, водя устрашающе быстрые хороводы в Алином сознании. Но постепенно разум стал наполняться привычными звуками с улицы: шум далекого потока машин, крики ворон, лай собак, вопли детей на детской площадке.

Впервые привычный гул чужих мыслей, преследовавший ее уже много лет, показался благословением. Ее не убили в подвале. Она жива. И способности ее никуда не делись, просто почему-то притупились в присутствии этого психа. Интересно, как он это сделал? Она бы не отказалась научиться так же.

В целом, она не жаловалась: уникальный дар очень помогал в жизни, особенно на экзаменах. Но часто постоянный шум изрядно утомлял ее и вызывал головные боли.

Она давно пришла к выводу, что мыслей окружающих людей, особенно близких, лучше не знать. В силу необычных способностей Аля находила общение с другими делом весьма сложным, у нее даже близких друзей не было. А с парнем она рассталась буквально на днях – ей ужасно надоели его поразительно убогие мысли, особенно во время секса.

В голове все смешалось. Аля то вспоминала своего бывшего, то сцену из последней прочитанной книги, то нападение незнакомца, то успокаивающий образ телевизора в гостиной. Она ведь обожала телевизор. Мысли людей, которых там показывали, не лезли ей в голову, и, в качестве бонуса, можно было отключить звук: тогда становилось не слышно и того, что они говорят. Прекрасное изобретение!

«Почему я об этом думаю?» – Аля схватилась за голову.

Пять минут давно прошли, а она все сидела на корточках, прижавшись к шершавой стене спиной. Ноги совсем затекли. Покалывание и онемение окончательно вывели ее из ступора. Она медленно поднялась, кое-как отряхнула испачкавшиеся подвальной пылью джинсы и толстовку, поправила растрепавшийся хвост на макушке и, прихрамывая, поплелась к выходу.

На улице Аля прикрыла глаза рукой от слепящих лучей мягкого осеннего солнца. Что делать? Мыслей слишком много: своих и чужих.

Она остановилась, глядя на проснувшийся двор. Теперь тут объявились собачники, на детской площадке копошились детишки, лавочки заняли старушки.

«Нужно пойти домой и рассказать все Антифону. Он может что-то знать. Даже если не знает, хотя бы выслушает. – Мысль о коте напомнила Але о Груте. – Куда делась эта псина? Сбежал при первой же возможности! Тоже мне лучший друг называется! Говорят, лабрадудль – умная собака, но у этого извилины остались только в кудрявой шерсти. Мог бы хоть залаять! Предатель!»

Аля закусила губу от обиды. Ей вдруг захотелось сесть на ближайшую лавку, поджать ноги и расплакаться. И чтобы за ней пришли мама или папа, взяли за руку и отвели домой. Как в детстве.

Аля рывком сорвалась с места и побежала к дому. У подъезда ее как ни в чем не бывало ожидал Грут, успевший искупаться во всех встреченных по дороге лужах, причем самых грязных.

Девушка упреком посмотрела на него. Пес сидел, высунув язык, и даже не выглядел виноватым. Завидев хозяйку, он встал навстречу, радостно размахивая хвостом и преданно глядя на Алю.

– Ты и не понял ничего? – разочарованно спросила она, заходя в подъезд.

В квартире стояла тишина. Родители с братом после завтрака уехали на дачу.

Кота Аля обнаружила в гостиной: он склонился над планшетом, сидя на журнальном столике, и то и дело перелистывал лапой электронные страницы «Братьев Карамазовых».

Поглощенный чтением, Антифон не обратил на вошедших внимания. Грут же отправился инспектировать кухню на предмет еды, радуясь, что его не повели в ванную мыть лапы.

Аля села на диван, наблюдая за Антифоном, который, похоже, не собирался прерывать чтение. Он часто читал книги, причем на разных языках. Кот знал их как минимум десяток. Раньше это удивляло Алю, но она давно привыкла и даже скачала для него целую библиотеку на свой планшет.

Антифон пролистнул очередную страницу.

– Кот!

Ноль внимания.

– Антифон!

Кот повел ухом, будто услышал какой-то далекий звук, после чего вновь вернулся к чтению.

– Ах ты паршивец! – возмутилась Аля. – Все вы предатели!

Она схватила кота за шкирку и потащила в свою комнату. Возмущенный до глубины души, Антифон зашипел, уже выпустил когти, чтобы исцарапать ей руки, но передумал – было в её тоне что-то непривычно напряженное.

И правда, едва отпустив кота, Аля бросилась на кровать и уткнулась лицом в подушку.

Под глухие звуки рыданий Антифон потоптался на полу, а затем запрыгнул на постель и устроился рядом в ожидании объяснений.

***

Поджав ноги, Аля сидела на подоконнике в своей спальне. Мохнатый белый кот пристроился рядом. Они наблюдали за птицами, летавшими в сероватом небе или прятавшимися в поредевшей листве. Время от времени девушка и кот подолгу смотрели друг на друга. Аля нервно теребила белый нефритовый кулон, висевший у нее на шее. Он напоминал ей о маме.

«Итак, подведем итоги, – наконец мысленно сказал Антифон. – Ты встретила какого-то неуравновешенного типа, похожего на вампира, который предупредил тебя, что кто-то за тобой придет, чтобы пригласить в непонятную школу, и велел отказаться от приглашения».

Аля кивнула, дивясь, что суть так напугавшего ее разговора с незнакомцем можно сформулировать так кратко и точно.

От остальных животных, которых встречала Аля, Антифон отличался уникальной способностью оформлять свои мысли в слова. Правда, чтобы их понять, приходилось смотреть в его разноцветные глаза: один голубой, другой желтый.

– Ты когда-нибудь видел кого-то подобного? – робко спросила она, не особо надеясь на положительный ответ. Она говорила вслух – все равно дома никого из людей не было.

«Кажется, я встречал таких, когда жил на улице. Они не вызывали у меня доверия». – Это попросту означало, что таким он предпочитал не показываться на глаза.

– Кто они?

«Не знаю. У них темная аура».

– Ты мне раньше не рассказывал про них.

«Ты ведь не спрашивала», – хитро прищурившись, произнес кот.

Аля встала и прошлась по комнате. Она уже немного успокоилась после подвального приключения и теперь силилась понять, что, собственно, все это значит. Походив немного, она вернулась на подоконник.

– Откуда мне знать, что те, кто якобы придет вечером, плохие, а он хороший? Можно ли вообще верить словам этого парня? – спросила она и опять посмотрела в разноцветные кошачьи глаза.

«Ты не можешь знать, – ответил кот. – Но он, по крайней мере, дальше подвала тебя никуда не звал. Пока».

Аля прикрыла глаза ладонями, погружаясь в полную темноту. Когда она убрала руки, кот внимательно вглядывался в нее.

«В любом случае, – протянул он, – тебе не стоит никуда с ними идти. Только я боюсь, что отказаться будет не так легко».

– В каком смысле?

Кот мягко потоптался передними лапами перед собой, что в его случае обозначало что-то вроде неуверенного пожатия плечами.

«Если это такие же парни, как твой незнакомец, будет сложно с ними договориться».

Аля машинально дотронулась до красноватого следа на запястье, а затем натянула рукав до самых пальцев и задумалась. Да уж, таким не откажешь.

– Но зачем тогда он убеждал меня не соглашаться? – спросила она вслух. – Значит ли это, что согласие или несогласие имеет значение?

«Возможно, имеет, – ответил Антифон. – Посмотрим».

Аля поежилась. Теперь ей оставалось только нервничать и вздрагивать от каждого резкого звука в ожидании ночи.

ГЛАВА 2. Собеседование

Не считая вечерней прогулки с Грутом, весь оставшийся день Аля провела дома. К вечеру поднялся сильный ветер. Около восьми позвонила мама и сказала, что они останутся ночевать на даче и утром сразу отправятся на работу, по дороге забросив Мику в школу. Аля с облегчением вздохнула.

Она приняла душ, но вместо пижамы надела спортивные штаны, лонгслив и кроссовки. На случай если придется убегать.

От чего убегать? Если придут такие же парни, как давешний, бегство бесполезно.

Аля содрогнулась, в очередной раз вспомнив злобные глаза и железную хватку незнакомца. Она бы предпочла ни с кем подобным больше никогда не сталкиваться.

На широком подоконнике Антифон читал сборник стихов в оригинале и недовольно подергивая кончиком хвоста. Очевидно, французские символисты не особо его впечатляли.

Аля полулежала на кровати. Сначала долго рассматривала висевшую на стене карту мира с черными океанами и серебристыми континентами. Она давно стерла покров с тех немногих стран и городов, где уже побывала. Обычно планирование будущих путешествий успокаивало и придавало сил, но в этот раз не помогло.

Чтобы хоть как-то отвлечься, она начала убираться в комнате. Она всегда старалась найти золотую середину между идеальной чистотой и полным бардаком, поэтому здесь вечно царил легкий беспорядок. Когда она поставила чашку с недопитым чаем в шкаф для одежды, а тетради с конспектами выкинула в корзину для грязного белья, Аля поняла, что уборка тоже не помогает.

Тогда она взяла у заснувшего кота планшет. Посмотрела несколько видео по уходу за волосами, пару кулинарных роликов о том, как приготовить зефир из яблочного пюре, и длинную лекцию о происхождении жизни на Земле. Ничего из этого не отложилось у нее в сознании.

Она уже хотела перейти в семейный плейлист с советскими мультиками, который создали для них с Микой родители, когда из гостиной послышался тревожный лай Грута. За ним последовал громкий стук в дверь ее комнаты. Аля испуганно подскочила. Дома ведь никого не было.

Она посмотрела на Антифона. Он стоял на подоконнике, напряженно выгнув спину и вздыбив шерсть.

Стук не повторился. Почему-то от этого становилось только страшнее. Алю не оставляла надежда, что ей показалось, и никакого стука вовсе не было.

Она с опаской подошла к двери, прислушалась. Из гостиной доносилось лишь слабое завывание ветра, видимо, сквозь приоткрытое окно.

Она обернулась на кота, а затем нерешительно приоткрыла дверь.

В полумраке гостиной она разглядела очертания дивана и журнального столика. В плазме на стене отражался желтоватый свет фонарей за окном. Все как обычно, не считая подозрительной тишины.

Аля сделала осторожный шаг. Только вместо того, чтобы ступить на мягкий ковер, нога внезапно провалилась на пару десятков сантиметров вниз. От неожиданности девушка вскрикнула и схватилась за дверной косяк, чтобы не упасть. Внезапно дверь захлопнулась, чуть не прищемив ей пальцы. Аля оказалась в кромешной темноте.

«Ну, начинается! – раздраженно подумала она. – А я-то, дура, надеялась, что они позвонят в дверь».

Аля не двигалась. Глаза никак не привыкали к темноте, а тягостная тишина давила на уши.

Откуда-то снизу послышался отдаленный смех, и в тот же миг по обеим сторонам от ног девушки возник тусклый желтовато-серый отблеск, осветивший лестницу, на вершине которой она стояла. Аля обернулась в надежде увидеть дверь, но вместо этого взгляд уперся в черную стену. Задорный женский голос снизу позвал ее по имени.

Ноги дрожали и отказывались слушаться. Горло сжалось, не давая сглотнуть. Аля сделала глубокий вдох, тихий, будто боялась, что кто-то ее услышит.

Неожиданно в ней вспыхнуло неадекватное, неестественное любопытство: что же там внизу? Она одновременно и испытывала, и не испытывала его. Оно тянуло ее спуститься, заглушая стучавший в ушах страх. Держась за стену, Аля медленно, будто против воли, пошла по лестнице.

Ступеньки все не заканчивались, зато с каждым шагом становилось чуть светлее. Аля почти смирилась со своими странными ощущениями, а концу пути даже перестала дрожать.

Она ступила на серый каменный пол просторного круглого зала. По всей окружности высились книжные полки, как в старинной библиотеке, а над ними – стрельчатые готические окна с черно-белыми витражами, сквозь которые с трудом проникал тусклый свет. Под сводчатым потолком парил огромный, ни к чему не прикрепленный желтоватый шар, заменявший люстру и освещавший помещение. Посреди зала стоял одинокий стул, на полу перед ним лежал конверт.

Напротив входа в другом конце зала находилось два стола. За правым сидела миловидная, даже красивая блондинка неопределенного возраста с большими светлыми глазами и пухленькими губками на бледном лице, обрамленном неестественно белыми волосами, которые спадали на уши, не позволяя разглядеть их форму. Скромное белое платье широкого кроя скрывало ее фигуру. Она благосклонно улыбнулась Але.

На левом столе, закинув ногу на ногу, восседала другая дама. Аля не дала бы ей больше тридцати лет. Заколотые на затылке в виде ракушки черные волосы придавали ей строгий вид, но, словно в противовес этой строгости, взгляд ее янтарных глаз светился зловещим весельем. Как и у встреченного Алей утром парня, лицо женщины отличалось сероватой бледностью, а уши заострялись кверху. Длинное черное платье с глубоким декольте облегало тело незнакомки, эффектно подчеркивая его достоинства. Собственно, недостатков у него как будто и вовсе не было. Наряд завершала пара блестящих красных туфель на таком высоченном каблуке, что Аля подивилась, как на них вообще можно ходить.

Женщина барабанила длинными кроваво-красными ноготками по столу и кривила губы в презрительной усмешке, которую, по-видимому, считала приветливой улыбкой.

– Проходи, не стесняйся! – произнесла дама в черном. – Присаживайся.

Странное любопытство больше не влекло Алю, но и нервничала она чуть меньше. Она нерешительно прошла в центр зала и села на единственный стул, жесткий и неудобный. А самое страшное, сразу стало ясно, что встать с него она уже не сможет. Она напряженно сжала кулаки и в то же время подумала:

«Что это за маскарад? Все слишком шаблонно».

– Не бойся, девочка, – мягко заговорила блондинка. – Это все тебе только снится.

Аля обернулась на вход в зал, откуда она только что пришла. Лестница исчезла, сменившись резными двухстворчатыми дверьми огромных размеров, которых Аля точно не видела, когда входила. Действительно, похоже на сон. Может быть, она уснула? На днях она как раз читала книгу про ангелов и демонов. А теперь в этом странном сне ее мозг обратил их в женщин, так?

– Ну что ж, начнем, – торжественно объявила брюнетка, которая уже успела переместиться в кресло за столом. – Собеседование при поступлении в Школу Темных Искусств. Личное дело № ОД-96701, Алькирия Тимот. Имя в Средмире: Алиса Тимофеевна Тимофеева. Митада. Морэмитада. Девятнадцать лет. Белая, рост сто шестьдесят семь сантиметров, вес пятьдесят один килограмм, брюнетка, глаза серые.

Обе женщины оценивающе взглянули на Алю, будто желая убедиться, что она соответствует описанию. Девушка не поняла, что такое Средмир, что такое митада и морэмитада, но спросить не успела. Женщина уже продолжала:

– Мать – человек обыкновенный, отец – темный демон второго ранга.

Аля нахмурилась. Демоны? Она не верила в демонов. Она верила только в науку. Даже чтение мыслей она считала результатом некой генетической мутации. Она хотела обратиться в какой-нибудь научно-исследовательский институт для изучения собственных телепатических способностей. Однако побоялась, что это вызовет слишком большой интерес к ней и что ее запрут в лаборатории, как в каком-нибудь фильме на основе комиксов. Да и потом, что скажут родственники, друзья и знакомые, если поймут, что она знает о них все самое тайное и сокровенное?

– Способности паранормальные: умеет читать мысли людей и некоторых других существ Средмира, высокий уровень эмпатии и интуиции, – зачитывала брюнетка. – Другие дарования пока не раскрыты. Уровень знаний в области Пяти Искусств – два процента. Образование человеческое среднее и человеческое неоконченное высшее – два неполных курса университета по специальности «Управление персоналом». Рекомендации: обучение в Школе Темных Искусств не менее пяти лет с последующим трудоустройством. Что ж, здесь все понятно, дорогая.

Последние слова были обращены к блондинке, которая все это время слушала коллегу, улыбаясь и кивая, словно соглашаясь с зачитываемым текстом.

Аля, раскрыв рот, прослушала информацию из своего личного дела. Она никогда не видела настоящего отца. Мать вышла замуж за ее отчима через два года после Алиного рождения, и девушка даже не помнила, как они жили до этого. Хотя от нее не скрывали наличия биологического отца, она всегда считала отчима папой, настолько хорошо он исполнял эту роль.

«Если это сон, – размышляла Аля, – то ничего удивительного, что эта дьяволица городит всю эту чепуху. И вся обстановка, и голливудский вид этих теток, отдающие дешевыми киноштампами, тоже вопросов не вызывает. Но их как раз две, и говорят они о школе. Именно о таком развитии событий предупреждал тот странный парень. Если только… Может, все это уже с самого утра мне снится? Как еще можно объяснить то, что сейчас происходит?»

– Зачем ты щиплешь себя, девочка? – раздался нежный голосок блондинки.

– Дорогая, люди верят, что это помогает им проснуться, – насмешливо улыбаясь, ответила за Алю брюнетка.

Аля резко разжала пальцы, которыми щипала себя за руку в попытке прогнать наваждение.

– Люди верят в такую чушь! – весело рассмеялась ангелоподобная дама.

Женщина в черном тем временем заполняла какие-то документы, рассуждая вслух:

– Так, в столичном корпусе в северной спальне для девочек есть одно место. И по возрасту подходит как нельзя лучше…

Алю прошиб холодный пот. Она внезапно поняла, что тут никто и не собирается спрашивать ее согласия. И хотя «Школа Темных Искусств» звучало завораживающе интересно и одновременно зловеще и, возможно, это все ей только снится, но эти дамочки не вызывали у Али никакого доверия. Интуиция подсказывала ей, что если она промолчит и пойдет на поводу у этих красоток, то уже никогда не вернется домой. И даже во сне такая перспектива ее не устраивала.

– Кхм-кхм, – покашляла Аля, чтобы обратить на себя внимание.

Женщины удивленно подняли на нее две пары глаз.

– Ты что-то хочешь сказать, милая девочка? – не сказала, а пропела блондинка с очаровательной улыбкой.

Все это лето Аля работала в кол-центре банка, и сейчас ей вспомнились азы долгого и скучного обучения, предварявшего эту работу. Среди прочего их учили вежливо обращаться ко всем без исключения клиентам. Переводя взгляд с одной дамы на другую, девушка почтительно спросила:

– Прошу прощения, как я могу к вам обращаться?

Дамы переглянулись. Ответила ангелоподобная:

– Меня зовут мадам Ланда, а это мадам Розг.

Ну и имечко у этой демоницы! Уж точно не захочешь попасть к ней в ученицы.

– Мадам Ланда, мадам Розг, благодарю вас за заботу о моем образовании, но разве вы не должны спросить моего согласия на обучение в вашей школе?

Женщины обменялись изумленными взглядами.

– Но разве ты не хочешь обучиться Темным Искусствам, чтобы соответствовать своей природе? – бархатистым голосом спросила мадам Ланда.

– Какой такой природе? – Аля удивленно округлила глаза.

– Природе митады, девочка, то есть полудемона!

«Ах вот что такое митада!» – подумала Аля.

Только сейчас до нее дошло, что упомянутый мадам Розг темный демон второго ранга по имени Тимот и есть виновник Алиной генетической мутации. Даже фамилия у нее Тимофеева, видимо, так он представился ее матери. Получается, она наполовину демон, и эта школа существует для таких, как она. Но почему тот парень настаивал, чтобы она отказалась учиться? Ученье – свет, разве не так? Или это не касается обучения Темным Искусствам?

Пока Аля размышляла, чего же плохого может быть в демонической школе, мадам Ланда продолжала:

– Ты пока еще неразумное дитя и не понимаешь всей важности нашего специального образования! Ты должна уметь контролировать свой дар, этому тебя только в школе и могут научить. Затем ты будешь работать на благо общества.

Насчет «неразумного дитяти» Аля поспорила бы. Но, вообще-то, перспектива научиться контролировать свои необычайные способности показалась ей весьма привлекательной. Было бы здорово не слышать чужих мыслей и спать в тишине. Тем более что в зачитанном демоницей личном деле упоминались еще и какие-то нераскрытые до сих пор дарования, о которых девушка понятия не имела. Но все же что-то здесь не так. Аля решила уточнить:

– Какого общества?

– Общества демонов, разумеется, какого же еще! – нетерпеливо воскликнула демоница Розг.

Усмешка давно слетела с ее губ, и теперь она строго рассматривала Алю полным негодования взглядом.

– Позвольте спросить, – начала Аля, стараясь придать голосу уверенности, – что у меня может быть общего с обществом демонов, когда я выросла среди людей?

Янтарные глаза мадам Розг полыхнули красным огнем, совсем как у давешнего незнакомца утром. Аля испугалась, что сейчас ее опять пригвоздят к стене и на этот раз уже не опустят.

– Неважно, где ты выросла, милая девочка, – примирительно проворковала ангелоподобная блондинка, с опаской поглядывая на вспыльчивую коллегу. – Когда твои способности начнут раскрываться, одной тебе не справиться. Это очень опасно: ты можешь даже поранить себя или нанести вред окружающим людям. В школе под контролем опытных преподавателей такого не произойдет.

– И вы предлагаете мне на пять лет бросить мою семью, учебу в университете, вообще всю мою жизнь? – с негодованием спросила Аля. – А потом что?

– Потом… – начала блондинка.

Но мадам Розг не дала ей договорить.

– Потом ты сможешь вернуться в мир людей.

– Смогу? – недоверчиво спросила Аля, глядя на ангелицу Ланду, но та лишь молча улыбнулась.

– Конечно, сможешь, – раздался строгий голос мадам Розг.

«Не смогу», – поняла Аля.

ГЛАВА 3. Отказ и его последствия

Алю охватил страх. Она вовсе не собиралась бросать семью, как бы заманчиво ни звучали посулы развития необыкновенных задатков и контроля над ними. Чему она сможет научиться? Телекинез? Экстрасенсорика? Может, даже левитация? Нет, это какой-то бред! И все это неважно, если родители будут страдать, думая, что она пропала без вести или того хуже.

Но что, если Аля, как пророчит мадам Ланда, причинит им боль, оставшись в мире людей? Эта мысль пугала не меньше.

Мадам Розг в это время продолжала молча заполнять анкету, считая разговор законченным.

– Нет, – твердо произнесла Аля.

Мадам Розг подняла голову. В ее взгляде засверкали искорки гнева, лицо исказила упрямая гримаса, снова напомнившая Але об утреннем незнакомце.

– Что значит нет? – с расстановкой произнесла она.

– Я отказываюсь учиться в вашей школе.

– Глупенькая, подумай о своем будущем! – возмущенно воскликнула мадам Ланда. – Другие на твоем месте с радостью бы ухватились за такую уникальную возможность! Твои сверстники из человеческого мира могут только мечтать о Школе Темных Искусств, а ты отказываешься от нее вот так просто, без всякого на то основания. Дитя неразумное!

Ангелица казалась искренне опечаленной таким поведением: она качала головой, осуждающе и разочарованно одновременно, и изредка посматривала на более суровую коллегу. Казалось, та в любой момент готова выпорхнуть из-за стола и придушить девушку на месте.

– Я отказываюсь учиться в вашей школе, – твердо повторила Аля, чувствуя, как под огненным взглядом мадам Розг ее уверенность тает, как снег в мае.

Внезапно перед глазами у нее все поплыло. Аля почувствовала жжение и боль в горле еще сильнее, чем этим утром – мадам Розг в одно мгновение оказалась рядом и раскаленной рукой схватила ее за шею, словно нашкодившего котенка, и держит на весу у себя над головой.

– Ах ты мерзавка! – шипела дьяволица Розг откуда-то снизу.

Аля судорожно пыталась вдохнуть, безвольно болтаясь в воздухе, по щекам полились слезы, и она ухватилась за державшую ее обжигающую руку в попытке облегчить свое положение. Никогда в жизни она не испытывала такого страха и боли. Казалось, все инстинкты разом проснулись в ее теле, чтобы помочь вырваться из этого капкана и бежать. Сердце колотилось о ребра, мозг лихорадочно искал пути к отступлению, но все впустую: таких путей не существовало.

– Ты будешь подчиняться мне, непокорная дрянь, иначе я придушу тебя прямо здесь! Какая невиданная наглость – спорить с будущим преподавателем!

– Дорогая, – раздался позади нее нежный звенящий голосок, – нет нужды в насилии. Уверена, девочка уже все поняла!

Огненная хватка ослабла. Аля с шумом рухнула на стул, больно ударившись о жесткую спинку. Пока она, точно астматик, с шумом втягивала воздух и одновременно пыталась откашляться, держась за горло и вытирая слезы рукавами, мадам Розг как ни в чем не бывало заняла место за столом и продолжила заполнять анкету.

Легко сказать: не соглашайся! Умный какой: не связывайся, мол, с ними! Советчик нашелся! Она что, Чудо-женщина, бороться с такой страшной тварью?!

Продолжая всхлипывать, Аля пыталась взять себя в руки. Раньше она иногда тешила себя мечтами, что встретит таких же, как она, людей, умеющих читать мысли или делать что-то подобное. Но она никак не предполагала, что они окажутся желтоглазыми исчадиями ада, готовыми при первой возможности сжечь ее или придушить. Да и не люди они вовсе!

Аля немного успокоилась и отдышалась. И речи быть не могло, чтобы она пошла в школу к этой неистовой женщине! Наклонившись головой к коленям, девушка сидела на жестком деревянном стуле, притягивавшим ее, точно магнит железку.

«Что мне делать? Что мне делать? Он не мог подробнее объяснить, как именно надо не соглашаться?» – лихорадочно думала она.

Ее замутненный слезами взгляд упал на конверт у ее ног. Дрожащей рукой Аля подобрала его и перевернула. «Алькирия Тимот (Алиса Тимофеевна Тимофеева)», – значилось на желтоватой бумаге. Аля открыла предназначавшееся ей письмо, бросив опасливый взгляд на женщин. Обе они что-то писали и не обращали на нее внимания. Внутри лежал вдвое сложенный лист со следующим текстом:

ПРИГЛАШЕНИЕ

Уважаемая госпожа Тимот!

Факультет Специального Образования Школы Темных Искусств приглашает Вас пройти курс обучения Пяти Искусствам для митадов в соответствии с программой школы и Вашими способностями, подтвержденными в ходе собеседования. Подробности читайте в дополнительном соглашении к договору об обучении.

С уважением,

директор Школы Темных Искусств

Аврал Пирс.

Постскриптум. Для отказа от обучения трижды произнесите: «Я отказываюсь учиться в вашей школе» и порвите данное приглашение.

Сердце в груди бешено заколотилось. Ведь она уже дважды произнесла именно эту фразу! Аля отняла взгляд от приглашения. Женщины все так же сидели за столами и в этот момент тоже посмотрели на нее. Набрав воздуха в легкие, Аля в третий раз четко произнесла, разрывая на куски приглашение вместе с конвертом:

– Я отказываюсь учиться в вашей школе!

Последнее, что она увидела, это протянутая к ее горлу неестественно длинная рука с острыми, как у хищника, красными ногтями.

***

Аля открыла глаза. Она лежала на диване в гостиной, а за дверью, в ее комнате, скребся и громко мяукал Антифон. Аля села и дрожащими ледяными пальцами дотронулась до мокрого от слез лица. Щеки у нее горели, в горле першило.

У нее возникло непреодолимое желание поговорить с родителями. Она бросилась в спальню и, чуть не затоптав несчастного кота, нашла в складках клетчатого пледа на кровати смартфон. Откуда-то из кухни пришел Грут. Кот и пес подбежали к ней одинаково возбужденные: один от волнения, другой – от радости. Не обращая на них внимания, Аля разблокировала телефон и уже собиралась ткнуть пальцем в контакт матери, но рука так и застыла над экраном. В правом верхнем углу обозначалось время: три часа ночи. Уже спят. Разбудить? И что им сказать? Мам, пап, я полудемон, и меня только что избила бесноватая демоница?

Смартфон выпал у Али из рук, она схватила кота и, уткнувшись в белую шерсть, разрыдалась. Антифон, не ожидавший такого поворота событий, выглядел недовольным, но понял, что сопротивление бесполезно. Пес, яростно размахивая хвостом, полез к Але, чтобы получить порцию обнимашек, и девушка прихватила его другой рукой, прижав их к себе обоих. Кот совсем опешил от такого надругательства и начал производить мягкие попытки выбраться из столь непристойного положения. Однако ему никак не удавалось вылезти, не прибегая к помощи клыков и когтей.

Видя, что состояние его человека требует от него очередного акта самопожертвования, Антифон смирился, пообещав себе, что утром непременно отыграется на Груте. Тот, в свою очередь, наконец догадался, что с хозяйкой что-то не так, перестал размахивать хвостом и тихонько заскулил.

Аля всю ночь не сомкнула глаз, опасаясь, что кошмар возобновится.

***

Аля очень боялась спать: вдруг во сне опять придут демоны и начнут душить ее огненными руками? Сколько могла, она делала все, чтобы не заснуть. Но на третьи сутки организм не выдержал, и она уснула прямо за столом в своей комнате.

Ее разбудил стук в дверь.

– Алиса, вставай, тебе сегодня к первой паре, – раздался голос мамы.

Аля с трудом разомкнула тяжелые веки. Ничего кошмарного ей вроде не снилось, но после ночи, проведенной в неудобной позе, все тело страшно ломило. Она потянулась и встала со стула. Взгляд ее упал на подоконник, где, внимательно изучая девушку мудрыми разноцветными глазами, обустроился белый кот.

«Ну как?» – послышался у нее в голове его мягкий голос.

– Ничего не снилось, – прошептала Аля и пошла одеваться.

Кот равнодушно вернулся к наблюдению за птичьей жизнью.

Взглянув на себя в зеркало, Аля увидела бледное, усталое лицо в обрамлении взъерошенных черных волос и недовольно нахмурилась. Несколько часов сна не устранили синевы под глазами. Сейчас она сама походила на исчадие ада. Только на очень утомленное и загнанное исчадие.

Аля схватилась за консилер. Она редко красилась, особенно для лекций в университете, но сейчас собственная физиономия показалась ей настолько ужасающей, что нужно было хотя бы чуть-чуть замаскировать недостатки.

На кухне вкусно пахло яичницей и тостами, на столе лежала стопка писем. Аля налила себе кофе из огромной кофеварки и, устало улыбнувшись матери, села за стол.

– Там тебе письмо пришло. Очень красивое, крафтовое такое, – улыбаясь, сообщила мама и отправилась будить Мику.

При упоминании письма Аля вздрогнула. Ей никогда не приходили письма по почте. Она с опаской взглянула на стопку бумаг: поверх счетов за квартиру и электричество лежал желтоватый конверт с каллиграфически выведенным адресом. Под ним значилось данное ей при рождении имя, а в правом верхнем углу красовались две марки Почты России.

«Так и знала, что эта организация как-то связана с адом», – подумала Аля.

Аля поторопилась закрыться в своей комнате. Устроившись рядом с котом на подоконнике, она нервно вскрыла конверт.

– Надеюсь, это не яд, – с вымученной усмешкой прошептала она и вслух прочитала следующее:

УВЕДОМЛЕНИЕ

Уважаемая госпожа Тимот!

Ваш отказ от обучения в Школе Темных Искусств принят к делопроизводству, в связи с чем уведомляем Вас, что в течение 14 (четырнадцати) дней с момента получения данного письма Вам следует найти наставника не ниже третьего ранга* для обучения Пяти Искусствам и зарегистрировать Ваш договор с Ним по стандартной форме в Министерстве Образования Средмира. В противном случае Вы понесете ответственность в соответствии со ст. 124, п. 5 Международного Уголовного кодекса Тремира «О нарушении правил использования ЗУН и неординарных способностей в Мире людей».

В соответствии с Международным Кодексом Равноправия всех разумных существ Тремира Вы имеете право полностью отказаться от обучения. Для этого Вам надлежит прекратить свое существование любым удобным для вас способом в течение 14 (четырнадцати) дней с момента получения данного письма.

С уважением,

секретарь отдела кадров Школы Темных Искусств

Ц. Профитт

* По Положению О Рангах Темных Демонов от тринадцатого дня месяца пятихвостого змия тысяча двести третьего года Эпохи Правления Умра Второго.

Потрясенная, Аля несколько раз перечитала последнее предложение о самоубийстве.

– Это что, шутка? Или они там совсем ненормальные?!

Возбужденно меряя шагами комнату и теребя пальцами нефритовый кулон, она снова и снова перечитывала письмо, и ее охватывало все большее негодование. Где она теперь должна искать какого-то наставника! Что у них там за ранги такие! Что еще за Тремир! И с какой стати она должна лишать себя жизни только потому, что не хочет во всем этом участвовать!

Уголовный кодекс? Значит ли это, что за подобный отказ последует наказание тюрьмой? Или даже полагается смертная казнь?

Аля опустилась на пол около кровати и уставилась в угол невидящим взглядом. Может быть, тот желтоглазый парень и в самом деле ей не друг и ничего хорошего ей не желал? Может быть, ей стоило отправиться в Школу этих дурацких Искусств?

Но тут ей вновь представилась хищная, тянущаяся к горлу рука с красными ногтями, и Алю передернуло от отвращения.

Ну уж нет, с этой сумасшедшей демоницей она не желает иметь ничего общего!

Аля встретилась взглядом с Антифоном, но ему, видимо, сказать было нечего.

ГЛАВА 4. Темница для наказаний

Алоф пытался разобрать надписи на стене темницы. Обычно его глаза видели в темноте так же, как при свете, иногда даже лучше. Но эта темница была заклята специально для демонов: ничего не рассмотреть. Тем не менее его предшественники умудрились оставить на стенах множество следов своего присутствия: кто рисовал, кто царапал неприличные слова, другие попросту гадили.

Было так скучно! Алоф уже несколько часов провел здесь, отбывая наказание. Но в чем смысл считать часы, если он даже не знает, на какой срок его заперли?

Раньше его никогда не сажали в темницу такого уровня. В ней заключенный не имел возможности пользоваться демоническими силами, не мог собраться с мыслями, не мог даже спать. Узника окружала кромешная тьма и давящая на уши тишина.

«Наверное, это облегченный вариант тюрьмы для взрослых», – думал Алоф, и эта мысль назойливо крутилась у него в голове, не давая покоя.

– Проклятье! Уродская темница, чтоб ей провалиться! – Он потряс головой и усилием воли заставил себя думать о чем-то более полезном.

Видимо, в этот раз, сбежав с занятий и выйдя без разрешения в мир людей, он по-настоящему взбесил директора Пирса. Да еще как выйдя! Через Дальние Врата, воспользовавшись зеркальным порталом, а это два запрещенных для него приема. Алоф усмехнулся: да они радоваться должны, что воспитали такого талантливого ученика! Никто из одноклассников не умеет открывать магических порталов, тем более зеркальных.

Хорошо еще, он заблокировал мысли девчонки, чтобы никто не узнал о его предупреждении. А то его, наверное, исключили бы из Школы. Алоф, конечно, терпеть не мог этого места, раньше он только и мечтал об исключении. Но теперь, за полгода до окончания Школы, даже такому разгильдяю, как он, перспектива позорно вылететь накануне выпускных экзаменов казалась не особо привлекательной.

Алоф вспомнил утреннюю встречу и сероглазую девчонку. Когда он говорил с ней в подвале, ему показалось, что она немного дурная: несла чушь про каких-то сов и вообще вела себя странно. Но, поразмыслив, юный демон пришел к выводу, что и он был не на высоте.

«Может, не стоило хватать ее за шею?» – думал он.

Все из-за волнения. Сам боялся, что не успеет ее предупредить, и сосредоточился на сканировании местности на случай, если придется бежать, – вот и напугал Алькирию. Она ведь вряд ли встречала раньше таких, как он. Еще и сопротивление оказать пыталась! Смелая. Может быть, у нее и получится послать мадам Розг куда подальше.

При этой мысли Алоф ядовито ухмыльнулся. Он предупредил Алькирию не ради того, чтобы насолить мадам, но ее гнев – весьма приятный бонус.

Разъяренное лицо мадам Розг стояло теперь у него перед глазами. Она ругалась и угрожала побить его, говорила, что он бесполезный, глупый и что пора сдать его в демоническую армию, где из него уж точно выбьют дурь.

Алоф вскочил и начал быстро ходить по камере, будто пытаясь убежать от надоедливого образа. Ходить здесь тоже было сложно. Он очень быстро устал и снова сел у стены. Одно хорошо – утомление прогнало призрак мадам Розг.

Алоф вспомнил Тимота. В последний раз они встречались девятнадцать лет назад. Алофу тогда только исполнилось двенадцать с половиной кварт, пятьдесят лет – важная дата в жизни демона. Единственный день рождения, на который принято дарить подарки. И Тимот принес Алофу красную ленту, что теперь красовалась в его волосах.

Как известно, демоны растут в четыре раза медленнее людей. По традиции до ста пятидесяти лет их возраст считается квартами – интервалами по четыре года, примерно соответствующими одному году, если сравнивать их с людьми.

Тогда, в возрасте двенадцати кварт, Алоф еще не ощущал постоянной злобы и возмущения, как сейчас. Иначе, вероятно, он бы так легко не согласился оказать Тимоту услугу.

Ему нравилась идея тайной встречи. Заброшенный дом на окраине Морра подходил для этого как нельзя лучше. Внутри было пусто, не считая обломков мебели. В окно задувал холодный ветер. Шел дождь, и где-то на втором этаже ритмично капала вода с протекшей крыши.

Алоф примерялся к новой ленте, пытался вложить в нее демоническую энергию и сделать более жесткой. Получалось плохо, но он все равно был рад подарку.

Тимот сидел в углу, усталый и встревоженный, не убирая руки с меча на коленях. Его взгляд ни на чем не задерживался, будто он постоянно сканировал обстановку силой мысли.

Алоф рассказал ему несколько школьных историй, о плохих оценках, о постоянных наказаниях. Тимот не слушал. Тогда Алоф сел рядом и замолчал.

– Мне нужна твоя помощь, – наконец сказал Тимот.

Алоф так и думал, что не просто так демон о нем вспомнил. И все же ему стало интересно. Он не очень-то любил кому-то помогать. Но если Тимот заберет его с собой, они будут вместе путешествовать в поисках приключений, он, так и быть, согласится.

– В Средмире у меня есть дочь, – сказал Тимот.

Не похоже на веселое приключение. Алоф насупился и покосился на него.

– Что, еще одна?

Тимот усмехнулся.

– Боюсь, что так. Знаешь, что такое закон о расовом равенстве и защите прав полудемонов?

Алоф скривился. Они такого еще не проходили, но мадам Розг, отвечавшая в Школе Темных Искусств за образование митадов, постоянно этот закон ругала.

– Что митадов надо бить так же, как демонов? – спросил Алоф. Он обычно так и делал: если выдавался случай над кем-то поиздеваться, он не смотрел на происхождение.

– Дурачина! – Тимот легонько толкнул его в плечо. – О том, что принудительное обучение в школе и телесные наказания запрещены.

– А, это! Как-то плохо его исполняют. Сам видел побитых митадов. Пирс на это закрывает глаза. Да и мы их бьем, как прежде. И друг друга они тоже бьют. Не повезло твоей дочке.

Тимот достал из кармана сложенный лист бумаги, исписанный именами и адресами.

– Это мои друзья в Средмире и Темномире. Когда она вырастет и придет время поступать в школу, найдешь ей наставника?

Алоф не спешил соглашаться. Не хотелось ему тратить время на какую-то митаду.

– Сам знаешь, какие у них перспективы, – уговаривал Тимот. – Если в школу попадет, ей там всю психику переломают. А потом что? К семье вернуться не сможет. Работать служанкой на демонов или того хуже? А с наставником хоть какие-то шансы.

«Тогда зачем ты ее заделал?» – подумал Алоф, но вслух говорить не стал.

Перспективы у митадов были и правда не особо радужные. Если чистокровные демоны учились в школе с детства и вообще отличались устойчивостью к наказаниям и нравам Темномира, то митадов принимали уже взрослыми, в девятнадцать-двадцать лет – время рассвета их способностей. До этого они обычно жили среди людей, и существование демонов с их тираническими законами становилось для них полной неожиданностью.

Карцеры, избиение, плохое питание и невозможность видеться с родственниками. По сути, для них школа становилась тюрьмой с принудительным обучением, выйдя из которой они редко могли вернуться к той жизни, которую вели до поступления. Многие сходили с ума. Другие заканчивали школу поломанными и озлобленными. Мало кто вписывался в демоническое общество.

Неудивительно, что по статистике половина популяции полудемонов деградирует в монстров и всяких низших тварей. Алоф был рад, что он демон, а не митад.

– А сам почему не хочешь ее учить? – спросил он.

Тимот нахмурился.

– Я вряд ли буду… Я, скорее всего, не смогу. Я прошу тебя на случай, если меня не будет рядом.

– Но почему меня? Попроси Криптию или… – Он задумался, кто из детей Тимота мог бы захотеть связаться митадой. Никто не приходил в голову. – Ленсию?

– Я не могу сейчас к ним пойти, – ответил Тимот. – Я прошу именно тебя, потому что только ты сможешь ее защитить, если она все-таки попадет в школу. Так ведь?

Алоф как никто другой знал всю подноготную Школы Темных Искусств. И даже по окончании ее, у него будет туда доступ. Неудивительно, что Тимот обратился именно к нему.

Тогда Алоф согласился из уважения к Тимоту. Теперь этот разговор преследовал его из-за проклятия темницы, и на него давило ощущение, что зря он это сделал.

«Ничего, кроме проблем, это мне не принесет», – навязчиво крутилось в голове, отдаваясь внутри бессильным раздражением. Больше всего бесило, что в реальности он так не думал. Точнее, не думал об этом вообще. Да, он не хотел связываться с Алькирией, но раз уж пообещал, собирался довести дело до конца и забыть об этом.

Образы побитых митадов в школьной форме закрутились в сознании Алофа, смешиваясь в серый хоровод. Они пели надоедливую песню про сны о собеседовании с мадам Розг и жаловались, что их вынудили согласиться на обучение.

Затем вдруг вспомнилась новая инициатива школьного руководства заманивать митадов при помощи видеоигр. О ней мадам Розг говорила с особым энтузиазмом. Абитуриент думает, что играет в игру, а сам в процессе подписывает со школой договор на обучение.

Алоф слабо себе представлял, что такое видеоигра. Люди напридумывали кучу каких-то глупостей, чтобы компенсировать слабость и отсутствие магии. Эта мысли смешалась в его сознании с образом мадам Розг, рассуждающей о бюджете, выделяемом школой на каждого митада, о частных наставниках, забирающих ее хлеб, и об огненной магии, которая, вообще-то, не имела к митадам никакого отношения.

Алоф вцепился в волосы, а затем звонко похлопал себя по щекам.

– А, как же бесит! – воскликнул он.

На него вдруг навалилась такая усталость, что и за неделю не отоспаться. Только и уснуть здесь невозможно, не говоря уже об отсутствии постели и вообще какой-либо мебели. Он уперся локтями в колени и положил подбородок на сцепленные пальцы рук.

Снова подумал о Тимоте и данном ему обещании. Жаль, что после того разговора демон пропал – они больше не виделись. Лишь много позже Алоф узнал, что с ним случилось, и понял, что ему придется взяться за выполнение обещания.

И вот теперь, сидя на полу темницы и подтянув колени к груди, Алоф испытывал такое страшное напряжение, что даже закрыл лицо руками. Заклятия темницы мешали размышлениям. Но ему именно сейчас хотелось все продумать и решить, что делать. Ведь чем дольше он здесь находился, тем заметнее становилось отупляющее воздействие этих темных стен.

Итак, если девчонка сумеет отказать Розг, то у Алофа есть пара недель, чтобы найти ей подходящего наставника. Если у него это получится, все сложится наилучшим образом: обещание выполнено, он может вообще больше не интересоваться ее делами и впредь никогда с ней не встречаться.

А что, если она не сможет отказать настырной приемной комиссии? Уж они-то умеют промывать абитуриентам мозги! Вот это будет просто полная задница!

Как ему защищать Алькирию? Да, у него будет доступ в школу даже после окончания обучения, но, если в открытую восстать против системы, он этот доступ быстро потеряет. И потом, у него есть планы на ближайшие пять лет, и защита какой-то митады в них не входит.

Впрочем, сейчас, не зная результата собеседования, он все равно не сможет ничего предпринять или даже просто прийти к какому-либо решению. Он попытался отогнать от себя мысли о наихудшем исходе этого безнадежного дела. Но они, словно пчелы в улье, так и роились у него в голове, одна мрачнее другой, что с каждым часом только усиливало раздражение и отупляющую головную боль. Так действовал карцер для провинившихся Школе Темных Искусств.

ГЛАВА 5. Знакомство с желтоглазым демоном

Прошло десять дней с тех пор, как Аля получила злосчастное письмо. Она перегуглила весь интернет, но так и не нашла ничего похожего на ее ситуацию. Там оказалось такое обилие мусора про демонов, ангелов, вампиров и других сверхъестественных существ, что найти что-либо толковое не представлялась возможным.

Тысячи сомнений посещали ее за это время. Может, все, что с ней происходит, это игра воображения? А вдруг у нее шизофрения или что-то в этом роде? Она ведь уже на протяжении десяти лет разговаривает с котом. И он ей отвечает. Может быть, она только считает, что слышит мысли других людей, а на самом деле это галлюцинации и сейчас у нее какое-то обострение? Осеннее обострение. Аля даже раздумывала, не сходить ли к психиатру.

Но вроде бы психически больные люди едва ли способны рассуждать о своих состояниях так же логично, как это делает она. Ей вспомнились все те случаи, когда она использовала телепатию с выгодой для себя: когда она не подозревала о существовании какой-то информации и узнавала ее исключительно путем сканирования чужих мыслей. Нет, она все же верила, что все это происходит с ней по-настоящему.

Уже который день в легкой серой ветровке и с рюкзаком за спиной Аля в панике металась по городу в надежде встретить желтоглазого незнакомца, понимая при этом, что напрасно тратит время. Но сидеть без дела было выше ее сил.

В этот вечер от нахлынувшего в очередной раз отчаяния она даже чуть не зашла в маленькую деревянную церквушку, какие строят на месте будущего каменного храма. «Может, поставить свечку?», – размышляла она, в нерешительности остановившись у входа.

Стоя на пороге храма, она прислушивалась к мелодичному церковному пению, но шум мыслей прихожан несколько портил впечатление. Ей не хотелось входить.

Внезапно чужие мысли затихли.

– Нравятся церкви?

Аля резко обернулась. Парень с янтарными глазами был, как и в прошлый раз, одет в черный балахон до колен, джинсы и кеды, на голове – повязанный красной лентой пучок черных волос. Аля торопливо схватила его за запястье, будто опасаясь, что он убежит. Ее порывистое движение немало удивило юношу, и, посмотрев на неловкий захват, он поднял на Алю насмешливый взгляд.

– Нет, ну ты точно глупая! Как ты собираешься меня удержать, если я захочу уйти?

Девушка пропустила колкость мимо ушей. Он может называть ее как угодно, только пусть сначала объяснит, что ей делать. У нее накопилось столько вопросов! И как назло она никак не могла выбрать, с какого начать. Поняв, что молчание затягивается, она выпалила:

– Что ты тут делаешь? Тебе же нельзя в церковь!

Алоф презрительно рассмеялся.

– С чего это мне нельзя? Для меня в этом мире нет преград. Просто я не могу вмешиваться в ритуалы, а зайти имею полное право. Может, я верующий! – Он саркастически усмехнулся.

Теперь Але не нужны были никакие свечки. Все еще сжимая руку незнакомца, она спустилась за ним по ступеньками храма. Недавно прошел дождь. В неглубоких лужицах и на мокрых трамвайных путях отражался свет оранжевых фонарей. По газонам стелился легкий туман. Проезжавшие мимо машины добавляли запах выхлопных газов к пряному аромату осенней листвы.

Без какого-либо предисловия демон спросил:

– Когда ты получила письмо?

Але хотелось бы самой задавать вопросы, и все же она ответила:

– Десять дней назад.

– Уйлевы проклятия и тысяча хворей!

Аля почувствовала, как нагревается его запястье. Ладони обожгло, и она резко отняла руку. Алоф глубоко вздохнул.

– Да не бойся ты, ничего я тебе не сделаю.

Он задумчиво сдвинул широкие брови. Наказание затянулось, и до сегодняшнего дня у него никак не получалось пробраться в Средмир незамеченным. На самом деле он приврал – ему далеко не везде можно появляться. А точнее, ему вообще не стоило сюда приходить. Но на этот раз он вовсе не планировал попадаться бравым стражам Врат Миров.

Осталось всего четыре дня, чтобы найти девчонке наставника. Великие Бессмертные! Почему его по жизни преследует вечный дедлайн?

Аля не слишком боялась нового знакомого. Хотя мотивы демона оставались для нее загадкой, в сложившейся ситуации она приняла бы любую помощь. А этот парень – единственный, кто ее предлагал. Внезапно юноша молча развернулся и уверенно зашагал по освещенной фонарями улице.

– Эй, ты куда?

Заглядывая в его сероватое лицо, Аля засеменила рядом.

– Искать тебе наставника, – ответил демон.

– Я пойду с тобой!

– Что? Нет, ты будешь мне мешать. У нас мало времени.

– Послушай, у меня куча вопросов, а ты единственный, кто может на них ответить. И вообще, это мой будущий наставник, логичней будет, если я тоже пойду его искать. Ну пожалуйста, можно мне пойти с тобой?

Аля постаралась придать голосу как можно больше убедительности, но на последнем вопросе сорвалась и чуть не расплакалась.

Алоф смерил ее полным сомнения взглядом, но, поразмыслив, кивнул. Чем быстрее она все узнает, тем лучше. К тому же ближайший кандидат жил недалеко, к нему они могли пойти вместе.

Для начала Аля узнала имя своего помощника.

Они шли по окутанной туманом улице. Встречные прохожие, казалось, не замечали странную парочку, а Аля, вопреки обыкновению, не слышала их мыслей. Она хотела спросить, как Алоф это делает, как блокирует их мысли для нее? Но это все же не являлось вопросом первостепенной важности.

– Почему ты мне помогаешь? – вместо этого спросила она.

– Я обещал отцу, что позабочусь о тебе.

– А какое дело твоему отцу до меня?

– Потому что тебе он тоже отец, – безучастно пояснил Алоф.

Аля остановилась как вкопанная.

– Ты… Ты мой брат?

Он не ответил, продолжая путь, и Але пришлось пробежать несколько десятков метров, чтобы догнать спутника. Похоже, парня не особо волновали родственные связи.

– Тебе что, все равно что мы брат и сестра? – в недоумении поинтересовалась Аля.

Ее поразило подобное безразличие. Она очень любила своего младшего братика Мику и не представляла себе иных отношений между близкими родственниками.

– Да какая разница! – ответил Алоф, равнодушно пожимая плечами. – У отца полно детей, прикажешь мне волноваться из-за каждого из них? Просто ты получеловек, ты слабая и ничего не понимаешь, поэтому нуждаешься в защите. Вот Тимот и попросил тебя пристроить.

– Потрясающая забота! – съязвила Аля, толком не зная, плакать ей или смеяться от таких новостей.

То есть, в аду у нее еще куча таких вот братиков и сестричек? Большая счастливая семья желтоглазых злобных тварей.

– Почему же он сам не явился меня пристраивать?

– Он занят, – отрезал Алоф, и в глазах его заплясали красные огоньки.

– Ладно-ладно, не злись!

Подумав немного, она спросила:

– А чем наставник лучше школы? Преимущества индивидуального обучения?

Презрительно усмехнувшись, Алоф рассказал о жестоких порядках школы и о перспективе стать прислугой для демонов и никогда не вернуться домой.

– Отец не хотел для тебя такого, уж не знаю почему. Не уверен, что он вообще когда-либо тебя видел.

Что ж, подумала Аля, хоть этот самый отец и не удосужился ни разу ее увидеть, его можно поблагодарить хотя бы за такую заочную заботу о благополучии дочери.

– Но если подобрать адекватного наставника, он тебя всему обучит, – продолжал юноша. – Ты сдашь экзамены и сможешь выбирать, где тебе жить и чем заниматься. По закону не важно, кто тебя обучает, главное – сдать вовремя экзамены и получить аттестат. Проблема в том, что мастеров, готовых обучать полудемонов, очень мало. Я уже побывал у нескольких в Темномире, они даже слушать меня не захотели. Сейчас пойдем к еще одному, здесь недалеко.

При этих словах у Али ком подступил к горлу. От расстройства она даже позабыла спросить, что такое Темномир. Почему-то ей стало обидно, что какие-то демоны отказываются ее обучать. Казалось бы, какое ей до них дело? Видимо, решила она, постоянный стресс последних двух недель вконец расшатал ее нервную систему.

– Ладно, не переживай, кто-нибудь да найдется, – проворчал Алоф. – Еще не хватало, чтобы ты тут разрыдалась… Это наш, – сказал демон, указывая на приближающийся к остановке трамвай.

– Я не собиралась рыдать! – возмущенно воскликнула девушка, но затем озадаченно спросила: – Мы поедем на трамвае? Я думала, ты умеешь летать или телепортироваться.

– Я-то умею. А ты?

Не найдя что ответить, Аля решила наконец приступить к выяснению волновавших ее вопросов.

– Кто такие морэмитады? – спросила она.

– Митады – это полудемоны. Морэмитад – это помесь человека и темного демона. Как ты.

– А Темномир – это типа Темный Мир? Вроде ада? И есть еще Тремир, Средмир, это что? Сколько у вас этих миров? – Аля так и сыпала вопросами, вспоминая все названия, которые слышала на собеседовании или читала в посланиях Школы Темных Искусств.

– Темномир – это мир темных демонов морэ, – ответил Алоф, стараясь проявлять терпение. – Я бы не назвал это адом. Нет никакого ада. А Тремиром мы называем весь мир в целом, потому что он состоит из Трех Миров: нашего, вашего и еще Светмира.

То есть, весь мир делится на три части, поняла Аля. Что это, вроде измерений каких-то? Почему еще два мира невидимы? Где они вообще находятся?

Больше она ничего не успела спросить. Трамвай остановился, открыл двери, и все пассажиры спешно покинули салон, что изрядно удивило Алю – эта остановка никогда не отличалась многолюдностью. В пустом трамвае девушка привычно поднесла проездной к валидатору. Алоф платить не собирался. Дойдя до середины салона, он вдруг резко остановился, и следовавшая за ним Аля врезалась ему в спину.

Она проследила за его взглядом. На самом последнем ряду, бесцеремонно поставив одну ногу на соседнее сиденье, восседал высокий статный молодой мужчина. В его изумрудных глазах сверкали игривые огоньки, синеватые губы растянулись в радужной, но недоброй улыбке. Сероватое, как и у Алофа, лицо обрамляли прямые длинные, ниже груди, волосы. Одет он был в черные шелковистые брюки, заправленные в высокие ботинки на шнуровке, и прямой балахон до колена с разрезами на бедрах, рукава и ворот которого украшала зеленая вышивка. Фривольно развалившись на сиденье, незнакомец сверлил Алофа призывным взглядом. Всем своим видом он напоминал сексуальную рок-звезду, увлекшуюся какими-то восточными практиками.

Аля невольно засмотрелась на зеленоглазого демона, и тот игриво подмигнул ей. В этот момент она почувствовала на плече тяжесть обжигающей руки брата. Алоф надавил на ее плечо, заставив сесть и отвернуться от нового демона.

– Сиди здесь, – услышала она низкий холодный голос. Даже не взглянув на нее, Алоф направился в конец салона.

Аля не решалась посмотреть, что происходит сзади. Создавалось такое впечатление, что пожелай она обернуться, ничего бы не вышло. Через пару минут Алоф вернулся.

– Выходим, этот трамвай нам не подходит, – сообщил он все тем же неприязненным тоном.

С этими словами он направился к переднему выходу. Аля робко обернулась: задние сиденья опустели. Трамвай остановился, и вслед за Алофом она вышла на улицу.

– Кто это был? – полюбопытствовала она.

– Неважно, – отстраненно пробормотал брат и дотронулся до алого кулона у себя на груди.

Раньше у него точно не было никакого кулона. Аля с интересом рассматривала новое украшение, алый кристалл в форме сталактита сантиметров пять в длину, висевший на такого же цвета цепочке. Юноша подержал его в руке и спрятал под балахон.

– Дай руку.

Аля вложила руку в его ладонь. И в тот же миг все вокруг исчезло, а тело неприятно сдавило, будто она оказалась глубоко под водой.

ГЛАВА 6. Шедвы

Тьму, тишину и давящее ощущение во всем теле сменили легкая тошнота и усиливающийся шум в голове. Вместо привычной вони выхлопных газов в воздухе чувствовался приятный запах осеннего леса. Освещенная оранжевыми фонарями городская улица исчезла. В полной темноте две горячие руки держали Алю на весу, как котенка.

– Да стой уже сама, – недовольно проворчал Алоф.

Аля нащупала ногами землю. Когда глаза немного привыкли к темноте, девушка смогла разглядеть лишь размытую дорогу да чернеющие кроны деревьев вдоль нее. Глаза Алофа светились желтым светом, словно кошачьи.

– Идем, – сказал он, направляясь в сторону устрашающе черного леса.

– Где это мы? – спросила Аля, поспешив за ним и стараясь не упустить из вида.

– Мастер Олег, что живет в твоем городе, сейчас здесь. Попробуем его найти.

«Этот тот демон из трамвая предупредил его о местонахождении потенциального наставника?» – промелькнуло у Али в голове.

– Ты же сказал, что не можешь телепортироваться со мной.

– Теперь могу, – холодно ответил Алоф, смотря вперед.

– Это благодаря тому кристаллу?

Алоф кинул на нее полный сомнения взгляд, но все же решил, что нет смысла скрывать, и ответил:

– У меня пока нет разрешения на перемещение живых существ, хоть я и умею это делать. Кристалл позволяет скрыть твой след.

Аля не могла не признать, что, несмотря на весь абсурд происходящего, мир, приоткрывшийся ей так недавно, таит много любопытного. Если бы не садистка Розг и не перспектива стать прислугой для какого-нибудь лютого демона, она с радостью получила бы все знания об этом мире и его устройстве, какие только будут ей доступны. Жаль только, что выбора у нее, видимо, нет. Если среди демонов и найдется благодетель, готовый обучать ее, ей придется с благодарностью заключить с ним договор, кем бы он ни был.

Алоф спокойно шел вперед, будто по асфальту. Але же пришлось включить фонарик в телефоне, и все равно она то и дело спотыкалась о кочки и торчавшие из земли корни деревьев. К счастью, путь оказался недолгим – впереди замаячил тусклый свет, и вскоре до слуха донесся монотонный гул голосов, музыка и крики.

– Что это за место? – прошептала Аля.

– Ярмарка митадов. Что-то вроде рынка.

– А почему он в лесу, в какой-то глуши?

Алоф пожал плечами. Его, похоже, такие мелочи не волновали.

Выйдя из леса, они натолкнулись на очень бледного человека, похожего на оживший труп. На руках у него висело множество цепей. Он угрожающе потрясал ими, уставившись на Алю полным безумия взглядом.

Девушка в страхе отшатнулась и спряталась за Алофа, но все же успела расслышать кое-что из бормотания странного человека:

– Покупайте цепи! Заговоренные цепи для магических быков и клятых сторожевых собак!

Алоф не обратил на него внимания. Аля не удержалась и едва слышно спросила:

– Он что, мертвый?

– Сама ты мертвая! – возмущенно заскрипел продавец цепей. – Что за молодежь пошла! Никакого уважения к старшим! – С этими словами он разочарованно побрел прочь, гремя цепями.

– Он просто старый, – ответил Алоф, провожая его полным презрения взглядом. – Старый митад. Наверное, скисшей крови перепил. Идем!

Впереди стелилась широкая, освещенная тусклыми желтоватыми фонариками торговая улица, по обеим сторонам которой теснились разнообразные киоски и лавочки. Каждый продавец громко кричал в попытках обратить внимание покупателей на вывешенные, разложенные и расставленные самым привлекательным образом товары.

– Метлы, ступы, веники! Магические метлы! Отменное качество! Верность традициям!

– Призрачные фонари! Оптом и в розницу! Государственная лицензия Темномира!

– Лекарства, зелья, яды! Пригласи к обеду, отрави соседа!

– Квас, мед, вино, чай! Упивайся, не скучай!

Аля с любопытством осматривалась. Чего здесь только не продавали: книги, одежду, магические артефакты, талисманы, травы и компоненты для зелий, еду и даже самые обычные вещи в качестве сувениров из Средмира. Вывески, вроде «Благословения и проклятия» или «Оракул: будущее на ваших ладонях», почему-то оказались на русском. Специальные чары – объяснил Алоф.

По рыночной улице сновали туда-сюда демоны, митады и похожие на мадам Ланду красивые создания в светлых одеждах и с чуть менее злобными лицами, чем у демонов. Их Аля приняла за ангелов. Встречались на рынке и еще какие-то странные существа, названий которых она не знала. Некоторые из них смахивали на традиционных леших и домовых, другие прозрачностью напоминали призраков и привидений. Иные же походили на животных, или на помесь животных с людьми, или вообще ни на кого не были похожи. Одни существа казались страшными, другие – вполне симпатичными.

Ни на кого не обращая внимания, Алоф целенаправленно шел к рыночной площади. Именно там Мастер Олег торговал мечами.

– Как много народу! – удивлялась Аля.

– Этот рынок работает раз в два месяца в разных частях света, – пояснил Алоф. – Тут всегда так.

На площади толпилось еще больше народу. Але показалось, что она попала на рок-концерт. Вдалеке и правда виднелась сцена, где выступали уличные артисты. Увы, Але ничего не удалось разглядеть.

Алоф раcспросил одного из лавочников, говоря на незнакомом грубоватом языке, видимо, демоническом. «А мне ведь придется изучать этот язык», – подумала Аля.

Алоф повел сестру дальше, в обход толпы, когда с другой стороны площади послышались отдельные крики, полные испуга. Поначалу слабые, постепенно они становились все громче, пока наконец не слились в общий вопль отчаяния и страха.

Демон остановился, вглядываясь в толпу.

– Что такое? – спросила Аля, на всякий случай пододвигаясь к нему поближе.

Брат произнес нечто нечленораздельное на демоническом языке, больно схватил Алю за руку и взлетел. От неожиданности она вскрикнула. Болтаться высоко над землей на одной руке – не самое приятное по ощущениям занятие. Взглянув вниз, Аля ужаснулась.

Над площадью кружили черные тени, похожие на дымные хвостатые кометы. Спереди у каждой светился белый глаз, хотя поди пойми, глаз это или рот. Тени хаотично летали над рынком, атакуя уличных артистов, зрителей, продавцов и покупателей. Наметив жертву, они пролетали сквозь нее, после чего та, смертельно побледнев, с окаменевшим лицом падала без сознания на землю, а твари пускались на поиски следующей цели.

С каждой минутой их становилось все больше: некоторые из них прямо на глазах разрастались и, достигнув определенного размера, делились на две-три особи поменьше, продолжая охоту. Толпа в панике металась по площади, митады разбегались в попытках спрятаться от напасти, но от этого стало только хуже – началась давка.

Происходящее на площади так поразило Алю, что она на некоторое время забыла о том, как ей неудобно висеть в воздухе. Все, кто мог, как и Алоф, взмыли высоко в небо. Однако на ярмарке большей частью собрались полудемоны, а они летать не умели и потому становились основными жертвами черных дымных комет.

– Что это такое? – в страхе спросила Аля.

– Это шедвы, – ответил кто-то спокойным, даже ласковым голосом слева от нее.

Аля обернулась. Невероятно красивый, молодой на вид демон, с изящным бледным лицом, длинными, развевающимися на ветру волосами цвета воронова крыла и блестящими обсидиановыми глазами парил недалеко от них.

Алоф недоверчиво покосился на демона и собрался лететь прочь, но тут и к ним направились черные шедвы. Сейчас эти твари проткнут их насквозь, подумала Аля, и они грохнутся с такой высоты и разобьются насмерть.

– Они такие милые, – нежно произнес незнакомец, растягивая губы в безумноватой улыбке.

Все происходило так быстро, что Аля не успевала следить за развитием событий. Демон выглядел невозмутимым, даже довольным, в то время как внизу нарастала паника и те, кто еще находился в сознании, пытаясь бежать, нещадно топтали лежавших на земле. В то же время некоторые демоны бросились помогать митадам, отгоняя от них шедв. Демонов твари почему-то не трогали.

Прямо на Алю летела огромная шедва, и девушка в страхе прикрыла лицо свободной рукой. Внезапно на монстра обрушился удар горящего красным пламенем кнута, и тварь, издав отвратительный вопль, распалась на две половинки. Удар нанес Алоф, державший в свободной руке не понятно откуда взявшийся кнут и стегая им окруживших их тварей.

Тем временем невозмутимый демон, похоже, решил продолжить светскую беседу. Его шедвы вообще не трогали, даже близко не подлетали.

– Шедвы, шедвы, прилетайте, всех митадов убивайте! – пропел он. – Что ты так испугалась, милая? – обратился незнакомец к Але. Алоф, кажется, не слушал его, слишком занятый борьбой с тварями. Демон продолжал беззаботно: – Это же просто детский стишок, никого они не убивают. Выпьют чуть энергии да и летят себе дальше. А нам забава. Такие уж они существа. Кушать всем хочется. Ой, мне, кажется, пора!

Демон сверкнул шальной белозубой улыбкой и понесся к другому концу площади.

– Вот же псих! – Алоф подбросил сестру вверх, чтобы перехватить поудобнее.

Але показалось, что сейчас она упадет. Она вновь вскрикнула, но быстро оказалась в объятиях своего защитника и изо всех сил вцепилась в него. Алоф, продолжая отгонять и разбивать монстров красным кнутом, медленно продвигался прочь от рыночной площади. К сожалению, перемещаться в пределах рынка мешали специальные магические барьеры.

Аля крепко сцепила руки у него за спиной и теперь вновь смогла оглядеться. С другой стороны площади, там, куда отправился безумный красавец, появились какие-то демоны в темно-серой форме. Каждый держал по большому тесаку в одной руке и по сосуду из черного стекла в другой. Они быстро распределялись по территории рынка, разрубая шедв тесаками и погружая их останки в сосуды. Поднялся еще больший шум: тени засасывало внутрь против их воли, и они возмущенно вопили.

– Полиция Средмира, – пояснил Алоф.

Яростно размахивая кнутом, он взлетел еще выше. Поняв, что их цель находится под защитой демона, шедвы отказались от преследования и вновь ринулись вниз в поисках более легкой добычи. Алоф вздохнул с облегчением и, ругаясь на чем свет стоит, помчался прочь.

– Что будет с теми, сквозь кого пролетели шедвы? – прервала его нецензурную тираду Аля.

– Скорее всего, ничего, – будто нехотя ответил Алф. – Одна атака забирает примерно половину энергии, поэтому жертва быстро теряет сознание. Это не страшно, само восстановится. Если шедвы атакуют одну и ту же жертву несколько раз, та, конечно, может погибнуть от анергии. Ну, то есть, от полного отсутствия энергии. Но эти твари прежде всего ориентируются на движение. Пока кто-то движется, они не будут обращать внимания на лежащих без сознания. Не думаю, что кто-то сильно пострадал. Но откуда здесь вообще взялись эти гадины? И почему именно сегодня?

Последние вопросы Алоф произнес с нескрываемым возмущением. Сегодня все против него! На самом деле его не интересовало, ни откуда шедвы взялись в Средмире, ни кто наслал их на беспомощных митадов на ярмарке, ни сколько полудемонов пострадало в результате нападения. Ему не давал покоя только один вопрос: почему это произошло именно в тот момент, когда он пришел сюда в поисках наставника для Али?

Он добавил еще несколько крепких ругательств, смысла которых Аля понять не могла. Ясно одно: благодаря брату, она первым делом выучит демонический матерный.

Они улетали все дальше от площади.

– А где же Мастер Олег? – спросила Аля. – Мы не будем его искать?

– Я видел, как он свернул лавочку и исчез. Попробуем навестить его в твоем городе.

Они как раз вылетели из зоны магического барьера. Не опускаясь на землю, демон переместился, и Аля вновь ощутила головокружение и слабость, но на этот раз пришла в себя немного быстрее. Тишина ночного леса вновь сменилась городским шумом.

ГЛАВА 7. В поисках наставника

Аля с облегчением ощутила под ногами твердую поверхность и открыла глаза. Теперь они с братом стояли у двенадцатиэтажного, недавно отремонтированного дома. Алоф повязывал красной лентой пучок у себя на макушке.

– Это… Это и есть твой кнут? – неуверенно спросила девушка.

Впрочем, не так уж ей это было интересно. Ноги все еще дрожали, в животе неприятно ныло от тревоги и только что пережитого страха, а сердце лишь слегка умерило бешеный темп.

Аля огляделась. Они вернулись в ее родной город и оказались у тяжелой металлической двери в подъезд.

Запищали светящиеся голубыми диодами кнопки домофона – Алоф набрал номер квартиры.

– Такое вообще часто происходит? Ну… чтобы какие-то монстры нападали на людей? – поинтересовалась Аля, когда немного пришла в себя и к ней вернулась способность размышлять. Она никак не могла выкинуть из головы атаку черных тварей.

– На митадов, – поправил сестру Алоф. – Вообще-то, нет. Шедвы живут в Темномире и сами по себе сюда попасть никак не могут. Это явно чья-то злая шутка.

– Ну и шуточки у вас, – пробурчала Аля, пряча все еще дрожащие руки в карманы.

– За такой прикол можно в темницу залететь на несколько лет. – Алоф снова набрал номер квартиры. – Мало кто посмеет так шутить.

Але вспомнился безумного вида красавец, который рассказывал им стишки и выглядел так, будто вполне мог быть организатором подобного представления. Она хотела спросить о незнакомце, но тут Алоф заявил, что у них нет времени на разговоры.

Мастер Олег еще не вернулся домой. На звонок домофона никто не ответил, и где искать демона, Алоф не имел ни малейшего понятия. Он решил, что если за оставшиеся дни они так и не найдут наставника, то вернутся сюда.

За этим последовала череда странных и утомительных визитов. Они побывали в Лондоне, где им одновременно отказали две потенциальные наставницы. В Лиме, где очень маленького роста белобрысый демон заявил, что не желает иметь ничего общего с Тимотом и его семьей. В африканских джунглях, где работала частная школа для митадов, в которой уже не нашлось места, особенно для дочери Тимота. И еще в нескольких местах.

У Али голова шла кругом от всего этого калейдоскопа красок, климатов и часовых поясов. Единственная мысль, не вполне уместная в нынешней ситуации, но упорно не покидавшая ее все это время, сводилась к тому, что теперь она сможет стереть серебристый покров со всех континентов на карте мира у себя над кроватью. Только это радовало гораздо меньше, чем она ожидала, когда пару лет назад вешала ее на стену. В конце концов она даже перестала интересоваться, где они с Алофом находятся.

В основном все демоны, которых они посетили, только и делали, что смеялись над их попытками найти Але наставника, кто-то громко и вызывающе, кто-то исподтишка.

Наконец, Алоф перенес сестру к одинокому домику в бамбуковом лесу. Дверь им открыл симпатичный, на вид довольно юный демон с таким же, как у Алофа, пучком на голове. Перепачканный кожаный фартук прикрывал его рваный свитер. Алоф звал его мастер Суару – первый демон, который не смеялся над ними, не проявлял враждебности и вообще выглядел бы как нормальный человек, если бы не землистый цвет лица и остроконечные уши.

На их просьбу принять Алю в ученицы он лишь покачал головой, кривя губы в подобии блаженной улыбки. Он долго изучал Алю и затем, будто в заключение осмотра, медленно произнес:

– Девочка очень похожа на Тимота. А ты, получается, сын Розг?

Аля огромными от удивления глазами уставилась на брата. Как это сын Розг? Той самой адской демоницы, которая чуть не придушила ее во время так называемого собеседования? А ведь и правда, Алоф очень похож на эту фурию. Поначалу Аля думала, что все демоны выглядят более или менее одинаково, но теперь, повстречав почти с десяток, все больше убеждалась, что это не так. Янтарные глаза пока что она видела лишь у Алофа и его матери.

– Я не преподаю митадам, – сказал мастер Суару мягким, вызывающим доверие голосом. – У Тимота достаточно более близких друзей. Почему не поискать среди них?

– Как выяснилось, друзей у него совсем нет, – недовольно ответил Алоф.

– А твоя мать не хочет ее обучить?

Алоф состроил гримасу, а Аля похолодела при одной мысли о такой наставнице.

Мастер Суару понял, что сказал глупость, ведь мадам Розг и так преподавала в Школе Темных Искусств. Иногда он забывал самые простые вещи. Он немного подумал.

– Тимот вроде неплохо ладил с Князем Полуночи, Хранителем Северных Врат, с Мироэ Акхором. У него вы были?

Алоф одарил мастера изумленным взглядом, в то время как Аля подумала: «Ну и имечко! Звучит слишком пафосно».

– Он никогда не согласится обучать ее! – воскликнул Алоф. Этот демон был слишком древним и могущественным, чтобы снизойти до его жалкой сестры.

– Кто знает? – отстраненно произнес Суару. – Кажется, Тимот спас ему жизнь когда-то. Может быть, Мироэ захочет отблагодарить его таким образом?

Алоф не разделял подобного оптимизма. Раз уж блаженный мастер Суару им отказывает, то как добиться согласия хотя бы от одного из этих «друзей» Тимота? С другой стороны, выхода у них не было. Все демоны, на которых Алоф возлагал хотя бы малую надежду, отказались учить Алю либо отсутствовали на месте. Придется тащиться к Князю Полуночи на Северный Полюс.

«Как-то очередь не выстраивается меня обучать. Интересно, чем это им всем так не нравится этот демон Тимот?» – печально размышляла Аля.

– У тебя дома есть теплая одежда? – спросил Алоф, когда мастер закрыл перед ними дверь.

– Что? – удивилась Аля. – Конечно, есть.

Уже через мгновение они перенеслись в Алину комнату. Алоф объяснил сестре, что ей надо одеться как можно теплее. И как можно быстрее.

Из гостиной слышались приглушенные звуки телевизора. Только сейчас Аля осознала, что уже поздно и родители, должно быть, волнуются. В телефоне обнаружилось несколько сообщений и два пропущенных вызова.

– Черт! – Аля написала маме, что переночует у однокурсницы. Завтра ее ждала головомойка. Родители ее не ограничивали, но желали знать, где и с кем она находится, ругались, когда она заставляла их тревожиться. Иногда это раздражало.

Алоф нетерпеливо наблюдал за ней, стоя у окна.

– Быстрее!

Аля без энтузиазма достала из шкафа желтый пуховик и высокие, песочного цвета ботинки на меху. Ей уже порядком надоело мотаться по всему миру в роли просительницы и везде получать от ворот поворот. Кроме того, в голове крутились мрачные мысли о будущем, одна страшнее другой.

– Что такого натворил твой отец, что никто не хочет меня учить? – спросила она.

Алофу не хотелось вдаваться в подробности. Да он и сам мало что знал. Вроде бы Тимот что-то украл. Что-то очень важное. У тех, у кого красть не следовало. Но теперь мало кто помнил, что именно Тимот сидел в тюрьме, а делу придали статус секретного, и узнать что-либо об этом не представлялось возможным. Особенно для Алофа, школьника и, как бы он ни противился признать этот факт, еще ребенка.

– Они не то чтобы не хотят. Скорее, боятся, – туманно ответил он. – У Тимота много врагов.

– И твоя мать среди них?

– Ну да, она его терпеть не может. – Его губы растянулись в ядовитой усмешке.

Аля бросила на него сочувствующий взгляд. Ее родители всегда любили и уважали друг друга.

– Не надо на меня так смотреть, – запротестовал Алоф. – Я знаю, что у вас принято по-другому, но среди морэ это обычное дело. Каждый сам за себя.

– Но… Как же вы делите детей, кто их воспитывает?

Алоф издал ехидный смешок.

– Кому меньше повезло, тот и воспитывает.

***

Они шли по тонкому слою снега. Аля видела только два цвета: белый снизу и светло-серый сверху, плавно сходившиеся на горизонте со всех сторон от них. Все вокруг казалось одинаковым.

– Как здесь можно жить, в такой холодрыге? – прошептала Аля, стараясь натянуть капюшон на лицо. Перчатки она взять забыла и прятала окоченевшие руки в рукавах.

– Князь Полуночи демон, ему все равно. Зато здесь почти никого нет, – ответил Алоф.

Он как ни в чем не бывало шел вперед. Удлиненный балахон вовсе не выглядел теплым, кеды на тонкой подошве тем более. Ледяной ветер играл красной лентой в волосах, но демон никак не реагировал на пронизывающий холод. Аля с завистью пожалела, что ей не досталась подобная морозоустойчивость от их общего отца. Поняв, что, если она не отвлечет себя разговором, она совсем замерзнет, девушка спросила:

– Та женщина, что была с твоей матерью на собеседовании, мадам Ланда, она тоже демон?

– Демон, – коротко и будто бы недовольно ответил Алоф.

Аля удивленно охнула.

– А ты что думала?

– Ну, они так не похожи друг на друга по манере поведения и внешне… Я подумала, что, может быть, она вроде ангела.

– Разве ангелы в ваших сказках не должны быть бесплотны? И с крыльями?

Аля пожала плечами.

– В любом случае, – продолжал брат, – ангелов не существует. Ланда – светлый демон, их еще называют ларэ. Существует три мира: в Темномире живем мы, морэ, в Светмире – они, а ваш мир, Средмир, находится между нашими двумя.

Только сейчас Аля поняла, почему все называют этих морэ именно темными демонами: оказывается, существуют еще и светлые.

– А что, эти ларэ такие же демоны, как вы, только носят белое?

– Мы отличаемся примерно как европеец от азиата, то есть почти ничем, кроме внешности и культуры. Хотя некоторые особо агрессивно настроенные морэ и ларэ с этим не согласятся.

– И мадам Ланда преподает в Школе Темных Искусств?

– Нет, конечно. Она преподает в их Школе Светлых Искусств. Но по закону на собеседовании с полудемоном должны присутствовать представители обоих Миров, вот она и была там.

– А чем Светлые Искусства отличаются от Темных? – Аля безумно устала, продрогла до костей и потеряла всякую надежду на удачное завершение их бесплодных перемещений с одного континента на другой. Напускной цинизм иногда помогал перенести подобные настроения. – И эти ваши миры? Темномир это вроде Мордора с армией орков и злобных демонов, а в Светмире маленькие розовые единороги скачут по радуге и какают бабочками на головы добрых светлых демонов?

Алоф понятия не имел, что такое Мордор и орки, хотя про единорогов краем уха что-то слышал. Но в словах сестры он уловил иронию, и это показалось ему забавным. Тем не менее, следуя привычке изображать из себя мрачного сноба, Алоф, как обычно, сначала одарил спутницу презрительным взглядом, и лишь потом ответил на вопрос:

– Ларэ от нас особо не отличаются. Просто Светмире гораздо больше светлой энергии, чем у нас, поэтому они в основном используют ее в своих практиках, а мы темную. Но принципы работы одинаковые. И вовсе они не добрые, скорее наоборот. Такие же, как все. Еще и жутко скучные. Кстати, Князь Полуночи – ламор. То есть метис: наполовину темный, наполовину светлый демон. Он знает техники обеих Школ. Тебе, небось, тоже покажется похожим на ангела. – Алоф цинично усмехнулся.

Аля поежилась: в его устах слово «ангел» звучало, как оскорбление. Да и слова «ларэ» и «светлый» тоже. Видимо, хоть все они были демонами, представители разных Миров не ладили между собой.

Получалось, этот Светмир – вовсе не рай, а просто еще один Мир. А ларэ – не ангелы, а такие же демоны, как морэ, только с более бледной кожей и, возможно, традицией вести себя сдержаннее и вежливее. Непривычная концепция.

– А что за Пять Искусств я должна изучить?

– Магия, прикладная и теоретическая, перемещение, превращение, боевые искусства, языки. Но митады, конечно, в основном все это в теории изучают, а на практике – только то, к чему есть дарование и склонность. А теперь хватит болтать, мы почти пришли. – Он остановился. – Так. Князь Полуночи – очень древний и могущественный демон, так что помалкивай, если тебя не спрашивают, и все делай как я.

Аля кивнула, хотя и не поняла, куда именно они пришли. Вокруг все оставалось по-прежнему.

ГЛАВА 8. Князь Полуночи

Алоф посмотрел наверх, огляделся по сторонам и, вытянув руку, будто потрогал невидимую преграду перед собой. Он напоминал мима, исследующего несуществующую стену. Нащупав что-то, он сделал движение, будто поднимает и опускает дверное кольцо, при этом действительно раздался оглушительный стук. Аля вздрогнула от неожиданности.

– Кто? – Хриплый голос из ниоткуда, напоминая басовитое гудение ветра.

– Алоф и Алькирия Тимот покорно просят Князя Полуночи принять их, – вежливо изрек юный демон.

– Ждите, – провыл похожий на голос ветер.

Пока они шли, Аля, увлеченная разговором, перестала замечать холод и даже немного согрелась. Но сейчас, стоя у невидимых ворот, она вновь почувствовала, как мороз забирается под одежду и как горят от ветра щеки. Она поежилась и плотнее закуталась в пуховик. При мысли о встрече с потенциальным наставником по телу пробежали мурашки.

Что ей делать, если и он откажет? Остаться здесь и замерзнуть насмерть? Ее передернуло от этой мысли. Ну уж нет! Она не пойдет на поводу у этой несправедливой системы!

Тягостные размышления прервал громкий скрип открывающихся ворот. Алоф двинулся вперед, Аля последовала за ним. Скрип повторился вновь, но уже позади них.

Пейзаж оставался все таким же однообразным, что и снаружи, но ветер совсем стих. Вдалеке виднелся белый купол из снега. Честно говоря, от демона с претенциозным именем Князь Полуночи такой скромности Аля не ожидала. Воображение рисовало ей скорее грандиозный ледяной дворец в шипастом готическом стиле, как у Снежной Королевы, а никак не маленькое иглу с низеньким входом.

К ее удивлению, иглу оказалось не самим жилищем, а лишь сферическим покровом для ледяной винтовой лестницы. Они с Алофом долго спускались по ней, пока наконец не оказались в просторном округлом зале с высоким потолком.

Вот это намного больше походило на грандиозный дворец. Все в зале – пол, стены и потолок – было сделано из прозрачного льда, внутри которого виднелись замерзшие растения, животные, птицы и рыбы. Мебель заменяли ледяные кубы разного размера с вмерзшими внутрь ветвями. Это зрелище настолько заворожило Алю, что она не сразу заметила высокую фигуру в центре зала.

Демон в многослойных, напоминавших белые и светло-голубые халаты одеждах, перевязанных на талии широким поясом, стоял к ним спиной. Тех же цветов ленты удерживали его длинные белые волосы в высоком хвосте на затылке. В правой руке он держал длинную белую палку: не то посох, не то боевой шест.

– Приветствуем Князя Полуночи, – с поклоном произнес Алоф.

Аля тоже поклонилась, исполняя приказ брата повторять все за ним.

Демон не двинулся с места. Некоторое время посетители так и стояли в ожидании его реакции. Але показалось, что неловкая пауза длится уже не меньше часа. Алоф, поняв, что ответа на приветствие не последует, сразу перешел к делу и с поклоном произнес:

– Ваше Сиятельство, позвольте представить вам мою сестру Алькирию. От имени нашего общего отца, демона Тимота, я ищу для нее мастера для обучения Пяти Искусствам. Мы пришли просить вас оказать ей честь и стать ее наставником.

Если бы не легкий поворот головы Князя, Аля решила бы, что это вовсе не демон, а статуя. Впрочем, после этого он снова застыл, демонстрируя точеный профиль, прямой нос и кончик бледных губ. Похоже, отвечать он не собирался.

На этот раз Але показалось, что прошла вечность, будто время замедлило течение. Она поглядывала на Алофа, но тот, очевидно, тоже решил поиграть в игру «раз, два, три, замри» и без единого движения сверлил спину хозяина дворца янтарным взглядом.

– Почему же великолепный демон Тимот сам не явился просить за свою дочь? – с усмешкой в голосе холодно спросил демон.

– Ваше Сиятельство, вы давно уединились в ваших владениях и, должно быть, не знаете, что мой отец уже несколько лет заточен в темнице крепости Темного Правителя.

Аля в очередной раз потрясенно посмотрела на брата. А раньше он не мог ей об этом сообщить? Ей он сказал, что их отец занят. Ничего себе занят! Прекрасное занятие, сидеть в тюрьме! Почему Алоф никогда ей ничего не рассказывает?

Ну, вообще-то, Алоф много чего ей рассказал, отвечая на ее вопросы. Кроме того, что их общий отец сидит в тюрьме, а мать Алофа – фурия Розг. Может, он боялся, что Аля перестанет ему доверять, узнав о последнем?

Аля попыталась умерить поднимающееся в груди раздражение, тем более что Князь наконец соизволил повернуться к ним, давая гостям возможность рассмотреть себя. От всего его вида веяло ледяной меланхолией и спокойствием. Аля дала бы ему не больше тридцати лет, но, если приглядеться, его возраст скорее стоило бы охарактеризовать как неопределенный, несмотря на видимость молодости.

Кожа Мироэ отличалась мраморной бледностью, а тонкие черты треугольного лица – изяществом. Но выражение надменного высокомерия вызвало у Али инстинктивное чувство отторжения, она никак не назвала бы демона привлекательным. Белые брови и волосы делали его похожим на альбиноса. А разноцветные глаза, голубой и желтый, не просто придавали Князю Полуночи жутковатый вид, так еще и вызвали у Али поток неожиданных ассоциаций.

Забыв о приличиях, девушка беспардонно уставилась на это идеальное, пугающе симметричное лицо, которое больше всего в мире напоминало ей морду Антифона.

Аля подобрала кота на улице около десяти лет назад. В тот день ее как раз преследовало ощущение, что произойдет нечто судьбоносное, а по дороге домой из школы она заметила на снегу дорожку ярко-красных пятен. След привел ее к прятавшемуся под кустом клубку белой шерсти.

Она принесла избитого кота домой. После долгих уговоров родители позволили оставить питомца и даже дали денег на ветеринара. Алин отчим со свойственной ему иронией окрестил нового члена семьи Антифоном за ангельски белую шерсть и разноцветные глаза.

Аля почти сразу обнаружила, что кот отличается от других животных способностью понимать речь и сообщать ей свои мысли. Очень скоро Антифон сделался ее лучшим другом. Она поверяла ему все свои секреты. И хотя иногда ей казалось, что ему не особо интересны девчачьи глупости, он всегда терпеливо выслушивал ее и по возможности давал совет.

Задумавшись, Аля не заметила, что между демонами продолжается напряженный диалог. Алоф уже успел напомнить Князю Полуночи о долге перед их отцом, и в данный момент тот равнодушно разъяснял ее брату, что, если и должен что-то Тимоту, он отдаст долг ему лично, а не через детей. Алоф, хватаясь за последнюю соломинку, попытался надавить на жалость. Без особой надежды на успех он напомнил собеседнику, что его отказ поведет за собой почти верную смерть для Али. На это демон ответил только:

– Какое мне до этого дело? И с чего ты взял, что смерть в ее случае такой уж плохой вариант?

Эти слова, похоже, окончательно вывели Алофа из себя, он с трудом сдерживал свой горячий нрав. Князь Полуночи же оставался спокоен, невозмутим и холоден, как айсберг, и теперь молча разглядывал его. На Алю он, кажется, вообще ни разу не посмотрел за все это время.

Алоф молча развернулся к выходу и знаком велел Але следовать за ним. Она повернулась к лестнице, но интуиция не просто подсказывала, а прямо-таки кричала, что, уйди она сейчас, Аля навсегда упустит что-то важное. Все равно же терять нечего.

Несмотря на обещание помалкивать и не делать лишних движений, Аля легким поклоном привлекла к себе внимание хозяина ледяного дворца и почтительно произнесла:

– Прошу прощения, Ваше Сиятельство, можно задать вам один вопрос?

От неожиданности Алоф замер на месте и вперился в нее возмущенным и несколько испуганным взглядом. Князь обратил на Алю изумленный взор разноцветных глаз. После небольшой паузы он едва заметно кивнул.

– У вас, случайно, нет родственников среди котов? – выпалила Аля и сразу об этом пожалела, поняв, до чего глупо звучит ее вопрос.

Краем глаза она увидела, как брат попытался встать между нею и Князем Полуночи, будто желая оградить ее от опасности, но неведомая сила подхватила его и словно пушинку отбросила к самой дальней стене. В мгновение ока белая фигура нависла над Алей, она ощутила, будто руки и ноги сковали невидимые цепи. Сначала ее прошиб холодный пот, затем стало жарко, а сердце будто остановилось от страха. Демон ледяными пальцами дотронулся до Алиного подбородка и заглянул ей в глаза.

– Что ты имеешь в виду? – Его голос звучал угрожающе, а взгляд требовал немедленного ответа.

– Я не хотела… – испуганно пролепетала Аля. – Я не хотела вас обидеть.

Князь нетерпеливо вскинул белые брови, и Аля сбивчиво продолжила:

– Простите… дело в том, что я знаю одного белого кота… и он очень похож на вас, и он очень умный, не как другие коты, и просто я подумала, вдруг вы с ним как-то связаны… или даже родственники…

Услышав ее сбивчивую речь, Алоф спрятал лицо в ладони. Ему стало стыдно за неразумную сестру. Сначала совы, теперь коты. Это у нее что, реакция на стресс? Он вскочил с пола, подбежал к ним и торопливо заговорил:

– Ваше Сиятельство, простите ее, она не знает, что говорит и…

– Замолчи! – сурово бросил ему Князь Полуночи и угрожающе мягко обратился к Але: – Так я, по-твоему, похож на кота?

Аля вся сжалась от ужаса. Зачем она это ляпнула? Возможно, на сей раз интуиция ее подвела? А теперь опасность угрожает не только ей, но и брату! Она содрогнулась, почувствовав, как демон ледяными пальцами распустил завязки ее капюшона и снял его вместе с шапкой. От его прикосновения по телу неприятно побежали мурашки. Некоторое время Князь молча рассматривал ее лицо, затем, склонив голову набок, ну точно как Антифон, спросил:

– Вы позволите прочитать ваши мысли?

Аля неуверенно кивнула. Пусть читает, если после этого он их отпустит. Демон вгляделся в ее глаза, и почти сразу невидимые оковы исчезли, и больше ее ничто не связывало. В тот же миг Князь Полуночи оказался на прежнем месте в центре зала. Алоф подошел к сестре, на лице его читалось искреннее недоумение. Видимо, несмотря на всегдашнюю самоуверенность, он растерялся и не знал, что делать.

– Уходите! – тихо произнес Князь Полуночи.

Им оставалось только подчиниться.

Но когда они подошли к выходу, Аля вдруг снова услышала голос Князя у себя в голове:

«Я приду к тебе завтра в полночь. Твоему брату не обязательно присутствовать».

Когда Аля обернулась, зал был пуст. Она посмотрела на Алофа. Кажется, он не слышал слов Князя.

Аля шла за братом, как во сне. И только жестокий колючий ветер за невидимыми воротами привел ее в чувство. Она протянула руку к капюшону и, обнаружив в нем шапку, натянула ее на голову. Ее одолела такая усталость, что каждое движение давалось ей с трудом.

– Знаешь, я думаю, тебе не стоит нести чепуху про животных, когда ты трусишь. Это бесит демонов, – безучастно произнес Алоф.

Аля растерянно посмотрела на него, силясь понять, что имел в виду Князь, обещая навестить ее в полночь.

Алоф крепко сжал руку сестры в своей. Аля снова ощутила давление во всем теле.

ГЛАВА 9. Аля заключает договор

Трое демонов несли туго набитые мешки по темному каменному коридору к одному из подгорных залов. Когда-то в шахтах Черных Высот добывали черный мрамор, но уже много тысячелетий они стояли заброшенными. Все входы завалило камнями, укрыло зарослями травы и кустарника, все механизмы и лестницы давно обрушились. Теперь здесь водились только сущные монстры вроде шедв, но демонов они облетали стороной. Особенно этих демонов.

В зале троицу ждали ящики с прозрачными бутылками и коробки с пробками. Демоны устроились прямо на полу, надели заколдованные перчатки и взялись за дело.

– Полиция в этот раз быстро появилась, – недовольно буркнул Оикк, огромный смуглый демон с узкими светлыми глазами на грубоватом лице и короткими рыжими волосами. Запустив в мешок мощную ручищу, он извлек оттуда вопящую шедву. Демон прошептал заклинание и выжал из монстра всю отобранную у митадов энергию. Она голубым светом перелилась в одну из бутылок. Шедва жалостливо заныла. Оикк отпустил ее и достал следующую. Шедва медленно улетела подальше от демонов.

– Ничего удивительного, – ответил Люкэ с лукавой улыбкой, производя те же манипуляции со своей порцией тварей. В его обсидиановых глазах отразился голубой свет извлеченной из монстра энергии. – Митадские рынки всегда под наблюдением.

Главарь небольшой банды никогда не унывал и во всем находил плюсы. Накануне они успели поймать большую часть шедв еще до прихода полиции, а властям не удалось и не удастся выйти на их след. Все было рассчитано до секунды, ведь именно он придумал этот план.

Отпустив плачущую шедву, демон по кличке Зверь запечатал бутылку. Если он и напоминал какого-то зверя, то, скорее всего, крысу. Или даже мышь. Миниатюрный, юркий, ловкий, с закругленными, торчащими в разные стороны ушами и чуть вытянутым лицом. Даже сейчас выражение хитрой злобы наполняло взгляд его маленьких желтоватых глазок. Он сказал:

– В следующий раз будут лучше охранять.

– Если будет следующий раз, – усмехнулся Люкэ.

Оикк и Зверь обменялись взглядами.

– Так что дальше? – спросил Зверь. – Ты же не ради шедв нас позвал?

– Конечно нет. – Безумная улыбка Люкэ иногда пугала даже его подельников.

– Что за большой куш ты упоминал? – грубовато спросил Оикк.

– Апокалипсис в Средмире! – восторженно и с расстановкой ответил Люкэ.

Если бы Оикк и Зверь плохо знали своего босса, они бы решили, что он вконец спятил. Но они были знакомы слишком давно, потому предпочли промолчать и дождаться объяснений. Выдержав театральную паузу, Люкэ заговорил:

– В Средмире на Северном и Южном Полюсах стоят Северные и Южные Врата. Первые ведут в Темномир, вторые – в Светмир.

– Мы что, в школе? – Оикк ненавидел учиться, особенно если ему рассказывали общеизвестные истины.

– Хочешь сказать, ты все знаешь о них? – Люкэ поставил очередную бутылку в ящик.

– Порталы как порталы. – Оикк шикнул на шедву у себя в руке, чтобы она не орала. – Закрытые они вроде.

– А почему они закрыты? – Издевательская ухмылка не сходила с губ Люкэ.

– Да хрен их знает!

– Они вроде тянутся друг к другу, и если одновременно открыть, случится жопа. – Зверь помнил уроки перемещения лучше своего товарища.

– Именно, мой друг! – воскликнул Люкэ радостно. – Именно эту, как ты удачно выразился, жопу я и хочу организовать. Большую часть времени порталы закрыты. Их по очереди открывают раз в пятьдесят лет для обмена энергиями между мирами. А если открыть одновременно, Средмир, – он щелкнул пальцами, – схлопнется.

– Это не легенда? – Зверь недоверчиво покосился на шефа.

– Легенда. Может быть, не схлопнется. Но землетрясения, цунами и следующие за ними голод и болезни гарантированы. Понимаете, к чему я?

Хоть Оикк и не любил учиться, в делах, касавшихся прибыли, он соображал очень быстро. Все перечисленные бедствия приведут к смерти миллионов людей. А смерть людей это анимы, а анимы – это деньги.

Уже много лет как торговля человеческими душами была под запретом. Все из-за больших войн, устроенных людьми. Ладно, не только людьми. Демоны всегда толкали человечество к катастрофам: войны, эпидемии, или небольшие локальные акции вроде святой инквизиции. Люкэ утверждал, что последнюю придумал именно он, и ни у кого не было оснований сомневаться в его словах.

Испокон веков демоны пользовались благами Средмира и воевали между собой за его территории. Сначала пробовали продавать людей в рабство. Но они быстро дохли в демонических мирах – невыгодно. А вот анимы – другое дело. Их чистая энергия и для магии подходила как нельзя лучше и для питания.

Но с последними двумя большими войнами несколько переборщили. Из-за высокой смертности столько душ одновременно покинуло мир людей, что нарушился баланс энергий всех Трех Царств, из-за чего в крайних мирах начались природные катаклизмы, а границы их затрещали по швам. По такому случаю демоны даже на время прекратили собственные конфликты, сели за стол переговоров и создали Общий Протекторат из представителей обоих демонических миров. Одна из главных его задач заключалась в наблюдении и контроле состояния энергетической циркуляции. Ради восстановления баланса демоны ввели строгие квоты на экспорт человеческих душ в другие миры.

Люкэ, конечно, не растерялся, прочно обосновавшись на черном рынке. Люди и без участия демонов прекрасно убивали друг друга. Оставалось лишь успевать ловить анимы до прихода представителей Общего Протектората. Но это было скучно, хоть и прибыльно. Люкэ любил масштаб. Он хотел, чтобы о его преступлениях говорили все, чтобы его гением восхищались, чтобы его боялись.

– Вы знаете Ору Тимота? – спросил он подельников.

– Он куда-то пропал, – припомнил Зверь. – Давно о нем не слышал.

– Это потому что он в тюрьме. – В голосе Люкэ звучали нотки одобрения. – Двадцать лет назад он работал на Правительство Средмира и завел себе здесь девчонку. Человека. Собирался остаться с ней. Но тут случился Третий кризис.

– Тогда еще светлозадые ввели войска, – вспомнил Зверь.

Оикк пожал плечами – он смутно помнил те события.

– Войска ввели чуть позже, – поправил Люкэ, – но неважно. Намечалась очередная войнушка с ларэ, и Общий Протекторат ввел миграционные ограничения. Тимота хотели депортировать. Но у него же баба! От возмущения он попытался устроить местный апокалипсис. Воспользовался доверием своего друга, Князя Полуночи и украл у него ключ, чтобы одновременно открыть Северные и Южные Врата. Только его вовремя остановили, осудили и посадили.

Зверь нахмурился:

– Разве апокалипсис не убил бы его бабу?

– Думаю, он ее спрятал бы заранее, – пожал плечами Люкэ. – Кто знает, может причина и не в бабе была. Он же тот еще затейник, а Общий Протекторат умеет довести демона, сами знаете. Важно одно. Мы не повторим его глупых ошибок. Мы откроем врата, дождемся катаклизмов и выловим столько душ, что на всю жизнь хватит. Для этого всего-то нужно похитить Южный ключ из сокровищницы Общего Протектората и одолжить Северный ключ у Князя Полуночи.

– Всего-то, – хмыкнул Зверь. Но, как и Оикк, он едва ли мог скрыть свою заинтересованность. На его памяти еще ни один из дерзких планов Люкэ не провалился.

Когда все шедвы были обработаны и отпущены, демоны, продолжая обсуждать план апокалипсиса, выпили по бутылочке энергии в честь будущих успехов. Добыть ключи от обоих врат не так просто. Но у Люкэ, как обычно, на все был готов ответ. Он уже все продумал.

– У меня есть покупатель на половину товара. – Люкэ махнул полупустой бутылкой в сторону ящиков. – Другая половина понадобится для усиливающих эликсиров.

– Сегодня карнавал, – заметил Оикк, догадываясь, что за покупателя имел в виду босс.

– Именно. Вот адрес. – В руке Люкэ появился вдвое сложенный лист. – Лефт уже там. Доставите товар. А я пока приготовлю зелье. Встретимся на фестивале. Сегодня Его Светлость планирует покинуть свой ледяной дворец. Мы должны успеть. Другой шанс еще не скоро представится, учитывая, какой он домосед.

Демоны упаковали ящики в те же бездонные мешки, в которых принесли шедв. Двое отправились выполнять поручение. Люкэ же взялся за приготовление эликсиров.

***

После утомительных поисков наставника Аля проспала почти весь день, прервавшись лишь на завтрак, совмещенный с нагоняем от мамы в стиле «почему ты нас не предупредила, мы волновались, не делай так больше». Пришлось извиняться.

К шести вечера она окончательно проснулась, и с тех пор ее не покидала тревога. Все, что случилось вчера, казалось каким-то бредовым сном. И все же она не переставала поглядывать на часы в ожидании полуночи. Не в силах ни на чем сосредоточиться, она приняла душ. Затем усадила Антифона на письменный стол, сама устроилась на кровати и рассказала обо всем, что произошло. Кот, как обычно, ничему не удивлялся, будто все знал заранее.

«А что сказал твой брат?»

– Сказал, что вряд ли этот демон мне что-то сделает, – ответила Аля. – И чтобы я не волновалась. Что договор стандартный. Он регистрируется в Министерстве Образования, так что не может содержать ничего противозаконного. В общем, Алофу и правда не обязательно присутствовать. Он обещал зайти после полуночи.

Антифон обеспокоенно ходил из стороны в сторону по столу. Почему этот Князь Полуночи так странно отреагировал на информацию о нем? Он, конечно, не совсем обычный кот, но к миру демонов отношения не имеет. Во всяком случае, сам он не помнил ничего про демонов, да и про себя, в общем-то, тоже.

Антифон даже не знал, сколько ему лет. Задолго до встречи с Алей он жил у одного байкера и катался с ним по всей стране на мотоцикле. Они весело проводили время вместе, пока байкер не женился на симпатичной банковской служащей с аллергией на кошек. Он передал Антифона одной старушке на передержку, а она пристроила его в семью с двумя детьми. От их постоянных ласк и попыток покормить его он благополучно сбежал и на несколько лет сделался счастливым бездомным котом.

Но однажды он попался в руки троим злобным мальчишкам, которые сначала издевались над ним, а потом бросили под колеса проезжавшей мимо машины. Антифон и не думал, что выживет после этого. Он спрятался под кустом в ожидании смерти, но вместо этого пришла Аля.

За это он будет вечно ей благодарен. Она взяла его домой, вылечила, пригрела. И, несмотря на юный возраст, около девяти лет, она никогда не позволяла себе лишнего и даже запрещала любвеобильному младшему брату трогать Антифона, когда тот давал понять, что хочет побыть один.

Жизнь в этой семье кот считал близкой к идеалу. И потом, у Али обнаружились интересные способности, и Антифон смог общаться с ней на равных, даже как старший, ведь по кошачьим меркам ему перевалило за сто.

А теперь что-то подсказывало Антифону, что ему не стоит встречаться с этим Хранителем Северных Врат. В какой-то момент у него даже возникло желание сбежать, но он поборол его. Нельзя же оставить Алю одну в такой ситуации. Она бы его не бросила.

Весь вечер они собирали пазл «Вид на горное озеро» из тысячи деталей. Пазлы всегда помогали Але отвлечься, а Антифон облегчал ей задачу, быстро находя детали и придвигая их лапой к нужному месту. Обсуждение демонов и предстоящего обучения немного помогало побороть общее волнение.

Аля все же побаивалась оставаться наедине со всемогущим демоном, и Антифон пообещал быть рядом. Ведь, как она узнала из объяснений Алофа, Князь Полуночи являлся демоном первого ранга, то есть одним из самых сильных в мире. Она еще не совсем уяснила эту систему рангов, но поняла, что чем сильнее демон и чем лучше он управляет своими способностями, тем выше его ранг.

Настала ночь. Аля сидела на застеленной кровати с учебником английского в руках, пытаясь скоротать время с пользой для учебы в университете. Антифон свернулся рядом и делал вид, что спит.

Ровно в полночь без всякого предупреждения, стука или звонка прямо посреди комнаты возник высокий Князь Полуночи в бело-голубых многослойных одеждах и с двумя шестами за спиной. Аля вскочила с кровати, чтобы поприветствовать его. Демон равнодушно огляделся и опустился на единственный в комнате стул. Это помещение, наверное, казалось ему ужасно тесным.

– Это и есть твой кот? – после долгой паузы спросил гость, указывая на спящего Антифона.

– Да. Его зовут Антифон.

Князь Полуночи грациозно наклонился и протянул длинную руку к коту – даже вставать не пришлось. Он погладил Антифона по мягкой шерсти между ушами. Кот очень естественным образом приоткрыл один глаз и с подозрением взглянул на незнакомца.

От прохладных пальцев демона веяло невероятной энергетической мощью. Аура у Князя Полуночи ярко светилась белым и синим, раньше Антифон никогда такой не видел.

Аля рассматривала необычное лицо гостя. Его выражение не менялось, оставаясь холодным, будто оно принадлежало не живому существу, а ледяной скульптуре.

Наконец Князь Полуночи перешел к делу.

– Я согласен обучать тебя.

У Али сердце в груди застучало быстрее от радости и облегчения. Не зная, что в таких случаях нужно говорить и делать по правилам демонического этикета, она поклонилась и поблагодарила за оказанную честь. Звучало это довольно претенциозно, но обратно слов не заберешь, и, кажется, они вполне удовлетворили будущего наставника.

– Вот договор, – сказал он.

Перед Алей прямо в воздухе возник длинный свиток, намотанный на резную деревянную ось.

– Изучи.

Девушка раскрыла свиток и прочла договор, составленный, к счастью, на ее родном языке. В целом она не заметила в нем ничего особенного, за исключением двух подозрительных пунктов.

Во-первых, необходимость подписать договор собственной кровью.

Князь Полуночи со скучающим видом объяснил, что это стандартная процедура и в их мире крайне редко используются чернила для заключения подобных соглашений. Аля не умела ставить огненную подпись, как обычно делали демоны, и должна использовать кровь в качестве чернил.

Во-вторых, договор заключался на пять лет, и в качестве платы за обучение Аля соглашалась находиться в услужении у Князя Полуночи в течение всего этого периода и три года по его окончании. В случае нарушения этого пункта с ее стороны Алю ожидало проклятие под названием «Алое забвение», а также довольно большой штраф. Аля изумленно смотрела на гостя. «Алое забвение» звучало красиво, но, мягко говоря, не очень привлекательно. И что значит «находиться в услужении»?

Князь Полуночи объяснил:

– Это стандартный пункт договора, можешь считать это условностью. Мне не нужно твоего услужения. Но ты не можешь заплатить мне деньгами, вот и платишь тем, что у тебя есть – своим временем. Что входит в понятие «услужение», прописано в Приложении к договору.

В самом низу свитка Аля нашла Приложение: уважать и подчиняться наставнику, а также выполнять поручения, которые не должны выходить за рамки законодательства Тремира. Вроде не так страшно.

Но «Алое забвение» все же несколько смущало Алю, и она попросила Князя разъяснить подробнее.

– Это проклятие приводит к частичной амнезии: жертва забывает, что происходило с ней в определенный период. В данном случае ты бы забыла все, чему обучилась.

– А почему оно алое?

– Потому что при этом у тебя все время течет кровь из носа и из глаз.

«Как мило!» – подумала Аля.

– Не беспокойся, я не собираюсь тебя проклинать, – убеждал Князь Полуночи с ледяной улыбкой на устах, от которой у Али волосы встали дыбом. – Я и правда кое-что должен твоему отцу. Будем считать, что, потратив на тебя эти пять лет, я буду с ним в расчете. Если мне понадобится что-то, я могу призвать тебя в течение следующих трех лет. Но я сомневаюсь, что мне что-либо понадобится.

Аля все еще колебалась. Понимая, что других вариантов у нее все равно нет, она тем не менее никак не могла решиться дать согласие на такие условия и всячески оттягивала момент подписания договора, для чего пустилась в подробное обсуждение процесса обучения.

– Будешь обучаться у меня во дворце. О перемещении туда не беспокойся. Конечно, было бы удобнее, если бы ты жила там. Но на первом этапе можешь продолжать жить с родителями.

Это обрадовало Алю. Она не хотела никуда переезжать, а тем более жить на Северном Полюсе, особенно учитывая приближающуюся зиму, а значит, и полярную ночь.

– Я смогу параллельно учиться в университете? – спросила девушка.

Князь Полуночи немного нахмурился, что сделало его лицо еще более строгим и надменным. Но голос демона звучал бесстрастно:

– Это зависит от тебя. Я не стану препятствовать, но будешь ли ты успевать – другой вопрос.

Аля подумала, что, вероятно, придется перевестись на заочное отделение. Она слабо себе представляла, сколько времени будут занимать занятия с новым наставником и чему вообще он будет ее учить.

Наконец, убежденная его словами, давешними уверениями Алофа, что заключить подобный договор безопасно и даже необходимо, а также безвыходностью ситуации, Аля поставила подпись.

Князь Полуночи забрал свиток и сказал:

– Отныне можешь звать меня Мастером. Я зарегистрирую договор и пришлю тебе все необходимое. Занятия начнем завтра утром. Я приду за тобой.

С этими словами он исчез, и Аля осталась наедине с котом.

Антифон приоткрыл один глаз и убедился, что Князь Полуночи ушел. Только тогда он открыл и второй.

«Не нравится мне все это». – Кот сел на кровати, пристально глядя на Алю.

– Ну, не знаю, – ответила девушка. – Это гораздо лучше самоубийства.

Она пребывала в состоянии радостного возбуждения, оттого что проблема поиска наставника теперь решена. Ей не терпелось рассказать Алофу. Еще ей хотелось поделиться новостями с родителями или хотя бы с Микой, но этого она сделать, увы, не могла. Договор предполагал строгую секретность обучения и наказание за ее нарушение.

«Он хотел прочесть мои мысли», – пожаловался кот.

– У него не получилось?

«Кажется, нет. Но я не уверен».

Аля легла на кровать, уложив Антифона рядом и поглаживая его.

– Не волнуйся, все будет в порядке, – говорила она убежденно. – Теперь все будет хорошо.

Кот старался поверить ее словам, но что-то продолжало его тревожить. Только он никак не мог понять, что именно.

ГЛАВА 10. Фестиваль Опавших Бутонов

После посещения Северного Полюса Алоф наконец смог расслабиться. Алина судьба, на его взгляд, неплохо устроилась. С чувством выполненного долга он теперь собирался заниматься своими делами – во всяком случае, так, как он это понимал. Учебу он за дело не считал, матери усердно избегал и вообще старался приносить обществу как можно меньше пользы.

Распрощавшись с Алей, Алоф вспомнил о Фестивале Опавших Бутонов в столице Темномира, Морре. Он проводился раз в кварту осенью. Давняя традиция в один день казнить множество преступников путем отрубания голов уходила в прошлое, но дала начало этому веселому празднику-карнавалу. Каждый участник мог выбрать костюм на свой вкус: осужденные на смерть, призраки или полуобезглавленные трупы были особенно популярны. При этом маска или макияж считались обязательными атрибутами.

В Темномире даже днем царил полумрак. Солнце вечно пряталось за плотным слоем серых облаков, а чистое небо показывалось разве что ночью. Кривые улицы освещались множеством разноцветных, паривших в воздухе фонарей. От костюмов демонов тоже исходило приглушенное свечение, что придавало празднику особую атмосферу таинственности.

Алоф пока не умел заставить одеяние светиться при помощи внутренней силы, а заколдованное заранее не мог себе позволить. Он купил лишь несколько светящихся зеленым светом браслетов, что придало яркости костюму полумертвого узника в лохмотьях и с цепью на шее.

Улица кишела демонами и митадами. Алоф собирался посмотреть конкурс костюмов и спектакль с отрубанием голов и для этого неспешно продвигался по широкой, мощенной черным камнем улице к огромной центральной площади. Над головами прохожих нависали старинные здания с овальными окнами с защитными магическими барьерами вместо стекол.

У Алофа редко бывало хорошее настроение, но сегодня как раз выдался такой день. Маска закрывала верхнюю половину его лица, нижнюю же он намазал белилами, поверх которых нарисовал синяки и кровоподтеки.

Довольный собой, Алоф купил кровавый коктейль в бумажном стакане и беззаботно лавировал между прохожими, попивая его через трубочку и рассматривая костюмы встречных демонов и товары на столах у лавочников. В основном здесь торговали сувенирами: засушенными головами животных, говорящими, разумеется, топорами и плахами разного размера, куколками знаменитых обезглавленных демонов, всякими заколдованными мелочами и тому подобным.

Внезапно Алоф заметил впереди знакомую фигуру. Он резко остановился и с быстротой молнии влетел в ближайший трактир, чтобы спрятаться от Морту, того самого демона, что одолжил ему алый кристалл. Узнать его нетрудно было даже в маске – по высокому росту, идеальным пропорциям тела и зеленоватой ауре.

Алоф пока не вернул кристалл, помогший ему перемещаться по всему Средмиру вместе с Алей. Морту специально одолжил ему артефакт, чтобы у них появился повод для встречи. Алоф не хотел принимать помощь демона, однако в тот момент ничего не мог поделать. Теперь же он желал отложить момент встречи как можно дольше.

И все же, мучимый любопытством и желая знать, куда направляется Морту в шикарном костюме Повелителя Мертвецов, Алоф осторожно выглянул в окно. Демон уже исчез, Алоф вздохнул с помесью облегчения и разочарования.

– Со своими напитками нельзя, – раздался громкий гнусавый голос у него над ухом.

Алоф подскочил от неожиданности и чуть не выронил стакан с коктейлем. Над ним навис высокий щуплый официант в костюме висельника.

– Со своими напитками…

– Да понял я, понял! – недовольно перебил Алоф.

Он настороженно вышел на улицу. Морту и след простыл.

Алоф вновь двинулся к площади, но не успел сделать и двух шагов, как кто-то схватил его за болтавшуюся на шее цепь и утянул в ближайший переулок. По бледной холеной руке и знакомому тошнотворно-цветочному запаху духов Алоф сразу узнал, кто это, и недовольно закатил глаза.

– Тея! – прошипел он. – Отвали! Что тебе опять нужно?

Из многочисленных сводных братьев и сестер Тею Алоф ненавидел больше всех и страшно завидовал, что скоро ей исполнится двадцать кварт. Неотразимая красотка, она отличалась потрясающей глупостью и безрассудством, а младшему брату отвечала полной взаимностью в искренней и непоколебимой ненависти, что проявлялось в нарочитой грубости по отношению к нему. В черном костюме палача, она одной рукой держала брата за цепь, а другой сжимала рукоять легкого, но самого настоящего топора. Заметив этот аксессуар, Алоф поостерегся затевать с ней серьезную ссору.

– Заткнись, упырь малолетний, – шикнула на него Тея. – Не видишь, мне нужна твоя помощь?

– Как я должен это увидеть?

Тея недовольно скривила пухлые губки. Подобные сцены происходили между ними постоянно. Тея вечно от него чего-то хотела, но никогда не снисходила до объяснений, будто брат, точно древний телепат высшего уровня, сам должен все знать и понимать. Алоф же не мог припомнить, чтобы хоть однажды он догадался, чего ей, собственно, нужно.

– Ты что, дебил? – прошептала сестра. – Вон же!

Из-за угла переулка она рукоятью топора указала на какого-то демона. Однако Алоф так и не понял, о ком идет речь. Он попытался потихоньку сбежать от Теи, как только та отвлеклась и отпустила его цепь, но она схватила парня за запястье и сильно сжала. Старше на две с половиной кварты, она заметно превосходила Алофа по силе.

– Чего тебе от меня надо? – раздраженно спросил Алоф.

– Во имя вселенского зла, ну почему ты такой тупой! – воскликнула девушка, но затем резко перешла на шепот: – Мы следим за тем демоном. Вон, в костюме Короля Призраков.

Алоф наконец понял, о ком идет речь. Демон, видимо, обладал огромным могуществом, не ниже первого ранга. Даже на таком большом расстоянии Алоф почувствовал исходящую от него мощь, но лица рассмотреть не смог из-за костюма: энергетическое поле, по форме напоминавшее вытянутую тень. Тонкий золотой обруч выделялся светящейся полосой у него на лбу.

– Позволь спросить, подвинутая ты подстилка, на кой черт тебе сдался этот кошмарный тип? – Тон Алофа сочился притворной, язвительной любезностью. – И что еще больше меня интересует, при чем здесь я?

Тея со злостью дернула брата за руку, да так больно, что ему показалось, будто связки порвались и кости выскочили из суставов. Она надеялась, что брат замолчит, но он вместо этого начал громко кричать и материться.

– Ты можешь заткнуться, ядовитое семя? – зашипела девушка и наконец объяснила: – Будешь моим прикрытием.

Алоф уже не в первый раз попадал в подобную ситуацию с сестрой. Она все время бегала за какими-то мужиками, а иногда и за женщинами, и вечно это сопровождалось необходимостью в каком-то там прикрытии. Вроде как она пришла сюда не одна. Вот, смотрите, она сопровождает младшего брата. Алоф уже хотел применить силу, чтобы выбраться из ее хвата и сбежать, но кто-то положил руку ему на плечо, и прямо над ухом раздался заговорщицкий шепот:

– За кем мы следим?

Алоф опять подскочил, на этот раз выронив стакан. Говоривший демон молниеносным движением поймал его на лету и сам начал пить из трубочки.

«Походу, меня прокляли», – решил Алоф, тяжело вздыхая.

Морту, встречи с которым он так старался избежать, теперь пил его коктейль, по-свойски положив руку парню на плечо.

– А, Морту! – поприветствовала его Тея, расцветая соблазнительной улыбкой. – Смотри, какое чудо!

Демон в костюме Короля Призраков в это время уже прошел мимо переулка и удалялся в сторону центральной площади.

– Слишком большой для тебя. – С видом знатока Морту приподнял бровь.

– Что бы ты понимал! – проворчала Тея и потащила Алофа по улице.

Морту беззаботно отправился с ними. Полы и рукава его серебристого балахона, изодранного в нескольких местах, эффектно развевались, несмотря на отсутствие ветра. На голове сияла увесистая корона, а маску заменял черно-белый макияж. Алоф никогда не смог бы позволить себе такой костюм.

Его хорошее настроение окончательно улетучилось. Зажатый между Теей и Морту без всякой возможности сбежать, он мечтал лишь об одном: оказаться как можно дальше отсюда.

Он и так постоянно ссорился с зеленоглазым демоном, а сейчас ему совсем не хотелось затевать с ним никаких разговоров. Тогда, в трамвае, он вынужден был принять от него помощь, чтобы устроить Алю, и теперь понятия не имел, как себя вести.

Через некоторое время Морту допил кровавый коктейль Алофа и, испепеляя стаканчик в ладони, спросил.– А кто этот кошмарный демоняга?

– Ты что, не узнал? – с упреком произнесла Тея, хотя узнать кого бы то ни было в таком костюме вряд ли было возможно. – Это Люкэ.

Алоф так и остолбенел, он даже на секунду забыл, что рядом идет Морту. У того же в глазах сверкнуло любопытство.

– Что, тот самый? – Он присмотрелся к демону повнимательнее.

– Ну а какой еще! Чего встал, недобиток поганый? – обратилась она к брату. – Идем, он сейчас свернет!

Она в два прыжка оказалась у угла дома на перекрестке и выглянула за поворот. Алоф из принципа направил взгляд в другую сторону, но Морту будто бы случайно прижался к нему, чтобы лучше рассмотреть.

– Тебе что, неинтересно? – спросил он, сияя издевательской улыбкой.

Алоф снова его проигнорировал, стараясь вжаться в стену и отстраниться от него. На этот раз его выручила Тея, дернув за руку, чтобы последовать за Люкэ.

Алоф не раз слышал об этом морэ. И ни разу ничего хорошего, даже с демонической точки зрения. Люкэ славился не только преступными деяниями, но и тем, что его ни разу на них не поймали. Именно он когда-то организовал в Средмире черный рынок анимов, то есть человеческих душ. Скандал с похищением драгоценного Полуночного Меча, дело о пропаже кровавых рубинов, проклятие кораблей в Буйном море и многие другие преступления, прогремевшие на весь Темномир, связывались с именем Люкэ. Везде, где он появлялся, начинался хаос. По мнению Алофа, сестра зря следила за ним.

– Позволь спросить тебя, любезная тупица, – обратился Алоф к Тее, – зачем ты идешь за ним? Если хочешь с ним переспать, просто подойди и предложи. Ты вроде как красивая. Думаю, он не откажется!

Тея опять чуть не сломала ему руку и гневно прорычала:

– Я с ним уже переспала, идиот!

– Действительно, как ты не догадался! – Морту не переставал задорно посмеиваться.

Алоф познакомился с этим богатым бездельником пару лет назад. Иногда они пересекались на разных сомнительных вечеринках. Несмотря на аристократическое происхождение и знаменитого отца, служившего Первым Советником при дворе Правителя Темномира, Морту не гнушался общаться с молодежью из самых разных кругов. При этом он никогда не упускал возможности посмеяться над взрывным и ревнивым характером Алофа.

– Ах, простите мне мое невежество, – сказал Алоф, бросив на Морту негодующий взгляд. – Я и забыл, что моя сестра потаскуха!

Тея пожала плечами и вновь потащила брата за собой.

– А чего такого? И вообще, уж кто бы говорил! Ты просто завидуешь. На тебя бы он бы даже не взглянул.

– Что не может не радовать, – пробурчал Алоф.

Внезапно Тея остановилась, и Алоф в нее врезался. Это напомнило ему, как недавно он водил за собой Алю, такую беззащитную и неловкую. Ему стало не по себе. Он, между прочим, крутой, почти непобедимый, в будущем великий демон. А ему указывает эта ненормальная. Да еще Морту! Привязался к ним, чтобы лишний раз поиздеваться. Старше и сильнее Теи, Морту вполне мог бы спасти Алофа, но гордость не позволяла просить о помощи. Неизвестно еще, что Морту потребует взамен. Он и так уже помог ему с алым кристаллом, а Алоф не хотел быть у него в долгу.

– Тея, ты что, влюбилась в Люкэ? – невинно похлопав изумрудными глазами, спросил Морту.

– Ничего подобного! Просто он мне нравится, я хочу еще. А он меня избегает.

– Видимо, хочет распалить в тебе страсть. – Алоф попытался усмехнуться как можно более мерзко.

Пока они разговаривали, Люкэ скрылся за поворотом. Они потеряли его из виду.

– Ну вот! Он пропал! – в негодовании заорала Тея, намереваясь ударить брата рукоятью топора. – Все из-за тебя!

– При чем здесь я? – Алоф заблокировал удар.

Ему надоело сдерживать гнев, и рука его сделалась горячей, словно тлеющий уголь, а янтарные глаза засверкали красными искрами.

– Не смей использовать на мне силу Огня! – вновь закричала Тея.

– А ты не втягивай меня в свои тупые интрижки!

Морту при этом с любопытством переводил взгляд с сестры на брата, будто в ожидании захватывающего представления.

Как и большинство демонов, Алоф был далек от предрассудков типа «женщин бить нельзя». Начать с того, что Тею он женщиной не считал. И потом, она намного сильнее и все равно победит, если захочет. Сейчас она так взбесила брата, что ему срочно захотелось с кем-нибудь подраться. И сестра казалась идеальным на то кандидатом.

Парень замахнулся, чтобы отвесить ей хорошую затрещину, кожа его раскалилась так, что Тее грозил основательный ожог. Но на полпути к цели кто-то перехватил его руку. Непомерно сильный и обжигающе ледяной захват мгновенно погасил горящее в ней пламя. Закусив губу от боли, Алоф резко обернулся и увидел демона в костюме Короля Призраков – того самого Люкэ.

– Нехорошо бить красивых девушек.

От угрожающе-нравоучительного тона демон по спине пробежал холодок. Да и голос показался Алофу смутно знакомым, но ситуация никак не располагала к тому, чтобы вспоминать, где он мог его слышать. Он твердо знал, что никогда не встречался со знаменитым преступником.

– Она не девушка, она моя сестра, – процедил он сквозь зубы.

Тея в это время замерла в соблазнительной позе, восхищением глядя на своего спасителя.

– Ах вот как! – В голосе демона звучала недобрая усмешка. – Милая старшая сестра привела братика на праздник?

Алоф чуть не подавился слюной от возмущения и хотел что-то сказать, но Тея его опередила:

– Так и есть, я пришла с ним, чтобы он ни во что не ввязался. Характер у него взрывной.

– У всех практикующих силу Огня взрывной характер, – заметил Люкэ философски.

Он отпустил Алофа, взял Тею под руку и, продолжая рассуждения об Огне и темпераментах, беззаботно повел ее прочь.

Алоф и Морту остались на месте, ошарашенно глядя им вслед.

– Это что сейчас было? – Даже Морту выглядел немного удивленным.

– Понятия не имею. – Алоф растирал руку, будто его ударили. – Но демон Люкэ только что избавил меня от Теи и одновременно намекнул, что я не стоящее внимания ничтожество. Не уверен, радоваться мне или печалиться по этому поводу.

– Но ты хотя бы остался жив, – заметил Морту. – Так что, очевидно, радоваться.

– Да уж…

Алоф вспомнил, что он не разговаривает с Морту, и, резко развернувшись, пошел прочь.

– Эй, ты куда? – побежал за ним «Повелитель Мертвецов». – Мы столько пережили вместе, нужно отпраздновать встречу. Алоф! Алоф, не будь таким занудой! Ты ведешь себя, как девчонка.

Алоф прибавил шагу. Морту понял, что избрал неверную тактику, и на мгновение прикрыл лицо ладонью.

– Ну ладно, ладно! – закричал он, вновь догоняя парня. – Я был не прав: не как девчонка. Как ревнивый мальчишка. Ты просто невыносим!

– Ну, тогда оставь меня в покое! Чего увязался?

– Но ты же знаешь, что ты мне нравишься, – дразнил Морту. – И ты должен вернуть мне кристалл для перемещения. Я позаимствовал его у отца, но он об этом не знает. И вообще, мы с тобой друзья, разве нет?

– Нет!

Алоф резко остановился, раздраженно запустив руку под изодранную робу, намереваясь отдать Морту кристалл. Тот схватил парня за плечи приговаривая:

– Вот и я говорю, что друзья. А друзья должны проводить время вместе. Кристалл потом отдашь, когда будем вдвоем. Тут слишком много свидетелей. А пока можем пойти посмотреть спектакль с отрубанием головы. Ты же хочешь, я знаю.

От его прикосновения парень так и замер, но затем вырвался и поспешил прочь. Морту прилепился к Алофу, словно лесная мухолипка, и уговаривал его до тех пор, пока не рассмешил. Алоф вновь попал в его сети. После этого они весь вечер провели вместе.

ГЛАВА 11. Незваные гости на Северном Полюсе

Засветившись на Фестивале Опавших Бутонов и позабавившись с Теей, Люкэ прибыл к прозрачным воротам дворца Князя Полуночи. Его сопровождал Лефт, высокий, стройный демон, невероятно похожий на самого Люкэ, такой же бледный, темноволосый и черноглазый. Иногда их даже принимали за братьев. Только в отличие от вечно веселого Люкэ, Лефт всегда сохранял серьезное выражение лица.

Незваные гости заранее сделались невидимыми, зная, что вокруг дворца установлена магическая система слежения.

– У нас не больше часа, – сказал Лефт бесцветным тоном. – Уверен, что успеешь?

Люкэ лишь многозначительно хмыкнул.

– Понял, – кивнул Лефт. – Жду здесь.

Князь Полуночи редко покидал резиденцию на Северном Полюсе. Его дворец защищали многочисленные магические барьеры, заклинания и даже проклятия. Но Люкэ это не пугало, а забавляло. Некоторое время назад он установил во дворце свою систему слежения. Она уведомляла его только об одном: дома ли хозяин. И сейчас тот как раз отправился к Але.

Одно заклинание, и Люкэ сделался неосязаемым словно воздух и прошел сквозь магический барьер, будто того и не существовало. Эликсир из энергии шедв на время сделал его сильнее. Теперь любое магическое действие давало утроенный эффект, включая заклинания сокрытия и невидимости. Хозяин дворца даже не узнает о посещении гостя.

Вероятно, по степени могущества Князь Полуночи и Люкэ находились примерно на одном уровне. Однако первый пользовался лишь теми методами, что создали другие, второй же предпочитал изобретать собственные. Если бы не желание нести хаос и разрушение, Люкэ уже давно сделался бы уважаемым ученым или великим воином. Но он не стремился получить одобрение общества. Гораздо интереснее было бы уничтожить его и посмотреть, что из этого выйдет.

Люкэ уже зашел в иглу и спускался по винтовой лестнице, ведущей во дворец. С каждым шагом он все больше убеждался, что он устроен по тому же принципу, что и аналогичный дворец в Антарктиде. Там демон уже побывал в поисках Южного ключа. К сожалению, безуспешно.

Давным-давно отец Князя Полуночи, тогдашний Правитель Средмира Экир Акхор, построил два дворца на Северном и Южном полюсах и создал два ключа. Теперь опасные порталы, постоянно тянувшиеся друг к другу и угрожавшие энергетическому балансу Тремира, находились под контролем демонов. Северные Врата охранял Князь Полуночи. За Южные же с некоторых пор отвечал Общий Протекторат.

Люкэ пролетел через первый зал с закованными в лед животными и растениями. Прямо напротив лестницы его ждали высокие двойные двери. Вновь растворившись в воздухе, демон прошел сквозь них. Еще одна лестница вела к коридору с множеством дверей поменьше. Люкэ миновал его и оказался на улице.

«Видимо, у этого Древнего Правителя Экира не было вообще никакого воображения, – заключил он. Северный дворец являлся абсолютной копией Южного. – О чем он вообще думал, когда построил два одинаковых дворца?»

Демон вышел на высокое плато, возвышающееся над необъятными просторами льда. Вдалеке высилась огромная ледяная скала, похожая на половину айсберг с отвесной стеной. Стена выглядела ровной, но Люкэ знал, что именно в нее врезаны заветные Врата. С поворотом ключа они проявятся, а затем отворятся.

Во взгляде демона мелькнуло дерзкое любопытство при мысли о последствиях его действий. Он всегда мечтал взглянуть на конец света, но пока ему удавалось наблюдать лишь несколько наводнений, землетрясений, падений метеоритов, парочку цунами и три атомных взрыва. Последние ему особенно понравились, и он надеялся, что открытие Врат приведет примерно к такому же эффекту.

Метрах в пятидесяти от отвесной стены стояла узкая ледяная тумба в половину роста демона. Люкэ подлетел к ней и мысленно заглянул внутрь. Сейчас он обладал способностью видеть не только сквозь стены, но и сквозь защищавшие тумбу магические барьеры.

Внутри хранился заветный ключ – небольшая стеклянная шайба с квадратной дырой в центре. Сверху на шайбе виднелись магические знаки севера в виде нескольких пересекающихся изогнутых линий. По бокам ее украшали древние заклинания, высеченные миллионы лет назад рукой самого Правителя Срединного Царства Экира.

Грудь Люкэ наполнилась трепетом восхищения собственным планом и талантами. Он так быстро нашел ключ! С губ его не сходила безумная усмешка, а взгляд обсидиановых глаз горел шальным удовлетворением.

«Каким идиотом надо быть, чтобы хранить ключ в одном и том же месте в течение миллионов лет, особенно после той истории с Тимотом!» – думал Люкэ, протягивая руку и прямо сквозь ледяную тумбу дотрагиваясь до ключа.

Он помрачнел. В одно мгновение выражение зловещей, безумной радости на его лице сменилось негодованием. Все больше хмурясь, он тщательно ощупал ключ и выдернул руку из тумбы.

«Проклятый Мироэ! Ключ испорчен! Теперь ясно, почему он так беззаботно его тут оставил!» – Матерясь про себя, Люкэ вынул из кармана горсть маленьких прозрачных шариков. Он прошептал заклинание, легонько дунул на них, и шарики разлетелись в разные стороны. Некоторые полетели к дворцу, другие окружили плато и исчезли из виду. Большая их часть представляла собой невидимые талисманы слежения, позволявшие издалека наблюдать, что происходит в том месте, где они находятся. Но часть шариков обладала эффектом сокрытия демонической энергии Люкэ – это поможет ему без проблем пробраться во дворец в следующий раз.

«Люкэ, – услышал демон мысленный зов Зверя. Тот следил за Князем Полуночи. – Князь закончил с девкой и идет регистрировать договор в Министерство Образования».

«Понял». – Люкэ направился обратно к выходу.

Выйти из дворца было сложнее, чем зайти в него – для этого Люкэ понадобится помощь извне.

«Лефт, я выхожу», – мысленно сообщил он своему помощнику.

Снаружи Лефт постучал в ворота. Люкэ уже вылетел из иглу. Он вновь употребил энергию шедв и слился с воздухом. Порыв ледяного ветра подхватил его и пронес сквозь скважину говорящего замка на воротах. «Кто?» – прошелестел тот, но ответа не последовало. Оба демона уже летели прочь от Северного Дворца.

***

Аля лежала на кровати, поглаживая Антифона и стараясь не слушать мысли соседей через стену. Престарелая пара постоянно ссорилась и своими унылыми размышлениями об ошибках прошлого и мечтами о том, как могла бы сложиться жизнь, не живи они друг с другом, часто мешала Але спать.

Внезапно раздался стук в окно, Аля подскочила от неожиданности. Снаружи, положив локти на карниз, парил Алоф с непривычно распущенными волосами, одетый в странный костюм и со светящимися зелеными браслетами на запястьях. Але он показался сильно избитым. Но, когда брат проник в комнату, стало ясно, что это всего лишь грим.

– Ну, как всё прошло? – без всяких предисловий спросил Алоф, будто в необычном способе его появления и покойницком гриме на лице нет ничего особенного.

Аля жила на втором этаже, прежде никто не влезал к ней в окно, тем более с такой быстротой и ловкостью. Но чего еще ожидать от такого, как Алоф? Что он в два часа ночи позвонит в дверь?

Девушка рассказала брату про подписание договора. Все это время он с любопытством рассматривал Антифона.

– А о нем Князь что сказал? – спросил парень, указывая на кота.

– Ничего не сказал, по голове погладил.

Алоф хотел взять Антифона на руки, но тот возмущенно зашипел и угрожающе выгнул спину.

– Осторожный, – улыбнулся демон. Улыбка выглядела злой, но Аля уже поняла, что это ничего не значит: просто у него лицо такое. – Ладно-ладно, не трогаю я тебя, – обращаясь к коту, добавил Алоф.

– Что ты о нем думаешь? – Аля успокаивающе погладила Антифона по голове. – Он не помнит своего прошлого.

– Я не очень хорошо разбираюсь в магических животных. Возможно, он принадлежал какому-нибудь демону или митаду, и его воспитывали как помощника. Это объяснило бы необычные способности к мышлению. А выглядит он как обычный белый кот, у них часто бывают разноцветные глаза.

– Это правда, – вздохнула Аля. – Но почему Князь Полуночи согласился учить меня, услышав о нем?

– Может, он и не поэтому согласился, – пожал плечами Алоф, слишком довольный решением вопроса с Алиным наставником, чтобы забивать себе голову причинами его согласия. – Может, увидел что-то в твоих мыслях. Или твоя смелость и наглость ему понравились. Или он заметил твой потенциал.

– Так что из этого?

– Понятия не имею! – отмахнулся брат. – Этих древних демонов не поймешь. Радуйся, что он согласился. Наставник первого ранга! Такого ни у одного митада нет, даже не у каждого демона. И уж точно их нет у нас в школе. Там максимум второй ранг, и то у меньшинства учителей.

Перед уходом Алоф оставил сестре лист бумаги.

– По-вашему это называется словосыл, – объяснил он. – Все, что ты на нем напишешь, я смогу прочитать на своем таком же. Ясно?

– Прикольно! Бумажный чатик.

Брат одарил ее полным недоумения взглядом, после чего попрощался и спрыгнул на газон под окном. Морту сидел на ступеньке у подъезда и гладил грязного и ободранного бездомного пса.

– Ну как?

– Нормально, – ответил Алоф, с подозрением глядя на собаку. – Надеюсь, ты не собираешься его есть.

Морту рассмеялся и отпустил пса. Тот стремглав бросился прочь и скрылся за углом. Демоны сделали несколько шагов от дома, когда Алоф вдруг остановился, будто вспомнив о чем-то, и взглянул на Алино окно.

– Что? – спросил Морту. – Забыл что-то у митады?

– Нет, я вдруг вспомнил, откуда я знаю голос Люкэ, – покачал головой Алоф.

– И откуда же?

Морту с любопытством уставился на парня.

– Он был на ярмарке в Средмире, когда шедвы напали на митадов.

Алоф уже успел рассказать Морту о небольшом приключении с шедвами и теперь дополнил рассказ историей про странного демона, заговорившего с Алей. Только сейчас, вновь увидев сестру, Алоф узнал голос Люкэ.

– Не удивлюсь, если он и наслал тех шедв, – подумав, сказал Морту.

Алоф в очередной раз убедился, что Тея совсем сбрендила, если хочет, чтобы такой демон, как Люкэ, обратил на нее внимание.

ГЛАВА 12. Ученица Князя Полуночи

После ухода брата Аля почти не спала – слишком волновалась перед началом занятий с новым наставником. Тот не уточнил, во сколько придет. Даже когда девушке удавалось заснуть, она вновь просыпалась и смотрела на часы, не настало ли утро.

В семь часов Аля в очередной раз очнулась от неглубокого сна, услышав тихий шум в комнате. Кот сидел на подоконнике спиной к окну и, уставившись на дверь, нервно подергивал кончиком хвоста. Проследив за его взглядом, Аля увидела Князя Полуночи, рисовавшего что-то на двери белым мелом. Она подошла ближе, радуясь, что не стала накануне переодеваться в пижаму с забавными монстрами. Совсем не хотелось предстать перед наставником в таком наряде.

Князь Полуночи уже успел нарисовать на двери два круга, один в другом. Они делились на несколько одинаковых секторов, каждый из которых демон заполнял непонятными Але знаками. Оказалось, рисовал он вовсе не мелом, а кусочком льда, но след от него оставался белый и удивительно четкий, будто от краски.

– Это портал, – объяснил Князь Полуночи, не оборачиваясь и не здороваясь с Алей. – Он ведет в мой дворец. Я буду открывать его для тебя, пока ты не научишься делать это сама.

Аля с любопытством рассматривала волшебный портал. Значит, она сможет перемещаться на Северный Полюс, когда будет нужно. Как удобно! И не надо никуда ездить.

– Надень что-нибудь удобное, – сказал Мастер. – Мы начнем с боевых искусств. Ах да, это тебе. – Он протянул ей запечатанный конверт с ее именем, написанным красивыми витыми буквами. – От Министерства Образования. Я открою портал через час, а ты пока разберись с этим… – Демон указал на огромный деревянный сундук у окна, который Аля раньше не заметила.

Она не успела спросить, что это такое – Князь Полуночи исчез.

Аля заглянула в сундук, полный книг и разных коробочек, в которых хранились амулеты, принадлежности для письма, разноцветные чернила, какие-то травы, корни и что-то похожее на сушеных насекомых. Аля удивленно посмотрела на Антифона, разглядывавшего содержимое ящика с подоконника.

«Не спрашивай меня, – раздался голос кота у нее в голове. – Я понятия не имею, что это».

Большинство книг было на незнакомых языках, причем на разных. Нашлось лишь два толстенных талмуда на русском: «Энциклопедия магических трав Средмира» и «Современная история Средмира».

Особое внимание привлекла странная книжица, очень тонкая и изрядно потрепанная, под названием «Самый полный словарь языков морэ и ларэ в русской адаптации». На ее пустых страницах встречались лишь буквы алфавита, а в конце нашлась инструкция: если на странице с соответствующей буквой специальными чернилами написать нужное слово, словарь мгновенно выдавал перевод.

– Ничего себе! – восхищенно прошептала Аля.

Ее так и подмывало написать что-нибудь, но она не знала, какие из многочисленных разноцветных чернил нужно использовать, и из опасения испортить удивительную книжку, не стала ничего делать.

С каждой минутой настроение у Али становилось все лучше. Забылись все мытарства в поисках наставника. Впереди ее ждало столько интересного! Она научится использовать свои способности, как надо, избавится от вечного шума в голове, изучит магию и незнакомую ей историю демонов и этих их Миров и еще много-много чего нового и неизвестного. Впервые за две недели она ощущала изумительную легкость.

С трудом оторвавшись от содержимого ящика, Аля переоделась в серый спортивный костюм с карманами на штанах. Затем вскрыла принесенный Князем Полуночи конверт: копия их договора, какие-то официальные уведомления, а также черная деревянная дощечка – пропуск в Главную библиотеку Средмира с сопроводительным письмом, где указывался адрес и правила посещения.

Еще в конверте лежал лист с программой обучения. Аля ужаснулась при виде длинного списка обязательных для изучения предметов. Больше половины пунктов, состоящих из аббревиатур и сокращений, она даже не поняла.

Не успела она дочитать список до конца, как портал на двери зажегся белым светом и из него вышел Князь Полуночи.

– Идем, – холодно сказал он. – Можешь ничего не брать с собой.

Аля последовала за наставником. Все непрошеные мысли домочадцев и соседей утихли у нее в голове, стоило ей войти в портал. Прекрасно. Значит, она будет заниматься в тишине.

Они оказались в большом танцевальном зале. В детстве Аля немного занималась балетом, и это помещение с зеркалами и станками вдоль стен ничем не отличалось от зала, где тогда проходили занятия. Она не могла отвязаться от ощущения, что Мастер скопировал этот зал из ее воспоминаний.

Но спросить об этом Аля не успела – Князь уже приступил к первому занятию.

– Боевые искусства, – говорил он сухо, – это основа Пяти Искусств. Они развивают тело и дух. Для митадов это проводник к управлению демонической энергией, без которого невозможно постичь практическую магию и Искусства Превращения и Перемещения. Вместе с ними ты будешь изучать зельеварение, языки морэ и ларэ, основы каллиграфии, необходимой для создания талисманов, а также теоретические дисциплины вроде истории демонов и травоведения.

Аля не успела задать ни одного вопроса, а Князь Полуночи уже начал показывать первые движения. Ей сразу пришлось выбросить из головы все лишнее и учить сложные шаги и удары. Затем Мастер на два часа оставил ее одну отрабатывать новые движения. Когда наставник вернулся, Аля продемонстрировала все, чему научилась, он дал ей кое-какие пояснения и указал на ошибки. В качестве домашнего задания ученица должна была вновь и вновь отрабатывать движения, доводя их до совершенства.

Князь Полуночи не ругал и не хвалил ее, неизменно говорил холодным, надменным тоном, лицо не выражало никаких эмоций. Больше всего на свете он напоминал Але говорящую льдину. Ей понадобится время, чтобы привыкнуть к бесстрастному тону наставника.

Начался следующий урок, язык морэ. В центре зала возник письменный стол с учебниками, тетрадями и всем необходимым для письма.

– Выучи алфавит морэ, – велел Князь. – Ты должна уметь писать буквы и знать, как они произносятся. – Не дав больше никаких объяснений, он сунул ей в руки учебник и ушел.

Аля растерялась, но учебник оказался говорящий. Достаточно было ткнуть в букву или слово пальцем, и грубоватый мужской голос произносил, как они звучат.

«Почти как Гугл-переводчик», – весело подумала Аля.

Она не жаловалась на плохую память, но все же выучить сразу пятьдесят букв неизвестного, ни на что не похожего алфавита оказалось довольно сложно.

Вернувшись, Князь Полуночи проверил, как ученица запомнила алфавит.

– Верно, – говорил он холодно. – Неверно. Эти буквы поучи еще.

Они так быстро перешли к каллиграфии, что Аля едва успела запомнить домашнее задание. Мастер показал, как держать кисть, и вновь оставил ее, на этот раз наедине с прописями.

«Он всегда так будет убегать?» – удивлялась Аля. У нее еще никогда не было такого странного учителя.

Когда Князь вернулся, она старательно выводила очередной непонятный значок, теребя свободной рукой нефритовый кулон на шее.

– Что это? – заинтересовался Князь Полуночи, осторожно беря кулон длинными бледными пальцами.

– Это мама подарила мне на восемнадцатилетие. Нефритовый кулон.

Князь Полуночи холодно усмехнулся.

– Это не нефрит.

– Не нефрит? – переспросила она, разглядывая кулон в форме капли, в гладкую поверхность которого врезались тонкие линии и завитки. Не то чтобы она разбиралась в камнях. Просто мама сказала ей, что это белый нефрит.

– Это асур, – сказал Мастер. – Самый твердый и самый дорогой камень Светмира. Защитный амулет.

Аля изумленно приоткрыла рот.

– Откуда у мамы защитный амулет из Светмира? Ведь Тимот – темный демон.

Князь Полуночи лишь пожал плечами.

Прежде чем отпустить, наставник дал Але домашнее задание по истории демонов, каллиграфии и языку морэ, да такое огромное, что на него, судя по всему, придется потратить весь оставшийся день.

Вернувшись домой, Аля устало повалилась на кровать. Казалось, голова у нее распухла от обилия информации. Боевые искусства ей понравилась больше всего. Язык морэ и каллиграфия, хоть и вызывали интерес, утомили Алю однообразием и необходимостью долго концентрировать внимание.

Полежав минут пять, девушка вышла в гостиную, чтобы найти Антифона и рассказать ему о первом занятии с Мастером. А заодно и перекусить. Кот равнодушно выслушал ее, будто занятый собственными мыслями.

«Я просмотрел твои книги, – сказал он. – Оказывается, я понимаю языки демонов».

– Правда? – Сначала Аля удивилась, затем коварно улыбнулась. – Тогда будешь мне помогать их учить.

Если верно предположение Алофа, что когда-то Антифона обучали как помощника, то неудивительно, что он умел читать на языках демонов. Ведь он знал и несколько человеческих языков. Но Антифона не покидало ощущение, что его никогда не обучали быть котом-ассистентом. С чего бы ему такое забывать? Впервые за много лет он чувствовал необходимость узнать, что таит прошлое.

Аля до самого вечера делала домашнее задание от Мастера и даже не успела подумать об университете, где уже который день пропускала занятия. Она решила, что надо организовать расписание таким образом, чтобы успевать и то и другое.

После ужина, помогая маме загрузить посудомоечную машину, Аля спросила про амулет из Светмира:

– Мам, откуда у тебя этот кулон?

– Твоя бабушка мне подарила, когда ты родилась.

– А у нее откуда? – не отставала дочь.

– Не знаю. Наверное, купила где-нибудь.

Бабушка уже умерла, ее не спросишь. Может, кулон действительно попал к ним случайно и не имеет к ее демоническому отцу отношения?

«Интересно, от чего он защищает?» – думала Аля.

Она вдруг вспомнила, что, когда получила амулет на день рождения полтора года назад, Антифон очень долго играл с ним и не хотел отдавать. Даже теперь кот иногда задерживал на нем взгляд, будто это нечто очень привлекательное. Может, Антифон видел что-то подобное у прежних хозяев?

ГЛАВА 13. Сокровищница Общего Протектората

Темно-серые стены гостиной освещал лишь свет фонарей из окна. Бетонно-стеклянная архитектура и внутреннее убранство этого дома в Средмире, не имели ничего общего с принятыми у морэ. Больше всего Люкэ нравились пушистый ковер и мягкая мебель. Как раз сейчас демон полулежал в широком кресле квадратной формы, поигрывая рукоятью меча и положив ноги на свернувшегося в комочек избитого демона. Тот истекал кровью и уже давно потерял сознание. Перед Люкэ стоял журнальный столик, окруженный еще тремя креслами. Одно из них пустовало, а другие занимали двое демонов в черном, тоже вооруженных мечами.

– Сколько осталось денег с продажи энергии от шедв? – Люкэ крутил в руках полупрозрачную шайбу с квадратным отверстием в центре – копию ключа от Южных врат. От нее исходило мягкое голубоватое свечение, прямо как от настоящего ключа, и демон не мог перестать восхищаться своей работой.

– Чуть больше половины, – пробурчал Оикк, опираясь мощным подбородком на рукоять длинного, широкого меча, стоявшего у него между ног. Он всегда разговаривал так, будто с удовольствием отрубил бы собеседнику голову или в крайнем случае руку. Его товарищи давно привыкли к подобной манере вести беседу и не обращали на это внимания.

– Этого хватит, чтобы подкупить стражей. – Зверь сидел на спинке кресла, упираясь ногами в сиденье. Из-за плеч у него торчали два коротких изогнутых меча, с которыми он никогда не расставался.

– Хватит, – протянул Люкэ. – Но было бы неплохо провернуть все бесплатно.

– Я вообще не понимаю, зачем мы с этим возимся, – возмущенно произнес Оикк. – Не проще ли сразу их допросить и все выяснить? А потом убить.

– Оикк, тебе лишь бы убивать, – с нежным упреком в голосе похвалил Люкэ. – Мы же толком не знаем, чего ищем. Если убьем их, не факт, что выясним. А потом заметать следы…

– Уж в этом тебе нет равных, – польстил ему Зверь.

– Знаю. – Люкэ весело улыбнулся. У него редко бывало плохое настроение, даже если не все получалось. – И все же я хочу больше информации, прежде чем предпринимать нечто подобное. Ключ от Северных Врат сломан, и как его починить, непонятно. От него не исходит никакой ауры, значит, в нем не хватает основного магического элемента. Кто его знает, как этот элемент выглядит! Мои талисманы слежения не нашли ничего подходящего в Северном Дворце.

Зверь спросил:

– Но почему этот безмозглый Князь не починил ключ?

– Мой дорогой коллега, – ответил Люкэ с любезнейшей улыбкой на устах, – ответ кроется в твоем вопросе: он же безмозглый.

– Может, он специально не стал его чинить? – спросил Оикк, хрипло посмеиваясь. – Для защиты от таких, как мы.

– Возможно, – хмыкнул Люкэ. – Но что-то мне подсказывает, что он не может найти пропавшую часть. Причем давно. Он, конечно, дурак, но дурак весьма могущественный. И если он до сих пор не нашел магического элемента, то и нам надо быть крайне осторожными.

– Этот Тимот, видимо, отомстил ему за неудачу, поломав ключ, – предположил Зверь.

– Именно так, – согласился Люкэ.

Он хотел добавить еще что-то, но тут снаружи послышался шум. Все трое встали и взялись за мечи, пристально глядя на входную дверь. Когда же она с треском распахнулась и на пороге возникла фигура Лефта, демоны расслабились.

Люкэ радушно поприветствовали четвертого члена банды, однако тот, как обычно, не разделял его веселости. Он тащил за собой связанного заклятием светлого демона в белом одеянии, и лицо его не выражало ровным счетом никаких эмоций.

– А, дорогой Лефт, наконец-то! – воскликнул Люкэ. – И ты не один!

Приведенного Лефтом ларэ звали Усзе. Он служил лекарем в тюрьме при Крепости Темного Правителя. Из-за сдерживающего заклятия он не мог говорить и переводил испуганный взгляд с одного похитителя на другого. Заметив в центре гостиной полумертвого окровавленного демона, Усзе скривился, глаза его покраснели и наполнились слезами.

– Добро пожаловать, доктор Усзе! – любезно обратился к нему Люкэ. – Что это вы так приуныли? Не беспокойтесь, у нас в гостях вы в полной безопасности! Если, конечно, ответите на мои вопросы. Но с чего бы вам не захотеть отвечать на них, правда ведь? – Он рассмеялся недобрым смехом и обратился к Лефту: – Запри его. Некогда сейчас им заниматься.

Лефт увел несчастного доктора в подвал. Люкэ наклонился над демоном, которого использовал в качестве подставки для ног, пока сидел в кресле.

– Ой, он умер, – с наигранным сочувствием в голосе произнес он. – Как жаль!

По щелчку пальцев труп демона превратился в кучку белесого пепла. В это время вернулся Лефт.

– Я готов, – сказал он, не обращая внимания на останки демона.

– Что ж, господа, – напутствовал Люкэ. – На этот раз никаких ошибок. Нам очень повезло, что они не заметили нашего прошлого посещения и не перепрятали ключ.

Речь шла уже о Южных Вратах. С тех пор как Люкэ побывал на Северном Полюсе и с разочарованием обнаружил, что тамошний ключ поломан, он сосредоточил силы на том, чтобы добыть его южного близнеца.

– Не беспокойся, Люкэ, все пройдет гладко, – заверил мышеподобный Зверь. – Мы теперь лучше подготовились.

Это правда. Когда неделю назад они пытались похитить ключ от Южных Врат из сокровищницы, то чуть не облажались. Хорошо, что Люкэ вовремя заметил голубоватое свечение вокруг прозрачной шайбы и в последний момент решил не трогать ее. В отличие от окруженного сильнейшей аурой оригинала, подделка, которую демоны изготовили для подмены, источала совсем другую энергию. На нее наверняка сработала бы сигнализация. Люкэ предпочел не испытывать судьбу и покинул сокровищницу.

Но теперь при помощи энергии шедв ему удалось сделать точную копию ключа, источающую столько же силы и такую же голубую ауру, как оригинал. Несказанно довольный собой, демон не сомневался в успехе операции.

– Ладно, все по местам, – скомандовал Люкэ.

Нужный ключ хранился в сокровищнице Общего Протектората на дне Тихого океана внутри одной из гор Марианской Впадины. Однако демоны переместились вовсе не туда. Их целью был дворец одного из светлых правителей Общего Протектората, Советника Рие.

Защиты сокровищницы были столь сильны, что даже Люкэ не смог придумать, как их сломить. А доступ в нее имели лишь восемь демонов: шестеро правителей Средмира и двое Хранителей Сокровищ. В основном это были древние, сильные демоны. Но не Советник Рие.

Его дом охраняли чужие заклинания, его самого охраняли другие демоны, а его разум охраняли его коллеги-правители. К несчастью для него и к великой радости Люкэ, хоть природа и одарила этого молодого демона умом и эрудицией, она отказала ему в таланте к магии и боевым искусствам. Даже для своего юного возраста он был слишком слаб.

Первым во дворец вошел Лефт. По поручению Люкэ он уже давно устроился сюда охранником и знал все системы безопасности как свои пять пальцев. Люкэ внедрил его в этот дом на всякий случай, даже не подозревая, что ему так скоро пригодится несчастный Советник.

Для начала Лефт снял защитные барьеры с сада под окнами Рие, дав возможность Оикку пробраться внутрь. Затем впустил невидимых Люкэ и Зверя в дом. Они уже проделали все это несколько дней назад, отчего их действия были быстры, уверенны и слажены.

Зверь взял на себя комнату охраны, где двое магов мониторили все происходящее во дворце при помощи следящих талисманов. Вредить им он не собирался – в таких операциях Люкэ предпочитал оставлять как можно меньше следов. Зверь нарушил работу талисманов в нескольких местах в доме, там же, где и в прошлый раз. Охранники отвлеклись на выяснения причины поломки, а Зверь, сделавшись невидимым, наблюдал за ними и ломал все новые талисманы.

Лефт сменил своего коллегу, охранявшего дверь в спальню Рие, и остался на посту, впустив Люкэ внутрь.

Советник спал в обнимку с какой-то папкой. Его обычно тщательно уложенные короткие белые волосы растрепались. На простынях вокруг в беспорядке лежали свитки и документы.

«Работяга!» – ухмыльнулся Люкэ. Рие очень нравился ему своей слабостью и податливостью.

Хотя пятеро Протекторов наложили на его разум множество защитных барьеров, от Люкэ это не спасло. Достаточно было узнать, что за заклинания они использовали.

Подобные действия считались делом государственной важности и тщательно архивировались – иногда бюрократия Общего Протектората работала против него. Пробраться в архив было так же сложно, как в Сокровищницу. Но зачем Люкэ архив, если есть секретарь, составлявший список?

Бедняга и представить не мог, что сделался предателем. Ведь он выдал секретную государственную информацию во сне, о чем, проснувшись утром, даже не помнил. Секретарю всего лишь снилось, что он делал доклад Первому Протектору Иенту, перечисляя все заклинания, вошедшие в злосчастный список. Этим Протектором из его сна и был Люкэ.

Искусством Проникновения В Грезы считалось одним из самых и опасных среди Искусств Перемещения. Однако Люкэ овладел им в совершенстве.

Оикк в саду, а Лафт за дверью уже начали читать заклинания, снимающие защиты спящего Советника. Люкэ же устроился на полу рядом с его кроватью и погрузился в транс.

Советнику приснился удивительный сон. Гуляя по саду, он нашел ключ от Южных Врат.

«Как странно, – подумал он. – Ключ же должен быть в Сокровищнице!»

Мысль, что утром нужно будет сообщить об этом Правителям Иенту или Яалфе и передать им ключ, сменилась непреодолимым желанием отнести его в сокровищницу самому.

Советник переместился к Мариинской впадине, а затем к входу в сокровищницу. Пока он открывал многочисленные магические замки, он не мог избавиться от ощущения дежавю. Ему такое уже снилось. Он уже проделывал этот путь совсем недавно. Только в прошлый раз он обнаружил ключ на месте. Очень странный сон.

Сейчас ключ тоже оказался в сокровищнице. Но, как это часто бывает во сне, Советнику не показалось это странным. Он поменял ключ, что принес с собой на тот, что лежал в сокровищнице, и вернулся домой. В саду он встретил Темного Правителя Иента. Почему-то у Иента были короткие рыжие волосы, и одет он был гораздо проще, чем обычно, а еще читал стихи. Или заклинания? Странно. Однако Советник точно знал, что это Иент. Ему хотелось спросить, что Протектор от темных демонов делает ночью у него в саду. Вместо этого он протянул ему ключ и сказал:

– Вот, нашел его в траве.

Иент спрятал ключ в карман, продолжая монотонно читать заклинания. Рие прислушался. Кажется, это было что-то снимающее барьеры – он никак не мог вникнуть в смысл слов.

«Пора спать», – эта мысль заставила забыть о Иенте и заклинаниях. Советник вернулся в спальню и лег на заваленную документами кровать. Хотелось почитать их, но спустя мгновение сон вновь сморил его. Утром он даже не вспомнит о своем маленьком походе в Сокровищницу.

Люкэ усмехнулся и открыл глаза.

«Спасибо, дорогой Советник! Вы оказали нам неоценимую услугу!» – подумал он вставая.

Мысленно он велел остальным сворачиваться. Теперь, когда Южный ключ у него в кармане, нужно вплотную заняться Северным. Он не сомневался, что причину поломки стоит искать в прошлом.

Двадцать лет назад Тимот заполучил артефакт, но так и не открыл Северные Врата. Он почти год скрывался, прежде чем Полиция Общего Протектората сумела поймать его. Этого времени хватило, чтобы испортить ключ и спрятать магический элемент. Так он хотя бы насолил Князю Полуночи, ведь именно тот помешал ему осуществить коварный план.

Теперь Люкэ разыскивал и расспрашивал участников тех событий. Кто-то рассказывал все по собственному желанию или за небольшую плату. Кто-то, как та полумертвая подставка для ног, сопротивлялся, и Люкэ приходилось принимать соответствующие меры.

Теперь они поймали Усзе, лечившего Тимота в тюрьме, и надеялись многое узнать от лекаря. А может быть, даже заручиться его поддержкой.

ГЛАВА 14. В Антифоне пробуждается талант наставника

Прошло полтора месяца с тех пор, как Аля начала обучаться Пяти Искусствам. Ее жизнь превратилась в день сурка, с таким же расписанием, какое Князь Полуночи предложил изначально. Только если в первый раз ей все было интересно, теперь пришлось признать, что его уроки довольно скучны. Не считая боевых искусств, которые нравились ей все сильнее.

Все теоретические занятия наводили тоску и утомляли однообразием. Мастер заставлял Алю учить учебники наизусть, вовсе не требуя понимания выученного материала. Аля совсем не привыкла к такому методу усвоения информации и не понимала, какой от этого толк. Но спорить с Князем оказалось бесполезно. Он лишь смотрел на ученицу холодным взглядом, будто вот-вот заколет ее острыми ледышками, и требовал, чтобы она выполняла задание.

Характер у Князя Полуночи оказался не из приятных. И вроде бы внешне придраться не к чему: он вежлив, спокоен, последователен. Но Аля не могла избавиться от ощущения, что она ему не нравится. И не только она. Создавалось впечатление, что Мастер ненавидит весь мир, но постоянно подавляет в себе это чувство, скрывая его за внешним надменным спокойствием. Аля не смогла бы привести пример речей или действий, доказывающих это. Она даже винила себя в мнительности и оправдывала наставника, убеждая себя, что еще плохо знает его и что нельзя столь предвзято судить о нем.

И все же Мастер совсем не занимался с ней телепатией, но настолько занял все ее время другими дисциплинами, что Аля даже радовалась отсутствию заданий по чтению мыслей. Все равно у нее не нашлось бы сил их выполнять. Поначалу Аля еще пыталась задавать Князю какие-то вопросы, намекая, что неплохо бы ей научиться отгораживаться от вечно мешающего шума в голове, однако наставник отмахивался от нее, утверждая, что ей еще рано учиться таким вещам.

При этом Аля не успевала на пары в университете и лишь три-четыре раза появилась там. Боясь, что ее отчислят, она даже подумывала взять академический отпуск. Не успевала она и гулять с собакой, полностью переложив эту обязанность на Мику, на что тот ужасно обижался.

Однажды, сидя за столом в спальне над кипой учебников, она пожаловалась Антифону, и он сказал:

«Я одного не понимаю. Ты вроде как телепат, так? А значит, было бы логично развивать твою телепатию. А он все твое время занимает ненужными теориями».

– Он говорит, что это понадобится на экзаменах. А языки нужны, чтобы читать книги. Я спрашивала про телепатию, – вздохнула Аля, – он сказал, что мы позже этим займемся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.